Жанр: Социология и антропология
Культурология XX век энциклопедия Том 1-2.
...ение макродинамич.
исследований об-ва и культуры.
Соч.: The Social System. Glencoe, 111., 1951; Economy and Society. L., 1956
(совм. с Н. Смелзером); Toward
a General Theory of Action. Camb., 1959 (совм. с Э. Шилзом); The Structure of
Social Action. Glencoe, 1961;
Social Stmcture and Personality. N.Y.; L., 1964; Societies: Evolutionary and
Comparative Perspectives.
Englewood Cliffs, 1966 (совм. с Э. Шилзом, Г. Олпортом и др.); Sociological
Theory and Modern Society.
N.Y.; L., 1967; Social Systems and the Evolution of Action Theory. N.Y.; L.,
1977; Action Theory and the Human
Condition. N.Y.; L., 1978; Общетеор. проблемы социологии // Социология сегодня.
М., 1965.
Лит.: Критика совр. бурж. теор. социологии. М.. 1977; Очерки по истории теор.
социологии XX столетия. М.,
1994; The Social Theories of Talcott Parsons. Carbondale; L., 1976; Adriaansens
H.P.M. Talcott Parsons and the
Conceptual Dilemma. L., 1980; Savage S.P. The Theories ofTalcott Parsons: the
Social Relations of Action. L.,
1981; Bourricaud F. The Sociology ofTalcott Parsons. Chi.; L, 1981; Holton R.J.
Talcott Parsons on Economy and
Society. L., 1986; Wenzel Н. Die Ordnung des Handelns. Fr./M., 1990; Talcott
Parsons: Theorist of Modernity.
L.etc., 1991.
Л. Г. Шейкин
ПАС (Paz) Октавио (р. 1914)
- мекс. философ, поэт, эссеист, лауреат Нобелевской премии (1900), премий им.
Т.С. Элиота (1987), М.
Менендеса-и-Пелайр (1987), премии Брит. энциклопедии (1988) и др. Первые
публикации относятся к нач.
30-х гг. В 1938-41 возглавлял лит. объединение и журн. "Тальер", в 1944-45 жил в
США, с 1945 - на
дипломат, службе в Париже, сблизился с сюрреалистами, в 1962-68 - посол в Индии,
в 1971-76 возглавлял
широко известный в Лат. Америке журн. "Плюраль". Преподавал в ряде ун-тов США и
Европы.
Автор более 50 стихотворных и прозаич. книг, среди к-рых - культурологич. эссе
"Лабиринт одиночества"
(1950) и сб-ки статей по проблемам философии и эстетики "Лук и лира" (1956),
"Переменный ток" (1967),
"Постскриптум" (1970), "Круговращение знаков" (1971), "Знак и крюк" (1973) и др.
Концепции П. созданы в традициях лат.-амер. эссеизма с характерными для него
жанровым синкретизмом,
подчеркнутым субъективизмом, доминантой метафорич. мышления, использованием
обобщающих
символов, смешением разл. филос. и эстетич. напластований. П. выстраивает свои
концепции в русле
цивилизованного подхода. Основой для существования и выделения той или иной
цивилизации является
создаваемый в ее лоне образ мира. По мысли П., "эта модель зарождается в сфере
бессознательного, и
питает ее своеобразное представление о времени", и потому "любая цивилизация -
это метафора времени".
Гл. критерием для выделения цивилизаций становятся не пространственно-геогр., а
временные категории: П.
сопоставляет античную, христ. и совр. цивилизации и приходит к выводу, что
последняя под напором
техницизма теряет сущность времени, поэтому "мир как модель, как образ
исчезает", уступая место
недолговечным и утилитарным техн. реалиям. Эта пессимистич. констатация не
разрушает органически
присущего мышлению П. утопизма. Его основу составляет вера поэта в могущество
слова, способного
изменить мир и человека. По убеждению П., склонного к парадоксам, "язык не
принадлежит нам: мы ему
принадлежим"; поэтич. слово, являющее новые, запредельные смыслы, преобразует
повседневный язык, а
вместе с ним и действительность. В утопич. построениях П. также участвуют такие
фундаментальные для его
мышления категории, как аналогия (стяжение разл. смыслов, земного и небесного),
инаковость (способность
человека или опр. культуры взглянуть на себя глазами "другого"), молчание
(постижение сущностей),
запредельность.
Огромное значение для развития лат.-амер. культурологии имела новаторская кн. П.
"Лабиринт одиночества".
В ней он исследовал мекс. нац. сознание, но многие наблюдения и выводы автора
раскрывают особенности
лат.-амер. культуры в целом. П. блестяще продемонстрировал, как особенности
амер. истории - прежде
всего конкиста, бывшая чередой истор. и этнич. "изнасилований", -
сублимировалась в характерном для
лат.-амер. комплексе мачизма (от исп. "мачо" - самец, настоящий мужчина). Этот
комплекс пронизывает
все мироотношение мексиканца, проявляясь в индивидуалистич. жизненных
установках, агрессивных
моделях поведения, хозяйски-снисходительном восприятии женщины, панибратском
отношении к смерти и
т.п. Тонкий и глубокий герменевтич. анализ позволяет автору выявить основу нац.
мировидения - оппозицию
"закрытое" (мачо со всем набором его сверхценностей) и "открытое" (все,
способное стать объектом
мужского самоутверждения). Эссе П. заложило новое направление в лат.-амер.
культурологии, обращенное к
исследованию структуры нац. и континентальных мифологем и архетипов.
117
Соч.: Из книги "Восточный склон"; Эссе разных лет // Иностр. лит. 1991. № 1; El
агсо у la lira. Мех., 1983.
Лит.: Кофман А. Утопия Октавио Паса // Иност. лит-ра, 1991. № 1; Zea L. La
filosofia en Mexico. V. 1-2. Мех.,
1955; Perdigo L.M. La estetica de Octavio Paz. Md., 1975; Rodriguez Padron J.
Octavio Paz. Md., 1975; Octavio
Paz. Md., 1982.
А.Ф. Кофман
ПЕРСОНАЛИЗМ
- направление в философско-куль-турологич. мысли 20 в., исходящее из
представления, что первичной
реальностью и главенствующей ценностью культуры является творч. личность.
Культуросозидающие
возможности личности, с т. з. П., потенциально безграничны: чем более развита
духовно личность, чем
более она аккумулирует в себе предшествующее развитие культуры, тем в большей
степени она способна к
инновативным открытиям и интуитивным озарениям; более того, в своем пределе,
достигая трансцендентных
высот, творч. личность становится тождественной Богу-Творцу как высшей творч.
личности ("личности
личностей"). Поэтому персоналистское понимание культуры не только не исключает
ее единства и
целостности, но, напротив, предполагает это, несмотря на всю множественность
индивидуально-личностных
интерпретаций. С одной стороны, многомерность и неисчерпаемость культуры
оправдывается в П. свободой
индивидуального саморазвития и самоосуществления каждой творческой личности; с
др. стороны, единство
культуры как целого объясняется наличием в каждой творч. личности резерва
имплицитной трансценденции,
благодаря к-рой возможен прорыв к высшим божеств, ценностям - Истине, Благу,
Красоте. Почти все
разновидности П. (за очень редким исключением) имеют теистич. основу и связаны с
представлением о
творении мира как культурного целого верховной божеств, личностью и соотнесении
творч. исканий
человека с совершенством (или несовершенством) божеств. Творения.
Своим возникновением П. обязан либо кризису монистич. воззрений на мир (включая
культуру),
абсолютизировавших его трансцендентное единство и целостность, независимость от
волеизъявлений отд.
личностей; либо кризису позитивистских представлений о действительности как
конечной сумме фактов,
подлежащих рац. исследованию и осмыслению средствами положит, наук. В том и
другом случае отход от
спекулятивных построений того или иного рода, постулирующих общее и целое прежде
частного и дробного
(в позитивизме таким общим и целым является абсолютизация методологии познания и
деятельности), и
неизбежная плюрализация картины мира как "мозаики" гетерогенных и автономных
личностных миров (и их
интерпретаций) есть безусловное свидетельство преобладания процессов
социокультурной дифференциации
над интегративными тенденциями в истории культуры, предпочтения личного опыта
всеобщему,
коллективному. В то же время П. как культурфилос. учение свидетельствует об
углубившемся разрыве
между пониманием культуры как наличного априорного знания и как персонального
творч. опыта,
обретаемого в процессе свободного поиска; между социокультурньм детерминизмом и
интуитивизмом
творч. самореализации; между рационализмом и иррационализмом культурного
самосознания.
Существуют две разл. и лишь отчасти взаимосвязанные традиции П. - русская и
зап.-европейская, в своем
генезисе восходящие к разным источникам. Рус. версия П. ведет начало от
Достоевского, к-рый в своих
худож. произведениях, имплицитно содержащих самобытную и глубокую философию
("Записки из
подполья", "Село Степанчиково и его обитатели", "Игрок", "Преступление и
наказание", "Идиот", "Бесы",
"Братья Карамазовы" и др.) поставил ряд нравственно-психол. и религиозно-фи-лос.
проблем, ключевых для
рус. П.: свобода и ответственность личности, ее своеволие и право, теодицея и
богоборчество, кротость и
насилие, власть и подчинение, страдание и сознание и т. п. Лит. форма выступала
у Достоевского как способ
филос. иносказания, как эстетич. дискурс этики и религ. миросозерцания, дающий
основания толковать его
символически и феноменологически. Вслед за Достоевским концепцию П. развивали
рус. символисты - Вяч.
Иванов, А. Белый, отчасти А. Блок, из других философов рус. серебряного века
особенно глубоко Н.Бердяев
и Л.Шестов, менее последовательно - Н.Лосский, С. Булгаков.
В своем "опыте персоналистич. философии" с названием "О рабстве и свободе
человека" Бердяев
выстраивает сложную типологию "прельщении" человека, вызывающих его рабство у
бытия и у Бога, у
природы и об-ва, у культурных ценностей и у самого себя. Трагич. зависимость
человека от мира получает у
Бердяева разрешение в провозглашении активно-творч. эсхатологизма как мистикофилос.
интерпретации
конца истории. В книге "Опыт эсхатологич. метафизики" Бердяев писал о трагич.
"ущемленное(tm) бытия
злом" и делал отсюда далеко идущие выводы о "несостоятельности монизма и
философии всеединства".
Среди причин зла Бердяев называет и порождения культуры и цивилизации - технику,
орудия войны и
взаимоистребления людей, множество дурных и злых идей, социальных предрассудков
и затуманенных
верований. Призывая к "революции сознания", т. е. к радикальному освобождению
его от власти
объективизации, Бердяев выразил "восстание личности человеч. против призрачной и
давящей объективной
"мировой гармонии" и объективного "социального порядка" как "борьбу духа против
необходимости", как
"переход в царство свободы".
П. Л.Шестова обнажает трагич. противоречие между правдой трагедии и ложью
обыденности, скрывающей
от себя собственные прозрения; между мнимостью здоровья и действительностью
болезни, овладевающей
человеком. Отталкиваясь от лит-ры как материала личностной экзистенции
(Л.Толстой, Достоевский,
Шекспир, Тургенев, Чехов, Вяч. Иванов, В. Розанов; сюда же парадоксальным
образом относятся и Лютер, и
Ницше, и Кьеркегор, и Вл. Соловьев), Шестов, преодолевая
разл. формы неистинного сознания, взыскует Бога. Искания Бога у Шестова
подчеркнуто адогматичны: он
борется со стереотипами разума, искусно разоблачает его "хитрости" и ловушки на
пути к вере, реализующей
прорыв к трансцендентному. Культура выступает у Шестова как едва ли не гл.
помеха на пути к истинной
духовности. В своих исканиях Бога личность вправе пожертвовать всем - разумом,
нравственностью,
свободой, чувствами, бытовой, обыденной повседневностью, человеч. общением.
Только абсолютное
одиночество открывает каждой личности его персональную истину, его персонального
Бога, его
неповторимый мир. Реальное достижение множественности миров соответственно
множеству человеч.
индивидуальностей представляется Шестову идеалом персоналистич.
богоискательства, наиболее
адекватного дробному, атомизированному состоянию мира, навсегда утратившего свое
единство и
цельность.
Из более поздних рус. мыслителей близко соприкоснулся с П. М.Бахтин, к-рый,
следуя за Вяч. Ивановым,
развил идеи филос. полифонизма и диалогизма в мире, апеллируя к идеям и образам
Достоевского. Центр,
метафорой бахтинского П. является уподобление Творца и отд. творч. личностей -
отношениям автора и
его персонажей, обладающих относительной независимостью от него, в романах
Достоевского.
Несводимость множества диалогич. отношений к одному, пусть и очень сложно
организованному монологу,
принципиальная незавершенность и незавершимость диалога, по сравнению с любой
формой монологизма -
таков гл. общефилос. вывод бахтинского П., и открывающего каждую личность миру,
и делающего картину
мира открытой для вмешательства в нее каждой ответственной личности. К традиции
рус. персонализма поразному
примыкают С.Л.Рубинштейн, Г.С.Батищев, Ю.Ф.Карякин, Н.Н.Трубников,
М.Б.Туровский,
В.С.Библер.
В зап-европ. П. исходные идеи генетически связаны с традициями Шлейермахера (ему
же принадлежит и сам
термин "П."), Кьеркегора и Ницше. Нек-рые принципы нем. и амер. П. восходят
также к монадологии
Лейбница. На французский П. Э.Мунье и Г.Мадинье повлиял и рус. П. (прежде всего
Н.Бердяев).
Лит.: Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989; Он же. О
назначении человека. М.,
1993; Он же. Философия свободного духа. М., 1994; Он же. Царство Духа и Кесаря.
М., 1995; Лосский Н.О.
Условия абсолютного добра: Основа этики; характер рус. народа. М., 1991; Бог и
мировое зло. М., 1994;
Шестов Л. Избр. соч. М., 1993; Он же. Киркегард и экзистенциальная
философия/Глас вопиющего в
пустыне. М., 1992; Он же. Апофеоз беспочвенности. Л., 1991;
Бахтин М.М. Проблемы творчества/поэтики Достоевского. Киев, 1994; Он же. К
философии поступка//Работы
1920-х гг. Киев, 1994; Булгаков С.Н. Свет невечерний. М., 1994.
И. В. Кондаков
Последоват. персоналистские учения в совр. зап. мысли разрабатываются амер. и
франц. философами. Гл.
представители амер. П. - Б.П. Боун (основатель), Дж. Хоуисон, Р. Флюэлинг, Э.
Брайтмен, У. Хокинг и др.
Средоточием филос. интересов амер. персоналистов явл. религиозно-этич.
проблематика, осн. внимание
уделяется вопросам свободы и нравств. воспитания.
П. во Франции сформировался в нач. 30-х гг. 20 в.. Основоположник его Э. Мунье,
гл. теоретики - Ж.
Лакруа, П.-Л. Ландсберг, Г. Мадинье, М. Недонсель. Культурологич. концепция
франц. П. неразрывно
связана с его центр, понятием личности; сущность своего понимания культуры Мунье
выразил следующим
образом:
культура - это глобальная функция личностной жизни; для человека, к-рый сам себя
создает и развивает,
все есть культура; культура - это сам человек. Исследование сущностных форм
культуры в П. совпадает с
изучением личности, ее бытия в культуре. Персоналистски понимаемую личность
характеризуют три осн.
направления ее деятельности: экстериоризация (самоосуществление вовне),
интериоризация (внутр.
сосредоточенность, духовный мир), трансценденция (самопреодоление, ориентация на
высшие, божеств,
ценности). Особое значение в жизни личности Мунье придавал свободе и способности
самопреодолению;
эти же черты он считал характерными для подлинной культуры. Говоря о свободе,
Мунье постоянно
подчеркивал ее зависимость от конкр. условий и выступал против тех концепций,
где признается абсолютная
свобода человека и его культуры: "культура не может существовать в условиях
чистой свободы". Он
настаивал на связи культуры с творч. деятельностью человека-личности, в к-рой и
благодаря к-рой он не
только созидает культуру, но строит собственное Я и преодолевает его
(трансценди-рует). Поддерживая
идеи "коллективистских концепций культуры", Мунье придавал особое значение мысли
о народе как о
подлинном источнике зарождения и обновления культуры. Вместе с тем его
возражение вызывали тенденции
отождествления культуры с "книжным знанием" и интеллектуальной деятельностью,
претензии отд. слоев обва
и целого класса (буржуазии) на монопольное владение культурой, ведущие к
подмене живой культуры
разного рода условностями и крикливой модой.
Мунье не оставил после себя глубоко разработанной концепции культуры; в своих
культурологич. исканиях
он часто отождествлял культуру с искусством, культурное творчество - с
творчеством художественным,
субъекта культуры - с художником, утверждая, что философия личности отводит
центр, место проблемам
эстетики. В самом деле, персоналистская концепция личности и ее осн. содержания
- движения
трансценденции - наиболее четко проясняется в эстетич. учении. Идеалом
самоосуществления человекаличности
вовне признается худож. творчество, к-рое по природе своей
трансцендентно - оно непременно
нацелено на выс119
шие ценности: искусство является специфич. видом деятельности, осуществляющей
связь человеческого с
божественным.
В "реформистскую" пору франц. П. (50-70-е гг.) его лидер Ж.-М. Доменак
намеревается исправить, по его
словам, "слишком лирическую" позицию Мунье в решении проблемы человека и
культуры путем умаления
роли худож. творчества в их становлении и развитии. Культурную функцию искусства
он видит в том, чтобы
направлять человека к более содержат, и интенсивной духовной жизни, чтобы
держать человеч. дух в
постоянном напряжении. В последующие годы сторонники "нового этапа" в
персонализме (О. Монжен, П.
Тибо), выступают с программой переосмысления вопроса о культуре и худож.
творчестве, чтобы, с одной
стороны, положить конец "культурной элитарности", господствующей в совр. зап.
об-ве, с другой -
противостоять экспансии массовой культуры. Они ратуют за расширение понятия
культуры, в к-рую наряду с
худож. ценностями, созданными художниками-профессионалами, должны входить и
явления т.н. "второй
природы", созидаемые в рамках того или иного об-ва. При таком подходе
"культурное" ставится
характерным для повседневной жизни каждого индивида, благодаря чему остро
становится вопрос об
эстетич. содержании традиц. народной культуры. В культуре повседневности
персоналисты последних лет
видят также альтернативу "массовой культуре", подчеркивая особое значение
индивидуального характера
народного творчества, смекалку, находчивость и ловкость людей, способных в своей
деятельности и
поведении уходить от общепринятых норм и стандартов.
Лит.: Вдовина И.С. Эстетика француз, персонализма. М., 1981; Мунье Э.
Персонализм. М., 1992; Knudson
А.С. The Philosophy of Personalism. Boston, 1949; Lestavel J. Introduction aux
personnalismes. P., 1961;
Lacroix J. Marxisme, existentialisme, personnalisme. P., 1960; Lacroix J. Le
personnalisme comme antiideologie.
P., 1972; Mounier E. Oeuvres. V. I-IV. P., 1961-63; Mounier E. Le
personnalisme. P., 1971.
И. С. Вдовина
ПЕРФОРМАНС (performance - англ.: исполнение)
- публичное создание артефакта по принципу синтеза искусства и не-искусства, не
требующее специальных
проф. навыков и не претендующее на долговечность. Его сердцевина - жест. Эпатаж,
провокационность -
органич. свойства П. Его эстетич. спецификой является акцент на первичности и
самодостаточности творч.
акта как такового (по аналогии с "искусством для искусства" за П. закрепилась
характеристика "акт ради
искусства"); худож. сверхзадачей - утверждение идентичности творца.
П. как один из ключевых феноменов искусства постмодернизма возник в 70-е гг. К
его художественноэстетич.
предшественникам принадлежат рус. и итал. футуризм (особую роль сыграла
выдвинутая Маринетти
в манифесте "Мюзик-холл", 1913, концепция "театра неожиданности",
профанирующего классич.
искусство своей эфемерной мюзик-холльностью), дадаизм, хэппенинг, боди-арт,
концептуальное
искусство, фонетич. поэзия К. Швиттерса, театр жестокости А. Арто, а также
творч. опыт движения
"Флюксус" и япон. группы Гутай.
Если в США П. достаточно профессионализирован и близок к исполнительскому
искусству (танец, музыка,
пение и т.д.), то в Европе и Канаде он сохранил свой радикальный характер,
раскованность, яркое личностное
начало. Свидетельства тому - "концептуальное шаманство" И. Бейса, "живая
скульптура" Гилберта и
Джорджа.
П. - искусство мгновения, балансирующее на грани бытия и небытия. И если
культура постмодернизма -
своеобр. "театр памяти", то П. входит в ее состав как символ забвения.
Лит.: Inga-Pin L. Performances. Happening, Actions, Events, Activities,
Installations. Padoue, 1978; Battcock G.,
Nickas R. The Art of Performance. A Critical Anthology. N.Y., 1984; LabelleRojoux
A. L'Acte pour 1'art. P.,
1988; Groupes, mouvements, tendances de 1'art contemporain depuis 1945. P.,
1989.
Н.Б. Маньковская
ПЛЕСНЕР (Plessner) Хельмут (1892-1985)
- нем. философ и социолог, один из основоположников филос. антропологии как
спец. дисциплины. Ученик
Вин-дельбанда, Э. Ласка, X. Дриша, Гуссерля. С 1926 - проф. в Кёльне. В годы
нацизма в эмиграции, проф.
в Гронингене (Нидерланды), с 1951 - в Гёттингене.
Концепция культуры строится у П. на базе его филос. антропологии. Он предлагает
"научную философию
жизни" как феноменологич. описание "ступеней органического". Живое отличается от
неживого тем, что
само определяет свою границу и полагает себя внутри этой границы. Отсюда - осн.
характеристика живого
- "позициональность" (от лат. pono - полагаю). Следуя в русле традиции, П.
различает растительную,
животную и человеч. организацию. Принцип более низкой организации в предельном
осуществлении дает уже
возможность более высокой формы. В отличие от растения, животное
опосредствованно включено в
окружающую среду. В нем различаются органы для контакта со средой и сугубо
внутр. органы. Значит,
нужен и центр для их взаимоопосредствования; Поэтому позициональность животного
- центрическая.
Центр как бы дистанцирован от живого тела, но еще не осознает себя как центр.
Чтобы это стало возможно,
нужен "необъективируемый полюс субъекта", "зашедшее за себя Я", т.е.
"эксцентрич. позициональность" -
гл. характеристика человека. Человек, т.о., "поставлен на ничто", вне всякого
наличного бытия. Отсюда
выводятся "осн. антропол. законы". Закон естеств. искусственности означает,
что человеку приходится уравновешивать свою "поставленность на ничто" рез-тами
своей деятельности,
квазиприродными по весомости и объективности. По закону опосредствованной
непосредственности
эксцентричность сказывается в том, что человек осознает свое сознание мира,
понимает, что все
объективное является таковым лишь для его сознания, и разочаровывается в его
непосредственности. С
этим связано несоответствие намерений их выражению и реализации. В среде
действительности происходит
"преломление", так что человек вынужден все время выходить за пределы
сотворенного, вновь и вновь
выражать себя, пытаться осуществить намерения. Отсюда третий закон - закон
утопич. местоположения:
человеку необходима идея мироосновы, но столь же необходимо отрицание
абсолютного. Существуя как
тело, в теле (внутр. мир) и вне тела на эксцентрич. позиции, человек в единстве
этих трех определений есть
психофиз. лицо. Но для этого ему - в силу эксцентричности - следует различать в
себе индивидуальное и
всеобщее Я. Он должен понимать, что и на себя, и на другого следует смотреть,
выходя за пределы
единичного в сферу Мы, "совместного мира", т.е. духа. Т.о., и социальность (мы),
и историчность
(неуспокоенность самореализаций), и экспрессивность (самовыражение, в т.ч. и
через язык) суть важнейшие
антропол. характеристики.
С этим связана и трактовка понятия культуры. Специфически человеческим является
для П. устремленность
к нереальному. Без нравов, без привязанностей к ирреальным нормам, человек не
может существовать.
"Лишь потому, что по природе он - существо половинчатое и (что сущностным
образом сопряжено с этим)
стоит над самим собой, искусственность образует (для него) средство прийти в
равновесие с самим собой и
с миром. Это не означает, что культура представляет собой сверхкомпенсацию
комплексов
неполноценности, здесь имеется в виду вполне допсихологич., онтич.
необходимость".
Т.о., антропол. трактовка тех или иных феноменов, часто связана у П. с понятием
эксцентричности и идеей
дистанции. Например, исследование смеха и плача - типично человеч. поведения -
говорит о потере
самообладания как разрыве между личностью и телом, улыбка же есть выражение
дистанцированности от
выражаемого чувства. Дистанцированность человека от самого себя - ключевой
момент в трактовке
понятия социальной роли.
П. оказал большое влияние на формирование философии и социологии культуры,
преимущественно в
Германии и Нидерландах. В наст. время намечается новое повышение интереса к его
концепциям.
Соч.: Gesammelte Schriften. Bd. 1-3. Fr./M., 1980-81; Macht und menschliche
Natur. В., 1931; Lachen und
Weinen. Bern, 1950; Die verspatete Nation. Stuttg., 1962; Die Einheit der Sinne.
Bonn, 1965; Diesseits der
Utopie. Fr./M., 1974; Die Stufen des Organischen und der Mensch. Einl. in die
philosoph. Anthropoiogie. В.; N.Y.,
1975; Mit anderen Augen. Stuttg., 1982; Ступени органического и человек //
Проблема человека в зап.
философии. М., 1988.
А.Ф. Филиппов
ПЛЕХАНОВ Георгий Валентинович (псевдонимы Н. Бельтов, А.
Кирсанов, Н. Каменский, А. Волгин и др.) (1856-1918)
- обществ, деятель, публицист, эстетик и лит. критик, переводчик марксистской
лит-ры. Основатель рус.
марксизма.
Учился в Петербург. Горном ин-те. В к. 1870-х гг. включился в революц. движение
на платформе
народников. В 80-е гг. познакомился с марксизмом и стал его активным
пропагандистом в России. В 1880
уехал за границу, где прожил 37 лет. В 1883 в Женеве организовал группу социалдемократич.
ориентации
"Освобождение труда".
С к. 90-х гг. П. активно выступал как лит. критик. Исследование произведений
искусства П. подчинял задаче
анализа социальных отношений, стремясь сблизить эстетич. анализ с
социологическим. В "материалистич."
критике П. выделял "два акта" - "перевод" худож. произведения с языка искусства
на язык социол. понятий
(поиск "социол. эквивалента") и лишь после этого оценка его худож. достоинств.
Художественность
произведений П. связывал с идейностью и соответствием формы содержанию.
П. продолжал традиции рус. революционно-демократич. критики. Он подчеркивал
обществ, значение лит-ры и
искусства, был последоват. сторонником реализма, отрицая "декаданс". Объектом
его исследований были
рус. классики 19 в. (Толстой, Достоевский), писатели народнич. ориентации (Г.
Успенский, С. Каронин, Н.
Наумов), рус. критики (Белинский, Чернышевский, Добролюбов). Своей задачей П.
видел объяснение
явлений культуры. Говоря о р
...Поділитися у соцмережах
