Жанр: Детектив
Пантера 1-3.
...ет двадцати пяти, с
длинными черными волосами, в темных очках, поднятых на лоб. Рядом с ней на
пассажирском месте сидел тот самый
рыжий парень в спортивном костюме, которого я видела с сумкой на плече. Второго
в машине не было. От радости я на
мгновение забылась и, притянув к себе ладонями голову Бориса, крепко расцеловала
его в губы.
- Ты прелесть, Боренька!
Бедный растерянно заморгал, ничего не понимая, а потом начал заливаться
краской.
- Да я тут при чем? - смущенно пробормотал он. - Они сами приехали.
Кстати, это точно они?
- Точно. И номер тот же, и парня я узнала. С ним был еще один, но его
сейчас нет.
"Шестерка" остановилась у второго подъезда, парень вышел, а девушка
медленно поехала дальше, выискивая
глазами место для стоянки. Радость мою несколько омрачало то, что рыжий был без
сумки, но это уже мелочи. Сумку я
добуду, главное, знать, где искать. Проводив взглядом машину, рыжий набрал на
двери номер кода и вошел в подъезд. Его
подруга или жена проехала мимо нас и начала задом загонять машину в узкое
пространство между деревом и
трансформаторной будкой.
- Что думаешь делать? - тихо спросил Боря, украдкой наблюдая за
черноволосой сквозь стекла стоящих между
нами машин.
- Что тут думать - шкатулку возвращать нужно, - я открыла дверцу.
- А как?
- Пока не знаю. Ты умеешь машины вскрывать?
- Было дело, - он отвел глаза.
- Тогда дождись, пока эта мадам зайдет в подъезд, а потом попытайся
обыскать их тачку.
- Хорошо. А ты куда?
- Я к ним в гости пойду. Ты жди меня здесь, никуда не уезжай. Я скоро
вернусь.
С этими словами я вышла и направилась к подъезду. Никакого плана у меня в
голове не было. Я знала только одно:
этим людям известно, где шкатулка, и надо любыми путями вытрясти из них эту
информацию. Если для этого понадобится
прижигать их каленым железом, вгонять им иголки под ногти, вздергивать на дыбе
или примерять "испанский сапог" - я
это сделаю. Эти люди преступники, воры и грабители, почти на моих глазах
изувечившие Никодима и укравшие у него
самое дорогое, поэтому их можно не жалеть.
Подойдя к подъезду, я остановилась и сделала вид, что завязываю шнурки на
кроссовках. Краем глаза я видела, как
девушка вышла из машины, заперла дверцу и направилась в мою сторону, плавно
покачивая стройными бедрами. На ней
была довольно короткая кожаная юбка, просторная желтая блузка и черные босоножки
на высоких каблуках. В целом она
смотрелась очень даже неплохо и чем-то напоминала девушек, ведущих телепередачи
о погоде.
Не обратив на меня никакого внимания, она подошла к подъезду, набрала код
на щитке, открыла дверь и вошла. Я
юркнула за ней, обогнала ее на лестнице у почтовых ящиков и первой подошла к
лифту, делая вид, что она меня совершенно
не интересует. Она остановилась рядом со мной, я почувствовала запах духов
"Кензо" и завистливо вздохнула: на мне -
даже одежды приличной не было, не говоря о духах. Девушка о чем-то напряженно
думала, накрашенные губы ее были
плотно сжаты, глаза смотрели в одну точку. Очки она держала в руке, на плече
висела маленькая черная сумочка. Лифт
приехал, мы вошли внутрь.
- Вам какой этаж? - вежливо спросила я.
- Третий, - голос у нее был немного резкий, но приятный.
Я нажала кнопку третьего этажа, двери закрылись, и мы начали подниматься.
Когда она вышла на своем этаже, я
нажала на красную кнопку, чтобы лифт не уехал, немного подождала, а потом
выскочила на площадку. Девушка стояла
около двадцать девятой квартиры и смотрела на дверь.
- Извините, это не вы обронили? - спросила я, протягивая ей паспорт,
который стащила у нее из сумки, пока ехали в
лифте.
- Да, это мой, - она удивленно распахнула глаза и только сейчас,
казалось, заметила меня. - А как он у вас оказался?
- Нашла в лифте на полу. Мы с вами вместе поднимались - помните?
- Спасибо вам большое, - она скупо улыбнулась, пряча паспорт в сумочку.
- Наверное, он выпал.
В этот момент щелкнул замок, дверь открылась, и появился рыжий ворюга.
Он был по пояс голым, его мощный торс, который можно было снимать для
обложки женских журналов,
прикрывало махровое полотенце, висевшее на плече. На ногах были шлепанцы, в
голубых глазах, смотревших на меня,
застыло удивление.
- Кто это, Клавдия? - спросил он довольно грубо.
- Эта милая девушка нашла мой паспорт, - спокойно пояснила она. - Может,
дашь мне войти?
Поскольку путь был открыт, церемониться больше не было смысла. Взмахнув
ногой, я нанесла рыжему
сильнейший удар носком кроссовки под подбородок. Парень не ожидал удара, голова
запрокинулась назад, он отлетел назад
в квартиру и упал там, врезавшись всей своей многопудовой массой в шкаф для
одежды, сломав деревянную дверцу. Не
теряя времени, я схватила ошеломленно застывшую Клавдию за волосы и втолкнула в
прихожую. Затем захлопнула дверь и,
посмотрев на девушку, приставила палец к губам. Лицо ее было бледным, как
полотно, она стояла, прижавшись спиной к
стене, и беззвучно раскрывала рот, как рыба, выброшенная на берег штормом.
- Не вздумай кричать, Клава, - зловеще процедила я и поднесла к ее глазам
свои растопыренные пальцы с
длинными когтями. - Я просто хочу поговорить. Поняла?
Она испуганно кивнула, не сводя широко раскрытых глаз с моих шевелящихся
пальцев.
- Кто это? - я кивнула на лежащего без движения парня.
- Муж, - тихо пролепетала она. - А... вы кто?
- Не важно. Скажи мне, где шкатулка, и я уйду.
- Какая шкатулка? - на ее лице отразилось искреннее удивление.
- Малахитовая, которую твой муж прихватил у колдуна Никодима, - терпеливо
пояснила я. - Мне все известно, я
была в той квартире, когда они ее грабили, поэтому лучше говори сразу или я
избавлю тебя от твоей красоты, - для
острастки я провела когтями по обоям, оставив на них широкие рваные борозды. -
Видишь, такое же может случиться с
твоим лицом.
Клавдия еще больше побледнела, на глазах выступили слезы, дрожащими
губами она произнесла:
- О господи, не трогайте меня... - и вдруг, истерично выкрикнув: "Я
ничего не знаю!!!", обеими руками оттолкнула
меня от себя. От неожиданности я отлетела назад, споткнулась о лежащего поперек
коридора рыжего и поняла, что падаю
навзничь, но не тут-то было - чьи-то сильные руки подхватили меня сзади, мне
перехватили горло и так крепко стиснули,
что из глаз брызнули искры. Я не могла видеть, кто это был, зато видела, как
Клавдия с хищно перекошенной физиономией
бросилась ко мне и невесть откуда взявшимся в ее руке пистолетом ударила меня по
голове. Опять! Последнее, что я
услышала, были ее слова:
- Вот тебе, сука!
Мне чудилось, будто я прихожу к своему знакомому обувщику Еремею
Поликарповичу и вместо стальных ногтей
и лезвий для свои туфель-тамагавков заказываю ему череп из дамасской стали. На
его немой вопрос сдержанно поясняю,
что мой старый череп разлетелся на куски от постоянных ударов тяжелыми
предметами и что, поскольку бить меня по
голове, судя по всему, будут еще не один раз, то мне срочно нужен новый череп из
дамасской стали или, в крайнем случае,
из титановых пластин. Чтобы не ломался и не болел, даже если по нему проедет
тяжелый танк "Т-80" со взводом
десантников на броне или в него попадет выпущенный прямой наводкой бронебойный
снаряд. На что Еремей
Поликарпович осуждающе смотрит на меня печальными глазами, качает своей седой
головой и говорит чужим голосом:
- Эта дрянь мне скулу сломала! Я убью ее!
- Убьешь, убьешь, угомонись, Ржавый, - отвечала я ему незнакомым мужским
голосом. - Пусть сначала очухается
и расскажет, что ей известно.
- Хорошо, но потом я ее убью. Сам, лично. Контуры лица Еремея
Поликарповича стали расплываться и очень
быстро превратились в бесформенное серое пятно, которое затем вдруг взорвалось
яркой белой вспышкой, после чего в
моей многострадальной голове начало что-то проясняться. Глаза еще были закрыты,
но я уже находилась в сознании и
понимала, что происходит вокруг, кто и за что собрался меня, молодую и красивую,
убивать. Рядом разговаривали двое
мужчин.
Голос одного принадлежал рыжему, другой, холодный и злой, был мне не
знаком.
- Она сказала, что была на той хате. Это мне не нравится, Ржавый. Ты
говорил, что там все чисто.
- Так и было, Слон! - раздраженно ответил Ржавый, немного съедая слова,
видимо, болела скула. - Наводка была
проверенная, без балды. Зуб на отсечение даю, что эта сука блефовала!
- Эта сука тебе уже зубы посекла, идиот! Откуда она знает про шкатулку,
если блефовала? И как она нас нашла? Вы
ее на хвосте привели?
- Ты говоришь ерунду, Слон! - раздался с другой стороны немного
приглушенный голос Клавдии. - Она была здесь
еще до нашего приезда - пасла нас.
- Тогда я вообще ничего не понимаю, - сказал Слон. - Вдруг она из
ментовки?
- Если бы она была ментом, не пришла бы одна, - здраво рассудил Ржавый.
- Мне кажется, она из конкурирующей банды. Может, на Кидалу работает?
- Кстати, где эта шкатулка? - спросил Слон. - Почему она ею так
интересовалась?
- Там, на столе валяется. Была закрыта на замок, но я вскрыл, а там
ерунда какая-то в пузырьке. Ни камушков, ни
бабок.
- Смотри, у нее веки начали дергаться. Сейчас очнется.
Решив, что уже настало время открыто посмотреть в глаза страшной
реальности, я застонала и "очнулась". И сразу
же поняла, почему все это время испытывала некоторый дискомфорт: я висела вниз
головой, привязанная за ноги веревкой
к толстому крюку в потолке. Голова моя находилась в метре от пола, руки были
стянуты за спиной. Комната, в которой все
происходило, была, по-видимому, тренажерным залом. Вокруг стояли спортивные
снаряды, гири, штанга и
разнокалиберные гантели. В углу валялась боксерская груша, вместо которой эти
негодяи подвесили мое бесчувственное
тело. Рыжий сидел на стуле, уже одетый в майку, и выжидающе смотрел на меня
глазами, полными ненависти. К
распухшему подбородку он прижимал целлофановый пакет с кусочками льда. У
зашторенного окна стоял и курил второй
грабитель, темноволосый гигант под два метра ростом.
Клавдии в поле зрения видно не было. Я висела лицом к окну, и голова моя
раскалывалась от большого притока
крови.
Мне очень хотелось потрогать и почесать шишку, но в моем положении
сделать это было затруднительно, и я лишь
обвела взглядом своих мучителей и просипела:
- Можно водички?
- На том свете попьешь, - развязно и нагло осклабился Ржавый и тут же
сморщился от боли.
Слон приблизился, наклонился и внимательно посмотрел мне в глаза.
- Кто ты такая? - требовательно спросил он. У него был очень неприятный
взгляд, холодный и жестокий, взгляд
человека, которому не знакомо чувство сострадания к людям, даже привязанным за
ноги к потолку. - Ты все равно нам
расскажешь, так что не тяни.
- Может, подвесишься рядом, чтобы удобнее общаться было? А то голову
свернешь, - я через силу усмехнулась.
По лицу его пробежала легкая тень, скулы напряглись, он разжал прямые
тонкие губы и произнес:
- Послушай меня, крутизна доморощенная, твоя жизнь зависит от того, что
ты нам расскажешь. Если нам
понравится, мы тебя отпустим, если нет - не обессудь.
- Могу рассказать сказку про Иванушку-дурачка - вам нравятся сказки? - я
наивно похлопала ресницами.
Он поиграл желваками, сжал огромные кулаки, и я подумала, что ударит, но
бандит сдержался.
- Ты что, глупая? Не понимаешь, с кем связалась? Мы не расположены
шутить, детка. Отсюда тебе одна дорога - на
кладбище. Но перед тем, как увезти туда, мы выколотим из тебя все.
- Не успеете - мои друзья знают адрес квартиры и скоро будут здесь, -
злорадно произнесла я. - Так что отвязывайте
меня поскорей и сматывайтесь, пока не поздно.
- Кто твои друзья? - пропустив мимо ушей мое замечание, спросил Слон.
- Самые крутые люди в столице! - хвастливо заявила я, пытаясь строить из
себя дурочку. - Выгляньте в окно -
наверное, они уже приехали.
- Даже если они и приедут, то все равно тебя не найдут, - самоуверенно
усмехнулся он. - Если ты думаешь, что
находишься в той квартире, где тебя вырубили, то ошибаешься.
- О чем это вы? - мысли мои заметались в растерянности, душа от дурных
предчувствий начала подниматься к
пяткам.
- Не важно, - Слон продолжал противно ухмыляться. - Когда поймешь - это
уже не будет иметь никакого значения
для тебя. Говори, кто ты такая и на кого работаешь?
- Хотите сказать, что перетащили меня в другую квартиру? - хрипло
озвучила я свои худшие опасения.
- Да что ты с ней валандаешься, Слон? - сердито встрял Рыжий, поднявшись
со стула. - Давай врежу ей пару раз -
сразу заговорит.
- Тебе нужно лед держать, - послышался сзади обеспокоенный голос Клавдии,
я повернула голову и увидела ее
стоящей в дверях. Длинных черных волос у нее теперь не было, вместо них голову
прикрывали короткие русые волосы,
делавшие ее не такой привлекательной, как в парике.
- Ничего, я ногами, - успокоил ее Ржавый. - Отойди-ка, Слон.
Бросив на меня взгляд, каким мясники на бойне смотрят на корову перед
закланием, Слон отошел в сторону.
Рыжий, все еще прижимая лед к скуле, подрыгал ногами, разминаясь и
присматриваясь к моему телу, а потом резко ударил
меня открытой босой ступней по незащищенным ребрам.
Главное, не думать о боли, учил нас Акира. Когда тебя бьют и ты не можешь
сопротивляться, нужно представить
себя каким-нибудь твердым неодушевленным предметом, например деревом или
бетонной стеной, о которую сбивают в
кровь руки и ноги твои противники. Тогда им будет больно, а ты останешься
невредимой. Сейчас мне легче всего было
представить себя в качестве боксерской груши, наполненной гвоздями, что я и
сделала.
- Ух ты, черт! - завопил Ржавый, скривившись от боли. Бросив пакет со
льдом, он схватился за ушибленную ногу и
начал дуть. - Ни хрена себе!
- В чем дело? - удивленно спросил Слон.
- Не знаю! Наверное, не тем местом ударил. Боль адская!
- Аккуратней, милый. Попробуй другой ногой, - посоветовала сердобольная
Клавдия.
Рыжий потряс ногой, потом остановил мое качающееся тело, примерился и
ударил левой конечностью. Этот удар
был сильнее, чем первый, поэтому ему стало еще больнее, но он не подал вида,
стерпел, чтобы не стать посмешищем, только
стиснул зубы и ударил еще раз, теперь уже с разворота пяткой. Плохо было то, что
я качалась и это несколько смягчало удар,
а то бы он непременно раздробил свою пятку.
- Ни хрена себе! - он схватился за ногу и вытаращил на меня глаза. - Ни
черта не понимаю!
- Да что это с тобой, Ржавый? - раздраженно спросил Слон. - Бить
разучился или скула мешает? Ну-ка отойди.
- Нет, дай лучше я, - Клавдия отодвинула его рукой в сторонку, посмотрела
на меня, презрительно смеясь, сжала
кулаки, встала в боксерскую стойку, сделала несколько обманных выпадов, давая
понять, что не новичок в этом деле, и
начала мутузить по моему животу.
Удары были довольно чувствительные, но не могли причинить мне вреда,
поэтому я, закрыв глаза, стала гадать,
сколько пройдет времени, прежде чем им надоест и они поймут, что экзекуция
бесполезна. И что они потом будут делать? Я
не верила, что они убьют меня сразу - им нужно было выяснить, откуда я вообще
взялась и кто мои друзья. Поскольку
говорить этого я не собиралась, то у меня была надежда пожить еще некоторое
время, пока не случится чудо и кто-нибудь
не придет на помощь. Если меня и вправду перенесли в другую квартиру, то вряд ли
это случится скоро.
А неумолимое время между тем не останавливалось, колесики крутились,
стрелки двигались, часы в бомбе тикали
и тикали, и мне казалось, что я слышу это зловещее тиканье и уже вижу дымящиеся
развалины нашего чудесного офиса, на
строительство которого ушло столько денег, добытых моими потом и кровью...
- Все, не могу больше! - в изнеможении выдохнула Клавдия, остановившись,
и я открыла глаза. Она стояла надо
мной и с изумлением смотрела на свои покрасневшие кулаки. - Такое ощущение, что
эта ведьма из железа сделана. Ничего
не понимаю.
Слон подошел, потыкал мне в расслабленный живот пальцем и сердито сказал:
- Никакое это не железо. Что с вами сегодня? Я вас не узнаю.
- А ты сам попробуй, - ехидно процедил Ржавый. - Е-мое, у меня уже нога
распухла!
- Потому что бить не умеешь, - сказал Слон. - Смотри, как надо.
Он поднял с пола гантель с накрученными разноцветными дисками, и я в
ужасе затаила дыхание - извините, но мы
так не договаривались! Против лома - нет приема. Если он врежет по мне этой
железякой, никакое самовнушение не
поможет, и я точно отдам концы! Я запаниковала и, когда он замахнулся гантелей,
целясь мне в грудь, провопила:
- Минуточку! Я все скажу! Только уберите от меня эту железку!
- Вот видите, как нужно бить? - довольно оскалившись, Слон бросил гантель
на пол, она с грохотом откатилась к
стене. - Ну, говори, только не вешай лапшу, а то штангу возьму.
- Как вы можете так обращаться с девушкой? - укоризненно вздохнула я,
покачиваясь из стороны в сторону, как
маятник. - Я просто клиентка Никодима, пришла к нему на сеанс лечения...
- Знаем мы эти сеансы, - ядовито усмехнулась Клавдия, растирая костяшки
кулаков. - Я тоже пару раз там была,
сначала колдовал, колдовал, а потом просто взял и трахнул вместе со своей
девкой.
- Не напоминай мне об этом, - помрачнев, тихо бросил Ржавый. - А то еще
раз к нему схожу и точно прикончу.
- Хватит препираться, - строго оборвал их Слон и посмотрел на меня. - Пой
дальше.
- Никодим обещал меня вылечить от неизлечимой болезни...
- Это от какой же, интересно? - снова хмыкнула Клавдия.
- От СПИДа, - я обреченно закатила к полу глаза. - Он сказал, у него есть
одно снадобье, которое непременно
поможет, только перед этим я должна немного посидеть в темной комнате - это
такой ритуал магический. Он запер меня в
кладовке, и в это время пришли вы. Потом он открыл меня, весь избитый, и сказал,
что вы забрали шкатулку с лекарством. -
Я замолчала, затем трагическим голосом добавила:
- Поймите, это лекарство - моя последняя надежда. Я заплатила за него все
свои деньги, продала квартиру с дачей,
чтобы его заполучить, а вы его утащили, - я всхлипнула. - Я так хочу жить, вы
себе не представляете...
- Как это трогательно, - съязвила Клавдия. - Я сейчас прям расплачусь.
Этот Никодим обманул тебя, подружка, как и всех остальных. Никакой он не
колдун, а обыкновенный сексуальный
извращенец.
- Погоди, Клава, - перебил ее Слон, - не это сейчас главное. Меня
интересует, как она нас нашла?
- Да, как ты нас нашла? - повторил Ржавый, взгляд которого несколько
смягчился после моего рассказа.
- Очень просто: Никодим видел, в окно, как вы уехали на машине, и
запомнил номер. Я позвонила своему
знакомому хакеру, он по компьютеру узнал адрес владельца - вот и все.
- А колдун звонил в милицию?
- Нет, - после небольшого раздумья ответила я. - Он сказал, что
грабителей все равно не найдут, а его по допросам
затаскают. И про то, что я ваш адрес узнала, он не в курсе.
- А что ты говорила про своих дружков? - спросил Слон, складывая что-то в
своей голове. - Им известно, что ты
здесь?
Я наивно решила, что бандиты уже расчувствовались, вошли в мое
безвыходное положение и сейчас отпустят меня
на все четыре стороны, отдав колдовское снадобье, поэтому сказала:
- Это я просто пугала, чтобы вы меня не убили. Никто ничего не знает, я
пришла одна. Отпустите меня,
пожалуйста, я никому ничего не скажу, честное слово. Мне нужно только лекарство,
поэтому я и пришла к вам. Мне ведь
терять уже нечего, сами понимаете.
- Понимаем, - сочувственно вздохнул Слон. - Дело в том, что нам тоже
терять нечего, поэтому мы тебя все-таки
убьем.
- Ты все равно помрешь от СПИДа, так что не обижайся, - серьезно
проговорил рыжий. - То лекарство тебе не
поможет.
- Никодим сказал, что поможет, - упрямо произнесла я, проглотив обиду.
- Он настоящий колдун.
- Чушь! - уверенно бросила Клавдия. - Он так же далек от настоящей магии,
как Земля от Солнца. Наживается на
таких вот доверчивых дурах, как ты, поэтому мы его и ограбили.
- Но ведь он же заколдовал меня от всех болезней и боли, - продолжала я
гнуть свое, еще надеясь заполучить
шкатулку. - Вы вот когда били меня, я же не кричала, правильно?
- Ну, допустим, - удивленно протянул Слон. - И что сие значит?
- Только то, что его колдовство действует, черт возьми! - от злости я
дернулась на крюке и начала раскачиваться, их
фигуры замаячили у меня перед глазами. - Значит, и лекарство поможет! Отдайте
мне его! Я не хочу умирать!
- А мы не хотим сидеть в тюрьме, - тоскливо произнес в ответ Ржавый. - Ты
истеричка, ты нас заложишь, поэтому
тебя нужно убрать.
- Мальчики, а давайте дадим ей напоследок это лекарство, - сжалилась
Клавдия. - Пусть хоть умрет здоровой.
- А вот этому не бывать, - жестко проговорил Слон. - Если это колдовское
варево действительно лечит от СПИДа,
то мы его продадим и станем самыми богатыми людьми на земле.
- Ой, так уж и самыми богатыми, - с сомнением покосился на него Ржавый.
- А то нет. Вот ты, к примеру, сколько бы заплатил, чтобы вылечиться от
СПИДа?
- Ну, - он поскреб в затылке, - наверное штук сто баксов, если бы они
были.
- Вот, и каждый бы так сделал. Умножь миллионы больных на сто тысяч
баксов и получишь бешеные деньги.
- Ой, и правда! - радостно засияв, воскликнула Клавдия. - Тогда и
воровать перестанем!
- Ну, это еще не факт, - проворчал Слон. - Короче, пусть она повисит
здесь до вечера, а ночью грохнем и отвезем
труп за город, в наше обычное место.
Ржавый, заклей ей рот, чтобы не орала, и поехали деньги менять, пока курс
не упал. А ты, Клава, иди к себе в
квартиру и жди звонка. Если вдруг этот козел Никодим надумает позвать ментов, то
скажешь, что твою машину ночью
угнали и только что поставили на место. Или еще что-нибудь придумай. Все, пошли.
- Эй, постойте! - испуганно закричала я, глядя на них снизу вверх. - А
как же я? Вы что, серьезно не хотите меня
отпустить?! Это не честно! Вы подлые и лживые ворюги! Я вас всех СПИДом заражу!
Вы сгниете заживо вместе со своими
гантелями...
- Закрой ей пасть, Ржавый! - рявкнул Слон, направляясь к двери, и
усмехнулся. - Только смотри, руки не порань.
Рыжий приволок откуда-то рулон прозрачного скотча, залепил мой
выкрикивающий проклятья рот, несильно ткнул
мне кулаком в подбородок и вышел вслед за Клавдией.
Я висела, тихонько покачиваясь, и невесело думала о том, какие
несправедливые и жестокие бывают люди.
Казалось бы, любой нормальный человек сжалился бы над несчастной девушкой,
попавшей в такую страшную беду, и
отпустил, а у этих бездушных зверей ничего даже не шевельнулось внутри. И откуда
только такие берутся?
Интересно, подлость - это врожденное или приобретенное качество? Если
врожденное, тогда еще понятно -
горбатого только могила исправит. А если приобретенное? Как может человек,
которому наверняка с детства внушали, что
лгать, красть и убивать нехорошо, вырасти в отъявленного негодяя? Или он
безнадежно тупой и не понимал, о чем ему
говорили, или почему-то воспринимал все с точностью до наоборот.
Взять хотя бы вот эту "святую" троицу. С виду вроде совершенно нормальные
люди, симпатичные, на улице
встретишь и не поймешь, что перед тобой грабители и убийцы. Они словно
инопланетяне, которые научились
приспосабливаться к окружающей среде, принимая любые формы, чтобы скрыть свою
чуждую нормальному человечеству
сущность. И только оставшись со своей жертвой наедине, показывают свои истинные
лица и творят невообразимые
безобразия, изгаляясь над беззащитными.
От невеселых дум о темных сторонах человеческой натуры я перешла к еще
более тоскливым мыслям о своем
незавидном положении. Теперь уже было ясно, что я нахожусь в другой квартире,
адрес которой не известен ни Родиону, ни
Борису, наверное, уже заждавшемуся меня внизу около дома. Я не сомневалась, что
нахожусь в том же самом доме и в том
же подъезде, где жила Кудельникова, может быть, даже на том же самом этаже,
только в соседней квартире. Не думаю, что
они бы решились далеко тащить меня по этажам средь бела дня. Но и этого было
достаточно, чтобы намертво запутать
следы и лишить меня какой-либо надежды на спасение. Значит, как всегда, придется
выкручиваться самой.
Я слышала, как захлопнулась за ними входная дверь, а потом в квартире
стало очень тихо. Я была здесь одна, и мне
никто не мог помешать. Это несколько увеличивало мои шансы. Главное, чтобы эти
мерзавцы шкатулку с собой опять не
утащили. И зачем только я выдумала про СПИД? Нужно было сказать им, что это
цианистый калий или другой опасный яд,
и я хотела с его помощью уйти из жизни, тогда бы они до него даже не
дотронулись. А теперь виси тут и гадай...
Я посмотрела на свои ноги. Лодыжки были стянуты толстой веревкой,
завязанной альпинистским узлом. Значит,
эти ребята не только качаются, а еще и по горам лазают в свободное от ограблений
время. Золотая молодежь, ничего не
скажешь.
Я вспомнила великого фокусника всех времен и народов - Гудини, о котором
упомянул Борис. Этот человек
проделывал поистине удивительные трюки. К примеру, его, стянутого мокрой
смирительной рубахой, подвешивали за ноги
на небоскребе (почти как меня сейчас), и он умудрялся освободиться. Или сажали,
закованного по рукам и ногам, в сундук,
закрывали на замок, обвязывали цепями и опускали на дно реки или закапывали в
землю - Гудини выбирался оттуда за
несколько минут. Или освобождался от наручников в кишащей ядовитыми змеями и
скорпионами комнате. Правда, в конце
концов, он все-таки погиб от гнойного аппендицита, но некоторые из его трюков до
сих пор не могут разгадать.
Интересно, мои мучители смогут угадать, каким образом я освободилась и
сбежала отсюда?
Вздохнув, я закрыла глаза, чтобы не видеть комнаты, представила себе, что
вишу над пропастью, на дне которой
ползают голодные крокодилы и бегают отвратительные писклявые мыши, и что, если
не сумею освободиться, они все
набросятся на меня, и начала привычно перепиливать ногтями веревки на запястьях.
На это ушло около десяти минут. С
меня градом катился пот, капая со лба на пол, подо мной уже образовалась
маленькая лужица, когда я наконец
почувствовала, что путы ослабли, и смогла высвободить руки.
...Закладка в соц.сетях
