Жанр: Электронное издание
sterpor2
... не в силах даже пошевелиться от того, что я
увидел! Откровенно говоря, в первое мгновение я решил, что произошло то, чего я
так опасался, - я окончательно лишился рассудка.
"Я спятил! - сказал я себе, а потом добавил: - А может, и не спятил, а просто
сплю. А может быть, и то и другое одновременно".
Сон безумца воплощал дикую фантазию узника, долгие месяцы ведущего полуголодное
существование. Я укусил себя за палец, но наваждение не исчезло.
"Значит... значит, все, что я вижу, действительно существует?!"
В это сложно было поверить, поэтому я укусил себя снова. И снова. Больно! Тут я
издал радостный вопль и тут же захлопнул рот, опасаясь, что меня кто-нибудь
может услышать. Скелетное охранение, например, будь оно неладно. Или идущая по
моему следу Инесса-демонесса, чтоб у нее груди отсохли...
В обширной пещере, куда я попал, было полным-полно еды. Нет, пожалуй, полнымполно
- это не то слово! Пещера была завалена всевозможной снедью до самого
потолка. Съестного здесь было столько, что, если бы сотня лучших едоков мира
решила вдруг перекусить в этой пещере, еды им хватило бы на целый месяц, а то и
дольше. В ноздри мне ударили ароматы разнообразных яств, и голова у меня
закружилась. Мне даже пришлось схватиться за стену, чтобы не упасть.
Ради полноты картины должен заметить, что в значительной степени к вкусным
запахам примешивалась устойчивая вонь испортившихся продуктов. Наверное, они,
невостребованные, довольно долго пролежали в этой пещере.
Среди разнообразных ароматов и устойчивого зловония я вдруг уловил знакомый
запашок. И тут до меня дошло, где я, собственно, нахожусь. Да это же дом родной
горбатого карлика Куксоила! Должно быть, какие-то неведомые силы по привычке
продолжали доставлять сюда жратву, чтобы он растаскивал ее на своей тачке по
Нижним Пределам, но Куксоила на этом круге не было - он застрял на охранительном.
О том, что он отсутствует, упоминал Данте Алигьери, да и Гондор
Поголовеушибленный сильно негодовал по поводу исчезновения карлика.
Осознав, что по моей вине в Нижних Пределах нарушился давно заведенный порядок
вещей, я расхохотался. Потом кинулся в пещеру и принялся, определяя по запаху
еще не испортившиеся продукты, жадно их пожирать. Так я не ел никогда в жизни.
"Быть может, - думал я, - я ем в последний раз, так наемся же так, чтобы мне
никогда больше уже не хотелось!" Я запихивал в рот вяленое мясо, трюфели,
печеночный паштет, грибную запеканку, колбасы, квашеную капусту, кусал луковицы
и огурцы, проглотил почти свежий пудинг, запил все съеденное кислым вином. Потом
прошелся по многочисленным салатам, так приправленных перцем, что мне
показалось, будто я могу дышать огнем. Соленая рыба и копченые куры пошли на
ура. Запеченного с яблоками поросенка я уже не мог съесть, но по крайней мере
всего понадкусывал...
Однако не подумайте, что в пещере была только подходящая для людей еда - здесь
было полно всякой всячины, вызывающей у любого нормального человека острое
несварение желудка. Шевелящиеся в банках жирные черви, насаженные на вертела
панцирные жучки, салат из многоножек, кусочки вонючего мяса, смешанные со
слизью, крысиные хвостики и совсем уж странные вещи с резким запахом, смотреть
на которые без содрогания было невозможно. Думаю, не только обжорство, но и вид
этих неаппетитных кушаний заставил меня в конце концов рухнуть на песок с
чувством глубокого отвращения к дальнейшему поглощению пищи...
Я сидел в самом центре пещеры, вокруг возвышались горы всевозможных продуктов, а
меня отчаянно тошнило, я не мог пошевелиться и даже дышал с большим трудом,
опасаясь, что мое тощее, раздувшееся до неприличия брюхо может ненароком
лопнуть. Я вдохнул и застонал - мне показалось, что есть всего две альтернативы
дальнейшего развития событий - или меня сейчас вырвет, или я попросту умру. Я
остался жить. Но рвало меня так долго и обстоятельно, что я уже подумал, а не
выскочил ли наружу мой многострадальный желудок. Очистившись от полупереваренной
пищи, я снова принялся запихивать в себя разнообразную снедь, сдабривая безумную
трапезу кислым вином...
Потом я сидел и стонал, испытывая смешанные чувства: упоение сытостью и
опасение, что такое обжорство не пойдет на пользу моему здоровью и в ближайшее
время я скончаюсь в страшных муках. Прервал мое двойственное состояние шорох
чьих-то шагов. Меня как раз начала мучить сильная изжога, и я, прикрыв рот
ладошкой, улегся на_ спину, решив, что, кто бы это ни был, я ни за что не скажу
ему ни единого слова.
- Эй, Куксоил, ты где, безмозглая скотина?! - крикнул неизвестный и несколько
раз подпрыгнул, надеясь разглядеть, кто это там стонет и рыгает за кучей
продовольственных товаров. - Это я - Нестор Сволотта.
"Какое славное имя, - подумал я, - хорошо ему, наверное, с таким именем
живется. А что? Было бы неплохо, если бы у всех были говорящие имена. Сказал,
например, тебе какой-нибудь господин - меня зовут Сволотта, и уже все понятно.
Интересно только, чего мне ждать от этой сволоты? Пожалуй, лучше все же
отозваться".
- Я... здесь, - самым писклявым голоском, на какой только был способен,
выдавил я.
- Где здесь? - рявкнул Сволотта. - Я тебя не вижу! Ты собираешься развозить еду
или как? Или что там случилось у тебя?
Голос вдруг показался мне смутно знакомым. Я прополз несколько шагов и выглянул
из-за ящиков, наполненных чем-то совершенно несъедобным и источающим жуткое
зловоние. Ну так и есть! Оказалось, что к Куксоилу осведомиться о еде притащился
добродушный демон-курилка из пещеры демонесс. Физиономию его от уха до уха
пересекал красный рубец.
"Неплохо Инесса его хлыстом приложила!" - подумал я и хмыкнул.
- Ну ты чего молчишь? - заорал толстый Нестор и шумно сглотнул. - Ты где там
есть?! Ась?
- Я не могу выйти, я заболел - я весь покрылся язвами, - сымпровизировал я, -
они жутко болят, гной течет по моим ляжкам, а в животе все бурлит и растекается
колючими комками...
"Растекается колючими комками?! Что за нелепый оборот речи? Альфонс Брекхун был
бы мной очень недоволен!"
Однако именно "колючие комки" напугали Нестора до икоты.
- Ик, что?! - вскричал он. - Колючими, ик, комками?! Да ты совсем заболел,
Куксоил, как я погляжу...
- Помираю, - пискляво подтвердил я.
- Ты хочешь, ик, сказать, что вся еда... теперь заражена? - пробормотал он,
явно озадаченный подобным положением вещей.
- Да! Да! Заражена! - Я закашлялся и добавил для усиления эффекта: - Вокруг
меня все пожелтело и покрылось желтой коростой.
Это откровение заставило демона переполошиться настолько, что он вскрикнул.
- Но... но как же мы, ик, будем это есть? - озадачился Нестор Сволотта.
Тут я вспомнил, что Куксоил никогда не разговаривал связно и замычал:
- Не-э-э понял... Сейчас... я дам тебе одну желтую колбаску... се-э-йчас... Ты
попробуешь... и сам скажешь.
- Не надо! - вскричал демон. Мое предложение настолько вывело его из
равновесия, что он попросту убежал. Уже из коридора я услышал затихающий голос
Нестора: - Я буду вынужден доложить об этом нашему господи-и-ину...
- Да докладывай, кому хочешь! - сказал я, выбираясь из-за кучи колбасок (между
прочим, вполне нормального цвета), и подумал, что, когда Куксоил вернется, его
будет ожидать множество сюрпризов...
А что, пожалуй, я оказал ему услугу. По крайней мере теперь карлика никто не
пожурит за то, что он плохо выполняет свои обязанности. Какой с больного спрос?!
В худшем случае его посадят на карантин. А когда убедятся, что он совершенно
здоров, вернут на прежнее место. И будет тупой карлик продолжать развозить еду,
иногда вспоминая, как он побывал в охранительном круге и познакомился с великим
королем Стерпора. Да уж, эта встреча запомнится ему навсегда!
Крайне довольный тем, что совершил доброе дело и избавил бедолагу Куксоила от
многих неприятностей, я обвязался колбасками, сунул за пазуху творожную массу с
изюмом, несколько копченых окорочков и отправился дальше, на круг духов, к
долине вулканов...
Не успел я сделать и десяти шагов, как меня кто-то окликнул из смежного
коридора:
- Эй ты, гнус!
Я остановился и повернулся на голос. Моя решительность к этому времени настолько
окрепла, что я готов был вступить в бой с любым противником. Коридор, откуда
доносился голос, оказался очень темным, и мне не удалось разглядеть того, кто со
мной заговорил.
- Кто здесь? - спросил я.
- Никто, гнус! - ответил голос.
Уверенные, нахальные интонации вывели меня из себя. Я аккуратно опустил
творожную массу, окорочка и колбаски на песок, достал гвоздь и выставил его
перед собой.
- А ну покажись! - сказал я.
- Сам покажись, гнус! - заявил голос.
- Я перед тобой! - выкрикнул я.
- И я перед тобой, гнус!
- Но я тебя не вижу! - возмутился я.
- А это потому, что ты - гнус! - Незнакомец хохотнул.
В его смехе было столько издевательского торжества, что я задохнулся от ярости и
метнулся вперед. Кто бы он ни был, он должен ответить за это оскорбление! И тут
я вдруг заметил, что мрак в коридоре имеет совсем нестабильную структуру. Он
шевелился. Я замер как вкопанный. То, что я видел, уже вовсе не казалось мне
мраком, скорее это было похоже на черный дым. Его клубы заполняли все
пространство: черные хлопья лежали на песке, странная субстанция курилась у
высокого свода. Мне стало очень не по себе. Я представил, что произошло бы, если
бы я влетел прямо в это странное скопление "дыма", и что произойдет, если "мрак"
из коридора решит вдруг надвинуться на меня. Почувствовав мое настроение,
странное существо торжествующе заявило:
- Что, испугался, гнус?!
Я обмотался колбасками, сунул за пазуху окорочка и творожную массу, спрятал
бесполезное оружие (какие раны гвоздем можно нанести созданию, у которого вообще
нет тела?) и побежал прочь.
- Спасаешься бегством, гнус?! - неслось мне в спину.
И я действительно спасался бегством, но трусом себя вовсе не чувствовал - от
этой твари бежал бы любой смельчак, если только в голове у него имеется хотя бы
парочка способных шевелиться извилин. Я так спешил поскорее убраться от
чудовищной опасности, что потерял окорочка. Они выпали на одном из поворотов.
Творожная масса все время норовила отправиться следом за окорочками, и мне
пришлось взять ее в руку. Я упорно не желал с ней расставаться. Не то чтобы я
сердцем к ней прикипел (нет-нет, вы можете оставить всякие грязные намеки), на
самом деле мною двигало убеждение, что вскоре я непременно проголодаюсь и что
молочные продукты моему истерзанному неволей желудку просто необходимы. О чем он
время от времени возвещал оживленным бурчанием.
"Сам ты гнус! - думал я, увязая в песке. - Надо же, гнус - придумал тоже.
Обзывать короля Стерпора гнусом. Совсем они тут оборзели! Ну просто дальше уже
некуда! Ну ничего, я им еще покажу! Лишь бы встретить кого-нибудь, у кого есть
тело".
Встреча с диковинным созданием, состоящим из одного только мрака, меня порядком
расстроила. Если остальные существа в Нижних Пределах были вполне осязаемы, а
значит - уязвимы, то как справиться со скоплением клубов дыма, которое к тому же
умеет обзываться всякими обидными словами? У него не было рта, глаз, ушей и даже
сердца. Духи людей и разноплеменной нечисти по крайней мере обладали формой, их
тела имели очертания, пусть порой и весьма размытые. А если это существо
вздумало бы причинить мне какой-нибудь вред, а не просто ругаться, то, боюсь, я
ничего не смог бы предпринять, чтобы защитить себя...
Побродив еще некоторое время, я наконец отыскал полутемную и пустую пещеру, поел
колбасок, забился в угол и заснул...
Проснулся я оттого, что кто-то ворочался у меня под боком. Я скосил глаза и
увидел, что это маленький серый зверек, напоминающий крысу, только морда у него
была плоской и уродливой, а вот хвост совсем как у крысы - лысый, правда,
снабженный целым ворохом тонких иго-лочек. Странное существо тихонько сопело.
Должно быть, я понравился зверьку, и он пригрелся возле моего тощего тела.
Стараясь не прерывать его сладкий сон, я осторожно поднялся на ноги. Выяснилось,
что творожная масса порядком покусана. Следы маленьких зубиков не вызывали
сомнений - перед сном зверек неплохо поужинал. И все же я решил взять творожную
массу с собой. Кто-то скажет, что я никак не мог найти в себе силы расстаться с
ней, на деле же все обстояло совсем иначе. Повторяю, я не питал какой-то
особенной предрасположенности к этой творожной массе с изюмом, а думал
исключительно о своем желудке, которому просто необходимы были молочные
продукты.
Я обернулся напоследок. Зверек дрых как ни в чем не бывало, даже не заметив
моего ухода.
С содроганием я подумал, что было бы, если бы меня отыскала не безобидная серая
"крыска", любительница творога с изюмом, а какая-нибудь плотоядная тварь,
обожающая поглодать человеческие косточки. Тогда я мог бы проснуться оттого, что
хищное чудовище доедает мои ноги.
Нет-нет, больше я не буду поддаваться слабости и давать себе спать... Я должен
идти, идти без сна и отдыха, пока не доберусь до долины вулканов. Вот покончу с
Заклинателем, тогда и отдохну...
Стоило мне пройти немного вперед, как где-то совсем неподалеку послышались вопли
- настолько дикие, что казалось, кого-то режут тупым ножом. Я дождался, пока
страшные звуки пытки затихнут, и побрел дальше. Если бы я не находился уже очень
далеко от пещеры, где демоны собирались вколотить вору-неудачнику гвозди в
голову, я бы подумал, что они осуществили задуманное и это был его последний
крик...
"Скелетное охранение, скелетное охранение, скелетное охранение... - вертелось в
голове. - И в самом деле, что это за скелетное охранение такое? Может быть, так
называется какой-нибудь отряд демонов? Может, так их прозвали за то, что они
тощие и хилые?"
Мысль о том, что Заклинатель мог послать за мной отряд тощих и хилых демонов,
показалась мне волнующе притягательной, но, к сожалению, подобное предположение,
вероятнее всего, не имело ничего общего с действительностью...
Коридор сузился до того, что мне пришлось согнуться в три погибели, потолок
опускался все ниже и ниже, пока совсем не прижал меня к полу. Некоторое время я
полз вперед на четвереньках, но, когда понял, что дальше смогу передвигаться
только по-пластунски, повернул обратно. Жаль было потерянного времени...
Коридор, пара пустых пещер, еще один коридор и еще один, направо, направо,
направо. Я свернул за угол и вдруг наткнулся... на скелет. Меня прошиб холодный
пот. Скелетное охранение! Выглядел скелет совсем не так, как те человеческие
останки, что мне доводилось видеть раньше на поверхности. Череп у него был
скорее желтым, а не белым, грудь шире, чем у обычных людей, а ребра выгнуты
дугой. Всю его коренастую фигуру окутывало серое облако, наверное, оно было чемто
вроде его жизненной энергии. Скелет стоял напротив ведущего вниз хода и
вглядывался в темноту, как будто он мог что-нибудь видеть пустыми глазницами.
Тут же я убедился, что еще как может. Скелет повернулся и уставился на меня.
Глаз у него не было, поэтому направление взгляда проследить было довольно
сложно, но то, что смотрел он именно на меня, а не куда-нибудь еще, не вызывало
сомнений. В пальцах адская тварь сжимала длинную белую кость, в прошлом явно
часть чьей-то ноги.
- Я... тут прогуливаюсь... по... по делам, - сказал я, потому что не знал, что
еще можно сказать в столь странной ситуации, - а что... что, ты кого-то ищешь,
да?
Челюсть скелета вдруг упала, и откуда-то из недр пустой грудной клетки раздался
столь ужасающий вопль, что я невольно подался назад. Я заткнул бы уши, будь у
меня две руки, но рука у меня было только одна, поэтому я размахнулся и изо всех
сил приложил скелета творожной массой в лоб. Он замер, опешив от такой наглости.
Не давая ему опомниться, я ударил ему под нижнюю челюсть. Пасть с громким
щелчком захлопнулась, серое свечение порхнуло куда-то вверх, и он прямо у меня
на глазах рассыпался, превратившись в бесполезную груду желтых костей.
"Я убил его", - подумал я. Осознание того, что расправиться со скелетом
оказалось проще простого, внушило мне уверенность в собственных силах и чувство
глубокого превосходства над всякими там скелетами и прочими зловещими созданиями
Нижних Пределов.
Потрясая изрядно ушибленной рукой (даже творожная масса не смогла смягчить удар)
и выкрикивая воинственные призывы, я запрыгал на месте. Меня охватило столь
неуемное торжество (даже утрата творожной массы не могли меня утихомирить), что
осознание всей нелепости этой эйфории пришло ко мне только после того, как я
услышал отчетливый стук множества костей. Это, намереваясь немедленно со мной
расправиться, бежали по подземному коридору приятели (а может, и близкие
родственники) убитого. Я попятился, собираясь броситься наутек, как вдруг из
"груды бесполезных костей" (как я уже успел про себя окрестить почившего)
метнулась пятерня и ухватила меня за ногу. Я вскрикнул и дернулся, но рука
держала меня крепко. Серый дух, покружившись под потолком, снова проник в
поверженного противника. Кости его стали сползаться, уверенно занимая
полагающееся им место. За считаные мгновения скелет приобрел вполне оформившиеся
очертания, пальцы его левой руки зашарили вокруг, нащупывая служившую ему
оружием длинную кость.
Я понял, что если ничего не предприму, то вскоре мне не поздоровится, и рванул с
места так, что оторвал скелету руку.
А из-за поворота уже появились первые костяные воины. Впереди неслись на четырех
ногах скелеты-псы - зубы их отливали желтизной.
- Проклятие! - выругался я (мои надежды на встречу с тощими, хилыми демонами
рушились на глазах) и помчался прочь, позвоночником ощущая, что псы вот-вот
кинутся мне на спину и острые клыки вонзятся в мою плоть...
Посреди коридора стоял полупрозрачный фиолетовый столб с руками - точно такой
же, какой мы встретили с Инессой-демонессой, а может, даже тот самый. Он не
успел никак отреагировать на мое появление - я возник перед ним слишком
внезапно. И сильно пнул его снизу. Как я и рассчитывал, столб завалился,
перекрывая проход. Мне некогда было прислушиваться к его недовольным воплям- я
уже мчался дальше. Столкновение со столбом на некоторое время задержало
скелетное охранение, и мне удалось оторваться от преследователей...
Я свернул направо и вбежал в пещеру, разделенную на две части огненной рекой.
Передо мной бушевало, рвалось из тесных берегов адское пламя. Проявляя
нездоровую агрессивность, река плевалась сгустками огня, крутила в раскаленных
водах глубокие водовороты, расшвыривала раскаленные добела камни. На другой
берег вел узкий металлический мостик. Я дотронулся до перил и убедился, что они
буквально пышут жаром. Поскольку скелетное охранение было от меня всего в
нескольких шагах, я, не найдя ничего лучшего (не прыгать же в самом деле в
огонь), помчался по мостику. Пришлось очень постараться, чтобы мои пятки как
можно меньше соприкасались с горячей поверхностью. Вскоре я уже был на другой
стороне реки.
Скелеты так разогнались, что парочка их не успела затормозить и плюхнулась в
огонь. Короткие вскрики, и серые оболочки, пометавшись по пещере, поднялись
вверх и просочились сквозь каменный свод.
Один из псов запрыгнул на мостик, за ним последовал скелет с перебитыми шейными
позвонками - голова его безвольно моталась на тонкой шее. Нужно было срочно чтото
предпринять, если я хотел остаться в живых. И я предпринял: схватился рукой
за перила и принялся яростно раскачивать мостик. При этом я орал в голос и
совсем не чувствовал боли. Скелет полетел в огненную реку и исчез, сгорев в
адском пламени. Пес, как ни странно, оказался благоразумнее своего
человекоподобного собрата. Увидев, что удержаться на мостике невозможно, он
отпрыгнул назад и замер на берегу.
Я почувствовал, что ладонь нестерпимо жжет, и отдернул ее. Слава всем богам,
обуглиться моя ладошка не успела, но теперь непременно покроется волдырями и
будет ныть целую неделю.
Скелеты застыли без движения, они выглядели подвешенными на невидимых веревочках
марионетками. Пес дернулся и снова ступил на мостик. Вот упрямая тварь! Я
потянулся к перилам, и он отпрянул. Надо же, скелеты скелетами, но соображают -
умирать им тоже не хочется. Имеются и у них зачатки здравого смысла. Понимают,
твари, что добраться до меня им будет очень непросто! Однако их неподвижность
мне не понравилась. Я засмеялся, чтобы придать себе решительности и заодно
разозлить их. Скелеты не трогались с места, и меня вдруг охватило чувство
превосходства и силы. Несмотря на то что сейчас я - калека, уж с какими-то
безмозглыми кучами костей я еще могу справиться...
Прошло довольно много времени. Не знаю, миновал ли час, два или три, но только
скелеты сохраняли прежние позы, и я понял, что спешить им некуда. Чувство голода
и усталости, судя по всему, было им незнакомо, я же потихоньку начал утомляться,
к тому же у меня предательски заныло в спине. Я понял, что удобное для обороны
местечко придется оставить, иначе скелеты на другой стороне реки дождутся
момента, когда я свалюсь без сил, и схватят меня. Я прикинул, что бы такое мог
еще сотворить, чтобы осложнить жизнь скелетного охранения. Мостик выглядел
слишком крепким, чтобы я смог его обрушить, а река слишком жгучей, чтобы я смог
по ней уплыть. За моей спиной находился очередной коридор, поэтому я стал
медленно отступать - скелеты даже не шевельнулись. Тогда я развернулся и
побежал. Тут же меня почти оглушил рев множества глоток - охранение ринулось за
мной в погоню.
Я мчался что есть силы, почти не разбирая дороги. На меня напали плотоядные
растения. Они начали атаковать слишком поздно - только тогда, когда я уже
миновал место их обитания. Позади я услышал шорохи и вопли. Это растения
схватились со скелетами...
Затем я выбрался в коридор, где по стенам ползали какие-то существа, похожие на
пиявок. На спинах они носили кругляшки твердого панциря и были, кажется, разумны
- по крайней мере, между собой они переговаривались почти связно. Мне в голову
пришла неплохая идея, я без труда оторвал от стены одну из множества безобидных
малюток и запустил в скелета - он как раз выскочил из-за поворота. Твердый
панцирь угодил врагу точно в середину лба, и он, утратив жизненную энергию
(серым облаком она порхнула вверх), рассыпался на части. Некоторое время я
весьма точно швырял пиявок (спасибо упражнениям с метательными топорами - левой
и правой рукой я владел одинаково хорошо), но до бесконечности так продолжаться
не могло. Запустив последних малюток (одна из них застряла в пасти костяного
пса), я развернулся и помчался прочь, сопровождаемый яростным хором тоненьких
голо-сов. Пиявкам очень не понравилось, что я превратил их гармоничное
существование в настоящий хаос.
Зыбучий песок я вновь миновал, прыгая по головам живущих в нем существ.
Обернулся напоследок и увидел, что парочка преследующих меня скелетов
стремительно погружается вниз, стаскиваемая свихнувшимися от ярости темными
тварями.
Я побежал дальше и вскоре понял, что, пробежав по кругу, странным образом
проделал обратный путь (неужели подземные коридоры действительно извиваются
подобно червям) и теперь нахожусь возле пещеры, где оставил голодного (мясо съел
я) и бессознательного (это я довел его) Гондора Поголовеушибленного. Я запомнил,
что пещера была проходной. На длительные раздумья времени не осталось, и я
просто ворвался внутрь.
Сейчас здесь находился Гондор и парочка демонов. Завороженные девушки куда-то
исчезли. Должно быть, Поголовеушибленный их отослал. Я сразу узнал демонов.
Жестокие палачи, которые не так давно собирались вколотить гвозди в голову воранеудачника,
- Аруга и Норнор. Судя по их спокойному виду, они уже выполнили
свое предназначение и могли отдыхать с чистой совестью. Славная троица играла в
кости. Увидев меня, Гондор в ужасе вскричал:
- Опять ты!
- Точно! - согласился я, озираясь.
- Эй, да это же, кажется, тот тип, которого все ловят, - протянул Аруга, - за
него, я так думаю, немало отвалят. - Он поднялся, раскинул руки и медленно пошел
на меня. - Ну-ка, поди сюда! Поди сюда, я тебе говорю!
- Точно! Отвалят! - Норнор прыгнул ко мне прямо с места, но я проворно
увернулся от его растопыренной пятерни.
В дальнем углу пещеры темнел выход в смежный кори-дор. Я больше не мог медлить -
громкий стук костей го-ворил сам за себя, и я ринулся вперед. Но Аруга,
порыкивая, шагнул в сторону, закрывая мне путь к отступлению. Кого он пытался
остановить?! Я понесся на него, склонив голову, и изо всех сил боднул демона в
живот. Аруга охнул и приземлился на толстую задницу. Испытывая чувство глубокого
удовлетворения, я пнул здоровяка в морду.
- Не уйдешь! - взревел Норнор.
Он собирался было кинуться за мной, но не успел... В пещеру ворвалось скелетное
охранение, сшибло демона с ног и промчалось по нему, словно снежная лавина по
горным жителям. Демон только слабо вскрикивал, когда очередная костистая
конечность соприкасалась с его ушибленным телом.
Я побежал к Гондору. Поголовеушибленный пытался меня остановить, но как-то очень
странно. Он замахал на меня руками, словно ветряная мельница, и завизжал. Один
точный удар в подбородок заставил его прекратить неясные телодвижения. Гондор
обмяк и стал заваливаться в сторону. Я поймал его за шиворот, швырнул
депрессивную тушу в преследователей и ринулся вон из пещеры. Перед самым выходом
я обернулся. К моему удивлению, скелеты замерли над телом Гондора, щупая его
тонкими пальцами, псы тыкались в Поголовеушибленного костяными носами.
"Они что же, его за меня приняли? - удивился я неожиданной удаче. - В любом
случае это ненадолго. Скоро тупые охранители распознают, что Гондор вовсе не я,
и возобновят погоню".
Я побежал дальше. Размышлял я теперь не о судьбах Белирии или своем
предназначении, а только об одном - спасении жизни. Некоторое время за мной
гнались какие-то мелкие черные существа, крича о награде, которую им посулили,
если они меня поймают. Я прикрикнул на них, и черные человечки разбежались.
Потом я сбил с ног также пытавшееся меня задержать существо с ластами вместо ног
и плоской головой
...Поділитися у соцмережах
