Жанр: Детектив
Маэстро, вы убийца
...бещала, что выпьет. Позже, когда моя жена к ней
заглянула, Вал уже спала сном младенца. Мы
чего-то тоже подустали и часов в одиннадцать легли сами. Ну вот, а на следующее
утго...
Капитан Паскоу в подробностях описал события субботнего утра. Аллейн
вежливо слушал, время от времени кивая.
Капитан Паскоу ещё пару раз предлагал ему выпить, а потом со словами: "Не
хотите, как хотите", выпивал сам. Аллейн
попросил разрешения взглянуть на спальни. Капитан Паскоу, в четвертый раз
наполнив свою рюмку, неуклюже сопроводил
гостей наверх. Спальни размещались на втором этаже. Паскоу толкнул дверь и
вошел.
- Вот, значит, Вал спала здесь, а её пгиятель - вон там. - Капитан
громко икнул и загоготал. - Во, соня, а ещё в
молодожены метит. Ничего, Вал его живо пообломает. Кгасивая она у нас девушка,
вегно? На следующее утго наш петушок
повел её в сад, такую хогошенькую, чистенькую, свеженькую, в очаговательном
бегетике и пегчаточках. Я, кстати, в погыве
чувств схватил её левую гучку и легонько пожал, а она как подскочит, да как
выгвет у меня из гуки свою кгохотную
ладошку. Пуф! Гасфуфыгилась, как кошка.
Капитан Паскоу снова гоготнул, потом, покачнувшись, подошел к камину.
- Ну и пылища, чегт возьми! Жены нет, и ни одна сволочь даже пыли не
вытгет. Возмутительно.
Его взгляд упал на полочку с книгами. Сверху на книгах небрежно
валялась грязная салфетка. Капитан Паскоу
резким движением сдернул её. Под салфеткой обнаружился стаканчик, наполовину
заполненный мутной жидкостью.
- О! - Капитан снова икнул. - Вы только полюбуйтесь. Стоит здесь аж с
пятницы.
Он протянул было руку, чтобы смести стаканчик, но Аллейн ловко
преградил ему путь.
- Да, возмутительно, сэр, вы правы, - кивнул он. - А можем мы осмотреть
комнату, в которой ночевал Пилгрим?
- Гыы, да хоть все комнаты, - великодушно разрешил капитан. Щеки его
раскраснелись, а в глазах горел охотничий
азарт. - Не волнуйтесь, господа, со мной не пгопадете. От меня ни один
пгеступник не уйдет. - Он покачнулся и неминуемо
упал бы, не подхвати его Аллейн под локоть.
Подмигнув Фоксу, Аллейн увлек гостеприимного хозяина в коридор.
- Подождите меня здесь, мистер Батгейт, - попросил Фокс. - Я мигом.
Минуту спустя он вернулся, немного запыхавшийся.
- Постойте-ка у двери, мистер Батгейт, - шепнул Фокс. - Смотрите, чтобы
никто не зашел.
Найджел встал у двери, а Фокс с ловкостью фокусника выхватил невесть
откуда небольшую склянку с широким
горлом, перелил в неё содержимое стаканчика и заткнул пробкой. Стаканчик он
завернул в носовой платок.
- Прошу вас, мистер Батгейт, отнесите это в машину и поставьте в
чемоданчик шефа. Спасибо большое.
Возвратившись, Найджел застал Аллейна и капитана Паскоу уже внизу.
Капитан зычно позвал лакея, а когда тот
явился - велел ему убираться ко всем чертям. Лакей поспешно ретировался, а
капитан бессильно рухнул в кресло, которое
весьма кстати подставил ему Фокс.
Аллейн, выйдя в холл, окликнул лакея и спросил, как пройти к гаражу.
- Я провожу вас, сэр, - поклонившись, сказал лакей. - Это в двухстах
ярдах отсюда.
Он провел их к небольшому гаражу, рассчитанному на две машины.
Принадлежавший капитану Паскоу "моррис"
занимал едва ли треть пространства.
- О, я вижу здесь просторно, - заметил Аллейн. - Должно быть, мистер
Пилгрим не испытывал ни малейших
хлопот, въезжая сюда?
- Конечно, сэр.
- Вам понравился его автомобиль?
- О да, сэр. Настоящий зверь. Бензин жрет за двоих.
- Да? - вежливо произнес Аллейн. - Почему вы так считаете?
- Я же не только лакей, но и шофер, сэр, - последовал довольно
горделивый ответ. - В субботу утром я спросил
мистера Пилгрима, не нужно ли его заправить. Он ответил, что нет, потому что,
выезжая из Боссикота, он залил целый бак.
Я тогда посмотрел на уровень бензина и обратил внимание, что автомобиль сожрал
целых два галлона. А ведь до нас из
Боссикота всего двенадцать миль, сэр. Я даже проверил, не подтекает ли бензин,
но нет - все было в порядке. Может, тут
что-то не так, сэр?
- Нет, нет все в порядке, - заверил его Аллейн. - Спасибо, нам пора.
- До свидания, сэр, - поклонился лакей-шофер.
Аллейн в сопровождении Фокса и Найджела вернулся к машине.
- Вы взяли на анализ стаканчик? - поинтересовался Аллейн.
- Да, сэр. И жидкость - тоже. Пришлось сбегать к машине за посудой.
- Прекрасно. Повезло же нам, Братец Лис! Помните - Сиклифф сказала, что
в субботу миссис Паскоу собиралась
уезжать, а горничным предоставили выходной? В противном случае - не видать бы
нам этого стаканчика, как своих ушей.
Чертовски удачно вышло.
- Вы думаете, в стаканчике был аспирин, который дал ей Пилгрим? -
полюбопытствовал Найджел.
- Да, мистер Торопыга, - сказал Аллейн. - Но мы ещё проверим, чьи там
отпечатки пальцев.
- А жидкость вы на анализ отдадите? - не отставал Найджел.
- Непременно. И - чем быстрее, тем лучше.
- А потом что?
- Потом, - задумчиво произнес Аллейн, - мы кое-кого арестуем.
Глава 20
АРЕСТ
Поздно вечером пришел ответ из лаборатории. Взятая на анализ жидкость
содержала раствор байеровского
аспирина - приблизительно три таблетки. На стаканчике остались четкие отпечатки
пальцев Бейсила Пилгрима. Прочитав
заключение эксперта, Аллейн немедленно связался по телефону с заместителем
комиссара, долго говорил с ним, после чего
вызвал Фокса. Выглядел Аллейн довольно усталым.
- Мы должны с вами точнее разобраться, как падал свет из студии на
таинственного незнакомца за окном, - сказал
он. - Нашего эксперимента с ниткой недостаточно для того, чтобы делать выводы.
Придется придумать что-то другое,
Братец Лис.
- А именно, сэр?
- Увы, это означает, что нужно мчаться в Татлерз-энд.
- Как, прямо сейчас?
- Боюсь, что да. Воспользуемся ярдовской машиной. Утром я должен быть
здесь. Поехали.
Вот как случилось, что Аллейну с Фоксом пришлось на ночь глядя катить в
Татлерз-энд. Когда Фокс снова стоял
под окном студии, часы на боссикотской церквушке пробили полночь. Зарядил мелкий
дождик и в аллее пахло прелыми
листьями и влажной травой. В студии зажгли свет, штору задернули.
- Я сейчас отойду в то место, где укрывалась в тени Этель со своим
парнем, - сказал Аллейн.
Он зашагал по аллее, быстро растворившись в темноте, но через несколько
минут вернулся.
- Мы на верном пути, Фокс, - сказал он. - Оттуда видно, что луч света
падает вам на грудь.
- И что дальше? - поинтересовался Фокс.
- Остаток ночи мы проведем у моей мамочки. Я позвоню в Ярд и попрошу,
чтобы утром за нами заехали. Пойдем.
- Хорошо, мистер Аллейн. Но...
- Что?
- Видите ли, сэр, я просто подумал о мисс Трой. Случившееся может стать
для неё ударом. Я думал, не стоит ли
предупредить её.
- Да, Фокс, мне это уже тоже приходило в голову. Не слишком ли поздно
только беспокоить её в такой час?
Впрочем, ладно - я позвоню из Дейнс-лоджа. Пошли.
В Дейнс-лодж они приехали в половине первого. Леди Аллейн, сидя в
гостиной перед уютно потрескивавшим
камином, читала томик Д.Г.Лоуренса.
- Добрый вечер, - поздоровалась она. - Мне передали твое послание,
Родерик. Я очень рада снова видеть вас, мистер
Фокс. Проходите и присаживайтесь.
- Я только позвоню и - вернусь, мамочка, - сказал Аллейн. - Я мигом.
- Хорошо, мой дорогой. Мистер Фокс, налейте себе чего-нибудь выпить и
скажите мне, приходилось ли вам читать
этого замечательного писателя с необыкновенно трагичной судьбой?
Фокс водрузил на нос очки и прочитал на переплете: "Письма
Д.Г.Лоуренса".
- Боюсь, что нет, ваша милость, - серьезно сказал он.
- Жаль, - вздохнула старушка. - В этих письмах столько мудрости,
очарования и переживаний. Удивительный был
человек! Вы налили себе чего-нибудь? Вот и хорошо. Как продвигается
расследование?
- Спасибо, все идет своим чередом.
- А завтра утром вы собираетесь арестовать убийцу. Не запирайтесь, я
слишком хорошо изучила своего сына и
знаю, когда он готов произвести арест. Он сразу же приобретает страдальческий
вид.
- Как и арестованный, - сказал Фокс и, сраженный наповал собственным
остроумием, затрясся от хохота.
- Родерик! - воскликнула леди Аллейн, когда вернулся её сын. - Мистер
Фокс потешается надо мной!
- А выглядит таким положительным, - вздохнул Аллейн. - Вот и верь после
этого людям.
- Сэр! - уязвленно вскричал Фокс.
Аллейн успокаивающе приподнял руку.
- Я шучу, старина. Мамочка, я пригласил мисс Трой завтра отобедать с
тобой. Она согласилась. Ты не возражаешь?
Я-то сам буду в Лондоне.
- Что ты милый, я просто в восторге. Мы с мистером Батгейтом будем
счастливы пообщаться с ней.
- Какого черта...
- Мистер Батгейт приезжает завтра навестить жену. Он спросил, не может
ли заглянуть ко мне.
- Вот стервятник - это же крюк в сорок миль!
- Неужели? Я сказала ему, что ты ночуешь здесь и он пообещал примчаться
сразу после завтрака. Кстати, тебе бы не
мешало как следует выспаться перед арестом.
Аллейн метнул испепеляющий взгляд на Фокса. Инспектор виновато развел
руками.
- Мистер Фокс тут ни при чем, Родерик.
- Тогда откуда тебе стало известно про арест?
- Ты ведь сам только что развеял все мои сомнения, бедненький. Идите
спать.
На следующее утро в десять часов в Татлерз-энд въехали сразу две
полицейские машины. За ними следовал
Найджел в крохотном "остине". Репортер с нескрываемым злорадством отметил, что
дежурившие у ворот констебли не
пропустили внутрь двоих подозрительных типов с фотоаппаратами. Самого Найджела
Аллейн согласился впустить в
Татлерз-энд лишь под торжественную клятву никуда не соваться и ничего не
снимать. Впрочем, в сам особняк заходить
журналисту все равно не дозволялось, так что, с грустью подумал Найджел,
преимущество перед собратьями по перу было у
него чисто иллюзорным.
Выйдя из машин, Аллейн, Фокс и двое полицейских в штатском быстро
взбежали по ступенькам к парадной двери.
Открыл дворецкий.
- Входите, пожалуйста, - нервозно пригласил он и сопроводил их в
библиотеку. В камине уже уютно попыхивали
поленья. Если бы не мрачная цель, которую преследовал его визит, обстановка
показалась бы Аллейну не только
привычной, но и родной.
- Доложите, пожалуйста, мисс Трой о нашем приходе.
- Хорошо, сэр, - дворецкий поспешно удалился.
- Фокс, может быть, вам...
- Разумеется, сэр. Мы подождем в холле.
Вошла Трой.
- Доброе утро, - поздоровался Аллейн с приветливой улыбкой,
дисгармонировавшей с формальными словами. - Я
думал, что вам захочется поговорить с нами, прежде чем вы приступим к выполнению
своих обязанностей.
- Да.
- Вы поняли из моих вчерашних слов, что сегодня утром первый этап
расследования завершится?
- Да. Иными словами, вы собираетесь кого-то арестовать, верно?
- По-видимому, да. Это зависит только от одной беседы, которая, я
надеюсь, состоится через несколько минут. Вы
провели страшную неделю. Мне очень жаль, что вы вынуждены были все это время
терпеть под своей крышей стольких
людей, включая ещё и полицейских. В какой-то мере, я заботился и о вашей
безопасности. В противном случае, репортеры
просто не дали бы вам житья.
- Я знаю.
- Вы хотите, чтобы я сказал, кто...
- Мне кажется, я уже и сама знаю.
- Знаете?
- Думаю, что да. Этой ночью я спросила себя: "Кто из всех этих людей
способен на такое дикое преступление?". И,
перебрав в памяти все лица, лишь одному я смогла мысленно задать вопрос: "Боже,
что же тебя на это толкнуло?". Не знаю
- почему, никаких причин или побудительных мотивов я не придумала, но нутром
чувствую, что права. Должно быть, у
меня проснулось то самое, свойственное женщинам шестое чувство, в существование
которого вы до сих пор не верите.
- Это зависит от женщины, - серьезно произнес Аллейн.
- Может быть, - ответила Трой и внезапно зарделась.
- И все-таки я вам скажу, - продолжил Аллейн, чуть помолчав. И -
сказал. А потом добавил: - Да, чутье вас и
впрямь не подвело.
- Боже, как это ужасно, - прошептала Трой.
- Я очень рад, что вы согласились отобедать у моей мамы, - произнес
Аллейн. - Она хоть немного отвлечет вас.
Кстати, матушка просила передать, что будет счастлива видеть вас как можно
быстрее. Может быть, вам лучше поехать
прямо сейчас?
Трой вздернула голову.
- Спасибо, - жестко сказала она, - но я не собираюсь уподобляться
крысам, бегущим с тонущего корабля.
- Господи, это же совершенно другое дело...
- К тому же, это мой корабль! - добавила Трой.
- Да, конечно. Но он, по счастью, вовсе не идет ко дну, да и помочь вы
уже никому, увы, не в силах.
- Нет, спасибо, но я должно остаться, - твердо сказала Трой. - К тому
же, ведь это мои ученики. И даже... даже
Пилгрим...
- Вы уже ничем ему не поможете...
- Я остаюсь, - отрезала Трой.
- Хорошо, - вздохнул Аллейн. - Только прошу вас, не обижайтесь на меня.
И, если хотите, оставайтесь со своими
учениками. А я, если позволите, побеседую с Пилгримом.
Трой устремила на него горестный взгляд. В её глазах блестели слезы.
- Господи, как мне вас жалко, - пробормотал Аллейн.
- Меня не за что жалеть, - сказала Трой и, резко повернувшись, зашагала
к двери.
Едва она вышла, появился Фокс.
- Пошлите за Пилгримом и заходите сюда, - приказал Аллейн.
Фокс отдал кому-то распоряжения и вернулся.
- Мы должны действовать с оглядкой, Братец Лис. Он может что-нибудь
отмочить.
- Да, сэр.
Они молча стояли у камина. Полицейский привел Пилгрима. Второй
сотрудник Ярда вошел следом за ними и
расположился у двери.
- Доброе утро, - поздоровался Пилгрим.
- Доброе утро, мистер Пилгрим. Мы хотели бы кое-что уточнить в связи с
вашими показаниями.
- Да, пожалуйста.
Аллейн сверился с записной книжкой.
- На сколько миль хватает вашему автомобилю одного галлона бензина? -
спросил он.
- На шестнадцать.
- Вы уверены?
- Да. А на трассе - даже больше.
- Понятно. Теперь, если не возражаете, вернемся к пятничному вечеру в
доме мистера и миссис Паскоу. Вы
помните, как протекала процедура приема кофе?
- Да, конечно.
Он поочередно обвел взглядом Аллейна и Фокса, а потом снова посмотрел
на Аллейна.
- Расскажите, пожалуйста, кто разливал кофе, а кто разносил чашечки.
- Пожалуйста. - В голосе Пилгрима прозвучало легкое недоумение. - Я
только не понимаю, какое отношение это
может иметь к Соне... Или к Гарсии... А, вас интересует, почему Вал показалось,
что её кофе горчит. Мой тоже горчил.
Просто неимоверно.
- Вспомните, кто разливал кофе.
- Миссис Паскоу.
- А кто разносил чашечки?
- Э-ээ... я сам.
- Прекрасно. А помните ли вы, в каком порядке разносили чашечки?
- Я не совсем уверен. Впрочем, помню. Сперва я поставил две чашечки
перед Вал - ей и себе. Потом заметил, что у
капитана кофе ещё нет, и следующую чашечку отнес ему. Миссис Паскоу взяла себе
кофе сама. Тогда я вернулся к Вал и мы
начали пить кофе.
- Вы оба пили черный кофе?
- Да.
- С сахаром?
- Да.
- Кто клал в кофе сахар?
- Господи, откуда мне знать! Наверное - я.
- Вы не говорили, что ваш кофе горчит?
- Нет, мне было неловко. Я только посмотрел на Вал и поморщился, а она
понимающе кивнула. Потом сказала:
"Сибил, милочка, это не кофе, а какая-то отрава". У миссис Паскоу просто челюсть
отвисла. - Пилгрим вдруг хохотнул. -
Вал порой бывает удивительно прямолинейна. Тогда они обе спросили меня, и я
сказал, что да, мол, случалось мне
пробовать менее горький кофе. Или что-то в этом роде. Мне было жутко неловко.
- Да, я вас прекрасно понимаю. А позднее, когда мисс Сиклифф
пожаловалась на головную боль, вы дали ей
аспирин. Это так?
- Да. А что? - Пилгрим выглядел озадаченным.
- Таблетки были у вас в кармане?
- С какой стати? Я поднялся наверх и достал бутылочку из чемодана.
Слушайте, мне непонятно, куда вы клоните.
- Прошу вас, мистер Пилгрим, отвечайте на мои вопросы. Когда именно вы
дали мисс Сиклифф аспирин?
- Когда она отправилась спать. Я принес бутылочку из своей спальни и
дал Вальме сразу три таблетки.
- Она их выпила?
- Нет. Мы заглянули к ней, когда она уже лежала в постели, и Вал
пожаловалась, что не сможет проглотить
таблетки, поэтому я растворил их в воде.
- Она выпила этот раствор?
- Не знаю, инспектор. Я оставил стаканчик на столике у изголовья её
кровати.
- Понятно, - кивнул Аллейн. - А где бутылочка?
- Какая бутылочка? А, вы имеете в виду аспирин. Не знаю. Должно быть,
где - то у меня.
- Что вы делали в пятницу вечером после того, как покинули комнату мисс
Сиклифф?
- Мы выпили по рюмке с Паскоу и я пошел спать.
- Вы не вставали ночью?
- Нет.
- А спали крепко?
- Как убитый, - ответил Пилгрим. Он заметно побледнел, но смотрел прямо
в лицо Аллейну.
- Странно, что вы спали так крепко. В ту ночь бушевала страшная гроза,
- соврал Аллейн. - Сверкали молнии.
Хлопали двери. По всему дому метались горничные. Неужели вы ничего не слышали?
Пилгрим задумался.
- Очень странно, но я и в самом деле спал беспробудным сном. Я вообще
на сон не жалуюсь, но в ту ночь я словно
куда-то провалился. Должно быть, коньячок у Паскоу оказался для меня слишком
крепок.
- Понимаю, - сказал Аллейн. - Теперь, мистер Пилгрим, взгляните,
пожалуйста, вот на это.
Аллейн кивнул одному из своих людей, который тут же приблизился к нему,
держа в руке бесформенный
коричневый сверток. Затем развернул бумагу, под которой обнаружился старый плащ.
- Это же мой макинтош, - удивился Пилгрим. - Я надеваю его, когда
копаюсь в машине.
- Вы правы, - кивнул Аллейн.
- Как он к вам попал?
- Взгляните на рукав, мистер Пилгрим. Я хочу, чтобы вы вспомнили,
откуда взялась вот эта дырка на обшлаге.
- Понятия не имею. Откуда мне знать? Эта штуковина у меня с допотопных
времен. Я ведь и из машины-то её
никогда не вытаскивал. Разве что, когда залезал под днище. Мне кажется, дырка
прожжена сигаретой.
- Нет, мистер Пилгрим. Она прожжена кислотой.
- Кислотой? Что за чушь! То есть, я хочу сказать - откуда у меня там
возьмется кислота?
- Это как раз то, что я хотел узнать у вас.
- Боюсь, что не в состоянии вам ответить. Просто не представляю.
- Дырка довольно свежая, мистер Пилгрим.
- Да? Ну и что?
- Могла это быть азотная кислота?
- Не знаю. А что?
- Вы не занимаетесь гравированием, мистер Пилгрим?
- Немного. Но только не в этом плаще. Послушайте, мистер Аллейн...
- Пошарьте в карманах.
Пилгрим с вытянутым лицом запустил руки в карманы и вытащил пару
перчаток.
- Обратите внимание на тыльную сторону правой перчатки, - сказал
Аллейн. - Видите маленькое пятнышко?
Присмотритесь повнимательнее. Оно совсем крохотное, но оно тоже оставлено
кислотой. Как вы можете это объяснить?
- Откровенно говоря - никак. Эти перчатки всегда лежат у меня в
карманах.
- Понимаю. А вы никому не отдавали свой плащ? Может быть, кто-то другой
надевал ваши перчатки?
- Не знаю. Может быть, - пожал плечами Пилгрим. Он вдруг поднял голову,
в глазах застыл нескрываемый ужас. -
Наверное, я и впрямь кому-то давал их, - сбивчиво заговорил он. - Или механик в
гараже воспользовался ими. Да, ведь и
кислота из аккумулятора могла оставить эти пятна.
- А мисс Сиклифф никогда не брала ваши перчатки?
- Нет.
- А в Анкертон-мэноре, когда она каталась верхом?
- Боже упаси! - с горячностью воскликнул Пилгрим. - Тем более, что как
раз накануне я подарил ей шесть пар
модных перчаток разных цветов. Они Вальме настолько понравились, что она даже
обедала в голубых, а ужинала в алых.
- А когда ездила верхом?
- Для верховой езды у неё есть специальные охотничьи перчатки.
Послушайте, в чем дело?
- Мисс Сиклифф - умелая наездница?
- Прекрасная!
- А что за коня вы ей дали?
- Гунтера"Охотничья лошадь" - самого лучшего.
- Теперь взгляните сюда, на изнанку левой перчатки. Видите это пятнышко
у основания мизинца?
- Да, вижу.
- Мы отдавали его на анализ. Это кровь. Вспомните - может быть, вы гдето
укололись или поранились? Совсем
недавно.
- Кажется, да, - тихо промямлил Пилгрим, бледный, как смерть.
- Где?
- Точно не помню. В Анкертоне, кажется. О колючие кусты.
- Вы носили перчатки с собой?
Пилгрим сидел ни жив, ни мертв. В лице не было ни кровинки.
- Да, наверное. Да.
- Вы же только что сказали, что перчатки всегда были в машине.
- Это уже зашло слишком далеко, - судорожно выдавил Пилгрим. - Боюсь,
что больше не стану отвечать на ваши
вопросы.
- Что ж, это ваше право, мистер Пилгрим, - согласился Аллейн. - Фокс,
попросите, пожалуйста, мисс Сиклифф
заглянуть к нам. Благодарю вас, мистер Пилгрим. Подождите снаружи, пожалуйста.
- Нет, - сказал Пилгрим. - Я хочу присутствовать при вашей беседе.
Аллейн замялся.
- Ну, ладно, - кивнул он наконец. Но плащ и перчатки бросил под стол.
Свой приход Вальма Сиклифф обставила с уже привычной театральностью.
Прикрыв за собой дверь, чуть
постояла, обводя взглядом собравшихся мужчин и словно проверяя, какое произвела
впечатление.
- Приветик, - прощебетала она. - Все роете? Что с тобой, Бейсил - ты
выглядишь так, словно кого-то ухлопал.
Пилгрим не ответил.
- Я послал за вами, мисс Сиклифф, - сказал Аллейн, - чтобы узнать, не
согласитесь ли вы нам помочь.
- О, я буду только счастлива помочь вам, мистер Аллейн, - лучезарно
улыбнулась красотка.
- Скажите, вы выпили тот аспирин, что приготовил для вас мистер Пилгрим
вечером в пятницу?
- Не весь. Он показался мне слишком горьким.
- Но прежде вы говорили, что выпили.
- Да, я чуть-чуть глотнула. Я и без него прекрасно спала.
- Как ваша порезанная ладонь?
- Моя... А, все зажило, спасибо.
- Могу я взглянуть на нее?
Вальма протянула ему руку тем же царственным жестом, что и в
понедельник, но на сей раз её тонкие и изящные
пальцы едва заметно дрожали. У основания мизинца ещё краснел небольшой шрам.
- Оставьте её в покое! - взорвался Пилгрим. - Вальма, не отвечай ему!
Слышишь? Не отвечай!
- А в чем дело? - спросила Вальма. - Бейсил, что с тобой!
- Вы сказали, мисс Сиклифф, что оцарапались о гриву лошади, - напомнил
Аллейн.
- Нет, мистер Аллейн, это вы мне сказали.
- Да, но вы приняли такое объяснение.
- В самом деле?
- А чем вы объясните происхождение этой ранки сейчас?
- Я оцарапалась о поводья.
- Мистер Пилгрим, вы обратили внимание на эту царапину в субботу
вечером? Ранка ведь была совсем свежая.
- Я не видел её руки. Вальма была в перчатках.
- В течение всего ужина?
Пилгрим промолчал.
- Помнится, мисс Сиклифф, когда я заметил, что наездница вы, видимо,
неопытная, вы подтвердили, что отнюдь не
считаете себя амазонкой. Так?
- Во мне говорила скромность, мистер Аллейн.
Аллейн нагнулся и извлек из-под стола старый плащ и перчатки.
- Вы узнаете эти вещи, мисс Сиклифф?
- Я... не знаю. Ах, да. Это вещи Бейсила.
- Подойдите поближе.
Вальма Сиклифф медленно обогнула стол. Аллейн молча показал ей дырку на
обшлаге рукава, а затем, попрежнему
не открывая рта, ткнул в пятнышко у основания левого мизинца вывернутой
наизнанку перчатки. Молчание
нарушил Бейсил Пилгрим.
- Не знаю, чего они к тебе прицепились, Вал, но ты никогда не надевала
эти вещи! Я это точно знаю. И сказал им. Я
готов присягнуть... и присягну, - что ты ими никогда не пользовалась. Вальма!
- Молчи, кретин! - завизжала она. - Болван проклятый!
- Вальма Сиклифф, - торжественно произнес Аллейн, - именем закона, я
арестую вас за убийство Вольфа Гарсии,
на основании...
Трой сидела на пледе возле центральной клумбы розового сада леди
Аллейн. Сам Аллейн стоял рядом, глядя на
художницу с нескрываемой нежностью. Потом он заговорил:
- Уже с понедельника мы не сомневались, что смертельную ловушку для
Сони подстроил Гарсия. Отпечатки его
пальцев остались на банке с опиумом, а это, поскольку первую порцию подготовил
Малмсли, свидетельствовало о том, что
Гарсия затем курил еще. Думаю, что именно под влиянием наркотика в его
затуманенном мозгу и созрел дьявольский план
расправы с Соней. Причина очевидна - Соня настаивала, что он должен на ней
жениться. Впрочем, для Гарсии главная
угроза состояла в том, что Соня вторгалась между ним и его работой. Уже сегодня,
арестовав Вальму Сиклифф, я снова
повстречался с мисс О'Доуни, бывшей подругой Сони. Теперь, узнав правду, она
больше ничего не скрывала. Я выяснил,
что шантажем Соня и Гарсия занимались на пару. Соня, выманив у Пилгрима деньги,
передала их Гарсии. Гарсия же, по
словам мисс О'Доуни, шантажировал Вальму Сиклифф. Он грозил рассказать Пилгриму,
что Вальма была его - Гарсии -
любовницей. Гарсия пообещал, что если Вальма ему не заплатит, то он пойдет к
старому пэру и такое порасскажет про
творившиеся в студии оргии, что матримониальные планы Сиклифф растают, как дым.
Все это было у Гарсии согласовано с
Соней. Пока она доила Пилгрима, он обрабатывал Сиклифф. Сперва Вальма упиралась,
но когда Гарсия показал
выполненные им рисунки и картины, на которых она была изображена в обнаженном
виде, и рассказал, какими
скабрезными подробностями их сопроводит, она сломалась. Больше всего на свете
боясь потерять Пилгрима, она
согласилась, что в пятницу вечером после того, как все разъедутся, встретится с
Гарсией в студии и обсудит условия
выплаты. Все это Гарсия поведал Соне, которая, в свою очередь, поделилась
приятной новостью с подружкой, взяв с неё
клятву о молчании.
- А когда вы впервые заподозрили Вальму?
- Пожалуй только тогда, когда сообразил, что убийца Гарсии держал его
сзади за волосы. В ту минуту я вспомнил о
порезе на ладони Сиклифф, который она показала мне лишь тогда, когда заметила,
что я обратил на него внимание. Она
солгала, что порезалась о поводья, хотя для меня сразу было очевидно, что порез
сделан чем-то более тонким. Я даже
предположил, что, возможно, она поцарапалась о гриву лошади, и Вальма поспешно
согласилась. Тогда я уже заподозрил её
всерьез. Однако ещё с той минуты, как я узнал, что именно Сиклифф укладывала
натурщицу в нужную позу, я понял, что
нужно уделить ей повышенное внимание.
- Мне это не совсем понятно. Вы же ска
Закладка в соц.сетях
