Жанр: Политика
Основы геополитики (геополитическое будущее России)
...т
приблизительно 10 градусов по меридиану, а Чукотка с Камчаткой покрывают
уже 20 градусов. Но это пространственное расширение мало
влияет на геополитический характер территории: и по демографическим
признакам, и по степени освоения, и по качеству коммуникаций
и частоте поселений эта географически расширяющаяся к востоку трапеция
дает зеркальную картину, так как "узкий" западный фланг северного
сектора освоен и заселен больше, чем противоположный восточный
фланг.
Если Сибирь является геополитическим "резервом" России, то Север,
и особенно сибирский Север, является "резервом" самой Сибири,
будучи самым удаленным от цивилизации регионом Евразии. Это -
ледяная неизведанная земля, формально описанная в картах, но не
представляющая никакого исторического знака, не имеющая никакого
глобального культурного измерения (по меньшей мере, в обозримых
309
Основы геополитики
исторических пределах доступного изучению прошлого). Такое положение
странно контрастирует с той ролью, который "север" играет в
мифологиях многих народов. Там он наделяется качеством "великой
прародины", "обетованной земли", "древнего рая". В данный исторический
момент это скорее нечто противоположное - холодное, неприветливое,
враждебное людям, отчужденное пространство с редкими
вкраплениями искусственных очагов цивилизации.
2.3 Север + Север
Административно большинство северных земель являются автономными
округами РФ, кроме Карелии, Коми и Якутии, которые имеют
более самостоятельный политический статус (республики). Политически
области расположены так (с запада на восток): Карелия, северней
Мурманская область. Архангельская область, республика Коми и ненецкий
автономный округ, Ямало-Ненецкий автономный округ, таймырский
(Долгано-Ненецкий автономный округ), северные сектора Якутии,
Чукотский автономный округ. Магаданский край, Корякский автономный
округ и Камчатка.
Сходство геополитического качества всех этих территорий является
достаточным основанием для того, чтобы они могли образовать некоторый
территориально-стратегический блок на основе определенных
интеграционных структур. Все эти области сталкиваются с типологически
близкими проблемами; их развитие проходит по одинаковым траекториям.
Это естественное сходство, столь выпукло проявляющееся
даже при самом беглом геополитическом анализе, показывает необхо-'
димость определенной консолидации. Эта консолидация, своего рода
пакт "Арктических земель", может иметь несколько уровней - от духовно-культурного
до практического и экономического.
Можно изначально наметить общие направления такого блока.
Его культурной базой может стать сугубо евразийская теория переосмысления
традиционной цивилизации как позитивной модели социального
устройства, сохранившего память о космических пропорциях.
Это означает, что архаизм народов Севера (неразвитость, отставание,
примитивность и т.д.), является не минусом, но духовным плюсом. Древние
этносы не только не подлежат "перевоспитанию" и включению в
"современную цивилизацию", а, напротив, нуждаются в том, чтобы ус310
Внутренняя геополитика России
ловия их существования максимально соответствовали их традиции.
Причем забота об этих традициях частично должна быть переложена и
на государство, стремящееся обеспечить себе стратегический контроль
над этими землями.
Параллельно этому следовало бы взять на вооружение "мифологический"
аспект Севера как древнейшей родины человечества, и проект
"духовного возрождения Севера" приобрел бы в таком случае достойный
исторический масштаб. При этом акцент следовало бы сделать на
сезонной специфике арктического года - полярном дне и полярной
ночи, которые считались индусами и древними персами "сутками богов".
Существование в арктических условиях (общее для всего евразийского
Севера) возвращает человеческое существо в условия особого
космического ритма. Отсюда - духовно-терапевтическое значение
арктических зон.
На материальном уровне и особенно применительно к условиям существования
мигрантов с Юга, т.е. в большинстве своем русских, следует
сплотить усилия всех северных центров в разработке оптимальных
моделей городов и селений с учетом климатической специфики. В
данном аспекте требуется применение новейших технологий - нетрадиционных
источников энергии (солнечная энергия, ветровые электростанции
и т.д.), строительных ноу-хау для вечной мерзлоты, системы
коммуникаций и транспорта, развитие межрегионального авиатранспорта
и т.д. Изначальным должен быть проект общего арктического развития,
выработки единой и наиболее эффективной формулы, которая позволила
бы в кратчайшие сроки модернизировать поселения, сделать
их существование более динамичным и взаимосвязанным.
Учитывая важность этой проблемы, логично было бы предоставить
ее решение самим арктическим областям, обеспечив государственную
поддержку всему проекту в целом из центра. Выработка "арктической
формулы" - дело самих северян.
Так как Север - это геополитический "резерв резервов" России, то
следует готовить его регионы к возможной активной миграции населения
с Юга. Это касается другой стороны проблемы - нового заселения
Севера. Рано или поздно, учитывая демографические процессы,
это станет необходимым, и лучше уже сейчас начать создавать для
этого структурные предпосылки.
Особо следует выделить военный аспект. Север является гигант311
Основы геополитики
ской стратегической военной зоной России, важнейшим поясом ее безопасности.
Здесь сосредоточены многие ракетные базы и базы стратегической
авиации; Мурманск и Архангельск являются крупнейшими в
России военно-морскими базами. Такое положение не следствие произвола
идеологического противостояния двух лагерей в эпоху холодной
войны. Стратегическое значение Севера в военном смысле сохраняется
для России в любом случае, так как речь идет о соблюдении
интересов Евразии, heartland'a. Смысл военного присутствия на Севере
России вытекает из континентального характера структуры российских
ВС и из естественного осознания себя континентальным лагерем,
противостоящим "силам моря". Основное значение этих военных объектов
- защита береговой зоны от возможных морских и воздушных
вторжений и обеспечение в случае необходимости нанесения ядерного
удара по американскому континенту через Северный полюс. Это -
кратчайшее расстояние от России до территории США. По этой же
причине данная территория является приоритетной зоной развития противоракетной
обороны.
В настоящее время Север дает огромный процент в общем промышленном
продукте России. При этом не учитывается его центральное
значение в военно-промышленном комплексе. Многие полезные ископаемые
- в частности, соль, никель и т.д. - добываются преимущественно
в приарктических областях. Но между такой промышленной развитостью
Севера и отставанием в других областях развития существует
огромный зазор. Геополитическая логика требует активного выравнивания
ситуации. Причем удобнее всего сделать это именно в рамках
"Арктического пакта". В таком случае следовало бы обозначить столицу
(или несколько столиц) Севера, в которой сосредоточился бы интеллектуально-технологический
потенциал, куда свелись бы основные
экономические, финансовые и инженерные рычаги. Это дало бы Северу
значительную независимость от центра, свободу от контроля в деталях,
резервы для гибкого регионального развития и быстрой промышленно-экономической
реакции.
На всех этих уровнях ясно выступает необходимость интеграции
Севера^ Это важно в духовном, этническом, культурном, военно-стратегическом,
промышленном, социальном, финансовом плане. Результатом
такой многоуровневой интеграции (пока существующей лишь
потенциально) стало бы создание совершенно новой геополитической
Внутренняя геополитика России
реальности, в которой значительное повышение автономности и региональной
самостоятельности не ослабляло бы стратегической связи
с центром. Освоение Севера стало бы путем в будущее, плацдармом
совершенно нового (осцрванного на геополитике) понимания пространства
в долгосрочной перспективе.
Северная Земля из бесплодной пустыни снова превратилась бы в
полярный рай, укрепив планетарный вес континента и создав модель
общества "евразийского будущего", основанного на сочетании традиции
и развития, верности корням и технологической модернизации.
2.4 Север + Центр
Первый подход к геополитическому анализу Севера (Север + Север)
основан на выделении "полярной трапеции" в единый связный
регион, который можно рассматривать как самостоятельную пространственную
фигуру. Такое видение Севера позволяет выработать наиболее
гибкую модель его развития, так как самой устойчивой геополитической
конструкцией является та, которая состоит из самодостаточных
автаркийно-автономных (в ограниченном смысле) элементов. Но
даже подобная относительная автаркия требует определенного территориального
масштаба. "Трапеция" русского Севера отвечает всем необходимым
условиям для того, чтобы сложиться в самостоятельное
внутрироссийское "большое пространство". Более того, такая интеграционная
автономия может в значительной мере компенсировать неизбежный
для государства стратегический централизм.
Второй геополитический подход заключается в анализе системного
функционирования по оси Центр - Север. Эта ось была и во многом
до настоящего времени остается единственной и главной в административной
организации северных территорий. Отдельные регионы и центры
Севера были напрямую подчинены Москве, которая контролировала
все основные вектора развития этих территорий. Такой однозначный
централизм не позволял максимально эффективно развивать внутренние
геополитические потенции Севера, заведомо делал специализацию
регионов однобокой и ориентированной на масштаб всей страны.
Это позволяло поддерживать режим строгого централизма, но значительно
тормозило вскрытие внутренних возможностей.
Геополитическая логика подсказывает, что вопрос соотношения Цен313
Основы геополитики
тра и Периферии (а в нашем конкретном случае. Москвы - Севера)
должен заведомо делиться на две составляющие:
1 ) строгий централизм в сфере макрополитики и стратегической подчиненности;
2) максимальное раскрепощение внутренних возможностей за счет
предельной культурной и экономической автономии.
В иных терминах: стратегический централизм + культурно-экономический
регионализм.
Для выработки наиболее эффективной модели такого геополитического
распределения ролей снова встает вопрос о "столице Севера",
которая могла бы выполнять роль промежуточной инстанции между
Центром и всеми областями. К этой точке сходились бы все военные
связи от баз, военных частей, портов и т.д. Кроме того, здесь могло бы
находиться "правительство Севера", гибкая инстанция политической
координации всех частей "полярной трапеции", подчиняющаяся непосредственно
Москве, но выступающая перед ней от лица всего Севера.
Это мог бы быть "парламент народов Севера" и соответствующие
исполнительные структуры. При этом важнее всего было бы достичь
гармоничного сочетания военного руководства с региональными представителями,
так как централистский характер стратегического контроля
сопрягался бы в таком случае с выражением региональной воли
северных земель. Тандем военного представителя Москвы с гражданским
представителем "народов Севера" в такой геополитической столице
мог бы стать идеальным прообразом наиболее эффективной и оперативной,
гибкой, но крепко связанной с центром организации всего
евразийского пространства. При этом межэтнические и культурные
трения между народами Севера в таком интеграционном процессе будут
минимальными по историческим и географическим причинам -
дробности и мозаичности расселения и малочисленности этносов.
Именно на Севере следует опробовать эту модель реорганизации
пространства, основанную на чисто геополитических предпосылках.
В данном случае все условия для такого проекта налицо - принадлежность
всех регионов Севера к России, территориальная и демографическая
разряженность, назревшая потребность в переструктурализации
промышленно-экономических систем, часть из которых выпала
из общей системы национального "распределения труда", демографический
кризис, критическое положение с народами Севера, рас314
Внутренняя геополитика России
пад энергоснабжающих систем и коммуникаций, необходимая реформа
ВС и т.д.
Отношение Москва - Север напрямую зависит от общей интеграции
северных регионов в единый блок и еще по одной причине. -
Россия имеет широтную географическую структуру, она вытянута вдоль
параллели. Основные тенденции ее развития имели именно широтную
динамику. На интеграции пространств вдоль широт строилось русское
Государство. По этой причине основные коммуникации и системы связей
внутри России складывались в согласии с этой моделью. Особенно
наглядно широтный процесс выразился в освоении Сибири и "рывке к
Океану". Поэтому устойчивость внутренней структуры России напрямую
зависит от полноты и динамики широтной интеграции. Если брать
Россию в целом, то для ее континентальной стратегической полноценности
необходимо развитие по оси Север-Юг. Это касается в первую
очередь экспансии за ее пределы, так как любая геополитическая организация
пространства по вертикали дает максимальную степень стратегической
автаркии. Но в пределах самой России такая полная автаркия
совершенно нецелесообразна. Здесь, напротив, следует настаивать
на предельном стратегическом централизме, на взаимосвязи региональных
пространств с Центром. Поэтому можно сформулировать геополитический
закон: внутри России приоритетной является интеграционная
ось Запад-Восток, вовне России - ось Север-Юг. (Более
нюансированнро этот закон формулируется так: жестко этнически
и политически контролируемые Россией и русскими пространства
требуют широтной интеграции, тогда как внутрироссийские
земли, компактно заселенные иными этносами с фиксируемыми
исторически традициями политического сепаратизма, напротив,
нуждаются в интеграции по меридиональному признаку.)
Динамика вдоль меридиана делает политическое образование независимым
от соседей слева и справа. Это нужно для страны в целом, но
излишне для отдельных секторов этой страны. Динамика вдоль параллели,
напротив, жестко связывает Центр с периферией; это полезно
для внутриполитической организации государства, но приводит к конфликтам
и дисбалансу на межгосударственном уровне.
На основании этой закономерности следует настаивать именно на
широтной интеграции Северных регионов, учитывая их принадлежность
к единой климатической и рельефной зоне, а не чисто географическую
Основы геополитики
(и даже в некоторых случаях этническую) близость их к иным (южным,
восточным или западным) областям. Широтное объединение Севера
будет способствовать его культурно-экономическому развитию,
но препятствовать созданию предпосылок для потенциального политического
и стратегического суверенитета. Только такая структура решит
проблемы Центр - Периферия в максимально позитивном, с геополитической
точки зрения, ключе.
2.5 Финский вопрос
Единственной международной проблемой, связанной с русским Севером,
является проблема Карелии (и Финляндии). Карельский этнос
близок к финскому и связан с ним культурно-историческим единством.
Если исходить из логики широтной интеграции, карельский вопрос
представляется, на первый взгляд, аномалией. Здесь возможны
два подхода.
Первый заключается в том, чтобы абсолютизировать геополитически
карело-финскую границу и предложить Карельской республике интегрироваться
по оси Север-Юг с исконно русскими регионами вокруг
Онежского озера, Ладоги. Такой вектор развития противоестественен
и к нему следует прибегать только в самом худшем случае, так как
искусственный разрыв этнического единства по административной линии
чисто политической границы никогда не дает геополитической устойчивости
региону. Дело усугубляется еще и тем, что карело-финская
граница представляет собой легкопроходимый лесной и болотистый
рельеф и имеет огромную протяженность: надежно защищать такую
границу крайне сложно, громоздко и дорого.
Второй подход предполагает создание карело-финской геополитической
зоны, культурно и отчасти экономически единой, но представляющей
собой стратегическую опору евразийского Центра. В европейских
языках наличествует термин "финляндизация", появившийся в
ходе холодной войны. Под ним понимают номинально нейтральное государство
с капиталистической экономикой, но стратегически склоняющееся
к СССР, т.е. к heartland'y. Финляндия как государство есть
в высшей степени неустойчивое и далекое от автаркии образование,
естественным и историческим образом входящее в геополитическое
пространство России. Это проявлялось на самых разных этапах исто316
Основы геополитики
рии. Центр мог бы пойти на широкую автономию карело-финского объединения
с единственным условием -стратегический контроль над
Ботническим заливом и размещение евразийских пограничных войск
на финско-шведской и финско-норвежской границе. Протяженность границы
сократилась бы вдвое при том. что финско-шведская и финсконорвежская
границы рельефно гораздо менее однородны и легкопроходимы,
чем карело-финская. Кроме того, Россия получила бы возможность
контроля над Балтикой с Севера.
Второй подход является во всех отношениях предпочтительным, и
именно такая тактика должна использоваться континентальным Центром
во всех этнически и культурно смешанных зонах на границах
государства. Расколотое этническое единство автоматически означает
нестабильность пограничной зоны, неустойчивость границ. Атлантистский
противник рано или поздно попытается взять на вооружение
это обстоятельство, чтобы провести этническую интеграцию в своих
целях - т.е. усилить контроль над rimland'OM и ослабить heartland.
Поэтому континентальные силы должны активно и наступательно пользоваться
аналогичной тактикой и не страшиться уступать культурный
и даже экономический суверенитет пограничным народам в обмен на
стратегическое присутствие и политическую лояльность.
Когда устойчивых границ нельзя добиться путем прямой военной
или политической экспансии, следует применять такой промежуточный
гибкий вариант, которым в антиевразийском смысле постоянно и
с успехом пользуется талассократия.
2.6 Север и He-Север
Специфика географии арктического побережья русской Евразии сводит
проблему соотношения регионов Севера с другими регионами к
более упрощенной формуле Север - Юг, так как широтные проблемы
(а именно, с Западом) возникают только в случае Карелии. Единственным
исключением является проблема Якутии, которая стоит здесь особняком,
так как Якутия имеет, хотя и крайне искусственную, но все же
исторически фиксируемую традицию политического сепаратизма. Этот
аспект отражается и в позднейшей классификации Макиндером Евразии,
где он выделил "Lenaland", "землю реки Лена", а Якутия (Саха)
составляет ось этого региона, простирающегося от моря Лаптевых до
Внутренняя геополитика России
Амурской области и Алтая на юге. Но случай Якутии надо рассматривать
особо.
Начнем с западной части "северной трапеции". Здесь выделяются
Кольский полуостров, Мурманск и Карельская республика. Вместе с
Финляндией все это составляет единый географический и геополитический
сектор, который эффективнее всего было бы интегрировать в
самостоятельную и законченную систему, в которой стратегическим
приоритетом и качеством военного центра решений обладала бы Мурманская
область и сам Мурманск, а карело-финское пространство было
бы наделено широким культурно-экономическим суверенитетом. В
этом случае Мурманскую область можно было бы увеличить за счет
северных областей Финляндии - финской Лапландии. Баланс между
Мурманском (стратегической проекцией Москвы) и карело-финским
пространством был бы конкретным выражением евразийского обустройства
континента - примером "новой финляндизации" в условиях,
складывающихся после окончания "холодной войны".
Дальнейшее движение на юг этого блока мы рассмотрим в главе,
посвященной русскому Западу. Надо заметить, что в любом случае основополагающей
стратегической осью в данном случае будет ось Мурманск
- Москва.
Далее: Архангельский край. Здесь следует сделать исключение из
общего правила и обозначить важность интеграции не только по широте
Север - Север, но и по меридиану. Дело в том, что Архангельский
край расположен строго над центрально-европейской частью России, а
следовательно, сама идея возможного суверенитета этого вертикального
сектора - от Белого моря до Черного - в отношении России в
целом исключается, так как этот регион и есть собственно Россия.
Поэтому Архангельск и архангельский край находятся в той стратегической
позиции, которая более всего отвечает принципу стратегической
интеграции Севера в интересах Центра. Ось Москва - Архангельск
единственная из всего спектра внутренних "геополитических
лучей" представляет собой не просто военно-стратегическую конструкцию.
Здесь необходимо добиться максимальной и разноплановои
интеграции с Югом, вплоть до Москвы, постараться создать плавный
переход от (относительно) густонаселенных районов Вологодской области
к точечным поселениям Поморья. Миграция русского населения
на Север, его активное освоение, развитие и преображение должно
Основы геополитики
начинаться именно с Архангельска. Этот крупнейший порт находится
в наиболее выигрышной позиции в сравнении со всеми остальными
населенными пунктами Севера, поэтому логичнее всего именно Архангельск
выбрать в качестве "столицы Арктического пакта". Развитие
оси Москва - Архангельск должно быть всесторонним и приоритетным.
От качества и динамики этой единственной (из всего Севера)
меридианальной интеграции будет зависеть состоятельность и эффективность
всего "Арктического пакта".
Восточнее в зону Севера входит два административных образования
Ненецкий автономный округ и Республика Коми. Интеграция этих
пространств между собой не имеет никаких противопоказаний, особенно
при учете незначительной заселенности Ненецкого автономного
округа. Близость к Архангельску позволяет активнейшим образом и
приоритетно развивать этот регион в рамках общего проекта. Особым
значением обладает освоение островов Новая Земля и Земля Франца
Иосифа. Эти арктические земли обладают колоссальным стратегическим
значением в контексте межконтинентального противостояния.
Это наиболее близкие к полюсу, а соответственно, и к США, русские
территории, которые используются как военно-стратегические базы.
Как и в случае с Карелией и Мурманском, самые северные пространства
контролируются преимущественно военными, тогда как южнее более
развита гражданская администрация. Весь регион в целом имеет
центром Воркуту, к которой сходятся основные коммуникации и пути
сообщения.
Воркута - крупный промышленный и стратегический центр, который
расположен недалеко и от Ямало-Ненецкого округа, где нет аналогичного
по масштабу центра. Следовательно, Воркута могла бы контролировать
и гигантскую территорию побережья Карского моря вплоть
до устья Енисея и бассейна устья Оби. В этой области Ямало-Ненецкий
округ географически близок к Ханты-мансийскому округу, и оба они
входят в единый геополитический сектор.
Особо следует подчеркнуть, что южная граница "Северной трапеции"
в случае Республики Коми имеет очень важное геополитическое
значение. В данном случае интеграционные процессы этого североуральского
региона с остальным Уралом (и северным Поволжьем) не
только малоцелесообразны, но откровенно вредны, так как юго-западнее
(за Коми-пермяцким округом) расположен Татарстан, где сепара320
Внутренняя геополитика России
тистские тенденции имеют долгую историю. Будучи помещенным в середину
русских земель, Татарстан не представляет особой опасности,
но во всех аналогичных случаях "сепаратистская логика" заставляет
искать выхода к морям или иностранным территориям, и любые интеграционные
процессы по вертикали в данном случае рано или поздно
могут оказаться крайне опасными. Здесь следует пойти обратным путем
(нежели в случае Архангельской области) и попытаться максимально
оторвать весь северо-уральский регион и соседние с ним сектора
на востоке и западе от Поволжья и Урала. В данном случае "северная
трапеция" должна быть строго отделена от всего континентального
пространства, расположенного южнее.
Еще восточнее лежат земли Енисейского бассейна, которые административно
приходятся на Таймырский и Эвенкийский автономные
округа и на северную часть Красноярского края - бывший Туруханский
край. В этой области выделяется Норильск, который может быть
определен в качестве центра для всего этого гигантского региона. В
данном случае меридианальная динамика по оси Север-Юг не исключается,
так как Южная Сибирь от Омска до Байкала густо заселена
русскими, и интеграция в этом направлении особой опасности представлять
не может. Весь этот блок лежит на промежуточной территории,
где заканчивается зона более или менее равномерного заселения
территории и начинается собственно "Lenaland" Макиндера, "ничейная
земля". Это зона и все более восточные территории представляют
собой гигантскую континентальную пустыню, безжизненную тундру
на севере и непроходимую тайгу на юге. Это "потенциальное пространство".
С юга оно частично освоено и русскими и древними тюрко-монгольскими
народами с относительно развитой политической культурой.
Но на самом Севере оно представляет собой "no man land". Такое
положение нельзя изменить быстро и одним рывком, а, следовательно,
гигантский регион с центром в Норильске еще определенное время
будет представлять собой "внутреннюю границу" континентальной России
на северо-востоке, стратегический форпост Центра на Севере. Это
логически подводит к необходимости особо развивать именно Норильск,
который обладает чрезвычайно важным геополитическим значением.
На него ложится функция контроля над Таймыром (и островом Северная
Земля) на севере и бассейном Енисея на юге, а кроме того, от этой
точки должна нач
...Закладка в соц.сетях
