Жанр: Классика
Речные заводи (том 1-2)
...ырь должен похоронить
убитых где-нибудь в стороне. Кроме того, надо составить акт, что монах и даос
убили друг друга, и на том дело покончить.
- Правильно, - согласился начальник округа и назначил чиновников для завершения
этого дела. Но говорить об этом мы больше не будем.
Соседи, любители всяких сплетен, сложили такую песенку:
Непутевый Пэй Жу-хай
По заслугам получил.
С богомолкою монах
В связь постыдную вступил.
Милосердия полна,
Не противилась она.
Как богиня Гуань-инь
Допустила этот грех?
Поджидает ад святош,
Что возжаждали утех.
Он забыл, блудя в тиши,
"Наставление души".
Досточтимый наш монах
Наземь - гляньте-ка! - поник.
На дороге рядом с ним
Лег даосский ученик.
Знаем мы: в аду My Лянь
Побывал, спасая мать.
Но страннее из-за шлюх
В ад монахам попадать.
Нашлись также зубоскалы и в дальних переулках, которые, услышав эту песню, не
желая отставать, сложили песенку по типу линьцзянсяньских стихов:
Целомудрие забыв,
Смерть себе накликал он.
Непутевый весельчак
Сам собой был осужден.
Обнажился наш монах,
И погиб, - и пал во прах.
Спит монах. Его вчера
Буйный послушник сразил.
Свой кинжал затем в себя
Спьяну послушник вонзил.
Из-за дряни пребольшой
Вышел спор и грянул бой.
Так эти две песенки и распевались в разных концах города. А когда их услышала
дочь старого Паня, она остолбенела; не осмеливаясь произнести ни слова, она
глубоко и молча переживала эту беду.
В управлении округом кто-то сказал Ян Сюну, что убиты монах и даос. Тогда он
сразу догадался, в чем тут дело, и подумал: "Это, конечно, сделал Ши Сю...
Напрасно я оскорбил его. Сегодня у меня будет свободное время, надо разыскать
его и узнать всю правду".
И вот, когда Ян Сюн проходил мимо моста, он вдруг услышал, как его кто-то
окликнул:
- Дорогой брат! Куда вы идете?
Оглянувшись, Ян Сюн увидел Ши Сю.
- Брат мой, - сказал он. - А я никак не мог тебя найти!
- Зайдемте ко мне, почтенный брат, и потолкуем.
Ши Сю привел Ян Сюна в свою комнату на постоялом дворе, где он остановился, и
спросил:
- Ну что, уважаемый брат, обманывал я вас?
- Брат мой, не сердись на меня, - отвечал Ян Сюн. - Я допустил глупость и после
выпивки проболтался жене, а она перехитрила меня и оклеветала тебя, дорогой
брат! Вот сегодня я и решил непременно разыскать тебя: казни или милуй меня.
- Уважаемый брат мой, - сказал на это Ши Сю. - Хоть я человек маленький и
невежественный, но - честный, и тут уж никто меня не собьет! Опасаясь, чтобы вы
не попались еще раз на удочку, я решил пойти к вам, уважаемый брат, и
представить доказательства. - И с этими словами он вынул одежду монаха и
даоса. - Вот все, что я содрал с них, - сказал он.
При виде этого в груди Ян Сюна вспыхнуло пламя ненависти, и он воскликнул:
- Дорогой брат, не сердись на меня! Я сегодня же ночью разрежу на куски эту
паскуду и хоть немного отведу душу.
- Ну вот, опять вы за свое! - смеясь, сказал Ши Сю. - Состоите на
правительственной службе, а законов не знаете? Вы не застали ее на месте
преступления, значит нельзя наказывать. А если я говорю неправду? Зря загубите
человеческую жизнь.
- Но разве я могу это так оставить? - возразил Ян Сюн.
- А вы последуйте моему совету, почтенный брат, - сказал Ши Сю. - Я научу вас
поступить так, как делают добрые люди!
- Дорогой друг! Как же ты этому меня научишь? - спросил Ян Сюн.
- Слушайте. За восточными воротами города есть гора Цуйбиншань, - начал Ши Сю. -
Это тихое и уединенное место. Завтра вы скажете дома: "Давно я не возжигал
благовоний и не приносил жертв. Сегодня мы вместе с женой это сделаем". И
отправляйтесь на гору, захватив с собой жену и служанку Ин-эр. А я буду вас там
поджидать. Встретившись лицом к лицу, мы их выведем на чистую воду. Потом,
уважаемый брат, вы напишете бумагу о разводе и бросите эту женщину. Разве это не
лучший выход?
- Дорогой брат! Зачем ты так говоришь? - возразил Ян Сюн. - Я же знаю, что ты
совершенно чист и ни в чем не виновеy. Все это один наговор.
- Да не в этом даже дело! - сказал Ши Сю. - Я хочу, чтобы вы, уважаемый брат,
знали всю правду.
- Ну, раз таково твое желание, брат мой, то мы так и сделаем, - согласился Ян
Сюн. - Завтра же я приду на гору с этой тварью. Смотри, приходи, не опоздай!
- Ну, уж если я не приду, значит все, что я говорил, ложь, - сказал Ши Сю.
После этого Ян Сюн распростился с Ши Сю и, выйдя с постоялого двора, отправился
на службу. Вечером он вернулся домой и вел себя как обычно. А на следующий день,
как только рассвело, он сказал жене:
- Мне приснилось, что боги укоряли меня за то, что я давно уже не выполняю своих
обетов. А ведь правда, я обещал устроить жертвоприношение в кумирне за
восточными воротами, но до сих пор не сдержал слова. Сегодня я свободен и хочу
выполнить обет: мы отправимся туда вместе с тобой.
- А ты иди один. Для чего мне туда тащиться? - возразила жена.
- Нет, этот обет был дан во время нашего обручения, и нам нужно вместе выполнить
его, - отвечал Ян Сюн.
- Ну, в таком случае,- сказала жена,- мы рано утром позавтракаем постной пищей,
согреем воды, помоемся и пойдем.
- Я еще должен купить свечей, денег из золоченой бумаги для жертвоприношения и
нанять носилки. А ты пока помойся, сделай прическу и надень на себя украшения.
Мы захватим с собой и твою служанку Ин-эр.
Выйдя из дому, Ян Сюн зашел на постоялый двор к Ши Сю и сказал ему:
- Мы выйдем из дому сразу после завтрака, так что ты, дорогой брат, не
запаздывай!
- Уважаемый брат, - попросил Ши Сю, - если вы отправитесь на носилках, то
предупредите носильщиков, чтобы они остановились на -половине горы. А дальше вы
втроем пойдете пешком. Я буду ждать вас в уединенном месте. Не надо, чтобы при
этом были свидетели.
Договорившись с Ши Сю, Ян Сюн купил свечей, жертвенных денег и возвратился
домой. Все сели завтракать.
Его жена, не подозревая о том, что ее ждет, старательно принарядилась. Ин-эр
тоже приукрасила себя. Заказанные носилки давно уже ждали у ворот.
- Ну, дорогой тесть, оставайтесь домовничать, а мы с женой совершим
жертвоприношение и вернемся домой, - сказал Ян Сюн, обращаясь к старому Паню.
- Ну что ж. Делайте все как следует, да за меня там деертву принесите, - сказал
старый Пань. - Идите, да возвращайтесь поскорее!
Женщина села на носилки. За носилками шла Ин-эр, а позади нее Ян Сюн. Когда они
вышли из восточных ворот, Ян Сюн шепотом приказал носильщикам идти к горе
Цуйбиншань, пообещав щедро заплатить.
Не прошло и четырех часов, как они приблизились к горе Цуйбиншань. Эта гора
находилась на расстоянии двадцати ли от восточных ворот города Цзичжоу и вся
была усеяна могилами. Приглядываясь, можно было увидеть зеленую траву и белые
тополя, но никаких признаков монастыря или кумирни там не было.
Когда они поднялись до половины горы, Ян Сюн приказал носильщикам остановиться
и, подойдя к паланкину, отбросил занавеску и предложил жене выйти.
- Зачем же мы пришли на эту гору? - удивленно спросила она.
- Ничего, ничего, иди, - сказал ей Ян Сюн. - А вы подождите нас здесь, -
приказал он носильщикам. - Вам незачем дальше идти. Подождите и получите на
вино.
- Хорошо, хорошо, - отвечали те. - Мы подождем здесь.
Ян Сюн повел за собой жену и Ин-эр.
- А почему же ты не захватил свечи и жертвенные деньги? - вдруг спохватилась
жена.
- А я послал все это вперед, - отвечал Ян Сюн и подвел жену к древней могиле,
где их поджидал Ши Сю.
Оставив под деревом свой узел, кинжал и палицу, Ши Сю вьццел и сказал:
- Невестка, разрешите приветствовать вас поклонами.
- Как же это вы очутились здесь, деверь? - удивленно бросила женщина. Ей стало
страшно.
- А я давно жду вас, - отвечал Ши Сю.
- Ты говорила мне, - вмешался тут Ян Сюн, - что мой названный брат будто
приставал к тебе, брал тебя за грудь и спрашивал, не тяжела ли ты? И вот здесь,
где никого больше нет, мы должны все выяснить!
- Ай-я! - воскликнула женщина. - Ну для чего вспоминать о том, что давно прошло?
- Невестка, как же ты можешь так говорить? - широко раскрыв глаза, зло спросил
Ши Сю.
- Дорогой деверь, - отвечала женщина, - если ты ничего дурного не делал, так
чего же ты добиваешься?
- Ай да невестка! Вот ловко-то! - воскликнул Ши Сю и, развязав узел, вытащил
одежду монаха Пэй Жу-хая и даоса, бросил ее на землю и спросил:
- Ты узнаешь это?
Увидев одежду, женщина вся вспыхнула и ничего не могла сказать. Тут Ши Сю
выхватил из-за пояса кинжал и сказал Ян Сюну:
- Об этом деле надо порасспросить Ин-эр!
Ян Сюн схватил служанку за волосы и, поставив ее на колени, закричал:
- Подлая тварь! Сейчас же говори всю правду, как они с монахом занимались блудом
в келье? Как они договорились выставлять за воротами столик для возжиганий? Как
заставляли даоса приходить и бить в деревянную колотушку? Говори всю правду,
тогда я еще сохраню тебе жизнь! А утаишь хоть одно слово, - разрублю на куски!
- Милостивый господин! - воскликнула служанка. Я не виновата! Не убивайте меня!
Я все расскажу!
И тут она стала рассказывать, как пили вино в келье монаха, как пошли наверх
смотреть зуб Будды, как ей сказали, чтобы она спустилась вниз посмотреть, не
проснулся ли старый Пань, и как на третий день к задним воротам дома подошел
даос просить подаяние; хозяйка послала ее за связкой монет, а сама договорилась
с даосом, что когда он увидит за воротами столик для возжигания благовоний, то
должен тотчас же сообщить об этом монаху. Рассказала она и о том, как монах
нарядился мирянином, и хозяйка, сорвав с его головы повязку, обнаружила лысую
голову монаха; как в пятую стражу, когда раздавался стук колотушки, она
открывала ворота и выпускала монаха, а за это хозяйка обещала подарить ей
браслет, колечко и наряды; монах часто приходил по ночам и оставался до
рассвета. Потом хозяйка дала ей еще несколько украшений и велела сказать
хозяину, что Ши Сю пристает к его жене. Но я этого сама не видела и не
осмелилась солгать вам, господин. То, что я сейчас рассказала, - истинная
правда, и здесь нет ни слова лжи! - закончила служанка.
Когда Ин-эр умолкла, Ши Сю произнес:
- Ну как, дорогой брат, теперь обо всем узнали? Уж, наверно, не я научил ее
рассказать все это. Все же, дорогой брат, поговорите со своей женой!
Тут Ян Сюн ухватил жену и, подтащив к себе, заорал:
- Ну, подлая шлюха? Твоя служанка во всем призналась. Уж теперь тебе не
вывернуться! Говори всю правду, и я пощажу твою подлую жизнь.
- Виновата я! - отвечала женщина. - Прости меня на этот раз, ради того, что я
была твоей женой!
- Дорогой брат, - вмешался Ши Сю. - Все должно быть ясно для тебя. Пусть же
невестка расскажет обо всем с начала до конца.
- Говори, подлая, скорее! - приказал Ян Сюн.
И тогда женщина подробно рассказала о своей преступной связи с монахом, начиная
с того вечера, когда у них в доме происходило моление, и кончая ночными
встречами.
- А зачем же ты, невестка, лгала моему старшему брату, что я пытался соблазнить
тебя? - спросил Ши Сю.
- Как-то мой муж пришел пьяный и стал бранить меня... Эта ругань показалась мне
подозрительной, и я подумала, что, видно, вы, деверь, все знаете и рассказали
ему. А дня за три до этого монах научил меня, что сказать в таком случае мужу. А
по правде-то, деверь, вы ничего такого, конечно, не делали!
- Ну вот, сегодня мы все выяснили, - сказал Ши Сю. - А теперь пусть старший брат
решает, как знает!
- Дорогой брат! - отвечал вне себя Ян Сюн. - Сделай одолжение, сорви с ее волос
украшения и стащи с нее одежду. А там уж я сам с ней справлюсь!
Ши Сю выполнил его просьбу. Тогда Ян Сюн, разорвав платье жены на полосы,
привязал ее к дереву.
А Ши Сю тем временем снял украшения с Ин-эр и, протягивая кинжал Ян Сюну,
сказал:
- Уважаемый брат, незачем оставлять и эту тварь. Сорную траву надо вырывать с
корнем!
- Это верно, - согласился Ян Сюн. - Давай-ка, брат, меч, я сам с ними
расправлюсь.
Ин-эр, видя, что пришел ее конец, хотела было закричать, но Ян Сюн поднял меч и
одним взмахом рассек ее надвое.
- Дорогой деверь! - закричала тут женщина. - Заступитесь за меня!
- Не мое это дело, невестка! - отвечал Ши Сю.
В эту минуту Ян Сюн подошел к ней и кинжалом вырезал язык, чтоб она больше не
кричала, а сам стал ее бранить:
- Низкая и подлая потаскуха! Я было поддался на твой обман, поверил тебе, а ты
хотела обмануть меня! Из-за тебя я мог нарушить узы братства, и потом ты бы
погубила меня! Есть ли сердце у такой твари, как ты?! Вот я сейчас узнаю.
И одним ударом меча он рассек грудь женщины, вытащил ее сердце и внутренности и
повесил их на сосну. Потом он вырезал у нее все женские органы, а ее браслеты,
украшения и прочее увязал в узел.
- Дорогой брат, - обратился Ян Сюн к Ши Сю. - Подойди ко мне. Нам надо
договориться, как дальше быть. Любовники мертвы, с этим мы покончили, но где же
нам искать убежища, куда идти?
- У меня есть такое место, - отвечал Ши Сю, - и я прошу вас, уважаемый брат,
пойти туда вместе со мной.
- А где это место? - спросил Ян Сюн.
- Теперь, когда мы совершили убийство, нам ничего не остается, как идти в
Ляншаньбо и присоединиться там к разбойникам.
- Обожди-ка, - сказал Ян Сюн, - ведь у нас там нет ни одного знакомого; захотят
ли они принять нас?
- Вы ошибаетесь, дорогой брат, - возразил Ши Сю. - Сейчас там находится
известный всему вольному люду Сун Цзян, Благодатный дождь, из Шаньдуна. Он
собирает всех достойных и храбрых удальцов Поднебесной. Мы с вами хорошо владеем
оружием, и нечего бояться, что нас не примут.
- В любом деле трудно только начало, а потом становится легче, - промолвил Ян
Сюн. - Надо остерегаться беды. Если взять к примеру меня, так, по-настоящему,
какой из меня чиновник? А я все же боюсь, что они не будут доверять мне и не
согласятся принять нас в свой стан.
- А разве сам Сун Цзян не был писарем? - смеясь, возразил Ши Сю. - Но чтобы
успокоить вас, я кое-что вам расскажу. В тот самый день, когда вы, дорогой брат,
заключили со мной братский союз, я сидел в трактире с двумя молодцами - один из
них Волшебный скороход - Дай Цзун из Ляншаньбо, а другой - Парчовый барс - Ян
Линь. Дай Цзун дал мне слиток серебра в десять лян. Это серебро и сейчас еще
лежит в моем узле. Так что мы можем пойти в стан и обратиться прямо к Дай Цзуну.
- Ну, если все так, как вы говорите, - произнес Ян Сюн, - тогда я пойду достану
денег на дорогу, и мы сразу же двинемся в путь.
- Как вы простодушны, дорогой брат! - воскликнул Ши Сю. - Да ведь если вы
возвратитесь в город, все дело раскроется, и вас схватят. Тогда уж не уйдешь. У
вас в узле есть и браслеты и украшения, а у меня с собой немного серебра. Да
если бы нас и трое было, то и тогда бы на всех хватило. Зачем же еще деньги
доставать? Нас могут поймать, и тогда нам не избавиться от беды! И без того это
дело раскроется очень скоро; медлить нельзя, надо уходить за гору.
С этими словами Ши Сю взвалил на плечи узел и взял палицу, а Ян Сюн засунул
кинжал за пояс и сжал в руке меч. Но в этот момент они вдруг увидели человека,
который вышел из-за сосны и сказал:
- Я долго слушал вас. И в этом спокойном, ясном мире, в этой обширной вселенной
режут людей на части и бегут в Ляншаньбо к разбойникам.
Ян Сюн и Ши Сю смотрели на незнакомца, а он почтительно и низко поклонился им.
Ян Сюн знал этого человека. Звали его Ши Цянь, родом он был из Гаотанчжоу,
провинции Щаньдун, но сейчас слонялся в этих местах. Он запросто мог прыгнуть на
крышу дома, ходить по заборам, перескакивать через стены и ловко выкрасть
лошадь. Однажды в Цзичжоу его все же поймали и начали против него судебное дело.
Но Ян Сюн выручил его. Прозвище Ши Цяыя было "Блоха на барабане".
- Как ты очутился здесь? - спросил Ян Сюн.
- Уважаемый господин тюремный начальник, выслушайте меня,- начал Ши Цянь. - За
последнее время у меня не было никакой работы, и я занялся раскопкой древних
могил в надежде найти какой-нибудь клад. Когда я увидел, уважаемый начальник,
что вы здесь делаете, я не осмелился выйти, боясь вашего гнева. А потом я
услышал, чтв вы собираетесь в Ляншаньбо к разбойникам. Я маленький человек и
могу заниматься здесь только мелким воровством. Но сколько это может
продолжаться? Хорошо было бы, если бы я отправился вместе с вами, уважаемые
братья, в горы. Не знаю только, согласитесь ли взять меня с собой?
- Там как раз собирают таких храбрых удальцов, как ты, - сказал на это Ши Сю. -
Одним человеком больше - для нас ничего не значит, и если ты решил, так пойдем
вместе с нами.
- А я выведу вас отсюда потайной тропой, - сказал Ши Цянь.
И они втроем отправились в Ляншаньбо.
Теперь вернемся к тем двум носильщикам, которых Ян Сюн оставил внизу, наказав им
дожидаться его возвращения. Они прождали до захода солнца и не знали, что делать
дальше. Пассажиры не возвращались, и носильщики стали потихоньку подниматься в
гору. Там, на старей могиле, собралась большая стая ворон. Подойдя ближе,
носильщики увидели, как вороны, громко каркая, рвали внутренности трупов.
Носильщики перепугались и бросились в город сообщить о случившемся старому Паню.
Потом они вместе с ним отправились в управление округом заявить о преступлении.
Начальник округа тотчас же послал на гору Цуйбиншань к месту преступления
чиновника и судебного следователя с отрядом стражников. Закончив обследование,
чиновники представили начальнику доклад, в котором говорилось:
"Нами установлено, что женщина по имени Пань Цяо-юнь разрублена ударом меча
надвое. А ее служанка Ин-эр убита около могилы. Там же найден узел с одеждой
женщин, монаха и даоса".
Прочитав доклад, начальник припомнил дело об убийстве монаха Пэй Жу-хая и даоса
и сам подробно допросил старого Паня. Старик рассказал о том, как его напоили
пьяным в келье монаха и почему от них ушел Ши Сю.
Выслушав его, начальник сказал:
- По всему видно, что монах вступил с этой женщиной в преступную связь. А
служанка и даос были их пособниками, Очевидно, Ши Сю, узнав об этом безобразии,
убил даоса и монаха. И нет никакого сомнения в том, что Ян Сюн убил жену; и
служанку. Надо поймать Ян Сюна и Ши Сю, и тогда мы узнаем, действительно ли дело
было так, как я думаю.
И он тут же распорядился разослать приказ о розыске и аресте Ян Сюна и Ши Сю.
Носильщики и все остальные были отпущены по домам впредь до вызова. А что
касается старого Паня, то он купил гробы и похоронил убитых. И говорить об этом
мы больше не будем.
Теперь вернемся к Ян Сюну, Ши Сю и Ши Цяню. Покинув Цзичжоу, они через несколько
дней пришли в округ Юньчжоу. Миновав Сянлиньва, путники увидели далеко впереди
высокую гору. Незаметно наступил вечер и они решили остановиться на ночлег на
постоялом дворе, неподалеку от ручья.
Работник хотел было закрыть ворота, но тут увидел путников и произнес:
- Видно, издалека идете, уважаемые гости, что так поздно прибыли?
- Мы прошли сегодня больше ста ли, - отвечал Ши Цянь.
Работник провел гостей в помещение, где они могли устроиться на ночлег, и
спросил:
- Уважаемые гости, вы сегодня ели горячую пищу? - Не прикажете ли приготовить
что-нибудь?
- Мы сами все сделаем, - сказал Ши Цянь.
- У нас нет других постояльцев, и на очаге стоят два чистых котла, можете ими
пользоваться, если понадобится.
- А можно у вас достать вина и мяса? - спросил Ши Цянь.
- С утра было мясо, но его раскупили соседи-крестьяне, - ответил работник. - А
кувшин вина найдется.
- И то хорошо, - сказал Ши Цянь. - Ты пока принеси нам пять шэн рису, а там
видно будет.
Работник принес рис и отдал его Ши Цяню. Тот помыл рис, вычистил котел и зажег
огонь в очаге. Ши Сю в это время разбирал узел с вещами. Ян Сюн взял одну из
шпилек и, передавая ее работнику, сказал, что это пока задаток за вино и что
завтра они расплатятся за вое.
Взяв шпильку, работник достал кувшин с вином, открыл его и вместе с солеными
овощами подал на стол.
Ши Цянь нагрел чан воды и предложил Ян Сюну и Ши Сю помыть ноги и руки. Затем он
налил в большие чашки вина и пригласил своих друзей выпить; вместе с ними пил и
работник. Оглядевшись, Ши Сю увидел с десяток хороших мечей, воткнутых в станки
под карнизом, и спросил работника:
- А для чего это на постоялом дворе такое оружие?
- Хозяин оставил, - сказал слуга.
- А что за человек ваш хозяин?
- Уважаемый гость, - сказал на это работник, - вы из вольного люда, а не знаете,
как называется наша местность. Видели впереди гору? Она называется гора
Одинокого дракона; там есть трудно проходимый перевал, который также называется
перевал Одинокого дракона. И на том перевале стоит дом хозяина постоялого двора!
На тридцать квадратных ли тянется местность Чжуцзячжуан, что значит район семьи
Чжу. Главу семьи зовут Чжу Чао-фын. Есть у него три сына, известные под кличкой
"Три храбреца семейства Чжу". Вокруг их поместья живет до семисот семейств. Все
они арендуют земли хозяина Чжу, и на каждый дом выдано по два меча. Этот
постоялый двор называется Чжуцзядянь. Здесь обычно проживает по нескольку
десятков человек из поместья, поэтому и оружие оставлено здесь.
- Но для чего оно нужно? - допытывался Ши Сю.
- Отсюда недалеко до Ляншаньбо, - отвечал слуга. - Разбойники могут прийти к нам
за провизией, и хозяин на всякий случай готовится к этому.
- Послушай, я дам тебе немного серебра, - предложил Ши Сю, - а ты дай мне взамен
меч. Согласен или нет?
- Нет, я не могу этого сделать, - произнес работник. - Все оружие помечено, и я
не хочу, чтоб меня избили палками по приказу хозяина. А хозяин у нас очень
строгий.
- Я пошутил с тобой, а ты уж и струсил, - рассмеялся Ши Сю. - Пей-ка лучше вино!
- Не могу больше пить, - отказался работник. - Пойду-ка я лучше спать. А вы,
уважаемые гости, чувствуйте себя свободно и пейте на здоровье!
Слуга ушел. Ян Сюн и Ши Сю выпили еще по чашечке, и вдруг Ши Цянь спросил:
- Дорогие братья, не хотите ли покушать мяса?
- Где же ты его достанешь? - поинтересовался Ян Сюн. - Ведь работник сказал, что
мяса нет!
Посмеиваясь, Ши Цянь подошел к печке и вытащил оттуда большого петуха.
- Как ты достал его? - снова спросил Ян Сюн.
- Пошел я за дом оправиться, - продолжал Ши Цянь, - и увидел там в клетке
петуха; потихоньку поймал его, отнес к ручью и зарезал. Потом притащил туда
котелок с кипятком и сварил петуха. Ешьте, дорогие братья!
- Эх ты, - упрекнул его Ян Сюн. - Вором ты был, вором и остался!.
- Не успел еще сменить свое старое занятие, - рассмеялся Ши Сю.
Расхохотавшись, они разорвали петуха на части, наполнили; миски рисом и стали
есть.
А работник, проспав недолго, проснулся от какого-то беспокойства. Он тут же
встал и пошел посмотреть, не случилось ли чего-нибудь, и вдруг в кухне на столе
он заметил объедки петуха, а заглянув в печку, увидел котелок с жирным супом.
Тут работник побежал взглянуть в клетку, но петуха там не нашел. Возвратившись в
дом, он с укоризной сказал:
- Уважаемые гости! Как же вы бесцеремонны! Решились зарезать петуха, который
будил нас на рассвете.
- Тебе что, привиделось? - спросил Ши Цянь. - Я эту курицу купил по дороге и
петуха твоего в глаза не видел!
- А куда же тогда девался наш петух? - спросил в недоумении работник.
- Не иначе, как дикая кошка его утащила, может быть хорек; а то и сокол унес
его. Почем я знаю?
- Петух недавно был в клетке, и если не вы стащили его, так кто же мог это
сделать? - продолжал настаивать работник.
- Ну ладно! - сказал Ши Сю. - Говори, сколько он стоит, я заплачу тебе, и дело с
концом!
- Да ведь он же будил нас на рассвете! - твердил работник. - Мы без него не
можем обойтись. И даже если вы дадите мне десять лян, этим делу не поможешь!
Верните мне петуха!
- Кого ты думаешь застращать! - крикнул взбешенный Ши Сю. - А если я тебе ничего
не заплачу, тогда что будет?
- Ну, вот что, почтенные гости, вы не очень-то здесь расходитесь! - пригрозил
работник. - У нас здесь не такие порядки, как на других постоялых дворах. Вот
возьму да отправлю вас в поместье, а там вы будете отвечать как разбойники из
Ляншаньбо!
Ши Сю рассвирепел и заорал:
- А если бы мы и были удальцами из Ляншаньбо, то как бы ты смог задержать нас,
да еще получить за это награду?!
- Мы добром хотели заплатить тебе за петуха, - добавил разгневанный Ян Сюн. - А
вот теперь не будем платить. Что ты с нами сделаешь, а?
- Воры! - вдруг закричал работник.
И в тот же миг из дома выскочили пять огромных детин без всякой одежды. Они
набросились на Ян Сюна и Ши Сю, но последний, размахивая кулаками и нанося
каждому из нападающих по удару, уложил всех на землю. Тут работник снова хотел
закричать, но Ши Цянь успел ударить его кулаком в лицо, и оно так вздулось, что
парень не мог и рта открыть. А избитые удальцы скрылись через задние ворота.
- Братья! - сказал тогда Ян Сюн. - Эти прохвосты побежали за помощью. Давайте-ка
поскорее покушаем и уйдем отсюда.
Наевшись досыта, они собрали в узлы пожитки, которые нашли в доме. Обувшись
затем в джутовые туфли и подвесив к поясу свои кинжалы, они сняли со стены
оружие и выбрали себе по хорошему мечу.
- Ну, будь что будет! - сказал Ши Сю. - А так спустить им нельзя. - И, подойдя к
очагу, он взял пучок соломы, зажег ее и бросил в комнату. Крытая соломой хижина
загорелась, и от легкого дуновения ветра пламя заполыхало; столб огня взметнулся
к небу. Тогда три удальца вышли на тракт и пошли своей дорогой.
Они шли уже часа четыре, как вдруг увидели вокруг бесчисленное множество
факелов. Их окружало человек двести.
- Спокойно, - сказал Ши Сю. - Мы уйдем тропинкой!
- Стой-ка! - ответил Ян Сюн. - Может, мы их перебьем, а потом пойдем дальше?
Но не успел он договорить, как они уже были в кольце. Ян Сюн вышел вперед,
позади стоял Ши Сю, а за ним Ши Цянь. Выхватив свое оружие, они начали бой.
Окружавшие их, не зная силы противника, смело двинулись вперед, размахивая
пиками и палицами. Но когда Ян Сюн, взмахнув своим мечом, уложил сразу человек
семь, то передние побежали, а те, что были позади, поспешно отступили.
Ши Сю, преследуя отступающих, также зарубил не менее семи человек. Остальные
поселя
...Закладка в соц.сетях
