Жанр: Детектив
Бумер 3. Бумер
... города, объехал три кинотеатра, молодежное кафе, где в этот час
посетителей почти не было, пообедал в ресторане китайской кухни "Красный дракон" и вышел
на улицу голодным, будто вовсе ничего не ел.
Забравшись в салон, он разложил на коленях карту и стал прикидывать, где сейчас может
находиться девчонка. Дядька говорил про Интернет-кафе, если верить карте, их в городе три.
Удача улыбнулась Коту со второй попытки. На стоянке возле Интернет-кафе
"Бригантина" пристроилась серая "Хонда", покрашенная кое-как, неумело, на скорую руку.
"Кажется, тебе сюда", - сказал себе Кот и вылез из машины. Народа в кафе по пальцам
считать, зал разделен невысокой перегородкой на две части. Но той половине, что ближе к
входной двери, можно выпить газировки и съесть бутерброды. Или устроиться на высоком
одноногом табурете у барной стойки и глотнуть холодного пива. По другую сторону
перегородки на конторских столах расставлены системные блоки и мониторы. Здесь клиенты,
утолившие голод и жажду, зависают в Интернете.
Дашка сидела за столиком у окна, уставившись в компьютерный экран. Сама на себя не
похожа, глаза мутные, лицо напряженное, будто она не в Интернете болтается, а выполняет
какую-то важную работу. Кот, присев на табурет у стойки, заказал кружку пива и сухарики. Он
достал фотографию, глянув на нее, снова перевел взгляд на Дашку. Она, точно.
Просто так бухнуться на стул рядом с девчонкой и выложить ей все, о чем самому
вспоминать тошно, - это не пройдет. Для любого разговора, особенно такого важного, нужно
подходящее время и место. Интернет-кафе не лучшее место, а сейчас, когда Дашка так увлечена
компьютерными развлечениями, неподходящее время. Но с чего-то надо начинать. Дашка
может выйти из этого заведения минут через пять, а потом снова ищи ее по всему городу.
Откладывать нельзя, надо сейчас.
* * * *
Дашка закончила набивать письмо, адресованное Леониду Ивановичу Захарову, отцу
Оксанки. Поставив последнюю точку, стала внимательно вчитываться в текст. Все вроде бы
гладко и, главное, понятно. Сейчас папашка, наверное, мается в своем кабинете, меряет шагами
пространство, падает в кресло, снова встает и ходит из угла в угол. Останавливается, чтобы
накапать в стакан волокардина. В ожидании письма он провел три бессонных ночи, успел
собрать деньги и убедиться, что седины на висках заметно прибавилось. Он напуган, он готов
на любые уступки. Теперь Захарову не терпится расстаться со своими долларами, получив
взамен гарантии спокойной жизни. Пусть зыбкие, но гарантии.
Дашка внесла незначительную правку, заменив "деньги" на "обговоренную сумму" и
"обезопасить" на "спасти свою жизнь". Теперь, кажется, нормально.
Захарову надлежало ровно через два часа доставить деньги по указанному в письме
адресу, положить их посередине комнаты, там, где на полу мелом нарисован круг. И
немедленно выйти из квартиры и подъезда. И уехать, желательно, подальше. Если люди
Захарова или он сам попытаются установить за домом слежку, проникнуть в помещение через
дверь, пожарную лестницу или иным способом, отправитель письма будет считать себя
свободным от выполнения взятых на себя обязательств. Все пленки с записями разговоров
Леонида Ивановича немедленно попадут в руки его руки его бывшего компаньона.
В заключении Дашка написала, что надеется на благоразумие Захарова и его людей.
Дашка немного подумала и добавила еще одно предложение.
"Если ваши люди, уважаемый Леонид Иванович, попытаются задержать курьера,
который придет за посылкой, или поиграть в частных детективов, устроив за ним
слежку, наша договоренность будет аннулирована".
Оторвавшись от монитора, Дашка посмотрела по сторонам. Тип в темном костюме,
сидевший за стойкой бара, ей сразу не понравился. Мужик как бы ненароком посматривает в ее
сторону. Он облизывает губы языком, будто симпатичных девчонок не видел целый год или
всю пятилетку, и нервно покашливает в кулак. По всему видно, собирается подрулить к Дашке
и сказать какую-нибудь чепуху о хорошей погоде.
На людей Захарова этот чувак не похож, тех мордоворотов Дашка помнит в лицо, и
прикид на мужике фирменный. В здешних магазинах такие клифты не выставляют, потому что
покупателей с толстыми кошельками немного найдется.
Закончив свои наблюдения, Дашка нажала кнопку на клавиатуре, отправив письмо.
Мужчина уже шел через зал, остановившись у столика, опустился на свободный стул.
- Послушай, ты меня не знаешь, - сказал он. - Хочу тебе кое-что передать. И на
словах...
Сидя у барной стойки за кружкой пива, Кот придумал несколько гладких фраз, которые
годились для начала разговора, но в самый нужный момент позабыл их, даже не представился,
имени своего не назвал. Дашка с любопытством смотрела на незнакомца, стараясь угадать, как
он станет клеиться. Предложит заглянуть в бар или в кабак? Нет, для кабаков слишком раннее
время. Да и тема избитая. Тогда что? Кино? Прогулка на лоне природы? Того не лучше.
Дашка не выключала компьютер, дожидаясь сообщения оператора, что письмо получено
адресатом. Пара минут в запасе есть.
- Вы правы: я вас не знаю, даже раньше не видела, - Дашка улыбнулась, словно
поощряя собеседника к дальнейшему разговору, а сама бухнула. - И нет никакого желания
знакомиться. Ни-ка-ко-го.
Кот потер подбородок. Еще недавно казалось, что он может найти общий язык с любым
человеком, но перед этой пигалицей почему-то робел.
- Понимаешь, я ведь не клинья к тебе подбиваю. У меня есть важный разговор. Но здесь
как-то не хочется...
Костян, оборвав себя на полуслове, огляделся по сторонам.
- Может, выйдем в скверик? - предложил он. - Воздухом подышим. Заодно обсудим
одну тему.
- Не знаю, как вам, а мне и здесь воздуха хватает. И вот еще, для справки. Почти все
парни, которые ко мне подруливают, часто именно с этого и начинают: есть разговор. Через
минуту выясняется, что они просто хотят перетрахаться. Я думала, ты изобретешь что-нибудь
поинтереснее. Важный разговор... Господи...
- Поинтереснее - это как?
- Ну, скажешь, что ты режиссер. Предложишь сняться в рекламе нашего мясокомбината.
"Колбаса столовая - лучший выбор молодежи". Что-нибудь в этом роде.
- Но я ведь не режиссер...
- Можешь не объяснять, - ответила Дашка. - Это и так за километр видно. Заметно,
что ты не режиссер и даже не его ассистент. Просто фраер с деньгами. Ты не расстраивайся,
еще не вечер. Прямо тут запросто заклеишь любую девчонку. Подожди пару часов и народу
набьется - под завязку. Большой выбор. Кого-нибудь обязательно возьмешь на буксир.
- Но мне нужна ты, - Кот выругал себя за то, что в нужный момент не может связать
пары фраз. - Это ненадолго...
- Извини, может быть, в другой раз я бы с тобой поболтала пять минут. Или даже шесть.
В виде исключения. Но сегодня мне не до этого.
На экране монитора появилось сообщение, что отправленное письмо получено и
прочитано. Больше в кафе делать нечего, надо уходить.
- Послушай, - начал Кот. - Я не девочек клеить приехал.
Но Дашка уже не слушала, она вырубила компьютер, поднялась на ноги и бросила через
плечо:
- Желаю удачной охоты, - а себе под нос проворчала шепотом: - Чертов педофил.
Извращенец.
Через стекло витрины Кот видел, как девчонка залезла в "хонду" и тронула с места.
Чего-чего, а терпение у Кота есть. И время есть. Сейчас он сядет в джип и поедет следом за
девчонкой. Он не станет больше ломаться перед ней, искать нужные слова и играть в
деликатность. Просто выложит письмо и фотку, а потом ответит на все вопросы. На самые
трудные, на самые обидные.
И сейчас надо было с этого начинать, с письма и карточки. А он мычал что-то
невразумительное. Кот поднялся и пошел к выходу.
Глава седьмая
Леонид Иванович Захаров пружинистой походкой прошелся по кабинету, посмотрел на
бронзовые каминные часы, перевел взгляд на свой швейцарский хронограф. И подумал о том,
что наручные часы, как всегда точны, а эти декоративные убогие часики безбожно врут.
Он присел к рабочему столу, уставился на экран монитора и еще раз перечитал Дашкино
послание. До места, где он должен оставить деньги, езды минут сорок. Через двадцать минут
после того, как по электронной почте пришло письмо, туда выехали люди из службы
безопасности. Парни получили подробные инструкции, что и как следует делать, они
вооружены серьезными пушками, есть средства связи и все необходимое. С этим ясно. Но душу
продолжали терзать сомнения.
- Что же делать? И кто виноват? - вслух спросил самого себя Захаров и не нашел
единственно верного ответа. Виноваты все вокруг. И он в частности. А что делать, -
неизвестно.
Начальник службы безопасности Алексей Круглов, оставшись один на один с хозяином,
призадумался. Пока Захаров в задумчивости болтался по кабинету и пытал себя вечными
вопросами, Круглов склонился над картой города, которую он раздобыл у военных, и,
вооружившись циркулем и линейкой, прикидывал, как лучше подобраться к строению и при
этом остаться незамеченным. Район не сказать, чтобы элитный. Полно старых домов,
общежитий квартирного типа, подворотен, проходных дворов, где можно легко затеряться.
Но главный вопрос оставался открытым: каким образом шантажист собирается войти в
нежилой дом и, прихватив свою добычу, скрытно смыться оттуда? Долго лежать в пустующей
квартире упаковка с деньгами не может, ее живо подберут местные ханыги и малолетняя
шпана. Шантажист не может этого допустить. Тогда что? Он наймет человека, чтобы тот забрал
деньги? Будет использовать своего курьера втемную, не посвящая его в детали задуманной
операции? Сомнительно. Потому что слишком рискованно, нет гарантий, что человек вернется
с деньгами. И не приведет за собой хвоста. Значит, у преступника есть сообщники. Но и это
ничего не объясняет.
Опять вопрос: как этот сообщник донесет деньги до безопасного места, ведь это непросто,
все равно, что пройтись по темной улице со стаканом воды и не расплескать ни капли. Нет
ответа. Что на уме у шантажиста? Каким способом он заберет пятьдесят штукарей? Нельзя
ответить на этот вопрос, не осмотрев дом и его окрестности. Но времени на этот осмотр не
осталось. Сейчас шестнадцать часов. За все про все у Круглова и компании - час с небольшим.
Шантажист все точно просчитал и не дал форы во времени. Чтобы взять заброшенный дом, все
прилегающие переулки и проходные под контроль, потребуется никак не меньше двух-трех
часов, которых нет в запасе.
- Слышь, Алексей, - босс тронул Круглова за плечо. - Может быть, надо выполнить
требования этого гада? Пусть будет так, как он хочет. Оставим на месте пятьдесят штук. И все.
Никаких ловушек, никакого наблюдения. Может быть, на этом все и закончится, а? Для меня
это не слишком большая сумма...
Круглов решительно помотал головой:
- Не имеет смысла. Это все равно, что спустить деньги в сортир. Мы дадим этому
отбросу унести бабки. А уже завтра получим новое письмо с угрозами. И новое предложение:
сто штук за молчание. Ставки будут расти, а вы будете отстегивать бабки, пока не останетесь
голым и босым. А ваш компаньон Зобин все равно получит те чертовы аудио записи.
- Да, да ты прав, - пробормотал Захаров. - Конечно, это глупо.
За последние дни его злая решимость во что бы то ни стало достать шантажиста и
спустить с него шкуру, выветрилась из души. Остались только досада за собственную глупость
и длинный язык. И еще остался страх, который жрал поедом, не давал ни есть, ни спать.
- Пора, - сказал Круглов.
Он сложил карту и, засунув снаряженную обойму в рукоятку пистолета, передернул
затвор. И трижды перекрестился, глядя на старинную икону Смоленской Божьей матери,
висевшую в углу.
- Пора, - как эхо повторил Захаров.
Креститься он не стал, решив, что у бога в таких делах помощи не просят. Спустившись
по лестнице, вышел из дома. Сел за руль "фольксвагена" с затемненными стеклами. Через
минуту на заднее сидение залез Круглов, рядом с собой он положил пакет, завернутый в
почтовую бумагу и крест-накрест обмотанный скотчем. В пакете - листы резаной бумаги,
уложенные в пачки. Сверху и снизу в каждой пачке - по долларовой купюре.
Шантажист, заполучив в руки пакет, сразу же захочет посмотреть, что в нем. Чтобы
разорвать скотч, жесткую бумагу и добраться до "кукол", потребуется никак не меньше двух
минут. А время работает против него.
* * * *
Дорога отняла около часа. Остановив машину напротив дома, Захаров с пакетом в руках
пересек проезжую часть, нырнул в темный подъезд. Постоял минуту, озираясь по сторонам.
Вниз уходила узкая едва приметная лестница со щербатыми ступенями. Не касаясь перил
руками, Захаров спустился по ступеням, жалея о том, что не захватил фонарика. Он крутанул
колесико зажигалки, оранжевый огонек выхватил из мрака дверь, обитую листовым железом.
Нет ни ручки, ни навесного замка. А вот врезной замок, кажется, на месте. Стараясь понять, как
открывается дверь, Захаров наклонился, разглядывая неровности металла и замочную
скважину, залепленную грязью, пока огонек зажигалки не обжег пальцы.
Кажется, дверь сто лет не открывали. Развернувшись, он поднялся наверх, на площадке
второго этажа нашел нужную квартиру. Толкнул ногой дверь. Оказавшись в комнате, положил
сверток в центр нарисованного мелом круга.
Торопясь, Захаров вышел на лестницу, но спускаться не стал, а вскарабкался по
ступенькам до верхней площадки. Как такового, чердака в доме не оказалось. С верхней
площадки на плоскую крышу поднималась ржавая металлическая лестница, верх которой
упирался в деревянный люк. Ни замка, ни задвижки на люке не оказалось. Толкни его - и ты
уже на крыше.
Возможно, именно этим путем, через крыши соседних домов, сюда проберется
шантажист. Захаров, хватаясь за перекладины лестницы, живо вскарабкался наверх - точно,
люк открывается. Скрипнули петли, в глаза ударил солнечный свет. Дольше оставаться здесь
нельзя, он и так задержался.
Вытирая ладони платком, Захаров проворно сбежал вниз, вышел на улицу и,
остановившись на тротуаре у подъезда, долго прикуривал сигарету. Шантажист наверняка
наблюдает за домом. Откуда - сразу не определить. Или прячется где-то в подъезде, в одной
из пустых квартир. Этот тип где-то рядом, он все видит.
В письме сказано, чтобы Захаров приехал на место один, без охраны. Он выполнил это
требование. Круглова, вытянувшегося на заднем сиденьи, сквозь затемненные стекла не
увидишь. Захаров задержался в подъезде - но это объяснимо: не сразу нашел нужную
квартиру и комнату с меловым кругом на полу. В этих старых домах заблудиться можно. Он
бросил окурок под ноги, пресек улицу и, устроившись за рулем, тронулся с места.
- Ну, как прошло? - Круглов почему-то заговорил таинственным шепотом, будто его
могли услышать недоброжелатели. - Успели осмотреться?
- Тут три варианта, - Захаров вырулил на параллельную улицу и поехал в сторону
центральной части города. - Первое - шантажист уже в доме. Эту догадку никак не
проверишь. Там много пустых квартир, есть, где спрятаться. Второе - он может попасть в дом
через подвал. Я осмотрел подвальную дверь, но так и не понял, как она открывается. Третье и
самое вероятное - он попробует проникнуть в подъезд и уйти из него через крышу.
- Вы так думаете? - переспросил Круглов.
- Чего тут думать, - поморщился от досады Захаров. - Куда ведет подвал, мы не
знаем. Может быть, там и подвала-то никакого нет. А вот у нескольких прилегающих домов
общие крыши - это уж точно. Через них проще всего уйти незамеченным.
Круглов разогнул спину, сел.
- Остановите вон тут, где наш джип стоит, - попросил он. - А вы езжайте домой.
Будем держать связь.
- Слушай, ты командуй своими парнями и своей женой, - повысил голос Захаров. - А
я как-нибудь обойдусь без твоих приказов. Буду ждать вот в этом сквере. Звони и сообщай обо
всем.
Он подрулил к бордюрному камню, остановил машину. Круглов пересек дорогу, занял
переднее сидение в машине охраны и велел водителю ехать в обратном направлении,
остановиться в подворотне того дома, где булочная, за полквартала от того самого места.
Захаров устроился на скамейке в тени старого тополя, развернул вчерашнюю газету, но
вспомнил, что уже просматривал ее. Мимо него по аллее прошла молодая парочка, навстречу
бабушка покатила прогулочную коляску. Страх, сосавший душу в последние дни, сменился
надеждой на удачное завершение дела.
Захаров вытащил из внутреннего кармана стальную фляжку, покрытую крокодиловой
кожей, отвинтив колпачок, глотнул коньяка и сказал себе, что все идет гладко, даже лучше, чем
можно было предположить. Шантажист выбрал не самое удачное место для передачи денег.
Через несколько минут все бойцы из службы охраны, оставаясь незамеченными, возьмут дом в
кольцо и начнут наблюдение.
Если человек вздумает пробираться через крышу, что ж, его шансы на удачу ничтожно
малы. Можно сказать, их просто нет, этих шансов. Если же шантажист сам войдет в дверь
подъезда или пошлет вместо себя третье лицо, значит, он совсем идиот.
Захаров поставил себя на место этого подонка и подумал, что поступил бы по-другому,
приказав оставить деньги где-нибудь за городом, на открытом месте, которое далеко
просматривается и откуда можно сделать ноги. Но шантажист почему-то выбрал именно этот
дом, похожий на мышеловку. Значит, он слишком глуп, - и это хорошо. Или слишком
умен, - а это уже медицинский диагноз.
Может быть, вопреки советам начальника службы безопасности, надо было положить в
пакет настоящие деньги, а не бумагу?
* * * *
Мобильник едва подал голос, а Захаров уже нажал кнопку соединения.
- Мы на месте. Сюда подтянулись все наши парни. На моих часах семнадцать тридцать.
Время икс наступило. Но пока в подъезд никто не заходил. Крыша пустая.
Голос Круглова казался спокойным. Впрочем, ему-то чего нервничать? В случае провала
этой затеи он потеряет работу, очень денежную по здешним меркам, и относительно
спокойную. Но это всего лишь работа. А вот Захаров, если записи его разговоров попадут в
руки бывшего компаньона, запросто может без головы остаться. Он провел ладонью по
макушке, словно хотел убедиться, что башка еще на шее, а шея на плечах.
- Ладно, информируй меня каждые пять минут. Сообщай о любом пустяке. Позвони,
даже если голубь сядет на чердачное окно.
Захаров дал отбой и подумал, что супруга возвращается из-за границы послезавтра.
Лучше бы побыла за морем еще пару недель, а здесь пока уляжется пыль, и эта история с
шантажистом превратится в забавную басню. Еще он подумал, что гараж на окраине города,
принадлежавший Круглову, сейчас пустует. Там большой глубокий погреб, откуда не слышны
человеческие крики. Удобное место, чтобы потолковать с вымогателем.
Звонок мобильника вернул Захарова к действительности.
- Пару минут назад в подъезд вошел мужик. Одет в майку и бумажные штаны. В руках
ничего нет. Ни сумки, ни пакета.
- Зачем ты мне докладываешь это дерьмо? Одет он в бумажные штаны или дома их
забыл. Какая, бля, разница?
- Ну, вы же велели сообщать обо всех событиях, что тут происходят. Даже если птичка
сядет. Вот я и сообщаю. А про одежду... Ну, я к тому, что мужик уже вышел на улицу. А в этих
штанах или под майкой упаковку с "куклами" не спрячешь.
- Не дергай меня из-за всякого ханыги, который заходит в парадное, чтобы отлить.
Научись отделять существенные факты от тех, что не имеют никакого значения. А за тем
мужиком на всякий случай пусти человечка. Может, он куда-нибудь нас и приведет.
Захаров положил трубку на скамейку, расстегнул пуговицу рубашки и вздохнул
свободнее. Солнце еще припекало, но с реки дул прохладный ветер, где-то вдалеке кричали
чайки. Он смотрел на часы и думал, что шантажисту пора бы уже появиться. Не может же
бесхозный пакет валяться в доме до бесконечности.
* * * *
Улицу, на которой стоял нужный ей дом, Дашка проехала из конца в конец, свернула в
переулок и обогнула квартал, отмечая про себя все необычные вещи, что можно было
приметить.
Черный джип стоит в подворотне у булочной. Пара крепких мужиков оживленно беседует
на углу. Тот, что повыше ростом, все время оглядывается, будто кошелек потерял, другой тоже
вертит головой, что-то высматривая. Еще один кадр пристроился на скамейке в тесном
скверике между двумя домами. Раскрыл газету, кажется, поглощен чтением. Скамейка на самом
солнцепеке, рядом мусорные контейнеры, от которых разит за километр. Но человек делает
вид, что забыл обо всем на свете, кроме своей газетки. Сегодня суббота, люди разъехались кто
куда. Те, у кого нет дачи, загорают на городском пляже. А этот козел лучшего места для отдыха
не нашел.
Ясно, Захаров все-таки выставил своих людей вокруг дома. То ли пожадничал, то ли
решил, что от пятидесяти штук у шантажиста только аппетит разыграется. Парни планируют
прихватить Дашку, когда та выйдет из подъезда с пакетом в руках. Действия Захарова легко
предсказуемы, поэтому с ним приятно иметь дело.
Дашка остановила машину, осмотревшись по сторонам, свернула в знакомый дворик,
юркнула в темноту подъезда, спустившись вниз по лестнице, включила фонарь. Шагнув к
двери, обнаружила, что она закрыта на навесной замок, дешевый и паршивенький. Такой
развалится от удара пальцем. Дашка достала из спортивной сумки монтировку и примерилась
для удара.
Начальник службы безопасности Круглов в третий раз позвонил хозяину без пяти минут
шесть.
Он сказал, что улица пуста, каждый пешеход виден издали. Машины проезжают редко,
возле дома ни одна из них не остановилась. В подъезд никто не заходил, если не считать того
ханыги, о котором Круглов уже сообщал. За мужиком пошел человек, но то - напрасный труд.
Ханыга бросил якорь у пивного ларька на берегу реки и, кажется, обосновался там надолго.
- Не нравится мне все это, - ответил Захаров. - А крыша как?
- Наблюдаем, пока ничего.
- А с задней стороны дома, со двора, есть кто-то из твоих? - не успокаивался
Захаров. - Чего там?
- Ну, все то же. Пара старушек на скамейке. Какая-то баба белье развешивает на веревке.
Первый этаж довольно высокий. Просто так туда не забраться. А пожарная лестница на виду.
- Черт, черт... Почему никто не появляется? Или меня просто проверили на вшивость?
Принесу я деньги или нет? Ноутбук у тебя под рукой? Тогда установи соединение с моим
почтовым ящиком, проверь, не прислал ли кто письмо по электронке.
Захаров дал отбой, прикурил сигарету и стал наблюдать, как старуха-няня меняет
младенцу подгузник. Зрелище вызвало беспричинный приступ тошноты.
Кот следовал за Дашкиной машиной, сохраняя почтительное расстояние. Субботним
вечером улицы города оказались пустыми, это осложняло слежку. Наверняка девчонка
заметила его бумер, если бы она хотела хоть что-то заметить. Но Дашка поглощена какими-то
своими проблемами. Она ненадолго остановилась возле летнего кафе, повертелась перед
прилавком, купила пирожок и стакан воды.
Через десять минут девчонка сидела за рулем, изменив направление, ехала в
противоположный конец города. Остановилась у здания вокзала. В зале ожидания долго
изучала расписание местных электричек и скорых поездов, словно собиралась купить билет.
Кот наблюдал за выражением ее лица, на которым отражались тревога и душевные сомнения.
Дашка сделала несколько шагов к кассе, но вдруг, приняв какое-то решение, развернулась и так
быстро зашагала к выходу, что Кот едва успел уйти с дороги.
Ясно, девчонка что-то затевала, но к Дашке просто так не подвалишь, не спросишь, что у
нее на уме. И снова "хонда" колесила по городу, а Кот, пристроившись ей на хвост, гадал про
себя, чем закончится это странное путешествие в неизвестность.
Сейчас в действиях Дашки появилась некоторая логика и смысл, пока еще скрытый. Она
дважды объехала вокруг квартала у реки, тормознула возле старого дома, но во двор не
свернула. Заехав двумя колесами на тротуар, бросила машину и, повесив на плечо спортивную
сумку, скрылась в подворотне.
Кот остановился в ста метрах от "хонды", вылез из бумера и неторопливо зашагал вниз по
улице. Когда он оказался в том же дворе, куда свернула Дашка, вокруг не было ни души.
Только в ближнем подъезда тяжело хлопнула дверь и снова наступила тишина. Солнце нависло
над крышами домов, старый клен таинственно шуршал листвой, и по светло-голубому небу
порхала одинокая ласточка.
Свернув в ближний подъезд, Кот остановился под лестницей, раздумывая, куда двинула
Дашка. Из подвала пахло затхлой сыростью и грибком, сверху слышался музон в стиле
хип-хоп.
* * * *
Алексей Круглов отсоединил шнур мобильного телефона от ноутбука, стоявшего на
подоконнике. В почте Захарова новых писем не оказалось, возможно, шантажист свяжется с
шефом в другое время, поздним вечером, ближе к ночи. Но чутье подсказывало Круглову, что
этот человек явится за деньгами с минуты на минуту. Откуда эта уверенность - сказать
трудно, но начальник службы безопасности был твердо убежден, что шантажиста он прихватит
именно сегодня.
Круглов и двое его парней стояли на лестничной клетке между четвертым и пятым
этажами, наблюдая за домом напротив через заплеванное стекло. Позиция оказалась не
слишком удачной, вне зоны видимости оставался угол дома и правая сторона крыши.
- Отсюда мы ни хрена не увидим, - проворчал Круглов и дал команду своим парням. -
Власов, ты со мной. Олег - тут останься.
Передав бинокль Олегу, Круглов взбежал по лестнице вверх, на последний пятый этаж.
Нажал кнопку звонка двадцатой квартиры, но никто не открыл. Круглов бросился через
площадку к семнадцатой квартире, забыв позвонить, замолотил кулаком и ногой в дверь. Через
пару секунд перед ним стоял мужик в полосатом халате, он, видно, только что вышел из душа и
теперь настроился на отдых перед телеком.
Круглов молча потеснил хозяина грудью, давая войти в квартиру Власову, захлопнул
дверь. И, вытащив из нагрудного кармана липовое удостоверение, сунул красную книжечку в
морду мужику.
- Милиция, - сказал Круглов. - Какое окно выходит на улицу?
Мужик застыл в оцепенении, почему-то он никак не мог слова сказать, будто пробку
проглотил. Но Власов уже прошел в комнату, отодвинул от подоконника круглый стол, за
которым пи
...Закладка в соц.сетях
