Жанр: Научная фантастика
Без права на смерть
...ссу кислорода - а у нас без солнца растения
гибнут. Скоро дышать будет нечем. Как ты попал к нам? - спросил Таи без перехода и уселся
сбоку на седло.
Лоцман остался стоять перед ним, как на допросе.
- Прошел сквозь гору. По туннелю.
- Зачем?
- Не знаю. Мир меня позвал.
Он буквально услышал готовое сорваться у Таи с языка убежденное "Вздор!", но Ловец
вгляделся ему в лицо и сказал:
- Никто не путешествует из мира в мир по своей воле. Тебя прислала Богиня.
- Нет. Она... - Лоцмана внезапно охватил стыд, как будто он сам был кругом
виноват. - Она меня продала.
Таи изумленно подался вперед:
- Как можно продать Лоцмана?
- Нынче продают.
Он поведал о Кинолетном городе, неподписанном ОБЯЗАТЕЛЬСТВЕ и последних
съемках в Поющем Замке.
Таи долго молчал, одной рукой поглаживая руль "дракона".
- По Лоцману судят о Богине, - заговорил он раздумчиво. - Мы всегда любили ее,
потому что ты был очень хороший Лоцман - добросовестный и усердный. Таких не продают
безнаказанно. Богиня умрет, - закончил Таи, и от его звучного голоса, казалось, встрепенулись
полумертвые листья на ветках кустов.
"БОГИНЯ УМРЕТ!" - отозвалось неожиданное эхо у Лоцмана в мозгу, и вспыхнул
кадр-воспоминание: яростный оскал, жгучие глаза, металлическая нить на черной куртке, нож,
который то приближается к горлу, то уплывает прочь, а руки Лоцману выворачивают
безжалостные пальцы - и вдруг острие втыкается в щеку, вспарывает ее горячей болью. "Она
же умрет!" - бешено кричит Таи, и Лоцман стонет от боли, вырывается, но Таи бьет его в
живот и в голову, и после этого Лоцман уже ничего не помнит.
Актер посмел поднять руку на охранителя мира?! Лоцман задохнулся. Сжал кулаки,
опустил голову. Не пори горячку - что бы там ни было, сейчас всё непоправимо изменилось.
Он коснулся шрама на щеке, ощутил знакомую неровность кожи.
- На кой Змей ты меня изувечил?
- Я?
Гулко заухало сердце. Как это было? Клинок прыгал у лица, а Таи обеими руками
стискивал Лоцману запястья... Иными словами, он не мог держать оружие. Выходит, нож
сжимал Лоцман, а Таи пытался его отобрать? То бишь именно Лоцман намеревался зарезать
противника. Вот это новость!
- Да растолкуй же, наконец! Что мы с тобой не поделили и отчего Богиня должна была
умереть?
- Они не живут, если погибает их Лоцман. А ты уперся и не желал отправляться на
новые съемки. Дескать, Богиня там другая и ты скорей сдохнешь, чем она тебя заполучит.
- Ну и что?
- И вздумал полоснуть ножом по горлу. Ладно, я руки держал - по щеке пришлось, не
под ухом.
Неужто Лоцман и впрямь такое учудил? Стыд какой... Внезапно его осенило.
- Значит, так было надо. Смотри: заявилась чужая стерва, потребовала меня на съемки, а
чуть только надоел, сейчас же продала. И правильно я к ней не хотел.
- Пойми: мир так устроен, что забрать себе чужого Лоцмана нельзя. Невозможно.
- Змей тебя побери! Откуда ты знаешь?
- Любому актеру известно о вселенной больше, чем Лоцману. Подумай: ты мог бы
нормально вести съемки, зная, что после ухода кино мир рухнет? Нет. И нам запрещено об этом
говорить. А сейчас ты продан и съемок не ведешь, и только поэтому я могу молоть языком. -
В голосе Таи внезапно прорвалась злость. - Что тебе от нас надо? Зачем ты явился?
- Ухожу. - Лоцман взялся за руль "дракона", и Таи соскользнул с седла. - Извини,
если помешал.
Мотоцикл легко катился по примятому следу в траве. Бывший начальник службы
безопасности шагал рядом.
Молча дошли до туннеля. Серый туман в проеме стоял плотной завесой, не вспыхивало ни
единой искры.
- Здесь? - Таи коснулся тумана - и отшатнулся, зашипев от боли. - Для актера это -
смерть. Тут только Лоцманам путешествовать. Послушай, - он тяжело оперся на седло, и
стало видно, что он до смерти устал и едва держится на ногах, - как ты считаешь - в мире
Поющего Замка нашлось бы место для Кис? Если надоумить Богиню подправить сюжет?
У Лоцмана сжалось горло. Что делать инопланетянке в тех отрывочных, бессюжетных
историях? Как ее туда перетащить? Да и сценарии теперь пойдут один другого гаже.
- Ладно, не обещай. Всё равно в съемках без Лоцмана нет ничего стоящего.
- Я постараюсь что-нибудь сделать.
- Не обещай, - повторил Таи, коротко обнял его и двинулся к поселку; черная форма
растворилась в темноте.
Лоцман потер изуродованную шрамом щеку. Что, если Таи ошибается и одна Богиня
украла Лоцмана у другой, заставила обслуживать свои съемки? Не зря же охранитель мира
закатил истерику и готов был покончить с собой. С другой стороны, в Кинолетном городе
"Последний дарханец" значится в том же списке, что и "Пленники Поющего Замка". Выходит,
Богиня на всех одна. Но отчего тогда Лоцман взбунтовался и отказался покидать мир Дархана?
Возможно, Богиня присвоила себе чужого Лоцмана и заодно "Последнего дарханца"? Надо
вернуться домой и посоветоваться с Ингмаром, с Хозяйкой.
Конечно же, надо спросить мнение Хозяйки! Если ее не было на здешних съемках, значит,
Лоцман и впрямь сменил Богиню, и есть надежда что-то изменить - отыскать настоящую
создательницу Дархана, заставить ее возобновить съемки, оживить мир...
Лоцман толкнул мотоцикл, чтобы завести его в туннель. Переднее колесо уперлось в
туман, точно в стену. Озадаченный, Лоцман с опаской коснулся тумана, затем провел по нему
ладонью. Серый камень, непроницаемый и холодный. Проход в мир Поющего Замка закрылся.
Глава 10
- Какого Змея? - спросил Лоцман у застывшего в камень тумана. - Почему? -
обратился он к безмолвным горам. - За что? - Третий вопрос был адресован звездному небу
и одновременно Богине - то ли нынешней, то ли прошлой.
Лоцман не путешествует из мира в мир без ведома своей повелительницы. Что же, она его
сюда заманила, чтобы запереть и сгубить? Скажем, за то, он что не подписал
ОБЯЗАТЕЛЬСТВО не мешать ее планам, не срывать дальнейшие съемки. А может, это происки
Ителя? Лоцман обозлился, и злость задавила испуг.
Он простучал бывший вход в туннель и стену рядом. Звук везде одинаков, никаких
внутренних пустот. Охлопал себя по карманам, вытащил складной нож и ковырнул бывший
туман концом лезвия. Камень и камень, хоть тресни. Что же делать?
Он присел на корточки рядом с "драконом" и задумался. После того как отыскал нож,
осталось смутное ощущение непорядка, некоего лишнего предмета на теле. Лоцман проверил
набитые всякой всячиной карманы - четыре на штанах и пять в куртке, которую взял из
запасов взамен похороненной актерами. Есть! Он выудил из внутреннего кармашка заведшееся
излишество, поднес к свету и присвистнул от изумления: похищенная у вертолетчика модель.
Ну и ну. Чудеса!
Возможно, модель признала Лоцмана за хозяина и последовала за ним в другой мир?
Чушь. И почему Таи, когда делал массаж сердца, не раздавил хрупкий вертолетик всмятку?
Допустим, модель появилась в кармане позже. Кис подложила, когда они обнимались под
деревьями. Опять вздор. Таи просто-напросто расстегнул куртку, и моделька осталась цела; а
принес ее Лоцман, конечно же, из мира Поющего Замка. Но каким манером она попала в
карман?
Он рассмотрел игрушку. Натуральное кино, только крошечное. Лопасти винта прочные,
гибкие. Лоцман поддел одну лопасть ногтем и отпустил - металл спружинил и тонко зазвенел.
- Хозяйка, - прошептал он, - Хозяюшка.
Покуда он, сбежав от красавицы в полумаске, исцелял Лусию и пререкался с Рафаэлем,
Хозяйка отыскала в саду упавшую модель, принесла ее Лоцману в комнату и сунула в карман
куртки. Похоже на правду? Весьма.
Положим, с этим разобрались; а на что вертолетчикам модели? Ограбленный пилот
расстроился донельзя. Может, из игрушек получаются запасные вертолеты? Лоцман поставил
ее на примятую траву.
- Раз, два, три - расти!
Модель, разумеется, нисколько не выросла. Он перевернул ее кверху брюшком, осмотрел
тонюсенькие полозья. Между полозьями на брюшке краснел рычажок выключателя.
- Ну, что у тебя? Почему домой не идешь? - Увлекшись, Лоцман не заметил, как
вернулся Таи.
- Игрушками балуюсь. Будешь участвовать в испытаниях?
Суровый Ловец невольно улыбнулся. Известное дело: его хлебом не корми, дай
потешиться с какой-нибудь техникой, пусть даже умещающейся на ладони.
- Это для чего? - Он нагнулся, рассматривая модель.
- Для нашего с тобой удовольствия. - У Лоцмана родилась надежда. - Запускаем. -
Придерживая игрушку за бока, он передвинул рычажок.
Зажужжал моторчик, тронулись лопасти обоих винтов - несущего и рулевого.
Жесткое лицо Таи смягчилось, глаза загорелись, как у мальчишки.
- Мир поселка на Дархане: срочно нужна помощь, - выговорил Лоцман на случай, если
внутри находится записывающее устройство или передатчик, и поставил вертолетик на ладонь,
как на взлетную площадку.
С легким стрекотом модель взмыла в небо. Они стояли, задрав головы, пытаясь
проследить ее полет. Стрекот затих, в звездном небе мелькнула искра - то ли сгорел метеорит,
то ли модель взорвалась, наткнувшись на купол мира, то ли, наоборот, пролетела сквозь
осколок солнца.
- Думаешь, прилетят?
- Почему бы нет? - отозвался Лоцман с напускным спокойствием.
Таи установил "дракон" на подставку, уселся сбоку на седло.
- Расскажи-ка мне поподробней о Кинолетном городе.
Лоцман угнездился в траве, прислонился к скальной стене - главное, не досидеться до
того, что холод камня проберется сквозь куртку к живому телу - и принялся повествовать о
коменданте, о Леди Звездного Дождя, о проданных Лоцманах, которые поступают на службу в
армию либо превращаются в падаль, о дружелюбных пилотах. Ловец не отрываясь глядел на
него своими громадными лайамскими глазами.
- Проход закрылся? - перебил он на полуслове, и охранитель мира осознал, что
ненароком привалился как раз к бывшему туману.
- Там перерыв на обед, - заявил он с усмешкой, скрывая тревогу.
- Замечательно. Ты останешься здесь и будешь творить нам жратву и фейерверки, - с
такой же усмешкой подхватил Таи, затем понурил голову, провел рукой по лицу. - Этого еще
недоставало... Если Богиня не пускает тебя в тот мир, стало быть, он ей не нужен.
Таи прав: Лоцман свидетель, горы вокруг Поющего Замка тоже начали сдвигаться. Да что
ж такое творится на белом свете?
Он досказал историю про Кинолетный город и уведенную у летчика модель, ободряюще
заключил:
- Пилоты - свои парни и обязательно помогут.
- Если прилетят, - добавил Ловец. - И если сюда не ввалится рота солдат.
Небо разорвала белая вспышка, и обрушился рев вертолета. Вспыхнул прожектор, круг
яркого света лег на землю, и следом приземлился вертолет кино, стал среди бушующего ветра и
рвущихся улететь кустов. Прожектор повернулся, повел слепящим лучом, высветил Лоцмана и
Таи, буквально пригвоздил к стене.
- Змей их сожри! - Лоцман прикрыл ладонью глаза, отвернулся. Прожектор сдвинулся,
луч убежал в сторону, ветер начал стихать. От вертолета через вырубку мчался человек.
- Эй! Что стряслось? А-а, мой хромоногий приятель! - Лоцман радостно бросился
навстречу. Шестнадцатый пилот, который вправлял ему вывихнутую ногу. Друг! От поселка
стремглав неслись Кис и Милтон.
- Кино! Он вызвал кино! - в восторге кричала актриса.
Она с разгону повисла у летчика на шее, звонко расцеловала. Милтон поймал в объятия
подбежавшего Лоцмана, хлопнул по спине:
- Привет, воскресший.
- А наши-то где? - Пилот с явным сожалением отстранил актрису и огляделся. - Кто
на помощь звал?
- Я звал, - ответил охранитель мира, наблюдая, как проскользнувший за спиной у
летчика Ловец через открытую дверь осматривает кабину вертолета; вот он залез внутрь. - У
нас умирает человек. И мне не попасть домой.
- Та-ак. - Шестнадцатый помрачнел. - Ты спер вертолет связи и имеешь наглость... -
Он не докончил, повернулся и зашагал к своей машине.
- Вы поможете? - Милтон остановил его, взяв за локоть.
- Посмотрим, - буркнул летчик, высвобождаясь. - Я-то думал - наших занесло, а тут
вон что - чудит недопроданный Лоцман. - Он слазил в кабину (Таи успел перебраться оттуда
в салон) и спрыгнул на землю с объемистой сумкой в руках. - Ну, где ваш хворый?
Кис обернулась к Лоцману:
- Так это не кино?
- Нет. Это мой друг; он поможет, вот увидишь.
В доме землян чуть брезжил подвешенный в углу светильник. Стэнли лежал на
разостланных на полу одеялах. Ноги были укутаны шкурой, зато рукава свитера закатаны до
локтей, точно ноги мерзли, а руки, наоборот, горели; глаза на исхудавшем лице казались
огромными, как у лайамца.
- Лоцман... - Правая рука Стэнли дернулась - он хотел приподняться и не смог. -
Молодец, что заглянул.
- Привет, дружище. Глянь, кого я привел, - Лоцман подтолкнул замешкавшегося на
пороге пилота.
Шестнадцатый обернулся и постучал себя пальцем по лбу. На физиономии ясно читалось:
"Вы рехнулись все поголовно!"
- Я прошу вас помочь. - Милтон встал в дверях: мол, не выйдешь отсюда, пока не
сделаешь что-нибудь полезное.
- Пожалуйста. - Кис протиснулась в комнату у Милтона под локтем, умоляюще взяла
летчика за руки. - Помогите, ему очень плохо.
- Ох, будь я проклят! Вы соображаете или как?! Кто же актеру... - Пилот прикусил
язык и подошел к Стэнли, раскрыл свою сумку, буркнул досадливо: - А посветлей нельзя
сделать?
- Сейчас, - откликнулась Кис и кинулась вон. Милтон стал у Шестнадцатого за спиной,
следя за каждым его движением. Лоцман отошел к стене, глянул за окно; тут и там лежали
пятна света. Видимо, летчик хотел сказать, что позабытому Богиней актеру не в силах помочь
даже кино. Не верю, сказал себе Лоцман; не может такого быть.
Шестнадцатый вынул портативный медицинский диагностер, раскрыл. В комнату вбежала
Кис с фонарем, который подарил ей охранитель мира; по стенам загуляли тени.
- Положите здесь и выйдите за дверь, - распорядился пилот.
Актриса безропотно вышла. Шестнадцатый сунул руку Стэнли под спину, приподнял его
и задрал свитер. Землянин вскрикнул и прикусил губу, зажмурился от боли.
- Ах, даже так... - Летчик сердито нахмурился. Вытянул заправленную в брюки
футболку, тоже поднял наверх.
От вида смертной худобы погибающего актера у Лоцмана захватило дух.
Шестнадцатый наложил щуп Стэнли на грудь, потыкал клавиши, проглядел
высветившиеся зеленым строчки на экране. Поводил щупом по обтянутым кожей ребрам, по
провалившемуся животу. Отложил диагностер и опустил на Стэнли одежду.
- Теперь посмотри на меня. - Он посветил землянину в лицо, прикрыв фонарь ладонью,
не позволяя лучу бить прямо в глаза; Стэнли всё равно заморгал, мучительно морщась. -
Молодец. - Шестнадцатый отложил фонарь, упаковал диагностер. - Что вам сказать...
Проживет он еще долго.
- Промается, - поправил старший брат.
- Очень больно? - спросил летчик у Стэнли.
- Терплю. - У измученного землянина дрогнули углы губ: можно было догадаться, что
это принужденная улыбка.
- Часто в сознании? - Шестнадцатый оглянулся на Милтона.
- Всё время.
- Хреновы ваши дела. - Он имел в виду, что лучше бы актер лежал в коме и не мучился.
Шестнадцатый принялся рыться в сумке. Долго перебирал содержимое, словно никак не
мог нащупать нужную вещь; не хочется доставать, с тоскливым чувством понял Лоцман. Пилот
выудил газовую маску с массивной рукоятью, положил возле Стэнли.
- Как надоест эта канитель, вдохнешь пять-шесть раз - и конец. Клапан мягкий,
работает безотказно. Даже при слабом дыхании.
Милтон подался вперед.
- Мое, - младший брат подвинул маску себе под бок.
- Не жадничай. - Шестнадцатый поднялся на ноги. - Этого добра на всех хватит.
- Не знаю. - Стэнли прижал к себе маску со смертельным газом, точно ребенок -
любимую игрушку. - Чуть только отвернетесь, всё слышу. - Он оживился, и новая улыбка
оказалась похожей на настоящую.
- Отберу и выброшу, а тебе надеру уши, - пообещал Милтон.
Черный юмор завтрашних покойников. Стэнли взял маску обеими руками и заглянул в
резиновый раструб.
- Ничего особенного, - доложил он брату и сунул маску под одеяло к стенке. -
Полежит тут, ничего не сделается.
- Стэн, отдал бы ты ее мне на хранение. Надежней будет.
Летчик похлопал старшего землянина по плечу:
- Оставь парня в покое. Он сам соображает.
- Вот именно! - Стэнли блеснул зубами в ухмылке. - Милт, не переживай: я одолжу,
когда попросишь.
Шестнадцатый и Лоцман переглянулись. Они хорошо держатся, эти приговоренные;
однако никто не знает, чего им стоит бодрость и веселье.
- У вас есть что на зуб положить? - осведомился пилот.
Настала неловкая тишина. Лоцман проклял себя за то, что не догадался прихватить харчей
из Поющего Замка - там-то всего навалом, а здесь... Летчик полез в сумку, долго шарил; в
конце концов выругался и с ожесточением клацнул застежками.
- С этой охотой на Лоцманов нам теперь ни хрена не дают. Всё - армии! Пошли, -
кивнул он Милтону, - возьмешь НЗ - хоть женщину шоколадом побалуете. - Летчик
шагнул к двери.
Она раскрылась, и на пороге встал бывший начальник службы безопасности.
- Ну что, мы летим? - заговорил он приветливо.
- Куда бы это?
- В Кинолетный город, - пояснил Таи с любезной улыбкой.
- Так и знал, что этим кончится, - проворчал Шестнадцатый. - Уйди с глаз. Лоцман,
ты со мной или остаешься?
- Мы все с тобой. - Таи загораживал проход.
- Я беру только Лоцмана.
- Не надо со мной спорить, - увещевал Ловец. - Ты возьмешь нас на борт, а с
комендантом города я объяснюсь сам. - Его рука красноречиво легла на боевой излучатель на
поясе.
- Сказано: нет. Ты своей головой-то подумай...
- Я думал, - перебил Таи. - В городе медом не намазано, но мы устроимся.
Наверно, подобное пилоту не в диковинку, думал Лоцман, придвигаясь. Если гибнущих
миров пруд пруди и в каждом актеры просят о спасении - разве кино станет ими заниматься?
Однако у Шестнадцатого свое понятие о служебном долге и человечности; может быть, в виде
исключения он увезет хотя бы Кис...
- Актеры не могут пересечь границу своего мира, - сказал летчик.
- Могут, - заявил Ловец.
Пилот досадливо покрутил головой:
- Слушайте, ребята, я всё понимаю. Вы не первые и не последние...
- Могут! - рявкнул Таи, вцепившись в кобуру излучателя. - Актеры уходят в Большой
мир...
Сейчас нервы у Таи сдадут, оружие окажется в руках. Лоцман метнулся к нему.
- Уйди! - Ловец отшвырнул его, как щенка, и надвинулся на пилота.
Шестнадцатый, пониже ростом и полегче сложением, не шелохнулся, только напряглись
мышцы шеи и подбородка.
- Прекрати! - У Таи на руке повисла Кис. - Прекрати сейчас же!
Он уступил, смирился. Отошел и привалился к стене, глухо вымолвил:
- Делайте что хотите.
Ахнувшийся затылком о стену охранитель мира потер гудящую голову. Шестнадцатый
тяжелым взглядом смерил Ловца:
- Из него тоже вышел бы отличный офицер. - Актеры не поняли, о чем речь, а Лоцман
поспешил увести разговор в сторону и напомнил пилоту:
- Ты обещал НЗ.
- Отдам, не зажму. - Шестнадцатый шагнул к Таи. - Послушай меня. Если я посажу
вас в салон, вы сгорите в креслах, едва пересечем границу мира. Я могу забрать в город одного
Лоцмана.
- Не надо объяснять. - Кис обняла Таи за пояс. - Мы всё понимаем.
Ловец вывернулся у нее из рук, впился глазами пилоту в лицо:
- Но бывает же, что актеры уходят в Большой мир!
- Возможно, - согласился Шестнадцатый. - Однако не из умирающих миров. - Он
оглянулся на Стэнли. - Держись, приятель. Если б мог, я бы увез вас всех... Кто-нибудь идет
брать жратву?
- Я иду. - Милтон двинулся к двери.
- Лоцман, если через пять минут тебя нет, я взлетаю. - Вертолетчик с землянином
вышли.
- Иди, - тихо промолвила Кис. - Спасибо за всё. - Лоцман почувствовал себя
предателем - он улетает, а они остаются умирать.
- Стэн, не наглупи с маской. Подожди чуток. Четыре дня. Я вернусь.
- Уговорил. - Стэнли хотел улыбнуться, но губы дрогнули в гримасе боли. - Если
солнце вовсе погаснет... - он перевел дыхание, - я буду думать, что ночь... одна ночь долго
тянется. И подожду.
Лоцман сжал кулаки, ногти впились в ладонь. Достало бы сил не расклеиться.
- Таи, что там про Большой мир?
- Ничего. Вздор.
- Таи! - Лоцман тряхнул его. Актер отшатнулся:
- Катись. Не то я тебя убью.
- Пять минут кончаются. - Кис потянула Лоцмана к порогу.
Он отмахнулся от нее.
- Что за Большой мир? Говори!
- Это легенда... Легенда умирающих миров. - С тем Лоцман и ушел.
- Я вернусь, - беззвучно повторял он, пробегая по дороге, наступая на пятки своей
летящей впереди, удлиняющейся тени. - Я вернусь сюда. - Выскочил за ворота, повернул,
понессся мимо ограды. - Вернусь!
Он выбежал на освещенную прожектором вырубку, где вместо кустов торчали жалкие
пучки ломаных прутьев: от поднятого винтом ветра мертвые листья облетели, ветки
обломались.
Навстречу шагал Милтон с объемистой коробкой.
- Эк нам повезло! - закричал он издали. - Тут шоколаду - на всю жизнь хватит!
Пока, дружище. - Он мотнул головой, прощаясь.
- Я вернусь к вам, - сказал Лоцман - и пожалел, что не придержал язык. У землянина
внутри словно что-то сломалось: лицо дернулось, из горла вырвался хриплый кашель.
- Не уверен, что тебе стоит возвращаться, - пересилив себя, ровным голосом ответил
Милтон, ловчей перехватил коробку и прошел мимо Лоцмана к поселку.
Зарокотал двигатель, тронулись с места лопасти винта. Прожектор погас, остались звезды
над головой да пятно света на каменной стене, и красный огонек под ним.
- Эй, стой! - Лоцман кинулся к вертолету, рванул дверцу кабины. - Мотоцикл надо
взять!
- Ну так бери! - заорал пилот сквозь нарастающий рев.
"Дракон" светил фарой в скальную стену. Свет бил в ровный, без единой трещины
камень, блестел, отражаясь на гладких поверхностях руля, рамы и крыльев. Лоцман уставился
на мотоцикл, не веря собственным глазам: переднее колесо на четверть утонуло в камне.
Ухватившись за руль, он поднатужился и дернул, надеясь освободить друга из плена, но
"дракон" в прямом смысле слова сросся с горой.
- Великий Змей... - выдохнул потрясенный Лоцман. Горы накатывают, как морской
прилив; получаса не прошло - а каменная смерть подобралась к "дракону".
Он со всех ног пустился к вертолету, дернул дверь кабины, прыгнул на место второго
пилота. Красными, синими, желтыми, зелеными глазами таращился пульт управления, желтела
подсветка на шкалах. Пол под ногами ходил ходуном, всё грохотало и ревело. Лоцман
захлопнул дверь, стало потише.
- Куда летим?! - Шестнадцатый обернулся:
- В Поющий Замок! Шагай в салон!
- В Кинолетный город давай!
- Чего?!
- В Кинолетный!
- Ты спятил! В город нельзя!
- Мне надо! - Замок, рассудил Лоцман, может подождать - а для гибнущего Дархана
надо расстараться немедля. И начинать, само собой, нужно с города - выяснить, сколько у
Лоцмана Богинь, нельзя ли добраться До той, которая сотворила Дархан, и как уходят в
Большой мир. Дураку ясно, что эти сведения можно добыть только в Кинолетном.
- Комендант запретил! - рявкнул Шестнадцатый. - Тебе нельзя там появляться!
- Плевать на коменданта! У меня тут люди гибнут! - От крика саднило горло. -
Выключи ты его, сил нет!
Летчик перебросил рычаг, заглушил двигатель; разноцветные огоньки и подсветка на
пульте погасли. Вертолет продолжал вибрировать от вращения винта.
- Про Кинолетный забудь, - сказал пилот; охранитель мира едва разобрал слова сквозь
рокот лопастей.
- Я должен. Надо понять, кто объявил охоту на Лоцманов. Скорее всего Итель; я
выясню, как до него добраться.
Летчик отрицательно покачал головой.
- Я не подписал ОБЯЗАТЕЛЬСТВО. Значит, что-то могу против Богини, коменданта,
Ителя... Если не я, больше некому, пойми.
Пилот обеими руками потер глаза; Лоцман с трудом различал его в темноте кабины.
- Ты сам говорил, что солдат расплодилось немерено. Еще чуть подождать - и они
заполонят город, выживут вас. С кино станут летать военные пилоты.
- Уймись ты, пророк! Марш в салон, и летим в Замок.
- Хорошо. - Охранитель мира повысил голос: - Тогда я останусь - потому что здесь
остаются мои актеры, - он взялся за дверную рукоять, - а на твоей совести будет гибель
Лоцмана. Единственного, который не струсил и не поставил подпись - и который мог что-то
сделать, а ты не дал. - Он сдвинул дверь в сторону. В кабину ворвался ветер, и усилился шум
винта.
Летчик отвернулся.
- Двигай в салон и летим в Замок - или вылезай и закрой дверь.
Лоцман спрыгнул наземь, отступил на пару шагов, щурясь от режущего глаза ветра.
Шестнадцатый намерен выполнить приказ коменданта, но он сдастся, потому что охранитель
мира сказал правду: речь идет не только о жизни обитателей Дархана, но и обо всей системе
здешних миров; и кто, как не летчик-спасатель, видевший такое, что другим и не снилось, -
кто, как не он, поддержит мятежного Лоцмана?
Дверь кабины захлопнулась, взревел двигатель, лопасти снова пошли в разгон.
Впившийся в лицо ветер пытался смести, отогнать прочь. Ну, кто кого переупрямит - Лоцман
пилота или пилот его?
Вертолет оторвался от земли. Неужто улетает?!
Улетает! Метнувшись под брюхо уходящей в небо машины, Лоцман уцепился за полоз,
подтянулся, перебросил тело наверх, укрепился, обхватив широкую "лыжу" руками и ногами.
Вертолет поднимался и одновременно разворачивался. Перед глазами проплыл поселок с
одиноким фонарем, мелькнула фара "дракона".
Лоцман вжался щекой в жесткую, внезапно ставшую родной поверхность "лыжи". Если
отцепиться и упасть - потом костей не соберешь... Великий Змей, а как лететь сквозь солнце
вживую, без защиты корпуса? Что ж со мной будет-то?!
Внизу опять пробежала по дуге звездочка фонаря, затем двинулась обратно - вертолет
рыскал вправо-влево. Вспыхнул прожектор, столб белого света уперся в землю, наклонился,
вытягиваясь, погнал по вырубке светлое пятно. Пилот меня ищет! Лоцман стиснул зубы,
подавляя желание заорать во всё горло: "Я здесь!"
Вертолет пошел вниз. Сядет - раздавит мне руки-ноги, сообразил охранитель мира. Он
дернулся, готовясь соскочить с полоза где-нибудь метрах в двух над землей - и с ужасом
обнаружил, что руками не шевельнуть. Судорогой свело? Похоже. Он сумел расплести ноги и
зажать полоз коленями с боков, однако с руками ничего не смог поделать. Скособочился,
вытянул шею и с отчаяния попытался укусить бицепс, побороть судорогу - да ведь Лоцман не
З
...Закладка в соц.сетях
