Жанр: Детектив
Маэстро, вы убийца
...секретере. Приятное лицо,
импозантная внешность. Вот, значит, кто подписывался: "Твой до ошаления, Джон".
Уступив внезапному порыву, Аллейн
ожег фотографию свирепым взглядом и скорчил злобную гримасу. Затем,
повернувшись, чтобы идти, остолбенел - в проеме
двери стояла Трой.
Аллейн почувствовал, что лицо его пылает до кончиков ушей.
- Вы закончили, мистер Аллейн?
Он судорожно сглотнул и выдавил:
- Да, спасибо.
Он прекрасно понимал, что Трой заметила его неприличную выходку и
поспешил объясниться:
- Я... э-ээ... слегка пригрозил этому фотоснимку.
- Да, я видела.
- Я осмотрел вашу одежду, порылся во всех карманах и просмотрел все
письма. Можете ложиться спать. В доме
останутся наши люди. Спокойной ночи, мисс Трой.
- Доброе утро, мистер Аллейн.
Аллейн перешел в спальню Кэтти, но ничего, заслуживающего внимания, в
ней не обнаружил. Из-за беспорядка он
провозился там гораздо дольше, чем в комнате Трой. На дне гардероба в
бесформенной куче валялись скомканные рабочие
брюки, перепачканные красками. Вечернее платье висело вплотную с рабочим
халатом. На полу выстроился ряд тупорылых
сбитых туфель. Карманы были набиты всякой всячиной. Единственное личное
послание, которое ему удалось обнаружить,
было письмо от Трой, отправленное из Ванкувера. Письмо пришлось прочитать.
Характеристики учеников его здорово
позабавили. Затем он прочитал абзац про себя:
"Уже под конец мне помешал один мужчина. Поначалу я приняла его за
придурка, которые вечно ко мне
цепляются, но он оказался весьма даже умным, так что я сама почувствовала себя
полной идиоткой... Похоже, этот
мужчина у неё под каблуком; так что, по большому счету, он все-таки болван...".
По мере того, как Аллейн читал, брови его все сильнее ползли на лоб.
Закончив, он присвистнул и, аккуратно
сложив письмо, возвратил на место. Затем отправился на поиски Фокса и Бейли.
Они, к тому времени, успели покончить с
мужскими спальнями.
Фоксу не составило труда отыскать в комнате Малмсли экзотические
принадлежности для курения опиума. Самого
наркотика оказалось совсем немного, хотя по ряду признаков несложно было
установить, что в свое время банка была
наполнена до краев.
- Это не вполне согласуется с рассказом мистера Малмсли, - заметил
Аллейн. - Бейли уже проверил отпечатки
пальцев?
- Да. И на трубке и на лампе и на банке остались следы рук Гарсии и
Малмсли.
- Вот как - и на банке? Это любопытно. Ладно, давайте заканчивать.
Отослав Бейли в спальню Филлиды Ли, он вместе с Фоксом приступил к
обыску комнаты Вальмы Сиклифф. Стены
спальни украшали многочисленные портреты, на которых была изображена сама
Вальма. По одному портрету
принадлежали кисти Малмсли и Ормерина, тогда как Пилгрим выполнил два портрета в
масле и сделал один рисунок
карандашом.
"Воистину - "самовлюбленная нимфоманка"", - невольно подумал Аллейн,
припомнив письмо Кэтти.
На столике у кровати красовался изящный карандашный портрет Пилгрима,
подписанный "Сиклифф". Порядок в
комнате царил идеальный, да и само присутствие женщины ощущалось в ней куда
сильнее, чем в спальнях Трой и Кэтти. А
количество одежды и головных уборов было у Сиклифф раза в три больше, чем у
обеих женщин, вместе взятых. Модные
брючки, платья, сшитые в Париже. Аллейн заметил, что дорожная сумка, с которой,
судя по всему, Сиклифф ездила на уикэнд,
стояла не до конца распакованная. Внутри инспектор обнаружил три вечерних
платья, ночную рубашку, туфли, три
пары перчаток, два дневных платья, пару беретов и сумочку, в которой, помимо
прочих мелочей, лежала наполовину
опустевшая склянка аспирина.
- Пилгримовская, быть может, - вслух произнес Аллейн, упрятав бутылочку
в полицейский чемоданчик. - Теперь,
посмотрим переписку.
Писем оказалось хоть пруд пруди. Два ящика туалетного столика были
доверху завалены аккуратно перевязанными
стопками конвертов.
- На помощь! - позвал Аллейн. - Нам придется все это прочитать, Братец
Лис. Вдруг что-нибудь раскопаем.
Возьмите вот эту пачку, перевязанную красной лентой. Наверное, от Пилгрима. Да,
точно.
Фокс водрузил на нос очки и принялся с непроницаемым лицом читать
любовные письма, адресованные Бейсилом
Пилгримом Вальме Сиклифф.
- Настоящий джентльмен, - произнес он по прочтении первых трех.
- Вам не везет, старина. А мне вот тут посчастливилось наткнуться на
совершенно захватывающую эпопею. Чего в
ней только нет... Влюбленный юноша сравнивает нашу искусительницу с миражом. А
вот, кстати, и сонет!
В следующую минуту-другую слышалось только деловитое поскрипывание пера
- Аллейн сосредоточенно строчил
в своем блокноте. Вошел Бейли и возвестил о том, что у Филлиды Ли не обнаружил
ничего, достойного внимания. Аллейн
швырнул ему пачку писем.
- Вот, займитесь пока.
Бейли уныло кивнул.
- Кое-что есть, - произнес Фокс. - Это последнее письмо от
достопочтенного мистера Пилгрима.
- И что в нем говорится?
Фокс прокашлялся и начал читать:
"Милая моя! Меня, как всегда, мучают мысли, что я тебя не стою. В своем
последнем письме ты призналась, что
впервые обратила на меня внимание, когда поняла, что я не такой, как все
остальные. Да, я согласен, что любое сравнение с
такими отпетыми проходимцами, как Гарсия, Малмсли и им подобные, может и впрямь
быть в мою пользу. Откровенно
говоря, мне претит ежедневно видеть тебя в их обществе. Такие люди, как Гарсия,
не имеют права дышать с тобой одним
воздухом, солнышко мое, моя чудесная, возвышенная Вальмочка. Да, многие сейчас
способны лопнуть от смеха, услышав
слова "чистая" или "возвышенная". Такие слова им непонятны. Но вот ты, моя
Вальмочка, и вправду чиста, как родник.
Если я правильно истолковал твои строки - Господи, даже не верится!, - то и ты
нашла во мне родственную душу. Боже,
как я боюсь, милая моя, что ты во мне разочаруешься! Ведь отсутствие вредных
привычек вовсе не делает меня
Галахадом. Господи, что за ерунду я пишу. Благословляю тебя тысячи и тысячи..."
- Вот, пожалуй, и все, сэр, - закончил Фокс.
- Понятно, - кивнул Аллейн. - А в комнате Пилгрима нашли какие-нибудь
письма?
- Нет. Должно быть, он отвез их в Анкертон-мэнор.
- Да, вполне возможно. Мне бы хотелось взглянуть на то послание, в
котором мисс Сиклифф поет ему дифирамбы.
Да, Братец Лис, у этой красотки повадки лисицы, но хватка бульдога. Во всяком
случае, наш будущий пэр - если, конечно,
слухи о скорой кончине его отца не лишены основания, - не просто млеет от нее,
но вдобавок ещё и мучается комплексами. -
Аллейн задумчиво потер кончик носа. - Влюбленные мужчины порой совсем теряют
голову, Братец Лис. Они даже сами
себя не узнают.
- Все эти письма, - произнес Фокс, стуча костяшками пальцами по пухлой
стопке, - были написаны до приезда
сюда. Должно быть, наши молодые условились о помолвке ещё за месяц до этого.
- Вполне вероятно. Так, а что дал осмотр вещей юного Пилгрима?
- Ровным счетом ничего.
- Вы нашли у него аспирин?
- Нет.
- Ну надо же. Значит, та бутылочка, что я обнаружил среди пожитков мисс
Сиклифф, и впрямь принадлежит ему.
Хорошо. Давайте продолжим.
Некоторое время все трое сосредоточенно читали письма. На сей раз
молчание нарушил Бейли.
- Вот письмо от Гарсии, - сказал он.
- Позвольте взглянуть, - протянул руку Аллейн.
Письмо было нацарапано карандашом на каком-то обрывке бумаги. Ни даты,
ни адреса, ни даже конверта при нем
не нашлось.
"Дорогая Вальма!
Я слышал, что на ближайший семестр ты собралась к Трой. Я тоже. Я
совершенно на мели. Ехать мне не на что,
а запас красок совсем иссяк. Я же как раз намылился написать несколько картинок.
Словом, я позволил себе смелость
приобрести в "Гибсоне" кое-какие мелочи, которые отнес на твой счет. Гибсону я
сказал, что ты не возражаешь, а он
проверять не стал, поскольку уже видел нас вместе. Как думаешь, не стрельнуть ли
мне пятерку у Бейсила Пилгрима? Или
- сама раскошелишься? К возвращению Трой я уже встану на ноги, да и заказы мне
сулят весьма многообещающие. Словом,
нуждаться я перестану. Если ты не ответишь, я обращусь к Пилгриму. Больше не к
кому. Кстати, это правда, что ты
решила его захомутать? Лучше бы предалась любви со мной - и задаром.
Г."
- Лихо, - покачал головой Фокс.
- Кажется, этот парень привык жить за счет женщин, - сказал Бейли.
- Он ничем не брезгует, - поморщился Фокс.
- Да, похоже, - согласился Аллейн. - Это и любые другие письма от
Гарсии отложите в сторону, Фокс. Есть чтонибудь
еще? Что ж, тогда пора закругляться. Скажите всем, Фокс, что они могут
идти спать. Мисс Трой отправилась в свою
комнату, а остальные ещё сидят в столовой. Пойдем, Батгейт.
Несколько минут спустя они встретились в холле. Наконец обитатели
Татлерз-энда стали отходить к столь
долгожданному сну. В каминах догорали последние поленья и дом постепенно
погрузился в тишину, которую лишь время
от времени прерывали какие-то неясные скрипы и шорохи - звуки ночного дома.
Бейли открыл входную дверь, Фокс
погасил свет, а Найджел закурил. Аллейн стоял у подножия лестницы, словно к
чему-то прислушиваясь.
- Все в порядке, сэр? - осведомился Фокс.
- Да, идем, - кивнул Аллейн. - Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, сэр, - эхом откликнулся местный констебль, оставшийся
караулить в доме.
- Да, кстати, где находится гараж?
- За углом дома, с правой стороны, сэр.
- Спасибо.
Входная дверь с грохотом захлопнулась за их спинами.
- Вот дубина! - покачал головой Аллейн. - Всех ведь перебудит.
Стояла холодная, безветренная и безлунная ночь. Под ногами полицейских
громко шуршал гравий.
- Я хочу заглянуть в гараж, - сказал Аллейн. - Ключ с доски я уже снял.
Я не задержусь. Дайте мне чемоданчик,
Бейли. А ты поезжай, Батгейт.
Включив фонарик, Аллейн обогнул дом и зашагал по дорожке к старой
конюшне. Четыре стойла были перестроены
в гаражи. Ключ подходил ко всем дверям. В первом гараже стоял дорогой спортивный
"остин". "Пилгримовский", -
догадался Аллейн. Два следующих гаража пустовали, а в четвертом Аллейн увидел
небольшой фургон. При виде его Аллейн
нахмурился. Он измерил расстояние между колесами, затем - высоту от земли до
днища кузова. Затем, открыв заднюю
дверцу, вскарабкался внутрь. Нашел кнопку выключателя и зажег свет. Две койки,
складной столик, буфет и несколько
шкафчиков - вот и вся нехитрая обстановка. Аллейн осмотрел шкафчики и нашел там
краски, кисти, баночки и несколько
холстов. Развернул один из них и, окинув пейзаж оценивающим взглядом,
удовлетворенно хмыкнул. "Трой", - проговорил
он себе под нос. Затем стал внимательно разглядывать днище. У самой двери нашел
две темных вмятины, оставленные чемто
тяжелым. Дверца открывалась наружу. Ее нижняя кромка была оцарапана. Совсем
недавно, решил Аллейн. Инспектор
осмотрел царапины через лупу. Паралельные, словно оставленные колесиками, темные
следы он обнаружил и внутри
фургона, но там они были менее четкие. Затем Аллейн проверил уровень горючего -
в баке оставалось два
галлона"Английский галлон равен 4,546 литрам" бензина. Аллейн снова обследовал
пол и наткнулся на несколько уже
знакомых на вид зеленовато-серых кусочков. Он аккуратно соскреб их и упрятал в
маленькую жестянку. Затем перебрался в
кабину и проверил, нет ли на рулевом колесе отпечатков пальцев. Четких
отпечатков не было. На полу кабины валялись
несколько окурков сигарет "плейер". Еще один окурок Аллейн осторожно вытащил
пинцетом из прорези у основания
рычага коробки передач.
В этот миг снаружи послышался голос:
- В котором часу вам позвонить, сэр?
- Фокс! - встрепенулся Аллейн. - Извините, дружище. Что, я совсем
закопался?
- О, нет, сэр. Берт Бейли уснул в машине сном младенца, а мистер
Батгейт уехал в дом её милости. Мистер Батгейт
просил вам передать, сэр, что он всерьез рассматривает вопрос, не перерезать ли
телефонные провода.
- Пусть только попробует, - усмехнулся Аллейн. - Послушайте, Фокс, мы
только опечатаем этот фургон и поедем
домой. Давайте сделаем так: Бейли отправьте в Лондон, а сами езжайте со мной.
Матушка будет счастлива. Я дам вам
чистую пижаму, мы с вами соснем несколько часиков, а рано поутру вернемся сюда.
Идет?
- Благодарю вас, сэр. Вы очень добры. С превеликим удовольствием.
- Вот и прекрасно!
Аллейн опечатал дверцу фургона, а за ней - и дверь самого гаража. Ключ
упрятал в карман.
- Нечего им завтра резвиться, - сказал он. - Пойдемте, Фокс. Черт, ну и
холодрыга.
Растолкав Бейли, они уговорились встретиться с ним утром в Ярде, а сами
покатили в Дейнс-лодж.
- Тяпнем по рюмочке на ночь глядя, - предложил Аллейн, войдя в дом.
Фокс на цыпочках прокрался за Аллейном. Возле двери будуара леди Аллейн
полицейские замерли и
переглянулись. Из-за двери явственно доносились голоса.
- Ну и дела, черт возьми, - изумился Аллейн и, постучав, вошел.
В камине весело потрескивали поленья. Перед камином на пушистом коврике
сидел, поджав под себя скрещенные
ноги, Найджел Батгейт. Леди Аллейн расположилась в кресле. Она была в кружевном
чепце и длинном голубом пеньюаре.
- Здравствуй, мамочка!
- Привет, мой милый. Мистер Батгейт рассказал мне про твое
преступление. Очень занятно. Мы уже раскусили его
тремя разными способами.
Она повернула голову и заметила Фокса.
- Это возмутительно, - с притворной серьезностью насупился Аллейн. - В
Ярде все встанут на уши. Позвольте,
мадам, представить вам мистера Фокса, которого нужно срочно уложить спать.
- О, конечно, - радостно закудахтала пожилая леди. - Какой сюрприз!
Рада с вами познакомиться, мистер Фокс.
- Я тоже, - заулыбался Фокс, приближаясь и вежливо пожимая огромной
лапищей предложенную сухонькую
ручку.
- Родерик, принеси стулья и налейте себе чего-нибудь. Мистер Батгейт
пьет виски, а я предпочла портвейн. Как я
рада, что Родерик наконец соизволил привести вас, мистер Фокс. Я столько о вас
слышала! Вы ведь с ним раскрыли уже
уйму преступлений.
- Да, ваша милость, - скромно согласился Фокс. Он уселся на стул и
чинно воззрился на старушку. - Для меня -
великая честь - сотрудничать с вашим сыном. Тем более, что работать с таким
человеком - одно удовольствие. Мы все
счастливы, что мистер Аллейн вернулся.
- Виски с содовой, Фокс? - спросил Аллейн. - Мамочка, ты подумала,
какая участь ждет твои глаза после
неумеренных возлияний в час ночи? Тебе подлить, Батгейт?
- Нет, спасибо, у меня есть. Знаете, Аллейн, ваша мама убеждена, что
Гарсия - не убийца.
- Не совсем, - поправила его леди Аллейн. - Я не утверждаю, что он не
убийца, но мне просто кажется, что вашу
натурщицу убил не он.
- Ты говоришь загадками, - нахмурился Аллейн. - Что ты имеешь в виду?
- Мне кажется, что его подставили. Сделали парня козлом отпущения.
Возможно - этот ваш неприятный бородач.
Судя по словам мистера Батгейта...
- У мистера Батгейта слишком длинный язык, - заметил Аллейн.
- Не сердись, милый. Должен же он был чем-то развлечь старуху до твоего
прихода. Он блестяще изложил мне суть
дела. Я вникла в него и абсолютно убеждена, что Гарсию кто-то подставил.
Бедняжка, все эти художники изображают его
таким отталкивающим.
- В убийствах вообще немного привлекательного, моя дорогая, - заметил
Аллейн.
- Если всерьез рассматривать кандидатуру мистера Малмсли, - вставил
Фокс, - то им, насколько мы пока можем
судить, движет честолюбие.
- Этого вполне достаточно, мистер Фокс. По словам мистера Батгейта,
этот Малмсли - весьма одаренная и столь же
тщеславная личность. Без сомнения, эта бедная девочка грозила раскрыть его
секрет. Наверняка сказала, что сделает его
всеобщим посмешищем, поведав всему свету, что он передрал картину Поля де
Лимбурга. Должна тебе заметить, Родерик,
что у Малмсли прекрасный художественный вкус. Картина - совершеннейшая прелесть.
Помнишь, мы с тобой видели её в
Шантильи?
- Помню, но должен со стыдом признаться, что не сразу распознал её в
его изложении.
- Да, дорогой, это на тебя не похоже. Тут ты, конечно, сел в лужу. А
что, мистер Фокс, предположим, что ваш
Малмсли нарочно задержался в пятницу, чтобы одурманить Гарсию опиумом и подбить
его на то, чтобы тот подстроил
смертельную ловушку натурщице. Вы не исключаете такой вариант?
- Да, госпожа, это очень логично, - серьезно произнес Фокс, глядя на
леди Аллейн с искренним одобрением. -
Позвольте я возьму ваш бокал.
- Спасибо. А как насчет Бейсила Пилгрима, Родерик?
- Что тебя интересует, мамуля?
- Я допускаю, что у молодого человека не все дома. Его папаша, Роберт
Пилгрим - сумасброд, каких мало. Помоему,
он вообще чокнутый, как Мартовский Заяц. А жена его - Господи, упокой её
душу, - по-моему, приходилась ему не
то кузиной, не то отдаленной родней. Отсюда и все их невзгоды. Сколько бедняжка
ни рожала, все младенцы оказывались
девочками. Бейсил стал первым и единственным мальчиком, но вот его бедная мать
умерла при родах, не выдержав
напряжения. А вскоре и у Роберта крыша поехала. Представляешь, в каких условиях
воспитывался малыш. Ты не думаешь,
что он может быть причастен к убийству?
- А Батгейт рассказал тебе про нашу беседу с Пилгримом? - в свою
очередь спросил Аллейн.
- Как раз начал рассказывать, а тут вы пришли. На кого похож Бейсил? Не
на Роберта, надеюсь?
- По-моему, нет. Но он и впрямь безумно влюблен.
- Да, в Сиклифф. Что она из себя представляет, Родерик? Современная и
самостоятельная? Мистер Батгейт сказал,
что она очень красива.
- Да, внешность у неё броская. Что-то в ней есть от авантюристки.
- Как по-твоему, она способна на убийство?
- Не знаю, мамуля. Ты понимаешь, что тебе уже давно пора спать, а
мистеру Батгейту крепко влетит за болтовню?
- Мистер Батгейт знает, что я нема, как Великая Китайская стена. Верно,
мистер Батгейт?
- Я настолько вас обожаю, леди Аллейн, - сказал Найджел, - что
доверился бы вам, даже будучи убежден, что вы -
величайшая болтушка в мире.
- Вот видишь, Родерик, - расплылась леди Аллейн. - Ты меня совсем не
знаешь. Что ж, пожалуй, мне и в самом
деле пора на боковую.
Десять минут спустя Аллейн снова постучал в дверь материнского будуара.
- Заходи, мой дорогой, - позвал до боли родной высокий голос.
Войдя, Аллейн увидел, что мать сидит в постели в очках, читая книгу.
- Ты похожа на маленького сычика, - пошутил Аллейн, присаживаясь на
край кровати.
- Ты уложил своих друзей? - спросила леди Аллейн.
- Да. Оба от тебя без ума.
- Лапочки. Я не слишком нескромно держалась?
- Чудовищно нескромно.
- Противный. А твой Фокс и впрямь очень милый.
- Да, мамуля. Послушай, дело крайне деликатное.
- Я знаю. Ну, как она?
- Кто?
- Не притворяйся, Родерик.
- Мы уже успели поцапаться. Я повел себя как последний невежа.
- Зря ты так, Родерик. Ты не должен распускаться. А с другой стороны -
кто знает. Как по-твоему, кто все-таки
совершил это ужасное преступление?
- Гарсия.
- Из-за того, что накурился опиума?
- Не знаю. Ты никому не расскажешь...
- Ну что ты, Родерик!
- Я знаю, мамуля, я просто так, на всякий случай.
- Ты передал ей мое приглашение?
- К сожалению, подходящий случай не представился. Я уеду на рассвете,
мамочка.
- Поцелуй меня, Рори. Благослови тебя Господь, сыночек. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, моя родная.
Глава 14
О ЧЕМ ПОВЕДАЛА ВЕТКА
К семи утра, когда рассвет ещё только занимался, Аллейн и Фокс уже были
в Татлерз-энде. Утро стояло промозглое
и над одной из труб вилась сизая змейка дыма. Застывшая за ночь земля
затвердела, а стройные ветви голых деревьев,
казалось, сонно потягивались, словно стремясь пронзить свинцовое небо. В зябком
воздухе пахло дождем. Полицейские
прошли прямиком в студию. Карауливший её местный констебль, усатый мужчина
весьма внушительных размеров, увидев
Аллейна с Фоксом, заметно оживился.
- Давно дежурите? - осведомился Аллейн.
- С десяти вечера, сэр. Скоро меня уже сменят - часов в восемь, если
все будет в порядке.
- Можете идти, - разрешил Аллейн. - Мы останемся здесь. Передайте
суперинтенданту Блэкману, что я вас
отпустил.
- Благодарю вас, сэр. Я тогда пойду домой. Если только...
- Что?
- Я хотел сказать, сэр, что хотел бы понаблюдать, как вы работаете...
если не сочтете это дерзостью с моей стороны.
- Бога ради - оставайтесь, пожалуйста. Как вас зовут?
- Слиго, сэр.
- Хорошо. Только обо всем увиденном помалкивайте. Договорились? - Слиго
поспешно закивал. - Тогда пойдемте.
Аллейн сразу прошагал к окну. Приподнял жалюзи и открыл окно.
Выступавшая наружу часть подоконника
заиндевела от ночного морозца.
- Вчера вечером, - сказал Аллейн, - мы заметили на подоконнике странные
отметины. Заодно взгляните на этот
табурет - видите эти следы?
- Да, сэр.
- Мы должны их замерить.
Аллейн извлек из чемоданчика тонкую стальную линейку и аккуратно
измерил расстояние между четырьмя едва
заметными вмятинками. Фокс записал полученные данные в блокнот.
- Теперь взгляните на подоконник. Видите эти царапины?
Слиго присмотрелся и кивнул. Аллейн измерил расстояние между ними - все
цифры с удивительной точностью
совпали с предыдущими.
- Скульптура Гарсии была установлена на платформе с колесиками, -
пояснил Аллейн. - По словам Малмсли,
Гарсия собирался закатить скульптуру в ящик, чтобы потом загрузить его в машину.
Однако, судя по всему, Гарсия
передумал. Я предполагаю, что он подставил к подоконнику этот высокий табурет и
перекатил свою модель сначала на
подоконник, а затем - в большой ящик, установленный в кузове фургона, который он
подогнал задом вплотную к окну.
- Фургон, сэр? - переспросил Слиго. - Вы уверены, что он воспользовался
именно фургоном?
- Заприте студию - мы обойдем её с другой стороны.
Снаружи, на подъездой аллее, Аллейн показал замерзшие следы,
оставленные шинами автомобиля.
- Бейли уже снял с них отпечатки, так что можно действовать смелее.
Обратите внимание, что водителю пришлось
поманеврировать - он не сразу поставил фургон так, как ему хотелось. А вот эти
следы оставлены уже колесами автомобиля,
приехавшего за телом. Здесь, к сожалению, они сливаются. О, черт - дождь
начинается. Нам только его не хватало.
Помогайте, Слиго. Я хочу измерить расстояние между колесами и ширину шин. Вот
здесь фургон затормозил, но
недостаточно резко - видите, кромка подоконника в одном месте повреждена.
Передние колеса развернулись уже после того,
как машина остановилась. Вот следы. Теперь обратите внимание на нижние ветви вот
этого вяза, которые нависают над
самой аллеей. Несколько веточек, как видите, отломаны. Сильного ветра в
последнее время не было, а следы отлома
довольно свежие. Вот, взгляните!
Он нагнулся и подобрал сломанную веточку.
- Она ещё не засохла. Вот и ещё такие же. Если они были сломаны кузовом
фургона, - а мы вправе такое
предположить, - это дает нам примерное представление о его высоте. Верно?
- Да, сэр, вы правы, - подтвердил Слиго, шумно сопя.
- Все это для вас, разумеется, не в новинку, - произнес Аллейн. -
Теперь давайте пройдем к гаражу.
Прошагав по аллее, они миновали ворота и оказались возле самого гаража.
Аллейн распечатал и отомкнул нужную
дверь. Зарядил дождь.
- Ночью я уже проделал тут кое-какие измерения, - сказал Аллейн, - но
сейчас хотел бы убедиться в их
правильности. Попробуйте-ка сами, Слиго.
Слиго, бесконечно благодарный, замерил ширину шин и расстояние между
колесами фургона.
- Шины, похоже, те же самые, сэр. И рисунок протектора такой же, как на
следах.
- Очень хорошо, - кивнул Аллейн. - Теперь давайте проверим подножку.
Одну минутку - я посмотрю, не осталось
ли на ручке двери отпечатков пальцев.
Он раскрыл чемоданчик и извлек из него приспособление для снятия
отпечатков. Обработал серым порошком и
ручку и самую дверцу, но отпечатков не обнаружил. Затем тщательно осмотрел
грязные выщербленные ступеньки кузова.
- Только не притрагивайтесь к ним, - сказал он и распахнул створки
двери. - О, смотрите, Слиго...
- Вижу, сэр! - возбужденно воскликнул констебль. - Такие же отметины,
что и на подоконнике. Похоже на следы,
оставленные колесиками.
- Да, Слиго, вы правы. Давайте теперь сравним, совпадут ли мои
измерения.
Слиго измерил следы.
- Это точно они, сэр, - торжествующе заявил он.
Аллейн кивнул.
- Теперь нужно осмотреть крышу, - сказал он. - Если вы вскарабкаетесь
на эту скамейку, то ничего не повредите.
Только будьте внимательны. В моей практике не раз случалось, что даже самые
ценные улики гибли из-за какой-то
вопиющей нелепости.
Слиго взгромоздился на скамейку и, вытянув шею, покрутил головой,
осматривая крышу фургона.
- Ох, сэр, она вся в царапинах и... Клянусь Богом, мистер Аллейн, вы
правы - тут даже осталась одна веточка!
Застряла в щели.
- Очень хорошо. Вы можете до неё дотянуться?
- Да, сэр.
- Тогда возьмите вот этот пинцет и выньте её. Вот так. Теперь
спускайтесь. Фокс, дайте, пожалуйста, конверт.
Опустите в него веточку и надпишите. Сколько отсюда до Лондона?
- Ровно двадцать миль, сэр, - с готовностью выпалил Слиго.
- Отлично!
Аллейн закрыл чемоданчик.
- Кому принадлежит этот фургон? - спросил Фокс.
- Думаю, что - мисс Трой, - сказал Аллейн.
- Неужели? - бесстрастно произнес Фокс.
- Скоро мы это выясним. Запечатайте гараж, Фокс. Черт бы побрал эту
мерзкую погоду! Давайте осмотрим машину
Пилгрима.
Пилгриму принадлежал двухместный спортивный автомобиль новейшей
конструкции. "Довольно новая модель", -
сразу подумал Аллейн. Салон насквозь пропитался дорогими духами Вальмы Сиклифф,
а в одном из боковых карманов
Аллейн обнаружил целый набор косметики. "Для срочного ремонта", - невольно
подумалось Аллейну. В багажнике валялся
потертый мужской плащ. Осмотрев его, Аллейн принюхался.
- До чего же сильными духами пользуется эта красотка, - заметил он. -
Думаю, Фокс, что в этом плаще наш
молодой человек меняет колеса и копается в моторе. Взгляните на него, Слиго. И -
попробуйте описать глазами
криминалиста.
Слиго, тяжело дыша, взял плащ. В его огромных лапищах плащ казался
совсем крохотным.
- Плащ мужской, - начал он. - Пошит фир
...Закладка в соц.сетях
