Жанр: Классика
Речные заводи (том 1-2)
...оискать там ночлег.
- Вы совершенно правы, господин писарь, - отвечали стражники.
Идти пришлось долго, но когда они перевалили хребет, то сразу увидели кабачок,
который прилепился на краю огромной отвесной скалы. Недалеко от ворот росло
какое-то странное дерево; вблизи то там, то тут были разбросаны крытые соломой
хижины. В тени деревьев висела вывеска кабачка. Увидев кабачок, Сун Цзян очень
обрадовался и сказал своим сопровождающим:
- А мы ведь, пожалуй, проголодались. Хорошо, что на этой горе есть кабачок!
Может быть, выпьем по чашечке вина, а потом двинемся дальше?
Они вошли в кабачок. Стражники сняли узлы с пожитками, а посохи прислонили к
стене. Сун Цзян пригласил их занять почетные места за столом, а сам сел ниже.
Они долго сидели в ожидании, но никто к ним не выходил.
- Что же это хозяев не видно? - крикнул Суп Цзян.
- Иду! Иду! - отозвался кто-то, и тут же из боковой комнатушки ввалился огромный
детина с рыжей бородой и сверкающими, как у тигра, глазами. Голову его покрывала
дырявая повязка, из безрукавки торчали длинные руки. Он был подпоясан холщовым
полотенцем. Увидев посетителей, детина поклонился и спросил:
- Сколько прикажете подать вина, уважаемые гости?
- Мы проголодались с дороги. Нельзя ли у вас здесь достать какого-нибудь мяса?
- У нас есть только вареная говядина и простое местное вино, - отвечал тот.
- Ну вот и замечательно, - сказал Суп Цзян. - Ты для начала дай нам три цзиня
говядины и рог вина.
- Вы уж извините меня, уважаемые гости, - проговорил детина, - у нас здесь, в
горах, за еду и вино платят вперед.
- Ну что ж, раз так, то и мы уплатим тебе вперед, - сказал Сун Цзян, - и даже с
большим удовольствием. Подожди, я сейчас достану деньги и отдам тебе. - Он взял
свой узел, развязал его и вынул немного мелочи.
А рыжебородый, стоя сбоку, тайком наблюдал за ним. Увидев, что в тяжелом узле
много добра, он про себя очень обрадовался. Получив от Сун Цзяна деньги, детина
ушел во внутреннее помещение, зачерпнул меру вина, нарезал блюдо мяса и принес
посетителям. Он поставил перед ними три чашки, положил три пары палочек для еды
и налил вина.
Путники принялись за еду и завели разговор о том, что ходят слухи, будто сейчас
на белом свете развелось много дурных людей, и есть даже такие, что подсыпают
путникам в еду и вино дурман и яд и потом пускают мертвые тела на мясо и делают
из него пирожки.
Однако не верится, чтобы это действительно была правда. - говорили они между
собой. А кабатчик, слушая их, рассмеялся и сказал:
- Ну, уж если вы начали такой разговор, вам не стоит сенчас ни пить. ни есть.
Ведь к еде и вину, которые я вам подал, подмешан дурман.
- Вот видите, - рассмеялся Сун Цзян, - этот парень услыхал, что мы говорили о
дурмане, и решил подшутить над нами.
- Хорошо бы выпить подогретого вина, - сказали стражники.
- Ах, вы хотите горяченького, так я вам сейчас подогрею, - предложил кабатчик и,
взяв вино, вышел. Вскоре он принес теплое вино и палил три чашки.
Трое путников были очень голодны. Как же им было не отведать вкусного мяса и
горячего вина! Но после первой же чашки у стражников глаза полезли на лоб и изо
рта потекла слюна. Хватаясь дpyг за друга, они повалились навзничь. Сун Цзян,
вскочив с места, закричал:
- Да что это с вами случилось? Неужели вы опьянели после чашки вина?
Он бросился поднимать их, но тут же почувствовал, что у него все поплыло перед
глазами, и также рухнул наземь. Глаза его были открыты, и он отчетливо видел
все, что происходило, хотя тело его одеревенело и он не мог двинуть ни рукой, ни
ногой. А хозяин кабачка тем временем приговаривал:
- Черт возьми! Давненько у меня не было удачи. Зато сегодня небо послало мне
целых три скотинки.
С этими словами он поднял Сун Цзяна, отнес его в помещение, где производилась
разделка туш, и положил на прилавок, а затем принес туда и стражников. После
этого он перетащил во ннутренние комнаты узел Сун Цзяна и другие вещи. Развязав
узел, он увидел там столько золота и серебра, что невольно воскликнул:
- Сколько лет уже держу я этот кабачок, а до сих пор еще не видывал такого
ссыльного! Чтобы у преступника было так много добра! Вот уж действительно само
небо послало мне такое богатство.
Рассмотрев все, что было в узле, он снова завязал его и пошел за ворота позвать
работника, чтобы тот разрубил тела пойманных жертв. Стоя у ворот, он смотрел по
сторонам, но работника поблизости не было. Вдруг он заметил, что по склону горы
взбираются три человека. Узнав их, хозяин кабачка поспешил им навстречу со
словами:
- Почтенный брат мой! Куда это вы путь держите?
Один из прибывших - огромный детина - отвечал:
- А мы специально пришли на эту гору, чтобы встретить здесь одного человека. Он
должен был идти по этой дороге и уже время ему быть здесь. Мы каждый день ждали
его внизу под горой, а его все нет. Прямо ума не приложу, где он мог
задержаться?
- А кого же вы все-таки ждете? - спросил кабатчик.
- Ждем одного замечательного человека.
- А какого же это замечательного человека вы ждете? - спросил тот.
- Да вот господина Сун Цзяна, писаря из уезда Юньчэн, области Цзичжоу. Ты,
конечно, слышал о нем.
- Уж не тот ли это Благодатный дождь из Шаньдуна, господин Сун, о котором
говорит вся вольница? - спросил кабатчик.
- Он самый и есть.
- А почему же он должен проходить здесь? - снова спросил кабатчик.
- Да я и сам толком не знаю, - отвечал пришедший. - На днях у меня был один
знакомый из Цзичжоу и рассказал мне, что писарь Юньчэнского уездного управления
Сун Цзян за какое-то дело был осужден в областном суде в Цзичжоу и приговорен к
ссылке в Цзянчжоу. Вот я и подумал, что он обязательно должен пройти здесь, ведь
другой дороги-то нет. Когда Сун жил еще в Юньчэне, я все собирался повидаться с
ним. А уж раз он должен проходить здесь, то такого случая упустить нельзя. Вот
уже пять дней подряд я выхожу встречать его, но не видел за это время ни одного
ссыльного. И вот сегодня решил с двумя братьями взобраться на гору да заодно
заглянуть к тебе выпить по чашке вина. Как идут твои дела?
- Да что же, обманывать вас, дорогой брат, мне не приходится. Вот уже несколько
месяцев, как дела идут неважно. Только сегодня, благодарение небу, попались три
скотинки с кое-какими пожитками.
- А какие они из себя, эти люди? - поспешно спросил пришедший.
- Один из них преступник, а двое других стражники: его сопровождают.
- Этот преступник темнолицый, низкого роста? - испуганно спросил пришедший.
- Да, не очень-то высокий, и лицо у него темное.
- Что же, он уже лежит без памяти? - быстро спросил тот.
- Я только что перетащил его в кухню и жду вот, когда вернется работник, а его
все нет. Я еще не начинал разделывать тушу.
- Ну-ка, дай я на него посмотрю! - сказал пришедший.
Н все четверо вошли в комнату, где лежали одурманенные путники. Там, на
прилавке, они увидели Сун Цзяна и двух охранников, которые были брошены как
попало - головы их свисали вниз. Пришедший посмотрел на Сун Цзяна, но не узнал
его. На лице преступника как будто было клеймо, но пришедший все же не был в
этом уверен и не знал, что делать. Вдруг в голову ему пришла какая-то мысль, и
он сказал:
- Принесите-ка узлы стражников, там ведь должна быть сопроводительная бумага, и
мы можем все узнать.
- Совершенно правильно, - ответил кабатчик. И тотчас же принес узлы.
В узлах был слиток серебра и немного мелочи, а также сверток с бумагами. Когда
они прочитали бумаги, всем им стало страшно.
- Само небо сегодня надоумило меня взобраться на гору, - сказал пришедший. -
Ведь Сун Цзян давно уже потерял сознание. Еще немного, и погиб бы мой почтенный
брат! - Он приказал кабатчику быстро принести противоядие и в первую очередь
спасти Сун Цзяна. Но кабатчик и сам уже заторопился. Он тут же принес снадобье,
вместе с пришедшими снял с Сун Цзяна кангу и, приподняв его, влил ему в рот
противоядие. Потом они вчетвером вынесли его и усадили на почетное место гостя.
Пришедший детина поддерживал Сун Цзяна, пока тот постепенно не пришел в себя.
Открыв глаза, он посмотрел на стоявших вокруг него людей, но никого не узнал.
Тогда человек, поддерживавший Суна, поставил около него своих братьев, а сам
почтительно приветствовал его низким поклоном.
- Это вы? - удивленно спросил Сун Цзян. - Уж не во сне ли все это?
Тут он заметил кабатчика, который тоже почтительно кланялся ему.
- Да где же это я нахожусь? - продолжал расспрашивать Сун Цзян. - Могу ли я
узнать, как вас зовут?
- Ли Цзюнь, - отвечал прибывший мужчина. - Сам я из Лучжоу. Сейчас служу
перевозчиком на Янцзы, привык к воде и чувствую себя на реке, как дома. Народ
прозвал меня Ли Цзюнь - "Дракон, будоражащий реки". А вот это хозяин кабачка. Он
здешний человек, живет в Цзеянлине, занимается кое-какой торговлей. Народ дал
ему прозвище "Ли Ли" - Каратель. А эти двое живут у реки Сюньянцзян и занимаются
контрабандой соли. Они привезли сюда свой товар и остановились у меня в доме.
Эти парни плавают на лодках и могут скрываться в воде. Они - братья. Одного
зовут Тун Вэй - "Дракон, вышедший из пещеры", другого - Тун Мэн - "Черепаха,
поворачивающая реки вспять".
Братья также отвесили Сун Цзяну четыре поклона.
- Что же это, меня как будто опоили дурманом? - спросил Сун Цзян. - А как вы
узнали, кто я такой?
Ли Цзюнь отвечал:
- Один мой знакомый ездил по своим торговым делам в Цзичжоу и недавно
возвратился обратно. Он рассказал мне, что вы, почтенный брат, судились за
какое-то дело и приговорены к ссылке в лагерь в Цзянчжоу. Я давно мечтал о том,
чтобы съездить к вам на родину и засвидетельствовать свое глубокое уважение, но
мне все не везло - я так и не мог выполнить своего желания. И вот теперь, когда
я узнал, что вы направляетесь в Цзянчжоу, то решил, что вы непременно пройдете
по этой дороге, и уже дней семь выхожу к горе встречать вас, но так и не
дождался там. Однако сймо небо надоумило меня подняться сегодня на гору. Я уж и
не думал встретить вас, а только хотел выпить здесь со своими друзьями по чашке
вина. Тут я разговорился с Ли Ли, и разговор с ним меня сильно обеспокоил. Я
поспешил на кухню, но узнать вас не мог. Тут мне пришла в голову мысль заглянуть
в ваши бумаги, и только по ним мы установили, что это действительно вы.
Разрешите спросить вас, уважаемый брат, за что вас сослали в Цзянчжоу? Ведь мы
слышали, что вы служите писарем в Юньчэнском уездном управлении.
Тогда Сун Цзян рассказал им подробно всю свою историю, как он убил Янь По-си,
как через Ши Юна получил письмо из дому и вернулся в дом отца и как его там
судили и сослали в Цзянчжоу. Его слушатели сочувственно вздыхали. А когда Сун
Цзян закончил свой рассказ, Ли Ли произнес:
- Дорогой брат мой, почему бы вам не остаться здесь? Незачем идти в Цзянчжоу и
терпеть там разные беды.
На это Сун Цзян ответил:
- Я отказался остаться у моих друзей в Ляншаньбо, несмотря на все их уговоры,
потому что боялся навлечь беду на отца и мою родню. Как же могу я остаться
здесь?
- Наш почтенный брат - человек очень справедливый, - заметил Ли Цзюнь, - и,
конечно, не станет действовать необдуманно. Надо сейчас же привести в чувство
сопровождающих его стражников.
Тут Ли Ли сразу же позвал работников, стражников перенесли в комнату и дали им
противоядие. Вскоре оба стражника очнулись и, оглядевшись вокруг, сказали:
- Видно, мы сильно устали в дороге, не то разве можно было бы так быстро
опьянеть?
Присутствующие невольно рассмеялись. В этот вечер Ли Ли устроил пирушку в честь
своих госгей. И они веселились всю ночь. На следующий день он снова угощал их,
вернул Сун Цзяну его узел, а сопровождающим вещи, и на этом они расстались.
Сун Цзян, Ли Цзюнь, Тун Вэй и Тун Мэн вместе с двумя стражниками спустились с
горы и пошли прямо в дом Ли Цзюня, где и остановились отдохнуть. Ли Цзюнь
устроил гостю торжественное угощение и старался выказать всяческое внимание. Он
почтительно попросил Сун Цзяна побрататься с ним и считать его своим младшим
братом. Но на все просьбы Ли Цзюня пожигь у него хоть несколько дней Сун Цзян
отвечал, что он должен сейчас же идти. Тогда Ли Цзюнь принес немного серебра и
отдал его сопровождающим Сун Цзяна стражникам. Путники уложили свои вещи и Сун
Цзян надел кангу. Распрощавшись с Ли Цзюнем, Тун Взем и Тун Мэном, они
спустились с Цзеянлинских гор и отправились дальше, по направлению к Цзянчжоу.
Путники шли довольно долго, и было ужо за полдень, когда они приблизились к
какому-то селению, где было очень оживленно. Это оказался маленький городок. Hа
одной из улиц они увидели толчу, которая, образовав круг, на что-то глазела. Сун
Цзян протискался вперед и угидел торговца лекарствами, который давал
представление, чтобы привлечь покупателей. Сун Цзян со своей стражей остановился
посмотреть, как торговец действует пикой палицей. Закончив упражнения, мастер
фехтования отложил оружие и показал еще несколько приемов борьбы на кулаках. Сун
Цзян не удержался и громко вырази свое одобрение. Тут торговец взял блюдо и,
обращаясь к зрителям, сказал:
- Я пришет сюда издалека в надежде на то, что в вашем почтенном селении хоть
что-нибудь заработаю. Никакими особенными талантами я не обладаю, но из уважения
к милостивым зрителям, постарался показачь свое ничтожное искусство. Я слышал
похвальные возгласы, а теперь прошу что-нибудь купить у меня. Кому нужен хороший
пластырь, тот может приобрести его. Если же вам не нужны лекарства, прошу не
пожалеть несколько медяков, чтобы мой труд не пропал даром.
Торговец пошел с блюдом по кругу, но никто не бросил ему ни монетки. Тогда он
еще раз сказал:
- Почтенные, зрители, прошу вас, проявите вашу щедрость! - и снова обошел круг.
Но толпа только смотрела на торговца, и никто даже не пошевелился, чтобы
пожертвовать ему что-нибудь. Увидев, что мастер фехтования понапрасну прошелся
два раза с тарелкой, Сун Цзян расстроился и, обратившись к своей страже,
попросил достать пять лян серебра. Затем он обернулся к торговцу лекарствами и
сказал:
- Уважаемый мастер! Я всего лишь преступник, и потому у меня нет ничего такого,
что было бы достойно вас. Но вот, не побрезгуйте, возьмите пять лян серебра в
знак моего почтения к вам.
Получив серебро, продавец лекарств, держа его в руке, обратился к присутствующим
с такими словами:
- Как же это так! В таком известном городе, как Цзеянчжэнь, не нашлось ни одного
достойного человека, который поддержал бы славу своего города! Хорошо еще, что
здесь оказался этот милостивый господин, с виду чиновник; он хоть и случайный
прохожий, а все же пожертвовал пять лян серебра. Вот уж поистине:
Был посмешищем общим наш Чжэн Юань-хэ:
По веселым домам он беспечно сновал.
От мошны не зависят привычки людей,
Красота не зависит от пышных одежд.
- Эти пять лян серебра дороже иных пятидесяти. Я приношу вам, милостивый
господин, свою глубокую благодарность и уважение. Разрешите узнать ваше
почтенное имя, чтобы я мог прославить его по всей Поднебесной.
- Ну что вы, учитель! - запротестовал Сун Цзян. - Стоит ли так много говорить о
каком-то пустяке?
В этот момент сквозь толпу прорвался какой-то здоровяк, на ходу громко
выкрикивая:
- Эй ты, дубина! Кто ты такой? Что это за преступник, который осмеливается
марать честь нашего города Цзеянчжэня!
Размахивая кулаками, он наступал на Сун Цзяна с явным намерением завязать драку.
Сюньянцзян взбаламутили сотни свирепых драконов, -
И стан Ляншаньбо увидал тигров большое число.
Кто был этот детина и почему он вздумал драться с Сун Цзяном, вы, читатель,
узнаете из следующей главы.
notes
1
Здесь игра слов, так как слова "слива" и "сваха" произносятся по-китайски
одинаково: "мэй". (Прим. перев.)
Суй Хэ - Государственный деятель эпохи Хань (206 г. до н. э.-220 г. н. э.).
Лу Цзя - Жил в конце Циньской династии (246-207 гг. до н. э.). Славился
красноречием, написал несколько произведений.
Пань Ань - Писатель древнего Китая, отличавшийся необыкновенной красотой.
Дэн Тун - Сановник ханьской эпохи, наживший огромные богатства.
Речные заводи (том 2)
Ши Най-Ань
"Речные заводи" ("Шуйху чжуань") - авантюрно-героическая эпопея, основанная на
народных сказаниях и драмах, в которой воспевается крестьянское восстание под
руководством Сун Цзяна (XII в.). Наибольшее распространение роман получил в
обработке Цзинь Шэн-таня (XVII в.), с которой переведён на русский и другие
европейские языки. Герои его варианта эпопеи порывают с обществом и создают
своеобразную вольницу, царство равенства и братства. Ближе к подлиннику, видимо,
варианты, состоящие из 100 и 120 глав. Многие эпизоды и сцены, написанные живым
разговорным языком, стали излюбленной темой уличных рассказчиков. Композиция и
художественная манера весьма точно воспроизводят приёмы устного народного сказа.
Источник - БСЭ
Ши Най-Ань
Речные заводи (том 2)
в которой рассказывается о том, как My Хун Не знающий преград преследовал Сун
Цзяна и как лодочник разбушевался на реке Сюньянцзян
Вы уже знаете, что Сун Цзян не совсем удачно вознаградил на свою беду торговца
лекарствами пятью лянами серебра, потому что из толпы к ним тут же прорвался
огромный детина и, тараща глаза, закричал:
- Где этот прохвост научился фехтовать пикой и палицей? И как он смеет хвалиться
перед жителями нашего города! Да не обращайте на него внимания, - обратился он к
толпе, а потом заорал на Сун Цзяна: - А ты что за богач такой, чтобы раздавать
здесь награды и тем пятнать честь нашего города?
- Да что тебе за дело, кому я даю деньги? При чем тут ты? - возразил Сун Цзян.
- Ах ты, тварь преступная! - завопил тот и схватил Сун Цзяна за грудь. - Да как
смеешь ты так со мной разговаривать!
- А почему же это и не возразить тебе? - спросил Сун Цзян.
Тогда парень замахнулся кулаком, намереваясь ударить Сун Цзяна в лицо, но тот
во-время увернулся. Однако парень продолжал наступать. Сун Цзян приготовился
было дать ему отпор, но в это время мастер фехтования подбежал к нападающему
сзади и, схватив его одной рукой за голову, а другой - за поясницу, так двинул
под ребра, что тот кувырком полетел на землю. Когда же парень попытался
подняться на ноги, торговец лекарствами пинком ноги снова повалил его. И лишь
после того, как стражники удержали торговца, побежденный поднялся с земли,
посмотрел сначала на Сун Цзяна, а затем на мастера фехтования и сказал:
- Хорошо же! Как бы там ни было, а я вас еще проучу, можете не сомневаться, - и
пошел прочь.
Тогда Сун Цзян спросил, как зовут мастера фехтования и откуда он родом. Тот
отвечал:
- Я родом из Лояна, провинции Хэнань. Зовут меня Сюэ Юн. Дед мой служил
командиром в пограничном управлении под началом старого Чжуна. Дед был очень
груб со своими сослуживцами и поэтому никак не мог продвинуться по службе. А вот
мы - его дети и внуки - живем тем, что занимаемся фехтованием и продажей
лекарств. Среди вольного люда я известен под именем Сюэ Юн - Злой тигр. Не могу
ли я узнать ваше почтенное имя, - добавил Сюэ Юн. Когда же Сун Цзян назвал себя
и сказал, откуда он родом, Сюэ Юн спросил:
- Уж не тот ли вы господин Сун из провинции Шаньдун, который известен под
прозвищем "Благодатный дождь"?
Сун Цзян подтвердил, что это он и есть; тогда Сюэ Юн поспешно склонился перед
ним в глубоком поклоне. Сун Цзяи помог ему подняться и пригласил побеседовать за
чашкой вина.
- Очень рад! - согласился Сюэ Юн. - Я как раз хотел познакомиться с вами, но не
имел счастья встретить вас раньше.
Он быстро собрал свое оружие и лекарства и отправился с Сун Цзяном в ближайший
кабачок. Однако неожиданно для них содержатель кабачка заявил:
- И вино и мясо у меня есть, но, к сожалению, я ничего не могу вам подать.
- Это почему же? - удивился Сун Цзян.
- А потому, - отвечал хозяин, - что тот, кто сейчас с вами дрался, прислал
человека сказать, что если я подам вам хоть что-нибудь, то он вдребезги разнесет
мой кабачок. Я не смею нарушить его приказ. Да кто же посмеет ослушаться его,
когда он в Цзеянчжэне ведет себя как хозяин.
- Ну, раз такое дело, - сказал Сун Цзян, - так нам лучше уйти отсюда. Этот
парень, конечно, придет скандалить и сюда.
- Тогда я пойду в свою гостиницу, расплачусь там за комнату. Через день-два я
тоже буду в Цзянчжоу, там мы и встретимся, - сказал Сюэ Юн. - А вы, дорогой
брат, отправляйтесь вперед.
Сун Цзян достал еще лян двадцать серебра и дал их Сюэ Юну. Распростившись, они
разошлись в разные стороны. Выйдя из кабачка, Сун Цзян со своей стражей пошел
искать другое место, где можно было бы выпить и закусить. Но и во втором кабачке
произошло то же самое.
- Наш господин, - сказал хозяин, - запретил подавать вам еду и питье. Как же я
осмелюсь нарушить его приказ? Вы напрасно ходите и тратите свои силы. Никто вам
не поможет.
Что могли сказать на это Сун Цзян и его стражники? Они заходили еще в несколько
мест, но везде им говорили одно и то же. Наконец, они вышли на окраину города и
увидели несколько небольших постоялых дворов. Однако попытка остановиться там на
ночлег кончилась неудачей: им везде отвечали отказом. На вопрос Сун Цзяна, что
же это значит, ему только повторяли, что господин распорядился ни в коем случае
не впускать их на ночлег. Видя, что положение безнадежно, они снова пустились в
путь.
Красный диск солнца спускался за горы. Наступили сумерки. У Сун Цзяна и его
провожатых на душе стало тревожно. Но делать было нечего. Ясно, что Сюэ Юн
разозлил этого негодяя, и вот теперь им негде остановиться на ночлег - здесь не
пускают, а впереди нет никаких селений. Они так и не могли придумать, где
остановиться на ночь. И вдруг в этот момент они увидели перед собой небольшую
тропинку, которая уходила вглубь леса, а вдали между деревьями мерцал огонек.
Заметив его, Сун Цзян воскликнул:
- Раз светится огонек, значит есть и люди! Теперь нам нечего беспокоиться.
Остановимся там на ночлег, а завтра снова двинемся в путь.
- Огонек светится не на дороге, - присмотревшись сказали стражники.
- Неважно, - откликнулся Сун Цзян.- Пусть даже и не на дороге. Завтра придется
пройти лишних два-три ли, что за беда! - и они пошли по тропинке.
Не прошли они и двух ли, как из-за леса перед ними выросла большая усадьба.
Подойдя к воротам, они постучались. На стук вышел работник и спросил:
- Что вы за люди? Уж ночь на дворе, а вы стучитесь в ворота!
- Я ссыльный и иду со своей стражей, - вежливо начал Сун Цзян. - Но мы по ошибке
прошли стоянку, и теперь нам негде остановиться на ночлег. Мы просим приютить
нас на одну ночь в вашем уважаемом поместье, а завтра мы, как полагается,
расплатимся за постой.
- Ну, раз такое дело, подождите здесь немного, а я пойду доложу хозяину. Если он
разрешит, я вас впущу. Вскоре работник вернулся и сказал:
- Хозяин просит вас войти.
Сун Цзян со стражниками вошел в дом и познакомился с хозяином. Последний
приказал работнику провести путников в помещение у ворот и дать им поужинать.
Когда они туда вошли, работник зажег плошку и сказал им, чтобы они устраивались.
Потом он принес три чашки супу и овощных закусок. После ужина работник убрал
посуду и ушел в дом.
Оставшись одни, стражники сказали Сун Цзяну:
- Господин писарь, здесь посторонних нет, давайте снимем вашу кангу, тогда вам
будет удобнее спать. А завтра утром снова наденете ее, и двинемся в путь!
- И то правда, - отвечал Сун Цзян и снял с шеи кангу. Потом они втроем вышли на
двор справить нужду. Небо было усыпано звездами. Сун Цзян заметил, что от
помещения, стоящего в стороне от гумна, идет узкая тропинка. Войдя к себе, они
закрыли двери и легли спать. Укладываясь, Сун Цзян сказал стражникам:
- А все же повезло нам, что хозяин усадьбы оставил нас ночевать.
В эту минуту они услышали, что кто-то вышел из дома я ходит по двору. Сун Цзян
выглянул в щелку двери и увидел, что это ходит сам хозяин в сопровождении троих
работников. Светя факелами, они что-то осматривали кругом.
- Этот хозяин, как мой отец, - сказал Сун Цзян. - Все ему надо посмотреть
самому. Не пойдет спать до тех пор, пока все не проверит.
Тут Сун Цзян и стражники услышали, что к воротам подошли какие-то люди и
требуют, чтоб их впустили.
Работники поспешили открыть ворота, и в усадьбу вошло человек семь. Тот, что шел
впереди, держал в руках меч, а у остальных были - у кого рогатины, у кого колья.
При свете факела Сун Цзян узнал человека с мечом. Это был тот самый парень, с
которым у него произошла стычка в Цзеянчжэне! Затем Сун Цзян услышал, как хозяин
усадьбы спросил:
- Откуда это ты, сынок, явился и с кем собираешься драться? На дворе уже ночь, а
ты все ходишь с пиками и кольями.
- Ах, это ты отец! А старший брат дома?
- Он напился и спит в беседке за домом.
- Ну, я пойду разбужу его. Мы отправимся в погоню за одним человеком.
- С кем же это ты опять повздорил, а? - спросил хозяин. - Ты и не думай будить
брата, вряд ли он сейчас встанет. Расскажи-ка лучше мне, что там у тебя
случилось?
- Да ты и не знаешь, отец, что произошло! Сегодня в город пришел какой-то
фехтовальщик - продавец лекарств. И этот парень, черт бы его подрал, не
представившись нам, собрал на улице народ и устроил представление. Ну, я
запретил давать ему деньги. Тут, откуда ни возьмись, появился какой-то ссыльный
преступник. Желая показать себя хорошим человеком, он дал торговцу пять лян
серебра,запятнав таким образом честь нашего города! Только я собрался проучить
этого бездельника, как дьявол торгаш схватил меня за голову и одним ударом сбил
с ног. А потом еще наподдал мне под ребра. У меня и сейчас болит поясница.
Прежде всего я разослал своих людей по всем кабачкам и постоялым дворам
предупредить хозяев, чтобы они не давали им ни еды, ни ночлега. Затем я пошел в
игорный притон, собрал там удальцов, и мы отправились на постоялый двор, где
захватили торговца лекарствами и вздули его как следует. Сейчас мы его подвесили
в доме дутоу [[1 - начальник местной охраны]], а завтра потащим на берег реки,
свяжем и бросим в воду. Хоть на нем сорву свою
...Поділитися у соцмережах
