Жанр: Детская
Вселенский неудачник
...акая-то. С чего вы так решили?
- Сами подумайте. Это были вы, которого я отправил, а точнее отправлю, в прошлое на
моей хрономашине. Странно, что вы не догадались, ведь сами сказали, что оракул все время
боялся исчезнуть да и ваше прошлое знал во всех подробностях. Наверное, все дело в том, что
динамик искажал голос, да и психологически вы не были готовы к встрече с самим собой - вот
и не узнали.
Я задумался. В первую секунду высказанная красноносым гением версия показалась мне
бредовой, но, вспомнив кое-какие проговорки оракула, я вдруг ощутил, что Махарадзе вполне
мог быть прав: и оракул - это я. Правда, все равно оставались кое-какие непроясненные
вопросы, например, почему оракул так меня раздражал?
- Что же он ничего мне не сказал? - спросил я.
Маленький человечек удрученно заглянул в стакан, где коньяк теперь плескался на самом
дне. Кажется, он подумывал, не налить ли себе ещё, но сомневался.
- Вы лучше у себя спросите, почему он так поступил. Возможно, ему был лучше
известен ваш характер, - заявил он.
- Допустим, у него был резон, - согласился я. - Он очень торопился, а мое изумление
отняло бы слишком много времени. А куда он, то есть я, исчез потом?
Изобретататель с достоинством ткнул себя пальцем в грудь.
- Темпоральная формула Сапчука-Махарадзе. Как вы считаете, не нахально было назвать
ее в свою честь? В этой формуле икс - плотность волн времени, игрек - масса объекта, а зет
- дальность времененного десантирования. Проще сказать, рано или поздно хроноткань
обнаруживает подвох и выталкивает объект обратно.
- А почему так происходит?
- Я уже, кажется, упоминал, что при хронообмене происходит нарушение
пространственной ткани и чем больше масса объекта, тем серьезнее это нарушение. Мы с вами,
как и вообще все в этом пространственном разрезе Вселенной, существуем в едином
монолитном хроновремени, очень плотном и целостном. Точнее даже, не существуем, а
являемся его частью, словно увязли в некоей резинообразной клеистой массе. Отправляя
физический объект в иную хроноволну, мы заставляем наше хроновремя растягиваться, но
очень скоро оно спохватывается и втягивает нас обратно. Я не слишком наукообразно
объясняю?
- Отнюдь.
- Вот видите, а вы поначалу утверждали, что я вчера сыпал терминами. Это меня и
настрожило, тем более что пьяный я склонен скорее к упрощенчеству. Могу например,
постороить перпетум мобиле из обожженных спичек, - хмыкнул Махарадзе.
Я уставился на хромированный бок коньячного аппарата, чувствуя, что меня вновь
начинают терзать сомнения.
- Постойте, кажется, ваша версия, что я говорил с собой, неверна. Допустим, тем
оракулом действительно был я. О выигрыше, приятеле и скользкой ступеньке, я, согласен, мог
помнить, но откуда мне могло быть известно, что меня убьют, ведь по идее, чтобы точно знать
это, к тому времени я должен был быть уже мертв, а если я был мертв, то как же я тогда
говорил с собой?
Красноносый гений вновь нацедил себе коньяк. Я подумал, что вскоре, если он будет
продолжать такими темпами, он наберется как промокашка.
- Назовем это парадоксом будущего или предзнанием. На самом деле все просто. Я
полагаю, что несколько минут спустя - вот только допью, что у меня в рюмке! - мы с вами
настроим хронокапсулу на несколько часов в будущее и обнаружим ваш труп. Вопрос только в
том, какие пространственные координаты нужно поставить, чтобы его обнаружить?
- Может быть, координаты вашей лаборатории? - язвительно предположил я.
Мне не понравилось, с каким равнодушием он отозвался о моем трупе.
Сапчук-Махарадзе поморщился:
- Фи, юноша! Ненавижу мертвецов! Так что версия, что вы будете убиты здесь, отпадает.
Впрочем, это легко проверить. Идите за мной.
Мы зашли за перегородку и остановились у небольшой двери с кодовым замком.
Дотронувшись до датчика вначале подушечкой указательного пальца, а затем мизинцем,
Махарадзе потянул ручку на себя, и мы оказались в узком, непропорционально длинном
помещении.
- Не обращайте внимания на беспорядок. Здесь пристанище моей бренной плоти, -
сказал Махарадзе, кивая в дальний угол, где за шторой располагались диван и кухонный стол.
Я заверил его, что меня это не смущает, но изобретатель уже не слушал.
- А вот и оно, мое детище! Плод долгих бессонных ночей! - продолжал он голосом, в
котором сквозила гордость.
На подставке посреди комнаты находилась капсула из прозрачного металла, похожая на
большое куриное яйцо. Снаружи к капсуле тянулись провода, а то, что я вначале принял за
подставку, на самом деле представляло собой агрегат вогнутой формы, в одной из частей
которого я узнал силовую установку ракетного двигателя. Изобретатель нежно погладил
ладонью поверхность капсулы.
- Меня считают неудачником. Я вынужден жить на то, что делаю мигающие вывески для
магазинов, ремонтирую роботов и занимаюсь другой подобной ерундой. Они (тут Махарадзе
укоризненно ткнул пальцем куда-то в полоток) не верят, что в моем пропитанном алкоголем
мозгу может родиться что-то стоящее! А между тем вот он - синхронизированный
рассеиватель хроноволн! Сейчас я вам покажу, как он действует, а то, знаете ли, остальные мои
собутыльники больше интересуются коньячным аппаратом.
Маленький человечек решительно потянул на себя рубильник. Лампы в лаборатории
мигнули. Одновременно капсула осветилась изнутри, как кабинка телефонного автомата.
- Перегрузка сети, обычное явление при аккумулировании большого количества
энергии. Очень удачно, что неподалеку проходит силовой кабель, а то я никогда не расплатился
бы за электричество... Теперь подождите меня, я скоро вернусь, только посмотрю, что там в
будущем.
Махарадзе деловито настроил что-то на пульте, забрался в капсулу, задвинул за собой ее
верхнюю часть и мгновенно исчез. Я, тупо смотря на агрегат, опустился на табуретку и стал
ждать. Спустя минуту изобретатель появился снова, не отвечая на мои вопросы, вылез, что-то
перенастроил и опять исчез. На этот раз он отстутствовал дольше, минут пять. Я начал уже
беспокоиться, не застрял ли коньячный гений где-нибудь во временных спиралях, когда
красноносый человечек буквально вывалился из капсулы. Лицо у него было зеленым, губы
дрожали. Он метнулся к раковине, склонился над ней, и его стошнило.
- Что вы видели? - спросил я, подозревая, что ответ мне уже известен.
Махарадзе вытер губы. Мало-помалу его кожа приобретала нормальный оттенок.
- Сейчас расскажу. Вначале я был в своей лаборатории и наткнулся на самого себя,
храпящего вон на том диване. Кажется, я был в стельку пьян, что меня теперь не удивляет.
После того, что произошло потом, и святой бы назюзюкался.
- А меня в лаборатории вы не видели? - нетеперпеливо спросил я.
Мой собеседник отрицательно покачал головой.
- Вас здесь не было. Тогда я поставил другие координаты и перенесся в салон к
дельфийскому оракулу, сегодня в одиннадцать вечера. И вот там-то я вас нашёл... Простите,
меня снова начинает тошнить... Это отвратительное зрелище, а запах ещё отвратительнее. У
вас была прострелена грудь, а отверстие в ней такое, что в него можно просунуть руку.
Внезапно я вздрогнул, - дело в том, что я увидел рукоять пистолета, торчащую у
Махарадзе из-за ремня брюк.
- Что это у вас? - спросил я.
- А, это? Я совсем про него забыл, - красноносый гений достал бластер устаревшей
модели с укороченным широким дулом и показал мне.
- Я нашел его возле вашего тела и зачем-то подобрал. Мне пришло в голову, что он
очень похож на тот, что валяется у меня в столе. Видите инициалы "К.Мах." на рукояти? Их
когда-то выгравировал мой дед. Как и все грузины, он обожал оружие: кинжалы, шашки,
пистолеты...
Тускло отсвечивающее дуло бластера притягивало мой взгляд, гипнотизируя как гадюка.
- Погодите, вы сказали, он лежал возле моего тела. Это так? - спросил я севшим
голосом.
- Так, - признал изобретатель.
Я подался вперед, прикидывая, не схватить ли Махарадзе за руку, но не решился: его
палец был слишком близко к курку.
- Вот видите! - веско сказал я. - Если вы говорите, что это ваш бластер, то значит,
можно предположить...
- Что и убью вас я? Это хотите сказать? - закончил за меня Махарадзе.
- Именно, - подтвердил я, глядя ему прямо в глаза.
Он засмеялся.
- Вывод неверный. Как я смогу вас застрелить, если через четыре часа буду преспокойно
храпеть у себя в лаборатории? Что же касается бластера, то я вполне мог дать его вам для
самообороны, но убийца опередил вас и выстрелил первым. Кстати, он лежал совсем рядом с
вашей ладонью, так что такое вполне вероятно.
- Вы так думаете? Тогда давайте его сюда! Пускай он лучше побудет у меня, так будет
спокойнее, - хмуро сказал я, протягивая руку за бластером и размышляя о том, что если
Махарадзе и вынашивает планы меня пристрелить, то пускай лучше он сделает это сейчас.
На несколько секунд изобретатель задумался, а потом пожал плечами и сунул лучевой
пистолет мне.
- Пожалуйста. Могу дать его вам, ни о чем не беспокоясь. Я-то уже знаю, что сегодня
вечером буду жив и здоров, а, следовательно, с вашей стороны опасность мне не угрожает, -
сказал он.
Взяв бластер, я с облегчением перевёл дыхание. Некоторое время я держал оружие в руке,
а потом поставил на предохранитель и сунул в карман.
Тем временем красноносый гений подошел к капсуле, переместил на подставке какие-то
рычажки, перемкнул несколько "пап" в другие гнезда и, откинув верхнюю половину яйца,
велел:
- Полезайте в капсулу, Тит. Пора вам отправиться во вчера и сыграть роль дельфийского
оракула, развеяв свои иллюзии, что вы будете жить долго и счасливо. На сколько ставить
машину? На десять? На пол-одиннадцатого? Чем точнее вы вспомните время, тем лучше.
Я занес уже ногу, чтобы шагнуть в капсулу, но, снова начиная подозревать что-то,
остановился и спросил:
- А что будет, если я откажусь туда лезть?
- Вы не откажетесь... - даже не повернувшись ко мне, изобретатель продолжал
настраивать свою машину.
Я почувствовал, что начинаю злиться. Терпеть не могу, когда кто-то решает за меня, что
делать и чего не делать.
- Почему вы так в этом уверены? Еще как откажусь!
- Элементарная логика. Подумайте сами: вы же разговаривали с самим собой в прошлом,
следовательно, вам предстоит там оказаться. К тому же, отказавшись, вы создали бы
темпоральный парадокс, а это невозможно.
- Ну а если я все же скажу "нет"? Не станете же вы заставлять меня силой? - упрямо
настаивал я.
- Разумеется, не стану. В конце концов это нужно вам, а не мне. Но подумайте вот о чем:
если вы не отправитесь в прошлое, то некому будет предостеречь вас. Представьте, что вы не
встретились бы вчера с оракулом. Отменило бы это приезд вашего друга или кибермех в такси?
Я лично очень в этом сомневаюсь.
Поняв, что он прав, и, закрыв глаза на будущее, его не изменить, я забрался внутрь
прозрачного яйца и опустил за собой колпак. Махарадзе ободряюще показал мне большой
палец и потянул рубильник. Что-то вспыхнуло, капсула вдруг исчезла, и в следующий миг я
оказался внутри магического салона.
Первым делом я машинально уставился на пол, словно ожидал, что там будет моё тело, но
там ничего не было, и я вспомнил, что нахожусь во вчерашнем дне. На лестнице послышались
шаги. Испугавшись, что встречусь с собой лицом к лицу и этим создам темпоральный парадокс,
я быстро выскочил на площадку, отодвинул декоративную глыбу, нырнул за нее, но внезапно
услышал за своей спиной хриплое дыхание и круто обернулся.
Я увидел раскладную кровать, на которой храпела азиатского вида женщина. Сообразив,
что это и есть настоящая предсказательница, я боком протиснулся мимо нее и, проскользнув по
коридору, очутился за затемненной перегородкой. С другой стороны по ней уже барабанил мой
двойник. Пока я соображал, что сказать, он повернулся и направился к двери.
Испугавшись, что двойник уйдет, я выпалил первое, что пришло в голову, при этом
стараясь, чтобы он не узнал моего голоса.
- Ни шагу больше, если хочешь узнать свою судьбу! Тебя зовут Тит Невезухин. Ты
остановился в гостинице "Цветок лотоса". На Гандрене ты случайно - твоя ракета в починке и
пробудет в ней месяц или около того.
Что было дальше, уже известно. Довольно долго мы с двойником препирались, я
настаивал, он не слушал, фыркал, устраивал дурацкие проверки, спрашивал о несуществующем
дяде Эрнесте, подозревал, что у меня телепатический сканер, врал про забытый бумажник, и
под конец так меня разозлил, что мне и впрямь захотелось, чтобы его пристрелили.
Когда же наконец удалось немного рассеять его недоверие, изобретатель стал торопить,
крича в наушники, что не может больше удерживать меня в прошлом, так как на это
расходуется слишком много энергии. Я принялся переругиваться с ним, это услышал
вчерашний Тит и снова заподозрил подвох.
Внезапно, оборванный посреди какой-то фразы, я вновь очутился в хронокапсуле.
Единственное, что напоследок удалось - это мельком предупредить себя вчерашнего о
грозящих мне опасностях, и то я толком не успел ни о чем сказать и даже, кажется, спутал баню
с душем.
- Вы спятили? Так долго сидели в прошлом, что мне пришлось обесточить весь район.
Хотите, чтобы энергетическая компания меня выследила? - бушевал изобретатель, пытаясь за
рукав вытащить меня из капсулы.
- Плевать я хотел на энергетическую компанию. Не надо меня хватать! И не подумаю
отсюда вылезать! - отрезал я.
Махарадзе запнулся и, перестав ругаться, посмотрел на меня уже совсем другими глазами.
- Что вы надумали, Тит? - спросил он с испугом.
- Хочу отправиться в будущее. Подстерегу там того, кто собрался меня пристрелить, и
разберусь с ним по-свойски, - сказал я, достав из кармана бластер и протерев линзу.
Энергообойма была почти полной, а в том, что из такого древнего пугача вполне можно
поджарить любого убийцу, я не сомневался.
Изобретатель был неплохим интуитом, хотя от него и разило коньяком на три шага.
Опасливо покосившись на бластер, он сразу понял, что отговаривать меня бесполезно.
- Хорошо, Тит. Я отправлю вас в будущее, но предупреждаю, что вы не в силах его
изменить, - сказал он.
- Это мы ещё посмотрим, - отрезал я. - А теперь молчите и настраивайте свой
курятник!
- Сейчас. Только погодите, у меня дрожат руки... - ненадолго отлучившись к аппарату,
изобретатель вернулся с графином и без перерыва опрокинул себе в глотку две большие рюмки.
- Вот теперь другое дело... - сказал он и занялся хронокапсулой.
Ослепительная вспышка - и я вновь оказался в магическом салоне. Вероятно, на этот раз
имело место небольшое искривление пространства, потому что я материализовался уже не в
самой комнате, а на лестнице. Сжимая в руке бластер, я стал медленно подниматься по
ступенькам, прислушиваясь к каждому шороху. Толкнув декоративную глыбу, ведущую в
помещенье за перегородкой, обнаружил, что она легко проворачивается, но заходить внутрь,
подвергая себя случайностям, не отважился. Вместо этого я подошел к уже знакомому месту в
перегородке, где была соскоблена краска, и, держа бластер наготове, заглянул внутрь. За
стеклом никого не было, и это меня успокоило. Значит, убийца ещё не появился, и у меня было
некоторое преимущество.
Отыскав в углу выключатель, я погасил свет и устроился за несгораемым шкафом
напротив освещенного проема лестницы. Из этого укрытия, оставаясь незамеченным, я мог
держать под прицелом дверь и засечь того, кто сюда ворвется, раньше, чем его глаза привыкнут
к темноте.
Томительно потянулись минуты. Ладонь на рукояти бластера взмокла, и я хотел вытереть
ее о куртку, но услышал осторожные шаги на лестнице. Кто-то, крадучись, поднимался наверх.
Я поднял бластер и прицелился. Ища опору для локтя, я хотел опереться о металлический
шкаф, но он неожиданно накренился и громко, на всю пещеру, лязгнул. Я беззвучно выругался.
Приближающиеся шаги замерли. Через мгновение на лестнице что-то вспыхнуло, и она
погрузилась во тьму. Я понял, что имею дело с профессионалом, который, чтобы лишить меня
преимущества, прострелил из бластера электрический провод. Теперь мы были на равных. Оба
в кромешной темноте, оба вооружены, оба начеку.
Внезапно в моих наушниках раздался голос изобретателя, встревоженный и невнятный.
Отправив меня в прошлое, этот гениальный алкоголик определенно не терял даром времени.
- Тит! Немедленно возвращайтесь! Я только что понял... - вопил он.
Не дослушав, я поспешно сорвал наушники и раздавил их, так как пьяное бормотанье
Махарадзе мешало слушать, как крадется во тьме убийца.
Впрочем, я этого и не услышал. Он двигался бесшумно точно кот. Я лишь увидел, как в
проходе внезапно обрисовался нечеткий силуэт, который был лишь чуть темнее серого
дверного проема. Я замер, боясь даже моргнуть и чувствуя, что вошедший напряженно
всматривается в темноту. Стрелять я пока медлил. Он тоже.
Внезапно из дыры в декорациях пробился случайный лунный луч и упал на руку,
сжимавшую бластер, дуло которого перемещалось в мою сторону. Испытав животный страх, я
выскочил из-за несгораемого шкафа и выстрелил. Вспышка на миг ослепила меня, а затем я
услышал тошнотворный запах паленого мяса и понял, что попал. Впрочем, на таком расстоянии
промахнуться было почти невозможно.
Зажав нос, я подошел к выключателю и зажег свет. В трех шагах от меня головой к
лестнице лежало оплавленное тело мужчины с большой дырой в груди. Голова у него была
забинтована, а глаза, смотрящие в потолок, уже остекленели. Рядом с его рукой лежал бластер.
Я наклонился и увидел, что у мертвеца мое лицо... Дальше описывать не стану, это слишком
тяжело, но, клянусь, что минуту, когда я смотрел на свой обезображенный труп, запомню на
всю жизнь, и даже теперь, много лет спустя, она порой видится мне в кошмарных снах.
Хорошо ещё, что эта мука продолжалась недолго; в соответствии с формулой
Сапчука-Махарадзе я был выхвачен из будущего уплотненной петлей времени и вновь оказался
в хронокапсуле.
Передо мной, пошатываясь, стоял пьяный в дым изобретатель. По его лицу блуждала
идиотская улыбка, а в руке он держал почти пустой графин.
Выскочив из капсулы, я схватил гения алкоголя за шиворот и встряхнул так, что в нем
забулькал коньяк.
- Какого черта? Знаете, что я только что сделал: застрелил сам себя!
- Сами виноваты. Я пы-пытался вас предупредить, но вы не с-стали меня слушать, -
забормотал он.
- Что я не стал слушать?
- Вы меня т-торопили, и я н-неправильно настроил аппарат. Вместо того, чтобы послать
одну направленную в-волну, я п-послал две, продублировав вас. Одна из копий
материализовалась на три с половиной минуты позже другой. Я понял это не сразу, а только
когда обнаружил перерасход энергии. Попытался связаться с вами, но с-связь оборвалась.
Я застонал.
- Ах ты, пьяный идиот! Значит, палец задрожал на кнопке? Да знаешь, что ты сделал?
Натравил меня на самого себя! Что теперь будет с тем телом?
- Не в-волнуйтесь! Я уже отключил машину. Скоро труп исчезнет, а бластер я з-заберу,
когда буду там... вернее уже з-забрал. Ну как вам моя фо...
Внезапно взгляд изобретателя остановился, и Сапчук стал заваливаться набок. Я
подхватил его и уложил на диван, так как знал, что именно там он вскоре будет созерцать себя
спящим.
В любом случае гениальный потомок грузина и марсианки вырубился вовремя, иначе бы
я, не испугавшись темпорального парадокса, накостылял бы ему по шее. Теперь же
ограничился тем, что погрозил изобретателю кулаком и несколько раз пнул хронокапсулу.
Спустив пар, я вышел на улицу. Погода, как почти всегда на Гандрене, была мерзкой.
Накрапывал дождь. Я поднял воротник куртки и отправился в гостиницу.
ВОСПОМИНАНИЕ ПЯТНАДЦАТОЕ
Недавно, когда я разбирал антресоли своей юпитерианской квартиры, то рядом с
коллекцией метеоритов, старым скафандром и пачкой звездных карт нашел пыльную тетрадь.
Открыв её, я обнаружил, что это корабельный журнал, который я вёл в первые годы
космических странствий. Основные записи в журнале относятся к две тысячи четыреста
восемьдесят... (не помню уже точно к каким лохматым годам). Записи в журнале
нерегулярные, с большими провалами между датами, часть страниц съедена мышами, другую
часть мои внуки извели за жаб, журавликов и воздушных змеев.
Впрочем, уничтожено не всё. Примерно треть тетради уцелела. Наиболее интересные
записи я привожу здесь целиком.
31 дек. - 1 января. Впервые встречаю Новый год в космосе. Ещё несколько дней назад
отчетливо был виден Возничий, теперь же он отступил к востоку, зато в переднем
иллюминаторе хорошо различима цепочка звезд Персея, а в боковом - мерцающая мешанина
из Ковша Большой Медведицы, Малой Медведицы и Жирафа.
Украсил Мозг станиолем и натянул в каюте гирлянды. Настроение празничное, и всё бы
хорошо, если бы не насморк. Мозг перегрелся и несет полную ахинею. Интересно, кто его
программировал? Вот сейчас я пишу дневник, а он вопит: "Хэппи кристмас! Здоровеньки булы!
Шоп мне не быть Санта-Клаусом!" Надо бы его выключить, но лень вставать. Сейчас допишу
журнал и открою шампанское - часы вот-вот пробьют полночь.
Пишу часом позже... уже в новом году.
Роковое невезение! Шампанское я открыл и даже с шиком. Пробка ударила точно в
окуляр и разбила оптику. Как, интересно, я теперь буду ориентироваться во Вселенной?
Показывать в иллюминатор пальцем и говорить Мозгу: лети туды, лети сюды?
Короче говоря, с Новым годом, Тит Невезухин! Настроение испорчено.
2 января. Заменил окуляр навигатора стеклом от старых очков, оставшихся в ракете,
должно быть, от предыдущего владельца. Стекло минусовое, а зрение у меня плюсовое, но все
равно кое-что видно. Пришлось прокладывать курс заново, так как по какой-то причине "Блин"
с него сбился.
5 января. Сегодня по моим рассчетам я должен был достичь Алголя (переменная звезда
бета, созвездие Персея), но, судя по его размеру в окуляре, до него лететь не меньше недели.
Странно, что я мог так сильно просчитаться.
9 января. Алголь еще далеко, хотя уже отчетливо виден. Прочитал в справочнике, что
Алголь по-арабски означает "звезда дьявола". Ничего, я не суеверен.
10 января. Алголь занимает примерно одну восьмую оккуляра. Визуально я воспринимаю
его как две звезды, хотя в справочнике написано, что Алголь - сложная система из четырех
звезд. Куда же подевалась ещё пара? Думаю, ее затмевают эти великаны.
11 января. Алголь уже близко! Ура! Наконец-то можно паковать чемоданы и готовиться к
высадке на пятой по счету планете.
Р.S. Надеюсь, что мой работодатель, назначивший мне встречу (он издает атласы
отдаленных миров и ему нужен разъездной агент, занимающийся статистикой), ещё не
передумал и вакансия не занята. Завтра утром я буду на месте. Опоздание не так уж и велико -
всего неделя.
12 января. Я идиот! Это не Алголь!!! Пульсирующая двойная звезда, к которой я летел все
эти дни - дельта-Цефея, а это означает, что я сбился с курса и вместо Персея меня занесло
совсем в другое созвездие, находящееся несколькими парсеками левее! Будь проклят этот
минусовый окуляр, исказивший всю картину звездного неба! И как я раньше не обратил
внимания на то, что я изображение в иллюминаторе противоречит тому, что в окуляре?
Делать нечего. Придется высадиться на седьмой по счету планете в системе Цефея,
которая, как утверждает карта, тоже обитаема и послать оттуда лазерограмму моему
работодателю, сославшись на форс-мажорные обстоятельства. Жаль, лазерограф на "Блине" не
работает.
13 января. Я на Гуманаде - так называется это населенная человечеством планета. Целый
день заполнял зануднейшие многостраничные декларации, в которых, среди прочего
содержалось требование составить подробнейшую опись своего тела, включая заусенцы,
мозоли, шрамы, белые пятнышки на ногтях (!) и т.д. и т.п. Идиотское буквоедство! Местные
службы объясняют его сложившимся обычаем, и от более подробных разъяснений
отказываются. Зато таможенного досмотра не было, и въездная пошлина чисто номинальная -
всего один рубль двадцать копеек. Служащий космопорта взял мои деньги пинцетом (!) и
положил их в специальную емкость. Это очень странно, тем более, что никаких заболеваний,
кроме сильного насморка, у меня нет. Прививок мне тоже никто не делал, если не считать
небольшого соскоба кожи с ладони.
Устроился в гостинице. Она, хотя и пятизвездочная, внутри удивительно грязная, и, хотя я
не поборник сверхчистоты, когда в лифте грязи по щиколотку и помои в кухне выплескиваются
прямо на пол, это слишком! Нашёл бы другую гостиницу, но, честно говоря, лень: все равно
скоро улетать, только пошлю лазерограмму издателю и мельком посмотрю планету.
Ах да, вот еще забавная деталь! Нигде не могу купить мыла. Девушка в магазине, к
которой я обратился с вопросом, демонстративно повернулась ко мне спиной, то же самое
повторилось и в другом отделе. Я решился пожаловаться на продавщиц управляющему. Он
вначале искренне возмутился их поведением, но когда уяснил, что мне требуется именно мыло,
то побагровел и стал кричать, чтобы я убирался.
Впрочем, обойдусь без мыла, всё равно водопровода в номере нет, так как назвать
водопроводом тот маленький краник в стене, из которого вода сочится такими редкими
каплями, что едва можно напиться, язык не поворачивается. Странно, что они так экономят
воду, ведь на планете два огромных океана, занимающих три пятых суши и кроме этого еще
дюжина морей.
14 января. Невероятное вымогательство! На телеграфе, сообразив, как это для меня важно,
заявили, что моя лазерограмма не дойдет, так как ей якобы помешает газопылевая туманность,
расположенная между Дельтой-Цефеей и Алголем. Я хотел уже уйти, но догадался сунуть
телеграфистке десятку, задвинув ее под бланк. Тотчас газопылевая туманность отодвинулась в
неизвестном направлении и перестала мешать, а моя лазерограмма была отправлена - притом
даже прежде других.
15 января. За ночь насморк катастрофически усилился, и к нему добавилось ещё чихание.
Уже обчихал весь журнал (видите пятно в этом месте?) и стены в номере. Из носа течет, как из
водосточной трубы, и платка хватает не больше, чем на пять минут. Насморк так досаждает, что
я решился обратиться к врачу, чего обычно избе
...Закладка в соц.сетях
