Жанр: Детская
Вселенский неудачник
...кневшими от частого употребления оптическими
линзами. Родственники всегда говорили, что я медленно соображаю.
Мужчина усмехнулся краем рта. У него была усмешка садиста, которая очень мне не
понравилась.
- Я поджарил сантехника и одолжил у него форму. И тебя поджарю, если будет нужно. А
теперь отвечай, куда ты его спрятал?
- Кого? - удивленно спросил я.
- Не прикидывайся ослом! Ты все отлично знаешь! Где он? Где? - крикнул
лже-сантехник и резко ткнул мне в живот дулом бластера.
От удара у меня потемнело в глазах, и я упал.
Псевдо-сантехник навис надо мной и, переложив бластер в левую руку, правой достал
шприц, наполненный какой-то голубоватой жидкостью.
- Сейчас обо всем расскажешь! - просопел он и собрался вонзить иглу мне в руку. Но
не успел я почувствовать укол, как раздался глухой звук удара, и, закатив глаза, лже-сантехник
сполз на пол.
Надо мной склонились трое мужчин. Одного из них я уже видел раньше: это был
портье, - двое остальных, одетых в комбинезоны службы гостиничной безопасности, были
мне незнакомы. В руках у этой троицы тоже были бластеры. Рукоять одного из них и
опустилась только что на затылок псевдо-сантехника.
- Вам повезло, что у нас установлено слежение за номером. Как вы? Не ранены? -
спросил портье, помогая мне подняться.
- Всё в порядке. Он только меня ударил. Ему было что-то от меня нужно, не пойму что
именно, - ответил я.
Пришедшие переглянулись, а потом портье сгреб меня огромной ручищей за ворот и
прорычал:
- Говоришь, не поймешь что? Хватит ваньку валять! Куда ты его спрятал? Отвечай
по-хорошему, или мы просканируем тебе мозг. Предупреждаю, что после этого ты станешь
полным идиотом.
- Ничего не понимаю... - простонал я. - Может, вы мне все-таки объясните, что
ищете?
Мужчины недоверчиво уставились на меня.
- Наверняка он подкуплен марсусианами. Придется прибегнуть к считыванию, а то
только время даром потеряем, - заявил тот, что стоял справа от двери.
Меня схватили за руки, заломили их за спину, а портье извлек откуда-то прозрачный
шлем со множеством электродов и приготовился нахлобучить его мне на голову. Рассчитывать
на снисхождение не приходилось. Обычно я стараюсь избегать резких действий, но в данном
случае было ясно: быть трусом опаснее, чем героем. Я неожиданно пнул портье ногой, выбив у
него шлем, но двое других держали меня крепко. Портье сразу наклонился и поднял шлем,
озабоченно разглядывая провода.
- Ишь ты какой шустрый - чуть не разбил. Держите-ка его покрепче, ребята! -
распорядился он, и меня тотчас скрутили так, что я мог двигать только зрачками.
Шлем неотвратимо стал приближаться к моей макушке, но в этот момент в комнате
сверкнули две яркие вспышки. Портье, выпучив глаза, стал заваливаться на спину, а один из
державших меня охранников со стоном схватился за бедро.
Словно в замедленном кино, я увидел, что лже-сантехник сидит на полу, и в правой руке у
него бластер. Второй из гостиничных охранников оттолкнул меня и, укрывшись за углом
фонтана, открыл огонь. Воздух раскалился, запахло опаленым пластиком.
Я не стал выяснять, чем закончится перестрелка и кто из них кого ухлопает. Мне это было
безразлично. Перескочив через тело портье, я бросился к дверям, сбежал по лестнице и,
задыхаясь, выскочил на площадь. В Моллюскии был уже вечер. Прохожие удивленно
оглядывались на меня - запыхавшегося, в расстегнутой рубашке со сбившимся галстуком.
Не успел я пробежать и тридцати шагов, как от главного входа в гостиницу донеслись
звуки сирены. Из "Алозии" выбежали четверо мужчин в сероватых комбинезонах службы
безопасности и остановились, высматривая кого-то в толпе. Сообразив, что бегущий человек
скорее привлечет их внимание, я заставил себя перейти на шаг и нырнул за первый же угол.
К сожалению, как и повсюду в Моллюскии, дом, рядом с которым я оказался, протянулся
на целый квартал, а с другой стороны улицы виднелась серая стена другого такого же
бесконечного строения. Между двумя этими зданиями я был точно в западне: ни подворотен,
ни арок, ни запутанных улочек - стоит сюда свернуть флаерсу и я буду как на ладони. Решив,
что безопаснее будет где-нибудь отсидеться, я нырнул в первое попавшееся кафе и выбрал
самый дальний от двери столик. Кафе было не самого высокого пошиба. В воздухе, не
разгоняемый, а лишь закручиваемый вентиляторами, висел удушливый дым безникатиновых
сигарет. У стойки бара, вызывающе покачивая бедрами, стояли жрицы общедоступной любви, а
по углам, буравя всех медвежьими глазками, сидели какие-то подозрительные личности, с
которыми я не захотел бы встретиться ночью на узкой улочке.
Скрипя несмазанными коленями, рядом возник робот-официант и до тех пор стоял у меня
над душой, бормоча меню, пока я не заказал себе ужин, не видя другого способа отвязаться. Не
чувствуя вкуса, я поглощал какое-то местное, обильно приперченное блюдо, а сам искоса
посматривал в затемненное окно кафе. Дважды или трижды мимо на небольшой высоте
пролетал черный флаерс, и всякий раз я отворачивался, хотя едва ли из кабины можно было
разглядеть то, что происходило в помещении.
Заметив лежащую на стойке бара газету, я взял ее, чтобы в случае необходимости
заслонить лицо. Когда флаерс в очередной раз показался у окон, я поднял газетный лист
повыше и едва не грохнулся со стула: на меня смотрела моя собственная физиономия.
Под фотографией была небольшая заметка, написанная кошмарным стилем, столь
свойственным провинциальным газетчикам.
"СЛУЧАЙНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ
3 июня в галактике Пси созвездия Дельфина в результате столкновения с метеоритом
серьезно пострадал автоматический беспилотный зонд Л-45-А, обслуживающий лунный пояс
нашей звездной системы и исчезнувший 27 мая при непроясненных обстоятельствах.
Свидетелем столкновения стал случайно пролетавший мимо на своей ракете землянин
Т.Л.Невезухин, первым получивший сигнал SOS с пострадавшего зонда. Остановив ракету,
Т.Л.Невезухин вышел в космос и, взяв черный ящик, доставил его на Кулибию. Если бы не этот
самоотверженный поступок, мы никогда не узнали бы о гибели зонда. Через полчаса после
того, как астронавт, открутив черный ящик, вернулся на свою ракету, пострадавший зонд
взорвался в результате топливного подтекания и нарушения герметичности двигателя.
Что касается исследователей, то они до сих пор бьются над загадкой, каким образом зонд,
предназначенный для проведения работ в лунном поясе, самостоятельно изменил курс и
оказался так далеко от своей планетной системы. Скорее всего, речь здесь идет о сбоях в
автоматике, ставших в последние десятилетия головной болью наших конструкторов.
На фото: Т.Л.Невезухин получает страховую премию в размере 500.000 косморублей."
Я взглянул на число и увидел, что газета была почти месячной давности, за 10 июня.
Страховые премии налогами не облагаются. Значит, уже тогда я ощутимо разбогател. Тем не
менее, многое оставалось непонятным. Например, 500 тысяч косморублей сумма, конечно,
немалая, но с моими слишком щедрыми тратами не настолько большая, чтобы меня
преследовали по пятам и врывались в мой номер, размахивая бластерами. Значит, было ещё
что-то, о чем в статье умалчивалось.
Посетители за соседними столиками сменялись быстро: видно, это заведение было чем-то
вроде забегаловки, куда заскакивали на пять-десять минут. Несколько раз я замечал на себе
недоуменные взгляды хозяина и тогда подзывал робота, заказывал ещё порцию местного варева
и глотал его, задаваясь вопросом, содержит ли оно ещё что-нибудь, кроме перца. Так прошло
часа три, а потом, сморенный теплом, я незаметно для себя задремал, что было неудивительно,
так как в последний раз я спал ещё в ракете. Не знаю, сколько времени я находился в отключке,
но, когда меня разбудил свирепый голос, в зале уже никого не было.
- Эй вы, подъем, заведение закрывается! Здесь не ночлежка! Платите - и выметайтесь!
Хозяин кафе, коренастый низколобый детина, образчик местной "доброжелательности и
радушия", стоял у входа, мрачно скрестив на груди волосатые лапы. Встав, я стал рыться в
карманах, вначале в одном, потому в другом. Не знаю почему, но, несмотря на хороший
костюм, моя платежеспособность не вызывала у хозяина доверия. Он что-то негромко приказал
роботам-официантам, и те выстроились у него за спиной.
Судя по виду этих андроидов, они очень даже были склонны к насилию и первый закон
робототехники им нисколько не препятствовал. "Интересно, как хозяин ухитрился снять
основной запрет? Может, убедил, что неоплативший клиент человеком не является?" -
подумал я.
Внезапно стало ясно, почему я ничего не могу нашарить - все мои деньги остались в
скафандре. Единственное, что у меня было, это идентификационная карта. Под тяжелым
взглядом хозяина я вставил ее в прорезь автомата и подождал, пока загорится надпись, что за
ужин заплачено. Как только я вышел, хозяин с грохотом захлопнул металлические двери и
опустил жалюзи. Я даже не успел поблагодарить его за ненавязчивый сервис.
Втянув голову в плечи, я быстро пошел вдоль стены дома. С каждой минутой я все
сильнее жалел, что уступил любопытству и сунул нос на Кулибию. Теперь мне хотелось лишь
одного: поймать флаерс, поскорее попасть в космопорт и сразу стартовать, пока преследователи
не обнаружили мою ракету!
Неожиданно рядом со мной остановился старомодный лимузин, казавшийся бесконечно
длинным как и все на этой планете. Его задняя дверь призывно открылась. Я некоторое время
подождал, а потом заглянул в салон и увидел поманившую меня узкую женскую руку с
красивыми длинными пальцами. Едва я сел в лимузин, как он тронулся, быстро набирая
скорость. Впереди, за перегородкой, обрисовывался силуэт шофера-андроида. Лицо же
женщины, сидевшей рядом со мной, было в тени. Но вот она наклонилась, и я узнал ту, с кем
вместе был на фотографии. На ее ресницах дрожали слезы.
- Тит! - прошептала женщина и упала ко мне на грудь.
Я начал было что-то бормотать, но тут, сам не знаю как, наши губы слились в поцелуе,
таком же длинном, как здешние дома или лимузин, но я уже успел привыкнуть к масштабам
этого мира и не жаловался. Правда, несколько минут спустя андроиду вздумалось куда-то резко
свернуть, и машина качнулась, точно большой корабль, на миг разъединив нас.
- Почему ты тогда уехал? - прошептала Евпраксия, прижимаясь ко мне так тесно, что
даже сквозь костюм я ощущал жар ее тела.
- Были обстоятельства, - туманно объяснил я, соображая, что попал в непростое
положение. Объяснять теперь, после поцелуя, что потерял память, было рискованно, меня
могли неправильно понять.
- Я нашла тебя буквально чудом. Заехала в гостиницу, хотела зайти в номер, но дверь
была открыта, там толпились какие-то люди, и я сделала вид, что мне дальше по коридору. Что
там произошло, милый?
- Сам толком не пойму, - сказал я, пытаясь шутить. - Сантехник хотел сделать мне
укол, но его оглушил портье и попытался нахлобучить на меня сканирующий шлем. Но
сантехник очнулся, застрелил портье, все стали палить, и я сбежал.
Евпраксия жалостливо ахнула:
- Бедняжка, сколько ты перенес! И что всем этим людям было нужно от моего котика?
- Представления не имею! Но я им ничего не сказал.
- Обними же меня, герой! Опасности сводят с ума, ты такой таинственный, -
промурлыкала Евпраксия и вновь прильнула ко мне.
Внезапно что-то кольнуло меня в шею. Я сунул руку под галстук и извлек из-под него
нечто, что могло бы быть булавкой, если бы не короткая отходящая от нее антенна.
- Ты видела? Это радиомаяк! Кто-то за мной следит! - едва не завопил я.
- У тебя мания преследования, милый. Дай сюда! - нетерпеливо прошептала Евпраксия.
Не глядя, она взяла булавку у меня из рук и выбросила ее в окно машины. О дальнейшем
я, как человек высокой морали, предпочту умолчать.
Немного погодя, Евпраксия, сытая и довольная, как кошка, откинулась на сидении и
осведомилась, не голоден ли я.
- Нет уж, хватит с меня местной кухни. Здесь к каждому блюду должен прилагаться
пожарник, - шутка была оценена, в темноте сверкнули ее белые зубы.
- Да, в наших блюдах многовато перца, это потому, что вода неважная, - согласилась
Евпраксия. - Надеюсь, в кафе ты расплачивался наличными?
- Нет, картой, - признался я уныло.
- Ты пользовался идентификатором! Какая неосторожность! Я же присылала человека,
чтобы он тебя предупредил...
Вспомнив попрошайку с птицей, я нахмурился.
- Так этот маг-прорицатель был от тебя?
Евпраксия посмотрела в окно, и я увидел ее точеный профиль, обрисовавшийся на фоне
стекла.
- Это был мой дворецкий Эдуард. А птица - его ручной гриф. Удивительно, что ты не
узнал Эдуарда, ведь это он снял тебе номер. Мне стало известно, что за тобой следят. У моего
дома и у гостиницы все время вертелись какие-то странные люди. Поэтому когда ты вдруг
исчез, я поняла, что дело нечисто, - сказала она.
Неожиданно лимузин остановился. Открыв дверцу, Евпраксия вышла из него и поманила
меня за собой. Оказывается, мы уже выехали из города, а я и не заметил, когда это произошло.
Съехав с дороги, машина стояла невдалеке от обрыва. Шоссе отсюда не было видно, а огни
далекого мегаполиса расплывались в тумане, который поднимался от океана.
- Где мы? - спросил я.
- На скалах. Слышишь, как шумит океан? В детстве отец часто возил меня сюда. Он был
графом и любил это прекрасное место. Милый, почему ты такой кислый? Разве ты не
романтик?
- По-моему, вилла это тоже вполне романтично, - пояснил я. - Там можно отдохнуть.
- На вилле опасно. Всюду шпики, прислуга, а я хочу быть с тобой вдвоем: только ты и я.
Здесь нам не помешают. Нас никто не услышит, никто не увидит.
- А твой шофер? - спросил я, косясь на силуэт на водительском сидении.
- Ты что, милый, он же робот. Разве он нам мешает? - Евпраксия засмеялась грудным
смехом, а потом вдруг прильнула ко мне, обняла, и мы упали на песок.
Потом мы сидели на краю обрыва и смотрели, как из-за горизонта, пятнами высвечивая
туман, выкатываются две большие луны - белая и желтоватая.
- Милый, ты меня любишь? - промурлыкала Евпраксия.
- Угу, - честно промычал я.
- И никогда не будешь мне изменять?
- Никогда.
- И у тебя не будет от меня тайн?
- М-м... Возможно, не будет... - согласился я, не понимая, куда она клонит.
- Тогда скажи, куда ты его спрятал?
- Кого?
В голосе Евпраксии прозвучала нотка раздражения.
- Милый, не притворяйся глупеньким. Он ведь ещё у тебя? Отдай его им, и нас оставят в
покое.
- Я бы отдал, но не понимаю, о чем ты говоришь.
- Котик, ну не упрямься! - она сменила тактику. - Неужели тебе нравится меня
огорчать? Я говорю о той гадкой штуке, которую ты взял с зонда вместе с черным ящиком.
- А разве там было ещё что-то? - наивно удивился я.
Внезапно лицо Евпраксии перекосилось, стало злым и хищным, словно с него вдруг упала
маска.
- Сам напросился! Отдал бы по-хорошему: остался бы жив! - прошипела она.
Прежде, чем я успел удивиться такой резкой перемене в ее лице и голосе, в руке у
Евдокии появился маленький шприц, и острая боль пронзила мне бедро. Я хотел схватить
изменницу за руку, но вдруг ощутил к ней и выскочившему из машины дворецкому (за рулем,
оказывается, был не андроид!) огромную симпатию и жгучее желание излить им свою душу,
поделиться самыми сокровенными тайнами. От чувства любви и доверия к этим людям я едва
не разрыдался.
Обняв за плечи Евпраксию и дворецкого, я стал говорить им о том, что люблю их, но они
слушали меня невнимательно. Дворецкий достал из багажника веревку и зачем-то стал
связывать мне ноги. Я только глупо хихикал, до того это показалось мне забавным.
Привязав свободный конец веревки к бамперу машины, неудачливый маг резко толкнул
меня в грудь. Я сорвался с обрыва и повис на натянувшемся канате над каменистым берегом.
Раскачиваясь над скалами, я слушал, как шумит океан и счастливо смеялся, радуясь, что мои
друзья выдумали такую интересную шутку.
Дворецкий же и Евпраксия, склонившись сверху, кричали что-то, многократно задавая
один и тот же вопрос. Заплетающимся от счастья языком я открывал им все свои тайны.
Рассказал о пивных банках, которые воровал у брата, о том, что подсматривал в школьной
раздевалке за девочками и даже о том, что в институте тайком поставил себе в зачетку
пересдачу за второй курс, подделав подпись преподавателя. Я рассказывал и чувствовал себя,
словно грешник на исповеди, одновременно и стыдясь и радуясь, что делюсь самым
сокровенным. Мне казалось, что открывая свои тайны, я очищаюсь, становлюсь достойным
этих чудесных, святых людей.
Внезапно Евпраксия прервала мою исповедь, велев заткнуться. От огорчения, что мне не
дали рассказать, как я украл из супермаркета кулек с сушками, я едва не заплакал, но тут
услышал, как, повернувшись к дворецкому, Евпраксия сказала:
- Он ничего не знает. Иначе после двойной дозы сыворотки уже раскололся. Нужно
сообщить начальству, что с самого начала мы отрабатывали тупиковую версию.
- Эльза, а с этим что делать? Кончать? - спросил дворецкий.
Та, кого я знал, как Евпраксию, утвердительно кивнула.
- Он слишком много знает. К тому же в тактическом отношении его смерть сыграет нам
на руку. Кулибийцы будут думать, что мы получили это, и, получив, избавились от него.
Дворецкий вытащил бластер и, закрыв один глаз, прицелился в веревку.
- Одну минутку! - крикнул я. - Раз я все равно сейчас погибну, то, может, вы скажете,
что вам всем было от меня нужно? Умираю от любопытства!
Евпраксия досадливо поморщилась.
- Боже, этот идиот и правда ни о чем не подозревал. Погоди, Эдуард, не стреляй! Будет
справедливо, если он узнает. Нам нужен кодовый ключ от лунной системы обороны Кулибии.
- Кодовый ключ? - недоуменно повторил я.
- Видишь те две луны? Не правда ли, похожи на настоящие? А теперь послушай:
двадцать лет назад их и в помине не было. Это совершеннейшие ракетные системы, которые
изготовили эти мерзавцы на Кулибии - оружие защиты и нападения, которому нет равных в
нашей галактике. С их помощью эти скоты надеятся прижать Марсус, но мы не позволим.
- А вы кто?
- Ты и этого не понял, дурачок? Агенты службы внутренней разведки с Марсуса. Нам
стало известно, что кулибийцы собираются включить свои псевдолуны и добиться перевеса сил
в этом секторе. Для этого они послали с планеты автоматический зонд с секретным ключом, на
котором были записаны все коды запуска. Зонд должен был под видом обычного ремонтника
проникнуть в лунные ангары и запустить программу. Но мы вовремя узнали их планы,
вмешались в систему наведения зонда, а потом, когда он исчез с их радаров, сбили его ракетой.
- Но в газете было написано, что зонд столкнулся с метеоритом... - сказал я.
- Это сказки для ослов, вроде тебя! Слух распустили кулибийцы, чтобы скрыть правду.
Им досадно, что они опростоволосились. Но мы, марсусиане, тоже не все предусмотрели. Не
успел наш звездолет перехватить сбитый зонд, как появился ты на своей дурацкой ракете.
Непредвиденная случайность, но какая досадная! Когда наши люди прибыли, не было уже ни
черного ящика, ни ключа. Всё, что им оставалось, это торпедировать зонд, инсценировав взрыв
от подтекания топлива.
- А я тем временем доставил черный ящик на планету?
- Вот именно! Только не делай вид, что ты этого не помнишь. Представляешь удивление
и досаду кулибийцев, когда они получили черный ящик от своего зонда, но не получили
главного - ключа! Разумеется, они сразу стали подозревать в тебе двойного агента,
подосланного нами и ведущего какую-то сложную игру. Им ничего не оставалось, как до поры
до времени играть по твоим правилам и даже выплатить тебе страховую премию, хотя внутри у
них, разумеется, все кипело. Одновременно они окружили тебя своими людьми.
- Значит, та блондинка была кулибийским агентом?
Евпраксия расхохоталась.
- Бедный барашек! Неужели ты всерьез думаешь, что неотразим? Да таких как ты
тринадцать на дюжину!.. Разумеется, блондинка была агентом и вела за тобой непрерывное
наблюдение. Моя игра была сложнее, ведь ты был на крючке у кулибийцев. Дом, где ты жил
вначале, был буквально нашпигован прослушкой. Пришлось идти ва-банк: познакомившись с
тобой, я отбила тебя у блондинки и сняла номер в дорогой гостинице. В "Алозии" у нас
прочная агентура, и здесь наши шансы с кулибийцами хотя бы примерно уравнялись, что же
неплохо: ведь играть пришлось на их территории. Ты уже был близок к тому, чтобы все мне
открыть, но тут один из наших агентов решил ускорить события и подстрелил тебя в плечо. Он
считал, что, раненый, ты побежишь ко мне на виллу и окажешься у нас в руках, но ты рванул в
космопорт и смотался с планеты. Наша наружка не успела тебя перехватить. Мы думали, что ты
исчез насовсем: не отправлять же за тобой в погоню флот, но тут ты неожиданно вернулся.
Наша агентура и кулибийцы узнали об этом почти одновременно и совсем с ума сошли. Никто
не понимал, какую ты ведешь игру и главное - на чьей стороне. Начальство - и наше, и их -
запаниковало и стало пороть горячку.
- Сантехник и портье?
- Вот именно. Сантехник был нашим агентом, а портье - кулибийским. Эти болваны
устроили перестрелку, и ты вновь ускользнул. Хорошо ещё, что у тебя в галстуке был
радиомаяк, по которому я и нашла тебя. Ещё один маяк, кстати, в подошвах твоих ботинок...
Завтра утром кулибийцы найдут на камнях твой труп, опознают его и решат, что ключ у нас.
Это вынудит их отказаться от дальнейшего использования лун, а, возможно, пойти и на
некоторые политические уступки.
- А что им помешает изготовить ещё один ключ? - поинтересовался я.
На этот раз ответил дворецкий.
- Любезный, позвольте и мне вставить пару слов!.. В конце концов я эксперт именно по
этой части. Заверяю вас, что изготовить второй ключ невозможно. Для большей секретности
кулибийцы устроили систему так, что ключ может существовать только один. Его коды
меняются несколько раз в секунду, и подобрать такую комбинацию вторично невозможно.
Теперь ни нам, ни кулибийцам нельзя даже высадиться на лунах: они устроены так, что любой
десант будет сразу уничтожен. В итоге вся кулибийская работа пошла насмарку, наша, увы,
тоже. Придется ещё некоторое время пожить в мире.
- А где настоящий ключ? - спросил я.
- Раз промывка твоих мозгов ничего не дала - значит, он был уничтожен вместе с
зондом. Скорее всего, наши люди поспешили взорвать его, как следует не обыскав, - сказал
дворецкий.
Евпраксия, она же агент Эльза, подошла к краю обрыва и, с некоторым сожалением
потрогав канат, на котором я висел, сказала:
- Ну что, дружок, мы выполнили твое последнее желание. Пришла пора сказать тебе
"прощай"!
- Кончать? - спросил дворецкий.
Кивнув, моя "возлюбленная" отошла к лимузину. Я услышал, как хлопнула дверца.
Дворецкий поднял бластер и прицелился в веревку.
- Помнишь, сегодня утром я говорил, что твоя судьба висит на волоске? Как видишь, я
не обманывал, - сказал он и нажал на курок.
Веревка оплавилась. Я с воплем полетел вниз, уже считая себя покойником и моля Бога,
чтобы он существовал. Но тут судьбе впервые за все годы мытарств и неудач угодно было
повернуться ко мне приветливым ликом, а не тем, что ему противоположно. Уже у самого дна
обрыва, метрах, может, в двух до него, я зацепился связанными ногами за сук росшего из скалы
дерева. Сук, разумеется, треснул и обломился, но благодаря этой случайности я упал на песок,
не сломав себе шеи.
Я развязал ноги и поплелся к космодрому. Действие укола уже прошло, и настроение у
меня было поганым. Во всяком случае, о человечестве я был уже не столь высокого мнения и не
считал больше Евпраксию с дворецким близкими себе людьми.
До космодрома я доковылял под утро. Не рискнув проходить через таможню, перемахнул
через забор стартового поля, воспользовавшись туманом, незамеченным пробрался к своей
ракете и был таков.
Провалов памяти в дальнейшем у меня не наблюдалось, и в третий раз на Кулибию, равно
как и на Марсус, я больше не летал. Более того, всегда старался держаться подальше от
созвездия Дельфина.
На этом рассказ можно было и закончить, но он был бы неполным без ещё одной
любопытной подробности. Примерно полгода спустя, собираясь отдать в стирку скафандр, я
обшаривал его карманы и вдруг нащупал за подкладкой какой-то завалившийся предмет. Я
достал его. Это был длинный, незнакомый ключ с круглой головкой, похожей на сплошной
темный шарик, в которой, вероятнее всего, скрывался процессор.
И когда я ухитрился спереть его с зонда да ещё так, что это даже не отпечаталось у меня в
мозгу? Должно быть, всё дело тут в клептомании, унаследованной от деда-алкоголика,
клептомании, выраженной в том, что моя рука сама хватает предметы и сует их в карман,
прежде чем я успеваю сказать ей "нельзя".
Ключ я оставил у себя на память, в качестве моральной компенсации. С тех пор прошло
уже довольно много времени и гнев мой улегся, но возвращать его кулибийцам или
марсусианам я не собираюсь.
ВОСПОМИНАНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ
Однажды, когда, валяясь на кровати, я ел вишни и плевал вишневыми косточками в Мозг,
лазерограф заработал, и на его экране вспыхнуло сообщение. Мой приятель Ло-до, разумный
гуманоид с планеты Па-ра-ту (созвездие Близнецов, пылевая галактика Альфа, второй поворот
налево после черной дыры), приглашал меня погостить у него недельку-другую.
В то время я не имел никаких срочных дел и решил принять приглашение, тем более, что
Ло-до, добродушный бородатый здоровяк, с которым мы познакомились на разгрузке
консервов в созвездии Кита, уже давно и настойчиво звал меня и отказывать ему дольше было
просто неудобно.
Окликнув Мозг, я велел ему найти в справочнике Па-ра-ту и просчитать курс. Мозг начал
было ворчать, что мне безразлично чем заниматься, лишь бы только пошляться, но я швырнул в
него книгой, и он замолк.
Вскоре, по тому как качнулась вода в стакане и в моих ушах стал нарастать гул, я понял,
что "Блин" совершил разворот и набирает скорость. Закрыв глаза, я предался мечтам, как мы с
Ло-до будем валяться в гамаках, подвешенных между пальмами, греться на солнце и пить из
половинок кокосовых орехов ароматное местное вино - короче говоря, заниматьс
...Закладка в соц.сетях
