Жанр: Триллер
райм и сакс 5. Исчезнувший
... кобуру, она
вдруг ощутила что-то твердое, прилипшее к ее брюкам, и машинально стряхнула это с
себя. Это была окровавленная кость из черепа Вейра.
- Ой! - воскликнула Уэллес и, смеясь так, будто кто-то щекотал ее, плюнула на
руку и начала сосредоточенно оттирать кровавое пятно. Ее движения становились все
более лихорадочными. Потом Уэллес внезапно перестала смеяться и, упав на колени,
разразилась мучительными рыданиями.
Глава 36
- Видела бы ты это, мама. Думаю, я поразила их. - Сидя на стуле, Кара держала в
руках полуостывшую чашку кофе.
- Целых сорок пять минут я полностью владела сценой.
Ты...
Это не было воображаемым диалогом. Старая женщина пришла в сознание и
произнесла это слово вполне уверенно.
Ты.
Однако Кара не знала, что именно хотела сказать ее мать.
Это могло означать: "Что ты сказала?"
Или: "Кто ты? Почему пришла в мою комнату и сидишь здесь с таким видом, будто
мы давно знакомы?"
Или: "Я когда-то слышала слово "ты", но не помню, что оно означает, а спросить
стесняюсь. Я понимаю, что это важно, но не могу вспомнить. Ты, ты, ты..."
Тут мать Кары посмотрела в окно, на зеленые стебли плюща, и сказала:
- Все получилось прекрасно. Мы отлично с этим справились.
Кара знала, что, когда мать в таком состоянии, беседовать с ней бесполезно.
Произнесенные фразы совершенно не связаны друг с другом. Иногда она теряет нить
разговора и смущенно замолкает.
Поэтому Кара продолжала свой рассказ о только что состоявшемся представлении. А
потом, с еще большим воодушевлением, поведала матери о том, как помогала полиции
поймать убийцу.
На миг брови матери приподнялись; казалось, она узнала Кару, и сердце девушки
учащенно забилось.
- Я нашла банку, - услышала, однако, Кара. - Я уже думала, что больше никогда
не увижу ее.
И старая женщина откинулась на подушку.
Кара беспомощно сжала кулаки.
- Это я, мама! Я! Королевский отпрыск. Ты видишь меня?
- Тебя?
"Черт побери! Будь проклят демон, вселившийся в несчастную и овладевший ее
душой! Оставь ее в покое! Верни ее мне!"
- Привет! - послышался в дверях женский голос. Вздрогнув, Кара осторожно,
словно исполняла "французский сброс", смахнула со щеки слезы и только после этого
обернулась.
- Привет! - сказала она Амелии Сакс. - Ты все-таки выследила меня.
- Но я же коп. Мы всегда так поступаем. - Держа в руках две чашки от "Старбакса",
Амелия вошла в палату. - Извини. Кажется, я перестаралась. - Она посмотрела на
чашку в руках Кары.
Та смяла пустую картонку и, бросив в корзину, взяла у Сакс полную.
- Кофеин для меня никогда не лишний. - Она сделала глоток. - Спасибо. Как
прошел банкет?
- Великолепно. Эта женщина, Джейнин, такая смешная. Том просто влюбился в нее.
А Линкольн все время смеялся.
- На Джейнин все так реагируют. Добрая душа.
- В конце представления Бальзак слишком быстро тебя увел, - заметила Амелия. -
Я хотела подойти, еще раз поблагодарить и сказать, что ты должна представить нам счет.
Мы хотим компенсировать затраченное тобой время.
- Никогда об этом не думала. Ты познакомила меня с кубинским кофе, этого вполне
достаточно.
- Да нет же, пришли мне счет, а я позабочусь о том, чтобы город его оплатил.
- Стану изображать из себя супервумен, - засмеялась Кара. - Эту историю я когданибудь
расскажу своим внукам... Кстати, вечером я свободна - мистер Бальзак ушел к
своему другу. Я собиралась к друзьям в Сохо. Поедешь со мной?
- Конечно, мы могли бы... Здравствуйте! - взглянув через плечо Кары, вдруг
сказала Амелия.
Кара увидела, что ее мать с любопытством смотрит на Сакс.
- Сейчас она, по сути дела, не с нами.
- Это было летом, - проговорила старая женщина. - В июне - я совершенно в
этом уверена. - Закрыв глаза, она откинула голову на подушку.
- С ней все в порядке?
- Это временное нарушение. Скоро она вернется. Иногда ее сознание выкидывает
странные фокусы. А твои родители? - погладив мать по руке, спросила Кара.
- Обычная история. Отец умер. Мать живет рядом со мной в Бруклине - пожалуй,
даже чересчур близко для полного спокойствия. Но мы с ней достигли...
взаимопонимания.
Зная, что взаимопонимание между матерью и дочерью так же сложно и хрупко, как
иные международные договоры, Кара воздержалась от вопросов. Еще успеет.
Внезапно раздался пронзительный сигнал, и обе женщины схватили свои пейджеры.
- Я отключила мобильный перед тем, как войти сюда. В вестибюле написано, что
ими пользоваться нельзя. Не возражаешь? - Амелия указала на телефон.
- Нет, конечно.
Амелия набрала номер, а Кара встала, чтобы расправить одеяло на кровати матери.
- Помнишь кровать и завтрак в Уорике? Когда мы останавливались возле замка?
Помнишь? Скажи, что помнишь!
- Райм, это я, - сказала Амелия. Кара насторожилась, услышав: - Что? Когда?
Посмотрев на Кару, Амелия покачала головой.
- Сейчас отправлюсь туда... Я с ней. Да, сообщу. - И она повесила трубку.
- Что случилось? - спросила Кара.
- Боюсь, теперь я не смогу присоединиться к вам. Мы, должно быть, проглядели
какую-то отмычку или ключ. В Центре предварительного задержания Вейр освободился
от оков и нарвался на чью-то пулю. Он убит.
- О Боже!
- Я должна осмотреть место происшествия. - Подойдя к двери, Амелия взглянула
на Кару. - Меня беспокоило, как его будут охранять во время суда. Он был слишком
увертлив. И все-таки есть на свете справедливость, точнее, иногда бывает. Да,
относительно счета. Удвой ту сумму, которую собиралась указать.
- Констебль получил кое-какую информацию. - Голос в трубке звучал весьма
уверенно.
- Он что, разыгрывает из себя детектива? - сухо спросил Чарлз Грейди.
Именно сухо - а не саркастически. Прокурор ничего не имел против Джозефа Рота.
Тот, представляя интересы всякой мрази, как-то ухитрялся не запачкаться, а с
прокуратурой и копами вел себя честно и относился к ним с уважением. Грейди платил
ему тем же.
- Да, сделал несколько звонков в Кантон-Фоллз, нагнав страху Божьего на парочку
ребят из "Ассамблеи патриотов". Они сейчас все проверяют. Похоже, кое-кто из бывших
ее членов сбился с пути истинного.
- И кто же это? Барнс? Стемпл?
- Пока мы это подробно не обсуждали. Знаю только, что он очень расстроен и все
время повторяет: "Иуды, иуды..."
У Грейди это не вызывало особого сочувствия. Кто с собаками ляжет ...
- Он должен понимать, что я не позволю ему уйти безнаказанным, - сказал он
адвокату.
- Он понимает это, Чарлз.
- Ты знаешь, что Вейр умер?
- Да... Кстати, Эндрю был рад услышать об этом. Уверен, он не имеет никакого
отношения к попыткам причинить тебе ущерб, Чарлз.
Мнение адвоката, пусть даже такого искреннего, как Рот, мало интересовало Грейди.
- Он получил надежную информацию?
- Надежную.
Грейди этому верил. Рот был из тех, кого невозможно обмануть; если он считает, что
Констебль собирается сдать каких-то своих людей, значит, так оно и будет. Что это в
конечном счете даст, это уже совсем другое дело. Но если Констебль сообщит точную
информацию, а полиция сносно проведет расследование, он, Грейди, сумеет упрятать
преступников за решетку. Разумеется, при условии, что Линкольн Райм возьмет на себя
экспертизу.
Смерть Вейра вызвала у Грейди смешанные чувства. Публично он выражал сожаление
по поводу случившегося и обещал официально все расследовать, но в глубине души радовался
тому, что избавился от этого ублюдка. Грейди помнил, как был потрясен и
разгневан, узнав, что убийца пробрался в охраняемую квартиру и собирался убить его
жену и дочь.
Посмотрев на бокал вина и мечтая выпить его, Грейди, однако, решил воздержаться от
алкоголя из-за этого телефонного звонка. Дело Констебля настолько важно, что сейчас
ему нужно сконцентрироваться на нем.
- Он хочет с тобой встретиться, - сказал Рот. Это было каберне-совиньон, урожай
1997 года. Прекрасный виноградник, прекрасный год. Увы!
- Скоро ли ты сможешь приехать в тюрьму? - спросил Рот.
- Через полчаса. - Повесив трубку, Грейди объявил жене: - Хорошая новость -
суда не будет.
- Я поеду с вами, - заявил Луис, его охранник. После смерти Вейра Лон Селлитто
сократил численность охраны до одного человека.
- Нет, Луис, останьтесь здесь, с моей семьей. Так мне будет спокойнее.
- Если это хорошая новость, милый, то какая же плохая? - осторожно спросила его
жена.
- Мне придется пропустить ужин, - ответил Грейди. Отправив в рот горсть
крекеров, он сделал большой глоток прекрасного вина - черт с ним, отпразднуем победу.
Желтый "камаро" выглядел так, словно побывал под бомбежкой. Он остановился,
немного не доезжая до дома номер 100 по Сентрал-стрит. Прилепив к ветровому стеклу
листок с надписью "Полиция", Сакс вышла.
- Ну, где тут место происшествия? - Она приветственно кивнула бригаде экспертов,
стоявшей возле машины быстрого реагирования.
- На первом этаже, в задней части коридора.
- Изолировали?
- Да.
- Чье оружие?
- Линды Уэллес из Управления исправительных учреждений. Она в шоке. Мерзавец
сломал ей нос.
Взяв один из чемоданчиков и пристроив его на багажную сумку на колесиках, Сакс
двинулась к входной двери здания Уголовного суда. Проделав то же самое, эксперты
последовали за ней.
Конечно, все это чистая формальность. Случайный выстрел сделан полицейским в
связи с тем, что подозреваемый пытался сбежать. Что тут расследовать? Однако это всетаки
убийство, а значит, на месте происшествия нужно составить полный отчет и передать
его в комиссию по вооруженным инцидентам. Отчет также будет использован при любых
дальнейших расследованиях и судебных исках. Значит, Амелии Сакс придется осмотреть
место происшествия столь же тщательно, как и в других случаях.
Проверив документы, охранник повел их в подвал по лабиринту коридоров. В конце
концов они уперлись в закрытую дверь, к которой была прилеплена желтая лента.
Какой-то детектив разговаривал здесь с одетой в форму охраны женщиной с
перебинтованным носом.
Представившись, Сакс объяснила, что должна осмотреть место происшествия.
Детектив отошел в сторону, и Сакс попросила Линду Уэллес рассказать о том, что
произошло.
Охранница сообщила, что подозреваемый каким-то образом сумел освободиться от
наручников.
- Это заняло две-три секунды. От всех оков. Они вдруг оказались открыты. Мой
ключ он не брал. - Она показала на карман своей блузки, где, очевидно, находился этот
ключ.
- У него в ноге был ключ или отмычка.
- В кармане? - нахмурившись, спросила Сакс. Она хорошо помнила, что они
тщательно обыскали Вейра.
- Нет, в ноге. Вот увидите. - Уэллес кивнула в сторону коридора, где лежало тело.
- У него на коже разрез. Под повязкой. Все произошло так быстро! - Как полагала Сакс,
Вейр сам порезал себя, чтобы таким образом создать тайник. Мысль, кстати, довольно
неприятная. - Потом он схватился за мой пистолет, и мы начали бороться. И тут "глок"
разрядился. Я не собиралась нажимать на спусковой крючок. Правда. Но... Я пыталась
сохранить контроль над ситуацией, но не смогла. Он просто разрядился.
Контроль... Разрядился. Эти официальные выражения Уэллес, возможно,
использовала лишь для того, чтобы избавиться от чувства вины. Оно не имело отношения
ни к смерти преступника, ни к угрожавшей ее жизни опасности, ни к тому факту, что Вейр
сумел обвести вокруг пальца дюжину полицейских. Нет, Уэллес страдала из-за того, что
допустила грубую ошибку. В Нью-Йоркском управлении полиции женщинам попрежнему
приходится преодолевать преграды, и падать им всегда больнее, чем мужчинам.
- Это мы его сковали и обыскали, - мягко заметила Сакс. - И тоже пропустили
ключ.
- Да, но он все равно всплывет.
Уэллес имела в виду расследование инцидента со стрельбой. И ведь действительно
всплывет.
Ну, Сакс постарается в своем отчете оказать ей как можно большую поддержку.
- Ой как больно! - Уэллес осторожно коснулась носа. По ее щекам потекли слезы.
- Что скажут мои дети? Они всегда спрашивают меня, опасна ли моя работа. И я говорю,
что нет. А тут такое...
Натянув латексные перчатки, Сакс попросила у охранницы пистолет. Вытащив
обойму, она извлекла из патронника оставшийся патрон и положила все вместе с
пистолетом в пластиковый пакет для вещественных доказательств.
- Вы могли бы взять отпуск, - сказала Сакс.
Уэллес не слышала ее.
- Он просто разрядился, - ошеломленно повторяла она. - Я не хотела этого. Я
никого не хотела убивать.
- Линда! Вы можете взять отпуск, - повторила Сакс. - Неделю, десять дней.
- Правда?
- Поговорите со своим начальством.
- Конечно. Я бы с удовольствием. - Уэллес нетвердой походкой направилась к
врачу, который в этот момент как раз разговаривал с ее напарником. У того красовался на
шее огромный синяк, но в остальном все было в порядке.
Перед дверью, ведущей в коридор, где была стрельба, расположилась команда
криминалистов. Они достали из сумок средства сбора вещественных доказательств, видеои
фотокамеры. Надев белый комбинезон, Сакс начала обматывать ноги резиновыми
лентами.
Пристроив возле губ микрофон, она попросила соединить ее с Линкольном Раймом,
разорвала ограждающую ленту и открыла дверь. Надо же, думала Амелия, он спрятал
отмычки, сделав в коже разрез! Из всех преступников, с какими приходилось иметь дело
ей и Линкольну, Кудесник, пожалуй...
- О черт! - выпалила она.
- Я тоже приветствую тебя, Сакс, - язвительно сказал Райм. - По крайней мере я
полагаю, что это ты. Очень сильные помехи.
- Не могу поверить в это, Райм. Патологоанатом забрал тело, хотя я не успела
осмотреть его.
- Что? - возмутился он. - Кто распорядился это сделать?
Правила заключались в том, что для спасения жизни раненых на место преступления
допускали медиков, но в случае убийства к телу никто не смел прикасаться, пока его не
осмотрят криминалисты. Карьера того, кто разрешил забрать тело Кудесника, нарушив
фундаментальное правило, была теперь в опасности.
- Что там за проблема, Амелия? - крикнул из-за двери один из техников.
- Вы только посмотрите! - со злостью отозвалась она. - Патологоанатом забрал
тело, не подождав, пока мы осмотрим его. Что за безобразие!
- Положим, дежурный врач сейчас находится снаружи, - переглянувшись с
напарником, сказал стриженый "под ежик" молодой техник. - Когда вы появились, мы
как раз разговаривали с ним. Он кормил голубей. Врач вообще-то ждал, когда мы
закончим и можно будет забрать тело.
- В чем дело? - спросил Райм. - Я слышу какие-то голоса.
- Люди из судебно-медицинской экспертизы находятся снаружи, Райм. Похоже, они
не забирали тело. Что за...
- Господи Иисусе! Только не это! - воскликнул Райм.
Сакс похолодела.
- Райм, ты думаешь...
- Что ты видишь перед собой, Сакс? На что похожи пятна крови?
Амелия начала рассматривать пятна крови на стене.
- О Боже! На пистолетный выстрел все это не похоже, Райм.
- Мозговое вещество, кости?
- Какое-то серое вещество действительно есть. Но оно тоже выглядит необычно.
Кости есть.
- Сделай предварительный анализ крови. Он-то все и покажет.
Сакс бросилась к двери.
- Что происходит? - спросил один из техников, но Амелия молчала, лихорадочно
роясь в одном из чемоданчиков.
Схватив комплект для каталитического анализа крови, она поспешно вернулась в
коридор и сняла со стены мазок. Обработав его фенолфталеином, Сакс через секунду
получила ответ.
- Не знаю, что это, но только не кровь. - Она посмотрела на красное пятно на полу:
оно выглядело вполне натурально. Анализ оказался положительным. Но тут Сакс
заметила в углу окровавленное бритвенное лезвие. - Боже мой, Райм, он симулировал
выстрел. Порезался до крови и тем самым обманул охранников. - Эта мысль вызывала у
нее тошноту.
- Вызови охрану. Пусть они перекроют все выходы.
- Это побег! - крикнула Сакс, - перекройте все выходы!
Влетевший в коридор детектив уставился в пол. За ним следовала Линда Уэллес с
широко раскрытыми глазами. Испытав облегчение от того, что никого не убила, она вдруг
осознала: произошло нечто худшее.
- Нет! Он лежал здесь. Глаза были открыты, - в отчаянии твердила Линда. - Я
хочу сказать... У него вся голова была в крови. Я же видела... Я видела рану!
"Ты видела лишь иллюзию раны", - с горечью подумала Сакс.
- Охранники на всех выходах извещены, - отрапортовал детектив. - К несчастью,
это не изолированный коридор. Пока мы держали дверь закрытой, он мог встать и
спокойно уйти. Возможно, он уже украл где-нибудь машину или едет в метро,
приближаясь к Куинсу.
Амелия Сакс тут же начала отдавать распоряжения. Не важно, какое звание имел этот
детектив: потрясенный побегом, он даже не усомнился в ее полномочиях.
- Немедленно разошлите сообщение о побеге, - сказала она. - Всем региональным
службам - местным и федеральным. Его зовут Эрик Вейр. Белый мужчина пятидесяти с
небольшим лет. В управлении должна быть его фотография.
- Во что он одет? - спросил детектив у Уэллес и ее напарника, и те дали ему
приблизительное описание.
Сакс понимала, что это вряд ли поможет. Сейчас Вейр наверняка одет совсем иначе и
походит на кого угодно. В темных коридорах тюрьмы она видела десятки людей - охранники,
уборщики, копы...
И среди них вполне мог находиться замаскированный Кудесник.
Поручив детективу организовать погоню, Сакс вернулась к обязанностям эксперта.
Осмотр места происшествия, совсем недавно казавшийся ей пустой формальностью,
внезапно приобрел исключительное значение.
Осторожно пробираясь по подвалам Центра предварительного заключения, Мальэрик
мысленно разговаривал с почтеннейшей публикой.
А сейчас позвольте поделиться с вами одним профессиональным секретом.
Для того чтобы полностью ввести людей в заблуждение, недостаточно отвлекать
их внимание лишь во время самого представления. Причина вот в чем: столкнувшись с
явлением, противоречащим обычной логике, человеческий мозг пытается понять, что
произошло, вновь проигрывая увиденную сцену. Мы, иллюзионисты, называем это
реконструкцией, и если мы подготавливаем трюк не слишком тщательно,
подозрительную аудиторию можно обмануть лишь ненадолго: после окончания представления
она все же разгадает наш метод.
Так как же ввести в заблуждение такую аудиторию? Для этого мы используем
самый невероятный метод; он чрезвычайно прост, а вместе с тем сложен.
Например: знаменитый иллюзионист протаскивает сквозь платок павлинье перо.
Публика не определит, какой именно метод он использует. Раз перо действительно
прошло сквозь ткань, значит, там дырка! Сначала публика принимает эту версию, но
потом приходит к тому, что для великого исполнителя такой метод слишком прост -
наверняка он сделал что-то более сложное.
Другой пример: иллюзионист ужинает с друзьями в ресторане, и его просят
показать несколько трюков. Сначала он отказывается, но потом берет запасную
скатерть, машет ею перед столиком ужинающей неподалеку парочки, и через секунду
парочка исчезает вместе со столиком. Друзья в изумлении. "Как ты это сделал?" Они
никогда не догадаются о том, что, предвидя подобную просьбу, иллюзионист заранее
договорился с администрацией об установке специального столика и нанял актеров,
изобразивших влюбленную парочку. Как только он взмахнул скатертью, те сразу исчезли.
Реконструируя в памяти то, что видели, друзья иллюзиониста отвергли эту версию.
Они сочли, что фокус явно был сымпровизирован.
То же самое происходит и с иллюзией, свидетелями которой вы только что стали; я
называю ее "Застреленный узник".
Реконструкция. Многие иллюзионисты забывают об этом психологическом процессе.
А вот Мальэрик никогда не забывал о нем. Он анализировал его, планируя побег из
Центра предварительного заключения. Охранники, отводившие его в камеру, искренне
поверили, что заключенный освободился от оков, вцепился в пистолет и был застрелен
прямо у них на глазах.
Шок, смятение, ужас.
Но даже в такие критические моменты мозг продолжает работать, и прежде чем дым
рассеялся, охранники начали анализировать случившееся, рассматривать версии и составлять
план действия. Как и любая публика, они прибегали к реконструкции и, зная, что
Эрик Вейр опытный иллюзионист, несомненно, задумались о том, был ли выстрел настоящим.
Однако охранники услышали вполне реальный выстрел, видели череп, разнесенный на
части, обмякшее тело, которое сползло на пол. Они видели кровь, мозг, кости и
остекленевшие глаза.
Реконструкция завершилась выводом о том, что для симуляции выстрела никто не
станет прибегать к таким сложным трюкам. Поэтому, считая Вейра мертвым, охранники
оставили его в коридоре одного, раскованного, а сами отправились названивать
начальству.
И как вам мой метод, почтеннейшая публика?
Когда они шли по коридору, Мальэрик натянул латексные перчатки, украденные из
заднего кармана охранницы. После этого он отодрал от бедра лейкопластырь и вынул из
крошечного разреза универсальный ключ от наручников. Освободившись от оков,
преступник нанес удар по шее охранника, ударил в лицо охранницу и вытащил из кобуры
ее пистолет. Началась борьба... и в конце концов, нацелив пистолет на стену за своей
головой, он нажал на спусковой крючок. Одновременно Мальэрик потянул запал укрытой
под волосами крошечной петарды, приклеенной к выбритому участку кожи, в результате
чего разлетелся на части небольшой мешочек, в котором были фальшивая кровь, кусочки
серой резины и фрагменты говяжьих костей. Чтобы придать этой сцене большую
достоверность, он заранее спрятанным лезвием порезал кожу головы - это вызывает
обильное кровотечение, но не причиняет сильной боли.
После этого Мальэрик упал на пол как тряпичная кукла, стараясь почти не дышать.
Глаза его были открыты - густые глазные капли придавали им вид молочного стекла и
позволяли не моргать.
Что я наделала, черт побери! О Боже! Помогите же ему!
Увы, офицер Уэллес, мне уже ничем нельзя было помочь. Я был мертв, как
придорожный камень.
По извилистым коридорам суда Мальэрик направился в подвал - в кладовую, где
несколько дней назад оставил свою маскировочную одежду. Оказавшись в этой маленькой
комнате, он разделся и счистил с себя остатки "раны", после чего спрятал за ящиками
старую одежду и обувь. Менее чем через десять секунд он надел новую одежду, нанес
грим и снова был готов к представлению.
Мальэрик выглянул за дверь. Коридор был пуст. Выйдя из кладовой, он поспешил к
лестнице. До финальной сцены оставалось совсем немного.
- Это был аут, - сказала Кара.
Девушка вновь появилась в доме Райма несколько секунд назад.
- Аут? - переспросил криминалист. - Что это значит?
- Это означает альтернативный план. У всех хороших иллюзионистов для каждого
номера есть один или два запасных варианта. На тот случай, если вы напортачите или публика
уловит ваши движения, у вас должен быть "план побега". Наверное, Вейр предвидел,
что его схватят, и поэтому подготовил себе аут.
- И как же он это сделал?
- С помощью петарды, которая находилась за спрятанным в волосах пузырем с
кровью. Выстрел? Это мог быть фальшивый пистолет, - предположила Кара. - Их
используют в трюках, когда ловят пули. Там есть второй ствол. Или же это настоящие
пистолеты, заряженные холостыми патронами. Он мог подменить пистолеты, когда его
вели в камеру.
- Сомневаюсь, - глядя на Селлитто, сказал Райм.
- Не представляю себе, как бы ему удалось подменить табельное оружие, -
согласился коп. - Или разрядить его и зарядить игрушечными пулями.
- Ну, тогда он мог сделать вид, что выстрелил в себя. Здесь важен угол зрения.
- А как насчет глаз? - спросил Райм. - Свидетели утверждают, что его глаза были
открыты. Он не моргал, и глаза выглядели остекленевшими.
- Существуют десятки способов изобразить мертвеца. Он мог, например,
использовать глазные капли: они позволяют держать глаза открытыми десять -
пятнадцать минут. Еще есть контактные линзы со смазкой. Они делают взгляд остекленевшим,
как у зомби.
Зомби и фальшивая кровь. Господи, что за чертовщина!
- Но как же он прошел через металлоискатель?
- Они еще не попали в особо охраняемый блок, - пояснил Селлитто. - Они только
шли туда.
Райм вздохнул.
- Где же, черт возьми, вещдоки? - вдруг взорвался он, с такой злостью глядя на
Мела Купера, словно тот мог организовать молниеносную доставку улик из Центра
предварительного заключения. Там удалось выявить сразу два места происшествия -
одно в коридоре, где произошло ложное убийство, другое в подвале - в чулане
уборщика. Одна из поисковых групп нашла в чулане одежду и кое-какие другие вещи.
Зазвонил дверной колокольчик, в лабораторию быстро вошел Роланд Белл.
- Не могу в это поверить, - задыхаясь, сказал он; мокрые от пота волосы падали ему
на лоб. - Что, есть подтверждение? Он действительно сделал ноги?
- Да, он удрал, - мрачно подтвердил Райм. - Группа захвата все прочесывает.
Амелия тоже там, но пока не удалось найти никаких зацепок.
- Может, он пустился в бега, - предположил Белл, - но, по-моему, Чарлза с семьей
нужно переправить в более надежное место, пока мы не разберемся, что к чему.
- Безусловно, - согласился Селлитто.
Вытащив сотовый телефон, детектив начал звонить.
- Луис? Это Роланд. Послушай, Вейр сбежал... Нет, нет, он вовсе не умер. Просто
притворялся. Я хочу, чтобы до тех пор, пока этого парня не поймают, Грейди с семьей
поместили в надежное место. Я посылаю... Что? - Услышав взволнованный тон Белла,
все устремили взгляды на него. - А кто с ним?.. Он один? Ты серьезно? - Обычно
бесстрастное лицо Белла выражало сильное волнение. И снова, как это уже не раз бывало
в деле Кудесника, Райма не покидало ощущение, что события, кажущиеся совершенно
случайными, на самом деле уже давно спланированы. - Луис говорит, что ты позвонил и
отпустил "нянек", - обратился к Селлитто Белл.
- Кто позвонил?
- Ты - в дом Грейди. И якобы отпустил всех, кроме Луиса.
- Да разве мне такое пришло бы в голову? - возмутился Селлитто. - Черт, он опять
это сделал, как в том случае, когда отправил по домам людей из цирка.
- Дело обстоит еще хуже, - нахмурился Белл. - Грейди сейчас едет в город, чтобы
встретитьс
...Поділитися у соцмережах
