Жанр: Боевик
Дрон 1-3.
... Черешней отъедалась.
- Тебя встречали?
- Нет. А кому?
- Ну, мало ли.
- Я девушка самостоятельная.
- Родители тоже так считают?
- Тоже.
- Ты живешь с ними?
- Нет. Я прописана у бабушки. А бабушка живет теперь в деревне.
- Выжила старушку?
- Вот еще. Да она никакая не старушка. Семь лет назад купила избу в деревне
под Калугой - тогда они стоили ерунду. Сначала была вроде как дача, бабушка
там с весны жила. А теперь живет постоянно.
- Чтобы твоего друга не смущать?
- Замуж она вышла! Съел?
- А квартирку ты сама подыскала или через посредника?
- Какую квартирку? Бабушкину?
- Дедушкину. В Приморске, на улице имени Железного Маршала.
- На Конева?
- Да.
- Мне посоветовали.
- В Москве?
- Да.
- Кто?
Леночка запнулась на секунду:
- Ну... друг.
- Ага, герой романа. Заботливый он у тебя. Так вы все-таки помирились?
- Да он просто по-дружески. Узнал, что я на юг собралась, в Приморск, ну и
позвонил моей подружке, та передала.
- Что?
- Ну, что квартира здесь есть, хозяйка какая-то знакомая Дениса...
- Ага, друга зовут Денис.
- Денис. Так вот, эта знакомая его как раз или уехала, или собиралась
уезжать, так что квартира пустая и можно ей попользоваться.
- Бесплатно?
- А я сразу ему перезвонила, спросила, сколько это будет стоить, он сказал
- ничего. Этой женщине он какую-то услугу серьезную оказал, да к тому же ей
спокойнее, если кто-то жить там будет, пока ее нет, - хоть не ограбят.
Квартира-то не бедная, ты же видел.
- Ага.
- Ну вот, Денис сказал, что улица такая-то, могу ехать.
- А ключи?
- Он сказал у соседки взять. Ей оставят и про меня скажут, приеду,
передаст.
- Ну, сервис! Прямо Сингапур какой-то!
- Да нет, я сразу Денису сказала, что и заплатить могу, но он посоветовал
купить старушке какой-нибудь подарок - там, конфет хороших пару коробок, и
пусть голова у меня не болит.
- Не Денис, а Санта-Клаус. Редкость, по летнему-то времени. Видно, большого
обаяния мужчина, - произнес я, а сам почему-то вспомнил Володю-Ларсена и
его "редкого таланта мужчину". Ныне - покойного. - Так почему же вы
все-таки поссорились?
- А вот это уже точно не твое дело.
- Хорошо. Слушай, а это не тот Денис, что в ЦУМе замадминистратора работал?
- Да нет, никогда он ни в какой торговле не работал.
- А я было подумал...
- Дрон, не финти. Хочешь спросить, кем он работает, - так и спроси.
- Хорошо, спрашиваю: кем он работает?
- А я не знаю.
_ ?
- Ну, в том смысле, что точно не знаю.
- А не точно?
- Думаю, что в КГБ.
- Нет уже КГБ.
- Ну, не знаю, как это теперь называется, - в службе безопасности или
что-то в этом роде.
- На Лубянке?
- Говорю же: не знаю.
- А почему ты решила, что все-таки в органах?
- Да он не особо-то и скрывал.
- То есть сказал прямо: я контрразведчик.
- У тебя все шуточки. По-моему, он страшно гордился, что в такой службе
работает, и жалел, что прямо похвастаться не может, но намекал по-всякому.
- А может, он просто в какой-нибудь халупе при дверях состоял, а тебе лапшу
вешал.
- Да нет, фактура другая. И не пацан уже - в годах. - Леночка лукаво
улыбнулась: - Твоего возраста.
- Кхе, - поперхнулся я соломинкой - не одной ей курить хотелось. - Неужели
так дрябло выгляжу?
- Наоборот. Для твоих лет - вполне.
Отыгралась. Два-один.
- Ну так на что же он намекал? - Ну как... Увидит какую-нибудь персону по
телевизору, из нынешних бонз, хмыкнет: "Ишь златоуст". А потом так зло: "В
девках никакого разбора не знает, плебей, ему бы кого пожопастей да
посисястей, чтоб рыбой пахла, и трахает их в таких местах - грязнее
некуда". Или про другого: "А этого красавчика уже все культуристы
перетрахали..." Ну и в том же духе...
- А он у тебя злой мальчишечка...
- Так чего ему этих хапуг жаловать... - Ленка замешкалась на секунду,
прищурилась: - Слушай, Дрон, а чего это ты на него вдруг накатил? Ты что,
его подозреваешь
- Да как тебе сказать, милая барышня... Как говаривал папаша Мюллер в
бессмертном сериале, "в наше время верить никому нельзя, даже самому себе".
И добавлял:"Мне - можно".
- Тебе - можно? Да я даже не знаю, кто ты такой! Может, тоже какой-нибудь
службист-подпольщик!
- А что, похож?
- Похож... На летнего кобеля. Да все вы...
- Ага, - говорю я и лезу под куртку за фляжкой коньяку, которую присвоил в
"Трех картах". Сам не заметил как - из-за нервного напряжения. Нет,
раскручусь с этой бодягой - и на пассивный отдых, в деревню. Червей копать,
рыбачить. Пить парное молоко. А потом, конечно, диссертация. Нелегка ты,
доля ученого!..
- Что, согласен?
- Нет. Я не из таких.
- Все вы "из таких", как только новая попка рядом замаячит.
Резон в ее словах есть. Но корпоративная мужская солидарность мешает
согласиться.
- Глотни-ка, - предлагаю.
- Споить хочешь?
- Ну. И о-во-ло-деть!
Ленка отхлебывает из горлышка.
- Ого! Вот это - другое дело.
Еще бы - чтобы сильные мира сего вместе с трудящимися одно месиво лакали?
Это уж - шалишь! Как там у классика? "Страшно далеки они от народа"...
- И где ты такой взял - по ночному времени?
- Места надо знать!
- Ой, похоже, я уже опьянела. - Ленка передала мне бутылку.
Я приложился. Коньяк действительно отменный.
- Слушай, а что ты делал, когда я вырубилась?
- Когда? - Я невинно поднимаю брови.
- В машине.
- Пел тебе колыбельные. Для сладостных снов.
- А серьезно?
- А серьезно, размышлял, как это такая высокопримерная девушка, как ты
(тогда, заметь, я еще не знал о порочащей связи с безопасником), могла
оказаться в такой дерьмовой компании, какую я обнаружил у тебя на
квартирке.
- Так ты же сам не даешь сказать...
- Я?
- Тебя больше интересует, каким браком жената моя бабушка.
- Бабушки не женятся, они замуж выходят.
- Так вот, для справки: муж ее добрый человек, его собака не кусается, а я
- не больна СПИДом. Что еще тебя интересует? Были ли папа членом партии?
Кто из родственников был в оккупации?
- Нити, ведущие к главарям преступного мира, как и нити судьбы, таинственны
и скрыты... - торжественно провозгласил я голосом советского Информбюро.
- Болтун. Слушай, а кем ты работаешь?
- Преподавателем, - развожу руками. - Разве не заметно?
- Нет. Процесс обучения не затронул твой интеллект.
- Это в каком смысле?
- В таком.
- Хороший ответ. Кстати, ты знала Ральфа?
- Кого?
- Ральфа. - Я снова прикладываюсь к бутылке, но при этом за девушкой
наблюдаю внимательно - боковым, понятно, зрением. Так и окосеть недолго -
или от тягот процесса наблюдения, или от коньяка. И как производственную
травму будущее косоглазие никто не зачтет.
- Нет. А кто это?
- И нигде не слышала этого имени?
- Кажется, нет.
- Ну нет, так нет.
- А кто это?
- Круглов.
Девушка снова пожимает плечами.
- Не знаю я никакого Круглова.
Похоже - не врет.
- Так где ты познакомилась со своими ухажерами?
- Ухажерами?
- Ну с рэкетирами, или как их там. Я поначалу подумал, что вы групповухой
собрались заниматься.
- Так ты... подсматривал?
- Скажем так: смотрел.
- Ну и сволочь!
- Полегче. Нужно же было разобраться в обстановке.
- Ну и как? Разобрался?
- Разбираюсь.
- А как ты на балконе оказался?
- Ты же меня пригласила.
- Через балкон?
- Считай, что я романтик. А что, было бы лучше, если бы я вообще не
появился?
- Нет. Извини. Можно тебя спросить?
- Валяй.
- Ты... Ты же убил того...
- Лучше, чтобы он убил тебя? Не дергался - был бы жив. - В последнем своем
утверждении я сильно сомневаюсь, учитывая судьбу Айболита со товарищи.
- А если бы он успел и приставил мне нож к сердцу...
- К сердцу - слишком драматично. К сонной артерии.
- Не важно. Ты бы сдался? Из-за меня?
- Милая девушка, как ученый замечу, что в истории не бывает сослагательного
наклонения. А в драке - тем более.
- Ты бы не сдался. Я знаю. А меня они бы убили. - Девушка едва не плачет: -
А может, еще убьют... Я сижу тут как дура, все тебе выкладываю, а потом
меня убьют...
У Ленки улет. Полный. Надо выводить.
- Он тебя бросил?
- Кто?
- Денис.
- А-а. Это я его бросила. Потому что он - кобель. Не хуже других. Но - и не
лучше.
- Ты давно с ним познакомилась?
- Да просто знакомы мы года три. Не помню, где-то еще в студенческой
компании...
- А близко?
- Семь месяцев. Прошлый ноябрь был совсем тоскливым... Может, мне следовало
к родителям переехать...
- Значит, загулял?
- Дрон, давай не будем больше об этом.
- Хорошо. Так что это за компаньица собралась в твоей квартире? Где ты с
ними познакомилась?
- Я с ними не знакомилась.
- А с кем знакомилась?
- Ну ладно, по порядку... Приехала я в Приморск, забрала у соседки ключи,
поселилась в квартире. Ну, днем еще так-сяк - море, загар, а вечером пришла
- хоть горькую запивай. Тоска.
- А что, на пляже не приставали?
- Приставали, да все не те. Дрон, ты пристаешь к девушкам на пляже7
- Нет. Хотя потом жалею.
- А как же дворовое воспитание?
- Во всяком воспитании есть свои пробелы.Будем считать,что жигало из меня
не получился.
- Значит, ты меня поймешь. У нас одинаковые комплексы.
- Вот уж нет. Я - человек совершенный, как статуя сфинкса в натуральную
величину! Так с кем ты познакомилась?
- С мужчиной.
- Да ну!
- Нет, я серьезно. Высокий, спортивный, загорелый. Хотя - в годах.
- Хороший семьянин, морально устойчив, при деньгах, - в тон ей продолжаю я.
- Наверное, так и есть. Насчет семьи я не интересовалась.
- Похвально.
- Иронизируешь?
- Вот уж нет. Познакомились, конечно, не на пляже?
- Нет. Дома.
- В Москве?
- Да здесь. Это был третий вечер в Приморске. Тоска зеленая. Сидела, как
дура, перед телеком и попивала ликер. А он позвонил.
- По телефону?
- Да. Спросил Маргариту.
- Хозяйку квартиры?
- Да.
- Ее хахаль?
- Ну и словечки у тебя! Конечно нет. Я видела ее фотографию - даме за
пятьдесят, этакая седая, модная. Одета с большим вкусом.
- Понятно. Дворянствующая.
- Как?
- Объявилась сейчас такая категория лиц.
- Ну да. Внешне - похоже. Володя сказал, что у него дела с Маргаритой. А
когда узнал, что она уехала, вовсе не расстроился.
- Может, он уже знал об ее отъезде и о том, что трубку возьмешь именно ты?
- Может, и так. Я об этом не думала. Рада была хоть с кем-то поговорить.
- О чем был разговор?
- Да ни о чем. Треп, веселый и двусмысленный. Сам, наверное, знаешь.
- Ага, догадываюсь. Он предложил встретиться?
- Конечно.
- Где?
- На пляже.
- Все-таки пляжное знакомство! А ты говоришь - комплексы.
- Вовсе не пляжное. Он мне по разговору понравился. Не дебил.
- И не толстяк, раз пляж предложил. И тебя рассмотреть, и себя показать.
- Не знаю, как меня рассматривать...
- Не скромничай...
- ...а себя показать он сумел. Ни жиринки - крепкий, мускулистый. Хотя ему
за сорок.
- Культурист?
- Нет, говорю же. Фактура другая. Он не громоздкий и гибкий. И еще - в нем
чувствуется сила. Настоящая.
- Ну надо же!
- Да вот.
- Он тебе понравился...
- Понравился. А что?
- Ничего. "Это смутно мне напоминает индо-пакистанский инцидент", - пропел
я из Владимира Семеновича. - Значит так: волосы короткие, жесткие, с
сединой, лоб высокий, выпуклый, у переносья - глубокая морщина, нос прямой,
с горбинкой, развитые скулы, тяжелый подбородок. Губы хорошо очерчены, но
рот жесткий. Глаза - светло-голубые. Похож?
- Да, это он. Ты его знаешь?
- Встречались.
- Где?
- Потом. Рассказывай дальше.
- Ну что, покупались, позагорали. До вечера. Потом он подвез меня домой.
- На чем?
- У него серая "волга", "двадцатьчетверка".
- Ты его пригласила?
- Да. Почему нет?
- И дальше?
- Что - дальше! Мы пили вино. Слушали музыку. И - занимались любовью.
- Утром он уехал?
- Представь себе - нет. Мы не расставались три дня. Ездили купаться, только
не на пляж, а за город, в пустынные местечки. Набирали вина, еды. Вечером
возвращались домой. Мне было очень хорошо с ним. По-моему, ему со мной
тоже. Наверное, я даже влюбилась в него. Тебе не скучно слушать?
- Нет.
- Может, скажешь, так не бывает?
- Еще как бывает.
- Ну вот.
- Каким он тебе показался?
- Понимаешь, он очень мужественный, сильный человек, но, по-моему, какой-то
несчастливый.
- Он не говорил, чем занимается, например, или где работает?
- Нет. А я его и не спрашивала. Но думаю, что он начальник, и не маленький.
- Почему?
- Он иногда звонил по телефону. И так, и по межгороду. Старался звонить,
когда я была в ванной или на кухне. А я не прислушивалась. Единственное,
этого нельзя было не заметить, у него менялся голос. Вернее - тон,
Спокойный, но очень жесткий.
Так прошло три дня. Потом он сказал, что уезжает на время по делам, но по
приезде сразу позвонит. И, чтобы загладить свою вину за отсутствие,
приглашает меня в ресторан.
- В "Три карты"?
Лена удивленно вскинула брови.
- Да. Так ты его все-таки знаешь?
- Он сказал, на сколько уедет?
- Нет. Но полагал, что ненадолго. Если бы я знала, что потом случится, я бы
его не отпустила вовсе... У тебя выпить не осталось?
- Сколько угодно.
- Дай, пожалуйста.
Протягиваю ей фляжку. Вернее, это плоская бутылка, но большая и оплетенная
лозой.
Девушка сделала глоток, поперхнулась, замерла, переводя дыхание.
- На следующий день, вечером, в дверь позвонили. Я бросилась открывать,
решила - Володя вернулся. Но У порога стоял незнакомый парень. Высокий,
красивый, с невероятно огромным букетом роз.
"Здравствуйте, Лена, - сказал он. - Володя попросил передать вам эти
цветы".
"Он уже вернулся!"
"Да. Мне поручено отвезти вас", - сказал он церемонно.
"Куда? В ресторан?"
"Нет. Это - сюрприз".
"Можно подождать минут пятнадцать, я оденусь".
"Пожалуйста".
По комнате я летала, как на крыльях. Парень корректно вышел на кухню. Я
быстро сполоснулась под душем, оделась, накрасилась. Парень вышел,
посмотрел на меня, потом на часы. Прошло и правда минут тридцать пять -
сорок.
"Я уже. Ну как?" - Мне было так здорово, что хотелось всем нравиться. И ему
тоже.
"Прелестно", - хмыкнул парень, но как-то нехорошо.
"Подумаешь", - решила я. Не хотелось замечать этот его взгляд.
Мы спустились, сели в светлый "жигуленок", - он еще так галантно заднюю
дверцу открыл. Поехали.
Приморск я знаю плохо, но все же заметила, что едем мы не к центру, а
наоборот, за город.
"Куда мы едем?" - спросила я.
"На кудыкину гору", - ухмыльнулся парень.
Мне почему-то стало тревожно, не по себе.
"Я не хочу", - сказала я.
"Чего ты не хочешь?"
"Не поеду никуда!"
Парень снова гыгыкнул: "А кто тебя спрашивает-то!"
"Останови, или я выпрыгну!"
Он проехал еще метров пятьсот, но медленнее, Словно раздумывая. Потом вдруг
свернул к обочине. Я было решила, что он меня здесь высадит. Как же! Я
сначала не заметила, что у деревьев стоят два здоровенных бугая. Они быстро
подошли к машине, открыли дверцы почти одновременно и сели на заднее
сиденье, стиснув меня с двух сторон.
"Ребята, что вам нужно?" - Я чуть не плакала.
"Заткнись, сука! - прикрикнул один, грубо взял меня за шею и притиснул
головой к коленкам. - Поехали!" - велел он водителю, и автомобиль помчался,
набирая скорость.
"А девчонка-то хорошенькая. - Один из парней провел рукой мне по ягодицам.
Меня так сжали, что я не могла даже пошевелиться. - Только зачем она?
Стандарт вроде не тот".
"Ничего, Тесак ее разденет, посмотрим, может - в самый раз".
"А ну заткнитесь оба!" - приказал водитель. Парни затихли.
Я не видела, куда меня везут. И ничего не могла сделать. Только плакала.
Дрон, я выпью еще?
- Давай.
Девушка несколько раз глотнула, передала мне фляжку. Я повторил.
- Слушай, может, закурим? Курить жуть до чего хочется.
Уже рассвело. Часов пять. Огонек зажигалки никто не заметит, ну а дым
рассеется по чердаку.
- Давай, только осторожно. - Я дал девушке сигарету и чиркнул кремнем.
Закурил сам.
- Дрон...
- Да?
- Мы здесь прячемся, да?
- Вроде того. Временно.
- Дрон...
- Ну? Да говори же!
- Как ты думаешь... Я даже не знаю... Вот это мое похищение... Его... Не
Володя устроил?
- Ларсен?
- Это его фамилия?
- Понятия не имею, как его фамилия. Просто я его так окрестил. По Джеку
Лондону.
- А-а. Похоже. Но... Ты не ответил.
- Думаю нет, не он.
- Почему?
- Это, как ты выражаешься - фактура другая. Дальше рассказывать будешь?
- Буду. Дай еще выпить. - Девушка снова приложилась к бутылке, на этот раз
надолго.
- Э-э, смотри, не напейся.
- Подумаешь... Зато так не страшно. - Она прикурила новую сигарету от
"бычка". - Слушай.
Глава 13
- Ехали мы с полчаса. Куда - не знаю, машина поворачивала то вправо, то
влево. Парни молчали.
Наконец машина остановилась. Послышалось легкое жужжание, - я догадалась,
что это электромотор, открывающий ворота.
Меня наконец отпустили, я села и увидела, что мы въехали в большой двор с
бассейном, подсвеченным снизу, с островками экзотических растений,
подстриженные лужайки и особняк из белого камня. Как я потом узнала, за
домом был парк с беседками, тренажерный зал, несколько домиков поменьше.
Вся территория огорожена высоким глухим забором. И окна в особняке
зашторены.
Меня вывели из машины, и вместе с сопровождающими мы прошли в дом. Комната,
куда меня привели, была большой и просторной, во весь пол - красивый палас,
горел настоящий камин, за низким столиком в креслах сидели двое мужчин и
здоровенная мужеподобная баба, крашеная блондинка. На столе стояли всякие
вина и закуски. И еще, вдоль стен, мощные лампы на штативах, от них
тянулись провода.
Парни вышли.
Я стояла и не знала, что сказать. Казалось, все это происходит не со мной,
а если и со мной, то не наяву, а во сне, и этот сон вот-вот кончится.
- Прибыла, красотка, - усмехнулась баба, разглядывая меня с головы до ног.
- Кто вы такие? Зачем... Зачем меня сюда привезли?
- Вопросы, девочка, задавать вредно и неумно, - разлепил губы коротко
стриженный крепыш за столом. - И ответ тебе может не понравиться, и лишние
знания тебе ни к чему, камнем на душу лягут, а ты с этим камнем ко дну-то и
пойдешь...
- У нас тут вопросов не задают, у нас приказы выполняют, - каким-то бабьим
голосом добавил другой субъект - худой, с длинными, сальными, словно
приклеенными к вытянутому черепу волосами и с лицом землистого цвета.
Плечики у него узенькие, и он походил бы на подростка, но глаза и глубокие
морщины от носа к губам и на щеках не оставляли сомнения - ему далеко за
тридцать, а может, уже и за сорок.
- Вы меня что, похитили? - глупо улыбаясь, спросила я, словно надеясь, что
это неумная шутка и сейчас все прояснится. Но в груди было пусто и холодно.
И стало очень страшно.
- Ты получаешь второе предупреждение, если не поняла первого. Вопросов
здесь не задают. Еще раз ошибешься - будешь наказана, - снова просипилявил
"подросток", но было в его голосе что-то совершенно жуткое и необъяснимо
омерзительное, словно голой ступней на змею наступила. Мурашки пробежали по
всему телу, и ногу едва не свела судорога.
- Может, пора познакомиться с девочкой поближе? - Блондинка не сводила с
меня глаз, ноздри ее трепетали. - Доктор? - обратилась она к "подростку".
Тот кивнул.
- Григорий Васильевич?
Стриженый крепыш встал из-за стола.
- Начинайте. Только без самодеятельности. Осмотр и все. Ее не трогать.
Пока.
- Вы не останетесь?
- Нет.
- Видеозапись включаем?
- Да.
- Вам прислать Стрелочку?
- Нет. Сегодня эту, новенькую...
- Мы с Доктором назвали ее Лапонькой. У нее такие пухлые губки, такой
нежный розовый язычок...
- Заткнись, Марта.
И он вышел.
Марта встала из-за столика. Это была высокая и крупная женщина, полные
бедра затянуты в лосины, на ногах - короткие черные сапожки. Еще на ней был
пестрый жакет, она его расстегнула, демонстрируя безразмерную грудь.
Подошла к двери, приоткрыла:
- Шорох, отправь вчерашнюю новенькую к шефу, а здесь включи аппаратуру.
Вспыхнули "юпитеры", послышалось еле слышное жужжание электромоторов,
направляющих на меня объективы видеокамер.
- Марта, может, сразу в кабинет? - прогнусавил Доктор. - Шеф ведь велел без
лишней самодеятельности, а ты уже начинаешь...
- Заткнись, Доктор. Я просто хочу девочку подготовить морально. Только и
всего.
Доктор хмыкнул и остался в кресле.
А Марта обошла меня кругом, разглядывая и возбуждаясь, поглаживая себе
грудь. И тут я разозлилась! Вот блин - попала: гомик и лесбиянка, сладкая
парочка!
Стало жарко - от ламп. И страх куда-то ушел. Может быть, потому, что я
почти не видела ни гнусавого за столиком, ни Марты - только чувствовала
приторно-сладкий запах ее духов. И тут услышала:
- Раздевайся!
- Пошла ты!
- Ого! - Марта закатилась смехом. - Характерная персона... Пригласить
мальчиков, чтобы помогли? Или мне тебе помочь? - Она взялась за подол
платья и потянула вверх.
Я ударила ее по руке, а другой хотела достать ногтями по лицу - не тут-то
было, Марта оказалась опытнее и сильнее. Перехватила руку, завернула за
спину.
Я стояла нагнувшись, прикусив от боли губу, Марта - сбоку, не выпуская моей
руки. Взяла за волосы, приподняла голову. Объектив камеры смотрел прямо на
меня.
- Больно? Слезки на глазах? А ты поплачь...
Потом она задрала подол мне на спину.
- Для любви принарядилась... Чулочки, трусики, сорочка прозрачная...
- Марта, ты сука, - услышала я бабий голос Доктора. - Кончай развлекаться,
Григорий Васильевич недоволен будет. Нам же сказали...
- Я ее больше пальцем не трону. Пусть приведут Малышку.
Меня отпустили. Рука ныла, слезы в глазах, а я, щурясь от света, шарила
взглядом по комнате - хоть что-нибудь поострее или потяжелее, прибить эту
стерву, а там - будь что будет. Заметила на столе вилки и нож... До него -
шагов пять, Доктор куда-то вышел... Всадить вилку в горло... У меня даже
рука заныла... Посмотрела на Марту - та усмехалась.
В комнату вошла девочка, совсем еще маленькая, лет одиннадцати. Доктор
стоял сзади, в белом халате.
- Ну? - только и сказала Марта. Девочка одним движением сбросила платьице и
осталась нагишом.
- Хорошая девочка, правда? - Марта обращалась ко мне. - И послушная, в
отличие от тебя. А сейчас Доктор будет делать ей больно. Очень больно. И в
этом виновата будешь ты.
Девочка смотрела мне прямо в глаза, но меня, наверное, не видела вовсе...
Рот ее приоткрылся, губы дрожали, а в глазах не было ничего, кроме ужаса...
Мне показалось, что кричит котенок...
Я поняла, что это не пустые угрозы, девочка смертельно боится этих двоих, и
они выполнят то, что обещают.
- Не нужно, не трогайте ее. Я все сделаю.
- Ну вот и славно.
Я раздевалась и плакала. Вернее - просто слезы катились из глаз, и я не
могла их удержать. Действовала механически, как в полусне. Услышала, словно
издалека, голос Марты:
- Нет, чулочки оставь, это сексуально... Нагая, я стояла посреди комнаты в
свете ламп, под объективами видеокамер, с омерзением ожидая, как эта жирная
шлюха подойдет и коснется моего тела.
Но вместо этого лампы стали медленно тускнеть, Марта снова обошла вокруг
меня, разглядывая.
- Красивая... Жаль, что трогать тебя не ведено. - И добавила с усмешкой: -
Пока... Малышку мы отправим спать, если ты обещаешь себя хорошо вести. Ну?
- Да, - прошептала я.
- Не-е-т. Ты скажи: "Милая Марта, я буду во всем послушной". Не слышу!
- Марта, я буду послушной.
- Ми-и-лая Марта...
- Милая Марта, я буду послушной.
- ...во всем.
- Во всем.
- Умничка. И называть теперь ты меня будешь только так: Милая Марта.
Повтори!
- Милая Марта.
- Нежнее!
- Ми-и-лая Марта...
- Уже лучше. Всю фразу! Ну!
- Милая Марта, я буду послушна во всем.
Она подошла совсем близко, от приторного запаха духов меня чуть не
стошнило.
- Вот такой ты мне нравишься, детка. - Она провела ладонью по щеке, и
судорога гадливости пробежала по телу, я покрылась "гусиной кожей". Марта
расценила это по-своему:
- Что, девочка, уже нравится?.. Со мной ты узнаешь, что такое любовь.
Настоящая любовь...
Она повернулась и пошла к выходу, бросив на ходу:
- Займись ею, Док. Малышка - спать.
Мы остались вдвоем с Доктором. Он оглядел меня брезгливо-равнодушно и
скомандовал:
- Пошли!
- Можно мне одеться?
- Потом.
Мы прошли в настоящий медицинский кабинет. Доктор деловито осмотрел меня,
усадив в гинекологическое кресло, спросил, на что я жалуюсь, взял кровь из
вены. Все было так, словно я пришла на обычный прием в консультацию. Только
аппаратура здесь побогаче.
- Между прочим, это очень дорогой анализ, комплексный. Он выявит все, даже
наличие хронических вялотекущих воспалений.
Он говорил так буднично и с явной гордостью профессионала, что захотелось
даже спросить: "Сколько я вам должна?" Я успокоилась и осмелилась задать
вопрос:
- Зачем все это?
Док пожал плечами.
- Бизнес.
- Порнофильмы?
- Поживешь здесь, узнаешь.
- А вы не боитесь, что меня будут разыскивать?
- Кто?
Действительно, кто? У меня ведь в этом городке знакомых - никого, кроме
Володи, да и после всего происшедшего я уже стала сомневаться, был ли он
вообще... В Москве меня хватятся не раньше, чем через месяц... А за
месяц... Я вспомнила Марту, и тело снова покрылось мурашками.
- Замерзла? - по-своему понял Доктор. Налил две мензурки спирта, протянул
мне, достал из холодильника воду.
Я глотнула, запила.
- Можно еще?
- На этот счет указаний не было. - Доктор пожал плечами, налил мне больше
полстакана - Сможешь?
Я смогла. Голова сразу поплыла куда-то. И снова почудился плач котенка.
- Котенок плачет, - сказала я. Док посмотрел на меня внимательно, потом
вдруг произнес странную фразу:
- А ведь Марта психиатр. Хороший психиатр. Иди спать.
Он нажал кнопку на столе, вошел здоровый парень, я прикрылась руками, потом
подумала: а, все равно.
- Проводи девочку.
- А одеться? - Языком я уже вяло ворочала.
- Утром.
Парень повел меня через двор во флигель. У двери стоял еще один.
- Что, новенькая? Для съемок, или как?
Парень разглядывал меня, буквально ел глазами, - я вспомнила, что на мне
лишь чулки и туфли. С Доком я об этом просто забыла.
- Шеф решит.
В комнате было две кровати, на одной спала девушка. Дверь закрылась,
щелкнул замок. За занавеской из полиэтилена оказались душ и унитаз. Меня
вырвало. Потом я, наверное, час стояла под душем. И все к
...Закладка в соц.сетях
