Жанр: Драма
Возвращение каина (сердцевина)
...ельно - Олег ей
нравился. - По моему возрасту можно догадаться, кто я... Неужели этот недоросль ничего не
написал обо мне? Ну, я ему дам! Я - старшая в семье Ерашовых.
- Простите... Полина Михайловна, - засмущался Олег, но оставался при этом
сдержанным. - Я не подозревал, что у нас есть... что остались родственники.
- Никто не подозревал! - с гордостью сказала бабушка Полина. - Ведь и я о вас не
подозревала!.. - Она указала на Аннушку: - А это Аннушка, невеста Кирилла!
- Очень приятно! - поклонился Олег. - Кирилл о вас написал.
- Конечно! О невесте он написал! - ревниво заметила бабушка Полина. - Хорошо бы
было, если и о ней написать забыл!
- А вот это вы делаете напрасно! - вдруг заметил Олег, обращаясь к Аннушке. -
Никакой энергии от дерева вы не получите. Пустое все.
- Отчего же? - не согласилась Аннушка. - Мне помогает. Дуб у славян почитался как
Древо Жизни.
- Это суеверие, - мягко, но уверенно сказал Олег. - Сами посудите: разве может
сочетаться энергия человека и дерева?.. Впрочем, как хотите...
- И мне помогает! - вступилась бабушка Полина. - У меня руки крепче стали. Вот, я
уже сама могу крутить колеса.
Она немного прокатилась по дорожке, но Аннушка тут же перехватила коляску:
самостоятельность бабушки Полины однажды уже чуть не закончилась аварией. Она научилась
двигаться, но останавливаться у нее не хватало сил.
- Домой! - скомандовала бабушка Полина. - Олег с дороги и хочет есть.
- Спасибо, я сыт, - проронил тот, еще не зная нрава бабушки Полины.
- Ну уж не ври, - грубовато заметила она. - А где твои вещи?
- Мне ничего не нужно, - сказал Олег. - Я обут и одет... Все остальное - лишняя
суета.
- Чудной, - с внутренним смехом заметила бабушка Полина. - Не зря похож на Сергея
Николаевича... Вот поживете с мое, посмотрите на людей и станете многое понимать. Я
увидела Олега и сразу подумала: если он образом вылитый Сергей Николаевич, то и
характером такой же. Ведь полковник Ерашов - герой болгарского похода, его имя записано в
крепостной башне Шипки!
- Я не герой, - с улыбкой заметил Олег. - Скорее, наоборот...
- Ведь не о тебе и речь, - не глядя, бросила бабушка Полина. - И вот такой отважный
офицер, полковник в двадцать семь лет, бросает военную карьеру и увлекается черт те чем! Вы
знаете, почему вымерли динозавры? Аннушка?
- Я читала его теорию, - сказала Аннушка. - Ее до сих пор переиздают...
- Это потому, что ты занимаешься географией, - ревниво промолвила бабушка
Полина. - А так?то все уже забыли. Но когда-то теория Сергея Николаевича потрясла весь
ученый мир.
- Сергей Николаевич сейчас известен как автор этой теории, - сказала Аннушка.
- О! - Бабушка Полина подняла палец. - Странно, правда? Неизвестен как герой
войны, а вот из?за своей фантазии стал известным!
- Любопытно, - сдержанно проронил Олег.
- Еще бы, молодой человек, - барственно заметила она. - Тебе особенно должно быть
любопытно, потому что Сергей Николаевич твой прадед. Так вот, у Земли, оказывается,
существовал еще один спутник, кроме Луны. И назывался он Сварга. Луна и в те времена была
холодной и лишь отражала солнечный свет, а Сварга накапливал в себе тепло, освещал и
обогревал Землю, и потому не было ни зимы, ни ночи. У Земли было свое маленькое солнце...
Да. Представляете, как все благоухало! Вот тогда и был рай земной, господство света.
- Возможно, - с улыбкой проговорил Олег, не зная, что комментировать и давать
оценки рассказам бабушки Полины запрещено.
- Возможно? - Она обернулась к Олегу. - Не возможно, а так и было! Ты слушай,
молодой человек, слушай!.. Луне и Сварге нельзя было сближаться, случилась бы катастрофа,
но их тянуло друг к другу. И это взаимное притяжение благодатно действовало на Землю. Она
цвела и плодоносила круглый год без перерыва. Отсюда и взялись вечнозеленые растения... С
каждым витком их орбиты становились все ближе и ближе, и вся природа ждала, что если они
сольются в одну планету - наступит невероятный расцвет всего живого на Земле. И они
наконец сблизились... И как всегда бывает, сгорел тот, кто ярче пылал.
Аннушка вдруг рассмеялась:
- Признайтесь, Полина Михайловна, эту теорию вы придумали только сейчас! И не
Сергей Николаевич, а вы!
- Почему же я? - возмущенно удивилась бабушка Полина. - Ничего подобного! Я
помню, как Сергей Николаевич мне это рассказывал. Правда, я была очень маленькой, но
помню!
- Так почему же погибли динозавры? - спросил Олег.
- Все очень просто, молодой человек, - сухо и без интереса сказала бабушка Полина. -
Сварга обратился в прах, резко увеличилось земное притяжение, и динозавров попросту
раздавило. Скелеты были не приспособлены. Они ползали, как тараканы от дихлофоса... К
тому же мгновенно проснулись все вулканы, образовалось тысячи новых. Ядерная зима,
катастрофа... - Она попросила остановить коляску. - Аннушка, я и в самом деле кое-что
придумала сама... Вы не забывайте, я без малого двадцать лет была в лагерях, а потом тридцать
лет лежала в одиночестве. У меня было время подумать... Я скоро умру, поэтому вы...
- Полина Михайловна! - одернула ее Аннушка. - Мы же договорились: о смерти не
говорить.
- Не имей привычки меня перебивать! - отрезала бабушка Полина. - Я знаю, что
говорю!.. Ты занимаешься наукой, тебе это пригодится... Я сделала открытие. Да! И не
думайте, что старуха выжила из ума! Ладно, я знаю, что вы обо мне думаете...
- Ну, Полина Михайловна, - Аннушка присела перед ней. - Вы опять за свое. Сколько
можно?
Бабушка Полина погладила ее по голове, по щекам.
- Умница моя... Думай обо мне что хочешь, но все равно послушай. До гибели Сварги
весь живой мир и растения были легкими, воздушными. И летать в той атмосфере было очень
просто... А мозг у всех живых существ находился в жидком состоянии. В этом и заключался
хаос! Вся природа находилась в хаотическом состоянии и не осмысливала себя, потому что
мозг не накапливал никакого опыта. Это было не нужно в раю!.. Но после катастрофы из-за
большого земного притяжения мозг начал уплотняться. У пресмыкающихся он стал
студнеобразный, и потому некоторые виды выжили. Но они уже не могли летать, а только
ползали... - глаза ее засверкали как-то нездорово, цепкая рука обвила запястье Аннушки. -
Слушай, слушай меня! У всех теплокровных мозг затвердел и уже не переливался, как вода в
сосуде. Земное притяжение остановило хаос! Существование стало осмысленным. И появился
человек разумный. Ему было тоже тяжело и больно, но в этой боли родился разум. Не верь,
Аннушка, никакой эволюции не было! Человек словно проснулся и за жизнь одного поколения
приобрел опыт, выстроил мироздание. Катастрофа сотворила человека.
Олег отвернулся и перекрестился.
- Как вы можете? Старый человек, одной ногой в могиле...
- Потому и могу, что одной ногой в могиле! - сурово заявила бабушка Полина. - Не
смей мне перечить, молодой человек!
- Неужели вам не страшно? - искренне изумился Олег. - В вашем возрасте нужно
молиться и думать о душе!
Бабушка Полина сама развернула коляску к Олегу:
- Ты меня учить вздумал?
Аннушка приобняла ее, огладила голову. Назревал скандал.
- Полина Михайловна, успокойтесь! Ну что вы, в самом деле?
- Он меня вздумал учить! - возмутилась она. - Он мне говорит о чем я должна думать!
Яйцо курицу!.. Ты что, священник? Батюшка?
- Нет, я послушник, - виновато признался Олег. - Но я должен сказать... То, что
слышу от вас - ересь и богохульство.
- Скажи-ка мне, голубчик, - жестко спросила бабушка Полина. - Давно ли ты
окрестился?
- Два года назад, - смиренно проронил Олег.
- Так я и думала, - она подняла лицо к Аннушке. - Всю жизнь страдала от неофитов и
излеченных алкоголиков. Они совершенно одинаковые и самые страшные люди. Они всегда
хотят быть святее папы римского. И чтобы доказать свою святость, готовы шагать по трупам...
- Вы же не знаете! - взволновался и покраснел Олег. - Вы же не знаете, как я пришел к
вере!..
- Молчи, оглашенный! - оборвала его бабушка Полина. - У тебя еще пока гордыня, а
не вера! Вера - не рубаха, которую надел и пошел! Он пришел к вере!.. Моисей сорок лет
держал евреев в пустыне и не привел к вере!
- Не волнуйтесь, Полина Михайловна! - Аннушка схватила ее руки. - Не сердитесь на
него! Сами же говорили: нужно жить в мире!
- Таких послушников и к монастырю-то нельзя подпускать! - гневилась она. - Или
всю жизнь держать на послушании. Он ведь думает, вера - это партия: заявление написал и
рясу получил!
Олег резко развернулся и пошел в глубь Дендрария. Фигура его стала жалкой и одинокой,
хотя он старался высоко держать голову. Бабушка Полина вдруг забеспокоилась:
- Старая дура... Ну-ка, верни его! Как нехорошо получилось... Но он ведь и в самом
деле оглашенный!.. Алеша приедет, что мне скажет? Верни его, Аннушка!
Аннушка оставила коляску и побежала следом за Олегом. Тот чувствовал, что за ним
бегут, но, не останавливаясь, упорно шел прочь из Дендрария.
- Вам не стыдно убегать от женщин? - крикнула она.
Олег остановился посередине аллеи, стоял и ждал, когда подойдут. Аннушка заслонила
ему путь.
- Никуда вы не уйдете, - решительно сказала она. - И перестаньте обижаться. Вы же
не красная девица!
- Меня назвали страшным человеком, - глядя в землю, выдавил Олег. - Я неофит!
Только не знаю, что в этом страшного...
- Хорошо, что она вас не оттаскала за косичку...
- Все равно мне здесь делать нечего.
- Вы приехали на свадьбу к брату, - примиряюще сказала Аннушка. - Кирилл вас
очень ждал... И уходить ни в коем случае нельзя.
Он поднял страдающие глаза и тут же их опустил, но Аннушка заметила блеснувший в
них интерес.
- Найдите контакт с Полиной Михайловной. Она удивительный человек!
- Мне трудно слушать ее мерзкие открытия.
- Почему? Что в этом мерзкого? - удивилась Аннушка. - А мне интересно! Я ничего
подобного не слышала.
- Это искушение, и ничего больше, - не очень уверенно проговорил Олег. - Мир
создан Господом, а не стихиями и катастрофами.
- Вот пойдите и поспорьте с ней!
- Не хочу...
- Боитесь? - ухватилась Аннушка. - Вижу, боитесь. И правильно делаете. У Полины
Михайловны потрясающая память и очень живой ум. Но она может сердиться. И она сейчас
просто рассердилась на ваше упрямство, на вашу одержимость.
- Одержимость, разумеется, плохое качество? - с вызовом спросил Олег. - Похоже на
фанатизм...
- Отчего вы все время задираетесь? - вдруг раздраженно спросила Аннушка. -
По-моему, вам нравится обижаться. Чтоб вас уговаривали, упрашивали? Да?.. Надо умудриться,
чтоб поссориться с бабушкой Полиной.
- Я не знаю, почему это происходит, - откровенно признался он. - Мне нельзя жить в
этом мире. И потому я ухожу из него... Вы правы, где я появляюсь, там возникает конфликт.
- Идите и миритесь, - велела Аннушка. - Попросите у нее прощение. Это будет
по-христиански. Полина Михайловна - святой человек.
Он снова поднял глаза и, смутившись, достал из кармана четки. Пальцы его забегали по
янтарным костяшкам.
- Да-да, я пойду, - пробормотал он. - Переступлю через себя... Но не смирюсь, когда
при мне покушаются на истины и Промыслы Господни. Вот вы, Аннушка, верующий человек?
- Не знаю... - растерялась она. - Пока нет, наверное, хотя я недавно крестилась...
- Очень хорошо, - одобрил Олег. - Труднее всего сделать первый шаг. Вам нужно
оцерковляться, идти к вере через исполнение обряда. Я вас научу! И посмотрите, как вам станет
легко и радостно жить!
- Мне и так сейчас очень легко и радостно, - засмеялась Аннушка. - Потому что я
встретила Кирилла и выхожу замуж. Ступайте к бабушке Полине!
Он послушно ушел к коляске и что-то стал говорить Полине Михайловне, потупясь и
перебирая четки. Аннушка умышленно оставила их один на один и, свернув с аллеи, спряталась
за деревья. Бабушка Полина выслушивала его долго и наконец подала ему руку. Олег
поцеловал ее и встал за спину бабушки Полины, приготовившись катить коляску. Они ждали
Аннушку...
А Аннушка неожиданно увидела в траве обломок скульптуры - изящную женскую руку.
Она присела, подняла ее и словно зачарованная стала рассматривать. Отшлифованный мрамор,
казалось, покрыт матовой пленкой, отчего тяжелый камень выглядел нежным и теплым.
- Аннушка! - звала ее бабушка Полина. - Нам нужно домой!
- Смотрите, что я нашла! - дивясь, воскликнула Аннушка. - Какое чудо!
Бабушка Полина осмотрела находку и спокойно покачала головой:
- Следы погибшей цивилизации... Да! В парке стояли скульптуры, кажется,
одиннадцать... Маленькая, я боялась вечером бегать по парку. Мне чудилось, они живые...
Да... Насколько я знаю, скульптуры устанавливал твой прапрадед, Николай Афанасьевич. Они
и тогда были очень дорогие... Великолепная работа. А выписаны были из Италии... И долго
простояли! Помню, когда в тридцатом арестовали, несколько скульптур оставалось. Побитые,
правда, безголовые...
Взгляд ее неожиданно остановился, и голова стала падать, словно бабушку Полину вдруг
поклонило в сон.
- Что с вами? - испугалась Аннушка. - Полина Михайловна?
- А? - Она вскинула голову. - Что?.. Со мной ничего. Немного на солнце
перегрелась...
Домой бабушку Полину везли с ветерком, и это взбодрило ее. Она глубоко дышала
встречным ветром и щурила слезящиеся глаза. Возле парадного она совсем ожила и вновь стала
капризной.
- Ну-ка, молодой человек, - сказала она Олегу. - Занеси меня в дом!
Ее обычно закатывали на коляске, и Аристарх Павлович для этой цели выстелил на
ступенях дощатые мостки.
Олег поднял ее на руки, бабушка Полина обняла его за шею.
- Не бойся, я легкая, - сказала она. - Что во мне осталось? Живая мумия... Ах,
Аннушка! Как я мечтала, чтоб у меня были внуки, чтобы ухаживали за мной и носили на руках!
Вечером бабушка Полина распорядилась устроить праздничный ужин в честь приезда
Олега, и стол накрыли у Аристарха Павловича. Сам он и его квартира уже становились
необходимой и неотъемлемой частью жизни семьи Ерашовых. Бабушка Полина еще по
привычке охала, де-мол, неловко стеснять, приносить хлопоты, однако Аристарх Павлович был
в тот вечер какой-то особенно вдохновленный и пел куплеты из романсов, таская тарелки с
закусками с ерашовской половины.
Кирилл с Надеждой Александровной явились домой около четырех часов, нагруженные
покупками, - ездили в Москву за продуктами подешевле, но по дороге сосчитали, что ничего
не выгадали и только намучились.
- Не приехал? - с порога спросил Кирилл, имея в виду старшего Ерашова.
- Приехал! - воскликнула Аннушка. - Олег, выходи!
Олег вышел из комнаты с книгой в руках, как-то невыразительно кивнул. Кирилл смотрел
на него и не узнавал! Было полное ощущение, что перед ним чужой, незнакомый человек.
- Олег? Какой ты стал... - проговорил он. - Я так давно тебя не видел...
И не от чувств, а скорее по надобности бросился к нему, обнял, помял в руках безвольные
плечи брата.
- Я рад за тебя, Кирилл, - сказал Олег. - У тебя очень красивая невеста.
Он скромно сел в углу за камин и больше не сказал ни слова, пока вокруг суетились и
накрывали на стол. Аристарх Павлович поджидал Валентину Ильинишну и часто выбегал на
крыльцо, но она задерживалась, и сели без нее. И тут Олег встал и сказал:
- Прошу всех встать.
- Это еще зачем? - весело спросил Кирилл, раскупоривая бутылку вина.
- Нельзя же садиться за стол без молитвы, - наставительно проговорил Олег и поискал
глазами по стенам. - Аристарх Павлович, где у вас иконы?
- А нет икон! - пропел Аристарх Павлович и встал. - Лежат где-то в шкафу.
- Ну что же, так помолимся, - не смутился Олег. - Встаньте, прошу вас.
Возникла небольшая выжидательная пауза: молиться за столом было непривычно, и все
растерялись. Олег стоял и ждал. И Аристарх Павлович с Аннушкой стояли. Засмущавшись,
вскочила Надежда Александровна.
- Встаньте, помолитесь, - вдруг сказала бабушка Полина. - А мне уж позвольте
сидеть.
- Ну и дисциплинка в вашем монастыре, - весело пробормотал Кирилл и встал. - А я
молиться не умею. И вообще некрещеный.
- Очень плохо, брат, - вздохнул Олег и стал читать молитвы.
Эта неловкость, происшедшая в начале ужина, внесла напряжение и как бы свела на нет
предполагавшееся веселье. Все стали есть молча, перекидываясь лишь взглядами, а Олег же
вовсе не поднимал глаз и, вяло ковыряя вилкой салат, показывал пренебрежение к еде. Кирилла
такое мрачное застолье выводило из себя - он и так намолчался в дороге да в магазинных
очередях.
- А что, Полина Михайловна, раньше всегда молились перед едой? - спросил он, глядя
на брата.
- Где как принято было, - пояснила она. - В одном доме молились, в другом лишь
крестились.
- Как же у Ерашовых?
- Ерашовы были люди военные, - медленно проговорила бабушка Полина. - И в
церковь-то ходили по великим праздникам. Купцы набожные были, а дворяне - люди вольные,
как сделал, так и хорошо.
- Это мне нравится, - одобрил Кирилл.
- Тебе, Кирилл, необходимо принять крещение, - заметил Олег. - До свадьбы надо
успеть.
- Это еще почему?
- Как же ты под венец пойдешь? - спокойно спросил Олег. - Батюшка тебя и не
допустит.
- Под венец? - Кирилл посмотрел на Аннушку. - Мы что, пойдем венчаться?
- Ой, как я хочу венчаться! - возликовала Аннушка. - Так красиво! Я видела...
Кирилл, давай после загса сразу обвенчаемся?
- Как же вы так, - укоризненно заметил Олег и отложил вилку. - Через несколько дней
свадьба, а только сейчас заводится разговор о венчании? Не понимаю...
- Кирилл, давай! - наседала Аннушка. - Представляешь, над нами будут держать
короны! А два пажа понесут шлейф...
- Аннушка, с тобой я пойду куда захочешь, - заверил Кирилл. - Венчаться так
венчаться... Но я не хочу, чтобы меня насильно заставляли выполнять все эти обряды.
- Есть такой путь к вере - через обряд, - терпеливо объяснил Олег. - Благодать
входит в душу человека через таинства христианских обрядов.
Кирилл вдруг бросил ложку и взмахнул руками:
- А я не хочу! Не хочу никакой обязаловки! Не хочу насилия над собой!.. Позвольте
узнать, что изменилось в нашей жизни? Ничего! Одно политическое насилие над личностью
сменилось другим. Только и всего!
Олег побледнел и, опустив голову, стал постукивать костяшками четок. Вновь назревала
размолвка, судя по настроению братьев, готовая перерасти в ссору.
- Кирилл! - одернула его бабушка Полина. - Ты не умеешь вести себя в обществе.
Нужно уважать чужие чувства, тем более чувства родного брата.
- Нет, а мои чувства уважают? - взъерепенился тот. - Я не против веры. Если это
нужно - готов креститься, идти под венец. Но чтобы это стало не просто обычаем, а моей
личной потребностью.
- Откуда же взяться потребности, если душа твоя, брат, в мерзости? - с отеческими
нотками проговорил Олег. - Если она еще слепая?
- В мерзости?! - изумился и вознегодовал Кирилл.
Он был готов сорваться, однако Аристарх Павлович ввел в комнату Валентину
Ильинишну.
- Дорогие господа! - торжественно пропел он веселым басом. - Мы ждали
подходящего момента! И заявляем вам: мы с Валей женимся!
- Палыч! - закричал Кирилл, перенося изумление на Аристарха Павловича. - Палыч!
Тиимать! Вот это да!
Он бросился к окну и стал тискать, хлопать по плечам. За столом сразу повеселели, и
назревающая ссора вмиг была забыта. Аннушка поцеловала Валентину Ильинишну, повлекла за
собой, чтобы усадить рядом. Однако бабушка Полина изъявила желание поздравить ее, и
Валентину Ильинишну подвели к коляске.
- Будь счастлива, дочка, - растроганно сказала бабушка Полина и поцеловала ее в
лоб. - Аристарх Павлович - человек достойный и ласковый. Как за каменной стеной будешь
с ним!
Безучастной оставалась лишь Надежда Александровна, скромно сидящая на уголке, да
Олег, взиравший на суету с молчаливым спокойствием.
- Тиимать, Палыч! - заливался Кирилл, наливая вино. - А давай одну свадьбу
сыграем, а? Аннушка? Полина Михайловна? Валентина Ильинишна? Не две же собирать!
Народ? А экономия какая!
- Ну, будем вам мешать, - затянул Аристарх Павлович. - Вы - молодые люди, пусть
будет праздник ваш! А мы семейным кругом... отметим торжество дня через два...
- Спасибо, Кирилл, но Аристарх Павлович прав, - вступила Валентина Ильинишна. -
Невеста на свадьбе должна сиять одна! И жених тоже.
- Правильно, - подтвердила бабушка Полина. - Это же тебе не комсомольская
свадьба, одна на десять пар, всем колхозом сразу.
- Эх, зря! - не сдавался Кирилл. - Как здорово бы было! Мы бы сразу с Палычем
оженились!.. Палыч, помнишь, как мы сидели тут вдвоем и мечтали жениться? Давно ли было?!
- Не я, а ты мечтал! - засмеялся Аристарх Павлович. - А я и не мечтал...
- Слушай, Палыч! А ты венчаться будешь? - спохватился Кирилл. - Валентина
Ильинишна?
- Не знаю! - засмеялась Валентина Ильинишна. - Я все отдаю на откуп Аристарху
Павловичу. Как он скажет, так и будет!
- Вот это голос женщины! - возрадовался Кирилл. - Предлагаю выпить за счастливое
известие и за наших невест!
- Ну вот, нам осталось найти невесту Олегу, и будет как в кино, - сказала бабушка
Полина. - Аристарх Павлович, дочка когда приедет?
- Да жду вот, жду, - пропел Аристарх Павлович. - С весны ведь не бывала... На
свадьбу позову!
- Оставьте, Полина Михайловна, - отозвался безучастный Олег. - Что говорить
напрасно...
- Отчего же напрасно? - строго спросила бабушка Полина. - Тебе жениться надо, а ты
в монастырь собрался. Вон какой парень, не хромой, не горбатый. Погоди, вот увидишь дочку
Аристарха Павловича, тогда я на тебя погляжу...
- А что, Аристарх Павлович? - дразня Аннушку, спросил Кирилл. - Красивая у тебя
дочка?
- На чужой каравай - рот не разевай! - отрезала бабушка Полина. - Ишь, гусар!
- Мне своего каравая не съесть! - засмеялся Кирилл.
- Еще посмотрим, кто кого съест, - заметила Аннушка.
Олега на время забыли, и он успокоился, да бабушка Полина не отступалась.
- Кому в ученье, кому в монастырь - такие дела на семейном совете решают, - заявила
она. - Мало ли что ты придумал. Теперь у тебя есть семья, дом. Ты теперь не один, чтобы
своей судьбой распоряжаться. К тому же ты молодой, можешь сделать глупость, и потом назад
пути не будет.
- Я уже сделал выбор, - уверенно заявил Олег. - Вы же не знаете, как я жил.
- Ну, кое-что знаем, - не согласилась бабушка Полина. - Молодость и есть
молодость... Приедет Алеша, сестра твоя приедет, тогда и посоветуемся.
- Навряд ли что-то изменится...
- Опять насилие! - деланно вздохнул Кирилл. - Я думал, только в армии командиры...
Аннушка наклонилась к нему и прошептала:
- Пойдем, что-то покажу! Что я нашла!..
Они ушли в комнату бабушки Полины, и Аннушка сняла с полки мраморную женскую
руку.
- Ты нашла? - обрадовался Кирилл. - Нет, это я нашел! Первый нашел! В день
приезда!
- А что же ты бросил ее?
- Не знаю, - рассматривая обломок, проронил он. - Что-то взбрело в голову...
Подумал, несолидно...
- Эх ты! Посмотри, какая красота! - любуясь линией мраморной кисти, сказала
Аннушка. - Можно представить, какая была скульптура.
- Я знаю, где она стояла! - спохватился Кирилл. - Там наверняка еще есть обломки.
- Пошли копать? - загорелась Аннушка. - Прямо сейчас.
Они переоделись и, не возвращаясь к столу, нашли лопату и грабли. Кирилл отломил
кусок толстой проволоки и сделал щуп. Ориентир был - стена Института вакцин и сывороток.
Они побежали через Дендрарий напрямую, однако Аннушка остановилась:
- Погоди, Кирилл... Давай возьмем Олега? Он такой одинокий, пусть будет с нами?
- Пусть будет, - сказал Кирилл и, закурив, сел на землю.
Аннушка убежала назад и скоро вернулась с молчаливым и меланхоличным Олегом.
- Полина Михайловна не отпускала, - сообщила она. - Говорит, мы дурью маемся...
Ты тоже так считаешь, Олег?
Брат промолчал. Они долго шли вдоль стены и хоть смотрели в три пары глаз, но стрелку
с первого раза не заметили. Ее почти смыло ливнем, и остался лишь белый след от зубной
пасты. Кирилл отыскал холмик с остатком постамента и очертил щупом большой круг.
- Господа археологи, прошу!
Как и следовало ожидать, больше всего обломков оказалось неподалеку от центра круга.
Из толстого слоя перегнивших листьев выгребли вторую кисть руки с шариком между пальцев,
предплечье с локтевым сгибом и множество обломков свисающих складок ткани. Безучастный
Олег, вначале вяло тыкавший лопатой в землю, увидев находки, ожил и рыл теперь землю по
кругу. Попадал битый кирпич, камни, куски бетона, но мраморные осколки встречались реже и
реже. Они нашли еще одно предплечье - левое, с куском мраморной ткани на сгибе; руки
можно было уже собрать до плеч, и не хватало лишь мелких кусочков, выщербленных на
сломах.
- Все, ребята! - Кирилл бросил грабли. - Все, что можно легко отбить от скульптуры,
мы уже нашли. Кроме головы! Голова и тело лежат где-нибудь в кустах.
- Почему в кустах? - спросил Олег. - Думаешь, могли спрятать?
- Зачем ее потащат в кусты? - Аннушка собирала обломки рук. - Это же не
похитители, а варвары! Они же не логичны!
- Как говорил наш старшина, объясняю последний раз для дураков, - Кирилл взял
щуп. - Это была женщина, так? Так! А логика варвара - женщину тащить в кусты!
- Дурак, - сказала Аннушка.
- А вот посмотришь сейчас!
Он пошел кругом между развесистых ив, проверяя землю щупом. Иногда он продирался
сквозь ветви, стараясь забраться в самые недоступные места. Аннушка и Олег, побродив по
холмику - статую здесь действительно не спрятать, - полезли по ивняку, расширяя круг.
- Я вспомнила ее! - вдруг крикнула Аннушка. - Я знаю, кто она!
- Тьфу, напугала! - засмеялся Кирилл. - Ну кто?
- Афродита из Арля!
- Почему? Может, Венера!
- Афродита из Арля держит в руке шарик! - ликовала Аннушка. - Эта же копия
знаменитой скульптуры "Афродита в садах"!
- Олег, ищи обнаженную женщину! - приказал Кирилл. - Если мы не найдем ее,
значит, у нас нет нюха. Можно сваливать в монастырь!
- Она должна быть полуобнаженная. - пояснила Аннушка. - Мы же нашли обломки
ткани!
- Правильно ищем! - засмеялся Кирилл. - Кто-то ее пробовал раздевать в кустах!
- Ой пошляк! - весело возмутилась Аннушка. - Олег, посмотри, за кого я выхожу
замуж?
- Посмотри, Олег! - подхватил Кирилл. - Не хочет
...Закладка в соц.сетях
