Жанр: Философия
Наука логики
...ть, они приобрели определение в самих себе; благодаря этому
возникает, во-вторых, реальная действительность, а тем самым возникают также
реальная возможность и относительная необходимость.
Рефлексия в себя относительной необходимости дает, в-третьих, абсолютную
необходимость, которая есть абсолютная возможность и действительность.
А. СЛУЧАЙНОСТЬ ИЛИ ФОРМАЛЬНАЯ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ,
ФОРМАЛЬНАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ И ФОРМАЛЬНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ
1. Действительность формальна, поскольку она как первая действительность
есть лишь непосредственная, нерефлектированная действительность, стало быть,
поскольку ей присуще лишь это определение формы, но не как тотальность
формы. Таким образом, она не более как бытие или существование вообще. Но
так как она по существу своему не просто непосредственное существование, а
дана как формальное единство в-себе-бытия или внутренности и внешности, то
она содержит непосредственно в-себе-бытие, или возможность. Что
действительно, то возможно.
2. Эта возможность есть рефлектированная в себя действительность. Но сама
эта первая рефлектированность есть также формальное (das Fonnelle) и тем
самым вообще лишь определение тождества с собой или в-себе-бытия вообще.
Но так как определение есть здесь тотальность формы, то это в-себе-бытие
определено как снятое или как находящееся по существу своему лишь в
соотношении с действительностью, как отрицательное действительности,
положенное как отрицательное. Возможность содержит поэтому два момента:
во-первых, тот положительный момент, что имеется рефлектированность в себе
самое; но так как эта рефлектированность низведена в абсолютной форме до
момента, то рефлектированность-в-себя уже не признается сущностью, а имеет,
во-вторых, отрицательное значение, а именно то, что возможность есть нечто
недостаточное, указывает на иное, на действительность, и восполняет себя в
ней.
С первой, чисто положительной стороны возможность есть, следовательно,
чисто формальное определение тождества с собой или форма существенности.
Таким образом, она лишенное отношения, неопределенное вместилище всего
вообще. - В смысле этой формальной возможности возможно все, что не
противоречит себе; царство возможности есть поэтому безграничное
многообразие. Но каждое многообразное определено внутри себя и в
противоположность иному и имеет в самом себе отрицание; безразличная
разность переходит вообще в противоположение; противоположение же есть
противоречие. Поэтому все есть также нечто противоречивое и потому
невозможное.
Вот почему это чисто формальное высказывание о чем-то, что оно возможно,
столь же плоско и пусто, как и положение о противоречии, и каждое принятое в
это высказывание содержание - А возможно - означает то же, что А есть А.
Если не пытаются развить содержание, то оно имеет форму простоты
(Einfachheit); лишь посредством его разложения на его определения в нем
появляется различие. Пока придерживаются простой формы, содержание остается
чем-то тождественным с собой и потому чем-то возможным. Но этим так же
ничего не сказано, как и формальным положением о тождестве.
Все же возможное содержит нечто большее, чем только положение и
тождестве. Возможное - это рефлектированная рефлектированность-в-себя или
тождественное всецело как момент тотальности; тем самым оно определено также
как то, что не есть в себе; оно имеет поэтому второе определение - быть лишь
возможным - и есть долженствование тотальности формы. Возможность без этого
долженствования есть существенность (Wesentlichkeit), как таковая; но
абсолютная форма означает, что сама сущность [есть] лишь момент и без бытия
не имеет своей истины. Возможность есть эта чистая существенность,
положенная так, что она лишь момент и не соответствует абсолютной форме. Она
в-себе-бытие, определенное лишь как нечто положенное или равным образом как
то, что не есть в себе. - Поэтому возможность есть в самой себе также
противоречие, иначе говоря, она невозможность.
Это можно выразить прежде всего так: возможность как определение формы,
положенное снятым, имеет в самой себе некоторое содержание вообще. Это С. АБСОЛЮТНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ (ABSOLUTE NOTWENDIGKEIT)
Реальная необходимость - это определенная необходимость;
в формальной необходимости еще нет никакого содержания и никакой
определенности. Определенность необходимости состоит в том, что в ней
имеется ее отрицание, случайность. Такой она оказалась.
Но эта определенность в своей первой простоте есть действительность;
определенная необходимость есть поэтому непосредственно действительная
необходимость. Эта действительность, которая сама, как таковая, необходима,
поскольку содержит необходимость как свое в-себе-бытие, есть абсолютная
действительность, действительность, которая уже не может быть иной, [чем она
есть], ибо ее в-себе-бытие - это не возможность, а сама необходимость.
Но тем самым эта действительность, ввиду того что она положена как
абсолютная, т. е. сама положена как единство себя и возможности, - это лишь
пустое определение; иначе говоря, она случайность. - Эта пустота ее
определения делает ее чистой возможностью, чем-то таким, что в такой же мере
может быть также и иным, [чем оно есть], и что может быть определено как
возможное. Но эта возможность сама есть абсолютная возможность, ибо она как
раз возможность быть определенной и как возможность, и как действительность.
Тем, что она такое безразличие к самой себе, она положена как пустое,
случайное определение.
Таким образом, реальная необходимость содержит случайность не только в
себе, случайность также становится в ней; но это становление как то, что
внешне, само есть лишь в-себе-бытие этой необходимости, так как оно лишь
непосредственно определено (ist ein uninittelbares Bestimmtsein). Но оно не
только таково, оно собственное становление необходимости, иначе говоря,
предположение, которое она имела, есть ее собственное полагание. Ибо как
реальная необходимость она снятость действительности в возможности, и
наоборот; поскольку она это простое превращение одного из этих моментов в
другой, она также их простое положительное единство, так как каждый из них,
как оказалось, сливается в другом лишь с самим собой. Но таким образом она
действительность, однако такая действительность, которая дана лишь как это
простое слияние формы с самой собой. Отрицательное полагание ею этих
моментов тем самым само есть пред-полагание, иначе говоря, полагание ее
самой как снятой или полагание непосредственности.
Но именно этим указанная действительность определена как отрицательное;
она слияние с собой [как выхождение] из той действительности, которая была
реальной возможностью; следовательно, эта новая действительность возникает
лишь из своего в-себе-бытия, из отрицания самой себя. - Тем самым она в то
же время непосредственно определена как возможность, как то, что
опосредствовано своим отрицанием. Однако эта возможность тем самым есть
непосредственно не что иное, как тот процесс опосредствования, в котором
в-себе-бытие (т. е. она сама) и непосредственность одинаково суть
положенность. - Таким образом, именно необходимость есть в такой же мере
снятие этой положен-ности или полагание непосредственности и в-себе-бытия, в
какой она именно поэтому есть процесс определения этого снятия как
положенмости. Вот почему она сама определяет себя как случайность,
отталкивает себя в своем бытии от себя, в самом этом отталкивании лишь
возвратилась в себя и в этом возвращении как в своем бытии оттолкнула себя
от самой себя.
Так форма, реализуя себя, проникла собой все свои различия и сделалась
прозрачной, и как абсолютная необходимость она лишь это простое тождество
бытия с самим собой в своем отрицании или в сущности. - Само различие между А. ОТНОШЕНИЕ СУБСТАНЦИАЛЬНОСТИ (DAS VERHALTNIS DER SUBSTANTIALITAT)
Абсолютная необходимость есть абсолютное отношение, так как она не бытие,
как таковое, а бытие, которое есть, потому что оно есть, бытие как
абсолютное опосредствование себя с самим собой. Это бытие есть субстанция;
как окончательное единство сущности и бытия она бытие во всяком бытии; она
не нерефлектированное непосредственное и не нечто абстрактное, находящееся
позади существования и явления, а есть сама непосредственная
действительность, и притом как абсолютное рефлектированное бытие
(Reflektiertsein) в самом себе, как в-себе-и-для-себя-сущее устойчивое
наличие. - Субстанция как это единство бытия и рефлексии есть по своему
существу свое свечение (Scheinen) и положенность. Поскольку свечение есть
соотносящееся с собой свечение, оно есть; это бытие - субстанция, как
таковая. И наоборот, это бытие есть лишь тождественная с собой положенность;
тем самым оно обретающая видимость (Scheinende), тотальность,
акцидентальность.
Это свечение (Scheinen) есть тождество как тождество формы - единство
возможности и действительности. Это единство есть, во-первых, становление,
случайность как сфера возникновения и прохождения, ибо сообразное с
определением непосредственности соотношение возможности и действительности
есть непосредственное превращение их друг в друга как сущих, превращение
каждого из них в свое иное как иное лишь для него. - Но так как бытие есть
видимость (Schein), то их соотношение дано также как соотношение
тождественных или обретающих видимость друг в друге, рефлексия. Движение
акцидентальности представляет поэтому в каждом из своих моментов свечение
(Scheinen) категорий бытия и рефлективных определений сущности друг в друге.
- Непосредственное нечто имеет некоторое содержание; его непосредственность
есть в то же время рефлектированное безразличие к форме. Это содержание
определенно, а так как эта определенность есть определенность бытия, то
нечто переходит во что-то иное. Но качество есть и определенность рефлексии;
оно, таким образом, безразличная разность. Но последняя одухотворяет себя
(begeistet sich) так, что становится противоположением и возвращается в
основание, которое есть ничто, но также рефлексия-в-себя. Рефлексия-в-себя
снимает себя; но она сама есть рефлектированное в-себе-бытие, и как такое
она возможность, а в своем переходе, который есть также рефлексия-в-себя,
это в-себе-бытие есть необходимое действительное.
Это движение акцидентальности есть активность (Aktualitat) субстанции как
спокойное исхождение (Hervorgehen) ее самой. Она деятельна не по отношению к
нечто, а лишь по отношению к себе как к простой, непротиводействующей
стихии. Снятие предположенного - это исчезающая видимость (Schein); лишь в
действии, снимающем непосредственное, возникает само это непосредственное,
иначе говоря, имеется указанное свечение (Scheinen); начинать с самого себя
- только лишь это означает полагать ту самость (dieses Selbst), с которой
начинают.
Субстанция как это тождество свечения (Scheinens) есть тотальность целого
и охватывает собой акцидентальность, а акцидентальность - это вся субстанция
сама. Различие ее, переходящее в простое тождество бытия и в смену
акциденций в этом тождестве, есть одна из форм ее видимости. Простое
тождество бытия есть лишенная формы субстанция представления, для которого
видимость (Schein) определилась не как видимость, но которое как за нечто
абсолютное держится за такое неопределенное тождество, которое не имеет
истинности и есть лишь определенность непосредственной действительности или
также в-себе-бытия или возможности, - за те определения формы, которые
относятся к акцидентальности.
Другое определение, смена акциденций, это - абсолютное единство формы
акцидентальности, субстанция как абсолютная мощь (Macht). - Прохождение
акциденции - это возвращение ее как действительности в себя как в свое
в-себе-бытие или в свою возможность; но это ее в-себе-бытие само лишь
положенность; поэтому оно также действительность, а так как эти определения
формы в такой же мере суть определения содержания, то это возможное есть и
по содержанию нечто иначе определенное действительное. Переводя возможное в
действительность с ее содержанием, субстанция обнаруживает себя как
созидательную мощь, а возвращая действительное в возможность, она
обнаруживает себя как разрушительную мощь. Но и то и другое тождественно:
созидание разрушает, разрушение созидает, ибо отрицательное и положительное,
возможность и действительность абсолютно соединены в субстанциальной
необходимости.
Акциденции, как таковые, - а их много, так как множественность есть одно
из определений бытия, - не имеют власти (Macht) друг над другом. Они сущие
или для себя сущие нечто, существующие вещи с многообразными свойствами или
целые, состоящие из частей, самостоятельные части, силы, нуждающиеся во
взаимном побуждении и имеющие условием друг друга. Если кажется, что одно
такое акцидентальное выказывает власть над другим, то [на самом деле] оба их
объемлет собой власть субстанции, которая как отрицательность полагает
неодинаковое значение, определяя одно как преходящее, а другое - с другим В. ОТНОШЕНИЕ ПРИЧИННОСТИ (DAS KAUSALITATSVERHALTNIS)
Субстанция - это мощь, притом мощь, рефлектированная в себя, не просто
переходящая, но и полагающая определения и отличающая их от себя. Как
соотносящаяся с самой собой в процессе своего определения она сама есть то,
что она делает положенностью (Gesetzsein). Положенность, стало быть, - это
вообще снятая субстанциальность, то, что лишь положено, действие; а для себя
сущая субстанция-это причина (Ursache).
Такое отношение причинности - это прежде всего лишь указанное отношение
причины и действия; в этом случае оно формальное отношение причинности.
а) Формальная причинность (Die fonnelle Kausalitat)
1. Причина первоначальна по отношению к действию. - Субстанция как мощь
есть свечение (Scheinen), иначе говоря, имеет акцидентальность. Но как мощь
она в своей видимости (in ihrem Scheme) точно так же и рефлексия-в-себя; так
она развертывает свой переход, и это свечение (Scheinen) определено как
видимость (Schein), иначе говоря, акциденция положена как нечто лишь
положенное. - Однако в процессе своего определения субстанция исходит не из
акцидентальности, как если бы акцидентальность была заранее чем-то иным и
лишь теперь положена как определенность, а обе суть одна и та же активность.
Субстанция как мощь определяет себя; но этот процесс определения сам
непосредственно есть снятие процесса определения и возвращение. Она
определяет себя - она, определяющее, есть, таким образом, непосредственное и
то, что само уже определено. Следовательно, определяя себя, она полагает это
уже определенное как определенное; тем самым она сняла положенность и
возвратилась в себя. - И наоборот, это возвращение, будучи отрицательным
соотношением субстанции с собой, само есть процесс определения или
отталкивание субстанции от самой себя; благодаря этому возвращению возникает
(wird) то определенное, с которого по видимости начинает субстанция и
которое как найденное в наличии определенное она по видимости полагает
теперь в качестве такового. - Таким образом, абсолютная активность есть
причина - мощь субстанции в ее истине как обнаружение (Manifestation) себя,
непосредственно также развертывающее то, чтб есть в себе, акциденцию
(которая есть положенность), в ее становлении, полагающее ее как
положенность, - действие. - Следовательно, действие - это, во-первых, то же,
чтб и акцидентальность субстанциального отношения, а именно субстанция как
положенность; но, во-вторых, акциденция, как таковая, субстанциальна лишь
благодаря своему исчезанию, лишь как преходящее; как действие же она
тождественная с собой положенность; причина обнаруживает себя в действии как
вся субстанция, а именно как рефлектированная в себя в самой поло-женности,
как таковой.
2. Этой рефлектированной в себя положенности, определенному как
определенному, противостоит субстанция как неположенное первоначальное
(Ursprungliches). Так как она как абсолютная мощь есть возвращение в себя,
но само это возвращение есть процесс определения, то она уже не есть простое
"в-себе" своей акциденции, но и положена как это в-себе-бытие. Вот почему
субстанция обладает действительностью лишь как причина. Но эта
действительность, заключающаяся в том, что в-себе-бытие субстанции, ее
определенность внутри отношения субстанциальности теперь положена как
определенность, - эта действительность есть действие; поэтому ту
действительность, которую субстанция имеет как причина, она имеет лишь в
своем действии. - Это та необходимость, которая есть причина. - Она
действительная субстанция, так как субстанция как мощь определяет самое
себя; но она в то же время причина, так как она развертывает эту
определенность или полагает ее как положенность; таким образом, она полагает
свою действительность как положенность или как действие. Действие - это иное
причины, положенность в противоположность первоначальному, и оно
опосредствовано первоначальным. Но как необходимость причина в то же время
снимает этот процесс своего опосредствования и есть в процессе определения
себя самой (как первоначально соотносящееся с собой в противоположность
опосредствованному) возвращение в себя, ибо положенность определена как
положенность, стало быть, тождественна с собой; поэтому лишь в своем
действии причина есть истинно действительное и тождественное с собой. -
Действие потому необходимо, что именно в нем обнаруживает себя причина,
иначе говоря, оно та необходимость, которая есть причина. - Лишь как эта
необходимость причина движет самое себя, начинает спонтанно, не будучи
побуждена чем-то иным, и есть самостоятельный источник самопорождения; она
должна действовать, ее первоначальность состоит в том, что ее
рефлексия-в-себя есть определяющее полагание и что, наоборот, и то и другое
- одно единство.
Поэтому действие не содержит вообще ничего, что не содержится в причине,
и, наоборот, причина не содержит ничего, чего нет в ее действии. Причина
есть причина лишь постольку, поскольку она порождает действие; и причина-это
только определение: иметь действие, а действие - это лишь определение: иметь
причину. В самой причине, как таковой, заключается ее действие, а в самом
действии - причина; если бы причина еще не действовала или если бы она
перестала действовать, то она не была бы причиной, и действие, поскольку его
причина исчезла, уже не действие, а есть безразличная действительность.
3. Итак, в этом тождестве причины и действия снята та форма, которой они
различаются между собой как в себе сущее и как положенность. Причина угасает
в своем действии; тем самым угасло и действие, ибо оно лишь определенность
причины. Стало быть, эта угасшая в действии причинность есть
непосредственность, которая безразлична к отношению причины и действия и в
которой это отношение имеется внешним образом.
в) Определенное отношение причинности
1. Тождество причины с собой в ее действии - это снятие ее мощи и
отрицательности и потому безразличное к различиям формы единство, О понятии вообще (Vom Begriff im allgemeinen)
Указать непосредственно, какова природа понятия, так же невозможно, как
невозможно установить непосредственно понятие какого бы то ни было другого
предмета. Может, пожалуй, казаться, что для того, чтобы указать понятие
какого-нибудь предмета, уже предполагается логическое (das Logische) и что
поэтому логическое уже не может само в свою очередь ни иметь своей
предпосылкой что-нибудь другое, ни быть чем-то выведенным, подобно тому как
в геометрии логические предложения в том виде, в каком они применяются к
величине и используются в этой науке, предпосылаются ей в форме аксиом, не
выведенных и не выводимых определений познания. Но хотя понятие следует
рассматривать не только как субъективную предпосылку, но и как абсолютную
основу, оно все же может быть таковой, лишь поскольку оно сделало себя
основой. Абстрактно-непосредственное есть, правда, нечто первое; но как
абстрактное оно скорее нечто опосредствованное, основу чего, стало быть,
если надо постигнуть его в его истине, еще следует найти. Эта основа, хотя и
должна быть поэтому чем-то непосредственным, но должна быть таким, которое
делает себя непосредственным через снятие опосредствования.
Взятое с этой стороны, понятие следует рассматривать прежде всего вообще
как третье к бытию и сущности, к непосредственному и рефлексии. Бытие и
сущность суть поэтому моменты его становления; понятие же есть 'их основа и
истина как тождество, в которое они погрузились и в котором они содержатся.
Они содержатся в понятии, так как оно их результат, но содержатся уже не как
бытие и не как сущность; такое определение они имеют лишь постольку,
поскольку они еще не возвратились в это свое единство.
Объективная логика, рассматривающая бытие и сущность, составляет поэтому,
собственно говоря, генетическую экспозицию понятия. Говоря точнее, уже
субстанция есть реальная сущность или сущность, поскольку она соединена с
бытием и вступила в действительность. Поэтому понятие имеет своей
непосредственной предпосылкой субстанцию, она есть в себе то, что понятие
есть как обнаружившее себя (als Manifestiertes). Диалектическое движение
субстанции через причинность и взаимодействие есть поэтому непосредственный
генезис понятия, который изображает его становление. Но становление понятия,
как и повсюду становление, означает, что оно рефлексия того, что переходит в
свое основание, и что кажущееся сперва иным, в которое перешло первое,
составляет истину этого первого. Таким образом понятие есть истина
субстанции, и так как необходимость - это определенный способ отношения
субстанции, то свобода оказывается истиной необходимости и способом
отношения понятия.
Собственное, необходимое дальнейшее определение субстанции - это
полагание того, что есть в себе и для себя; понятие же есть абсолютное
единство бытия и рефлексии, [состоящее в том ], что в-себе-и-для-себя-бытие
есть лишь благодаря тому, что оно равным образом рефлексия или положенность
(Gesetztsein) и что положенность есть в-себе-и-для-себя-бытие. - Этот
абстрактный результат выясняется посредством изображения его конкретного
генезиса; этот генезис содержит природу понятия; но он должен
рассматриваться до понятия. Главные моменты этой экспозиции (подробно
рассмотренной во второй книге "Объективной логики") должны быть поэтому
здесь вкратце сопоставлены:
Субстанция есть абсолютное, есть в-себе-и-для-себя-сущее действительное:
в себе - как простое тождество возможности и действительности, абсолютная
сущность, содержащая внутри себя всякую действительность и возможность; для
себя - это тождество как абсолютная мощь или просто соотносящаяся с собой
отрицательность. - Движение субстанциальности, положенное этими моментами,
состоит в том, что:
1. Субстанция как абсолютная мощь или соотносящаяся с собой
отрицательность различается так, что становится отношением, в котором
моменты суть сперва лишь простые моменты как субстанции и как первоначальные
предпосылки. - Определенное отношение между ними есть отношение между
пассивной и активной субстанцией - между первоначальностью простого
в-себе-бытия, которое, лишенное мощи, не полагает само себя, а есть лишь
первоначальная положенность, и соотносящейся с собой отрицательностью,
которая, как таковая, положена собой как иное и соотносится с этим иным. Это
иное и есть та пассивная субстанция, которую она предположила себе как
условие в первоначальности своей мощи . Это предполагание следует понимать
так, что движение самой субстанции совершается прежде всего в форме одного
из моментов ее понятия, в форме в-себе-бытия6, что определенность одной из
находящихся между собой в отношении субстанций есть также определенность
самого этого отношения.
2. Второй момент - это для-себя-бытие, иначе говоря, то, что мощь
полагает себя как отрицательность, соотносящую себя с самой собой, благодаря
чему она вновь снимает предположенное. - Активная субстанция - это причини;
она действует, т. е. она есть теперь полагание, подобно тому как раньше она
была предполаганием, полаганием того, что: а) мощи сообщается также
видимость мощи, положенное(tm) - также видимость положенное(tm). То, что в
предполагании было первоначальным, в причинности становится благодаря
соотношению с иным тем, что оно есть в себе; причина производит действие и
притом в некоторой другой субстанции; она теперь мощь по отношению к чему-то
иному, поэтому она являет себя как причина, но есть таковая лишь благодаря
этому процессу выявления. - Ь) К пассивной субстанции добавляется действие
(Wirkung), благодаря чему она теперь являет себя и как положенность, однако
она пассивная субстанция лишь
...Поділитися у соцмережах
