Жанр: Детектив
Пантера 1-3.
...и смотрели
на него как на свой единственный и надежный источник дохода. На заднем плане тут
же, под боком, виднелся бассейн, там
еще кто-то плескался, причем уже совсем без одежды.
Мужчине было около пятидесяти, но он очень хорошо сохранился, сразу видно
- в юности, да и сейчас, наверное,
много занимался спортом. У него было плотное телосложение, небольшой животик, на
котором проглядывались остатки
пресса, и очень серьезное и строгое лицо с умными глазами. Чувствовалась в нем
какая-то внутренняя сила и уверенность в
том, что все и вся вокруг обязаны служить ему и доставлять удовольствие. По
крайней мере, пока он в состоянии за это
платить. А денег у него, судя по всему, было не мерено.
- Ну как, - робко спросила она, - подойдет? Он почти не фотографируется -
не хочет свою личность афишировать.
Этот снимок я у него в столе нашла и выкрала. Правда мерзавец? - Она с надеждой
заглянула мне в лицо.
- Мне до фени, кто он такой, - грубо ответила я. - Как тебя зовут?
- Светлана. Нет, уж вы меня выслушайте, - упрямо заявила она вдруг с
истеричными нотками в голосе. - Вы же
должны понять, почему я это делаю! Или вы считаете, что...
- Заткнись! - оборвала я ее, поддерживая имидж бездушной убийцы. - Где он
работает? У меня время - деньги.
- Ну пожалуйста! - взмолилась она, схватив меня за руку. - Ну что вам
стоит, а? Мне ведь даже поделиться не с
кем, а так хочется получить чье-то понимание и одобрение! Это займет не больше
пяти минут. Прошу вас, Люся, не
оставляйте меня наедине с совестью. - Она всхлипнула, в глазах появились слезы.
У меня засвербило в горле, я прокашлялась и отвернулась, давая понять,
что мне все равно, пусть делает что хочет.
Она быстро заговорила, захлебываясь словами:
- Этот кабан старше меня на двадцать пять лет. Он просто купил меня три
года назад для выходов в свет. Тогда ему
это еще было нужно, подонку. Он тогда имя себе зарабатывал. А я его полюбила,
между прочим. Да-да, вы не верите, а это
так. Не могу же я лечь в постель с человеком, в которого хоть чуточку не
влюблена! Год мы с ним прожили, как в сказке, он
меня всюду с собой возил, на Канары, Багамы, Сейшелы, в Канны на фестиваль и так
далее. А потом, когда нахапал кучу
денег и не нужно уже было притворяться перед всеми, какой он хороший, умный и
замечательный, просто плюнул на всех и
стал жить только в свое удовольствие. Ладно на всех - они мне до лампочки, - но
он ведь и на меня плюнул! - Она в ярости
сжала кулачки и постучала костяшками друг о друга. - Запер меня в четырех стенах
нашего коттеджа, охрану поставил,
чтобы с меня глаз не спускали, а сам, как видите, баб на своей вилле во
Французской Полинезии трахает. Купил себе
шикарную виллу на Таити, а меня туда не возит. А думаете, мне не хочется в этом
бассейне искупаться и с мальчиками
порезвиться? Еще как хочется! Мало того, что он подонок, так еще и ревнивый, как
не знаю что!
Собственник проклятый! Не хочет, видите ли, чтобы я еще кому-то, кроме
него, доставалась. А я ведь еще молодая,
красивая... Я ведь ничего? - Она опять заглянула мне в глаза через зеркало. - Ну
скажите, разве мне уже пора умирать?
Я мужественно промолчала.
- Вот и я тоже так думаю, что не пора, - приняв мое молчание за согласие,
возбужденно продолжила она. - Мне еще
пожить нормально хочется, как все, в свое удовольствие. А этот кобель мне
условие поставил: не дай бог узнает, что я с
кем-то встречаюсь, и мне и хахалю моему - конец наступит.
Ублюдок! Вы думаете, как я вас нашла и смогла сюда приехать? Сказать?
Я опять промолчала.
- И скажу, - с угрозой проговорила она. - Мне пришлось под охранника
лечь. Он, конечно, тупой жеребец, но зато
мне хоть какая-то отдушина. Он думает, что я за него замуж выйду, когда Олега не
станет, - губы ее брезгливо скривились. -
Нужен он мне потом будет триста лет... Он мне и про Фиксу сказал, и телефон ваш
достал...
- Кстати, где мой номер у тебя записан? - прервала я ее.
- Ваш номер? - Она слегка опешила. - Нигде не записан. Я его наизусть
выучила. Игорь сказал, что это большой
секрет и записывать его нельзя нигде. Я так и сделала. А что?
А то, что мне необходимо было узнать настоящий номер телефона этой
киллерши Люси. Но сказать ей об этом я не
могла. А босс заявил, чтобы без Люсиного номера я домой не возвращалась. И мне
пришлось идти на хитрость. Вынув из
бардачка блокнотик с ручкой, я протянула его "клиентке" и приказала:
- Напиши мне его на бумаге.
- Зачем? - удивилась она, принимая блокнот.
- Делай, что говорят! - процедила я и уже мягче добавила:
- Я хочу стереть его из твоей памяти.
- Да, а это как? - еще больше ошалела женщина, округлив глазищи.
- Обыкновенно, - буркнула я. - С помощью гипноза. Пиши и не базарь...
- К-как? - она от волнения начала заикаться. - Г-гип-пнозом?! Вы и это
умеете?!
- Кончай трепаться! - прикрикнула я. - Пиши... Она торопливо воспроизвела
по памяти цифры, и я тут же вырвала
блокнотик из ее рук. Номер мне абсолютно ни о чем не говорил, кроме того, что
это было где-то в нашем районе и одна
цифра была не правильная - иначе бы она не попала к Майклу. Взяв карандаш, я
переписала номер, изменив в нем две
цифры, и отдала ей со словами:
- Теперь запомни вот этот номер. Прочитай пять рай вслух, добавляя мое
имя. Начинай.
Она взяла номер и стала испуганно повторять:
- Люсин номер такой-то... Люсин номер такой-то... Затем я забрала
блокнотик, сунула его обратно в бардачок и
посмотрела на нее:
- Через час ты будешь помнить только этот номер.
- Да? А если вдруг и тот тоже вспомню? - пролепетала она.
- Не вспомнишь, - твердо сказала я. - Итак, где работает твой муж, где он
часто бывает и какая у него охрана?
- Олег президент одной очень крупной фирмы по продаже компьютеров и
оргтехники. Ее рекламу еще по
телевизору все время крутят. Офис находится на Рождественке, дом 33, это
старинный дом, бывший особняк Ягоды. Там
еще большая вывеска у них. У него бронированный "Мерседес" и двое постоянных
личных телохранителей. Меня охраняют
другие. Каждый вечер в девять часов он ездит в частную сауну. Это на Соколе.
Раньше он меня туда водил, а теперь
перестал. Это уже его собственная сауна. Я уверена, что там есть шлюхи. Пожалуй,
это все, что я знаю. И вот еще что. В
Москве он бывает очень редко - все больше по заграницам мотается, контракты
заключает или отдыхает, сволочь такая. Но
сейчас он в городе. Пробудет еще два дня и опять улетит. Так что за эти два дня
вам его нужно будет... - Она осеклась,
заморгала и тихо пробормотала:
- В общем, вы сами знаете, что нужно сделать. Но ко мне это не должно
иметь никакого отношения. Я должна быть
чиста и невинна, как слеза. Если мама узнает...
- Не переживай, все будет тип-топ, - заверила я ее с мрачной ухмылкой.
- А деньги-то хоть тебе потом достанутся?
- Деньги? Да, у нас брачный контракт. В случае его смерти ко мне
переходит все, если я не буду повинна в его
смерти и не буду ему изменять.
- Может, подождешь, пока он сам умрет?
- Он?! Да этот бугай еще меня переживет! - закипела от злости Света. -
Или я к тому времени в старуху превращусь
и мне уже ничего не будет нужно! А я хочу сейчас, когда еще желания и
возможности совпадают...
- Ладно, это я так, к слову сказала, не кипищись. Все сделаю. Аванс
принесла?
Она полезла в сумочку и вытащила еще один конверт, на этот раз довольно
пухлый.
- Вот, тут десять тысяч. Пачка новая, нераспечатанная. Можете не
пересчитывать.
Я проверила - все так и было, новенькая пачка в банковской обертке,
пахнущая и манящая зелеными сотнями на
углах. Небрежно забросив все это богатство в бардачок, я строго глянула на нее и
сказала:
- Как только услышишь, что твой драгоценный покинул сей мир, готовь
остальные бабки - я тебя сама найду.
Своему охраннику ни слова, ясно?
- Ясно. - Она вдруг нахмурилась, опустила взгляд и стыдливо так спросила:
- А можно заказать вам еще одну услугу?
- Можно, - великодушно позволила я. - Какую?
- Только поймите меня правильно, - начала она оправдываться, - я ведь не
какая-нибудь там стерва или маньячка.
Нет, просто иногда бывает объективная необходимость и от этого никуда не
денешься, правда?
- Короче.
- В общем... - она замялась, - не могли бы вы потом... убрать еще и
Игоря? Ну, того самого охранника...
Я почувствовала, как накрученные волосы зашевелились на моей голове,
кровь ударила в лицо от возмущения, и я
уже было открыла рот, чтобы обозвать ее всякими нехорошими словами, но она меня
опередила:
- Вы не подумайте, это за отдельную плату, разумеется. Что такое все эти
тысячи по сравнению со спокойным и
обеспеченным будущим? Да копейки... Вы ведь тоже женщина, вы должны меня понять.
Если Игорь останется жить, то
начнет меня доставать, а то и шантажировать. А мне это надо? Он мне помог - и на
Т9М спасибо. И так почти каждую ночь
с меня не слазит. Я для него столько всего делаю в постели, что мне кажется, он
мне должен останется даже после своей
смерти. Пусть расплачивается за удовольствие, правильно?
Похоже, эта девица всерьез решила добиться от меня понимания и поддержки.
И, чтобы не разочаровывать ее и не
отпугнуть случайно дурные деньги, я процедила:
- Всех бы этих самцов в расход пустила. Путаются под ногами, строят из
себя, понимаешь...
- Вы чудо, Люсенька! - радостно проговорила Света. - Мы с вами такие
одинаковые, что прямо оторопь берет!
Скажите, а многим женщинам вы уже вот так... ну, помогли, в общем?
- Не очень, - я скромно потупила глазки. - Вот когда весь их род поганый
изведу, тогда успокоюсь.
- Ну вы даете! - она восхищенно посмотрела на меня. - Как бы я хотела
быть такой, как вы, Люся. Но у меня кишка
тонка, - она печально вздохнула. - Я всю жизнь на вторых ролях. Но теперь все
изменится, так ведь?
- Проваливай, - процедила я.
- Что? - не поняла она.
- Проваливай, говорю. Мне пора работу делать. И, помни: никому ни слова,
иначе я и тебя грохну.
- Нет-нет, что вы! - заторопилась она, хватаясь за ручку дверцы. -
Кстати, вот бумажка со всеми адресами,
фамилиями и прочими сведениями. - Она положила на переднюю панель свернутый
листок. - Только вы мне насчет
Игорька не ответили. Я могу надеяться?
- Можешь. Но деньги вперед. Сначала аванс - потом надежда. Убирайся же!
- Так я деньги захватила! - опять обрадовалась эта стерва, словно
разговор шел о покупке дефицитной модной
одежды, а не об убийстве людей, с которыми она спала. И полезла в сумочку. -
Случайно, конечно, сами понимаете, просто
под руку попались, но вот видите, как пригодились! Надо же, какая удача.. Вот,
держите. Здесь тоже десять тысяч.
Я опять проверила содержимое точно такого же конверта, сунула его в
бардачок, чудовищным усилием воли
сдерживая желание набить физиономию этой... даже не знаю, как назвать, и
недовольно спросила:
- Этот охранник в вашем доме сшивается?
- Да, мы живем недалеко от Москвы в коттедже. Там у нас еще домик есть
для охраны и прислуги - вот они все там
и живут. Вокруг, правда, забор, собаки, камеры, сигнализация, но вам и не
придется ничего делать. Я уже все продумала.
- Не люблю, когда глупые курицы вроде тебя начинают за меня думать, -
процедила я.
- Да что вы, я и не думала! - горячо заверила Светлана. - Это мне
случайно в голову пришло, пока мы тут с вами
беседовали. Я просто подумала, может, Игорек сам вам деньги отвезет, куда вы
скажете, когда Олега... не станет. И вы его
там и прикончите. Вам и ехать никуда не придется. Здорово, правда?
Иногда мне становится очень стыдно за то, что я принадлежу к слабому
полу. Ведь только в наших напичканных
всяческим безумием головах могут возникнуть такие коварные проекты. Мужчине
никогда не придет в голову то, что
придет в голову женщине, потому что мы совершенно разные. Наверное, в каждой
женщине, какой бы хорошей и милой с
виду она ни была, сидит порядочная стерва, и в нужный момент она просыпается и
начинает творить такое, от чего весь мир
потом может встать на уши и еще долго после этого будет приходить в себя. И, что
самое обидное для тех, кто гибнет в
развязанных из-за нас войнах и смертельных мясорубках, случается это чаще всего
из-за какого-нибудь пустяка или
мелкого женского каприза. Захотелось, к примеру, Светлане в бассейне с
мальчиками порезвиться, приснилось ей это пару
раз в эротических снах, загорелась она этой прихотью - и вот пожалуйста, два
человека как минимум должны будут
погибнуть. А кто знает, что захотелось Еве Браун, когда Гитлер пошел войной на
Россию? Может, выскочить голяком из
русской баньки и нырнуть в сугроб посреди завоеванной Сибири? Да мало ли что
нам, женщинам, в голову взбредет...
- Здоровее не бывает, - бросила я грубо. - А теперь уходи. И помни, о чем
договаривались. Игорю своему не говори,
что уже мне звонила, - это в твоих же интересах.
- Спасибо вам огромное! - от души поблагодарила она и вышла из джипа.
Я посмотрела, как она уверенным, твердым шагом идет к выходу со двора,
никуда не глядя и высоко подняв
красивую голову. Она была похожа на человека, хорошо исполнившего свой долг. Мне
захотелось, чтобы она споткнулась,
упала и сломала ногу. В то же мгновение Светлана и вправду споткнулась, неловко
удержала равновесие, оглянулась, чтобы
убедиться, что никто, кроме меня, не видел ее конфуза, и, чуть прихрамывая,
пошла дальше. Когда она скрылась за домами,
я выкинула лежащие на заднем сиденье розы в окошко, завела мотор и выехала со
двора родного офиса, в окне которого все
это время виднелся силуэт босса. Что ж, я свой долг тоже выполнила.
Теперь нам с боссом предстояло решить одну очень трудную задачу: как
убрать Светиного мужа так, чтобы тот сам
ни о чем не догадался, а жена подумала бы, что он мертв? Конечно, проще всего
было бы пойти к нему в офис, выложить
всю правду и договориться с ним разыграть собственную коварную жену. Но тогда бы
нам уже не светила не то что вторая
половина денег, а этот окруженный телохранителями крутой бизнесмен постарался бы
у нас отобрать и первую. Нас с
боссом это не устраивало ни по каким параметрам. Нам нужны были деньги. К тому
же по всем этажам нашего офиса
бродил неприкаянный бомж Майкл, гладко выбритый, в чистой одежде от Родиона, но
все равно с разбитой физиономией, и
что-то все время бурчал себе под нос, злясь, что мы не посвящаем его в свои
планы и не выпускаем на улицу. Он тоже
мечтал о деньгах. А не выпускали мы его потому, что он мог одним махом все
испортить, растрепав всей округе о своем
контракте с солидной сыскной фирмой. Лишние неприятности нам были ни к чему.
- А что, если забросать его "Мерседес" гранатами со слезоточивым газом, -
строила я планы, сидя напротив босса в
его кабинете, - а потом вытащить ополоумевшего Олега из машины и увезти в
неизвестном направлении. Телохранители
очнутся, подумают, что его наверняка убили, и побегут докладывать женушке. Пока
то да се, мы получим с нее денежки, а
потом представим пред ее лживые очи живого муженька - пусть сам с ней
разбирается.
Босс, задумчиво постукивая карандашом по столу, проговорил:
- Смотрю я на тебя, Мария, и думаю: что ты здесь у меня вообще делаешь?
Тебе нужно сидеть дома, цветочки вышивать или романтические стишки
пописывать, а ты тут заживо гниешь. Как
ты это себе представляешь: забросать бронированный "Мерседес" средь бела дня в
центре Москвы гранатами? Ладно,
гранаты не проблема, достанем, но кто их метать будет - ты или я?
- А мы Майкла попросим, - пролепетала я. - Он своих дружков бомжей
возьмет...
- Ага, все правильно. Завтра во всех газетах напишут: "Президент
известной коммерческой фирмы подвергся
неслыханному нападению со стороны вооруженной банды озверевших от голода бомжей
Центрального округа столицы.
Они забросали его машину найденными на свалке гранатами, похитили тело и
скрылись в неизвестном направлении".
Остынь, Мария, дай лучше подумать спокойно...
Но у меня уже созрел другой план.
- Тогда давайте я запишусь к нему на прием, войду в кабинет, достану из
сумочки пистолет и выстрелю ему в
сердце ампулой со снотворным.
- Ну а потом что? - кисло поморщился тот. - Сунешь бизнесмена в сумочку и
вынесешь на улицу? Не смеши меня -
и так тошно...
- Ну зачем же в сумочку, босс, - не унималась я. - Потом я оболью его
красной краской, нарисую на лбу рану и
уйду. Все подумают, что он умер, вызовут "Скорую", а по дороге в больницу мы
нападем на нее и похитим тело! Все шитокрыто.
- Любой врач сразу же поймет, что он не мертв, а всего лишь спит. Нет,
Мария, нам нужна полная достоверность.
Чтобы все, включая самого Олега, поверили, что его убили. И эта иллюзия должна
продержаться в мозгах Светланы не
менее суток. Все должно быть разыграно по всем правилам современных бандитских
разборок. Иначе все сразу подумают
на жену. Уверен, что в его окружении каждый второй знает, как она хочет его
смерти. Все тут же побегут к ней, возьмут ее
клещами за горло, она признается, что наняла киллера, и мы останемся с носом.
- Ну тогда я не знаю, - сдалась я. - Это у вас голова гениальная, вот вы
и думайте.
- Вот я и думаю. А ты иди вызванивай то ателье. Нам нужно срочно сделать
ей звонок. А то, не дай бог, Фикса
захочет выяснить, звонили или нет, или телохранитель что-то заподозрит и
проверит - нет, мы должны предупредить все их
шаги. На всякий случай. А там посмотри по ситуации. Скорее всего, если и будут
проверки, то только на уровне звонков, и
мы можем легко проскочить.
Перебери все возможные варианты с другими цифрами, но найди мне эту
киллершу Люсю живой или мертвой. Не
так уж и много там этих вариантов...
- Ну конечно, - усмехнулась я, - никак не больше миллиона...
И вышла из кабинета, обиженная на весь свет, что меня в очередной раз не
поняли и не оценили. А ведь в моих
предложениях явно что-то было...
Битых два часа я перебирала, меняя каждый раз по одной цифре, эти
проклятые варианты. Но ни Люси, ни ателье
нигде не было. Я попадала в квартиры, в организации, в фирмы, или вообще никто
не снимал трубку, или было занято. В
телефонном справочнике бесчисленное множество всякого рода ателье, я полистала
страницы и поняла, что делать это
бесполезно - на самом деле по нужному номеру могло вовсе и не быть никакого
ателье, а название использовали для отвода
глаз.
И продолжила поиск методом тыка пальцем в кнопки на аппарате. Наконец,
когда уже возненавидела телефонный
аппарат и бомжа, скорбно наблюдавшего за моей работой с дивана напротив, я
услышала приятный женский голос.
Женщине было не меньше сорока, ничего подозрительного в ее интонации не
наблюдалось.
- Здравствуйте. Это ателье? - без всякой надежды спросила я.
- Да, добрый вечер. Что вас интересует? Сердце мое зашлось от волнения, я
подобралась и севшим голосом сказала:
- Меня интересует Люся. Могу я с ней поговорить?
- Можете, если перезвоните через полчасика - она сейчас обедает.
- Хорошо, я перезвоню. До свидания. И положила трубку. С бешено
колотящимся сердцем я ворвалась в кабинет к
боссу. Положив ноги на стол, скрестив руки на груди, он полулежал в своем кресле
и, очевидно, спал. Или думал столь
странным способом.
- Нашла!!! - провопила я.
- Что нашла? - Босс приоткрыл один глаз.
- Люсю нашла!
Он тут же снял ноги, принял нормальное положение и недоверчиво спросил:
- Ты серьезно?
- Еще как! - я торжествовала. - Она сейчас обедает. Будет через полчаса.
Можем ехать и арестовывать ее прямо на
рабочем месте!
- А что за ателье, узнала?
- Нет, но это уже не трудно. Главное, что номер есть. Так мы едем или не
едем? - Я нетерпеливо топнула ножкой.
- А за что ее арестовывать, интересно? - проворчал он. - За употребление
пищи в рабочее время?
- О чем это вы? - насторожилась я. - Или опять я, по-вашему, дура? Она же
убийца!
- А как ты это докажешь? Не-ет, милая моя, мы должны ее за руку поймать,
во время самого процесса ликвидации,
так сказать. Иначе нам никто не поверит.
- И как же вы хотите это сделать?
- Элементарно, как говаривал один мой знакомый сыщик, - важно проговорил
он. - Ты ей закажешь убийство, как
это сделала бы Светлана.
Встретишься с ней, передашь аванс в размере таксы, то есть пять тысяч,
она все обдумает, подготовит, нажмет на
курок, и тут-то мы ее и схватим! - Он довольно улыбнулся.
- И кого же, по-вашему, она должна будет убить?
- Меня, конечно, - он хитро прищурился. - Или ты знаешь другую
кандидатуру, которую бы так ненавидела?
Сказала бы я ему, конечно, в тот момент, что с удовольствием заказала бы
это убийство за любые деньги и не
фиктивно, а в действительности, но так была огорошена, что язык присох к небу, и
мне ничего не оставалось, как кивнуть и
понуро опуститься в кресло...
Через полчаса я, напичканная всевозможными указаниями и советами, как
следует собралась с духом, набрала
номер и услышала тот же приветливый голос.
- Можно Люсю? - попросила я.
- Минуточку, сейчас позову.
Она куда-то там покричала, кто-то там откликнулся, послышались шаги, и
наконец в трубке раздался спокойный
низкий женский голос:
- Слушаю.
- Люся, здравствуйте, - несмело начала я. - Меня зовут Светлана. Ваш
телефон мне дал Фикса.
Она немного помолчала. Потом так же спокойно сказала:
- Хорошо, давайте встретимся сегодня в двадцать два ноль-ноль, и вы
передадите мне образцы моделей и аванс. Вы
знаете мои расценки?
- Да, пять тысяч.
- Все правильно. Где вам будет удобно? Назовите любое место - я подъеду.
Только чтобы поменьше народу было -
не люблю толчею.
- Все поняла. Тогда давайте встретимся на Страстном бульваре, в скверике,
около первой лавочки по правому ряду
со стороны кинотеатра "Россия".
Вас устроит? Нам там никто не помешает...
- До встречи.
- Постойте, а как вы меня узнаете?
Но она уже положила трубку. Крутая баба, ничего не скажешь...
Еще через час я уже маячила около означенной, как любит говаривать Майкл,
лавочки. На плече у меня болталась
сумочка с пятью тысячами долларов и свадебной фотографией Родиона, от которой
пришлось отрезать Валентину, невзирая
на ее возмущенные вопли. Но я успокоила ее тем, что под локтем супруга все же
осталась ее рука в белой перчатке, и эта
рука довольно цепко держала свое новоприобретенное имущество. Других снимков,
как выяснилось, у Родиона не было.
Людей в этот поздний час в сквере было немного, все лавочки были
свободны.
Прямо около первой лавочки стоял фонарный столб и хорошо освещал
испуганную бледность моего лица, которую
я на всякий случай усилила светлой пудрой. Я стояла, вертела головой по
сторонам, но никого, даже отдаленно
напоминающего женщину-убийцу, в поле зрения не было. Прошло уже пять минут после
срока. Я начала бояться, что Люся
что-то почувствовала своим тренированным нюхом и решила не приходить. Такое
вполне могло случиться, тем более когда
дело пахнет расстрельной статьей, а на улице осень, чудесная погода и так
хочется жить...
- Светлана? - послышался негромкий, но уверенный голос за моей спиной, и
я резко обернулась.
Передо мной в коротком коричневом осеннем пальто стояла очень худенькая
девушка среднего роста, с
миниатюрным лицом и большими темными глазами. Ей было лет двадцать пять.
Красивой назвать ее было трудно, скорее
она была привлекательна неординарностью черт и волевым взглядом. Такие, однажды,
на заре своей юности, а может, и
раньше, что-то решив для себя в жизни, уже не меняют своих планов и твердо идут
по намеченному пути. И не дай бог
кому-то оказаться на их дороге - сметут и не поморщатся. О таких говорят еще,
что они хищницы или ведьмы.
- Да, я Светлана. А как это вы так подошли, что я и не заметила? -
удивленно спросила я.
- А я за деревом стояла, - усмехнулась она одними губами, - за вами
наблюдала. Ну что, все принесли?
- Да-да, конечно, - засуетилась я, вспомнив, как вела себя настоящая
Светлана, и полезла в сумочку.
- Не здесь. Идем в машину.
Не дожидаясь ответа, она пошла к выходу из сквера, а я посеменила за ней,
даже с такого расстояния чувствуя, как
веет от этой страшной девушки смертельным холодом. По спине у меня бегали
мурашки.
Мы сели в ее "Москвич" бежевого цвета, припаркованный на стоянке у
сквера, она сразу закурила сигарету,
повернулась ко мне, облокотившись на руль, объела меня глазами и, понимающе
усмехнувшись, спросила:
- Что, достал?
- Что? - не поняла я.
- Ну мужик, говорю, достал, что ль?
- Ax это. Не то слово, Люся... Поверьте, я бы никогда на это не пошла,
если бы не...
- Ты очень красивая, - она провела ладонью по моей щеке. - И ты мне
нравишься. Скажи мне, кто тебя обидел,
золотко?
Сглотнув слюну, я начала взволнованно рассказывать:
- Это такая редкая сволочь, вы себе не представляете! Если бы вы знали,
как я его ненавижу, вы бы, наверное,
бесплатно его убили!
- Бесплатно я уже не работаю, - сухо бросила она. - Он тебя что,
изнасиловал, унизил, избил?
Тут я поняла, что, может, никогда мне больше не представится такая
возможность отомстить боссу за его
заносчивость и самоуверенность. Правда, он меня сам просил не особо стесняться в
выражениях, если вдруг спросят, но он,
бедный, даже не представлял себе, до какой степени я не буду стесняться.
Хорошо, что он в последний момент передумал давать мне с собой диктофон,
а то бы, наверное, потом сразу выгнал
меня к чертовой бабушке.
- Все было, Люсенька, - я всхлипнула, вытащила платочек и начала
сморкаться. - Таких начальников еще свет
белый не видывал. В первый же день, как на работу секретаршей устроилась, он
меня в кабинет затащил, прямо с утра,
представляешь, и говорит: "Утром я люблю на столе, в обед на диване, а вечером,
перед уходом, легкий минет и рюмочку
коньячка". Ты представляешь, Люся?!
- Говори, не останавливайся, - процедила она, и я увидела, как вспыхнули
злостью ее глаза.
- А видела бы ты его: маленький, заморенный, в очках - посмотреть не на
что! Одна голова... Все, Люся, больше ниче-го
в нем нет! Сказал, что если мне нравится как-то по-другому, то я могу
подать ему свои предложения в письменном
виде в трех экземплярах в папке для деловых бумаг. А о том, хочу я этого вообще
или нет, этот мерзавец даже не спросил! -
Я прижала платочек к
...Закладка в соц.сетях
