Жанр: Детектив
Лицо в тени
...хотя дети, как правило, брезгливостью не отличаются, но Дольфик должен был уже
изрядно вонять. Нет, они не увозили его
в Москву. Может быть, решили похоронить Где-нибудь у речки? Дети любили там
играть с собакой. Но почему не взяли
лопату?
"Подумай, что бы сделала ты на их месте, если бы опять была ребенком?"
Но Алина тут же ответила себе, что, когда
была ребенком, никто никогда мог предсказать ее поведение. А Катя в самом деле
была похожа на нее. Те же своевольные
выходки, упрямство, неизменное желание поставить на своем. Обиды она помнила
долго, несправедливости никому не
прощала. А несправедливость ей виделась буквально во всем: рано послали спать,
обманули и не повезли в воскресенье в
зоопарк... Да мало ли обид можно найти, если только поискать!
Конечно, исчезновение Дольфика и поведение матери, бросившей собаку в
поселке, было для Кати страшным
ударом. Пожалуй, такого стресса ей еще переживать не приходилось. Она любила
пса, а он платил ей такой же горячей,
нерассуждающей любовью. Девочка вряд ли могла понять, почему к ее собаке
отнеслись так небрежно, бросив ее на
произвол судьбы.
"Да она сейчас страшно озлоблена. И способна натворить что угодно.
Только вот возраст у нее пока такой, что
может она немного. Но сбежать из-под материнского надзора все-таки сумела. Я
удивляюсь Илье! Он ведь ей помогал! Ну
хоть какое-то утешение, что Катька сейчас не одна. Ему хоть и десять лет, но
все-таки мужчина..."
Алина отправилась к бабе Любе. Старуха долго не открывала, хотя девушка
стучала что было сил. У нее даже
появилась мысль, что с соседкой что-то случилось, но тут послышался ее голос.
Даже узнав, кто пришел, баба Люба
опасалась отпирать. До нее уже дошло страшное известие о найденном на соседнем
участке трупе, и она была напугана.
- Да не открывайте, если боитесь, - сдалась наконец Алина. Ей
приходилось кричать, чтобы старуха расслышала ее
через дверь. - Скажите только - дети к вам не заходили? Катя и Илюшка?
- Никого я не видела, - глухо донеслось из дома.
- Но может, вы заметили что-нибудь вечером на нашем участке? В нашей
половине свет горел? Окна светились?
Баба Люба затихла, а потом все-таки слегка приоткрыла дверь. Узнав, что
пропали дети, она всплеснула руками:
- Этого не хватало! Сбежали?!
- А я о чем вам толкую, баба Люба, - раздраженно ответила Алина. - Они
точно были здесь, заходили в дом. Но раз
вы их не видели...
Она попросила старуху отпереть, если к ней будут стучаться дети. Кто
знает - вдруг они все-таки вернутся и
навестят соседку? Баба Люба пообещала и добавила, что теперь она точно не уснет.
На своем участке Алина заметила свет фонарика. Теперь его обследовал
свояк. Алина прошла мимо, будто его не
заметив. Он держался так же отстранение. Марина была в доме и сразу кинулась
навстречу сестре:
- Ты говорила, что собака лежала на кухне! Где она?
- Тише. - Алина взяла ее за плечи. - Исчезла. - Та задохнулась и
прикрыла рукой горло - как будто ее снова
собирались душить.
- Исчезла? Они точно здесь были! Как же они попали в дом?
- Пролезли через веранду. Когда вы ее наконец закончите? Так сюда весь
поселок залезет, дом стоит нараспашку!
Марина отмахнулась - она была совершенно убита всем случившимся:
- А, теперь все равно продадим... Пусть новые хозяева все доделывают.
Знаешь, я не могу тут сидеть. Фонариков
всего два, давай возьмем их и пойдем искать! А Васька поедет на машине - он
хочет проверить все улицы.
Алина согласилась. Лучше было делать хоть что-нибудь - пустое ожидание
способно свести с ума. Сестры взяли
фонарики и вышли на улицу. Марина перекинулась с мужем несколькими фразами, и он
уехал. Фары его машины косо
осветили соседские заборы и пропали за поворотом.
- А если они уже дома? - спросила Алина.
- Я только что туда звонила. Никого.
- Они могут не брать трубку.
- Я чувствую, что их там нет. - Марина жалобно на нее посмотрела -
совсем как в детстве, когда старшая сестра
почему-то вдруг начинала слушаться младшую. - Куда пойдем?
Алина предложила идти к речке. Она считала, что если дети в самом деле
понесли хоронить труп собаки, то вряд ли
они будут делать это где-то в пределах поселка. Да тут и негде - разве под чужим
забором? Логичнее было похоронить
собаку на своем участке, но там не было никаких следов могилки.
Сестры дошли до конца переулка и остановились. От реки тянуло холодом.
Звезд не было - день выдался облачный,
и ночь оказалась такой же хмурой, совершенно осенней. Марина вздрогнула и
придвинулась ближе к сестре.
- Как тут тихо, - пробормотала она. - Неужели они где-то здесь?
- Давай позовем?
Они кричали, звали, но им откликались только собаки за последними
заборами поселка. Потом в одном окраинном
доме вдруг засветилось окно - они кого-то разбудили. Алина первая предложила
замолчать.
- Если они здесь - то уже услышали нас. Но я думаю, их тут нет.
- Почему?
- Слишком холодно, а тут негде укрыться. Как они были одеты?
- На Кате джинсовый костюм, на Илье... джинсы и спортивная куртка,
кажется. Кроссовки... - Марина снова начала
всхлипывать - на этот раз тихонько. - Может, они пошли в лес?
- Ночью?
- Ну и что? Мало ли где они решили похоронить Дольфика. А в лесу потом
заблудились. Это ведь дети!
Алина тоже предполагала, что такое могло случиться. Но старалась об
этом не думать и уж тем более не говорить
сестре. Это было бы слишком ужасно - двое детей холодной ночью, в лесу... И куда
они могли забрести? Как их теперь
искать?
- Может, позвоним в Службу спасения? - спросила она.
Марина резко обернулась - луч ее фонарика ударил Алине прямо в лицо.
Свой фонарик та давно погасила - он
почти не давал света.
- Нет! - заявила сестра.
- Почему? Там умеют искать куда лучше нас. Мы теряем время, а может
быть...
- Я говорю - нет!
Алина пожала плечами и попросила убрать луч в сторону. Сестра
послушалась и опустила фонарь. Ее лицо было
озарено слабым отраженным светом, но Алина успела заметить, что та в смятении. И
явно не знает, на что решиться.
- Почему нет, Маринка? - как можно мягче спросила младшая сестра. -
Есть какая-то причина никуда не
обращаться?
- Есть. И потом, - неуверенно проговорила та, - Илья умеет
ориентироваться в лесу.
- Только не ночью.
- Я думаю, в лес они не пошли. - Сестра будто не слышала ее возражений.
- А если пошли, то должны были
вернуться. Думаю, далеко они не заходили. Они увидели бы сквозь деревья огни
поселка. Там такая редкая опушка.
Это было правдой. Лес был сосновый, и деревья на опушке стояли очень
редко. Вряд ли дети решили зайти далеко в
чащу, чтобы выкопать могилу. Катя никогда бы на это не решилась. Она даже днем
боялась потеряться в лесу и никогда не
ходила туда одна.
- Так почему ты не хочешь никуда обращаться? - все так же вкрадчиво
поинтересовалась Алина. - Ты не думаешь,
что мне лучше знать все?
- Да ты и так знаешь...
- Я знаю достаточно только для того, чтобы понять - тебе нужна помощь.
Только как я могу помочь, если ты что-то
скрываешь?
Марина качнула головой и неожиданно погасила фонарик. Они остались в
темноте. Единственным источником
света было светящееся окно в одном из окраинных домов. Это была серая
бревенчатая развалюшка, где жили две старухи
сестры. Алина давно знала старушек - они часто выгуливали на этом лугу трех коз.
Сколько она себя помнила, у сестер
всегда было три козы - ни больше ни меньше. Как-то одна из старушек зазвала ее к
себе во двор и дала напиться козьего
молока. Молоко показалось девочке отвратительным, но она выпила все до капли -
чтобы не обижать хозяйку. Та
внимательно наблюдала за каждым ее глотком и приговаривала, что теперь Алина
точно поправится и станет крепкой,
румяной... И потом дала ей яблоко - из своего сада.
Теплое и червивое.
Алина так ясно вспомнила все это, что на миг ощутила себя маленькой
девочкой, затерявшейся в этой холодной
ночи. Без света, без помощи, почти без надежды.
- Вася боялся выпускать детей на улицу, - упрямо повторила она. -
Почему? Кто-то угрожает твоим детям?
Марина помедлила секунду и ответила, что дело не в этом. Муж сейчас
просто всего боится.
- Почему всего? На труса он как-то не очень похож.
- У меня неприятности, - глухо и коротко ответила Марина. Помолчала и
добавила: - И я сама в этом виновата.
Только я, больше никто.
- А твой любовник?
- Что?! Он... Да, он тоже. Но я больше всех.
Сестры медленно, не сговариваясь, пошли вдоль домов. Дошли до угла.
Старушки все еще не спали. Вероятно,
сидели и гадали, кто это кричал в ночи, совсем рядом с их домом. Здесь было
чуть-чуть светлее - или глаза уже привыкли к
темноте? Алина остановилась, вдохнула запах реки. Вода тускло блеснула в
темноте.
Пологий глинистый берег с утоптанной травой, гнилой мостик через
протоку, лягушачья заводь. Тарзанка,
подвешенная на толстом суку старой березы. На этой тарзанке любил кататься Илья.
Как следует раскачавшись, он с криком
бросал перекладину и прыгал на самую середину речки. Это удавалось ему
великолепно и всегда вызывало всеобщий
восторг. Мальчик был очень спортивный и не упускал возможности похвастать своей
силой и ловкостью.
- Когда ты умудрилась его завести? - тихо спросила Алина, глядя в
сторону реки.
Сестра сразу поняла, о ком она спрашивает:
- Давно. Очень давно.
- Как? - Алина повернулась к ней, пытаясь различить ее лицо. - Я
думала, что только в последний год...
- О нет. В последнее время мы просто несколько раз встречались,
разговаривали... А так - это старая история.
Ужасно старая...
Алине показалось, что сестра улыбается, но она решила, что ошиблась. Не
могла она улыбаться в такой момент.
- И во что он тебя втянул? - спросила она.
- У него неприятности, с деньгами... - грустно ответила Марина. - Я
никогда не обещала ему помочь, да только...
Так получилось, что помогать придется.
- Ты с ума сошла? Какое тебе до него дело! Или ты его любишь?
- Нет. - Та как будто испугалась. - Когда-то что-то было, а теперь както
не до любви!
- Ну тогда зачем тебе все это? - Алина раздраженно повысила голос. -
Скажи ему, что это не твое дело, и забудь о
нем!
- Ему-то я сказала... - протянула сестра. - С ним договориться можно.
Ты о нем плохо не думай, он ничего у меня
не просил. Это все его приятели... Друзья так называемые.
- Ну а они-то чего ради к тебе полезли? Ты не миллионерша, родители у
нас - сама знаешь... И муж у тебя золотых
гор не гребет... Что они к тебе привязались?
- Есть причина, - ответила та чуть слышно. - Веская причина. Не
спрашивай меня больше, ладно? И Василию
ничего не говори.
Алина всплеснула руками:
- А не поздно ли молчать? Неужели твой муж ничего не знает?
Ответ сестры поразил ее. Та совершенно естественным тоном сообщила, что
муж все знает. Она все ему рассказала
- как только вернулась домой. Молчать было поздно, и у них вышло большое
объяснение. Но муж согласился ей помочь.
Ради детей - так как угрозы относились именно к ним. Но Василий поставил одно
условие - всего одно. Никто, кроме него,
ничего об этом деле знать не должен. Историю о подруге и ее больном ребенке они
выдумали сообща.
- О Боже мой! - ахнула Алина. - Вот этого я от него не ожидала! Он
знает, что у тебя есть любовник, и соглашается
ему помочь?
- Знает, что был любовник. Был, - подчеркнула сестра. - Я и сама не
думала, что Васька согласится ему помочь... Да
я ни о чем его и не просила. Просто сказала, что случилось. Не могла я больше
молчать.
- А где ты пропадала два дня?
Молчание. В это время погасло окно в крайнем домике. Старушки, как
видно, немного успокоились и решили
ложиться спать. Сестры остались одни в непроглядной деревенской темноте. Было
оглушительно тихо и не верилось, что
рядом с ними - большой поселок, люди, жизнь. Даже собаки не брехали. Алина
поежилась:
- Да, милая моя... Попали вы в историю. А сколько нужно денег?
- Чем больше, тем лучше. Только нам все равно не достать столько, чтобы
расплатиться целиком.
- Твой... бывший любовник попал в беду?
- Да, занимался бизнесом, потом задолжал. - Марина грустно усмехнулась
и добавила: - Ничего интересного.
Смотри не попадись так же, как и он. Васька мне сказал, что ты заняла деньги,
чтобы войти в дело компаньоном. А он тоже
так делал.
- Со мной такой глупости не случится, - сказала Алина, впрочем не
слишком убежденно. Ей было очень не по себе.
Она взяла сестру под руку. - Пойдем домой. Вдруг дети вернулись?
И они медленно двинулись обратно. Марина снова включила фонарик,
обшаривая лучом землю под ногами. Она
больше не звала детей, будто окончательно убедившись, что их тут нет. А вот
Алина не могла избавиться от мысли, что они
уходят, не сделав всего необходимого. А вдруг дети совсем рядом? Заблудились в
лесу, заплутали на опушке, и если позвать
- может, они услышат?
Они свернули в свой переулок, и тут Марина вдруг остановилась. Алина,
не ожидавшая этого, чуть не упала,
натолкнувшись на сестру.
- Я боюсь Васьки, - тихо сказала та.
- Васьки? - Алина сердито покачала ногой, проверяя, не потянула ли
лодыжку. Ступать было больно. - А его-то что
бояться? По-моему, у вас все теперь наоборот! Ты на него орешь!
- Я его боюсь, - тихо и упрямо повторила та. - Сегодня, когда в милиции
показали снимок мертвого мужчины, Вася
его узнал.
Алина недоверчиво на нее покосилась:
- Тебе не показалось?
- Он его узнал, - повторила сестра. - Я увидела, какие у Васьки
сделались глаза, когда он увидел снимок. Я уж
думала - он сейчас следователю имя назовет! А он... сказал, что первый раз видит
этого человека. Я, наверное, была такая
красная... Меня это чуть с ног не сбило.
- Но ты могла ошибиться, - уже внимательней заметила сестра. -
Подумаешь - странно посмотрел на снимок... Все
смотрят как могут.
- Неправда! Так не смотрят на человека, которого видят в первый раз!
- И ты что же - думаешь, он его убил?! - Марина больно сжала ей руку и
указала в конец переулка. Там неожиданно
показались фары приближающейся машины. Они осветили женщин, и те машинально
прикрыли глаза. Машина
остановилась у их дома, женщины медленно подошли.
Василий вышел и резко хлопнул дверцей.
- Никого не видел, - отрубил он. - Встретил двух алкашей у станции, и
все. Спросил, но они детей не видели.
- Я позвоню в Москву.
Марина побежала к дому. Алина осталась у калитки. Она посторонилась,
чтобы пропустить свояка. Тот прошел
мимо, по-прежнему не сказав ей ни слова, даже не взглянув в ее сторону. Они
держались так, будто не видели друг друга.
Василий поднялся на крыльцо и закрыл за собой дверь. Алина увидела в
окне смутную тень - кто-то подошел к
окну и тут же исчез в глубине комнаты. А она не могла заставить себя пойти в
дом. "Он знал того человека? Маринка могла
ошибиться, что значит какой-то взгляд..." Она повторяла это снова и снова, но ей
трудно было сделать первый шаг к дому.
Девушка поймала себя на мысли, что почти верит сестре... и тоже боится Василия.
И все-таки она пошла.
- Никто не берет трубку, - в отчаянии сказала Марина, увидев ее. Она
стояла посреди кухни, курила и стряхивала
пепел куда попало. В обычном состоянии она никогда бы этого не сделала - сестра
ужасно боялась, что деревянный дом
случайно загорится.
- Ну а домой они не возвращались, - машинально подвела итог Алина. Она
присела к столу.
Спина разламывалась - за весь день она толком ни разу не присела.
- Они могут быть у своих одноклассников, - неожиданно сказал Василий.
Он стоял спиной к ним, у окна, и
настойчиво смотрел в темноту, будто мог там что-то увидеть.
- Но я не знаю их телефонов! - почти простонала его жена.
- Можно узнать в школе.
И действительно, это можно было сделать, но... Не посреди ночи. Все
трое это хорошо понимали и потому дальше
эту возможность не обсуждали. Марина вслух припоминала: с кем общалась дочь,
какие подружки были у нее во дворе.
Какие друзья были у Ильи в спортивной секции. Но каждый раз приходила к одному и
тому же выводу - эти дети в любом
случае живут не одни, а их родственники вряд ли согласились бы взять к себе на
ночь чужих детей - без просьбы родителей,
без объяснения причин.
- Я бы не согласилась! - нервно говорила Марина. - Спрятать у себя
двоих чужих детей и даже не позвонить
родителям!
- А вдруг они вам звонили? - воскликнула Алина. - Он же запретил тебе
брать трубку!
- После того как они сбежали, никто не звонил!
- А маме ты не звонила?
- Их там нет. Лучше бы я туда не звонила! Мама опять не в себе...
Кричит на меня и плачет. Ну что я ей скажу?!
Василий задернул шторку и отвернулся от окна. Ни слова не говоря, пошел
к двери. Марина схватила его за куртку:
- Куда ты?
- Пойду еще поищу. Все равно не усну. А вы можете ложиться.
- Их тут нет, я чувствую! Нужно ехать в Москву! - Голос у нее срывался,
в глазах металось безумие. - А что, если...
Они не сбежали от меня на рынке, а их украли?!
- Пусти, - прошипел он. - Их украли, да? А Дольфика отсюда тоже украли?
Думай, что болтаешь! - Но она
вцепилась в мужа и не пускала его к двери:
- Не ходи никуда, я боюсь! Я боюсь тут оставаться!
- Ты понимаешь, что они где-то шляются в темноте, одни? - Он резко
тряхнул рукав и высвободился. - Наверняка
эту кашу заварил твой Илья! Катька давно бы уже вернулась!
Она не ответила ни слова, провожая его загнанным взглядом. Когда за
мужем закрылась дверь, Марина слепо
нащупала стул, присела и стиснула руки. Глаза у нее были мокрые.
- Господи, опять... Ну при чем тут Илья? Я уверена - это Катька подбила
его сбежать...
- Он всегда больше любил Катю, - растерянно подтвердила Алина.
- Естественно! - Сестра повернулась к ней заплаканным лицом. - Ведь она
его дочь!
- Ну и что? Все равно это странно - Илья-то мальчик...
- Да если бы это был его мальчик! - Алина онемела. Она смотрела на
сестру и не могла поверить, что только что
услышала такое... А та, тряхнув спутанными осветленными кудрями, зло повторила:
- Если бы это был его сын!
- Ты хочешь сказать...
- Да! Вот именно! - Марина выкрикнула это с какой-то отчаянной,
безумной радостью. Она была похожа на
одержимую. - Поняла, наконец! Я выводила замуж уже беременная! Илья никакой не
семимесячный, как мы вам говорили!
Он родился толстым, здоровым мальчишкой и был абсолютно доношенный!
У Алины захватило дух. Она с трудом выдавила:
- А твой муж знал?!
- Ну ясно!
- И давно?
- Да всегда знал! Потому и бил меня, чтобы я снова не спуталась с
Илюшкиным отцом. Ему это в голову запало, а
я... Да он мне даром был не нужен!
- Постой... - Алина начинала понимать. - Твой любовник - Илюхин отец?!
Это та самая старая история, о которой
ты мне говорила?
- Да! Но, Алька, я тебе клянусь - с тех пор, как я вышла замуж, у меня
больше никого не было, кроме мужа! Ни
разу! - И Марина зарыдала - громко, хрипло и безнадежно.
ГЛАВА 10
Его звали Андрей - и это был тот самый парень, которого Алина видела на
снимке у матери. Славная улыбка,
большой запас анекдотов (действительно смешных), ласковый взгляд. Сестра
познакомилась с ним на дискотеке - тогда, в
восемнадцать лет, она очень любила танцевать. Алина не могла припомнить, чтобы
после свадьбы хоть раз видела сестру
танцующей.
На эту дискотеку сестра отправилась с подружкой из педагогического
института. Они с упоением отплясывали
первые полчаса, довольствуясь обществом друг друга. Когда начался медленный
танец, девушки, задыхаясь, отошли к стене
и уселись в откидные кресла. Дискотека была устроена в одном из домов культуры,
и в такие вечера ряды кресел сдвигались
по периметру зала. К ним сразу подошли двое парней. Один - очень симпатичный. На
Марину произвели впечатление его
ослепительные зубы, которым дискотечный свет придал фиолетовый инопланетный
оттенок. Другой - его спутник - был
попроще и ничем не выделялся. Его и звали-то как-то просто, почти смешно -
Васей.
- Это был...
- Да. - Марина не дала сестре договорить. - Это он самый и был.
Симпатичный парень с инопланетной улыбкой пригласил на танец Марину.
Вася пригласил ее подругу, но сделал
это так неохотно и танцевал так неуклюже, что было ясно - он просто не успел
пригласить Марину. Подружка немедленно
это осознала и насмерть разобиделась. Она даже не дала проводить себя до дому.
Когда все четверо вышли после танцев на
воздух, Танечка заявила, что едет домой на такси - а Марина пусть делает что
хочет. Марине сдавалось, что подружке тоже
понравился Андрей. Она даже возгордилась - впервые ей удалось одержать верх над
какой-нибудь подружкой. Парни за ней
ухаживали довольно вяло. А вот этот был настойчив.
Впрочем, его приятель тоже отличался странным упорством. "Неужели он не
видит, что лишний? - злилась
Марина, когда этот дружок отправился ее провожать за компанию с Андреем. - Ну и
тупица! Прямо как маленький!"
Отделаться от Василия удалось только на вторую неделю знакомства. В
первые дни он неизменно сопровождал
друга везде, куда Андрей приглашал Марину. В недорогое кафе, в парк, на
прогулочный теплоход по Москве-реке, на
очередную дискотеку... Наступало лето, и оно обещало быть чудесным. Марина
успешно сдала сессию - одну из первых в
институте. На душе у нее было легко - Андрей понравился матери, младшая сестра
ничуть ей не мешала. Алина тогда
готовилась поступать в институт и безвылазно сидела в библиотеке. Марина все
реже звонила подружкам - она обнаружила,
что ей куда интереснее говорить по телефону с Андреем. А он звонил ей почти
сразу после того, как провожал до дому. Как
будто им не хватало времени наговориться - хотя о чем они, собственно, говорили?
- Мама даже стала спрашивать: какие у него намерения? - горько
припомнила Марина. - Какие? Откуда же я знала?
- А где была твоя голова? - сердито ответила сестра. - Какая же ты
простая! Наделаешь глупостей, а потом
обвиняешь в этом других!
Но Марина только рукой махнула. Она утверждала, что во всем виноват был
один Андрей. Он был ее ровесником,
но иногда казался ей намного младше. Никаких серьезных планов на будущее не
строил. Нигде еще не учился.
Единственное, что его интересовало, - это спорт. Он ходил в волейбольную секцию.
Ему светил призыв в армию, но Андрей
легкомысленно отмахивался, говоря, что родители попробуют его отмазать.
- А если не удастся? - спрашивала Марина. Она близко к сердцу принимала
все, что касалось этого парня. К тому
времени их свидания в парке, на скамеечке, остались позади. Она встречались дома
у Андрея. Она была убеждена, что стала
взрослой женщиной, - и удивлялась, почему же он ничуть не посерьезнел после
всего, что у них было?!
- Если не удастся отделаться от армии, пойду служить, - легко говорил
он. - Подумаешь! Ничего со мной не
случится!
Ей становилось больно - но тоже как-то не всерьез, не надолго. Она не
верила, что родители не смогут спасти
Андрея от призыва. Он был у них единственным ребенком. Марина еще не
познакомилась с ними, хотя, если бы она об
этом попросила, Андрей непременно представил бы ее отцу с матерью. Она и сама не
знала, почему стесняется это сделать.
Говорила себе, что пора, что она имеет на это большее право, чем любая другая
девушка... И откладывала разговор со дня на
день.
- Я боялась его вспугнуть, - призналась она теперь, разминая в пальцах
сигарету. Из гильзы высыпался почти весь
табак, но Марина этого не замечала. - Он был такой легкий, такой несерьезный...
Это было все равно что ловить бабочку,
понимаешь? Попробуй сделать резкое движение!
Матери она говорила, что Андрей уже просил ее выйти за него замуж. Но
она, дескать, пока не дала ответа. Думает.
- Мама так боялась, что у нас дойдет до постели! - улыбнулась она. - А
у нас уже давно дошло. Я ее уверяла, что
ничего такого не допущу, а сама думала - какая же она наивная! Кто из нас был
наивен? До сих пор не знаю.
Она снова увидела Василия уже в конце лета. На дне рождения у Андрея.
Именно там она наконец была
представлена его родителям. Они ей не понравились. Она им - тоже. Марина сразу
это поняла, как только заметила острый,
какой-то булавочный взгляд его матери. Та смотрела на эту рыженькую девушку так,
будто оценивала - сколько именно
неприятностей можно от нее ждать?
- Что неприятности могут быть и у меня - они не думали.
Было много гостей. Родственники - почему-то как на подбор - оказались
толстыми, крикливыми, неприятными.
Приятели Андрея казались Марине школьниками - такой взрослой, почти старой она
себя чувствовала сидя за этим
шумным столом. Шуметь и веселиться ей совсем не хотелось. Она неважно себя
чувствовала и уже подозревала, что это
может означать. Повинуясь принуждению остальных гостей, она выпила за здоровье
"новорожденного" два бокала
шампанского. Потом сидела, не прикасаясь к тарелке, мигом отупев от хмеля и
жары, до нее доносились обрывки
праздничных пустых разговоров. Она никого здесь не знала, а Андрей сидел на
другом конце стола, рядом с родителями. И
это тоже ее раздражало. Но в общем, в последнее время ее раздражало абсолютно
все. Свое платье, прикосновение простыни
к телу, жара, холод, мухи, телевизор, смог, бессонница...
Напротив нее сидел Василий - тоже какой-то грустный, как будто его
привели сюда принудительно. Марина даже
не сразу вспомнила парня. Его лицо стерлось из памяти начисто - а ведь она
видела его несколько раз. Зато имя
запомнилось.
Василий попросил передать ему салат. Салатница стояла рядом с ее
локтем, но Марина ни разу не прикоснулась к
ложке. Ей совсем не хотелось есть. Она молча передала салатницу парню и стала
наблюдать, как он накладывает овощи себе
в тарелку. Сперва она смотрела равнодушно, потом - все с большим интересом. Ей
не верилось, что парень все это съест.
Однако он съел. А когда принесли жаркое, съел еще больше. Марина даже
развеселилась - было так забавно
наблюдать за тем, как он ест. "Будто работает - до того серьезно!" Парень
заметил наконец ее насмешливый взгляд и
опустил вилку. Она спросила его о чем-то незначительном - почему его давно не
видно, чем он сейча
...Закладка в соц.сетях
