Жанр: Триллер
Фантомы
...и, - сказал Крамер.
Ли подумал, что у Крамера чисто британский выговор.
- Спасибо, если бы она еще была моя.
- Так владелец не вы? - спросил Минц, впервые заговорив.
- Нет, просто мой лондонский приятель доверил мне перегнать ее с места
постройки, в Финляндии, до Копенгагена. Там мой друг заберет ее и пойдет в Англию.
- Понятно, - произнес Крамер. - А как же вы оказались нашим гостем?
Ли принес им кофе, взял карту и показал, как он впервые сбился с курса, потом
оказался без мачт, дрейфуя к их берегу.
- Я весьма признателен вашим людям, которые помогли мне утром. Меня могло
выбросить на берег.
- Да, это понятно, - Крамер внимательно разглядывал карту, меряя что-то
пальцами и сравнивая с масштабной шкалой на полях.
- Послушайте, мистер Крамер, - заговорил Ли, - я прекрасно сознаю, что я
непрошеный гость в вашей стране, и я весьма сожалею об этом. И я надеюсь, что, если
вы не задержите мою лодку, я постараюсь покинуть ваши воды по возможности
быстрее. Если мне будет позволено попросить у вас на время маску для погружения, я
освобожу винт от троса, а горючего у меня хватит, чтобы дойти до Швеции. Я надеюсь,
что для решения этого вопроса нет необходимости соблюдать излишнюю
официальность. Я понимаю, что лодка может быть конфискована, но тогда у меня
будут большие трудности с объяснениями с владельцем. Я подозреваю, что страховка
не распространяется на нахождение в ваших водах, а это очень дорогая лодка.
- Да, это понятно, - сказал Крамер. - И я сделаю все, мистер Ли, чтобы
помочь вам, но вы должны понимать, что вопрос вашего отплытия не всецело зависит
от меня. Я должен задать вам несколько вопросов, и очень важно, чтобы вы дали на
них абсолютно правдивые ответы.
- Ну разумеется, - искренне ответил Уилл. - Буду рад рассказать вам все,
что могу.
- Прежде всего, вы позволите взглянуть на ваш паспорт и другие документы, а
также на судовые документы?
Ли достал из стола для карт паспорт и бумажник и отдал. Минц достал блокнот и
начал делать записи.
- Я вижу, вы южанин, - сказал Крамер, посмотрев в паспорт. - Мне знаком
штат Джорджия, по картам, но где там Делано?
- Миль восемьдесят к югу от Атланты, в западно-центральной части штата, в
графстве Мериуезер.
- Но как же человек из маленького городка на юге Америки завел себе приятеля
в Лондоне?
- Моя мать ирландка, и я с детства частенько бываю в Англии. Мой друг - сын
приятеля моего отца.
- И как же зовут обоих этих людей? - спросил Минц.
- Моего приятеля зовут Спенсер Уилкс, он адвокат в Лондоне. А его отца зовут
сэр Мартин Уилкс, он член парламента от лейбористской партии. Мой отец во время
второй мировой войны вылетал из Британии с бомбами, вот с того времени и тянется
их дружба.
Отвечая на вопрос Минца, Ли дал ему адреса обоих мужчин.
- А кем вы работаете, мистер Ли? - спросил Крамер.
- Я юрист, компаньон отца в Делано. Фирма называется "Ли и Ли".
Он достал из бумажника деловую визитную карточку.
- А в каких областях права вы практикуете? - спросил Крамер.
- Да во всех понемногу. Ведь это же маленький город. Завещания, разводы,
деловое законодательство, нестандартные уголовные преступления.
Ли никак не мог избавиться от ощущения, что он знает Крамера, и его английский
выговор только усиливал это ощущение.
Крамер продолжал расспрашивать, а Минц продолжал записывать. В течение
следующего часа Ли ответил им на кучу вопросов, касающихся его биографии. Ли
вдруг осенило, откуда он может знать этого человека, но он отбросил мысль как
абсурдную. Но пока они продолжали беседовать, он изменил свое мнение. Ведь это же
Майоров. Человек КГБ. Ли обрадовался, что уже все рассказал о себе, иначе бы
занервничал.
- Хорошо, мистер Ли, - Майоров поднялся. - Я думаю, что это все, что мы
хотели узнать на данный момент. Я заберу с собой ваш паспорт и другие документы и
сделаю пару звонков моему непосредственному начальству. Тем временем наш водолаз
освободит ваш винт. Если рассказанное вами правда, я думаю, мы сможем помочь вам
и в дальнейшем. Не хотите еще что-нибудь добавить к сказанному?
- Нет, но буду счастлив ответить на любой мыслимый вопрос. И могу только
уверить вас, что я тот, кто есть на самом деле, а вовсе не какой-нибудь шпион. Я знаю,
наши страны не доверяют друг другу, но все, рассказанное мною, правда.
Единственное, чего я хочу - продолжить свое плавание.
- Ну посмотрим, - сказал Майоров, выбираясь в кокпит и перешагивая на
причал. - Я должен попросить вас оставаться на борту вашего судна. Надеюсь, вам
там будет удобно? Вы в чем-нибудь нуждаетесь?
- Мне здесь очень удобно, благодарю. Ну а поскольку я уже давно на ногах, то
смогу хоть отоспаться.
Майоров кивнул и двинулся с причала. А увиденное Ли встревожило его. У начала
причала стоял солдат, вооруженный каким-то автоматом. Это не лагерь колледжа.
Другим зрелищем, привлекшим его внимание, был мужчина у пляжа, выходивший из
ялика. Ли спустился вниз, взял бинокль и навел его через иллюминатор камбуза на
фигуру этого мужчины. Она тоже была слишком знакомой.
Ли убрал бинокль в футляр и тяжело опустился у столика для карт. Он
встревожился, когда узнал Майорова по фотографии, которую ему показывала Кэт. Но
он был совершенно ошарашен, увидев американца, которого встретил в Стокгольме,
Карла Свенсона из Нью-Йорка, плававшего на ялике в этом месте. Если Майоров
представляет КГБ, значит, Свенсон должен быть шпионом. Так куда же он, Ли, попал?
Он достал из ящичка стола для карт рисунок, на котором изображен королевский
Дворец в Стокгольме, и посмотрел на него. Теперь, постоянно его рассматривая, он
замечал в нем что-то новое. Затем убрал его, спрятав среди карт в столике. Положив
подушку под голову, он вытянулся на сиденьях каюты. За то короткое время, что он
здесь пробыл, он успел увидеть слишком много. И уже больше ни на что не хотел
смотреть.
Глава 37
Аппичелла видел из своего окна, как Майоров ехал к бассейну на карте для гольфа.
Может быть, это и есть тот самый момент, подумал Эмилио. Он вышел из гостевого
коттеджа и быстро двинулся вверх по холму к штабу. Он уже примелькался в Малибу,
и никто не спрашивал, чего он тут ходит, пока он, по крайней мере, не вторгался в
запрещенные зоны. В здании штаба он миновал телефонистку, сидевшую в приемной,
в которую выходили обе двери - и из кабинета Майорова, и из конференц-зала, где
работал Аппичелла.
- Доброе утро, дорогуша, - улыбнулся он телефонистке. - Майоров у себя?
- В настоящий момент нет, мистер Аппичелла, - ответила девушка, улыбаясь в
ответ. - Он спустился к гавани.
- Да? Он в такой день собирается выйти под парусом? Не очень располагает, помоему?
- Нет, кажется, сюда завернула иностранная яхта, и он отправился поговорить с
капитаном. Я точно не знаю, когда он придет.
- Ну, неважно, - сказал Аппичелла. - Я должен провести несколько тестов
для проверки работы модема. Нельзя ли связать конференц-зал с международной
линией?
- Извините, мистер Аппичелла, но я должна обязательно получить указание от
Майорова, прежде чем соединить кого-нибудь с международной линией.
- Ну разумеется, - сердце у него заколотилось. - Но только я не собираюсь
никуда звонить, я всего лишь хотел проверить модем на передачу. Вы даже можете
прослушивать линию, если хотите.
Он одарил ее одной из самых ослепительных своих улыбок.
- И я вам обещаю, что ни одного слова не будет сказано.
- Ну тогда ладно, если только я смогу прослушивать.
Аппичелла прошел в конференц-зал, оставив дверь открытой, чтобы не было
никаких подозрений. Из своего брифкейса он достал дискету с файлом с передающей
программой и загрузил ее в компьютер. Он взял находившийся под рукой телефонный
аппарат, отсоединил его от сети и с помощью прибора собственного изобретения
подсоединил его прямо к компьютеру. Затем выбрал в меню файл для передаваемой
программы, набрал для связи с Америкой 0101, для связи с Нью-Йорком - 212, а
затем местный нью-йоркский номер для связи с "Источником", компьютерной
системой разделения времени информационного пользования, расположенной в
Сильвер Спринг, штат Мериленд.
Он остановил файл передаваемой программы и на той же самой дискете открыл
новый файл. Получив приглашение, отпечатал:
МОЯ ДОРОГАЯ,
Я НАХОЖУСЬ НА БАЛТИЙСКОМ БЕРЕГУ, В ПРЕКРАСНЕЙШИХ УСЛОВИЯХ
И В ОКРУЖЕНИИ БОЛЬШОГО КОЛИЧЕСТВА КРАСИВЫХ, СПОРТИВНЫХ
МОЛОДЫХ МУЖЧИН И ЖЕНЩИН. Я НАСТАИВАЮ НА ВОЗВРАЩЕНИИ В РИМ,
МОЙ ЖЕ ХОЗЯИН НАСТАИВАЕТ НА ТОМ, ЧТОБЫ Я ОСТАВАЛСЯ ЗДЕСЬ, И Я
НЕ В СИЛАХ ОТКЛОНИТЬ ЕГО ПРИГЛАШЕНИЕ. ЗДЕСЬ МОЖНО ХОДИТЬ ПОД
ПАРУСОМ, КУПАТЬСЯ И ЗАГОРАТЬ, А МОЙ ХОЗЯИН, КАК ПРАВИЛО, ВЕСЬМА
ГОСТЕПРИИМЕН, ХОТЯ И ОЧЕНЬ, РАЗУМЕЕТСЯ, В ЭТИ ДНИ ЗАНЯТ. МНЕ БЫ
ТАК ХОТЕЛОСЬ, ЧТОБЫ ВЫ С НИМ ПОЗНАКОМИЛИСЬ И ПОЛЮБОВАЛИСЬ НА
ЭТО ПРЕКРАСНОЕ МЕСТЕЧКО! МНЕ ХОТЕЛОСЬ БЫ СКАЗАТЬ ВАМ ГОРАЗДО
БОЛЬШЕ, НО ОСТАВИМ ЭТО ДО НАШЕЙ СЛЕДУЮЩЕЙ ВСТРЕЧИ. ХОТЕЛОСЬ
БЫ ЗНАТЬ, КОГДА ОНА ПРОИЗОЙДЕТ. ПРОСТИТЕ ЗА КРАТКОСТЬ ЭТОГО
ПОСЛАНИЯ, НО В НАСТОЯЩИЙ МОМЕНТ ЭТО МАКСИМУМ, ЧТО Я МОГУ
СДЕЛАТЬ.
ЭМИЛИО.
Аппичелла закрыл этот файл и вновь активизировал передачу программы.
- О'кей, - окликнул он девушку через открытую дверь, - соединяйте меня.
- Готово, - отозвалась она, вышла из-за пульта и встала в дверях. - А что вы
проверяете?
- Всего лишь передающую способность модема нового компьютера.
Он отпечатал: ЗАПУСК В ИСТОЧНИК.
- Слушайте, - сказал он девушке, - можете сами прослушивать проверку.
Из встроенного в компьютер громкоговорителя сначала донесся телефонный гудок,
затем звук набора номера, затем еще гудок, потом тишина. И это значило, что
компьютер соединился с "Источником" и теперь передает главной ЭВМ цифру
бюджета и пароль. На экране перед Эмилио появились слова:
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИСТОЧНИК.
Аппичелла быстро потянулся к контрольной клавише и нажал на Р. Появился
запрос системы. Аппичелла отпечатал:
НОВЫЙ ФАЙЛ
НАЗВАНИЕ НОВОГО ФАЙЛА? - спросил компьютер.
КЭТ
Экран опустел. Аппичелла нажал на клавишу выхода, затем отпечатал:
ПЕРЕДАТЬ КЭТ
Затем последовал краткий потрескивающий шум дисковода, пока файл передавался
через американский спутник связи из компьютера Малибу на компьютер в Мериленде,
затем Аппичелла вновь нажал на контрольную клавишу Р, возвращая систему в
состояние запроса. Он отпечатал:
ВЫХОД
ВЫХОД ЗАВЕРШЕН, - отозвался главный компьютер, -
ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ СЕАНСА СВЯЗИ: 25 СЕКУНД, - и экран вновь опустел.
Аппичелла обратился к своему компьютеру:
СТЕРЕТЬ КЭТ
1 ФАЙЛ СТЕРТ, - ответил компьютер.
Дело сделано, и следов не осталось. Это, конечно, неплохо, что он передал краткое
изложение плана вторжения на файлы, но вот еще бы узнать, какое оборудование
Советы используют для перехватов. Если оно так себе, то они уже знают, что из
Малибу осуществлялась международная связь, но ведь это дело обычное. Если же
оборудование очень хорошее, то им удастся расшифровать и само послание. Будем
надеяться, что оно достаточно безобидное, чтобы из-за этого послания началась
паника.
- Ну вот, - сказал он девушке, - все в полном порядке.
- Хорошо, - ответила девушка. - О, мистер Аппичелла, если вам надоест
компания Ольги, вы дадите мне знать?
- Дорогая моя, да это же чудесная мысль. Вы можете рассчитывать на это.
Он встал со стула и убрался на рабочем месте. К этому времени солнце уже светило
в окна.
- Ну, похоже, погода улучшается. Думаю, надо сходить искупаться. Пошли со
мной?
- Как бы я хотела, - ответила девушка, надувая губы.
- Ну тогда в другой день.
Он двинулся из комнаты, затем остановился.
- А скажи-ка мне, дорогая, какой номер входящей сюда компьютерной связи,
включая и код страны? Ведь Майоров попросил меня проверить передающий модем и
с другого конца.
Она поискала номер, записала его на бумажке и отдала ему.
Он поцеловал ей руку, получил соответствующий ответ, затем покинул здание.
Солнце хоть и появлялось нерегулярно, но небо очищалось от туч быстро. Он увидел,
что карт Майорова все еще стоит у входа к бассейну. Аппичелла вернулся в коттедж,
переоделся в купальный костюм, захватил полотенце и пошел к пляжу. Здесь с
полдюжины молодых людей, обитающих в Малибу, загорали или упражнялись в
плавании на яликах. Он расстелил полотенце в нескольких ярдах от этой группы и
уселся.
- Что там происходит? - окликнул он одного из них, указывая на странную
яхту.
- Какая-то яхта потеряла мачты и придрейфовала сюда. Один из парней, которые
прибуксировали ее, говорит, что там не то англичанин, не то американец.
- Подумать только! - засмеялся Аппичелла. - И большой экипаж?
- Я думаю, что он один управлял. Должно быть, сумасшедший.
Аппичелла откинулся назад, опираясь на локти и уставился в море, время от
времени поглядывая на яхту. У входа к портовому бассейну появился и встал на
карауле вооруженный часовой. Наконец Майоров и мужчина, которого звали Джоунс,
покинули лодку и на карте поехали вверх на холм. Аппичелла встал и пошел обратно в
коттедж. Оттуда ему тоже был виден портовый бассейн. И он уселся там на террасе с
чашечкой кофе.
Гельдер по вызову прибыл в кабинет Майорова. Он не знал, чему посвящена
встреча, но вот уж видеть Майорова ему никак не хотелось. Это была их первая
встреча с тех пор, как они вернулись из Москвы, и Гельдера все еще переполняла
холодная злость на этого человека, ставшего причиной страданий Трины Рагулиной.
Когда Гельдер появился у кабинета Майорова, как раз прибыли Майоров и Джоунс.
- А, Гельдер, - сказал Майоров. - Заходи, заходи.
Он выглядел очень озабоченным. Прошел в кабинет.
- Садись и извини, я отвлекусь на минутку, нам надо разрешить одну ситуацию.
- Он обратился к Джоунсу. - Ну, мистер Минц, что вы думаете?
- Я думаю, мы обязаны немедленно отправить его в Москву для допроса в
Центре. Не слишком ли подозрительное совпадение, что к нам именно в этот момент
вдруг заглядывает какой-то американец?
Майоров из бумаг, брошенных им на стол, поднял небольшую карточку.
- Возможно, вы и правы. Хотя...
Он посмотрел на наручные часы, казалось, над чем-то размышляя, затем взялся за
телефон.
- Дайте мне международную линию.
Глядя на карточку, он набрал серию цифр, затем включил громкоговоритель.
Гельдер услышал помехи, затем гудки вызова; затем ответил женский голос:
- Доброе утро, это "Ли и Ли".
- Доброе утро, - сказал Майоров с более явным британским акцентом. -
Могу я поговорить с мистером Ли?
- С каким мистером Ли вы хотели бы поговорить? С Биллом или Уиллом?
Майоров глянул на Джоунса.
- С мистером Уиллом Ли, пожалуйста.
- Извините, но Уилл находится за границей. Здесь его отец; может он вам
помочь?
- Нет, это личный разговор. Я его старый приятель, звоню из Лондона. Не
подскажете, где я мог бы отыскать Уилла?
- О, одну минуту, я только погляжу расписание его маршрута.
Последовала пауза, заполненная шуршанием бумаг.
- Вот. Значит, если он не выбился из графика, то сейчас он должен идти под
парусом, но через три дня он должен быть в Копенгагене. У меня есть номер телефона
его отеля там.
Майоров записал номер телефона.
- Спасибо, постараюсь отыскать его там. До свидания.
Он прервал связь и уставился на визитку, вид его был задумчивым.
Гельдера ошеломило имя Уилла Ли, настолько ошеломило, что он не мог говорить.
- Это не доказательство, - сказал Джоунс. - Если он агент, то это просто
прикрытие. И я не сомневаюсь, что в копенгагенском отеле даже забронирован для
него номер.
- Само собой, - сказал Майоров, - но есть еще кое-что. Когда я работал в
Первом управлении, мы там всегда вели досье на американских политиков, особенно
на тех, кто мог бы стать президентом. Так вот в шестидесятых годах был один
губернатор штата Джорджия, чья кандидатура в списке демократов рассматривалась на
место тогдашнего вице-президента, Линдона Джонсона, чтобы выдвинуть их с Джоном
Кеннеди в 1964 году. И звали его Уильям Генри Ли, известного как Билли. И этот
человек на яхте, очевидно, его сын.
- А я вам говорю, что это все прикрытие, - страстно заговорил Джоунс. -
Он выступает под именем реального человека, вот и все. Так же, как это делал Гельдер,
выполняя свое задание.
- Прошу прощения, сэр, - сказал Гельдер. - Но я думаю, что я знаю этого
человека, Уилла Ли.
- Что? - в замешательстве спросил Майоров.
- Это произошло, когда я был в Стокгольме. Совершенно случайно мы оказались
в ресторане за одним столиком.
Майоров потребовал полного отчета о той встрече, и они с Джоунсом с интересом
выслушали. Когда Гельдер закончил, первым заговорил Джоунс.
- Слишком много совпадений, чтобы быть правдой, - сказал он. - И мы не
можем позволить этому человеку покинуть Малибу, разве что отправить его в Москву.
- Нет, - сказал Майоров. - Неужели вы не понимаете, что это наоборот,
слишком много совпадений, чтобы не быть неправдой? Чтобы их встреча состоялась
запланированно, кому-то должно было быть известно о его, Гельдера, прибытии в
Стокгольм. Но даже он сам не знал, что окажется там. Это было непредсказуемо. А
если бы и оказалось предсказуемым, и если их встреча не случайна, ему бы ни за что не
позволили уехать. Его бы мгновенно арестовали.
Казалось, Джоунсу нечего возразить.
- Может, вы и правы. Но мы все равно не можем позволить ему уплыть. Мы же
вот-вот начинаем.
- Может быть, именно потому, что мы вот-вот начинаем, его и надо отпустить,
- сказал Майоров. - Он здесь ничего не видел, яхты не покидал. Гавани подводных
лодок из входа в лагуну и портовый бассейн не видны. Он мог видеть одного или двух
человек в форме, вот и все. И тот факт, что мы позволяем ему уйти, сделает нас в его
глазах совсем невинными. А задержание в пленниках сына американского политика
вызовет ненужные осложнения. - Майоров хлопнул ладонью по столу. - Итак,
отпускаем его сегодня же. Я сам об этом позабочусь, но сначала я должен поговорить с
Гельдером. Пожалуйста, извините нас, Джоунс.
Джоунс встал и ушел, качая головой.
Майоров обратился к Гельдеру:
- Ян, мы выступаем завтра.
Гельдер уставился на него.
- Завтра? Значит, у нас так мало времени на подготовку?
Майоров улыбнулся.
- Ну, на самом деле, не так уж и мало. Ведь мы уже несколько недель, под
предлогом проведения маневров, стягивали в Балтийский регион войска и вооружение.
Наша разведка докладывает, что западные службы ничуть не встревожены этими
передислокациями, а также о том, что ни в Швеции, ни где-либо еще никаких
необычных мер предосторожности не принимается. Для проведения нашей операции
условия просто идеальные, и ты, мой мальчик, во всем этом плане занимаешь едва ли
не единственную, самую важную позицию.
- Да, сэр?
Гельдер даже забыл о Трине Рагулиной. Слишком захватила его интрига
происходящего сейчас.
Майоров подошел к картам, висевшим за его столом, щелкнул выключателем и
осветил их. Он указал на карте подступы к Стокгольму.
- Смотри сюда. Ты пройдешь тем же маршрутом, что и в предыдущем задании,
до начала паромной переправы Хельсинки-Стокгольм. Правда, на этот раз ты будешь
командовать субмариной типа "Виски", и ты пройдешь по этой переправе несколько
километров, вот до этой точки. - Он помолчал для эффекта. - А здесь ты
посадишь субмарину на мель.
Эффект был достигнут.
- На мель, сэр? Умышленно?
Это же самый быстрый путь для командира подлодки оказаться в дисциплинарном
батальоне, подумал Гельдер. Но тут он вспомнил о своем однокурснике Гущине,
совершившем то же самое и которого вполне довольного жизнью он заметил на пирсе
в Малибу.
- А затем, - сказал Майоров, - вот что ты сделаешь.
Ли разбудили резкие удары по палубе яхты. Он вскочил с сидений и выбрался в
кокпит. На причале стоял тот самый человек КГБ, Майоров.
- Пойдемте со мной, - сказал Майоров.
Ли пошел за ним по причалу, обеспокоенный, но тут же отметил, что вооруженный
часовой исчез. Уилл прошел за Майоровым по причалу в примыкающий длинный
ангар. Там высилась яхта такого же размера, а ее дно четверо человек покрывали
краской, отталкивающей ракушки и водоросли. Рядом с яхтой лежала мачта.
- Я думаю, она на пару футов короче вашей мачты, - сказал Майоров, - но я
не вижу причин, по которым ее, с новым такелажем, нельзя было приспособить к
вашей, так?
- Нет, мистер Крамер, я не могу, - ответил Ли. - Тем более, что я потерял
гики и паруса.
- Ну так мы дадим вам взаймы гик и паруса этой яхты, они должны подойти.
Он начал выкрикивать команды на русском языке, и люди, которые красили яхту,
засуетились вокруг, побросав инструменты.
- Вот этот малый немного понимает по-английски, - сказал Майоров,
указывая на одного из этих людей. - Мы подведем вашу яхту к этому ангару и с
помощью крана установим мачту. Они подгонят паруса до нужной длины, и с
помощью некоторых изменений в планировке вашей палубы, вы будете в полном
порядке.
- Это так любезно, мистер Крамер, что вы мне помогаете, - искренне
проговорил Ли. - Я не могу вам выразить всю благодарность за ваше содействие в
том, что меня отпускают отсюда. Я бы хотел возместить стоимость оборудования.
Майоров улыбнулся.
- Ну так вложите эти деньги в ослабление напряженности между востоком и
западом, - сказал он. - Но вы должны по возможности побыстрее отплыть. - Он
посмотрел на часы. - Я думаю, что мы сможем вас выпустить в полночь.
- Это просто великолепно. Тогда я сразу принимаюсь за работу.
Майоров пожал Ли руку.
- До свидания, мистер Ли. Больше не увидимся.
И это тоже было великолепно для Ли.
Перед тем, как уйти на работу, Рул еще раз попыталась связаться с "Источником".
Звонок от секретарши Аппичеллы озадачил ее. И эта женщина сказала, что он не
может встретиться в назначенный срок, поскольку задерживается. Она поняла это как
намек на то, что дела идут не очень хорошо, или что ему необходимо еще время.
Возможно, подумала она, что он отказался от своей "миссии", здорово испугавшись в
присутствии Майорова. Тем не менее, она дважды в день проверяла файлы Аппичеллы
в "Источнике". Ничего.
И вот теперь она сидела в своем кабинете за маленьким компьютером "Эппл" и
связывалась с "Источником", используя бюджетные цифры и пароль Аппичеллы.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИСТОЧНИК, - сказали ей.
Она получила разрешение на вход и отпечатала: ФАЙЛЫ.
На экране стал разматываться список, тот самый список, который она видела уже
несколько дней, и тут он остановился. Внизу листа стояло КЭТ. Так значит, он сделал
это! Она быстро прочла файл. Ясно, он боялся, что его перехватывают и потому послал
нечто вроде почтовой открытки. Тем не менее, было ясно, что рядом с Майоровым и в
Прибалтике что-то происходит. Также ясно, что уехать он не может, не позволяют.
Она сделала документальную распечатку послания и вышла из "Источника".
Всю дорогу до Ленгли она посматривала в зеркало заднего вида, но никакого
хвоста не заметила. За последние несколько дней она замечала его раз или два, причем
в необычное время. Она была уверена, что слежка ведется за ней спорадически. Шел
дождь, и поэтому она припарковалась в подземной стоянке Агентства; выключив
зажигание, она уже собралась выйти из машины, но открылась дверца, и показался Эд
Роулз.
- Привет, малыш, - сказал он. - Проходил мимо и увидел тебя. Как дела?
- Полное разочарование, Эд. Кусочки все больше складываются в одно, а я же
никого не могу заставить даже пошевелиться.
Она рассказала ему о назначении Майорова командующим СПЕЦНАЗом и о
концентрации войск в Прибалтике.
- Ты права, - проговорил он. - Этого мало, чтобы кого-нибудь заставить
шевелиться. И скажи мне, действий какого рода ты ожидаешь?
- Ну, прежде всего, я хотела бы, чтобы оперативный отдел направил туда людей,
чтобы на месте собрать подтверждающие доказательства. Я думаю, что, если хоть
немного приоткрыть занавес над тем, что замышляют Советы, это их остановит, хотя, я
думаю, уже слишком поздно. Я полагаю, что они уже собираются выступать. Так что
лучшее - довести все до сведения президента и попросить его дать указание
Государственному Департаменту предупредить шведов. Или так, или пусть сам
позвонит премьер-министру Швеции и даст ему знать, что мы думает об этом.
- Ты хочешь сказать, что ты думаешь об этом.
- Ну спасибо, Эд, холодный душ мне сейчас не помешает.
- Почему ты думаешь, что Советы готовы выступить? У тебя есть свежая
информация?
Она кивнула.
- У меня в лагере Майорова есть свой человек.
Брови Роулза полезли вверх.
- У тебя что?
Она откопала в своем брифкейсе послание Аппичеллы, рассказала о визите
итальянца к Майорову и объяснила, каким образом пришло послание.
Роулз засмеялся.
- Дружище, да Саймон просто лопнет от злости, если узнает, что ты заслала
своего агента в СССР!
Он читал послание, а она объясняла, как оно пришло.
- А этот малый довольно шустрый. Он попал по яйцам, надо отдать ему
должное. Тем более, что написано это, словно письмо домой из лагеря, и ты можешь
даже не объяснять, как оно к тебе попало. Любой, кто знает пароль, может запустить
такое послание в компьютер, и откуда ты знаешь, может, он его послал откуда-нибудь
с пляжа в Портофлино.
Она кивнула.
- Это понятно. Но я ему верю. Я не думаю, что этот человек меня обманывает.
Послушай. Эд, я уже думала о том, чтобы отправиться в "Пост" или "Таймс", а может,
и в обе газеты.
Она ожидала, что он закричит на нее, но этого не произошло.
- Послушай, Кэти, - сказал он. - Может, и стоит так поступить, я не знаю,
но все же подумай хоть немного. Если ты думаешь стать Голосом Правды
восьмидесятых годов, то ты должна понять, что с этим тебе придется прожить остаток
твоей жизни. Остаться анонимной не удастся, потому что Агентство мгновенно узнает,
что утечка информации прошла через тебя. И даже если ты окажешься во всем права,
то в целом будешь героиней, но какая жизнь тебя ожид
...Поділитися у соцмережах
