Жанр: Триллер
Дикие карты 02. Козырные тузы
...евообразимый хаос. Приспешники Астронома бестолково метались по залу
- как кучка никчемных трусов, которыми они, в сущности, и являлись. Он с самого начала
знал, что они трусы - на своем веку полицейского предостаточно таких навидался. Этого было
вполне достаточно, чтобы захотеть переметнуться на другую сторону и начать истреблять их.
Гм, возможно, идея-то не так уж и плоха, тем более что тузы уже штурмуют Клойстерс; ну да,
бляха и пистолет у него с собой, можно сказать, что внедрился в тайное общество по заданию
полиции - кто станет его проверять, во всяком случае, сегодня? Точно.
Он оглянулся по сторонам и увидел Красного с Ким Той, которые пробирались к одной из
темных галерей в поисках выхода. Почему бы не начать вот хотя бы с них? Он вытащил
пистолет.
- Стоять! Стоять, а не то я стреляю!
Ким Той обернулась так стремительно, что темные прямые волосы волной взметнулись
вокруг головы. Иуда перевел пистолет с ее лица на лицо Красного.
- Я сказал, не двигаться!
Красный вскинул руку, словно пытаясь защититься от пули, и Иуда уже готов был
спустить курок - и вдруг замер, пораженный в самое сердце. Птицы щебетали и вили гнезда в
его мозгу, и весь мир был прекрасен, в особенности Ким Той, самая восхитительная и
необычная женщина из всех. Отшвырнув пистолет, Иуда бросился к ней, он любил эту
женщину так сильно, что даже не почувствовал себя уязвленным тем, что китаянка убегает
прочь с Красным.
Теперь из ушей у него и в самом деле текла кровь, но ему было все равно. Он ничего не
замечал.
Как и все здешние помещения, это напоминало ей часовню. На том месте, где когда-то
мог стоять алтарь или крестильная купель, теперь громоздилась машина.
- Это ее ты видела во сне, - сказал Кафка Джейн, положив руку на один из
невообразимых углов. Джейн пришлось отвести взгляд - безумные очертания машины
грозили ей косоглазием. Она предпочла смотреть на куда более прозаические очертания
корпуса компьютера, поверх которого был водружен темный и безмолвный монитор.
- Прибор Шакти, - сказала она.
- Да. Прибор Шакти. - Он поморщился - воздух снова огласил ужасный вой. -
Сегодня мы все можем погибнуть, но эта машина должна уцелеть.
Джейн с отвращением скривилась.
- Эта тварь Тиамат...
- Она - наша единственная надежда.
Послышался шорох - это Малыш Динозавр, как он ей представился, поплотнее запахнул
на себе простыню, снятую с Кафкиной постели. Она попросила его остаться в человеческом
облике, чтобы она могла говорить с ним, и он пусть и неохотно, но все же согласился - при
условии, что человек-таракан снабдит его чем-нибудь, чтобы прикрыться.
- Не знаю, насколько, по твоему мнению, ты можешь ему доверять, - сказал мальчик,
- но я бы не стал.
В коридоре за дверью послышались тяжелые шаги, и в келье появился Роман с безумными
глазами.
- Компьютер... он цел? - Не дожидаясь ответа, он отпихнул Кафку и отчаянно приник к
монитору.
- Элл и! Я здесь! Я здесь!
Кафка подошел к нему.
- Где Астроном?
- Плевать мне на Астронома! - рявкнул Роман и оттолкнул Кафку. - На него и на всех
вас.
Еще один вой потряс здание, и оба они повалились на компьютер. Одна из панелей
осталась в руке Романа, выставив на всеобщее обозрение электронную начинку.
- Ничего себе! - воскликнул мальчишка. - Ну и гадость!
Даже в скудном освещении Джейн видела, что внутренности компьютера пульсируют, она
различала текстуру плат и влажную живую плоть, смешанную с бездушной электроникой. Или
это плоть превратилась в железо? Девушка прикрыла глаза ладонью, чувствуя, как к горлу
подступила тошнота.
- Водяная Лилия!
Предостережение Кафки опоздало - чьи-то руки сжали ее плечи, затем развернули, и она
уперлась взглядом прямо в безжизненные глаза Несущего Гибель. Девушка положила руки ему
на плечи, и на один немыслимый миг показалось, будто они стоят, обнявшись.
- Ты боишься смерти? - спросил он ее.
В такую минуту этот вопрос не показался ей неуместным.
- Да, - просто ответила она.
Что-то дрогнуло в его лице, и Несущий Гибель медленно разжал пальцы.
- Водяная Лилия! - снова вскрикнул Кафка полным отчаяния голосом.
Но девушка осталась стоять, осталась жить - и легко коснулась пальцами впалой щеки
Несущего Гибель. Он отпрянул.
- Вам больно от прикосновений, да?
- Мне больно от всего, - сказал он грубо и отпихнул ее.
Джейн растянулась на полу рядом с машиной Кафки и попыталась подняться, когда по
толстому матовому стеклу разбежалась паутинка трещин и оно разлетелось, забрызгав
комнатку множеством разноцветных осколков. Девушка обеими руками прикрыла голову и
вжалась в пол; в пробоину ворвался длинный язык пламени, опаляя дерево и камень. Кто-то
закричал. Хитиновая оболочка Кафки зашелестела: он подполз к ней по полу и попытался
подтолкнуть ее поближе к машине.
- Единственная надежда, - выдохнул он. И снова вой тряхнул здание. - Тиамат...
защити... Тиамат нужна твоя помощь...
Человека-таракана оторвало от нее; она слышала, как он закричал. Потом кто-то рывком
вздернул ее на ноги, и Джейн увидела, как Кафка рухнул навзничь от удара в голову.
- Не-е-ет! - закричала она. - Не трогайте его, не надо!
Эти ореховые глаза она видела тысячу раз, и в последний - только сегодня. Ее губы
шевелились, но она не могла произнести ни звука. В ореховых глазах заискрилась улыбка,
потом их обладатель отодвинул ее в сторону.
- Отойди, золотце, мне не хотелось бы сделать из тебя жаркое.
Он отвернулся и наставил палец на Кафку с его машиной Шакти и на мальчика, который
снова превратился в динозавра - на этот раз он предпочел стать стегозавром. Джейн пыталась
побороть свою немоту и найти нужные слова, и в конце концов произнесла то, пожалуй,
единственно правильное, что могло помешать ему превратить здесь все в угли.
- Д. П., не делай этого!
Джек Попрыгунчик обернулся к ней с разинутым от удивления ртом.
Миг спустя его удивление стало еще большим, когда он обнаружил, что она с ног до
головы покрыта водой.
Фортунато забегал в каждую комнату, коридор и закуток, какой только мог найти, а педик
из космоса не отставал от него ни на шаг. Пока что им удалось обнаружить только какого-то
недоумка, который ползал по каменному полу и из ушей у него текла кровь. Педик хотел
задержаться и осмотреть его, но Фортунато вправил ему мозги. Здесь вам не клиника, сказал он
и уволок космического педика за дурацкий воротник его педиковского пальто. Да,
педиковского - кстати, приятель, давай поговорим о педиках: ведь твой драгоценный Кроули
тоже был педик, да и ты сам, коль уж на то пошло, каким образом воскресил того мальчишку из
мертвых, а? Он решительно пресек поток мыслей и побежал дальше по узкому коридору.
- Фортунато... куда ты... что ты собираешься... делать? - тяжело дыша, спросил Тахион.
- Я его чую, - бросил Фортунато через плечо.
- Кого - его?
- Он погубил Эйлин. Он и Бэлзам. И еще множество других. - Плакальщик снова
взвыл, и Фортунато пошатнулся. Тахион врезался в него, и оба чуть не полетели на пол. -
Черт, да когда же он наконец заткнется? - пробормотал Фортунато. Внезапно он остановился
и сграбастал Тахиона за лацканы его педиковского пальто. - Послушай, не вмешивайся в это
дело. Он мой, понял?
Такисианин снизу вверх взглянул на раздутый лоб Фортунато, на его гневные черные
глаза. Потом высвободил из черных пальцев пальто.
- Никогда еще не видел тебя таким.
- Да ты вообще ни черта еще не видел, - огрызнулся Фортунато и двинулся дальше - а
педик из космоса старался не отставать от него.
Несколько нескончаемых секунд никто, казалось, не знал, что делать. Роман вскочил на
ноги и прикрыл изувеченный компьютер своим телом. Кафка засеменил к машине Шакти,
маленький стегозавр закрутил головой по сторонам. Даже Джек Попрыгунчик застыл на месте
и переводил взгляд с Джейн на странный механизм, затем на Кафку, Романа - и снова на
Джейн. Потом он отвернулся от нее, и время возобновило свой бег; он вытянул руку в
направлении машины Кафки.
- Нет. Не трогай его, - с отчаянием проговорила Джейн и потянулась к нему, а
Несущий Гибель проговорил, совсем тихо, едва слышно:
- Эй, ты!
Не успел Джек Попрыгунчик шелохнуться, как стегозавр съежился и превратился в голого
мальчишку, а потом в тираннозавра, который бросился через всю комнату и вцепился зубами в
бедро Несущего Гибель. Тот вскрикнул и упал навзничь; завязалась борьба. Кафка завопил, в
середине комнаты закружился сияющий вихрь, и через секунду на его месте возник Астроном.
Теперь он походил на видение из кошмара: острая песья морда, прямоугольные уши и косые
глаза - но Джейн была уверена, что это мерзкий старик.
- Божественный Сет! - выдохнул Кафка не то с ужасом, не то с облегчением.
Астроном улыбнулся Джейн, и она увидела, что зубы и губы у него в крови. Инвалидное
кресло куда-то делось; теперь его переполняла жизненная сила и энергия. И, точно в
подтверждение ее мысли, старец внезапно взвился в воздух.
Джек Попрыгунчик отступил на шаг, взмахнул руками... и вид у него стал озадаченный.
Астроном погрозил ему пальцем, как не в меру расшалившемуся ребенку, и устремил взгляд на
Несущего Гибель, который все так же катался по полу в схватке с тираннозавром. В
следующую секунду тираннозавр вновь стал голым мальчишкой.
- Вот черт! - взвизгнул Малыш Динозавр, увернулся от Несущего Гибель и попытался
добраться до двери. Едва он коснулся ее, как на пороге появился высокий чернокожий мужчина
с раздутым лбом. Джейн ахнула - не от его вида, но от ощущения силы, исходящей от него;
она чувствовала напряжение, от которого в воздухе потрескивали незримые искры.
- Я знал, что ты где-то рядом, - сказал Астроном, - чувствовал, как ты мутишь воду.
- Я не просто мутил воду. - И без того высокий, чернокожий туз распрямился так, что
показался еще выше, и потянулся к Астроному, словно хотел его обнять. Тот слегка снизился,
не переставая улыбаться.
- Я с радостью испытаю твои способности.
Старик полетел через комнату к машине Шахти. Чернокожий туз сделал несколько
неустойчивых шагов вперед и остановился, широко расставив ноги.
- Не робей, Фортунато. Подойди ближе.
Сила, тянущая Фортунато вперед, казалось, возросла. Джек Попрыгунчик бросил взгляд
на Джейн.
- Если у тебя в запасе есть еще какие-нибудь фокусы, кроме как обливаться водой,
золотце, - сказал он вполголоса, - лучше пусти их в ход.
На пороге внезапно вырос еще один человек. Джейн едва успела заметить немыслимые
рыжие волосы и кричаще-яркий наряд, как следом за ним появился Красный и сбил
рыжеволосого с ног. Две фигуры сцепились и принялись кататься по полу. Потом в комнате
появилась Ким Той и принялась оттаскивать мужа, умоляя его "бросить все и сматываться".
Рядом с машиной Астроном и Фортунато застыли в равновесии в безмолвном поединке. У
Джейн появилось ощущение, что Астроном одерживает победу. Лицо Фортунато исказилось от
напряжения, его окружало странное сияние, а из раздутого лба показались рога. В ответ тело
Астронома начало принимать звериный облик - облик огромной борзой с раздвоенным
хвостом, торчавшим вверх, как нечто непристойное. Девушку охватил нестерпимый страх, но
ей не на кого было опереться, никто не мог предложить ей убежище, утешение или выход.
Мальчик-динозавр, который на этот раз стал тонким и длиннохвостым, ворвался обратно
в комнату и налетел на Красного, сбив его с рыжеволосого мужчины в причудливом одеянии.
Ким Той отскочила, и тут на сцене появился четвертый, который совершенно смешал все
карты, бросившись к китаянке. Джейн потрясенно поняла, что это Иуда. Из ушей у него текла
кровь, но он, похоже, не замечал этого - он завалил женщину на пол и принялся расстегивать
штаны, словно не видя абсурдности всего происходящего.
Все это походило на адскую фантасмагорию: Астроном, Роман, ужасный компьютер,
Кафка, машина Шакти, динозавр, Ред, чернокожий мужчина со своими рогами и тот, другой
мужчина - Тахион, теперь она узнала его, он, похоже, пребывал в оцепенении, - и Джек
Попрыгунчик, не способный ничего предпринять, да еще тот мерзкий подонок, который
затащил ее сюда - нет, поправилась она, которому она сама позволила затащить ее сюда, как
собачонку на коротком поводке, - подонок, который пытался изнасиловать Ким Той. Все это
промелькнуло в ее сознании в единую секунду, и сила вдруг сама собой собралась и хлынула из
нее наружу.
На этот раз один лишь Иуда остался безразличным к тому, что она делала. Он так и не
узнал, даже когда удар обрушился на него, что Джейн намеревалась лишь ослепить его,
заставив расплакаться, но сила слишком долго копилась под спудом, не находя выхода, а
девушка была слишком перепугана и слишком сильна в своем смятении.
Вода забрызгала стены, пол и Ким Той. Джейн хотела кричать, но из горла вырвался лишь
слабый вздох. Все прекратилось, даже поединок между Астрономом и Фортунато, казалось,
стал чуть менее напряженным. Джек Попрыгунчик завопил:
- А ну, никому не двигаться, а не то она повторит этот фокус еще раз!
Девушка заплакала.
Через мгновение уже бушевал настоящий ливень, от которого не было спасения нигде.
Джек Попрыгунчик выскочил из окна и повис в воздухе.
- Утопи их или прекращай это! - потребовал он.
И все действительно прекратилось - жестом Астронома. Он одарил Джейн еще одной
своей жуткой улыбочкой.
- Сделай это еще раз, ради меня.
Она ощутила, как гигантская незримая рука развернула ее, и сила вновь начала нарастать
внутри нее, нацеливаясь на того чернокожего туза, Фортунато...
...который вдруг оказался вовсе не там, где был всего мгновение назад, а позади
Астронома, над машиной Шахти, и вскинул обе руки...
- Не-е-е-ет! - выкрикнул Кафка, и его вопль, эхом отозвавшийся в мозгу Джейн, словно
спустил какой-то невидимый курок. Сила хлынула из нее против ее желания, и девушка лишь в
последнюю секунду, собрав остатки воли, изменила ее направление. Убийственная волна
миновала всех, даже Астронома, и ударила в компьютер в тот самый миг, когда машина Шакти
развалилась со звуком, слишком похожим на человеческий крик.
Сила Фортунато снова хлестнула машину, и опять раздался крик, на этот раз
действительно человеческий - кошмарные живые внутренности компьютера рассыпались в
пыль, которая запорошила руки и грудь Романа.
Фортунато кинулся на Астронома. Его звериный облик рассеялся, и старец снова
превратился в человека, причем очень маленького. Его силуэт затрепетал в воздухе, и свет
вокруг него начал меркнуть.
- Глупец, - прошептал он, но этот шепот разнесся по всей комнате и достиг ушей
каждого. - Слепой черномазый глупец. - Астроном обвел всех взглядом. - Сдохнете в
муках!
И исчез, словно дым.
- Подожди! Подожди, черт бы тебя побрал! - Несущий Гибель кое-как поднялся на
ноги, зажимая зарастающее на глазах бедро. - Ты же обещал мне, черт тебя побери, ты
обещал!
Между его яростными вскриками слышались рыдания Романа, составлявшие с ними
причудливый контраст.
Ноги у Джейн подкосились. Несмотря на всю ее мощь, физические силы оставили ее.
Тахион оказался рядом и не дал ей упасть.
- Пойдемте, - сказал он ласково и потянул ее к двери.
Девушка почувствовала, как что-то обволакивает ее сознание, тушит искры
зарождающейся истерики - будто теплое уютное одеяло. Полу зачарованная, она позволила
ему вывести себя из комнаты. Той частью сознания, которая не подпала под власть чар
рыжеволосого такисианина, она слышала, как Кафка звал ее, и отстраненно огорчилась, что не
может ответить ему.
Из рощицы она наблюдала за завершением операции, которая впоследствии получила
название Великого Налета на Клойстерс. Время от времени она замечала Соколицу, которая
вилась вокруг башни или кружила над панцирем Черепахи, иногда в сопровождении
грациозного, хотя и не слишком большого, на ее взгляд, птеранодона. Колонны огня взмывали
в небо, разнося крыши и опаляя камни. Тщетно она пыталась разглядеть Кафку или Несущего
Гибель среди людей - масонов, поправила она себя, качая головой от сознания невозможности
всего происходящего, масонов, - которых Черепаха аккуратно поднимал в воздух и уносил
подальше от опасности.
- В конечном счете, я все-таки попыталась позаботиться о ком-нибудь. Я попыталась
позаботиться о мальчике, - пробормотала она, нисколько не беспокоясь, поймет ее стоящий
рядом Тахион или нет.
Однако он понял. Девушка чувствовала его присутствие в своих мыслях - он легко
касался ее воспоминаний о Дебби, Сэле и о том, как ее нашел Иуда. Там, где он притрагивался
к ним, оставалось теплое ощущение сочувствия и понимания.
Плакальщик снова взвыл, но на этот раз его вой был недолгим.
Пожалуй, Джейн могла бы разрыдаться, вот только, похоже, уже успела наплакаться на
всю жизнь.
Немногим позже знакомые голоса вывели ее из состояния оцепенения. Джек
Попрыгунчик вел мальчика-динозавра, который на этот раз принял облик, совершенно ей не
знакомый.
- Игуанодон, - шепнул ей такисианин. - Сделайте одобрительный вид.
И каким-то непостижимым образом ей это удалось.
На пороге, озаренном отблесками затухающего пожара, появился Фортунато; он
перешагнул через тлеющие обломки и двинулся к ним; выглядел он еще паршивее, чем Джейн
себя чувствовала.
- Я их упустил, - сказал он Тахиону. - Таракана, того дохлого придурка, ну другого. И
Красного с его бабой. Ушли, если только Черепаха их не прихватил. - Он мотнул головой в
сторону Джейн. - А с ней что?
Она взглянула мимо него на горящее здание Клойстерс и попыталась оценить свою силу.
Вполне достаточно для того, что она задумала.
Вода полилась на самые жадные языки пламени и немного притушила их - хотя и не до
конца. "Все-таки поблизости оказался поджигатель, когда в нем возникла необходимость", -
подумала она и искоса взглянула на Джека Попрыгунчика.
- Не трать энергию, - посоветовал он, и, словно для того, чтобы придать его словам
убедительности, послышался вой пожарных машин.
- Я родилась в здании пожарной команды, - сказала девушка. - Мама не успела
доехать до больницы.
- Здорово, - отозвался он, - но мне уже пора. - Он взглянул на Тахиона. - Мне...
мне хотелось бы знать, откуда ты узнала... ну, в общем, почему ты называла меня Д.П.
Джейн пожала плечами.
- Д. П. Джек Попрыгунчик. Так короче. - Она выдавила бледную улыбку. - Вот и все.
Мы никогда не встречались.
На его лице отразилось безмерное облегчение.
- А-а. Послушай, мы могли бы как-нибудь познакомиться друг с другом поближе, и
тогда...
- Шестьдесят минут, - перебил его Тахион. - Я бы сказал, что твое время почти на
исходе. Можно назвать это фактором Золушки - когда кто-то спотыкается.
Джек Попрыгунчик бросил на него злобный взгляд и взвился в воздух. Его окружил
пламенеющий ореол, и он с ревом вылетел во тьму.
Джейн некоторое время смотрела ему вслед, потом грустно опустила глаза.
- Я чуть было не погубила его. Я погубила живое существо. Я...
Тахион обнял ее.
- Обопритесь на меня. Все хорошо.
Девушка осторожно освободилась из кольца его рук.
- Спасибо. Но мне больше не нужны подпорки.
"Так, Сэл?"
Она повернулась к пылающему зданию и продолжила заливать те места, где огонь
бушевал сильнее всего.
Несущего Гибель, который затаился в узком переулке, била дрожь. С ногой все обстояло
настолько скверно, что рана до сих пор не затянулась, но все будет в порядке; он знал это так
же точно, как и соизмерял силу своей ненависти к Астроному - за то, что бросил его на
произвол судьбы, но прежде всего за то, что заманил его своими обещаниями и посулами.
Тиамат, черта с два. Он доберется до этого колченогого старого козла еще до того, как Тиамат
приблизится к Земле, и это не пустые угрозы. Этот мерзавец у него еще попляшет, так
попляшет, что даже в аду будет об этом помнить.
Он впал в полузабытье. Неподалеку, никем не замеченный, Кафка наблюдал за крушением
Клойстерс. Когда в огонь вдруг из ниоткуда полились струи воды, он побрел прочь, стремясь во
что бы то ни стало сберечь в душе безжизненный холод ненависти.
Уолтер Джон Уильямс
Комета мистера Койямы
"Mr. Koyama's Comet"
Часть первая: Март 1983
В июне тысяча девятьсот восемьдесят первого года Койяма Эйдо, служащий концерна
"Мицубиси" в третьем поколении, удалился на заслуженный отдых под неумеренные
восхваления и честно заслуженные слова уважения от своих начальников и подчиненных. Он
вдрызг напился, дал отставку любовнице и на следующий же день начал осуществление плана,
который вынашивал вот уже почти сорок лет. Вместе с женой они переехали в небольшой
домик на острове Сикоку. Дом стоял в гористой местности на юге острова, и добраться до него
было нелегко; установить телефон и провести коммуникации обошлось мистеру Койяме в
кругленькую сумму, да и сам дом был построен в необычном стиле, с плоской крышей, крайне
непрактичной в ненастье - но для мистера Койямы все это не имело значения. Главное, что
дом находился в такой глуши, где почти не было светового загрязнения, что его восточные окна
выходили на Тихий океан, а юго-западные - на пролив Бунго и что над водой наблюдать было
удобнее.
В каморке, построенной на плоской крыше, мистер Койяма установил телескоп-рефлектор
- творение собственных рук. В ясную погоду он выкатывал телескоп на платформу и
рассматривал небо, звезды и планеты, далекие галактики и делал аккуратные, тщательно
выверенные фотографии, которые потом проявлял в специально оборудованной комнате и
развешивал на стенах. Но просто наблюдать за небом ему было недостаточно: мистеру Койяме
хотелось большего. Он мечтал, чтобы там, наверху, было что-то такое, что носило бы его имя.
И потому каждый день сразу же после заката и перед самым рассветом мистер Койяма
поднимался на свою крышу с флотским биноклем, купленным еще в сорок шестом году в Чибе
у бывшего капитана подводной лодки. Закутанный в теплое шерстяное пальто, он терпеливо
наводил пятидюймовые линзы объективов на небо и пристально его разглядывал. Он искал
кометы.
В декабре тысяча девятьсот восемьдесят второго года мистер Койяма обнаружил одну, но,
к несчастью, вынужден был делить честь открытия с неким Секи, который увидел ее
несколькими днями ранее. Он продолжил наблюдения, поклявшись себе удвоить упорство и
бдительность.
Март тысяча девятьсот восемьдесят третьего года ознаменовался холодом и моросью -
мистер Койяма дрожал, несмотря на теплое пальто и шляпу, но ночь за ночью упрямо выходил
на крышу. Подхваченный там грипп уложил его в постель до двадцать второго числа, и он с
неудовольствием обнаружил, что за время его болезни Секи с Икейей открыли еще одну
комету. Пришлось снова дать клятву об удвоении упорства и бдительности.
Утром двадцать третьего марта мистер Койяма наконец-то нашел свою комету. Там, близ
еще не взошедшего солнца, появилось размытое пятно света. Он чихнул, крепко сжал бинокль
и снова направил его в небо; в том секторе просто не могло находиться ничего другого.
С бешено бьющимся сердцем мистер Койяма спустился в кабинет и снял телефонную
трубку. Он позвонил на почту и дал телеграмму в Международный Астрономический Союз. (В
MAC почему-то предпочитают телеграммы; телефонный звонок сочли бы дурным тоном.)
Вознося невнятные молитвы сонму богов, в которых он вообще-то якобы не верил, мистер
Койяма вернулся на крышу, почти ожидая увидеть, что комета исчезла, пока он ходил. И
вздохнул с облегчением.
Комета никуда не делась.
Подтверждение от MAC поступило два дня спустя, в нем сообщалось то, что мистер
Койяма уже и так знал из наблюдений: Койяма 1983D оказалась на редкость прыткой особой и
уносилась от Солнца, как летучая мышь из ада.
Дальнейшие исследования выявили всевозможные аномалии. Стандартный
спектрографический анализ показал, что Койяма 1983D большая оригиналка: вместо обычных
для комет гидроксилов и углерода она продемонстрировала наличие большого количества
кислорода, азота, водорода, углерода, кремния и различных минеральных солей. Словом, всего
того, что необходимо для органической жизни.
Вокруг кометы Койямы немедленно вспыхнула полемика. Насколько она аномальна;
каким образом возможна жизнь в холодных и пыльных пределах облака Оорта? Мистер Койяма
дал интервью "Би-би-си", "Эн-би-си" и советскому телевидению. Журнал "Таймс" посвятил ему
очерк. В нем он скромно признавался, что всего лишь любитель, и выражал удивление таким
ажиотажем вокруг его кометы, но сам в глубине души радовался так, как не радовался ничему в
жизни, включая и рождение старшего сына. Его жена то и дело замечала, что он важно
расхаживает по дому, как двадцатилетний, и улыбается до ушей, как клоун.
Каждую ночь и утро мистер Койяма неизменно поднимался на крышу. Превзойти такой
успех было нелегкой задачей, но он был твердо намерен попытаться.
Часть вторая: Октябрь1985
Теперь астрономия пользовалась повышенным вниманием, за что следовало благодарить
возвращение кометы Галлея, но мистер Койяма сохранял спокойствие, несмотря на всеобщее
возбуждение. После Койямы 1983D он открыл еще четыре кометы и не сомневался, что
обеспечил себе надежное место в истории астрономии. Каждая из его комет принадлежала к так
называемому "Койяма-типу", демонстрировала ту же самую непонятную спектрограмму и
скорость летучей мыши, удирающей из ада. Кометы типа Койяма то и дело открывали всякие
любители - и всякий раз неподалеку от Солнца.
Полемика так и не утихла, а, напротив, разгорелась с новой силой. Может быть,
Солнечная система проходит сквозь кометную бурю, содержащую органические элементы, или
же это сравнительно обычное явление, которого никто до сих пор просто не замечал? Фред
Хойл улыбался и сделал заявление в духе "я же вам говорил", которое полностью повторяло
его теорию о космических семенах, содержащих органическую жизнь, и даже самые
непримиримые его оппоненты были вынуждены признать, что этот раунд мог бы остаться за
неуживчивым старым йоркширцем.
Мистер Койяма не раз получал приглашения выступить с речью, но отвергал все до
единого. Время, потраченное на речи, означало время, оторванное от наблюдений в его
обсерватории на крыше. Рекорд по числу открытых комет соста
...Поділитися у соцмережах
