Жанр: Триллер
Солнце мертвых
...,
ища нужный дом. Он прекрасно помнил, что тот числился на означенной улице за номером
шесть. Но дома шесть на четной стороне почему-то не было. Он перешел на другую сторону
улицы, подумав, что при разметке вполне могли напутать. Но и на нечетной стороне нужного
дома не обнаружилось,
- Что за черт! - выругался Мухоедов и в недоумении остановился. Ведь он здесь бывал,
и не раз. И прекрасно помнил и сам дом, выглядевший поновее остальных, и калитку с
массивным железным кольцом, и скамейку возле нее.
Но сколько он ни вглядывался, ничего похожего не наблюдалось. Хуже всего было то, что
на улице совсем пусто и спросить о местонахождении проклятого дома было не у кого.
Артур два раза прошел деревушку из конца в конец и притомился. Он присел на ветхую
лавочку у чьих-то ворот и стал размышлять. Выходило, что дом пропал. Но куда он девался?
Это было необъяснимо. Либо дома вообще не было, либо у него что-то случилось с головой. Но
дом точно существовал, он не мог обмишуриться. Допустим, изменился внешний вид. Стены
перекрасили, скамейку убрали, а кольцо из калитки выдрали с корнем. Но номер все равно
должен остаться, а его нет. Номер четыре - есть, номер восемь - тоже на месте, а шестерку
точно корова языком слизнула.
Покумекав некоторое время, Артур решил покинуть диковинное место.
Но друг Вовик? Что с ним?
Он снова задумался.
"Пройдусь еще разок, - наконец решил Артур, - так сказать, для очистки совести".
Быстрым шагом он двинулся вдоль улицы. На ней было пусто, если не считать
громадного черного козла, пощипывавшего травку возле одного из домов.
Мухоедов остановился перед козлом и попытался вспомнить, паслось ли тут животное
раньше или появилось только что. Похоже, козла вывели совсем недавно. А если так, то
хозяева, очевидно, дома и дадут ему справку, где искать дом номер шесть.
Он начал стучать в калитку. В ответ - молчание. Он попытался ее открыть, но и это не
удалось.
- Да вымерли они, что ли?! - в сердцах спросил Артур у козла.
Животное подняло голову и посмотрело ему прямо в глаза. Взгляд был пристальный,
неподвижный и очень похожий на человеческий. На дне козлиных глаз, как показалось Артуру,
таилась сатанинская насмешка.
С минуту оба стояли неподвижно, пялясь друг на друга, и вдруг козел неожиданно
заблеял.
По телу Артура побежали мурашки. В блеянии козла ему отчетливо послышалось
стариковское хихиканье.
Козел нагнул голову, угрожающе выставил рога и пошел на Мухоедова. Тот поспешно
отскочил и почти побежал в обратную сторону. Ему почему-то расхотелось разыскивать своего
друга.
Отойдя на порядочное расстояние, Артур остановился и обернулся. Козел был на месте и
снова меланхолично щипал траву.
"Что это со мной? - в испуге подумал Артур. - С какой стати я испугался рогатой
нечисти?"
Он взглянул на часы и от удивления чуть не сел прямо на землю. Выходило, что он
странствовал всего минут сорок. А только идти до Лиходеевки нужно не меньше получаса.
Неужели он находится здесь всего десять минут? Не может быть! Минимум час. Ведь три раза
прошел по улице Бебеля из конца в конец.
Артур приложил часы к уху. Те исправно тикали. Недоуменно пожав плечами, Мухоедов
решил вернуться домой.
Какое-то время он шел, смотря под ноги и ничего вокруг не замечая. Артур мучительно
пытался вспомнить, что он слышал о Лиходеевке. Слухи о деревушке действительно имелись.
Неясные, но зловещие. Кое о чем он пытался рассказать Вовику, но тот поднял его на смех. А
ведь зря, наверное, поднял.
Мухоедов остановился, поднял голову и огляделся. Странно! Он все еще находился в
деревушке. Артур снова обернулся. Дом, возле которого пасся козел, хотя и отдалился, но не
намного. Мухоедов нервно дернул головой и зашагал изо всех сил. При этом он смотрел по
сторонам. Перед глазами мелькали заборы, фасады домов. Вот, наконец, и дом под номером
один. Но что это? Знакомого поворота в город не было. На его месте стоял еще один дом, а
дальше еще один. Улица уходила в бесконечность.
Артур остолбенело взирал на все эти чудеса. Дышать стало трудно. Он задыхался то ли от
быстрой ходьбы, то ли от потрясения. Дальше идти не было сил, и Артур в отупении уселся
прямо на землю. Все кружилось перед глазами, плясало, прыгало, скакало...
Мухоедов на некоторое время зажмурился, а когда снова взглянул на белый свет, перед
его взором поплыли радужные круги. Наконец зрение восстановилось, и Артур осмотрелся. Он
сидел в зарослях лопухов, словно в небольших джунглях. Один гигантский лист укрывал от
солнца его голову. Было довольно уютно. "А может быть, и не стоило никуда бежать? -
мелькнула у Мухоедова шальная мысль. - Не проще ли остаться здесь, среди замечательных
лопухов, отлежаться, отдохнуть, поднакопить силы..."
Мухоедов откинулся навзничь и уставился в ясное голубое небо. Редкие веселые облачка
плыли по нему неведомо куда, и Артур на миг представил себя облаком. Плыл бы да плыл себе
по небу, не ведая печалей и забот. Вот, к примеру, зачем он приперся в эту чертову деревушку,
зачем ищет глупого Вовика? Для чего вся эта суета? Неясно... Неясно многое. Например,
почему он, доживши до седин, ведет себя нелепо, словно мальчишка. Собирает какие-то
глупейшие сплетни. Накинулся на дворника, стал делать ему замечания. Для чего? Ну вышел
человек в выходной поработать, может быть, он без этого не может? Так нет же, он встрял и
стал учить рабочего человека уму-разуму.
Так корил себя почтенный и уважаемый гражданин, лежа в гуще пыльных лопухов. Но
нельзя бесконечно заниматься самобичеванием. Прошел приступ мизантропии и у Мухоедова.
Он приподнялся и высунул голову из лопухов.
Кругом все то же безлюдье. Он возлежал возле того самого дома номер один, от которого
начинал свое нелепое странствие по деревушке. Никаких домов, естественно, после крайнего не
было. Вот и знакомый поворот в город.
Артур выбрался из зарослей, украдкой оглянулся, не принял ли его кто-нибудь за пьяного,
и важно направился вперед. Происшедшее он объяснил легким солнечным ударом. Уже
упоминалось, что деревушку постоянно окружала легкая дымка, сквозь которую практически
не видно окрестных домов. Сейчас же странной мари почему-то не было. Многоэтажки,
обступившие Лиходеевку, великолепно просматривались. Можно было даже различить
убранство отдельных квартир, виднеющееся сквозь распахнутые окна.
Мухоедов возликовал. Он рванулся вперед и уперся в какую-то громадную лужу, берега
которой поросли осокой. Раньше на этом месте лужи не было. Это Мухоедов помнил точно. А
может быть, он свернул вовсе не в тот проход.
Артур в сомнении огляделся. Левый и правый края акватории ограничены высоченными
заборами, преодолеть которые не представлялось возможным. Артур обернулся.
Мухоедов стоял на краю лужи, как Петр Великий на берегу Невы, "и в даль глядел". Лужа
действительно поражала своими размерами. Метров двадцать отделяло заплутавшего странника
от спасительного противоположного берега. И вот что интересно. Дальний край водоема
упирался прямо в городскую улицу, по которой ездили машины и шли по своим делам жители
Светлого, не подозревавшие, что в двух шагах от них без всякой на то причины пропадает
хороший человек. Действительность напоминала мираж. Эта мысль пришла в голову Артуру, и
он крепко ущипнул себя за ляжку. Но видение не исчезло.
Страдалец нерешительно топтался на берегу, не зная, что предпринять.
Неожиданно он увидел, что по ближней к нему стороне улицы бредет знакомец -
главный экономист ортопедической мастерской Осадчий.
- Эй, Петр Захарович? - окликнул его Мухоедов. Экономист удивленно завертел
головой, увидел наконец Артура и заулыбался.
- Что это ты, Степаныч, тут делаешь? - поинтересовался он у Артура.
- Да так, - неопределенно ответил тот. Что он мог еще ответить?
- Ну ладно, загорай, - поощрительно произнес Осадчий и не спеша удалился.
Артур сплюнул от огорчения. Он снова начал бродить по берегу ненавистной лужи, не
зная, что предпринять. Из-под ног выскочила здоровенная жаба и, шумно плюхнувшись в воду,
исчезла в мутных глубинах. Мухоедов позавидовал ловкой жабе и в который уже раз тоскливо
взглянул на шумную улицу, бывшую почти рядом.
Ничего не оставалось, как форсировать водное препятствие.
Мухоедов с кряхтением снял туфли, носки и замешкался. Он прикинул глубину лужи. Дна
не было видно. Артур засучил штанины и, испытывая нестерпимый стыд, шагнул в пучину. Ему
казалось, что весь город наблюдает за его манипуляциями.
Нога сразу же ушла в воду по колено, и Артур, ощутив под ступней омерзительный ил,
моментально выдернул ее, едва не упав. От безысходности хотелось плакать. Но наш герой
решил бороться до конца. Презрев стыд, он снял брюки, аккуратно свернул их, подобрал носки
и туфли и, сжимая амуницию дрожащими руками, начал форсирование.
Надо отметить, что в этот момент облачение его состояло из следующих деталей:
длинных сатиновых трусов синего цвета, известных в народе как семейные, крахмальной,
правда, изрядно пропитанной потом сорочки, галстука и свободного двубортного пиджака.
Завершала наряд шляпа.
Лужа оказалась не такой уж глубокой. Он замочил лишь края трусов. Осторожно ступая
по илистому дну и стараясь не думать о битых бутылках и ржавых железках, Мухоедов
продвигался к спасительному берегу. Что-то живое мягко коснулось ноги. Артур вспомнил
давешнюю жабу и содрогнулся. Тошнота подступила к горлу, но, пересилив себя, сделал еще
шажок. Он уже на середине лужи.
В этот момент что-то совершенно непонятное цепко схватило Мухоедова за щиколотку.
Он дико заорал и попытался вырваться, но хватка была крепкой. Сначала он решил, что ступня
провалилась в какую-то щель, но тут же понял, что ошибся. Нечто, сжимавшее его щиколотку,
стало медленно, не ослабляя хватки, подниматься вверх по ноге.
Собрав все силы, Мухоедов сделал страшный рывок назад, и в этот момент из воды
показалось столь ужасное создание, что у Артура чуть не разорвалось сердце.
Перед ним был утопленник. Лицо трупа страшно распухло, вместо одного глаза зияла
черная дыра, а второй, белый, словно вареный, тем не менее в упор смотрел на Артура.
Объеденные нос и щеки густо покрывали жирные черные пиявки, готовые вот-вот лопнуть.
Белесые источенные губы трупа раскрылись, и изо рта вылез маленький рак.
Утопленник был точь-в-точь как тот, которого Му-хоедов видел на речке Клязьме, когда
ему было семь лет. Тогда тоже был жаркий летний день. Утонувший лежал на белом песке, и
мелкая речная волна колыхала его волосы. Малолетний Артур вместе с другими ребятишками,
замерев от страха, не мигая, смотрел на несчастного. Наибольший ужас вызывали пиявки,
присосавшиеся к лицу. Так он, оцепенев, стоял на берегу, пока не прибежала мать и за руку не
утащила его прочь. Утопленник потом часто снился Артуру. И вот теперь он увидел его снова.
Мухоедов, сделав нечеловеческий прыжок, выбрался из лужи и, не разбирая дороги,
кинулся прочь. Он бежал как сумасшедший, завывая и постоянно оглядываясь, не преследует
ли его утопленник, усеянный пиявками. По дороге бедолага потерял обувь и брюки, которые в
панике бросил на берегу лужи. В распахнутом пиджаке, съехавшем на бок галстуке и длинных
до колен застиранных трусах он и впрямь напоминал душевнобольного, по недосмотру
санитаров вырвавшегося на свободу.
Остановился Мухоедов возле того самого козла, который, как ему показалось, блеял
человеческим голосом. Только тут перевел страдалец дух. Козел поднял свою кудлатую башку
и смотрел на Артура с явным сочувствием. Казалось, он хотел сказать:
" Что, брат, попал в переделку?!"
Мухоедов жалобно взирал на козла, словно искал у него сочувствия. Потом он оглянулся
на дом, возле которого резвилось животное. Взгляд остановился на табличке с номером
строения. И тут у Артура в какой уж сегодня раз глаза вылезли из орбит. Так вот он, дом под
номером шесть! Как же это может быть? Ведь он не раз и не два проходил мимо этих ворот.
Артур вновь присмотрелся. Что-то явно было не так. Вместо одной шестерки на табличке было
три. Да быть того не может!
И все-таки Артур решил разведать, что там внутри. Неведомая сила потянула его в дом со
странным номером. Он робко стукнул в калитку, потом, не дожидаясь приглашения, распахнул
ее и шагнул во двор. Здесь никого не было. Он проследовал в дом.
Натыкаясь в потемках на углы, производя адский грохот, брел Артур навстречу своей
судьбе. И она предстала перед ним в виде молодого человека приятной наружности,
привалившегося на подоконник распахнутого окна и смотревшего прямо на него. В юноше
Мухоедов узнал Стаса Недоспаса, с которым он был немного знаком по химкомбинату. Зрачки
Стаса словно вмерзли в лед, на лице играла полуулыбка-полуусмешка. Он некоторое время
молча взирал на Артура, потом хмыкнул:
- Н-да, видок!
Артур хотел рассердиться и отчитать наглого мальчишку, но почему-то смутился и лишь
сделал неловкий поклон.
Стас закивал головой с деланным сочувствием.
- Нелегко тебе пришлось, батюшка, - заметил он, разглядывая Артура. - Вон даже
портки потерял.
Артур сконфуженно кивнул, подтверждая замечание молодого человека.
- Что головой взбрыкиваешь, точно козел? Или устал с непривычки по деревне шляться?
Говори, зачем пришел?
- Я... - невнятно начал Мухоедов, - я, собственно... - он запнулся, подбирая
слова. - Я ищу моего знакомого Вовика, то есть Владимира Еремина - заведующего
краеведческим музеем. Он, как я знаю, собирался с вами повстречаться, вот я и пришел
узнать...
- Что узнать?
- Где Вовик...
- Вот оно что! Тебя, значит, Вовик интересует? А может быть, ты сюда вынюхивать
пришел? Ты же любишь вынюхивать. Собирать всякие россказни, сплетни бабские, а потом
докладывать куда следует. Ведь так? Ты и Вовика своего сюда послал, чтобы он собрал
информацию, а потом пересказал ее тебе. Ты ведь всю жизнь стучишь. Стучал в Москве. Потом
сюда переехал и здесь занялся тем же. Ась? Не слышу ответа!
- Да я... Это... По какому праву!.. Что вы себе поз... Ну если даже... Ведь на благо!
- На благо?! На чье благо? Если только на свое! А для других вряд ли это было благом.
Ты вспомни своего дружка. Как там его звали? Шагов, что ли? Не ты ли его посадил, настучав,
что он водит дружбу с иностранцами? Кац? Кто сообщил в органы, что он распространяет
сионистскую литературу? Не ты ли? Темиргалеев? Помнишь? Пятак получил. Якобы за
хулиганство. Возмущался судьбой крымских татар... Ты, естественно, доложил куда следует.
Было? Да и сюда ты сбежал из первопрестольной только потому, что кое-кто должен был
вот-вот выйти из заключения и разобраться с тобой... А здесь... Впрочем, достаточно.
Довольно обвинений. Отвечай. Прав я или не прав?
Артур потупил глаза и молча кивнул.
- И про меня ты кое-что слышал, вот только не верил. Поэтому и послал мальчишку. Ну
да ладно. Мне уже тошно говорить. Придется тебя покарать. Поучить маленько.
Ледяные глаза Стаса пронзали насквозь и словно ввинчивались в мозг.
Мухоедов упал на колени.
- Помилуйте! - выкрикнул он.
- Ага. Милости запросил? Ладно. Будет тебе милость.
Взгляд юноши стал вовсе нестерпим. Мухоедов попытался отвернуться, но не получилось,
он захотел вскочить и броситься прочь, но ноги не слушались.
Стас встал, подошел к Мухоедову и положил ему руки на голову. И тут с несчастным
стукачом стали происходить метаморфозы. Он почувствовал, как меняется его тело:
уменьшается, удлиняется, обрастает шерстью. Нелепый пиджак куда-то исчез вместе с
семейными трусами. Шелковистая шерстка становилась все длиннее, а вместо ступней
появились копытца. Даже зрение изменилось. Предметы вытянулись и заострились, а на месте
юного Стаса оказался древний старик, смотревший на Артура, или не на Артура уже вовсе, со
зловещим ехидством.
Но странное дело. Превращение, случившееся с Мухоедовым, вовсе его не потрясло.
Напротив, он почувствовал себя значительно лучше. Может быть, впервые за весь день он
наконец обрел спокойствие. Дышать стало легче. Жизнь снова была прекрасна, пусть даже и в
таком обличье. Артур неторопливо ударил копытцем по деревянному полу.
- Э-э, да тебе нравится?! - удивился старик. - Ну молодец! Видать, на роду тебе
написано быть рогатым. Впрочем, все в свое время. Для начала достаточно.
Старик посмотрел на Артура тяжелым немигающим взглядом и опять прикоснулся к его
бедовой голове. И вновь Мухоедов стал человеком. На миг он ощутил разочарование и даже
легкую печаль, но потом осмотрел себя с головы до ног и обнаружил, что выглядит вполне
нормально. И брюки он не терял, и обут, и шляпа венчает его высокое чело. Словом, все в
порядке.
Вздохнул тут Мухоедов, повеселел и преданными глазами уставился на Стаса, который
тоже принял свой обычный вид.
- Значит, так, - сказал вполне обыденным тоном хозяин дома номер шесть, - "мой
друг", ведь ты именно так предпочитаешь выражаться; итак, мой друг, поскольку любишь
шпионить, и дельце тебе будет по твоей специальности. Завтра отправишься в вашу, то есть
нашу, химкомбинатовскую гостиницу и присмотришь там за одной честной компанией. Не
русские люди - иноземцы. Из самой Америки по наши души приехали. Так вот. Ты должен
приглядывать за ними в оба. Куда пошли, что делали... Словом, о каждом их шаге. Уяснил? А
потом докладывать мне. По телефону. Вот номер. Каждый их шаг!
- И как долго?
- Столько, сколько нужно!
- Но я же работаю!
- Возьмешь неделю за свой счет.
- А как они выглядят?
- Два мурина, негра то есть, и один европейского обличья. Не ошибешься, одни они там
такие.
- Что же им у нас надо?
- Вот ты и разберешься, что надо. Ты же у нас специалист по этим вопросам. Придумай
себе какое-нибудь дельце в гостинице. Ты общественник, тебя все знают. Потолкуй с
горничной, которая у них в номерах прибирает, с коридорной, словом, с прислугой. Привычки
их, обхождение. И особенно, нет ли чего странного в повадках. Это главное. И обо всем мне
докладывай. Не дозвонишься, сюда приходи. Долго эта канитель не продлится, так что можешь
не волноваться. А теперь ступай. И смотри у меня!
Мухоедов почтительно поклонился и бочком вышел из дверей.
Козла возле ворот уже не было. Мухоедов вновь взглянул на табличку. Номер у дома был
самый обычный - шесть. Артур пожал плечами и пошел домой. Добрался без приключений и
почти не думал о произошедшем. Да, впрочем, он почти забыл о том, что с ним произошло.
Слегка беспокоила только одна мысль: сумеет ли он быстро и точно выполнить задание
Не-доспаса. "Конечно же, сумею", - убеждал себя Артур. Чего тут сложного? И не такие
задания выполняли. И все же что-то смущало, не давало покоя. Он вспоминал шелковистую
шерсть, ладные копытца и вздыхал. Ах, лучше бы он остался козлом!
8
- Все выяснил, - вкрадчиво прошептал Каковен-ко и оглянулся по сторонам, хотя
кругом не было ни души. Казаков и Андрей сидели на нагретом солнцем древнем валуне.
Кругом высились могучие сосны. Гостиница химкомбината стояла среди леса, последнего
островка некогда могучего бора, в котором когда-то давным-давно плутала страстная
любительница грибов библиотекарша Петухова, давшая начало этой истории. Именно тут она в
поисках боровиков и рыжиков наткнулась на старое кладбище. Не будь Петухо-вой, может,
город Светлый не существовал бы. Такая вот география.
Но наши нынешние герои не знали о похождениях бесстрашной библиотекарши. А если
бы знали, то, надо думать, не поверили бы в них. И зря бы не поверили.
- Что же вы выяснили? - поинтересовался Казаков.
- Фамилии ихние, место проживания.
- Так докладывайте!
Водопроводчик достал из кармана мятую бумажку, водрузил на нос очки и всмотрелся в
нее.
- Как я уже говорил, - торжественно начал он, - одного из этих иностранных граждан
зовут мистер Сенека, - он замолчал, снял очки и с торжеством посмотрел на своих соратников.
- Это мы уже знаем, - с легким раздражением произнес Казаков, - дальше,
пожалуйста!
Каковенко снова надел очки и впился в бумажку.
- С ним еще двое, тоже подданные США. Которые негры. Одного зовут мистер Ипполит,
другого мистер Обен.
- Это что же, имена?
- Нет, фамилии. Так в регистрационном журнале записано.
- Странные какие-то фамилии: Сенека... Ипполит...
- Ипполит, это который старик.
- Так, дальше!
- Прибыли они, как я уже говорил, с гуманитарной миссией. Пробудут у нас еще неделю,
до 8 июля.
- А что они за люди?
- Одно слово - иностранцы. Этот самый Сенека ничего себе мужик. Добрый! Всякую
ерунду дарит. Клавдии, конечно, не мне. Жвачки там... сигареты. А негры вовсе не замечают,
словно и нет ее.
- Невоспитанные, значит, - заметил Казаков, - ну. а чем они у нас занимаются, кроме
раздачи гуманитарной помощи?
- Да ничем. Несколько раз прошлись по городу, покатались по окрестностям. Сводили
их в русскую баню.
- Ага-ага, значит, они баню любят. А кто к ним приставлен?
- Из городской администрации кто-то. Вроде руководитель информационного центра.
- Знаю я его, - заметил Андрей. - Парень молодой, но шустрый.
- Сейчас все шустрые, - отозвался капитан. - Но самое главное, - снова обратился он
к водопроводчику, - нет ли в их поведении чего-нибудь подозрительного? Чего Клавдия по
этому поводу говорит?
Каковенко неопределенно пожал плечами и замялся.
- Ничего подозрительного не замечено, - наконец сказал он. - По ночам никуда не
выходят. Спят. Питаются здесь же, при гостинице. Мистер Сенека предпочитает на завтрак
кофе, фруктовый сок, пару яиц всмятку, сдобную булочку. Пожилой негр Ипполит ест только
овощи и фрукты, тот, что моложе, нажимает на мясо.
- Ясно, - разочарованно вздохнул Казаков, - с завтраками у них, значит, все в порядке.
Слава Богу, хоть с этим разобрались. Впрочем, что еще ожидать?! Не будут же они сообщать
всем и каждому, что отправляются на наше родимое кладбище выкапывать нашенских же
мертвецов. А может быть, это все же не они? Ведь в потемках мы их толком не разглядели.
Одного более-менее видели, да и то неясно. Или кто-нибудь под негров работает? А сейчас они
на месте?
- Да, - ответил водопроводчик, - через полчаса должны отправиться в город.
- Раздавать гуманитарную помощь?
- Не знаю. Клавдия сказала, что к ним уже приехал молодчик из городской
администрации, а как он приезжает, так они отъезжают...
- Приезжают, отъезжают... - взбеленился Казаков. - Только из уважения к вашим
сединам, товарищ сантехник, я не отстраняю вас от расследования. Ведь вам что поручили?
Разузнать, что из себя представляют интересующие нас объекты. А вы?.. Фруктовый сок...
яйца... Ни грамма информации, имена только и то какие-то сомнительные, да сроки
пребывания в городе. Я надеялся, коли у вас там родственница работает, то вы и узнаете
что-нибудь этакое... Привычки, неожиданные отлучки, прочие мелочи. Но мелочи,
необходимые нам! А фамилии и сроки пребывания я и без вас могу выяснить. Зайду сейчас к
директору гостиницы - и сразу все как на ладони.
- Я не Шерлок Холмс! - пробурчал Каковенко.
- Тогда зачем вы путаетесь под ногами? Смотрите - он не Шерлок Холмс! Это дураку
понятно! А зачем за нами по пятам ходите? От скуки? Конечно же, от скуки! От одуряющего
безделья детектива из себя изображать интереснее, чем "козла" забить или портвейном
баловаться. Если скучаете, не лучше ли заняться родным делом: ремонтировать краны и
унитазы? Почетно, прибыльно, а главное: вы в своей стихии. Так что идите-ка лучше домой.
- Ах так! - вскричал уязвленный в самое сердце Каковенко. - Да я!..
- Ну что вы? Не пылите, милейший. И не надо кричать. Птичек распугаете. Их и так в
этом лесочке мало осталось.
- Если я такой, как вы считаете, беспомощный, так идите и сами выясните, что это за
американцы такие, - сдавленным шепотом прохрипел водопроводчик.
- Не волнуйтесь, выясним. Ладно. Оставим на время упреки. Сейчас мы должны их
увидеть и убедиться, что они покинули гостиницу, а там что-нибудь придумаем. Пойдемте.
- Да, вот еще что, - неожиданно вспомнил Каковенко. - Клавдия говорила, что
американцами еще один человек интересовался.
- Что за человек? - вскинулся капитан.
- Некий Мухоедов.
- Кто-кто?
- Мухоедов Артур Степанович, работает на химкомбинате заместителем главного
экономиста.
- Так! - Казаков замолчал и о чем-то задумался. Потом он провел рукой по бархатной
поверхности мха, покрывавшего валун, и поднял глаза к небу.
- Мухоедов, говорите? Интересная фигура. Ладно, не будем мешкать, пошли, а то
американцы уедут.
- А кто такой этот Мухоедов? - поинтересовался Андрей.
- Потом расскажу. Сейчас не до того.
Едва они успели подойти к гостинице и укрыться за густыми кустами благоухающего
шиповника, как из центрального входа вышла группа людей и неторопливо направилась к
большой иностранной машине.
- Вот они, - зашептал Каковенко.
- Тише, без вас вижу. Присмотрись, Андрей.
Лейтенант вгляделся в лица американцев. Высокий пожилой негр особенно привлек его
внимание. Похоже, он присутствовал вчера ночью в "стекляшке". Или не он?
Капитан тоже напряженно разглядывал компанию, а Каковенко и вовсе сопел от волнения
и чуть не свалился в колючие кусты.
- Они, точно! - хрипло вымолвил он наконец.
- Тише! - одернул его капитан. - Что вы словно дикий кабан ломитесь сквозь заросли.
Машина тем временем тронулась и тут же исчезла из виду.
- Я узнал старика, - не обращая внимания на реплики капитана, продолжал бормотать
Каковенко, - он там был, несомненно...
- А ты, Андрей?
Лейтенант неопределенно пожал плечами.
- Не уверен. В общем-то, похож, тот тоже с бородкой.
- Да они это! - вновь не выдержал водопроводчик.
- Успокойтесь, товарищ! - одернул его капитан. - Они, не они... Разберемся! В каком
номере проживают эти субчики?
- Оба черных живут в девятом, мистер Сенека в десятом, кроме того, при них еще
переводчик, он же шофер. Молодой парень, москвич... Его номер - двадцать шестой.
- Москвич нам пока не нужен, а вот с обиталищем остальных неплохо бы
познакомиться.
- Вы что же, хотите в их номера проникнуть? - с сомнением спросил Андрей.
- Конечно же, не хочу. Но надо!
- А если?..
- Ты можешь не ходить.
- Да нет, - смутился Андрей, - я так... Хотя это не
...Закладка в соц.сетях
