Жанр: Электронное издание
Wolf_nat
...но помнил, что запер ее на
щеколду, когда хоронился на этом чердаке. Изнутри запер.
Мягко переместившись ко внутренней двери, Гном приложился глазом к
щелке. В предбанничке было сумрачно и пусто, только по углам в пыли и
паутине стояло несколько лопат, которыми зимой сгребали наметенный снег с
плоской крыши. Внешняя дверь оставалась запертой - Гном ясно видел
задвинутую щеколду.
Петли внутренней двери Гном предусмотрительно сбрызнул каталитическим
раствором, и открываться она стала совершенно бесшумно. Внешнюю он трогать
не стал - решил, что лишний сторож в лице скрипящих петель не помешает.
Спустя несколько секунд он уже выглядывал в щели наружной двери. Крыша
выглядела пустынной - по крайней мере перед дверью. Даже вездесущие голуби,
которые обыкновенно толклись на ветвях короны, куда-то поразлетелись.
Гном потихонечку отодвинул щеколду, переместился чуть в сторону, чтоб
спрятаться за косяк, и резко толкнул дверь. Та, отчетливо скрипнув,
отворилась. Когда скрип растаял и на крыше вновь воцарилась тишина,
разбавляемая только едва долетающими звуками городского дня, Гном обратился
в слух. И ничего подозрительного не услышал.
Наконец он шмыгнул наружу, выставив игломет перед собой. Прижался
спиной к стене чердачной надстройки и шастьнул за угол. Там тоже никого не
оказалось, только плясал над крышей прогретый летним солнцем воздух.
Так Гном обогнул всю надстройку; потом встал на вентиляционную трубу и
вскарабкался на кровлю надстройки. Если какой-нибудь умник так же, как и
Гном, неслышно ходил по кругу, сейчас было самое время свалиться этому
умнику на голову, утащить внутрь и потолковать по душам.
Все-таки не покидало Гнома ощущение, что на крыше есть кто-то
посторонний.
Но и с кровли надстройки он никого не заметил.
Гном повертел головой, вспомнив, что его могут отследить с соседних
крыш, однако и там не узрел ни единой живой души.
Он шепотом чертыхнулся, и прыгнул с кровли вплотную с дверью в
надстройку. Вошел внутрь, заперся, и снова припал взглядом к щелочке.
Простоял так минут десять; если бы он сам собирался как-либо действовать, на
месте таинственного визитера больше выжидать он бы не стал.
"Нервы, блин", - подумал Гном с неудовольствием. Он прекрасно знал:
если начинают посещать подобные пустые галлюцинации, значит, пора на покой.
Или хотя бы на длительный отдых.
Крепкие нервы - едва ли не самое ценное, что есть у агента-одиночки.
Он вошел в свою временную каморку, на ходу засовывая игломет за пояс. И
вдруг застыл, будто кто-то неведомый и огромный, наблюдающий за всем со
стороны, нажал на клавишу паузы на своем не менее огромном видике.
Та самая полуденная воздушная рябь струилась сейчас посреди каморки, а
над тумбочкой, ничем абсолютно не поддерживаемый, неподвижно висел стакан с
чаем.
Гном впервые в сознательной жизни растерялся. Но всего лишь на миг.
Игломет моментально вернулся в его ладонь, и Гном уже решил, что выстрелил и
попал, но вдруг это самое шевеление воздуха проворно перетекло вплотную к
нему, схватило за локоть совершенно борцовским приемом...
...отравленная стрелка воткнулась в потолок...
...опрокинуло Гнома на пол, поймало руку на излом, вышибло игломет и
прижало к полу.
- Поговорить надо, - родился из ниоткуда бесплотный голос. - Я не
собираюсь тебя убивать или сдавать властям. Мне нужно только поговорить.
- Ладно, - сказал в пол Гном. - Обещаю не дергаться.
Можно подумать, у него оставался выбор.
Гном не ожидал, но его сразу отпустили. Он перевернулся на бок и немым
изумлением пронаблюдал, как это самое воздушное шевеление вдруг пошло
мерцающими искрами, словно экран ненастроенного на канал телевизора, потом
между искрами появились прорехи с изображением, с каждой секундой прорех
становилось больше, а искр - меньше, и потом перед Гномом появилась
крепенькая девчонка в ладном комбинезоне. К предплечью ее незнакомым Гному
способом был пристегнут неизвестный Гному пистолет.
И Гном моментально все понял.
- Ты - волк? - спросил он хрипло.
Девчонка оскалилась:
- Волчица!
Гном покачал головой и, кряхтя, поднялся. Бок и рука ощутимо побаливали
- если бы всего десять минут назад Гному сказали, что его завалит девчонка,
он бы расхохотался. Но глядя на эту девицу Гном совершенно не чувствовал
своего превосходства.
Он покорно уселся на табурет.
- Я слушаю.
Девчонка осталась стоять.
- Кого ты представляешь?
Гном прищурился.
- Э-э-э... сударыня. Я вам вполне поверил... Насчет волчицы. Но не
могли бы вы предоставить какое-нибудь веское доказательство? Чтобы я не
волновался, будто вы из местной службы безопасности.
Девчонка усмехнулась, и откуда-то из-за плеча вытянула за ремешок
обычный бинокль. Родной насквозь.
- Знакомая штучка?
Гном кивнул.
- Где он находился последнее время - знаешь?
Гном опять кивнул - он действительно знал. Бинокль подобрали
безопасники, как он и ожидал. А оставил Гном бинокль на крыше соседнего с
управлением безопасности здания по приказу Варги.
Девчонка метнула бинокль Гному - тот рефлекторно поймал. Бездумным
отработанным движением.
- Сходи наружу. Там кое-что валяется... Думаю, это тебя убедит.
И она демонстративно уселась на второй табурет.
Гному ничего не оставалось, как последовать ее совету.
На выходе из надстройки Гном первым делом поймал на себе алую точку
целеуказателя. Ему недвусмысленно намекали, мол на мушке ты, дружок, так что
не трепыхайся. Естественно, что эта девица явилась сюда не в одиночестве.
Второе, что привлекло внимание Гнома - это труп. Труп мужчины лет
тридцати-тридцати пяти, в цивильном костюме. На груди у трупа валялся
форменный бэдж - не пристегнутый, а просто брошенный кем-то на мертвое тело.
Гном склонился, решив ничего не трогать. Как знать, может на него
всего-навсего хотят повесить тривиальное убийство какие-нибудь полуумные
агенты-конкуренты...
Бэдж удостоверял, что обладатель прилепленной фотографии является
работником алзамайского управления службы безопасности Сибири Игорем
Александровичем Шверниковым. Судя по фотографии, бэдж валялся именно на
хозяине. Ныне мертвом - закаченные глаза не оставляли сомнений.
Гном вздохнул, бросил взгляд туда, откуда в него целились - в ветвях
короны, вроде бы, знакомо дрожал перегретый воздух - и вернулся в комнату.
Девчонка сидела на табурете с самым независимым видом.
- Если тебе интересно, то это я его, - сообщила она. - И за последние
трое суток он у меня седьмой. Ты удовлетворен?
Гном колебался считанные секунды. "Наверняка это волки, - думал он. -
Кто еще может работать так нагло? И камуфляж, опять же... Не выращивают на
земле такой селектуры. И аппаратуры такой не делают. Оружие незнакомое...
Точно, волки. А боссу что от меня нужно? Чтобы я вычислил волков и устроил
ему с ними встречу. Так пусть встречаются - уж босс-то разберется со всем,
что свалится на его хитроумную голову."
- Да, - сказал Гном. - Я удовлетворен. Я представляю частную
организацию. Могу сказать название - но нужно ли оно вам? Что оно вам даст?
- Может, чего и даст.
- "Чирс", Туркменистан.
- Вы неправительственная организация?
- Нет, я же сказал. Целиком частная.
- Вы зависите от кого-нибудь?
- Нет, - Гном помотал головой. - "Чирс" уже много лет ни от кого не
зависит.
- Прекрасно, - волчица встала и подошла к Гному вплотную. У нее был
очень цепкий, прямо таки гипнотический взгляд. - Нам нужно встретиться с
руководителем "Чирс". Ты должен это устроить.
- Легко, - пожал плечами Гном. - Но мне сначала нужно спросить у босса.
- Лично?
- Нет, по связи.
- Связывайся.
Гном полез в тумбочку и достал заветную чернильницу. Точнее, предмет,
неотличимый внешне от чернильницы. Легкое нажатие на дно, и срабатывает
вживленный папиллятор. "Чернильница" раскрывается, словно цветок, на шесть
причудливо изломанных сегментов. Во влажном нутре хибернатора дремлет
жук-приемопередатчик. От чернильницы веет холодком и поднимается к потолку
легкая морозная струйка.
- Ух-ты! - сказали над ухом у Гнома, а мгновение спустя уже знакомым
телевизионным манером рядом материализовался здоровенный детина - не то
овчароподобный, не то аморф.
Но на самом деле - несомненно волк.
- Балдею я от их биоштучек! - сказал детина с неприкрытым восторгом.
Девчонка покосилась на него, но ничего не сказала. Впрочем, некоторое
любопытство Гном и у нее в глазах все же рассмотрел.
Жук просыпался. Для этого ему требовалась всего минута. Вот он встает
на лапки, вот расправляет надкрылки, образующие крохотный отражатель, а
единственный ус вытягивается вперед - вот вам и готовая высокочастотная
антенна. Как только жук дал знать, что настроился на спутник, Гном вытащил
из специального паза одного из сегментов "чернильницы" иглу-пестик и
дотронулся до брюшных колечек жука. В нужной последовательности.
Жук мигнул хемолюминофором у основания крыльев; это означало, что он
выбрал нужное из заранее загнанных в память сообщений, сжал его в рабочий
пакет, закодировал, и выплюнул пакет в эфир. Единственный коротким
импульсом.
Ответ пришел через семнадцать секунд. И ответ этот гласил: "Зови".
Жук странслировал ответ трижды, и вспыхнул.
Детина рядом с Гномом отшатнулся от неожиданности.
- Тю, м-мать! - ругнулся он. - Что, заело?
Гном покачал головой.
- Нет, все в порядке. Это одноразовый жук. Он самоуничтожается после
использования.
- И что тебе ответили? - с нажимом спросила девчонка.
У жука-близнеца, которого Варга просто не выпускал из рук, было всего
два варианта ответа. Если бы Варга ответил "Веди", следовало направлять
волков по заранее оговоренному адресу. Но Варга ответил "Зови", а это
означало, что волкам нужно просто назвать его номер в гостинице. И все.
- Вас ждут, - сказал Гном. - Гостиница "Централь", номер двести
четырнадцать. Прямо сейчас.
- В Алзамае нет гостиницы "Централь", - спокойно промолвила девчонка.
- Это для кого попало нет, - объяснил Гном. - А для тех, кто знает -
улица Ахтиярская, дом девять. Только не ищите вывеску - там ее все равно
нет. Пропуск, полагаю, вам оформят.
Детина уже тыкал пальцем в крохотную раскрытую коробочку, похожую на
книгу.
- Есть такая улица, - довольно выдохнул он.
Девчонка встала. Детина захлопнул коробочку и сунул ее в нагрудный
карман комбинезона. Волки явно собирались уходить.
- Эй! - негромко крикнул Гном им в спины. - Вы мертвяка приберите, что
ли! Нужен он мне, как игла в заднице...
Телепредставление, на этот раз синхронное, повторилось в третий раз, но
теперь - в обратной последовательности. Сначала мало искр, потом все больше,
а потом только еле заметное дрожание воздуха. Двух человек - или двух волков
- как не бывало.
- От, бля, - сказал Гном с досадой. Возиться с трупом ему совершенно не
улыбалось.
Но волки решили все-таки ему помочь.
- Режим, - сказал невидимый детина, а потом над трупом вспыхнул
неразличимый в свете дня пожар, и буквально в пару секунд от безопасника
остался только пепел. Продолговатая кучка пепла. Которую тут же принялся
развеивать горячий летний ветер.
"М-да, - тупо подумал Гном. - Что у человека, что у радиожука судьба, в
общем-то сходна - обратиться в пепел, когда ты становишься не нужен..."
Целых пять минут Гном бесцельно пялился на постепенно тающую черную
кучку. И все это время гадал - чем они это сделали? Тем пистолетом, который
был пристегнут у девчонки к предплечью, или той штукой, которая имеет
целеуказатель?
Так Гном и не нашел ответа на свой вопрос. Через пять минут он просто
понял, что остался на крыше совершенно один. И решил: раз задание шефа
выполнено, нужно сматываться из этого городка подальше. И побыстрее.
¶x x x§
Радист обещал уложиться в пять минут, и он в пять минут уложился.
Группы разбежались по экипажам, и каждый сибиряк-безопасник или
европеец-спецназовец был снабжен маленькой, меньше мобильника, рацией.
Действующей.
Золотых, сменивший мундир на безликую штатскую одежду, занял место в
штабном экипаже. Здесь, кроме него разместились спецы, включая и
умельца-радиста, не усидевший на месте Коршунович, и офицер-европеец - не то
консультант, не то наблюдатель. Золотых не стал вдаваться в детали, кто он и
зачем он. Места в экипаже хватило, и ладно.
Гостиница "Централь" располагалась в нескольких минутах неторопливой
езды от управления. Экипажи с группами захвата по замысловатым траекториям
схватили в кольцо весь неправильной формы квартал.
Наверное, в каждом городе есть место, именуемое "Пять углов".
"Централь" стоял именно в таком месте. Порталом на площадь, где сбегались к
памятнику Плисецкому пять дорог.
Штабной экипаж остановился перед площадью, напротив парадного входа в
"Централь". Золотых глядел на мониторы. Приятно было видеть, как слаженно
покидают экипажи все три группы плюс внешнее прикрытие, как разбегаются по
условленным маршрутам. Как с крыши на невидимых с такого расстояния
мономорфных нитях паучками спускаются на балконы спецназовцы, как отсекает
прохожих внешнее оцепление, как проходят сквозь турникет на входе Чеботарев
с ребятами - будто нож сквозь масло проходят. Как лбы-европейцы прикладами
иглометов сгоняют в кучу ершистых охранников из агентства "Стена", как
прижимают к стенам некстати встреченных постояльцев, как занимают лифт,
лестницы и этажи.
И все это молниеносно, отточено и согласованно. Залюбуешься просто.
В эфире слышались только краткие ремарки.
- Выход взят, поднимайтесь.
- К стене! К стене я сказал!
- Шенер, здесь дети!
- Уведи их! Наружу, от греха...
- Балконы? Что балконы?
- Уже все, по трое на каждом.
- Вася, что твои москиты?
- Ханмуратов в двести четырнадцатом. Как поняли? В двести
четырнадцатом! Триста седьмой пуст, пуст триста седьмой.
- Понял, понял, триста седьмой не трогаем. Иркутск, по схеме два! Трое
по ближней лестнице, трое по центральной.
- Схема два, отрабатываем...
- Вася, в двести четырнадцатом сколько народу?
- Как минимум трое. Надо понимать, Варга, Ханмуратов и стюарт... Как
его?
- Феоктистов.
- Хлопцы, запомните: первым Варгу. Он постарше и кучерявый.
- Этаж блокирован, седьмой, слышите?
- Понятно, тендер пошли... Да по ковру, болваны, по ковру! Ботинками не
грохочите!
- На пол! На пол, придурок!
Звук выстрела.
- А-а-а!
Еще звук выстрела.
Золотых заволновался:
- Что там за стрельба?!
Голос с европейским акцентом тотчас объяснил:
- На первом этаже в одном из номеров вор орудовал... Ему ногу
прострелили.
- Спеленайте его! - велел Золотых. - Разберемся потом, что это за
вор...
- Как это ему ногу прострелили? - удивился Коршунович. - Из игломета?
- Из огнестрелки, - проворчал Золотых. - Спецназ пользуется
огнестрелкой...
- Степа, - позвал Золотых. - Вы где? Начинать пора, Варга в номере, и
Ханмуратов там же.
- Начинаем, Семеныч! Третья группа, как вы?
- На исходной, - доложил европеец.
- В двести сорок четвертом - только двое, - сказал радист, повелитель
москитов.
- Ждать некогда. Мы начинаем, Семеныч?
- Давайте.
- Первая, вторая, третья! Пошли!
Герасим пробует ручку двери двести четырнадцатого номера. Дверь
открывается; видна пустая квадратная прихожая и три дверных проема. Одна из
дверей закрыта.
Безопасники стремительно врываются в номер; Герасим - налево, Михеич -
прямо, Богдан По - направо, Нестеренко и Шелухин - вместе налево, Чеботарев
- прямо; следом россыпью спешат иркутские во главе с Шереметом.
Налево - кабинет, там двое. Один сидит за столом у окна (Варга), второй
(Ханмуратов) в кресле напротив. Едва в комнату врывается Герасим, Ханмуратов
вскакивает и молниеносно вытаскивает оружие, какое - не рассмотреть,
изображение скачет. Но от балконной двери на него кошкой прыгает спецназовец
и вместе с Ханмуратовым валится на пол. Герасим с иглометом в руках
вскакивает на стол, наставляет его на Варгу и орет: "На пол! На пол, руки за
голову!", после чего пинает Варгу в плечо. Тот падает с кресла, вытягивается
на полу и послушно закладывает за голову обе руки. На каждого наседают
минимум по трое, у Ханмуратова оружие уже отобрано.
На соседнем мониторе видно, как Михеич вышибает из рук стюарта поднос с
кофейником; лицо у стюарта удивленное.
Третий монитор показывает сущую свалку: это спецназовцы берут
боевиков-ашгабатцев. Там слышна стрельба, и один из спецназовцев уже
неподвижно лежит на полу. Золотых не успевает следить за всем одновременно.
Когда он снова переводит взгляд на первый монитор, раздается голос
Чеботарева:
- Первая, вторая - закончили, все упакованы, жертв нет.
Немедленно отзываются и спецназовцы:
- Третья - закончили, оба взяты, у нас один парализованный.
Все. Операция завершена, и похоже успешно.
Как приятно с облегчением вздохнуть...
Золотых устало провел ладонью по лицу. Вот ведь, напасть: просидел всю
операцию перед экраном, а каждая мышца болит, будто он сам сигал по столам и
вязал ашгабатцев. Нервы. Все нервы проклятые...
- Быстро! - похвалил Коршунович. - Просто блеск. Поздравляю, Семеныч!
Золотых поднялся и вышел наружу. Перед штабным экипажем телеграфными
истуканами торчали дюжие ребята-спецназовцы из оцепления.
- Пошли, Палыч, - сказал Золотых. - Потолкуем с этим Варгой...
- А разве не лучше в управе? - усомнился Коршунович.
- В управе - само собой. Но и тут пару слов сказать обязательно надо.
Неужели это ТЕБЕ нужно объяснять?
Коршунович послушно вышел, и офицер-спецназовец тоже увязался следом.
Пока они пересекали площадь, двоих боевиков уже вывели и грузили в
экипажи без окон.
На второй этаж Золотых поднялся пешком, по лестнице. Коршунович не
отставал, а офицер задержался около своих гвардейцев в холле.
Вскоре достигли полуоткрытой двери с номером 214, приживленным к
гладкому покрытию. В номере было людно; Варга и Ханмуратов снова сидели в
креслах, но теперь - рядышком, перед столом, и на каждого были нацеплены
наручники. Чеботарев нервно курил, спецназовцы кучковались на балконе;
Герасим с Михеичем копались в ящиках стола, а Нестеренко пристально изучал
чьи-то документы. Чеботарев, пуская дым в сторону, тоже периодически
заглядывал в документы.
- Так-так, - сказал Золотых с порога. Оба пленника одновременно
взглянули на него. - Здравствуйте, господа.
- Вы - старший, - миролюбиво спросил Варга. - Так ведь?
- Ну, допустим, так, - не стал запираться Золотых.
- Не соблаговолите ли объяснить, что происходит? - достаточно
хладнокровно попросил Варга.
- Происходит задержание предполагаемых иностранных преступников,
чинящих незаконную деятельность на территории Сибири. Обвинение и
доказательства будут вам предъявлены в управлении безопасности. А пока
несколько вопросов, господа. Не возражаете?
- Во-первых, - заявил Варга, - я требую, чтобы с нас сняли наручники.
Во-вторых, прикажите своим людям немедленно прекратить рыться у меня в
столе, там много документов конфиденциального характера и если вы не хотите
международного скандала, вы внемлете моим требованиям.
- Внемлем, безусловно, - заверил Золотых и велел Герасиму,
вопросительно уставившемуся на шефа: - Продолжай, продолжай.
Наручники с арестованных тоже никто снимать не спешил.
- Похоже, вы не собираетесь вести себя благоразумно, - разочарованно
констатировал Варга. - А вы казались мне умным человеком.
- Знаешь, что, дорогой, - Золотых навис над Варгой и выпятил челюсть. -
Хватило бы только Шарадниковых и Мрмича, чтобы упечь вас всех куда следует.
А есть еще тот ловкач, который убрал Шарадниковых и поставил на уши всю
службу безопасности. Неужели ты думаешь, что тебе это спустят? Ты тоже
казался мне умным человеком.
Варга высокомерно откинул голову назад.
- Если это обвинения, то такие обвинения доказывают...
- Обвинения ты получишь позже, - прервал его Золотых. - И
доказательства тоже. А сейчас заткнись и не мельтеши. Понял?
Коршунович с удивлением покосился на коллегу - тот явно играл роль
тупого функционера. На что Золотых надеялся? На то, что Варга перед таким
ослом сразу блеснет каким-нибудь козырем? Сомнительно.
В кабинет как раз внесли большущий чемодан, вероятно для многочисленных
документов Варги и для компьютера, что покоился на краешке стола.
("Как этот комп Герасим не растоптал, когда по столу прыгал, будто птиц
по насесту?" - подумал Коршунович.)
Последующие события разворачивались столь стремительно и
непредсказуемо, что практически у всех безопасников и спецназовцев остались
от них только отрывочные воспоминания.
Сначала в нескольких местах кабинета будто бы сгустился воздух; по
комнатам и коридорам прогулялся легкий ветерок.
И началось.
Герасим у письменного стола получил такой удар в нос, что потерял
сознание, еще не успев осесть на пол. Золотых ощутил короткий укол в спину,
и секундой позже по позвоночнику у него разлилась ледяная волна, а мир
медленно померк. Он тоже упал на пол. Коршунович успел увидеть рядом с собой
неясную прозрачную зыбь, дернулся в сторону, но получил по затылку чем-то
твердым и успокоился на удачно подвернувшемся диване. Нестеренко, Богдана По
и Шелухина смело, словно смерчем, в прихожую, где каждый из них получил
парализующий заряд и из игры временно выбыл. Спецназовцев на балконе
швырнуло через перила и они беспомощно повисли на своих нитях, не в силах
пошевелиться. По всей гостинице нечто неощутимое и почти невидимое атаковало
любого вооруженного человека. Результат всегда получался один и тот же:
человек оказывался либо без сознания, либо терял способность двигаться, а
нечто спешило дальше, к следующей жертве.
Этот кошмар продлился минуты три.
В кабинете осталось всего два человека, которые сохранили способность
видеть, двигаться и соображать - Саймон Варга и Сулим Ханмуратов, но
двигаться им мешали наручники. Они даже не могли подняться - оба были
пристегнуты к ребристым позвоночникам кресел.
А потом посреди кабинета материализовались трое - два коренастых
овчароподобных мужчины и подтянутая девушка, похожая не то на исхудавшую
нюфку, не то на сеттера в теле. Или даже на ретривера. На черного ретривера.
- Саймон Варга? - спросил один из мужчин.
Варга кашлянул.
- А... с кем имею честь? - осторожно осведомился он.
Мужчина осклабился:
- Мы именно те, с кем вы так хотели встретиться.
¶x x x§
"Волки!" - понял Варга. Сразу понял, по этому ни с чем не сравнимому
оскалу, по льдистому взгляду и скрытой за внешним спокойствием силе.
Его опасный план все-таки сработал. Варга уже решил, что план
провалился и сибирские безопасники по злополучному биноклю Гнома раньше
волков вышли на "Чирс". Но волки все-таки подоспели - в самый последний
момент.
Он оглядел кабинет - повсюду валялись неподвижные безопасники и
спецназовцы, в самых разных позах; валялось оброненное оружие и
прямоугольные листики распечаток, вывалившиеся из ящиков стола. Вопреки
недавнему заявлению Варги, ничего особенно ценного в них не содержалось.
- Вы пойдете с нами, - сказал волк-вожак и сделал знак девчонке. В ее
руке тотчас появился темно-коричневый пистолет странной формы. Что-то сухо
вжикнуло, и Варга с Сулимом оказались свободными: наручники сами свалились
на пол.
- Вы желаете что-нибудь взять с собой?
- С собой? - растерялся Варга. - А... Родион!
Еще один волк выпихнул из соседней комнаты растерянного стюарта.
- Да, хозяин?
- Собери что-нибудь, - велел Варга без особой уверенности. - Ну, что
может понадобиться... Мы уезжаем.
Девчонка-ретривер с нехорошей улыбочкой взглянула на Родиона.
- Повезло тебе... - сказала она стюарту со странным выражением на лице.
Варга перевел взгляд на нее.
- А почему, позвольте полюбопытствовать, повезло?
Девчонка улыбнулась шире, но улыбка ее оставалась какой-то хищной и
кривоватой.
- Мы хотели, чтобы вы сразу поняли, кто мы такие. Поэтому я собиралась
его убить - в качестве иллюстрации. Но подвернулись эти вот ребятки, - она
указала на безопасников, валяющихся на полу.
Родион быстро пошвырял в кейс какие-то вещи из стенного шкафа и ванной.
Варга быстро упаковал компьютер в дорожный контейнер, а содержимое ящиков
спровадил в лапшерезку у стола.
- Вам, уважаемый, придется идти как есть, - обратился волк к Сулиму.
- Ничего, - ответил тот без тени огорчения. - У меня все равно вещей
почти нет.
- Двинули! - скомандовал волк-вожак, и вдруг вся его фигура пошла
зыбкими полупрозрачными камуфляжными разводами. И разводы эти быстро
набирали прозрачность, пока волк окончательно не растворился в воздухе.
Варга помотал головой - только непонятная рябь отмечала место, где только
что стоял вожак.
Варгу предупредительно взяли за рукав, и достаточно бесцеремонно
повлекли прочь из номера. К лестнице. Но только повели их не вниз, как
ожидал Варга, а наверх. На верхний этаж. Или даже нет - на крышу гостиницы.
Позади кто-то кубарем скатился с лестницы, со сдавленным проклятием,
переходящим в тоскливый вопль.
На крыше воздух так и плясал, и невозможно было понять - то ли просто
от жары возникало это марево, то ли по крыше разгуливали волки в своих
камуфляжных костюмах.
А в самом центре крыши еле-еле угадывалось что-то большое, размером с
большой экипаж, или даже с махолет. Но
...Поділитися у соцмережах
