Жанр: Драма
Год обмана
...ь платить по долгам. Целая страна
была объявлена банкротом. Только кретин в этой ситуации мог надеяться на что-нибудь.
Россия, а вместе с ней и все мы, со свистом летела псу под хвост. У меня было такое
ощущение, что оставались считанные месяцы. Впрочем, вся эта долбаная страна меня не
очень-то волновала. Я нервничал буквально из-за четырех людей. Среди них два места
принадлежали Марине и ее брату. Я должен был позаботиться об этих двоих. В конце концов
я решил, что откладывать больше нельзя. Надо было наконец сделать то, о чем я думал вот
уже две недели.
Сережа даже не стал спрашивать, зачем мне понадобился пистолет. Не знаю, почему он
не спросил. Может, потому что это был тот самый пистолет. А может, он просто
постеснялся. Не каждый, наверное, сумеет прострелить кому-нибудь ключицу, а потом еще
приставать с вопросами насчет пистолета. Я ведь не спрашивал его, как он провез эту штуку
через границу. Тем более я не спрашивал его, на фига он вообще ее у себя держал. Как
память, что ли? Или на случай, если я опять рядом подвернусь? При каких-нибудь
непредвиденных обстоятельствах.
Короче, на эту тему можно себе придумывать разные вещи, но в кармане у меня теперь
лежал револьвер. Это был факт. Классная, между прочим, штука. Правда, одного патрона в
барабане уже не хватало. Итальянский хирург вырезал эту пулю из моего плеча и со звоном
бросил ее в железный тазик. Наверное, мне следовало выпросить у них эту самую пулю,
чтобы сделать из нее такой навороченный талисман. Может быть... Не знаю... Я лично
хотел забыть обо всем этом.
Снег, выпавший три дня назад, к этому времени уже весь растаял. Когда мы были в
лесу, мне даже показалось, что наступила настоящая зима. Сейчас мне больше так не
казалось. Мой джип напоминал теперь скорее катер. За всю дорогу до самых Кузьминок я ни
разу не выехал на сухое место. Потоки талой грязи заливали всю проезжую часть.
В центре я заскочил на десять минут в "Детский мир", а потом прямиком поехал в
Кузьминки. Из-за грязи дорога заняла больше времени, чем обычно. Я старался
притормаживать. Не ездить же по городу совсем как свинья. Тем более, что у меня в кармане
лежал револьвер с боевыми патронами. Встреча с гаишниками мне сейчас точно нужна была
меньше всего.
На рынке у "Будапешта" народу было немного. То ли из-за раннего утра, то ли оттого,
что деньги у всех закончились. Так или иначе, в магазине у Саши-Мерседеса вообще никого
не было. За прилавком стоял тот бритый амбал, которого Саша оставил вместо себя в
прошлый раз.
"Сегодня у этого быка будет тяжелый рабочий день, - подумал я. - Можете на меня
положиться".
Куртка у него не оттопыривалась. Значит с оружием я тут был один. Пока, во всяком
случае.
- Мне бы Сашу повидать, - вкрадчиво, как мне казалось, произнес я.
- А кто спрашивает?
"Вот как бы врезал тебе по мозгам, - мелькнуло у меня в голове. - Ослеп, что ли? Я
спрашиваю".
- Один старый знакомый. Мы разговаривали с ним неделю назад.
- Он занят.
"Какого же черта ты спрашивал, кто я такой?"
Я сжал в кармане рукоятку Сережиного пистолета. Не то чтобы родился соблазн, но так
как-то... Само получилось...
- Вы все-таки сообщите ему, что пришел Михаил. У которого LandRover девяносто
второго года.
Амбал хмуро посмотрел на меня, а потом исчез за дверью в подсобку. Через минуту
оттуда показался сияющий Саша.
- Здорово, - закричал он. - А я думаю, с кем это Киря базарит?
- Все нормально, - сказал он амбалу. - Это свои. Можешь идти, за меня поработать. Я
тут пока постою.
- Ты ему не понравился, - засмеялся он, когда амбал скрылся за дверью. - Киря очень
серьезный мужик. Моя служба безопасности.
- Чем это вы так заняты? - наконец спросил я. - Конспирация как у шпионов.
Переворот готовите?
- Какой, на фиг, переворот. Бабки считаем. Я уже вторую ночь не сплю. Знаешь, какие
бабульки сейчас из-за этого кризиса пошли? Народ просто сдурел. Мешками русские рубли
тащат. У кого, что есть. Лишь бы от деревянных поскорей избавиться. Всякую ерунду
покупают. Видишь, тут почти все вымели. А у меня только на одном этом рынке четыре
точки. И еще на Рязанском проспекте. Ты-то успел русские бабки скинуть?
- Да у меня их и не было.
- В долларах все держал? - снова засмеялся он. - Умный! Чего же нас не предупредил?
- Откуда у меня доллары? Я вообще человек неимущий. Нигде не работаю.
- Кстати, насчет работы. Надумал ко мне идти?
- Да нет, я к тебе по другому поводу.
- Да? А что такое? Только давай быстрей. А то Киря считать ненавидит. Он
математичке в седьмом классе руку сломал.
- В школе?
- А где еще? Очень был развитой мальчик. На занятия ходил строго с бейсбольной
битой.
- И сколько у тебя таких как он?
- Сколько есть - все мои. Тебе-то зачем? Хочешь - иди ко мне на работу.
- Да я просто так спросил. У меня к тебе вот какое дело...
В эту минуту из-за двери показалась еще одна бритая голова.
- Слышь, Саня. Иди-ка сюда скорей.
- Подожди, - быстро сказал мне Саша-Мерседес.
На целых десять минут я остался один в магазине. Если бы в мои планы входило
украсть что-нибудь, я мог вынести даже прилавок. Впрочем, я приехал сюда по другому
поводу. Так что оставалось только стоять и ждать.
- Слышь, земеля, прости, - сказал Саша, наконец появляясь из подсобки. - Косяк у них
там получился. Никак без меня не могли базар развести. Трудная вещь деньги. Путают
людей. Даже нормальные мужики из-за них между собой запросто могут пересобачиться.
Так зачем ты, говоришь, приехал?
- Мне нужно показать тебе кое-что.
- Да? Ну, давай, показывай.
- Да нет... Видишь ли, эта вещь... она далеко...
- Далеко? Ну и хрен с ней. Потом покажешь.
- Нет, я хочу, чтобы ты обязательно сейчас посмотрел.
- Да что у тебя там такое? Ты нормально можешь сказать?
- Надо бы нам с тобой подъехать кое-куда...
- Сейчас?
- Ну да...
- Нет, братан. Сейчас я не могу. Ты же видишь, у меня пацаны нервничают. Если я
уеду, они тут друг друга перестреляют, и тогда капец моему бизнесу. А я должен сегодня к
шести часам Николай Николаичу отчитаться за целую кучу бабок. Говорил им, блин, не надо
жрать наркоту!
Вот к этому я не был готов. Я совершенно упустил из виду, что этот дебил может
оказаться занят. Я даже понятия не имел, что на нем может лежать какая-то там
ответственность.
Тем не менее, факт был на лицо. Он отказывался ехать со мной. Мой план рухнул в
самом начале. Я мог спокойно уезжать, позабыв о карьере Робин Гуда.
- Может, все-таки поедем, а?..
- Нет, братан, не могу. В любой другой день, ладно? Кто же знал, что этот кризис так
обернется. За целый год столько бабок не заработали, сколько в эти пять дней. Прикинь. Так
что, давай, заскакивай.
Он быстро пожал мне руку, и через минуту передо мной стоял хмурый бритоголовый
Киря.
- Может, купить чего? - с иронией бульдозера поинтересовался он. - Только мы уже
почти все продали.
Нет, такого поворота я не ожидал. Вся идея строилась на том, чтобы Саша-Мерседес
поехал со мной. Я просто представить себе не мог, что он вот так возьмет и скажет: "Я не
поеду". Не мог же я вытащить свой пистолет и заставить его. Для пистолета было еще
слишком рано. В моей пьесе он должен был появиться гораздо позже. Здесь в магазине он
только испортил бы всю картину.
Мне ничего не оставалось делать, как развернуться и молча уйти. Ухмылку этого Кири
я не столько увидел, сколько почувствовал. Никогда до этого, кстати, ничего не чувствовал
спиной. Видимо, этот урод ухмыльнулся по-настоящему. Словно салом меня мазнул между
лопатками.
Я вышел из магазина в самом растерянном состоянии. Что я теперь мог поделать? Не
возвращаться же к ним через пять минут. Надо было что-то придумать. Я остановился на
крыльце и огляделся вокруг. Весь рынок превратился в огромную грязную лужу. Из того
угла, где чучмеки торговали фруктами, несло какой-то ужасной гнилью. Около своих
деревянных прилавков под навесами копошились сонные продавцы. Над головами у них
висели черные куртки, розовое нижнее белье, соломенные шляпы и китайские игрушечные
пистолеты. Надо было что-то делать. Я должен был выманить его из магазина.
Еще раз окинув взглядом дешевые турецкие трусы, я завелся по-настоящему. Если бы
только этот Саша и все его дебилы вместе взятые могли знать как мне противен их рынок, их
паршивая тусня и вообще все, чем они занимаются, то, наверное, они сами бы взяли и
застрелились. Такой ненависти, честно сказать, я уже давно ни к кому не испытывал. Теперь
мне стало плевать на то, что я им сейчас скажу. Если надо будет, слова придут сами собой.
Главное, чтобы было верно по ощущениям. Во всяком случае, так говорили Маринины
однокурсники.
Раз подходит Чехову, значит должно было подойти и мне.
- Слышь, позови-ка Саню мне еще раз, - сказал я удивленному Кире, снова входя в
магазин.
Вернуться стоило только ради того, чтобы посмотреть на его рожу. В первую минуту,
когда он еще не успел разозлиться, вид у него был прикольный.
- Он же сказал, что занят, - наконец пробурчал Киря.
- Давай, зови, а то потом сам не обрадуешься.
Я уже понял, что жлобов надо пугать. Причем их ни за что не напугаешь дубиной, но
вот своего начальства они боятся больше огня. Как, впрочем, наверное, все русские люди.
Этот ни в коем случае не был исключением.
- Давай, давай, - поторопил я его. - А то Сане скажу. Мы с ним с детского сада еще
дружбаны. Он тебе потом мозги за меня вкрутит.
- Ну, чего ты? - недовольным голосом сказал мой "дружбан", появляясь из подсобки.
- Короче, я решил обойтись без сюрприза.
- Без какого сюрприза? - насторожился он.
Могу себе представить, что он обо мне подумал.
- Ты о чем вообще? - сказал Саша-Мерседес. - У тебя все нормально?
- У меня все нормально. Просто я хотел сделать тебе сюрприз. Но, видимо, придется
все прямо тут рассказать.
- Что рассказать?
Саша-Мерседес посмотрел на Кирю, и мне показалось, что сейчас он прикажет ему
вышвырнуть меня на улицу. Не сомневаюсь, что Киря потом вспоминал бы этот день как
самый удачный за всю осень. Надрать задницу такому хмырю как мне, наверняка, для него
было высшим кайфом. Я понял, что надо спешить. Взгляд мой упал на Сашину татуировку.
Не самый лучший вариант, разумеется... Но попробовать все же стоило.
- Я насчет вот этой машины...
Саша посмотрел на свою правую кисть.
- Феррари?
- Ну да. Тебе же нравятся спортивные машины.
- Нравятся.
- Ну вот, я и подумал, что тебе, наверное, не западло посмотреть на такую тачку.
- А ты знаешь, где можно увидеть F50?
В его голосе я отчетливо услышал смесь недоверия, волнения и внезапной радости.
Теперь этот идиот на сто процентов был мой.
- Можно не только посмотреть.
- Дадут покататься?
Я, конечно, не мог разделить его чувств, потому что сам не настолько торчу от
автомобилей, но на две-три секунды мне вдруг стало перед ним стыдно. Я обманул его как
ребенка. Может, в моем обмане не было ничего плохого, но я понимал, что в его случае - это
любовь. Настоящая детская трогательная любовь.
- Я точно не знаю. Но, в принципе, можно договориться.
- Я сам смогу поводить?
Мне стало совсем стыдно.
- Да... Наверное, сможешь... Там нормальные мужики.
- Сейчас, подожди. Я только куртку возьму.
- Ты же сегодня должен отчитаться, - недовольно пробурчал Киря. - Николай
Николаич не любит косяков.
- Да? - Саша на мгновение остановился.
В его глазах мелькнула растерянность. Впрочем, я понимал, что это была всего лишь
растерянность ребенка.
- Они сегодня увезут ее из Москвы.
Я даже сам не знал, что могу быть таким безжалостным.
- Поехали с нами, - сказал Саша своему быку.
Очевидно, он пытался найти компромисс. Ему хотелось хоть как-то успокоить свою
совесть.
- Нас там неправильно поймут, - вставил я.
В мои планы Киря совершенно не вписывался.
- Короче, поехали, - от нетерпения Саша крутнулся на месте.
Теперь ему было плевать даже на простые приличия. Передо мной стоял человек,
который за себя больше не отвечал.
Когда мы сели в машину, я еще не до конца верил в то, что мне удалось выманить его с
собой. Сдерживая дыхание, я вынул из кармана ключи и на мгновение замер, как будто
боялся, что звук мотора спугнет так неожиданно поверившего мне Саню. Тем более, что
выдумка была идиотская.
- Ну, чего ты? - нетерпеливо сказал он. - Давай заводи. Поехали. Нам далеко?
- Да нет, - невнятно пробормотал я. - Тут совсем рядом.
- А я, представляешь, сегодня сон видел, - продолжал он. - Как будто сижу в голубом
"Порше", а мне навстречу классная телка на мотоцикле. На Харлее, прикинь! Прямо в руку
сон. Только тут не "Порше" оказался, а "Феррари". Нет, ты прикинь! "Порше" голубого
цвета. Такой яркий-яркий как в кино. А эта "Феррари" какого цвета?
- Что? - сказал я.
- Какой у нее цвет?
- Цвет у нее... бежевый.
- Бежевый? - удивился он. - Странно. Обычно их в бежевый цвет не красят.
- Ну... это, наверное, экспериментальная модель.
- Думаешь? Может быть... Они там чего только не придумают. Стоп! - неожиданно
заорал он. - Я все понял!
От испуга я изо всех сил ударил по тормозам.
- Что ты понял?
На лбу у меня мгновенно выступила испарина.
- Я все понял, - повторил он. - Твоя тачка - это не голубой "Порше".
- Ну да, - начал я, заикаясь. - Я же тебе сказал, что это "Феррари" бежевого цвета.
- Да нет, - нетерпеливо отмахнулся он. - Твоя тачка - это та телка на мотоцикле.
- Какая телка? - выдавил я.
- Из моего сна. Я же тебе говорил. Помнишь?
- Телка?
- Ну да. Только сначала я думал, что твоя тачка - это мой голубой "Порше", а теперь
понял, что это та классная телка. Она же мне навстречу ехала. Понимаешь? Я должен был ее
встретить. Так было в моем сне. Вот, видишь - мы с ней сейчас встретимся. Все совпадает.
Все срослось.
- В твоем сне?
- Ты что, в сны не веришь?
- Нет, почему же...
- Прикинь! - заорал он. - Натуральный сон в руку. Такая классная телка была. Я чуть
не кончил. Даже проснулся от напряжения. У тебя так бывает?
Честно говоря, я совсем не ожидал такого взрыва эмоций. Этот бывший дембиль опять
меня удивил. Его несло, как будто он с утра успел хорошенечко обдолбиться.
- У меня вообще иногда бывают странные сны, - продолжал он, не дождавшись
ответа. - Один раз, прикинь, в армии приснилось, что я сам почему-то оказался телкой.
Причем внутри-то я все равно был самим собой. То есть, внутри мужик, а снаружи телка. Я
все хотел зайти куда-нибудь в туалет и посмотреть перед зеркалом какие у меня титьки.
Прикинь, крутой сон в армии приснился! Я потом пацанам рассказал - они вообще
оттянулись. Завидовали мне по черному. Им только одна жратва постоянно снилась и
дембиля. Раз десять, наверное, им этот сон рассказал. Как Хазанов, блин, в каптерке
концерты устраивал. А пацанам нравилось. Но это еще не все. Самый прикол в том сне у
меня был, что я пошел в Военторг и купил двадцать пар погон. Такая толстая стопочка
получилась. А потом отправил их самому себе в армию. Прикинь! И еще письмо написал:
мол, меняй погоны почаще, чтоб не воняли, а то товарищи засмеют. Прикинь! А то товарищи
засмеют! Типа как носки, знаешь, воняют? А тут, блин, погоны. От такого сна вообще крыша
поедет. Мы, видно, тогда сильно много жрали всякой дряни. Водки-то было нигде не найти.
Ты клей разводить когда-нибудь пробовал?
Я неопределенно пожал плечами, делая вид, что поглощен дорогой. Машину, и
вправду, без конца заносило.
- Мне так-то нравится сны смотреть, - снова заговорил он. - Иногда прикольные очень
бывают. Вот, как сегодня. Телка на мотоцикле приснилась, а мы теперь едем "Феррари"
смотреть... Она откуда взялась-то?
- Кто?
- Откуда тачка?
- "Феррари"?.. Она... Ее один крутой барбос заказал... Из Калуги... Очень крутой.
Хочет иметь свою "Феррари".
- Кто ж не хочет? - усмехнулся Саня. - Любой придурок захочет. Вопрос только - где
взять полмиллиона баксов?
После этого он вывалил на меня целый ворох технической информации о той модели,
которую мы ехали с ним "смотреть". Сложность состояла в том, что он каждый раз меня
переспрашивал. Очевидно для него я сделался чем-то вроде эксперта. Тот факт, что я уже ее
"видел", давал мне в его глазах огромный вес и неоспоримые преимущества. Он спрашивал
меня о ее характеристиках, об истории создания и еще много всякой чепухи, о которой я,
естественно, понятия не имел. Когда ситуация стала критической, я попытался отвлечь его
внимание, переведя разговор на другую тему.
- Слушай, а как там Петрович? Выкупили его из Чечни?
Но Саша был упрям как топор.
- Да хрен с ним, с Петровичем. Что ему будет? Не выкупили, так выкупят. Ты мне вот
еще что скажи...
И все начиналось снова. Он рассказывал, потом переспрашивал, я кивал головой, а
когда уже ничего больше не оставалось, принимался нести всякую чушь. Надо было
продержаться еще минут двадцать. До того места, куда я наметил его привезти, оставалось
совсем немного. По моим подсчетам, в это время года там должно было оказаться пустынно.
- Так здесь нет никого, - сказал Саша, выпрыгивая из машины. - Ты куда меня привез?
- Сейчас ее сюда подгонят, - пообещал я.
Мне самому было смешно от моей тупой выдумки. Но он почему-то верил. Наверное,
очень хотел, чтобы было именно так. Я снова почувствовал не совсем понятные уколы
совести.
- Сюда? - переспросил он и оглянулся.
Он был совершенно прав. Местечко для "Феррари" я выбрал неподходящее. От дороги
мы заехали по просеке довольно далеко в лес и теперь стояли у берега небольшого
заросшего травой пруда. Слева от нас маячили кустики высохших камышей.
- Да они не хотят, чтобы ажиотаж поднимался. Ты же знаешь, сколько такая лялечка
стоит.
- Базаров нет, - сказал Саша, подходя к самой кромке воды. - Смотри, уже льдом все
это дело покрылось. Ты в детстве любил его ломать?
Он стукнул каблуком по темной блестящей поверхности.
- Осторожно, - сказал я. - Провалишься еще, не дай Бог.
- Фигня, - махнул он рукой и продолжал колотить по твердому, неожиданно крепкому
для этого времени льду.
Глядя на него, я вдруг подумал, что это, должно быть, очень странно с моей стороны
привезти сюда человека ради того, что я задумал с ним сделать, а потом беспокоиться, как
бы он не промочил себе ноги. Со мной вот всегда так. В самые ответственные моменты лезет
в голову всякая чушь.
- А ты знаешь, на что это похоже? - неожиданно сказал он.
- В смысле?
- Ну вот, то, что мы с тобой сюда приехали за город, в такое заброшенное место.
- На что?
- На Штирлица.
Тут он явно застал меня врасплох. Я не видел никакой связи.
- В каком смысле?
- Ну, знаешь, такая вот осень, и этот пруд, и деревья уже без листьев. Помнишь?
Я все еще не понимал, о чем он говорит.
- Ну как! - он нетерпеливо взмахнул рукой. - "Семнадцать мгновений весны".
Штирлиц. Ну?
Я отрицательно помотал головой.
- Да ты помнишь! Там еще Дуров стоял у самой воды, а Штирлиц вдруг достал
пистолет.
У меня на сердце похолодело.
"Не может быть, - подумал я. - Неужели он догадался?"
- Ну что, вспомнил? Там точно такое же было озеро, и деревья, и вот такие вот
камыши. Вспомнил?
Я снова помотал головой.
- Да ну тебя! Ну, как ты не помнишь? Дуров стоял к нему спиной. Вот так. А Штирлиц
вытащил пистолет и выстрелил, пока тот болтал без остановки. Вспомнил? Слушай, а,
может, они тут и снимали как раз?
Я просто потерял дар речи. Как он мог догадаться про мой пистолет? Или все-таки это
была случайность?
- Вообще-то, я читал, что они снимали в Прибалтике, - продолжал говорить Саша. - А,
может, в газетах фигню тогда написали? Я точно озерцо это помню. Четыре раза весь фильм
смотрел. Дуров оказался гнилым чуваком, и Штирлиц решил его завалить. Потому что, если
его не завалить, он собирался на всех нормальных пацанов стукнуть. Ну, теперь вспомнил?
Вот тут он стоял.
Я просто не знал, что ему ответить.
- А Штирлиц вот с этого места в него шмальнул. Вот прямо оттуда, где ты стоишь.
- Да, да, - наконец выдавил я. - Теперь, кажется, припоминаю.
- Ну, вот видишь! - он радостно хлопнул руками. - Согласись, что это то самое место.
- Да... похоже на то...
- Брось ты свое "похоже"! То самое место и есть. Точно тебе говорю.
- Да, - сказал я. - Это то самое место.
- Ну, вот! А ты сомневался.
От избытка чувств он хлопнул себя по ляжкам и прыгнул обеими ногами на лед.
Я не знаю зачем он это сделал. Возможно, он был очень эмоциональным человеком. А,
может, ему захотелось наконец разбить неподдающийся ледяной панцирь. Я не знаю.
Наверное, он любил доделывать все до конца.
Так или иначе, в следующую секунду он стоял по колено в воде и смотрел на меня
испуганными глазами. Я подумал, что в более комической ситуации мы вряд ли могли бы с
ним оказаться. Теперь весь мой план принимал оттенок немого кино с участием Чарли
Чаплина.
- Ё-пэ-рэ-сэ-тэ! - заорал во весь голос Саша. - Провалился!
Странно было, чему он так удивляется. Если человек прыгает обеими ногами на лед для
того, чтобы его сломать, то либо ему это удается, и тогда он, естественно, должен оказаться в
воде, либо у него ничего не выходит, и тогда зачем, спрашивается, вообще было прыгать?
Короче, этот человек-снаряд продолжал вопить, стоя в полуметре от берега, а мне
хотелось подойти и врезать ему так, чтобы он наконец заткнулся. От агрессии меня
удерживало только смутное чувство вины. Этот идиот оказался здесь по моей воле. Если бы
не я, он бы сейчас спокойно сидел в тепле и считал свои деньги.
- Как я теперь поведу "Феррари"? - выкрикивал он из воды. - Они меня даже в салон
не пустят! Я им всю машину изгажу!
Через две минуты он сидел на заднем сидении моего джипа и выжимал носки, а я
выливал воду из его промокших ботинок.
- Давай быстрее, - торопил он меня. - А то они сейчас приедут. И ноги у меня совсем
задубели. Дверь хоть закрой. Сам-то стоишь обутый.
Я чувствовал, что еще немного - и я взорвусь. Он меня достал. Все-таки, наверное,
план у меня оказался немного сыроват. И не только в том смысле, что у этого придурка были
теперь мокрые ноги.
- Давай! - продолжал он. - Видишь, у меня уже пальцы посинели. Смотри, скрючились
совсем!
Я бросил ему ботинки в открытую дверь. Может быть, чуть сильнее, чем требовалось.
- Эй, осторожней! - закричал он. - Чуть в башку не попал.
- Слушай, - наконец заговорил я о самом главном. - Я хотел тут тебя спросить про
одну вещь.
- Что? - закричал он. - Говори громче, а то радио на полную катушку орет. Тебе
нравятся эти телочки из "Блестящих"?
- Ну так выключи его! - не удержался я. - Выруби, раз не слышишь.
- Классные телки, - сказал он, убавляя звук. - Особенно длинная. У нее всегда пуп
из-под рубашки торчит. Классный пупище. Я от него кончаю.
- Я хотел спросить у тебя насчет твоего магазина.
- В смысле? - пробурчал он, задирая ногу над головой, чтобы завязать длинные
шнурки.
- Ты ведь недавно там командуешь?
- Ну.
- А кто был до тебя?
- Вот, блин, шнурок запутался, - проворчал он. - Хмырь один был. Тебе-то на фига?
- Просто так. По приколу.
- Никогда раньше мокрые шнурки не завязывал. Скрипят как резиновые. Заболею, на
фиг, точно воспалением легких.
- А куда он делся?
- Кто?
- Хмырь, который до тебя в магазине командовал.
- Помер.
- И тебе по наследству все хозяйство отдал?
- Не совсем, - усмехнулся Саша. - Пришлось на кое-какие рычаги надавить. Он был
козел тот еще. Хорошо, что подох.
- А после него никого не осталось?
- Я остался, - заржал он.
- Нет, ну там... родственники... наследники...
- Осталась одна крыса с крысенком, - он топнул ногой об пол. - Но я с ними
разобрался... Слушай, а в правом еще вода. Ты, по ходу, не все вылил.
После его слов о Марине с маленьким Мишкой у меня исчезли последние остатки
жалости. Мне больше не было стыдно перед ним. Он сам заслужил то, что с ним сейчас
происходило. Каждый человек должен отвечать за свои поступки. В этом я был уверен как
глубоко религиозный человек.
- Слышь, можно я теперь радио включу? - сказал он.
- Включай, - ответил я и опустил руку в карман за Сережиным пистолетом.
- Ни фига себе, классная пушка, - восхищенно сказал он. - Как настоящая! Где взял?
- Она и есть настоящая.
- Да ладно, брось ты. Откуда у тебя настоящая? Газовый, наверное. Дай посмотреть.
Он протянул руку, не отрывая восхищенного взгляда от пистолета.
- Ну, давай, чего ты? Я же не могу дотянуться.
- Он настоящий.
- Да я верю тебе. Дай посмотреть.
- Он заряжен.
- Дай посмотреть, тебе говорят.
- В нем только одного патрона не хватает.
- Слушай, подойди ближе. Я не хочу из машины вылезать. На ботинки мокрые всякая
дрянь пристанет.
- Он заряжен боевыми патронами.
- Блин, да что ты заладил. Думаешь, я оружия в руках не держал? Тем более, он, по
ходу, у тебя все-таки газовый. Подожди, я сейчас вылезу.
- Не надо, - быстро сказал я.
- Что не надо?
- Сиди там, где сидишь.
- В смысле? - у него в глазах мелькнуло детское удивление.
- Смотри.
Я навел пистолет на смятую банку от "Фанты", валявшуюся под деревом, и нажал на
курок. Барабан плавно довернулся, грохнул выстрел, и банка отлетела шагов на десять.
- Ни фига себе, - протянул Саша-Мерседес. - А ты ментов не боишься? Сейчас на
дорогах сильно шмонают.
- Я ничего не боюсь.
- Дай посмотреть, - сказал он и выпрыгнул из машины.
- Стой! - крикнул я, наводя на него пистолет.
- Эй, осторожней! - закричал Саша. - Он же у тебя заряжен.
- Вот именно. Я же тебе говорил. Надень-ка вот это.
Я бросил ему то, за чем заезжал в "Детский мир".
- Наручники?!! Ты что, сдурел? Кончай, дай сюда мне свой пистолет.
- Стой, где стоишь! - снова крикнул я. - Не двигайся!
- У тебя что, крыша поехала?!!
- Надень их!
- Не буду я ничего надевать. Пошел ты в жопу.
- Надень, - повторил я тихим голосом и поднял пистолет на уровень его лба.
- Да зачем?!!
- Надень, я тебе говорю.
- Вот блин! - чертыхнулся он, застегивая наручники у себя на запястьях. - Странные
какие-то. Чего ты задумал? С ума что ли сошел?
- Не дергай руками, - предупредил я его. - Стой смирно.
Я боялся, что он может их сломать. Если бы он только знал, что наручники для него я
купил в "Детском мире"!
...Закладка в соц.сетях
