Жанр: Триллер
Имя зверя
...ак ослеплять?
- Айше, ты не понимаешь. Я ничего не жду от тебя. Если ты хочешь найти Майкла, я
готов. В одиночку у тебя ничего не получится. Подумай об этом. Мы окружены. Даже если ты
заметишь его раньше, чем они, ты все равно не сможешь предупредить его.
Она снова повернулась к нему. Темнота прятала их лица друг от друга.
- В таком случае что ты предлагаешь?
Бутрос колебался, прежде чем ответить.
- Мы пойдем к ним, - сказал он наконец.
- Что ты имеешь в виду?
Он показал на стену на другой стороне переулка.
- Помоги мне взобраться туда, - сказал он. В девяти футах над землей виднелось
забранное решеткой и закрытое ставнями окно.
Айше колебалась только секунду. Повернувшись спиной к стене, она подставила ему свои
руки. Бутрос неуклюже встал на них одной ногой и подпрыгнул, ухватившись за решетку.
Поперек нее кто-то давным-давно натянул колючую проволоку. Сейчас она поржавела и
провисла, но колючки были такими же острыми. Осторожно, опасаясь упасть и распороть руки,
Бутрос открутил один конец нижней проволоки. К этому моменту Айше уже не могла его
держать.
- Извини, - прошептала она. - Руки устали. Что ты хочешь сделать?
- Увидишь, - ответил он. - Отдохнем несколько минут, потом я подниму тебя. Тебе
нужно будет только оборвать эту нижнюю проволоку с другого конца.
- Зачем?.. - Она замолчала - на улице послышался рев мотора. Они легли на землю,
прижавшись к стене. В отверстии показался джип, осветив переулок прожектором,
установленным на крыше. Они задержали дыхание. Джип покатил дальше, звук мотора
становился слабее, пока не затих в ночи.
Бутрос уже собирался поднять Айше к окну, когда тишину разорвал внезапный
мучительный вопль. Он продолжался всего несколько секунд. Кричал ли это человек или зверь
в предсмертном ужасе, сказать было невозможно. Вопль резко оборвался.
Айше задрожала и обхватила Бутроса руками. Он осторожно привлек ее к себе,
разрываемый ужасом и горькой, непреодолимой страстью к ней.
- Ты думаешь...
- Рифат? Или твой дядя?
- Нет, я... - Айше не договорила. Она вовсе не думала о своем дяде. Она казалась ему
такой хрупкой, что он, обнимая ее, боялся ее сломать. Если это действительно был Майкл
Хант... Он пожал плечами, вспомнив вопль, и подумал, как ужасно, если его счастье будет
зависеть от чужой смерти. И все же в глубине души он радовался. Если это был Хант...
Айше отстранилась от Бутроса:
- Ты думаешь, это был Рифат?
Что им нужно от Рифата? Или от ее дяди?
- Не знаю, - пожал плечами Бутрос. - Откуда мне знать?
Айше кивнула. Предположения более чем бесполезны. Бутрос снова сцепил руки замком.
Она глубоко вздохнула и встала на них ногой. Бутрос без усилий поднял ее к зарешеченному
окну. Меньше чем за минуту она переломила ржавую проволоку надвое. Бутрос опустил ее на
землю, и Айше молча протянула ему проволоку.
Каблуком он загнул колючки на обеих концах проволоки. Это оказалось нелегко: он не
был приучен к подобной работе.
На улице, ярдах в двадцати от того места, где к ней примыкал проулок показался
мухтасиб. Его выдавала белая одежда.
- Тебе придется помочь мне, - сказал Бутрос. - Я не смогу все сделать один.
- Что мне нужно сделать? - Айше начала понимать, что замышляет Бутрос.
- Заговори с ним. Отвлеки его внимание. Скажи ему, что у тебя болен ребенок, попроси
его помочь. Если сможешь, заведи его сюда, в переулок.
Она покачала головой:
- С какой стати он будет мне помогать? Я скажу ему, что нашла человека, которого он
ищет. Где ты будешь стоять?
- Я буду ждать здесь, - сказал Бутрос. - Дальнейшее предоставь мне. - Он надеялся,
что тренировка, которую он прошел в Коптской лиге самозащиты, поможет ему выполнить
задуманное. Зачем он вообще встрял в эти авантюры?
Айше поспешно вышла на улицу. Мухтасиб услышал ее шаги, когда она прошла полпути
до него, повернулся, направив на нее автомат, и секунду, казавшуюся вечностью, Айше была
уверена, что он пристрелит ее на месте.
Она держала руки открытыми, давая понять, что невооружена. Мухтасиб по-прежнему
держал ее на прицеле и, когда она оказалась в паре ярдов от него, велел ей остановиться.
- Помогите, - сказала Айше. - Там, в переулке, рядом с моим домом раненый.
Пожалуйста, пойдем. - Она говорила с андийским акцентом, как женщина, недавно
приехавшая из деревни, бесхитростная, беззащитная, испуганная.
- Убирайся, - приказал мухтасиб. Его голос был грубым, неприятным.
- Он истекает кровью, - настаивала Айше. - Он говорит, что за ним гонятся. Вы
должны помочь.
Мухтасиб колебался. Айше видела, что он проглотил наживку.
- Где он?
Она показала на переулок, в котором ждал Бутрос.
- Иди первой, - сказал мухтасиб. Он был моложе, чем показался с первого взгляда.
Вероятно, девятнадцатилетний мальчишка, окруженный взрослыми тайнами, вызывавшими у
него тревогу и страх.
Айше шла осторожно, чувствуя направленный ей в спину автомат, который за полсекунды
мог разорвать ее надвое. Каждый шаг казался столетием. Где-то, очень далеко отсюда, раздался
крик, потонувший в безбрежной тишине умирающего города. Она задержала дыхание. Она
чувствовала мухтасиба совсем близко за спиной.
Внезапно он остановился.
- Подожди-ка, - сказал он. - Как тебя зовут?
- Дунья, - ответила Айше, назвав имя матери. Ее разыскивали, но она не знала,
известно ли им ее имя.
- Повернись, - приказал он. - Я хочу взглянуть на твое лицо.
Она повернулась, стараясь держаться в тени.
- Почему ты так поздно на улице? Почему ты не позвала соседей на помощь?
- Они все боятся, - ответила она. - Сидят взаперти. Из-за чумы.
- В Каире нет чумы, - ответил мухтасиб, повторяя официальную догму. - Подойди
ближе, - приказал он, - еще ближе. - В руке он держал фонарик. Когда он осветит ее лицо,
то сразу же опознает в ней горожанку.
Айше бросилась на него, прежде чем он успел поднять руку, и повалила на землю. Она,
конечно, была гораздо слабее, но ярость, страх и отчаяние придали ей сил. Он лежал под ней,
ревя от страха. Она отчаянно зажала его рот рукой, заглушив крики. Оправившись от первого
потрясения, мухтасиб начал лягаться. Айше не знала, сколько времени сможет удерживать его.
Ее силы быстро убывали, она с трудом прижимала его к земле. Свободной рукой мухтасиб раз
за разом бил ее по голове и спине, пытаясь спихнуть ее с себя.
Казалось, прошла вечность, прежде чем Бутрос оказался рядом с ними. Без единого слова
он нагнулся над мухтасибом, накинув на его шею петлю из колючей проволоки, и со всей силой
стянул ее.
Мухтасиб отчаянно боролся, скинув с себя Айше. Он силился подняться на ноги, но
Бутрос крепко прижимал его к земле, встав коленями ему на плечи. Колючки впивались в шею
мухтасиба. Он пытался закричать, но из горла вырывались только нечленораздельные звуки.
Айше с ужасом смотрела, как он борется за жизнь, молотя руками и ногами. Больше всего ее
пугали его глаза на искаженном лице. В них не было мольбы, отчаянного призыва к
милосердию, одна лишь мрачная ярость и упрямый гнев. Она отвернулась, потеряв дар речи.
Когда она посмотрела снова, лицо уже было неподвижно, но руки и ноги судорожно
подергивались. Через несколько секунд они окончательно замерли.
Он понял, что что-то не так, задолго до того, как добрался до Фаджалы. Тревожная
тишина, пустынные улицы - все предвещало возможную опасность. В обычных
обстоятельствах он бы вернулся, но сейчас обстоятельства были необычными.
Всю дорогу до Эль-Сабтийи он был настороже. В каждой тени ему мерещился враг. На
всем пути горело только несколько фонарей, и улицы на огромном протяжении были
погружены во тьму. Он шел осторожно, чтобы избежать рытвин и открытых люков, и в
спокойное время представлявших большую опасность. Что-то мягко пробежало мимо него,
пропав во мраке. Большая крыса.
Наконец показался магазин. В окне второго этажа горел свет, как и в других окнах вторых
и третьих этажей по всей улице. Майкл почувствовал странное облегчение. Но почему никого
нет на улицах? Может быть, вновь введен комендантский час? Он даже сейчас хотел вернуться,
но должен получить ответ. И кроме того, нужно отдать Рифату лекарство. Если он спасет жизнь
книготорговца, то хотя бы немного отплатит ему за тот риск, которому он подвергал себя в
течение долгих лет, работая на Майкла.
Дверь была открыта. Майкл колебался, пытаясь представить, что может оказаться внутри.
Он никогда сюда больше не вернется, что бы ни случилось.
За его спиной раздались шаги. Он обернулся и увидел две фигуры, вышедшие навстречу
ему из темноты. Мухтасибы - он узнал их белую одежду. Они держали автоматы и уверенно
шагали прямо к нему. Майкл бросил взгляд вдоль улицы. Есть ли смысл в бегстве? Хотя бы как
жест отчаяния? В обе стороны тянулась улица.
Глава 49
До самого последнего момента она боялась какой-нибудь ошибки. Это окажется другой
незнакомый человек. Или еще хуже, человек, который ищет ее и который в следующее же
мгновение опознает ее под покровами белого тауба и поднимет тревогу. Но затем он
повернулся, на его лицо попал луч света, выхватив его из окружающих бесформенных теней, и
она увидела знакомые черты. Ее сердце заколотилось, и страх за себя ушел, тут же сменившись
всепобеждающим страхом за него.
- Майкл, - прошептала она. - Не бойся. Это я, Айше. Стой спокойно и не подавай
виду, что узнал меня.
Он посмотрел на нее, ошеломленный, пораженный.
Он был уверен, что никогда уже ее не увидит.
- Айше?! Не могу поверить... Это ты?
- Да, любимый.
Он услышал запинку в ее голосе и уловил в отблеске света горький и потерянный взгляд
ее глаз. Он непроизвольно протянул руки, чтобы обнять ее, но она отстранилась.
- Ради Бога не трогай меня и не показывай, что знаешь меня. Тут полным-полно
мухтасибов, и нам нужно как можно быстрее убираться. Мы с Бутросом арестовали тебя.
Пройдем вместе пятьдесят метров в ту сторону, затем направимся в переулок. Как только мы
там окажемся - беги.
- Но как...
Бутрос схватил его за руку.
- Пошли, - сказал он.
Айше взяла его за другую руку, подумав, сколько времени прошло с тех пор, как она в
последний раз прикасалась к нему.
Она была уверена, что за ними следят, что кто-то уже задает себе вопросы и через
несколько секунд они будут лежать, истекая кровью, на земле. Каждый вздох был мучением,
каждый шаг - вечностью.
Когда первое потрясение прошло, Майкл великолепно сыграл свою роль. Он боролся со
своими стражами, изображая попытку вырваться на свободу. Бутрос повернулся и сделал вид,
будто бьет его в живот прикладом автомата. Майкл зашатался, будто задыхаясь, и повис на
своих спутниках.
Десять метров.
Казалось, что тишина сейчас треснет как яичная скорлупа. Они ускорили шаги, стараясь
не поддаться желанию броситься бегом.
Двадцать метров.
Магазин оставался за их спиной. Тишина обволакивала их, душила, и их шаги падали как
тяжелые камни. Все застыло. Никто их не окликал. Одна секунда за другой, шаг за шагом.
Тридцать метров.
Айше уже видела справа от себя поворот в переулок. Тишина вытягивалась, становясь все
тоньше и тоньше, тугая, напряженная как струна, готовая лопнуть.
Где-то запищал уоки-токи. Тьма без предупреждения взорвалась звуком и светом. Залаял
искаженный мегафоном голос. Впереди вспыхнул гигантский прожектор, ослепив их.
- Бросайте оружие, - проревел голос. - Вы окружены. Вам некуда бежать. Вам не
спрятаться от Аллаха.
Майкл, за долю секунды приняв решение, выхватил автомат из рук Айше и выстрелил
прямо в свет. Раздался грохот. Зазвенело стекло. Кто-то закричал. Все поглотила тьма.
- Бежим! - прокричал Майкл. - Бежим!
И они побежали - ослепленные, полагаясь на память и инстинкт. Затрещал автомат,
затем другой. Пули вспахали землю в нескольких футах от них. Автоматная очередь хлестнула
по стене, которую они только что миновали, отбивая от нее каменные обломки.
- Сюда! - закричал Бутрос.
Вход в переулок, едва различимый в темноте, был справа от них. Они помчались по
переулку, с отчаянием сознавая, как громко стучат их каблуки по мостовой. Но бежать было
необходимо, если они хотели убраться подальше от главной группы мухтасибов, окруживших
магазин.
Раздался крик:
- Кифу! Стой!
Из тени появилась фигура.
Они не остановились. Раздался выстрел. Бутрос закричал и упал. Майкл выстрелил в
фигуру в белой одежде - короткая, аккуратная очередь попала в цель. Мухтасиб издал вопль,
упал и замер.
- Бутрос! Ты жив? - Айше опустилась на колени рядом с Бутросом, подняв ему голову.
- Плечо... Пуля попала в плечо. Это пустяки.
- Ты можешь встать?
С помощью Айше он поднялся на ноги.
- Рана сквозная?
- Не знаю, - поморщился Бутрос. - Не думаю.
Очевидно, пуля застряла в плече. За спиной они слышали, рев моторов, резкие голоса,
выкрикивающие приказы, торопливые шаги.
Айше сорвала с себя белую одежду мухтасиба, в которую была одета, затем помогла
Бутросу снять его наряд. Подобрав автомат Бутроса, она двинулась дальше. Бутрос шел рядом с
ней, держа левую руку в правой. Они последовали за Майклом по переулку. Прятаться было
негде: по обеим сторонам тянулись высокие стены и запертые двери, отрезая им путь, лишая
надежды на спасение. Они снова побежали, вспугнутые звуком шагов преследователей.
- Они хотят запереть нас в переулке! - закричала Айше. Они направлялись к улочке,
которая шла по задам Камаль-Сидки и была достаточно широкой, чтобы по ней мог проехать
автомобиль. Не успела она закончить фразы, как впереди во мраке вспыхнул свет. За спиной
урчал броневик.
Они добрались до угла. Майкл прижался к правой стене и поспешно бросил взгляд вдоль
улицы. Айше присоединилась к нему.
Майкл помог Бутросу подняться на ноги и закричал:
- Быстро!
Они выбежали на улицу. Айше ждала их в нескольких ярдах дальше, у поворота в гораздо
более узкий проход.
- Сюда, - сказала она.
Они двигались тихо, ища спасения не в скорости, а в тишине. За спиной раздавались
крики.
Переулок несколько раз повернул, заводя их в лабиринт все более узких проулков.
Внезапно они оказались в тупике, оканчивавшемся десятифутовой стеной. Когда они
направились обратно, в примыкающих улочках послышалось эхо шагов. Преследовали вряд ли
были дальше, чем в нескольких сотнях ярдов от них.
- Выбора нет, - сказал Майкл. - Помогите мне подняться.
Айше помогла ему взобраться на стену. Он лег на нее, протянув вниз руку. Схватив
Бутроса за здоровую руку, он втащил его наверх и помог спрыгнуть на другую сторону. Шаги
звучали совсем рядом. Айше протянула руки вверх. Их ладони на мгновение встретились и
застыли. Затем Майкл потянул ее на себя, и она перебралась через стену. У входа в проулок
показался свет фонариков. Майкл соскользнул со стены, мягко опустившись на землю. Они
затаили дыхание.
Шаги остановились, потом стали удаляться. Мрачная тишина. Их окружала полная тьма
- нигде ни огонька, ни движения. Мимо ног Айше прошмыгнула крыса, испугав ее. Большая
крыса с длинным хвостом. Они стояли у стены, часто дыша и напрягая слух. Густая-густая
тишина, как будто стена, служила границей другого мира.
Когда прошло минут пять, они зашагали по узкому проходу. С обеих сторон, как склоны
ущелья, поднимались голые стены. Мимо пробежала еще крыса, затем еще одна. Они брели по
узким извивающимся проходам, между бесконечными высокими, безликими стенами. Что-то
было не так. Мухтасибов им не попадалось, но район, в котором они оказались, был нем как
могила. Они не видели света в окнах, не слышали ни голосов, ни звуков радио.
Из-за облака выползла луна, бросив на город тусклый, болезненный свет. Он залил
старые, разрушенные стены, разваливающиеся здания, брошенные дома. Они как будто
оказались за пределами Каира, удалившись от всего человечества, и попали в совершенно иное
место, темный сад за высокой стеной, город мертвых. В десяти ярдах перед ними в бледном
лунном свете пробежала стая длинных серых тварей.
- Где мы? - спросил Майкл. Он хорошо знал Каир, но никогда, даже в ночных
кошмарах, не оказывался в подобном месте.
Айше ничего не ответила. Она начала догадываться. На ощупь найдя его руку, она сжала
ее. Она оглянулась - на крыс, на обваливающиеся и разрушенные стены, на старые рваные
тряпки, колышущиеся под дуновениями вонючего ветра. И все поняла.
Она нежно привлекла Майкла к себе. Его лицо неестественно ярко сияло в лунном свете.
Его глаза не были его глазами, он был незнакомцем, которого она пыталась любить. Она
поцеловала его, крепко закрыв глаза, сперва мягко, затем жадно, забыв обо всем.
Бутрос из тени следил за ними. Его сердце билось часто, в плече пульсировала боль, но он
заставил себя смотреть. Он тоже все понял: куда они попали, что найдут, когда попробуют
забраться поглубже в эти развалины. Он все понял, но, пока смотрел на обнимающихся Майкла
и Айше, это не имело для него ни малейшего значения. Сейчас ничто не имело значения.
Потому что он знал: им никогда не выбраться отсюда живыми.
Стена тянулась в обоих направлениях, насколько хватал взгляд. День за днем она
становилась длиннее и выше. Сейчас в ней было четыре фута толщины, а по окончании работ
она будет иметь пятьдесят футов в высоту и тысячу триста миль в длину. Все языческое в
Египте пойдет на ее постройку: пирамиды и гробницы, храмы и обелиски, кирпич и камень, пот
давно умерших и кровь живых.
Бригады людей рыли лопатами и голыми руками траншею в песке, укрепляя
осыпающиеся стены досками, затем наполняли пустоту цементом и каменным крошевом,
взятом с небольших строек, вроде Эль-Лишта и Майдума. Другие бригады выравнивали этот
грубый фундамент, работая днем и ночью. Процесс закладки фундамента продолжался без
перерывов вдоль всей границы. Грузовики подвозили камень и пустыми уезжали обратно.
И на этом фундаменте возводили стену. Неопытные руки клали кирпич на кирпич,
закрепляя их на месте густым цементом, замешенным тут же. Воду привозили в больших
цистернах. Даже когда рабочие получали передышку, цистерны приезжали и сливали воду в
гигантские бассейны, в которых замешивался цемент.
По ночам стену освещали прожектора, и работа могла продолжаться без перерывов. Те,
кто работал днем, пытались урвать несколько часов сна в тонких палатках, где отдыху мешал
резкий холод пустыни и глухое урчание электрогенераторов, питающих прожекторы. Работа
шла на пятисотмильном фронте, где одновременно сооружалось восемьдесят участков стены.
Каждый день умирало все больше людей. Одни от истощения, другие разбивались, падая
со стен. Но большинство умирало от чумы. Мертвые лежали там, где упали, или же их
оттаскивали в пески, подальше от стены, чтобы не мешали строительству. Те, кто еще не умер,
были полумертвыми. Работа на некоторое время замедлялась, затем из городов и деревень
привозили новых добровольцев. Деревни опустели, - мухтасибы прочесывали страну,
призывая всех, кому больше двенадцати лет, участвовать в великом паломничестве к стене.
Никто не торопил их, никто не гнал их на работу бичом. Но ими владела великая страсть,
ужасная необходимость и в первую очередь всепоглощающий страх перед стремительно
распространяющейся чумой. Они работали, пока не валились с ног, и если были в силах снова
подняться, продолжали работать. Никто из них ни на что не жаловался.
Том Холли добрался до стены 29 декабря вскоре после полуночи. Он медленно пересек
Ливийскую пустыню, двигаясь главным образом пешком, пользуясь транспортом только тогда,
когда не рисковал привлечь к себе внимание. Он знал, что его будут искать.
Лунный свет бесформенными белыми пятнами лежал на грубой поверхности древних
кирпичей, неровно скрепленных цементом. Эта часть стены была давно закончена. Никаких
признаков жизни. Здесь не было ни часовых, ни собак, ни сигнализации. Какая в них нужда?
Ведь стена строилась не для защиты от врагов, как утверждалось вначале, а как преграда
зараженному ветру, прилетавшему с запада.
Взобраться на стену оказалось нетрудно. Ее поверхность усеивали трещины и выступы.
Как во сне, окруженный лунным светом, Том легко взобрался наверх и спустился с другой
стороны. Столь же легко ему будет перелезть назад и вернуться туда, откуда он пришел. Но он
знал, что, оказавшись за стеной, обрекает себя на участие в последнем раунде игры.
Часть VII
В преисподнюю сойдет она.
Иов, 17:16
Каир лишался сил, окруженный пирамидами мертвых тел. Задыхающаяся от трупов река
делила огромный город на две неравные части. На опустевших улицах собаки залезали в дома в
поисках убежища. За запертыми дверями умирающие дрожали от холода и горели в лихорадке.
Живые сидели в тишине, глядя в пыльные и треснутые зеркала, пытаясь распознать первые
признаки смертельной заразы.
Луна скрылась за черными тучами. Стало совсем темно. Уже давно шел дождь, и
казалось, что ночь никогда не кончится.
Они сидели в коридоре во мраке заброшенного многоквартирного дома, прислонившись к
холодным стенам. Голова Айше неподвижно лежала на плече Майкла, ее растрепанные волосы,
мокрые и спутанные, упали на его грудь. Ее глаза были крепко закрыты. Она воображала, что
они снова сидят в ее квартире или где-то далеко - во Франции или в Англии. Где угодно, лишь
бы не в Египте, лишь бы не в Каире, лишь бы не в этом ужасном месте.
Бутрос лежал чуть поодаль от них, у другой стены коридора, лелея свое раненое плечо, то
погружаясь в полудрему, то снова просыпаясь от режущей боли. Айше постаралась перевязать
его рану, но было ясно, что ему скоро потребуется квалифицированная медицинская помощь.
Он беспокойно шевелился, - в полусне его наполняли боль и желание. Он не мог отделить их
друг от друга даже в моменты сознания.
Они не осмеливались подняться на верхний этаж. У Айше был фонарик, взятый у одного
из убитых мухтасибов. Она не включала его: его луч не освещал ничего, кроме мусора и
развалин.
Повсюду - на лестницах, порогах, подоконниках - толстым ковром лежала пыль. Все
время пробегали крысы - огромные черные твари с розовыми хвостами и блестящими
глазками. Они проложили в домах свои тропы, оставляя на сером ковре пыли отпечатки лап.
Они не боялись людей, как будто давно привыкли к их присутствию.
Айше наконец открыла глаза, заморгав в темноте. Сны покинули ее. Удерживать их было
бессмысленно.
- Ты слышишь? - спросила она.
- Да, - ответил Майкл. - Слышу.
Она помолчала. Может быть, лучше оставить его в неведении, дать ему еще несколько
спокойных часов, прежде чем взойдет солнце и он все поймет сам? Но ведь он просил
объяснить, а она не могла ничего скрывать от него.
- Этот район города закрыт, - медленно, запинаясь произнесла она. - Мы думали, что
это просто слух, один из тех бессмысленных слухов, от которых в Каире некуда деваться.
Знаешь, как это бывает. Яне обращала на него внимания. "Не могут же они быть настолько
глупыми", - думала я.
- Явсе равно ничего не понимаю, - сказал Майкл. - Зачем его закрыли?
- Чума, - сказала она. - Его закрыли из-за чумы. Она поначалу появилась в одном
районе, только в одном квартале - Булаке. Никто не знает почему. Вероятно, из-за крыс.
Обычно чуму приносят крысы откуда-то с берегов Черного моря. Зараженные крысы приходят
в Каир, селятся тут, размножаются, затем болезнь перекидывается на людей.
Короче говоря, умерло много людей, и в основном в этом квартале. И тогда кто-то сказал:
"Почему бы не ввести карантин? Почему бы не закрыть Булак, не возвести вокруг него стену,
чтобы никто не входил и не выходил, и предоставить его жителей своей участи? Половина
местных обитателей - копты, мы будем только рады избавиться от них. Да и все равно
большинство из них умрет. Других спасет, если пожелает, Аллах".
Они так думали и верили, что смогут остановить заразу, что Аллах поможет им
воздвигнуть барьер на пути эпидемии.
Конечно, они ошибались, но все равно перекрыли этот квартал. Они построили стены,
затем замуровали окна и двери, выходящие наружу.
Айше посмотрела на Майкла.
- Мы находимся на кладбище, - сказала она. - На чумном кладбище.
- И люди смирились? Они не пробовали вырваться?
- Пробовали, как я слышала. Некоторые пробовали. Но на всех возможных путях бегства
расставили часовых. Живым никто не выбрался.
- Но на стене, через которую мы перелезли сегодня, часовых не было.
- Должно быть, их сняли. Тут не осталось никого, кто мог бы сбежать, - какой смысл в
охране? - Она сделала паузу. - Но теперь их выставят снова, чтобы караулить нас. Майкл, мы
в ловушке. Снаружи часовые, внутри крысы, и один Бог знает, что в комнатах наверху. - Она
содрогнулась. Майкл молча прижал ее к себе.
Через некоторое время она выпрямилась и снова прислонилась к стене, при этом случайно
нащупав что-то в кармане. Это был конверт, который дал ей Рифат. Она отдала его Майклу.
- Дай фонарик, - сказал он.
Открыв смятый конверт, он вытащил листок бумаги, на которой почерком Рифата было
написано сообщение из Сенчури:
R84156/ED/29 12 99
Начало передачи: 17.23
Источник: ЕГИПЕТСКИЙ ОТДЕЛ, ВОКСХОЛЛ, ПХ
Адресат: КАИРСКАЯ СЕКЦИЯ
Оператор: В9
ТЕКСТ
ПХ поздравляет с воскрешением из мертвых. Мы подтверждаем, что Санта-Клаус
покинул ВБр 12.12.99. Также подтверждаем его сообщение от того же числа с предложением о
встрече. Санта-Клаус будет в Сахарном Дворце между 15.00 и 22.00 с 31 по 1-е число.
Обращаем внимание на возможную задержку при переходе границы. В ответ на ваш запрос от
29.12.99 сообщаем, что эвакуация морем в данный момент невозможна, повторяем, невозможна
восклицательный знак. Встреча с Санта-Клаусом крайне важна. ПХ запрашивает подробности
об AM. Есть ли у вас новости о РМ вопросительный знак. Ему также настоятельно необходимо
знать подробности о ваших расследованиях в Александрии. Удачи.
КОНЕЦ СООБЩЕНИЯ
Окончание передачи 17.24.
Майкл медленно смял листок в кулаке и бросил его на пол. Фонарик высветил на полу
кучку крысиного помета. Санта-Клаус - кодовое имя Тома Холли. Сахарным Дворцом они
называли между собой кафе "Сукария" в Хан-эль-Халли. Быстрый подсчет сказал, что Том
будет ждать Майкла через два, максимум через три дня.
Айше подняла листок бумаги и расправила его. Прочтя тек
...Поділитися у соцмережах
