Жанр: Триллер
Солнце мертвых
... - Я ничего не понимаю из ваших сбивчивых речей. Какие хорошие люди? Зачем вы
объявили себя умершим? Куда делся Андрей?
Акация затрещала, словно там возилось какое-то крупное животное. Капитан хотел было
вскочить и выяснить, кто это с ним шутки шутит, но что-то заставило его остаться на месте.
После непродолжительной возни из кустов вновь раздался знакомый голос:
- Мирон Захарович, если вы желаете узнать небезынтересные для вас подробности, не
торопясь, отправляйтесь к гостинице. Помните, где мы с вами следили за иностранцами? В
сосенках... Там вас будут ждать. Возможно, вы узнаете кое-что интересное.
Кусты снова затрещали.
- Эй, Каковенко! - окликнул капитан.
Ответа не последовало. Видимо, пронырливый водопроводчик покинул свое убежище.
Казаков еще некоторое время оставался на ступеньках, пытаясь осмыслить только что
случившееся.
Был ли это действительно водопроводчик? Голос вроде похож, но почему он не
показался? Что за таинственность, в самом деле? Ведь кругом никого. Туманные наметки на
каких-то добрых людей весьма подозрительны. К тому же ведь он умер! А не из той ли он
компании? Оживили Балашова и Курехина, почему бы не оживить и Каковенко. А теперь с его
помощью заманивают в укромное место. С Андреем, возможно, уже расправились, теперь его
очередь. Но возможен и другой ход. Каковенко действительно говорит правду: он что-то знает.
Что-то очень существенное. И возможно, он действительно нашел союзников. Тогда встреча с
ними необходима. Идти или не идти? Впрочем, другого варианта у него, в общем-то, и нет.
Андрея нужно обязательно найти. "А если они его тоже... - кольнула страшная мысль, -
превратили в свое послушное орудие, а теперь моя очередь. Все мы станем зомби. И тогда... -
он содрогнулся. - Нет! Нельзя бросать дело на полдороге".
Капитан медленно поднялся со ступенек и вышел на улицу. Страшно разболелась голова,
ноги были словно ватные. Казалось, все существо противится дальнейшим действиям. Рассудок
настойчиво подсказывал: "Брось, уйди, пусть события идут своим чередом. Иди домой, к жене,
оставь эту чертовщину. Без тебя разберутся, а если и не разберутся, тебе-то какое дело! Пускай
товарищ Кукарин, который так лихо спихнул все на тебя, поставит точку, если, конечно,
сумеет".
Казаков остановился. Удивленные прохожие оглядывались на человека, тупо
уставившегося в пространство. "Пьяный", - думали они и шли дальше. А Казаков стоял точно
соляной столб. Не хватало сил сделать даже один шаг. Шаг навстречу неизвестности.
Так застыл он в глубоком тяжелом раздумье, не зная, что предпринять. Наконец, решился.
К гостинице!
Быстрым шагом, почти бегом помчался он навстречу неизвестности.
Вот и знакомые сосны. Казаков некоторое время ожидал появления неизвестно кого.
Послышался шорох, и из-за кустов показался Ка-ковенко. Он нерешительно приблизился
и молча воззрился на капитана. Лицо лихого водопроводчика выражало смущение.
- Такие вот дела, - неопределенно сообщил он.
- Какие дела?! Зачем вы меня сюда пригласили?!
- С вами желают поговорить некие люди.
- Нельзя ли поточнее? Кстати, как понимать известие о вашей смерти?
- Очень просто. Я действительно умер, - спокойно сказал Каковенко.
Казаков отпрянул и всмотрелся в лицо бывшего соратника. Но то выглядело более-менее
нормальным, разве что было более потным, чем обычно.
- Не волнуйтесь, - успокаивающе произнес водопроводчик, - я - не зомби. Я даже
вроде бы жив. Вот эти господа, - он указал на вышедших из-за кустов двух уже знакомых
Казакову чернокожих, - спасли меня, вернули, так сказать, к жизни, за что я им по гроб
благодарен. И они, именно они, желают с вами потолковать. Вы, как мне объяснили, можете им
помочь, а они могут помочь вам.
- Я ничего не понимаю.
- Давайте присядем. По-русски они, к сожалению, не говорят, но я кое-что кумекаю
по-английски. Все же много лет плавал по морям. Короче, они растолковали мне ситуацию.
Многое прояснили. Теперь мне ясно...
- Давайте ближе к делу. - перебил капитан многословного водопроводчика.
- К делу так к делу. Они приехали к нам с острова Гаити...
- Я это знаю, дальше!
- Основная их цель - добыть какую-то книгу. Я, откровенно говоря, не совсем понял,
что это за книга такая, не то колдовская инструкция, не то священный завет их религии, не в
этом дело. Добровольно отдать ее хозяин кладбища не захотел.
- Что еще за хозяин?
- Ну, который всем здесь командует. Это молодой парень, фамилия его Недоспас. Но на
самом деле парень вовсе не парень...
- А кто же он?
- Старик, очень древний, они так говорят... - водопроводчик посмотрел на чернокожих,
которые молча сидели рядом на скамейке, словно ища у них подтверждения.
- Я совсем запутался, - признался Казаков, - парень... старик...
- Этот старик как бы переселяется из одного тела в другое. Теперь он в новом теле...
- Чушь!
- Нет, вы послушайте. С ними был еще один человек - Сенека, да вы знаете. Он погиб.
Сегодня ночью его убили. По команде старика. Но они говорят, что таков был уговор.
- Какой уговор? - Казаков вскочил. - Человека убили, а вы - уговор! Бред!!!
- Таковы были условия. Американец представлял какой-то закрытый фонд, он
финансировал поездку и все прочее... Старик уничтожил его, думая, что он - главный. А
главный вовсе не он, а вот этот, с бородкой, - Ипполит.
При упоминании своего имени пожилой негр слегка наклонил голову.
- Они очень просят, чтобы вы им помогли.
- О какой помощи идет речь? Что я должен сделать? Да и с какой стати мне этим
помогать? Как я понимаю, они - одного поля ягоды. Но тот хоть свой, а эти вообще черт знает
кто?
- Старик представляет угрозу для всего нашего города. К тому же ваш дружок лейтенант
- у него в лапах. И не только он. Директора музея тоже захомутали. Да этот Хозяин кого
хочешь может подчинить себе.
- А вьгкак с ними в одной компании оказались?
- Помните, как я к вам пришел ночью? Так вот, потом я отправился домой, старуха моя.
конечно, чрезвычайно обрадовалась, хотя и выразила свою радость довольно своеобразно. -
Он вздохнул. - Нуда что там. Я лег спать, а потом неожиданно проснулся. Встал с койки, и
вдруг словно что-то ударило в голову. Я, знаете ли, рухнул как подкошенный. Прямо на пол. Да
ударился еще... - он поморщился. - Лежу, значит, а встать не могу. Тут старуха вбегает,
давай меня тормошить. А я, главное, даже сказать ничего не могу. Она сначала решила, что я
придуряюсь. Но потом видит, дело плохо. Побежала вызывать "скорую". Ну, приехали.
Погрузили меня на носилки и в морг. Я, честно говоря, про себя решил, что умер. Наконец-то,
думаю, отмучился. И, понимаете, нисколько почему-то не страшно. Даже как-то весело. Но до
морга мы не доехали, меня выгрузили недалеко отсюда, а потом уж появились эти господа и
опять вернули мне способность двигаться. И объяснили, что забрали меня из дома для моей
пользы. Иначе, говорят, тебя бы и вправду убили. И я, понимаете, верю. Для чего им врать?
- Вот вы говорите, что вас забрали из дому и доставили к ним. Кто именно? У них есть
сообщники?
- Наверное, помощники имеются, а я, честно говоря, и не рассматривал этих, которые
меня везли. Главное, что цел и невредим.
Казаков подозрительно смотрел на водопроводчика, не зная верить ему или не верить.
А тот продолжал рассказывать:
- Так вот, эти чернозадые товарищи и говорят мне, мол, хотим встретиться с тем
господином, который у нас видеокассету спер. Ему тоже угрожает опасность, и если он не
вступит с нами в альянс, то об этом пожалеет.
Выражение "чернозадые товарищи" несколько смутило Казакова. Если эти самые
товарищи спасли водопроводчику жизнь, то почему он так к ним непочтителен? Нестыковка
получается.
Впрочем, Каковенко продолжал трепаться.
- Послали, значит, меня на поиски. И сообщили, где вы можете быть. Да! Сказали, что
вашего товарища похитил зловредный Хозяин. Паренька то есть.
- Я не совсем понимаю, как они видят наше сотрудничество?
- А чего тут понимать! Вы - представитель властей. Они желают, чтобы мы все вместе
пошли к Хозяину и крепко припугнули его. Когда встреча носила частный характер, то он
чувствовал себя уверенно, а как только в дело вмешаются официальные силы, тут-то он и
присмиреет. И отдаст книгу.
- А мне на что их книга?
- Вам она, конечно, не нужна, а вот им пригодится. А вы получите назад своего
напарника, это первая выгода; расправитесь, если сумеете, с Хозяином - вторая выгода, а
главное, что вы снова почувствуете себя, как говорится, "на коне".
Все эти странные доводы окончательно сбили с толку Казакова. Однако в словах
водопроводчика была доля правды. Капитану настолько надоело странное дело, что он был
готов принять любое предложение, даже самое нелепое.
- Допустим, я согласен, - сказал Казаков, - а каков план действий?
- План действий? - водопроводчик задумался и повернулся к своим новым друзьям. Он
что-то сказал им, те молча закивали.
- План такой, - заявил Каковенко, - сейчас мы всей компанией идем к этому Хозяину
и ставим ультиматум: отдавай книгу, верни Копытова и директора музея и прекрати свои
бесчинства. Фокусы с покойниками, дьявольское наваждение и так далее. Решительней нужно
быть, товарищ милиционер. Не мне вас учить. Сейчас и отправляемся. - Он встал и махнул
рукой вперед: мол, за мной. Решительные повадки и властные жесты насторожили капитана,
однако Казаков все же последовал за ним. Негры тоже поднялись, выражая всем своим видом
покорность судьбе.
На улицах на них оглядывались. Да и как не оглядываться. Впереди, размахивая руками и
насвистывая какой-то развеселый мотив, шагал бравый водопроводчик, за ним, стараясь не
встречаться глазами со знакомыми, плелся капитан, а замыкали процессию два чернокожих
господина с непроницаемыми лицами.
Казаков пребывал в том состоянии, когда хочется бросить все и бежать куда глаза глядят.
Он все больше склонялся к мысли, что его самым наглым образом мистифицируют. Но коли
согласился на эту авантюру, то уж отступать некуда. В руке капитан сжимал сумку, в которой
находились, кроме запаса провизии, несколько бутылок с бензином, которые он захватил как
оружие для борьбы с зомби. Огневой припас оттягивал руку, и Казаков хотел было выбросить
его в ближайшую урну, но не решился. У шествующих позади иностранных граждан в руках
тоже имелись какие-то свертки.
Нелепая процессия достигла пределов Лиходеев-ки. Тут негры что-то негромко сказали
Каковенко, он остановился и задумчиво посмотрел вокруг. День клонился к вечеру, как обычно,
на единственной улочке деревушки не было ни души. Негры неторопливо развернули свертки,
к удивлению Казакова достали из них черные костюмы, тут же на улице переоделись и
невозмутимо проследовали дальше.
- Видали! - кивнул в их сторону водопроводчик. - Одеты по форме и готовы к борьбе.
И уж поверьте, бороться они будут не на шутку. Главное впереди. Не отдаст, паразит, добром,
возьмем силой. - Он сплюнул и корявым пальцем ткнул в ворота одного из домов. - Нам
сюда!
Казаков протиснулся в калитку и оказался на просторном дворе, вымощенном
деревянными плахами. Он с любопытством осмотрелся. И дом, и двор не походили на логово
колдуна.
Дверь дома скрипнула, и на пороге возник молодой человек приятной наружности. На
лице его сияла добродушная улыбка, однако глаза были словно два острых кинжальных лезвия.
- Здравствуйте, гости дорогие, - иронически произнес он.
Мы оставили главную героиню нашего повествования Татьяну Недоспас в тот момент,
когда потрясенная всем случившимся женщина грохнулась без чувств у ног своего сына.
Произошло это душераздирающее событие как раз ранним утром того дня, когда умер, а потом
неожиданно "воскрес" пытливый водопроводчик, а капитан Казаков вместе со своим
меланхоличным напарником Андреем Копытовым обнаружил в краеведческом музее зомби.
Все, как ни странно, в один день. По-видимому, наступил кульминационный момент
трагедии, как выражаются театральные критики.
Татьяна, как водится в таких случаях, все же нашла в себе силы и очнулась. Впрочем,
очнулась она от того, что кто-то весьма бесцеремонно брызгал ей в лицо водой.
Несчастная открыла глаза и увидела, что над ней склонилось лицо сына. Неподдельное
участие было написано на нем. Казалось, заботливый ребенок излучал доброту и сочувствие.
Татьяна медленно поднялась и огляделась. Она находилась именно в той комнате, куда
явилась некоторое время назад с одной, но поистине ужасной целью - лишить жизни
собственное дитя.
Кровать, на которой лежала жертва, убрана и покрыта свежим бельем, стены, совсем
недавно забрызганные кровью, были чисто вымыты, и на них в солнечных лучах еще
поблескивали капельки влаги. Да и на ее тонких, почти прозрачных руках не было следов
преступления. Вот только молоток... Орудие убийства до сих пор валялось на полу. Вид его
был настолько страшен, что Татьяна чуть снова не свалилась замертво. Кошмарное зрелище
представлял собой сей скромный слесарно-столярный инструмент. Запекшаяся кровь и
прилипшие к нему светлые волосы вызывали невольную тошноту.
Татьяна побледнела, как мел, и пошатнулась.
- Зачем? - только и смогла произнести она.
- Что-"зачем"? - глумливо поинтересовался Стас.
- Зачем ты все это подстроил?!
- Я? Но ведь ты сама желала моей смерти. Сама спустилась сюда в потемках и... - он
не договорил и усмехнулся. - Впрочем, никто не узнает, - заявил он спокойно. -
Мальчишку этого уже утопили в болоте, а там его вовек никто не сыщет. Да и не будут искать,
кому он нужен?! И молоток туда же отправим, - кивнул он.
- А я? Меня ты где утопишь, тоже в болоте?
- Тебя? - изумился Стас. - Но зачем?! Ты мне нужна! Очень! Так что, мать, успокойся,
пойди выпей стаканчик красного вина и забудь обо всем, что произошло. Подними молоток,
вымой его, да хоть в этом ведре, и отдай мне.
Татьяна, содрагаясь, взяла страшный предмет и опустила его в ведро с водой. Молоток
булькнул и стукнулся о железное дно.
- Отлично, - весело сказал Стас, - главная улика уничтожена. Оботри его.
Татьяна, отвернувшись от ведра, стала обеими руками соскабливать кровь с молотка. Она
достала его из ведра и протянула сыну. Молоток был чист. Но что это?! Через мгновение на нем
снова появились кровь и прилипшие к ней волосы.
Инструмент выпал из рук помертвевшей Татьяны и грохнулся на пол.
- Плохо помыла, - спокойно сказал сын, - попробуй еще раз.
Татьяна снова опустила молоток в ведро и стала лихорадочно тереть его. И вновь лишь
мгновение молоток был чист, а потом на нем опять появилась запекшаяся кровь.
- Н-да, - со старческой язвительностью произнес Стас, - странные нынче орудия
преступления пошли. Не смывается кровушка. Безобразие! Ну ничего, в болоте он и так
полежит. Там его никто не углядит, разве что лягушки. - Он захохотал. - А то, может,
оставишь его себе на память?
В бешенстве схватила Татьяна проклятый инструмент и бросилась на сына.
- Спокойно, спокойно! - слегка отступая, проговорил он и удержал ее за руку. - Новое
убийство будет на твоей совести. Согласись, для одного дня это слишком.
Татьяна упала перед ним на колени.
- На все готова, только объясни, зачем ты так; ведь можно по-другому, не так жестоко,
без крови...
- Без крови нельзя, - спокойно проговорил Стас.
- Я... Мне... Но почему?!
- Я уже говорил, ты - одна из нас. Но никак не желаешь это понять. И только жертва
заставит тебя это сделать. Иначе никак. Все давно запланировано и утверждено. Мальчишка
этот был обречен с самого начала. Он и был избран на роль жертвы. Надо сказать, что и для
жертвы подходит не каждый. Он подходил идеально. По всем, как нынче говорится,
параметрам. Девственник. Не достиг тридцати трех лет. Прошел обряд посвящения. То есть -
из своих. Да что мальчишка, шваль. Главное - ты. Ради тебя все это затеяно. Теперь ты
полностью с нами. И твои силы, а я тебе уже говорил, что ты обладаешь огромной властью, не
лежат втуне. Я скажу тебе даже больше. Ты помнишь своего любовничка? Этого белокурого
красавчика... Как там его звали, Петром, что ли? - Стас хихикнул. - Ах, какой ласковый был
Петенька. Как он мог ловко и умело...
- Замолчи, мерзавец! Откуда ты все это знаешь?
- Из первоисточника, - усмехнулся Стас.
- Что ты сказал?!
- Ну, мать, успокойся. Я, так сказать, знавал моего папашку. Ты помнишь, он тогда
исчез. И сколько ты ни пыталась его найти, ничего не получилось. Как в воду канул. А он жил
тут, рядом, по соседству с нами, в этом самом доме. И фамилия у него была - Чернопятов.
Асмодей Чернопятов.
- Ты же сам говорил, Асмодей - старик. Наш дальний родственник.
- Родственник, именно. Твоего деда родной брат. Дед хотел встать на праведный путь,
раскаялся, видишь ты... Ну и ушел из семьи. Даже фамилию сменил. Назвался Недоспас. Мол,
спасся, но не до конца.
Истинно так. До конца не удалось. Но семья, она, конечно, присматривала за ним, а потом
и за его потомством... Не желала отпускать от себя. Ненавязчиво приглядывала. Этот самый
Асмодей, глава семьи, понимаешь ты, мог принимать разные облики и даже молодым
становиться. Колдун! Он и стал моим отцом. Вот дело-то какое.
Стас вздохнул и сумрачно посмотрел на Татьяну.
- Ну а потом он умер, и дом, и все, что при доме, и слуг своих, и угодья - словом, все
завещал мне.
Татьяна не смогла поверить в услышанное. Она молча стояла и смотрела на сына.
- Сомневаешься? - спросил он. - Не сомневайся. Все именно так, как я тебе рассказал.
Ты думаешь, он что? Позабавился и бросил? Нет! Как бы не так! Мы с тобой все время, каждую
минуту, находились под его присмотром. А то, что он до поры до времени не объявлялся, так
для нашей же пользы.
- А теперь, теперь я вам для чего нужна?
- Времена настают лихие. Пожалуй, самые лихие за всю историю Лиходеевки. И так
свели ее, любезную, на нет. Теперь и вовсе хотят главного лишить. Силу нашу отобрать, а
самих на распыл пустить. Поэтому и потребовалась мне твоя помощь.
- Помощь?! И ты считаешь, что я могу помочь тебе?
- А почему бы и нет! Ты не знаешь своих возможностей. Но ничего, скоро, совсем скоро
они проявятся. Без помощи, без подсказки, сами проявятся. Ты - Мать. Не просто моя мамаша,
глупая и несчастная женщина. Ты воплощение рода, его основа и естество. А сегодняшняя
жертва, мальчишка, которого ты убила своими руками, - стоит ли о нем говорить. До этого
мгновения ты была простой, обычной, ты дремала, как куколка в земле. А теперь стала
бабочкой, прекрасной и страшной, как бабочка "мертвая голова", - он холодно улыбнулся, -
сегодня, сегодня расправишь ты свои черные крылья. И взлетишь! Или сгоришь, бросившись в
пламя.
15
"Ревела буря, гром гремел" - так, кажется, поется в старинной песне. Но пока ничего не
предвещало страшных катализмов. Небо, хотя уже начинало смеркаться, было чистым и ясным.
Закатное солнце окрашивало редкие игровые облачка в веселенькие цвета клюквенного киселя.
Легчайший ветерок нежно касался ланит лиходеевских обитателей, а также гостей славной
деревушки. Идиллия, полнейшая идиллия витала в напоенном деревенскими ароматами
благостном воздухе. Над крышей чернопятовского дома, над его сараями, службами чертили
небо ласточки и стрижи. Неслышно взмахивая сильными крыльями, пролетела сова, должно
быть отправилась на охоту.
Как раз в эту самую пору на стариковское подворье пожаловали неожиданные гости.
Казаков с любопытством осмотрелся. Ничего особенного, обычный деревенский дом.
Возникший на пороге хозяин оказался на удивление молодым и оттого нисколько не страшным.
"Этот, что ли, колдун?" - насмешливо подумал капитан, с нетерпением ожидая развития
событий.
Однако его спутники, видимо, не были настроены так же благодушно. Водопроводчик,
шедший до сих пор впереди, мгновенно спрятался за спины черных господ и напряженно
выглядывал оттуда, а сами господа, как обратил внимание капитан, подобрались, словно
изготовясь к прыжку.
Некоторое время все молчали. Наконец, молодой человек так же вежливо
поинтересовался:
- С чем пожаловали?
- Все с тем же, - раздался из-за спин голос водопроводчика, - книжечка нам нужна.
- Ба! - вскричал юноша. - Как же, как же, помню! Книжечка! Ну-ну! Однако я не
слышу приветствий, и почему так хмуры ваши лица? К тому же среди вас новый для меня
человек, отчего не представляете? И его смущаете.
- Это, - поспешно сказал водопроводчик, - так сказать, работник милиции, капитан
Захар Миронович Казаков.
- Милиционер, значит? А скажите, товарищ капитан, вот сейчас у меня в доме гостит
тоже милиционер - лейтенант Копытов, не ваш ли сослуживец?
- Мой.
- Отлично. У нас полный дом гостей! Здорово! Проходите, не стесняйтесь.
- Да мы лучше здесь останемся, - осторожно произнес водопроводчик.
- Никак нельзя. Вы же гости. Неужто прямо тут будем толковать о столь серьезном деле?
Пожилой негр что-то негромко сказал водопроводчику, и тот, все также запинаясь,
сообщил, что гости в дом проходить не намерены.
Казаков не совсем понял причину, по которой его спутники желали остаться во дворе.
"Видимо, они чего-то опасаются, - предположил он, - но вот чего именно?"
- Мы можем неплохо посидеть и здесь, - сказал водопроводчик, кивнув на большой
стол под деревянным навесом.
- Ну что ж, воля ваша, - пожал плечами молодой человек, - садитесь, сейчас угощение
сообразим.
- Нам не до угощений, - повысил тон Каковен-ко, - время позднее, давайте приступим
к делу.
- К делу так к делу, - молодой человек присел на скамью.
Казаков, все время молчавший, поскольку растерянность не покидала его, решил
перехватить инициативу.
- Гражданин, - сохраняя видимость спокойствия, заявил он, - как вам уже сообщили, я
работник милиции. А теперь позвольте узнать вашу фамилию.
- Станислав Александрович Недоспас, - привстал парень и склонил голову в
ироническом поклоне. - Работаю на химкомбинате в должности заместителя начальника
лаборатории. В настоящее время нахожусь в очередном отпуске. Дом принадлежит мне. Что вы
еще хотите услышать?
- Лейтенант Копытов здесь находится?
- Здесь.
- По какому праву вы его задерживаете?
- Я его вовсе не задерживаю, он сам пришел, по доброй воле.
- Можно мне его видеть?
- Да сколько угодно, - Стас вскочил и исчез в доме. Через некоторое время он вернулся.
Следом за ним из дверей вышел Андрей. Он растерянно щурился, словно долгое время пробыл
в темноте. На капитана он не смотрел, да и вообще имел отсутствующий вид.
- Андрей, что с тобой? - удивленно спросил Казаков.
- Со мной? - юноша поднял глаза на своего начальника. - Со мной ничего. Спал вот...
- Он посмотрел на Стаса, словно ища у него подтверждения своим словам. - Спал... -
как-то безучастно повторил он.
- Да как ты здесь оказался?
- Не помню. Шли вроде куда-то... Точно, шли.
- С кем ты шел?
- С людьми, а что за люди... Не помню.
- Да ты не пьян?
- Как можно? Просто задремал... Жарко... Удивленный таким странным поведением
своего товарища, капитан строго посмотрел на Стаса и потребовал у него объяснений
происходящему.
- А что я должен объяснять! - с некоторой даже развязностью спросил хозяин дома. -
Пришел ко мне молодой человек в гости, действительно устал, прилег отдохнуть. Сейчас
проветрится, умоется и снова будет в порядке.
- Да он его опоил чем-то, - вступил в разговор водопроводчик.
- Что значит - опоил? - вскинулся Стас. - Вы, любезный, говорите, да не
заговаривайтесь. Это у вас нужно спросить, зачем вы сюда пришли, да еще каких-то
иностранцев привели. Вы давно тут вертитесь, вынюхиваете неизвестно что. Книгу ему
какую-то подавай!
- А вот мне известно, - гнул свое Казаков, - что у вас в доме должен находиться
директор музея Еремин.
Стас поднял глаза к небу, изображая серьезное раздумье.
- Директор музея, - нараспев произнес он, - ну как же, помню. Интересовался
историей родного края. Деревушкой нашей. Так я ему все, что знал, рассказал, поводил его по
окрестностям. Он, как мне показалось, остался доволен и покинул меня удовлетворенный. А где
он сейчас, я не ведаю. Вроде бы к родителям уехал. Домой. Да тут у меня его приятель
находится. Некий Мухоедов, тоже краевед, между прочим. Он вам сейчас все расскажет. Эй!
Артур Степанович!
Дверь дома тут же, словно по команде, отворилась, и на пороге возник известный всему
городу собиратель слухов.
- И этот здесь! - изумился Казаков.
- Вот товарищ из милиции интересуется, где сейчас директор краеведческого музея
Еремин, - сказал Стас, обратившись к Мухоедову.
- Володенька? - воскликнул Артур. - К мамочке с папочкой он поехал, по случаю
летнего времени в отпусках пребывает, вот и отправился навестить родню. А что, неужели его
потеряли? Так он ведь оформил все честь по чести и заявление написал. В отделе культуры его
заявление.
- Вот видите, - Стас насмешливо хмыкнул, - все в порядке. Я понимаю, власти
должны проявлять интерес, так сказать, по долгу службы, но некоторая бесцеремонность... Да
и вторжение в мои владения... Впрочем, не хочу обижаться.
Казаков внимательно разглядывал Мухоедова. В отличие от Андрея он вовсе не казался
заторможенным и сонным, напротив, как живчик, вертелся на одном месте, то дергал ножкой,
то без причины по-детски тряс головой, словно передразнивая кого-то.
- Все, что вам тут рассказали, блеф, обман! - снова вступил в разговор
водопроводчик. - Колдун этот, - он кивнул на Стаса, - вам глаза отводит. А сплетник
Артурка с ним заодно.
- Вы, старичок, что-то больно много себе позволяете, - раздраженно произнес Стас, -
не пора ли вам отсюда убираться вместе с друзьями, - он кивнул на чернокожих, которые
молча наблюдали за всем происходящим.
- Ишь ты! - с нездоровым задором воскликнул Каковенко. - Думаешь, испугался тебя,
сатанинское отродье?!
Казаков слушал глупую перепалку, и ему неожиданно стало скучно. Все то же, то же...
Склоки, разборки. Он хотел уже было, захватив Андрея, покинуть идиотское сборище, но в это
мгновение снова скрипнула калитка, и на пороге возник... мистер Сенека.
Вытаращив глаза, уставился капитан на нового гостя, а тот совершенно спокойно
осмотрел всю честную компанию, улыбнулся и объявил:
- А
...Закладка в соц.сетях
