Жанр: Триллер
райм и сакс 5. Исчезнувший
...комиссии прислушается к нему, ну а он прислушается ко мне. Парень у меня в долгу. -
Селлитто указал на доску с уликами. - Черт возьми, ведь мы же сделали великое дело!
Такого убийцу поймали. Давай я позвоню ему. Ради нее стоит потянуть за ниточки.
Райм также обвел взглядом список, потом оборудование, смотровые столы, книги -
все, что относилось к анализу вещественных доказательств, которые Сакс собрала или же
утащила с мест преступлений.
- Не знаю, - отозвался он.
- В чем проблема?
- Боюсь, ее не устроит такой путь в сержанты.
- Ты же понимаешь, что значит для Сакс это повышение.
Конечно, он понимал.
- Послушай, мы же просто будем играть по правилам Рамоса. Он действует
закулисными методами - и мы сделаем то же самое. Скажем, немного разровняем
игровое поле. - Селлитто понравилась эта идея. - Амелия ничего не узнает, - добавил
он. - Я попрошу того парня сохранить все в тайне, и он сохранит.
Ты же понимаешь, что значит для Сакс это повышение...
- Так что ты думаешь? - спросил детектив.
Райм долго молчал, задумчиво разглядывая окружающее его оборудование и зеленый
туман весенней листвы Центрального парка.
Царапины на деревянных поверхностях затерли, все следы пожара в спальне
"заставили исчезнуть", как выразился Том. Запах дыма все же остался, но поскольку он
напоминал Райму о благословенном виски, это не имело значения.
Сейчас, когда уже наступила полночь, Райм лежал в постели и смотрел в окно.
Снаружи промелькнула тень: это вернулся с охоты один из соколов. В зависимости от
освещения и степени их настороженности птицы то увеличивались, то уменьшались в
размерах. Сейчас они казались крупнее, чем днем, и выглядели более величественными. И
более угрожающими: птицам не нравился шум, доносившийся из Центрального парка, со
стороны "Сирк фантастик".
Райму это тоже не нравилось. Он заснул десять минут назад, но проснулся от грома
аплодисментов.
- Следовало ввести комендантский час, - сказал он лежавшей рядом Сакс.
- Могу вырубить у них генератор, - тут же отозвалась она. Очевидно, Амелия так и
не сомкнула глаз. Ее голова лежала на подушке, губы прижимались к шее Райма. Он ощущал
прикосновение волос Амелии, ее прохладной гладкой кожи. Ее груди прижимались к
его груди, живот - к бедру, нога лежала на его ноге. Все это Райм видел, а не чувствовал,
но ему эта близость была приятна.
Сакс всегда строго придерживалась правила Райма: обследуя место преступления,
нельзя пользоваться духами, иначе упустишь слабый запах. Сейчас она была не на
службе, и от нее исходил приятный смешанный аромат. Райм различил в нем жасмин,
гардению и синтетическое моторное масло.
В квартире они были одни. Том ушел с другом в кино, и весь вечер Райм и Амелия
слушали новые компакт-диски, угощаясь черной икрой, крекерами "Ритц" и "Моэ", хотя
пить шампанское через соломинку было довольно сложно. Странная вещь - музыка,
думал сейчас Райм. Эта, казалось бы, чисто механическая система тонов и аккордов
полностью поглощает твое внимание. Уже давно это приводило его в восторг. Однако чем
дольше Райм размышлял о музыке, тем больше утверждался в мысли, что музыка вовсе не
так загадочна, как это кажется, и тесно связана с наукой, логикой и математикой.
И все-таки как же рождается мелодия? Если упражнения, которые он делает, в
конечном счете дадут какой-то эффект... удастся ли ему когда-нибудь прикоснуться к
клавишам? Тут Райм заметил, что Сакс смотрит на него.
- Ты слышал об экзаменах? - спросила она.
- Да, - помолчав, ответил он. Весь вечер Райм избегал этой темы, выжидая, пока
Амелия будет готова к разговору.
- Ты знаешь, что произошло?
- Не во всех деталях. Полагаю, это укладывается в классическую схему:
коррумпированный и эгоистичный правительственный чиновник против переутомленного
героического копа. Похоже?
Она засмеялась:
- Очень.
- Я сам был в таком положении, Сакс.
Музыка, доносившаяся из цирка, вызывала у Райма противоречивые чувства. Отчасти
она раздражала его, но при этом он наслаждался ее ритмом.
- Лон не говорил тебе, что попытается потянуть за какие-то ниточки? - спросила
она. - Позвонит в мэрию?
Амелия ничего не узнает. Я попрошу своего парня сохранить все в тайне...
- Говорил! - засмеялся Райм. - Ты же знаешь Лона.
Музыка прекратилась. Послышались аплодисменты, затем чей-то отдаленный голос.
- Похоже, он мог бы все уладить, - заметила Сакс. - Обойти Рамоса.
- Вероятно. У него есть рука.
- И что ты об этом скажешь?
- А как ты думаешь?
- Я первая спросила.
- Я сказал "нет". Я не позволил ему это сделать.
- Не позволил?
- Да. Я сказал ему, что ты получишь звание сама или не получишь его вообще.
- Черт побери! - пробормотала она.
Райм встревожился. Неужели он ошибся в ней?
- Я злюсь на Лона за то, что он задумал такое.
- Он хочет мне добра. - Райму показалось, что лежащая у него на груди рука обняла
его еще крепче. - То, что ты так сказал ему, Райм, очень много для меня значит.
- Я это знаю.
- Все может обернуться ужасно. Рамос требует, чтобы меня отстранили от
должности. Двенадцать месяцев без дела, без оплаты. Даже не знаю, чем заняться.
- Ты будешь консультировать. Меня.
- Гражданское лицо не может обследовать места преступлений, Райм. Если мне
придется сидеть на одном месте, я сойду с ума.
Когда ты двигаешься, тебя не могут достать...
- Мы справимся с этим.
- Люблю тебя, - прошептала Амелия.
Вдохнув аромат ее духов, он сказал, что тоже любит ее.
- Тут слишком светло. - Она посмотрела на окно, залитое светом прожекторов
цирка. - А где же ставни?
- Сгорели.
- Я думала, Том поставил новые.
- Он начал прилаживать их, но слишком суетился - измерял, перепроверял и все
такое прочее. Я выгнал его и велел сделать это потом.
Поднявшись, Сакс нашла запасную простыню и завесила ею окно. В комнате стало
темнее. Вернувшись в постель, она свернулась калачиком возле Райма и вскоре крепко
уснула.
Но Линкольн Райм не спал. Пока он лежал, прислушиваясь к музыке и звучавшему в
перерывах загадочному голосу, у него родилась некая мысль, и теперь ему было не до сна.
И Райм лежал, погруженный в свои думы.
И были они, как ни странно, о цирке.
На следующий день, поздним утром, Том, войдя в спальню, обнаружил, что у Райма
посетитель.
- Привет! - сказал он Джейнин Уильямс, сидевшей возле кровати в одном из новых
кресел.
- Привет, Том!
Помощник, только что вернувшийся из магазина, был явно удивлен. Впрочем,
благодаря компьютеру и камерам наблюдения Райм вполне мог кому-то позвонить,
пригласить к себе и впустить в дом.
- Чем это ты так поражен? - язвительно осведомился Райм. - Я ведь и раньше
приглашал сюда людей.
- Такое случалось весьма редко.
- А может, я найму Джейнин вместо тебя.
- Тогда нанимайте ее дополнительно. Вдвоем мы как-нибудь выдержим ваши
издевательства. - Том улыбнулся Джейнин. - Хотя я вовсе не желаю вам такой участи.
- Ничего, бывало и похуже.
- Вам чай или кофе?
- Прошу прощения, - сказал Райм. - Где же мои хорошие манеры? К этому
моменту вода уже должна была закипеть.
- Я бы выпила кофе.
- А мне скотч! - распорядился Райм. Заметив, что Том смотрит на часы, поспешно
добавил: - Совсем чуть-чуть - для медицинских целей.
- Значит, всем кофе, - заключил Том и исчез.
Когда он ушел, Райм и Джейнин поговорили о пациентах-спинальниках и том
чудовищном количестве упражнений и электронных устройств, которые должны
улучшать их состояние. Затем нетерпеливый Райм решил, что уже исполнил роль
любезного хозяина, и, понизив голос, сказал:
- Меня тревожит одна проблема: надеюсь, вы поможете мне.
- Постараюсь, - осторожно ответила Джейнин.
- Не закроете ли дверь?
Сделав это, Джейнин вернулась на свое место.
- Давно ли вы знаете Кару? - спросил Райм.
- Кару? Чуть больше года. С тех пор как ее мать положили в Стьювсант.
- Это дорогое место, не так ли?
- Очень дорогое, - сказала Джейнин. - Цены грабительские. Но и в других
подобных заведениях они примерно такие же.
- У ее матери есть страховка?
- Только "Медикэр". В основном Кара платит сама. Сколько может, - подумав,
добавила Джейнин. - Сейчас она вносит деньги вовремя, а раньше немного запаздывала.
Райм слабо кивнул.
- Я хочу задать вам еще один вопрос. Подумайте, прежде чем ответить. И прошу вас,
будьте откровенны.
- Ладно, - сказала Джейнин, разглядывая только что отлакированный пол, -
постараюсь.
После полудня к Райму пришел Роланд Белл. Сидя в гостиной, они говорили об
уликах по делу Эндрю Констебля.
Чарлз Грейди, а с его подачи и главный прокурор штата решили отложить суд, чтобы
выдвинуть против фанатика дополнительные обвинения: покушение на убийство
адвоката, заговор с целью убийства и тяжкое убийство. Дело было нелегким -
предстояло связать Констебля с Барнсом и другими заговорщиками из "Ассамблеи
патриотов", - но лучше Чарлза Грейди с этим никто, конечно, не справился бы.
Помощник прокурора также добивался смертного приговора Артуру Лессеру за убийство
патрульного Ларри Бурке, чье тело нашли в одном из переулков Верхнего Вест-Сайда.
Лон Селлитто сейчас находился на его похоронах в Куинсе.
Только что вошла Амелия Сакс, утомленная многочасовой беседой с адвокатами,
оказавшейся возможной благодаря Ассоциации содействия полицейским. Райм уже давно
поджидал Амелию, и сейчас, взглянув на нее, понял, что результаты беседы не слишком
обнадеживающие.
У Райма тоже были новости - связанные с посещением Джейнин и с тем, что
произошло после этого, - однако он так и не успел ничего рассказать Амелии, поскольку
в доме появился еще один посетитель.
Том провел в комнату Эдварда Кадески.
- Мистер Райм! - Кадески поклонился. Имя Сакс он позабыл, но поклонился и ей. С
Роландом Беллом Кадески поздоровался за руку.
- Я получил ваше сообщение. Там говорится, что по тому делу есть что-то новое.
Райм кивнул.
- Сегодня утром я уточнял некоторые детали.
- Какие детали? - с недоумением спросила Сакс.
- Неизвестные детали. Раньше я не знал, что их нужно уточнять.
Она нахмурилась. Продюсер тоже встревожился.
- Этот ассистент Вейра - Лессер... Надеюсь, он не сбежал?
- Нет, нет. Он по-прежнему в заключении.
В дверь снова позвонили. Том исчез, а через несколько секунд в комнате появилась
Кара. Оглядевшись, она взъерошила волосы, которые утратили фиолетовый оттенок и
стали совершенно рыжими.
- Привет! - Она удивилась, увидев Кадески.
- Кому-нибудь что-нибудь принести? - осведомился Том.
- Лучше оставь нас на минуту, - сказал Райм. Помощник вопросительно посмотрел
на криминалиста, но кивнул и вышел из комнаты. - Спасибо, что пришли, - обратился
Райм к Каре. - Я должен кое-что выяснить по тому делу.
- Конечно, - кивнула она.
Уточнить детали...
- Я хотел бы подробнее узнать о том вечере, когда Кудесник привел в цирк машину с
бомбой.
- Буду рада помочь вам.
- Представление было назначено на восемь, не так ли? - спросил Райм у Кадески.
- Да.
- Когда Лессер припарковывал машину, вы еще не вернулись с интервью?
- Нет.
Райм взглянул на Кару:
- Но вы были там?
- Да. Я видела, как машина въезжала, но ни о чем таком не подумала.
- Где Лессер припарковал машину?
- Под главными трибунами, - сказала Кара. - Ну не совсем под ними, но, в общем,
неподалеку.
- Не под самыми дорогими местами? - спросил Райм у Кадески.
- Нет, - ответил тот.
- Значит, он поставил ее возле главного пожарного выхода - того, который
используют при эвакуации в первую очередь.
- Верно.
- К чему ты клонишь, Линкольн? - поинтересовался Белл.
- А вот к чему: Лессер припарковал машину так, чтобы причинить максимальный
ущерб, но вместе с тем дать возможность спастись людям, сидящим в ложах. Откуда он
это узнал?
- Понятия не имею, - ответил продюсер. - Наверное, проверил все заранее и
увидел, что это наилучшее место - с его точки зрения, конечно. С нашей точки зрения
оно как раз наихудшее.
- Он, разумеется, мог проверить все заранее, - задумчиво проговорил Райм. - Но
стоило ли ему рисковать - ведь мы поставили там своих сотрудников.
- Верно.
- Так, может быть, ему помог кто-то внутри?
- Внутри? - Кадески нахмурился. - Вы хотите сказать, что кто-то помогал ему?
Нет, никто из моих людей не пошел бы на это.
- Райм, - сказала Сакс, - на что ты намекаешь?
Не ответив ей, он обратился к Каре:
- Когда я просил вас найти мистера Кадески?
- Примерно в семь пятнадцать.
- И вы сидели там в ложе? - Она кивнула. - Возле выхода?
- Кажется, да. Да, возле выхода. - Кара посмотрела на Сакс: - Почему он меня об
этом спрашивает? Что происходит?
- А спрашиваю я потому, - ответил Райм, - что вспомнил, как вы кое-что нам
рассказывали, Кара. О людях, которые принимают участие в работе иллюзиониста. Есть
ассистент - тот, кто работает с иллюзионистом. Есть доброволец из публики. А еще есть
помощники - те, что работают на иллюзиониста, но внешне не имеют к нему никакого
отношения. Они выдают себя за служащих сцены или добровольцев.
- Это верно, - согласился Кадески. - Помощников используют многие фокусники.
- Таким помощником вы и были все это время, не так ли? - взглянув на Кару, резко
спросил Райм.
- Что такое? - насторожился Белл.
Потрясенная Кара ахнула.
- Она с самого начала работала с Лессером, - пояснил Райм Амелии.
- Не может быть! - воскликнул Кадески. - Она?
- Кара очень нуждалась в деньгах, - продолжал Райм, - , и Лессер заплатил им за
помощь пятьдесят тысяч. Бальзак тут тоже завязан.
- Кара? - прошептала Сакс. - Нет. Я не верю этому. Она не сделала бы ничего
подобного!
- Разве? А что ты знаешь о ней? Тебе хотя бы известно ее настоящее имя?
- Я... - Сакс встревоженно взглянула на девушку. - Нет... - И сердце ее упало. -
Она никогда не говорила мне.
- Прости меня, Амелия. - Кара залилась слезами. - Ты не понимаешь... Мистер
Бальзак и Вейр были друзьями. Много лет они выступали вместе, и он очень переживал,
когда Вейр погиб во время пожара. Лессер сказал мистеру Бальзаку, что он собирается
сделать, и тот заставил меня помогать ему. Но поверь, я ничего не знала о том, что они
намерены кого-то убить. По словам мистера Бальзака, это был только шантаж, чтобы
поквитаться с мистером Кадески. Когда я поняла, что Лессер убивает людей, было уже
поздно. Он пригрозил, что, если я откажусь помогать ему, он выдаст меня полиции, и
меня навсегда посадят в тюрьму. И мистера Бальзака тоже... - Она вытерла слезы. - Я
не могла так поступить с ним.
- С вашим наставником, - с горечью заметил Райм.
Охваченная ужасом Кара проскользнула между Сакс и Кадески и бросилась к двери.
- Останови ее, Роланд! - крикнул Райм.
Белл рванулся вперед, схватил Кару, и они свалились на пол. Кара изо всех сил
сопротивлялась, но Белл все же надел на нее наручники. Поднявшись, он вытащил свою
"Моторолу" и попросил транспортировать особо опасную преступницу в женский Центр
предварительного заключения.
Его лицо выражало отвращение, когда он зачитал Каре ее права.
Райм вздохнул.
- Я уже пытался сказать тебе об этом, Сакс, но не мог дозвониться. Хотел бы я,
чтобы это оказалось неправдой! Увы, она и Бальзак все время работали на Лессера.
Дурачили нас так, словно мы были их зрителями.
Глава 51
- Я просто... - прошептала Сакс, - не понимаю, как она это сделала.
- Кара манипулировала вещдоками, лгала нам, подбрасывала фальшивые улики...
Роланд, подойди к белым доскам, я все тебе покажу.
- Кара подбрасывала улики? - изумилась Сакс.
- Конечно! Вообще она проделала чертовски хорошую работу - с самого начала,
еще до того, как ты нашла ее. Ты ведь рассказывала мне, что это она подала тебе знак,
назначив встречу в кафе. Они все это запланировали с самого начала.
Стоя у белой доски, Белл перечислял одну за другой улики, и Райм терпеливо
объяснял, как Кара дурачила их.
- Внизу полиция, - сообщил Том.
- Впусти их сюда, - сказал Райм.
В дверь вошла женщина-полицейский в стильных очках и с любопытством оглядела
Сакс, Райма и Кадески. Кивнув Райму, она с сильным испанским акцентом спросила у
Белла:
- Это вы заказывали транспортировку преступницы, детектив?
Белл кивнул в угол комнаты:
- Она там. Права я уже зачитал.
- Хорошо, я заберу ее в город. Но сначала я должна кое о чем спросить.
- Спросить? - удивился Райм.
- О чем вы, офицер? - Белл нахмурился.
Не ответив ему, та смерила взглядом Кадески:
- Предъявите документы, сэр.
- Мои? - насторожился продюсер.
- Так точно, сэр. Мне нужно посмотреть ваше водительское удостоверение.
- Вы снова спрашиваете у меня документы? Да я вчера уже предъявлял их.
- Прошу вас, сэр.
С раздраженным видом Кадески вытащил из кармана бумажник.
Но не свой.
- Подождите, я... - пробормотал он, с непонимающим видом разглядывая
потрепанный бумажник. - Я не знаю, что это такое.
- Это не ваше?
- Нет. - Встревожившись, Кадески начал хлопать себя по карманам. - Я не знаю...
- Вот этого я и опасалась, - заметила офицер. - Сожалею, сэр, но вы арестованы за
карманную кражу. У вас есть право хранить молчание...
- Это бред, - бормотал Кадески. - Это ошибка. - Раскрыв бумажник, он
пристально посмотрел на него, удивленно рассмеялся и вынул оттуда водительские права
Кары.
Из документа выпала записка. Кадески поднял ее и быстро прочитал.
Ага, попался!
- Это же... - Кадески бросил взгляд на женщину-полицейского. - Подождите, это
что - вы?
Засмеявшись, "офицер" сняла очки, форменную шляпу и черный парик, под которой
были короткие рыжеватые волосы. Взяв полотенце у хохочущего во все горло Роланда
Белла, она вытерла с лица темный грим, отлепила густые брови, сняла с ногтей красный
лак. После этого она забрала у остолбеневшего Кадески свой бумажник и вручила тот, что
принадлежал ему. Он не заметил подмены, которую она совершила, когда протискивалась
между ним и Сакс, пытаясь "бежать".
Сакс растерянно покачивала головой. Как и Кадески, она не отрывала глаз от
лежавшего на полу тела.
Направившись в угол, молодая иллюзионистка подняла куклу, отдаленно похожую на
лежащую на животе женщину. Ее одежда напоминала джинсы и штормовку, которые
были на Каре, когда Белл надел на нее наручники. Сейчас эти наручники были
защелкнуты на тонких латексных "руках" - Кара сняла их и прикрепила к запястьям
куклы.
Когда Сакс и другие отвернулись, чтобы по просьбе Райма взглянуть на доску, Кара
освободилась от наручников, развернула куклу, проскользнула к двери и совершила в
коридоре иллюзионную трансформацию.
- Это "феке", - торжественно объявил Райм, указав на куклу. - Двойник Кары.
Она сложила куклу, которая в свернутом виде была размером с подушку. До "побега"
Кара прятала ее под курткой. Внимательного рассмотрения манекен, разумеется, не
выдержал бы, но на расстоянии и в полутьме люди, которых намеренно отвлекали,
никакой подмены не заметили.
- Значит, вы меньше чем за минуту освободились от наручников и сделали
трансформацию? - удивился Кадески.
- За сорок секунд.
- Как же это вам удалось?
- Эффект вы видели, а метод мне не хотелось бы раскрывать.
- Как я понимаю, смысл всей этой сцены сводится к тому, - заметил Кадески, - что
вам нужно устроить пробу? Кара замялась, и Райм поощрительно кивнул ей.
- Нет, смысл ее сводится к тому, что это и была проба. Мне нужна работа.
- Вы же говорили, что еще не готовы.
- Ну, это уж вам решать. Как по-вашему, готова я или нет?
- Это только один трюк, - обронил Кадески. - У вас есть другие?
- Немало.
- Много ли трансформаций вы совершаете за одно представление?
- Сорок две. Тридцать персонажей. Все это за одно получасовое представление.
- Сорок две трансформации за полчаса? - усомнился Кадески.
- Да.
Он размышлял несколько секунд.
- Приходите ко мне на следующей неделе. Я не могу сократить время выступления
артистов, но, пожалуй, использую вас как дублершу. Вероятно, вы сможете выступать и в
нашем зимнем помещении во Флориде.
Райм и Кара обменялись взглядами. Криминалист снова кивнул.
- Хорошо. - Кара пожала руку Кадески.
- Вы сами это смастерили? - Кадески указал на куклу, одурачившую их всех.
- Да.
- Вам надо запатентовать ее.
- Мне это и в голову не приходило. Спасибо, я подумаю. Он снова оглядел Кару с
головы до ног.
- Сорок две трансформации за полчаса! - С этими словами Кадески вышел из
комнаты. И у него, и у Кары был такой вид, словно они только что купили по дешевке
прекрасную спортивную машину.
- Черт, вы совсем сбили меня с толку! - засмеялась Сакс и посмотрела на Райма. -
Вы оба.
- Минуточку! - обиделся Белл. - Я тоже в этом участвовал. Ведь это я ловил Кару.
- Когда же вы это придумали? - спросила Сакс.
Все началось вчера ночью, объяснил Райм, когда он лежал в постели, вслушиваясь в
доносящиеся из "Сирк фантастик" звуки музыки, приглушенный голос ведущего, аплодисменты
и смех толпы.
Его мысли тогда переключились на Кару, на ее прекрасное выступление в "Зеркалах и
дыме".
Потом он подумал о том, как не уверена в себе Кара и какую власть имеет над ней
Бальзак.
Зная со слов Сакс, что у матери Кары старческое слабоумие, он пригласил к себе
наутро Джейнин.
- Я хочу задать вам еще один вопрос, - сказал тогда Райм. - Подумайте, прежде
чем ответить. И прошу вас, будьте откровенны.
Вопрос был такой: "Сможет ли мать Кары когда-нибудь выйти из этого состояния?"
- Вернется ли к ней рассудок - вы об этом спрашиваете? - уточнила Джейнин.
- Именно так. Выздоровеет ли она?
- Нет.
- Значит, Кара так никогда и не повезет ее в Англию?
Печальный смех.
- Нет, нет. Эта женщина никуда уже не поедет.
- По словам Кары, она не может оставить свою работу из-за того, что ее мать
находится в доме престарелых.
- Конечно, ей нужен уход. Но не у нас. Здесь Кара платит за интенсивное лечение и
медицинское обслуживание. А ведь мама Кары даже не знает, какой сейчас год. Мне
неприятно говорить это, но сейчас ей нужен только уход.
- А что случится, если ее переведут в обычный дом престарелых?
- Ее состояние будет постепенно ухудшаться, пока не наступит конец. Только в этом
случае Кара не обанкротится.
После этого Джейнин и Том ушли, чтобы вместе пообедать и, как старые бойцы,
обменяться рассказами о тех, кого им приходилось лечить. Райм же позвонил Каре. Та
вскоре приехала, и у них состоялась беседа. Райм чувствовал себя неловко, ибо не оченьто
умел говорить с людьми об их личных проблемах. Противостоять бессердечному
серийному убийце совсем не то что пытаться проникнуть в чью-то нежную душу.
- Я не слишком разбираюсь в вашей профессии, - сказал тогда Райм, - но ваше
воскресное выступление произвело на меня сильное впечатление. А это обычно довольно
трудно сделать. Вы прекрасно выступали.
- Для ученицы, - самоуничижительно ответила она.
- Нет, - твердо возразил он, - для исполнителя. Ваше место - на сцене.
- Я когда-нибудь попаду туда, но пока еще не готова.
- Проблема в том, - после долгой паузы проговорил Райм, - что когда-нибудь вы
туда можете уже и не попасть. - Он окинул взглядом свое тело. - Порой мешают...
обстоятельства. И тогда вы лишитесь чего-то очень важного. Потеряете его навсегда.
- Но мистер Бальзак...
- ...удерживает вас. Это очевидно.
- Он желает мне только добра.
- Нет. Не знаю, о чем он думает, но явно не о вас. Посмотрите на Вейра и Лессера.
На Китинга. Вспомните ваши собственные слова о том, как вас гипнотизируют
наставники. Поблагодарите Бальзака за то, что он сделал для вас, оставайтесь с ним в
дружеских отношениях, пришлите ему билеты в ложу на свое первое выступление в
"Карнеги-холл", но сейчас уходите от него - пока это возможно.
- Я же не загипнотизирована! - рассмеялась Кара.
Райм догадался, что она пытается понять, насколько сильно зависит от своего учителя.
- В какой-то мере мы можем повлиять на Кадески, - продолжал он, - после всего,
что для него сделали. Амелия говорила мне, что вам очень нравится "Сирк фантастик".
Думаю, вам нужно устроить пробу.
- Даже если это произойдет, у меня есть личные обстоятельства. Моя...
- Мать? - прервал ее Райм.
- Да.
- Я потолковал с Джейнин. - Кара замолчала. - Позвольте рассказать вам одну
историю.
- Историю? - удивилась Кара.
- Да. В свое время я возглавлял здесь, в Нью-Йорке, отдел криминалистики -
типичная административная должность со всей ее канцелярской рутиной. Но больше
всего на свете я любил обследовать места преступлений и даже после повышения старался
как можно чаще выезжать на вызовы. Ну так вот: несколько лет назад в Бронксе орудовал
серийный насильник. Не стану вдаваться в подробности, но сложилась неприятная
ситуация и мне очень хотелось взять его. Патрульная служба сообщила, что полчаса назад
произошло очередное нападение и вроде бы остались неплохие вешдоки. Я выехал в
город, чтобы все осмотреть. Прибыв туда, я узнал, что у моего заместителя и хорошего
друга случился сердечный приступ. Очень серьезный. Этот молодой парень был в
хорошей форме, однако послал за мной. Но я остался, осмотрел место преступления,
заполнил необходимые документы и только после этого поехал в больницу. Я очень
спешил, но все равно опоздал - он умер. Прошло уже много лет, но и сейчас это
причиняет мне боль. Однако по-другому я бы не поступил. Ни за что.
- Вы хотите сказать, что я должна перевести мать в другое место, - с горечью
спросила Кара. - В более дешевое. Только так я смогу быть счастлива.
- Конечно, нет. Поместите мать туда, где ей дадут то, что нужно, - уход и общение.
Но не то, что нужно вам. Реабилитационный центр разорит вас... Видите ли, если у вас
есть к чему-то призвание, это важнее всего на свете. Устройтесь в "Сирк фантастик" или в
другое шоу. Главное - вам нужно сдвинуться с мертвой точки. И сейчас же.
- А вы знаете, что представляют собой некоторые из этих заведений?
- Вероятно, не слишком хорошо. Ваша задача - найти такое, где вы чувствовали бы
себя комфортно. Простите за грубость, но я не отличаюсь особой деликатностью.
Кара покачала головой.
- Послушайте, Линкольн! Допустим, я соглашусь с вами, но известно ли вам, как
много людей горят желанием устроиться в "Сирк фант
...Поділитися у соцмережах
