Жанр: Электронное издание
milev2
...я по кровати, с остервенением
молотя руками и ногами.
- Ничьей женой я теперь не буду, - скулила она. - Никто на мне теперь не
женится. Вся жизнь кувырком из-за
какого-то подонка! Гадина! Сволочь! Убила бы его! Убила бы!
Я ничего не могла понять.
- Ты что же, все-таки собираешься рассказать Михаилу об этом
незначительном эпизоде своей жизни? - поразилась
я.
Нехорошие предчувствия охватили меня.
- Постой-постой, и о чем ты там бормотала? Почему ты "другая"? Можешь ты
выражаться ясней? - отчаянно
закричала уже и я.
- Куда уж ясней, - вздохнула Жанна. Мой крик подействовал на нее
отрезвляюще. Она больше не плакала, но такая
мука отразилась на ее лице, что уж лучше бы она продолжала рыдать.
- Как я теперь объясню Мише, почему я не девочка? Он же именно за это
меня и полюбил. Мне сделалось дурно.
- Что?!!
- А то, что не было у нас ничего. Я все врала. Он берег меня, не целовал
по-настоящему даже, а теперь...
Жанна закусила губу. В ее глазах вновь показались слезы.
- Теперь он никогда не поверит мне, а я так его люблю-ююю.
Я просто остолбенела.
Глава 11
Все то время, пока я пребывала в заблуждении относительно характера
свиданий Жанны и Михаила, свидания эти,
оказывается, носили чисто пионерский характер.
Кто же мог подумать, что тридцатилетний мужчина, преуспевающий бизнесмен,
столько месяцев водил мою
дурочку за ручку вдоль Москвы-реки и любовался закатами?
Естественно, я про такое и подумать не могла, поэтому легко верила всем
сексуальным измышлениям Жанны. Она
же (до чего дошел прогресс!) страдала от своей чистоты, чувствовала свою
ущербность и компенсировала целомудрие
развязностью, но только у меня на кухне. Пиво, сигареты и порнобасни были только
для меня, с Михаилом же она была
скромна.
И слава богу! Но до чего мы дожили в погоне за модой! Этак скоро невинным
девушкам действительно придется
идти на панель, чтобы, упаси боже, не заподозрили их в старомодности, а
порядочным людям придется совершать всякие
подлости, чтобы не казаться белыми воронами.
А может, так уже и происходит. Ведь даже я, дура старая, возвожу на себя
напраслину, хотя в душе, ну чистый
ангел.
Но речь тут не обо мне.
- Так, значит, вы не ездили по всем тем злачным местам и пирушкам? -
изумленно воскликнула я, как только
Жанна закончила свой рассказ. - И ты дурила меня, а вы просто дружили, как
мальчик с девочкой?
- Можно сказать и так, - подтвердила она. После более детального допроса
выяснилось, что дело было не только в
ней. Инициатива, точнее, отсутствие оной исходило от Михаила. Более того, когда
Жанна, взвинченная рассказами о моих
победах, попыталась реализовать нечто подобное на Михаиле, он в сдержанной форме
дал ей понять, что ценит в женщинах
простое происхождение, помноженное на скромность.
"Твое происхождение гарантирует наше абсолютное счастье, - сказал он. -
Возьми я девушку своего круга, ничего
хорошего не получится - через месяц развод. У нас же будет крепкая и счастливая
семья. К тому же среди девиц моего круга
почти невозможно найти невинную, ты же у меня - создание непорочное. Мама
терпеть не может всех этих курящих и
пьющих девиц, не говорю уже об их сексуальной распущенности. Ради того, чтобы
иметь невесткой целомудренную
девушку, она готова смириться даже с неудачной родословной".
Из этого монолога Жанна сделала вывод:
"Относится он ко мне, как хозяин к прелестному щенку, который обещает под
его строгим руководством и опекой
превратиться в прекрасную выставочную собаку. И боится лишить будущую жену
невинности раньше времени, до того как
посадит ее под домашний арест".
Но этот вывод ее устраивал, поскольку действительно гарантировал семейное
счастье в доступном ей понимании. И
все же этим вечером, накануне встречи с Елизаветой Павловной, Жанна решила
устроить Михаилу настоящее испытание.
После очередной романтической прогулки он, как обычно, подвез ее к дому и
собрался проводить до квартиры.
- Не надо, Мишенька, я сама, - попыталась отказаться Жанна.
- Нет, я должен знать точно, что ты в безопасности, - твердо заявил он.
- Ну хорошо, - вздохнула Жанна и открыла дверцу автомобиля.
Она, как обычно, не собиралась идти сразу домой, а хотела зайти ко мне,
похвастаться "успехами". Ведь Михаил
объявил точный день свадьбы.
Видимо, предвкушая беседу со мной, Жанна уже начала входить в роль.
По-другому ее порыв я объяснить не могу. Когда они поднялись на второй
этаж, ей вдруг захотелось
спровоцировать жениха на безумство. Она остановилась на лестничной площадке и в
упор посмотрела на Михаила. Взгляд
его был невинно озабоченным.
- Что-то случилось? - спросил он.
- Да, - страстно прошептала она, - случилось, - и резко подалась вперед.
- Что же? - спокойно поинтересовался он и отступил на один шаг.
- Я тебя люблю.
- Я тебя тоже, - признался он Михаил. "Черт непрошибаемый!" - возмутилась
в глубине души Жанна и поднялась
на одну ступеньку.
Михаил попытался в тусклом свете, падающем с соседней площадки,
разглядеть, который час.
- Пойдем, малыш, уже поздно, завтра мне рано вставать, - напомнил он.
Но у Жанны был свой сценарий.
- Подойди ко мне, - прошептала она.
- Зачем? - изумился праведный Михаил.
- Ну подойди, пожалуйста, - взмолилась она.
Он несколько секунд напряженно соображал, стоит ли это делать, но все же
приблизился к невесте.
- Ну? - В его голосе послышались нeтepпeливо-раздраженные интонации.
Мол, какая еще глупость пришла тебе в голову?
Жанна встала на цыпочки и, обвив руками его шею, страстно впилась губами
в его рот. Бедняга обомлел и
попытался слегка оттолкнуть ее, отстраниться, но Жанна прижалась к нему еще
сильней своей упругой девичьей грудью и
слегка застонала. Их поцелуй обрел наконец-таки вкус.
- Я люблю тебя, люблю, - при этом томно шептала она.
Какой ужас! И во всем этом повинна я со своими рассказами.
Пока Жанна трепетала в руках Михаила, пока она усиленно желала его,
бедняга ломал голову, что это на нее нашло.
Голова у нее закружилась, и глупышка ничего не придумала умней, как сказать:
- Я хочу тебя, любимый, прямо сейчас, прямо здесь, мы уже почти муж и
жена.
В общем-то, все происходило именно так, или примерно так, как я ее и
учила. На свою голову. Глупые книжки и
дурацкие фильмы тоже послужили наглядным пособием. Руки ее осмелели и поползли
вниз его живота...
И вот тут-то Михаил проявил твердость, редкую для мужчины. Он сказал:
- Нет! Не делай этого.
- Но почему? - растерялась Жанна. Понятное дело, в книжках и фильмах все
было не так. Там...
- Ты же хочешь меня, - промямлила она, - хочешь, я чувствую...
Михаил наконец отстранился и строго сказал:
- Ты глупая, вздорная девчонка. Как в твою голову могут приходить такие
мысли? Накануне свадьбы! В грязном
подъезде! В любой момент может кто-нибудь войти. Отвратительно даже представить
себе такое. Я думал, моя невеста
более благоразумная девушка. Ты меня расстроила.
Жанна надула губки. В ее глазах блеснули слезы. Она почувствовала себя
оскорбленной и несправедливо
униженной.
- Ты тоже очень расстроил меня, - сказала она. - Теперь я вижу, что для
тебя приличия важней самых искренних
порывов. Ты просто сухарь! Бесчувственный сухарь! У тебя все по расписанию, как
на вокзале. Ты понятия не имеешь о
настоящих чувствах. Ты не любишь меня!
Она впервые позволила себе бунт.
- Что за вздор! - возмутился он. - Недопустимо делать такие заключения
лишь на основании того, что я
цивилизованный человек, прекрасно воспитан и контролирую свои эмоции.
- Ты не любишь меня! Не любишь! - заплакала Жанна.
Михаил смягчился, но не настолько, чтобы не прочитать невесте нотацию.
- Ты сердишься только из-за того, что я не пошел на поводу у твоих
детских капризов, - сказал он.
(Ничего себе - детских.) - Это не капризы! Это любовь! - плакала тем
временем Жанна.
- Ну хорошо, я не правильно выразился. На поводу у твоих детских порывов.
Я старше тебя и не должен допустить
свершения подобных глупостей.
Он прижал к груди рыдающую Жанну и погладил ее по голове, как ребенка.
Она тут же успокоилась, но плакать предусмотрительно не прекратила.
- Поверь, малыш, ты сама об этом пожалела бы уже спустя пять минут. Я
люблю тебя и хочу, чтобы наша любовь
осталась чиста.
- Если любовь чиста, то она чиста и в подъезде, и где угодно, - стояла на
своем она.
(До сих пор не пойму, и что это ей приспичило?) - Ты не права, но сейчас
не время для споров, - подтолкнул ее к
двери Михаил. - Беги домой. Завтра поговорим. У меня рано утром важное дело, а
потом мы встретимся у твоей тетушки.
Жанна чмокнула жениха в щеку, и они расстались. Дождавшись, когда
автомобиль Михаила выедет со двора, она
побежала ко мне, уселась на кухне, закинула ногу на ногу и, зажав в одной руке
банку с пивом, а в другой сигарету,
поведала очередную байку о страстной любви на ступенях лестницы.
Реализовала-таки свои мечты. Слушая ее, я думала, что любовь на ступенях
- обычное развлечение молодежи.
Однако одно дело байки, другое - то, что отмочила она.
И после этого мне будут говорить, что предчувствие - плод женского
воображения. Что же, как не предчувствие,
толкнуло ее на эту глупость? (Я имею в виду соблазнение Михаила.) Что же, как не
предчувствие? Так долго, вздыхая,
взирать на закат и держаться за руки и потом перечеркнуть все это одним
предложением, простите, потрахаться на
лестнице? Нет, на Жанну это не похоже.
Здесь виновато только предчувствие. Бедняжка уже тогда шестым чувством
знала, что ждет ее, и пыталась
исправить беду. Насколько проще было бы ей сейчас, если бы Михаил не устоял. Но
он устоял, а поэтому все осложнилось.
Я очень расстроилась.
- Жанна, - сказала я, - очень неудачная сцена произошла у тебя с женихом
сегодня. Не стоило устраивать ее
накануне такой встречи.
- Я и сама уже жалею, - всхлипнула она. - Теперь он подумает, что я
прикидывалась, а на самом деле развратная.
Особенно когда выяснится, что я обманула его и уже не девственница.
- Вот здесь ты можешь не волноваться! - успокоила я. - Есть масса
способов избежать разоблачения. Не плачь,
забудь этот кошмар, вы поженитесь, вас ждет счастье, если, конечно, ты не будешь
дурой.
- И что я должна для этого сделать? - На ее лице появилась надежда. Я
тоже воспряла духом.
- О! Я же сказала, есть много способов. Первый и самый распространенный,
это подгадать первую брачную ночь
под критические дни, как это модно сейчас называть.
- Это не мне решать, - опечалилась Жанна. - Здесь уже все решил Михаил.
- Второй способ: с помощью гормональных препаратов вызвать эти самые
критические дни в нужный момент.
- Но это может не получиться.
- А если и это не получится, тогда уж придется запастись кровью какогонибудь
животного. Курицы, к примеру.
Здесь требуются лишь ловкость рук и немного артистизма. В нужный момент
выливаешь кровь на брачное ложе и всеми
доступными способами сигнализируешь любимому о своих страданиях.
Жанна смотрела на меня с недоверием.
- Да ну? И такой номер пройдет?
- Конечно, милая.
- И он ничего не почувствует?
- Мужчины чувствуют только то, что хотят, - заверила ее я и добавила
нечто, чего в моей жизни не было никогда,
но обстоятельства сейчас очень требовали, чтобы это было:
- Лично я таким образом теряла невинность не раз, - не моргнув глазом
солгала я, - и все, кто лишал меня
девственности, были довольны. Они чувствовали ответственность и готовы были тут
же вступить со мной в брак, к чему не
всегда была готова я. Чаще за утраченную невинность я брала компенсацию в
денежном выражении, поскольку
супружество считаю не наградой, а наказанием.
На Жанну моя речь произвела положительный эффект. Больше она уже не
заговаривала о самоубийстве. Я дала ей
выпить успокоительной микстуры, и наш разговор как-то сам собой перешел на
завтрашний день.
Мы обсудили все необходимые детали, выбрали платье ей и мне, сочинили
примерный сценарий, по которому
должна развиваться встреча с будущей свекровью...
Здесь уж, конечно, в основном говорила я. Очень умно и вдохновенно.
Когда я выдала девушке все рекомендации, случайно выяснилось, что
бедняжка спит. Видимо, подействовала
микстура.
Я выключила свет, на цыпочках вышла из спальни и тут же позвонила матери
Жанны, успокоила ее, сказав, что она
осталась у меня.
Лишь после этого я осознала, что произошло с моими нервами. Их словно
медведь подрал.
"Здесь одной микстурой не обойтись, - подумала я. - Здесь надо бы что
покрепче".
Слава богу, благодаря Марусе "чего покрепче" в моем доме хватало, и я
отправилась на кухню.
Оптимизма, которым я заразила Жанну, я сама в тот момент не испытывала.
Я не была уверена, что она сумеет сделать все правильно в свою первую
брачную ночь, потому что лично я вряд ли
сумела бы справиться с такой задачей;
Вероятней всего, жених поймал бы меня за руку и потребовал объяснений,
что было бы катастрофой.
Да что там ночь! Сумеет ли Жанна уже завтра не выдать себя - вот в чем
вопрос.
Потом мне вспомнились все те глупости, которыми я пичкала беззащитную в
своей чистоте девушку, и сразу на
меня навалились угрызения совести. Ну кто, спрашивается, тянул меня за язык?
Кроме того, я беспокоилась, как-то Михаил отнесется к ее последней
импровизации? К этой глупости на ступенях в
подъезде.
Сказать честно, я была в ужасе. Счастье Жанны висело на волоске, и я
мучительно искала способ эту беду
поправить.
Но сколь долго ни ломала я голову, приходила к одной только мысли: найти
злодея и подвергнуть его наказанию.
Законному, естественно, тогда Михаилу станет понятно, как пострадала Жанна, и он
содрогнется от сочувствия к ней.
Однако вряд ли Жанне, как и Михаилу, и уж тем более Елизавете Павловне
захочется выносить на публику эту
трагедию. Да я и не сторонница забегать вперед с разными сообщениями. Лучше
выждать; время покажет.
Переживания мои были нарушены новым скрежетанием в дверном замке.
На этот раз кто-то орудовал очень энергично. Казалось, замок ломает
какой-то варвар, такой стоял скрежет.
- Дьявол! - воскликнула я. - Кого еще несет ко мне нелегкая?
Естественно, у меня возникла мысль, что насильник решил не ограничиваться
одной лишь Жанной, прикинув, что
тетушка тоже недурна.
Я схватила сковороду, выбежала в прихожую и остановилась перед дверью с
самыми агрессивными намерениями.
Я хотела заглянуть в "глазок", но не успела, потому что дверь внезапно
распахнулась, а моя рука сама собой
взмахнула сковородой и опустила ее на голову...
- Ой, е-мое!!! - воскликнул Евгений, когда моя сковорода опустилась на
его голову. - Ты что, Мама, с ума сошла?
Я с ужасом смотрела на него. Кошмар! На кого он похож, мой любимый?
Ширинка расстегнута, рубашка разорвана, в крови, в губной помаде и в
следах травы, лицо в подозрительных
царапинах, брюки невообразимо грязные. И все это безобразие к тому же еще
источает запах дешевых женских духов и
перегара.
Евгений тем временем со стоном "ой, Мама, ой!" присел прямо там, где
стоял.
- Надеюсь, тебя не изнасиловали? - спросила я, готовая уже ко всему.
- Ой, Мама, я теперь даже и не знаю, после того как ты меня отоварила...
Я рассердилась.
- Не называй меня Мамой! Просила же и не раз. Черт тебе мама!
- Хорошо, хорошо, ты. Мама, не сердись. Сейчас я тебе все объясню, и ты
поймешь. Но зачем же ты меня так
отоварила?
Он был безнадежно пьян. Я не только никогда не видела его таким, но даже
и не подозревала, что это возможно.
Присев от удара, он уже не мог подняться и окончательно упасть он тоже не хотел.
Это заставляло его совершать какие-то
невообразимые движения и спиной, и всем телом; Видимо, он искал надежную точку
опоры, которая была пока лишь под
одним его мягким местом.
Однако Евгений все елозил и елозил, пытаясь ухватиться за что-нибудь
руками. И уронил-таки шкафчик с обувью.
- Ой, прости, это не я и случайно, - сказал он и распластался на всю
прихожую.
Следом за этим раздался громкий раскатистый храп. Евгений не притворялся,
он действительно заснул. Размеры
тела не позволяли его транспортировать. Я только вздохнула от бессилия и решила
оставить его на полу.
Надо же такому случиться, чтобы в один день на меня свалились сразу все
напасти. И почему он не позвонил, а
пытался открыть дверь? Раньше он никогда так не поступал, зная, что я дома.
Впрочем, раньше он такой и не приходил.
Я отправилась в Красную комнату, разделась и улеглась на Санькину
кровать. Почувствовав меня рядом, сынуля,
не просыпаясь, обхватил мою шею ручками и прижался мордашкой к моей груди. Я
задохнулась от нежности, обняла его и
заснула.
Утром меня разбудила Жанна, привыкшая вставать раньше всех. Она принесла
кофе.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила я шепотом, стараясь не разбудить
Саньку.
- Нормально, - ответила она и виновато добавила:
- Я заснула в твоей постели, даже не помню, как это получилось.
- Ерунда, - усмехнулась я, демонстрируя оптимизм. - Зато Евгений заснул
на полу. Он пришел поздно ночью
безобразно пьяный.
Жанна покрылась красными пятнами. Почуяв неладное, я, как ужаленная,
вскочила, накинула халат и выбежала в
прихожую. Евгения там не было. Я метнулась в спальню. Он был там. Лежал поперек
кровати. Его одежда валялась на полу.
- Он испугал меня уже под утро, - пояснила Жанна. - Пришел и рухнул прямо
на меня.
Она стояла за моей спиной и, сгорая от стыда, смотрела на Евгения.
- Да-ааа, - сказала я и отправилась на кухню.
Жанна поплелась за мной следом.
- Он меня не трогал, - оправдывалась она. - Пришел и рухнул. Ты мне
веришь?
- Верю, верю, - задумчиво ответила я, усаживаясь за стол и закуривая
сигарету.
- Он был одет. Даже не знаю, когда он разделся. Я накрыла его одеялом и
вышла.
- Зачем одетого человека накрывать одеялом? - спросила я.
Жанна потупилась.
Я сидела и думала, что раньше, до того как она подверглась изнасилованию,
у меня даже в мыслях не было бы
ничего из того, что есть сейчас.
И она это чувствует. И страдает. Хотя не виновата абсолютно ни в чем. И
все же на ее лице печать вины. Потому
что Евгений, разумеется, разделся до того, как лег в постель. И он не просто
рухнул, а, думая, что там лежу я, залез к Жанне
под одеяло и...
Сделай он это раньше, визг стоял бы такой, что полдома уж точно сбежалось
бы, а сейчас она постеснялась даже
пикнуть. И это после того, как она только что перенесла такой стресс. А мы еще
собираемся обмануть Михаила.
Интересно, как это нам удастся? Надеюсь, что удастся.
- Перестань, Жанна, - сказала я. - Неужели ты думаешь, что я могу
приревновать тебя к пьяному мужику? Почему
ты стоишь, опустив голову? Почему не негодуешь? Эта пьяная свинья разбудила
тебя, напугала, а ты сгораешь от стыда!
Это безобразие какое-то! Ну да фиг с ним. Давай лучше займемся делами.
Времени у нас в обрез.
И мы занялись делами. В четыре руки привели квартиру в порядок,
приготовили себе самые красивые платья,
подкрасились, накрутили волосы и отправились на кухню готовить. Там-то нас и
нашел Евгений. Он выполз из спальни
уже вполне трезвый. Жанна, увидев его, тут же вспомнила про Саньку и выбежала в
гостиную.
- Ну?! - грозно спросила я, с большим подозрением глядя на его щеку.
- Что "ну"? - спросил он, старательно пряча глаза. - Ну задержался
немного вчера, работал...
- Уж вижу. На лице следы твоих трудов, - кисло усмехнулась я.
- Где? - испугался он и побежал в ванную. - Е-мое! - донеслось оттуда.
- Как же так?
Я не поленилась отправиться к нему. Стала рядом и с глубоким презрением
смотрела на расцарапанную щеку.
- Только не рассказывай мне ничего про бритву, - предупредила я. - До сих
пор воняешь женскими духами. Ты хоть
помнишь, что вчера у нас была вечеринка? Маруся чуть не умерла от негодования, -
Так испортить ей отдых.
- При чем здесь Маруся, - ответил Евгений. - Я виноват только перед
тобой. Я помнил о вечеринке до последнего
момента и приехал с легким опозданием...
- В семь часов утра, - закончила его мысль я. - Почему твоя рубашка вся в
зеленых полосах? Ты что, валялся в
траве? А потом она расцарапала тебе лицо!
Накручивая себя, я уже негодовала. Я замахнулась, собираясь отпустить ему
звонкую пощечину, но Евгений
поймал мою руку и с глубоким чувством вины прошептал:
- Со-оня...
Мне расхотелось его бить.
- Уйди с глаз моих, - сказала я. - Некогда мне разбираться с тобой.
Вот-вот придут гости.
- А разве я не буду играть роль хозяина?
- Что? - ужаснулась я. - Ни в коем случае! Евгений расстроился.
- Мы же собирались изобразить счастливых мужа и жену, - напомнил он.
Меня возмутило его нахальство.
- Какое уж тут счастье, когда муж до утра валяется на траве, после чего
приходит с разодранной рожей, - сказала я и
отправилась на кухню, вспомнив, что не вынесено мусорное ведро.
Когда я прошествовала мимо него с гордо поднятой головой и полным мусора
ведром, он попытался мне помочь,
но я была неумолима.
- С глаз моих долой!
На лестничной площадке меня подстерегала новая неприятность в лице Старой
Девы.
- Как прошла ваша вечеринка? - жеманясь, спросила она.
- Отлично! - рапортовала я, даже не взглянув в ее сторону, за что тут же
поплатилась.
- Думаю, было бы еще лучше, если бы Женечка не лежал в кустах, а сидел за
столом, - сказала она и с чувством
исполненного долга удалилась, громко хлопнув дверью.
Ноги мои подкосились.
"Лежал в кустах? В каких кустах? Не в тех ли..."
Я бросилась к ее двери и неистово надавила на кнопку звонка. Старая Дева
мгновенно выросла на пороге,
довольная произведенным эффектом.
- Очень рада, - сказала она.
- Простите, в каких кустах лежал мой Женя? - спросила я, не обращая
внимания на ее слова.
Она изобразила изумление, от чего ее лысые брови, словно облезлые
гусеницы, поползли вдоль ее узкого лба.
- Как в каких? В наших кустах. Там, где аллея. Я выгуливала своего
Жульку. Он чуть не написал на вашего Женю.
Да, да, Женя был мертвецки пьян.
Даже не шелохнулся.
Это был шок. Я не верила своим ушам. Но откуда могла знать Старая Дева
про кусты? И потом, она врунья,
конечно, но такое не придумала бы. Нет, он действительно был в кустах. И его
испачканная рубашка говорит о том же, и
брюки. Брюки! О чем же тогда говорит его расстегнутая ширинка?
Мой ужас отразился на физиономии Старой Девы.
- Что?! Что-то случилось? - закудахтала она.
Я сумела улыбнуться.
- Все в порядке. Не вспомните ли, когда именно вы гуляли со своей
прелестной Жулькой?
- Жулька - кобель, - с глубокой обидой уточнила она. - А гуляли мы...
Она задумалась. Я терпеливо ждала.
- А уж и не помню точно, темно уж было. Ах да вспомнила: а вот когда к
вам звонил мужчина с тортом, тогда мы и
отправились гулять. Он вышел из лифта, а мы туда вошли.
Я уронила пустое ведро. Оно с грохотом упало и покатилось по площадке, а
потом и по ступенькам.
"Так и есть. И время сходится. Следом за Пупсиком пришла Жанна, а потом
она почти тут же ушла. Ужас! Ужас!
Что же делать?!"
Открылась моя дверь, показалась встревоженная физиономия Евгения.
- Здрасте, - поджав губки, произнесла Старая Дева. - А мы тут все про
вас.
Он мгновенно исчез за дверью. Я побежала по ступеням вниз за ведром.
Старая Дева, сообразив, что скандала не будет, разочарованно вздохнула и,
фальшиво пожелав мне всего доброго,
отправилась в свою квартиру.
Когда я выросла на пороге, Евгений (он ждал меня в прихожей) попятился.
Видно, на лице у меня было написано все, что сейчас произойдет, потому
что он здорово испугался.
- Соня, Сонечка, не надо, я тебе сейчас все объясню, - забубнил он. -
Увидишь сама, я не виноват.
- Женя, - прошипела я, - лучше иди к себе домой и придумай что-нибудь
правдоподобное.
- Уже! Уже придумал! - закричал он, радостно хлопнул себя ладонью по лбу,
плюнул, чертыхнулся и поправился:
- Я хотел сказать, что мне не надо ничего придумывать. Я уже сейчас могу
рассказать тебе всю правду.
- Уже не надо. Лучше иди домой.
- Соня, я не виноват, это водка, это отрава, яд, ты посмотри, я же весь
зеленый.
- Особенно в области рубашки. Это трава, Женя, а не водка. Не надо было
валяться в кустах.
Он сник и взялся за ручку двери, явно ожидая, что я его остановлю. Я не
знала, как мне поступить. Я
действительно хотела, чтобы он ушел.
- Мы же собирались с тобой удивить эту грымзу, будущую свекровь Жанны, ты
же сама хотела, - снова напомнил
он мне.
Теперь мне это показалось глупейшей затеей.
- Иди, Женя, мне трудно выглядеть счастливой рядом с тобой, во всяком
случае сегодня, - сказала я, и он ушел.
Из гостиной вылетел невозможно нарядный Санька.
- А папа куда ушел? - озабоченно поинтересовался он, сияя от гордости за
свой новый матросский костюмчик.
- Папа ушел на работу, - ответила я и, поставив мусорное ведро на пол,
крикнула:
- Жанна, почему ты так рано нарядила ребенка? Он же испачкается!
В подтверждение он тут же полез в мусорное ведро. Жанна выбежала из
гостиной, подхватила его в одной рукой,
ведро другой и понесла их на кухню.
- Уже не рано, - сказала она. - До прихода гостей остался час.
Я вскрикнула и помчалась надевать приготовленное платье. В строгом
английском платье я была тоньше тростника
и выглядела очень эффектно. Тщательно изучив себя в зеркале, я осталась
довольна. Бессонная ночь, конечно, не прошла
бесследно. Под глазами наметились темные круги, да и кожа потеряла свой цвет, но
в данном случае это даже к лучшему.
Для тетушки я выгляжу вполне прилично.
Не стоит раздражать этих свекровей своей молодостью и здоровьем.
С этой мыслью я отправилась на кухню посмотреть, чем заняты Санька и
Жанна. Санька восседал за столом уже в
майке и трусах. Его костюмчик висел на спинке стула, на котором сидела Жанна.
Она запихивала в него богатырскую
порцию оставшегося с вечеринки торта, не подозревая, что торт этот собирали с
паркета.
Санька, давясь, ел с наслаждением. Увидев меня, он панически заторопился,
сгреб с тарелки остатки и все разом
сунул в рот, проталкивая пальцами поглубже и давясь пуще прежнего.
- Что здесь происходит? - возмутилась я. - Зачем ты кормишь ребенка
тортом, да еще в таком количестве? Он
...Закладка в соц.сетях
