Жанр: Электронное издание
Step-t13
...омпанию - одной, знаете ли, как-то не по
себе в пустом доме. Одинока слабая женщина одна на даче, в нынешние-то времена... А я
только рада была приглашению. К сожалению, у меня дача нет.
- Вот и я. - Нина шла по дорожке, точно флагом, помахивая мохеровой кофтой. -
Давненько, давненько мы пи ночам купаться не ходили. А вы купаетесь, Юлия Павловна?
- Нет. Не люблю воду. А Саша по утрам как рыба полощется. Она ведь в шесть встает. У
нее все по часам: пробежка, купание, душ - словом, строжайший распорядок. Молодец она, не
то что я, лентяйка. - Юлия Павловна оглянулась: - Антоша, детка, не отставай.
- Это ваш...- Нина колебалась.
- Антоша - сын моих дальних-дальних родственников; Живет сейчас у меня, -
любезно подсказала Юлия Павловна,
- Очень серьезный мальчик.
- Да уж. Иногда мне кажется - похож на маленького марсианина - смотрит на тебя и
изучает. Но его надо понять. У мальчика очень печальная судьба. Он почти в одночасье потерял
и мать, и отца.
- Да что вы! - Нина тревожно оглянулась на плетущегося позади них ребенка. -
Автомобильная катастрофа?
- Гораздо хуже... - Юлия Павловна тоже оглянулась, а затем, понизив голос, с видом
отпетой сплетницы придвинулась к девушкам ближе: - Мать его - ну, у нас самое отдаленное
родство, была женщиной... Худого о покойниках не говорят, но... Словом, это был очень
ранний и опрометчивый брак. Они поженились чуть ли не в девятнадцать. Парень
только-только училище окончил военное, был офицером. Ну, и сами понимаете - дальний
гарнизон - они жили под Ростовом. Замкнутый мирок. Женщины молодые целый день себе
предоставлены, пока их мужья на службе, ну и... Короче, выплыла на свет супружеская измена.
Муж узнал. И не стерпел. Очень опасно, когда у мужчин горячего нрава оружие под рукой...
Он убил из своего... Как это называется - пистолет, который военным на службе выдают?
- Табельное оружие, - подсказала Катя, слушавшая очень внимательно.
- Вот-вот, из этой штуки он и застрелил и жену, и любовника. А это был его сослуживец.
Ситуация как в самой пошлой мелодраме, затем трибунал. Отца лишили родительских прав,
осудили. Мальчик попал сначала в детский приемник, потом и в детский дом. Местечко там
есть такое с трогательным, почти библейским названием - Эммаус. Но что-то там у него не
заладилось. Антоша - домашний ребенок. А сами понимаете, какие в детских учреждениях
условия. Вот он и начал оттуда бегать. В последний раз аж до Москвы успел добраться, с
поезда его милиция сняла. Ну... через органы опеки и детприемник стали родных искать,
разыскали меня...
- И вы его взяли на воспитание? - с уважением спросила Нина.
- Нет, пока только вопрос решается. Мы с ним должны познакомиться поближе. Ведь
формально требуется его добровольное согласие на то, чтобы остаться со мной. Он уже
большой мальчик и сам должен все решить. И потом, я чувствую, он по-прежнему мысленно
все еще там, дома. Никак не может забыть родителей. Мать он прямо обожал. И отца тоже.
- Отец получил большой срок? - Катя прикинула в уме: двойное убийство, маленьких
сроков за такие дела не дают.
- Кажется, пятнадцать лет. Дурак, какой же дурак... Молодой, безмозглый дурень. Разве
стоит все это того, чтобы так калечить себе жизнь?
- Но вы хотите Антошу усыновить? - не унималась Нина.
- Я одинока. А годы, знаете ли, уж не те, чтобы жить одной. А тут - живая душа. Но
мальчик должен решить сама хочет ли остаться со мной. Это непременное условие, - тут
Юлия Павловна чуть повысила голос.
Мальчик услышал ее. Он, казалось, чуть-чуть оживился, вприпрыжку припустил по
бетонке - в просветах меж деревьев уже блестела под луной речка Сойка.
Берег был пустынен и тих. Над водой поднималась легкая дымка теплого тумана. Катя,
еще под впечатлением рассказе о судьбе ребенка, следила глазами за мерцающей лунной
дорожкой на черной речной глади. На том берегу послышался какой-то шум, плеск.
- Как же хочется купаться! - Нина скинула босоножки и вошла в воду по щиколотку. -
Кать, вода как парное молокой Юлия Павловна, вас не очень шокирует мой вид в купальнике?
- Ниночка, деточка, для вас сейчас не должно, быть такой постановки вопроса, что ваш
вид кого-то шокирует. Разве можно поддаваться таким глупым комплексам? А все потому, что
вы ждете первенца. Когда будете ждать второго ребенка, поверьте, станете относиться к
беременности гораздо проще.
- Не знаю, случится ли это когда-нибудь, Юлия Павловна. - Нина уронила кофту на
траву, потом стянула через голову футболку. Очередь была уже за шортами.
Тут с реки снова послышался шум и плеск.
- Кто-то уже купается. Ну, прямо чистый морж. - Юлия Павловна зорко вгляделась в
темноту. - Да это же...
Из воды на берег выходил какой-то мужчина. Катя тоже пригляделась: в свете луны
хорошо был виден мускулистый торс, сильные плечи...
- Шурочка, ну и как вода? - крикнула Юлия Павловна.
- Отличная! - Это был тот самый племянник и тезка Александры Модестовны
Александр Кузнецов.
- Нина, и ты тут? Вот здорово. - Он, казалось, был приятно удивлен. - Не бойся, не
замерзнешь, комнатной температуры водичка. Да ты что, раздумала?
При виде лица мужского пола Нина быстро натянула майку, напялила кофту и запахнула
ее у себя на груди.
- Не будешь купаться? - спросила Катя.
- Теперь не буду.
- Ну, здравствуйте вам. - Кузнецов нагнулся за полотенцем, брошенным в траву. -
Из-за меня, что ли? Так я сейчас уйду - только скажи.
- Нет, что ты, Шура, оставайся. - Нина смущенно улыбнулась. - Прохладно все же. Я
боюсь застудиться, А я думала, ты уехал.
- Старика своего в Москву сбагрил. Правда, ненадолго. - Кузнецов глянул на Юлию
Павловну. - С Костькой мне тут придется повозиться. Не бросать же его одного в таком
состоянии. И тетя Саша просила помочь. А он в милиции целый скандал закатил.
- И к нам тоже милиция приезжала, - сообщила Нина.
- Ну! Теперь всех замучают. - Кузнецов поглядывал на нее сверху вниз и не торопился
одеваться. Капли воды стекали по его телу. "Плебейский родственничек", как вынуждена была
признать Катя, оказался весьма ладным парнем. - Я тебя, Нин, в прошлый раз забыл спросить
- ты надолго тут обосновалась?
- До конца августа, Мы с Катей тут.
- Хорошее дало. Ты... господи, а ведь ты меня сначала не узнала! Что, неужели
настолько изменился?
- Да! - Нина улыбнулась.
- Смирный стал? Постарел - да?
- Нет, Шура. Хоть я и правда поначалу тебя не узнала, сдается мне, что ты все прежний у
нас.
- А ты стала похожа на испанку.
Катя в сторонке наблюдала за этим разговором. На нее Кузнецов не обращал ни
малейшего внимания. Только вежливо-небрежно кивнул, здороваясь. И тут же повернулся к
Нине. А та под его настойчивым взглядом чувствовала себя несколько скованно.
- Вы куда, домой уже? - спросил Кузнецов.
- Да, сейчас пойдем... поздно уже. - Нине, видимо, не терпелось отделаться от
собеседника.
- Луной, выходит, любоваться отказываетесь наотрез? - засмеялась Юлия Павловна.
- Я тревожно как-то всегда себя чувствую в полнолуние. Сплю скверно... - Нина
повернулась к Кате, словно ища у нее поддержки. Кузнецов чуть отступил. Странно, но в этот
миг он напомнил Кате Колосова манерой своего поведения. Она подумала: в таких ситуациях
все они одинаковы, потому что... Кузнецов нагнулся, собрал с травы комок одежды, но
по-прежнему надевать на себя ее не спешил.
- Вы когда родились, Ниночка, в мае? - спросила вдруг Юлия Павловна.
- Да, восемнадцатого числа.
- Вашим днем как раз и управляет эта планета. Ваша эмблема по картам Таро
восемнадцатая карта Старшего Аркана - Госпожа Луна. Женская сила, эмоциональность,
отзывчивость, восприимчивость к подсознательному - это все ее светлая сторона.
- Надо же, вот не знала, как любопытно! - Нина сама отошла от Кузнецова на два шага,
поближе к Кате. - А темная сторона этой карты какая же?
- Мечтательная Луна порождает обиды и разочарования. Крах придуманных иллюзий
ранит слишком больно... Луна, она такая, Ниночка, она вообще очень подвержена сердечным
ранам.
- Неужели? - В Нинином вежливом вопросе прозвучала насмешка.
- Но тревоги скоротечны, это всегда утешает. Луна очень капризна и переменчива. Девиз
восемнадцатой карты прост.
- И какой же это девиз? - полюбопытствовал Кузнецов. Однако Катя почувствовала,
что под слишком уж явно прозвучавшей в его голосе добродушной насмешкой он пытается
скрыть раздражение. И это было странно. Ведь до этого речь парня звучала лениво,
дружелюбно и весьма фамильярно. Общение с Ниной явно доставляло ему удовольствие.
- И ЭТО ТОЖЕ ПРОЙДЕТ. Быть может...
Нина, услышав сей туманный девиз, лишь пожала плечами. Но на лицо ее легла тень.
Фраза, произнесенная Юлией Павловной, звучала так, словно та имела в виду, что пройдут все
тревоги Нины, связанные с беременностью и ожиданием ребенка. Однако в словах, и это Катя
тоже почувствовала, был и какой-то иной смысл: все дело было даже и не в них, а в
интонации... И Нина приняла сказанное близко к сердцу. Сразу же как-то потухла, поскучнела.
Катя видела: приятельница ее весьма остро реагирует на любые двусмысленности, в которых ей
мерещатся намеки на сложные отношения с мужем. Хотя намекала ли Юлия Павловна? Откуда
бы ей знать?
- Вы и меня как-то уверяли, что и я - человек Луны. - Кузнецов галантно пропустил
женщин вперед, а сам шел позади, по самой кромке речной воды.
- Вы родились в апреле. Вашим днем управляют Лука и Уран. Очень, кстати,
взрывоопасная планета, Шурочка. Но мне она нравится именно этой своей
непредсказуемостью. Антоша, детка, не отставай от нас! - Юлия Павловна поискала глазами
ребенка, про которого как-то все забыли. - Двадцать второе апреля ваш день рождения,
соответственно, и карта Таро под этим номером. Это Шут, Шурочка.
- Не понял юмора. Дурачок, что ли, в натуре, в колпаке с бубенчиком?
- Нет, карта подразумевает под этим образом героя, то есть, точнее сказать, весьма
сложную натуру, балансирующую порой над самой пропастью. Иногда Шут олицетворяет
собой и полный отказ от материальной стороны жизни, от ее ценностей. Его всегда тянет к
переменам, к поискам лучшей доли. Ему все кажется, что лучше там - где нас нет.
- Это уже ближе. Нин, я мог бы понравиться тебе в роли героя?
Катя усмехнулась украдкой: ах какие мы напористые. Тут мы прямо быка за рога берем.
Ясно, отчего и одежду побоку: мускулатуру демонстрируем, хвастаемся... Она видела:
Кузнецов преследует ее приятельницу чуть ли не по пятам. Когда Нина поскользнулась на
влажной глине, он тут же заботливо поддержал ее "пол локоток". "Дачный волокита", - с
раздражением думала Катя. От Кузнецова весьма явно попахивало спиртным. Он где-то уже,
прежде чем пойти освежиться на реку, явно хлопнул рюмашку водки, да наверняка и не одну.
Но тут Катя пристыдила себя: если мужчина оказывает столь явное предпочтение твоей
приятельнице, дорогуша, а не тебе - это еще не повод, чтобы записывать его в дураки,
бабники и пьяницы.
- Отрицательные качества, которыми грешит Шут, - это прежде всего легкомыслие,
граничащее с глупейшим риском. - Юлия Павловна, казалось, оседлала любимого конька. -
А девиз этой карты для меня темен. Судите сами: "Чтобы видеть в ночи - глаза не нужны".
- А что тут непонятного? - Кузнецов усмехнулся. - Я в темноте как кошка вижу. Как
хищник! Нин, не хвастаюсь, честное слово. Э-э, а малый-то наш где? - Кузнецов оглянулся. -
Анто-он, тебя там волки в лесу не съели?
Мальчишка пулей выскочил из кустов на тропинку. В руке он держал длинный прут и
теперь "косил" им все подряд - траву, крапиву, низкорастушие ветки кустов.
- Следующий раз, как на речку соберешься, плавки бери, - напутствовал его
Кузнецов. - Научу тебя с берега ласточкой нырять. Хочешь?
- Не хочу. - Мальчик покачал головой.
- Какой же ты мужик будешь, если воды боишься?
-А правда, что в воде Бога крестили? - спросил вдруг Антоша.
- Бога? Какого? - Кузнецов хмыкнул.
- Которого потом распяли. В которого гвозди забили? - Мальчик отшвырнул вдруг
прут, быстро схватил Кузнецова за руку: - Вот сюда и сюда.
Катя и Нина переглянулись. "Бедный, бедный ребенок, - ясно читалось на лице Нины, -
ну какой кошмар в семье пережить!"
- Антоша, не болтай глупостей. Это к ним батюшка в детском доме приходил, с законом
Божьим знакомил. А у него все в голове перепуталось. У них какой-то монастырь местный
спонсором детдома выступал, так мне рассказывали, - сообщила Юлия Павловна. - Что так
на луну смотришь? Красивая сегодня, правда?
- Нет. - Мальчишка развернулся и рысью ринулся по дорожке впереди них.
- Никак с ним не договоришься. Что ж, на Руси не все караси - есть и ерши. - Юлия
Павловна вздохнула. - Терпение нужно. Адское терпение. Он, между прочим, тоже человек
Луны. Человечек еще... Маленький, но все у него впереди.
- И какая же у него карта Старшего Аркана? - спросила Катя.
- Он рожден тринадцатого мая. - Тут Катя отчего-то подумала: "Значит, на роду
написано маяться всю жизнь". - Значит, тринадцатая по счету.
- И что же она собой представляет?
- Смерть. Только не подумайте, что это что-то фатальное. - Юлия Павловна
усмехнулась. - Черный рыцарь на коне - всего лишь странник. В Таро карта под номером
тринадцать символизирует путешествие, то есть полный разрыв с прошлым. Переход к...
Согласитесь, что такое прошлое, как у этого ребенка, лучше не носить с собой всю жизнь.
- Но когда отец Антоши выйдет на свободу, он сможет...
- К тому времени Антон будет... Да вот, пожалуй, Шурочкиным ровесником. Взрослым
мужчиной. Сильным, способным самостоятельно определять свою судьбу.
- Как вы интересно говорите, Юлия Павловна. - Нина сочла нужным вмешаться в
разговор: - Предсказываете, да? И эти карты Таро, так необычно это все.
- В книжице про них прочла. - Юлия Павловна лукаво улыбнулась: - Дешевенький
гороскоп, что в метро на лотках продают. Взяла в дорогу, чтобы время в электричке скоротать.
Вы, Катюша, конечно, в такие предсказания с лотка не верите? - Она отвечала вроде бы на
Нинины слова, но оказалось, что обращается к Кате.
- Конечно. Со скуки чего не прочтешь, правда? Но все-таки по этим картам Таро кто я?
Я родилась...
- Вы не человек Луны, - быстро перебила ее Юлия Павловна. - Вы ведь летом
родились, правда?
Катя кивнула.
- В июле, в третьей декаде. Верно? Ваша планета - Юпитер. Очень сильная планета. Но
знаете ли... - Юлия Павловна улыбнулась. - Луна мне как-то больше нравится. Именно
своей слабостью. В ней всегда есть какая-то волшебная призрачность, недосказанность, тайная
загадка. Взгляните. - Она запрокинула голову, словно приглашая их взглянуть в черное небо.
"Идиотская болтовня, - подумала Катя. - Ишь ты, мадам Ленорман. У вас в доме
человека отравили, как крысу, а вы карты Таро тасуете все да на. луну любуетесь!" Однако
ночь была и вправду чудесная: в лунном свете лес, как говаривали в старину, "так и манил под
свою сень". Лунные блики играли на узких лесных прогалинах, так что отчетливо видимыми
становились и отдельные кусты, и молодые деревца. Луна была яркая, огромная. Она словно
гасила собой звезды. Катя, как ни старалась, так и не смогла различить ни одной на небе,
казавшемся пустым и черным, как траурный полог.
Кто-то сзади тронул Катю за руку. Прикосновение было легким, осторожным: провели
пальцами по коже, словно лаская... Это был мальчик, вынырнувший тенью из придорожных
кустов.
- Что такое, Антоша?
Он что-то прятал за спиной в левой руке. Потом с глухим смешком, не говоря ни слова,
резким жестом сунул это "что-то" Кате чуть ли не под нос. Она ойкнула от неожиданности: на
ладони сидела маленькая лягушка, казавшаяся черно-лаковой в лунном свете.
- Лягушенция, - подошедший Кузнецов наклонился над находкой. - Девушек пугать?
Смотри мне. Где, на берегу поймал? Ловкий ты парень, Антон. Что, теперь в банку посадишь?
Мальчик молча вручил "лягушенцию" ему.
- Нин, посмотри-ка. Ах ты, зараза, чуть не выпрыгнула! Вот существо-то
земноводное. - Кузнецов с совершенно детским любопытством разглядывал лягушку. - Я
думал, они скользкие, холодные, а эта поди ж ты... Только, брат, девать мне ее некуда. Может,
выпустишь сам на волю, а, Антон? Пусть себе в тине квакает.
Антоша все так же молча забрал подарок назад. В этот самый миг Катя и увидела на его
левой ладони что-то... Показалось - полоска какая-то наискось от указательного пальца к
большому. Но разглядеть ладонь четче, чем она там у мальчишки испачкана, Катя не смогла.
Антоша размахнулся и с силой швырнул лягушку в кусты.
- Следующий раз, друг ситный, раз уж отпускаешь эту мелюзгу на волю, делай это
осторожней, - сказал ему Кузнецов. - Что ж ты так ее? Она же живая, боль, как и ты,
чувствует. Это тебе не галька речная, швыряться.
- Все равно теперь сдохнет. - Мальчик скользнул с дороги в кусты. - А я ее сейчас
снова отыщу!
- В этом возрасте они все, мальчишки, такие, - вздохнула Юлия Павловна. - Мучают
животных, на замечания и ухом не ведут. Но Антоша - особый случай. Он очень, очень
застенчив. И он не доверяет взрослым. Согласитесь, его можно понять.
У калитки они распрощались с Юлией Павловной и мальчиком - те направились к своей
даче. Катя пошла в дом. А Нина еще на четверть часа была вынуждена задержаться с
Кузнецовым у забора. Гуляние под луной, видимо, настроило того на весьма предприимчивый
лад. Когда Нина вернулась, Катя поняла по ее виду, что подруга взволнована.
- И чего он от тебя хотел? - тут же полюбопытствовала Катя.
- Так... Да он просто пьян, Катюш. Мужики все в таком состоянии чудные... Делать
Сашке нечего. Все твердил, что я на испанку похожа. Стихи прочел даже, что-то вроде:
"Лунная вершина, ветер по долинам - к ней тянусь я взглядом медленным и длинным".
- Лорка? Никогда бы не сказала, что этот может читать наизусть Лорку. По виду он
типичный мелкий деляга.
- А он такой и есть. "Крутимся помаленьку" - любимейшее Сашкино словечко.
Знаешь... - Нина запнулась. - Вот он мне там сейчас чепуху разную молол, а я смотрела на
него и думала... Думала про то, что этот твой Колосов нам сказал. Ведь получается, что Леру
вполне могли отравить именно тогда, когда мы все сидела за столом и... И это мог сделать
любой из них, из нас... Я смотрела на Сашку и... Кать, но ведь это же ужасно! Я только сейчас
поняла, как это ужасно.
- Подозревать людей в совершении убийства не только "ужасно", Ниночка.
- Да, я понимаю, но... Тебе не кажется, что мы не годимся для той роли, которую уже
поспешил отвести нам твой начальник по раскрытию убийств? Для роли соглядатаев здешних
не подходим?
- Эта мысль посетила тебя после того, как дражайший сосед прочел тебе стихи Лорки?
- Целоваться он ко мне едва-едва не полез, - засмеялась Нина. - Перегаром от него.
Они с Костькой Леру вдвоем в тесном кружке помянули - сказал.
- Я так и поняла.
- Костька, по его словам, убит и раздавлен. Вот послал бог соседей, а? И эта Юлия еще
со своей болтовней. Какое-то гадание... Вроде сначала говорила на полном серьезе, а потом
сама же над этой своей ерундой и посмеялась. - Нина зажгла свет в комнате и начала
разбирать кровать. - Однако так ловко она угадала месяц твоего рождения! Впрочем, это
случайно, наверное, вышло. Ну, о чем ты задумалась?
Катя с трудом оторвалась от темного окна: луна над Май-горой, августовская ночь.
- Странный ребенок этот Антоша, - сказала она. - Никак он у меня из головы не идет.
Я подумала о том, что в доме, где, возможно, отравили Сорокину, живет очень странный
ребенок, о котором я бы хотела узнать гораздо больше, чем мне рассказывают. Поведение детей
- зеркало поведения взрослых.
- И что же ты сегодня разглядела в этом зеркале?
- Пока даже и не поняла. Что-то...
- Меня тоже поразила его фраза про распятие. Каким тоном он произнес это свое "гвозди
забили". Вообще-то весьма причудливая метафора для двенадцатилетнего ребенка.
- И не только это. - Катя вздохнула. - Ладно. И правда уже поздно. Спокойной ночи.
- У меня же бессонница. Проклятое полнолуние! И снотворное пить нельзя... Ты спи,
Катя. Я посижу немного на террасе. Почитаю.
Катя поняла, что приятельница ее хочет побыть одна.
Глава 11
"БЕЗУТЕШНЫЙ БРАТ"
- Я не понимаю, почему меня снова вызвали, почему я опять должен давать показания.
Вот же ваш сотрудник сидит - мы с ним не далее как позавчера говорили, воду в ступе толкли!
Я уже все сказал. Моя сестра умерла. Завтра ее похороны. Я тысячу раз справку просил из
морга - так мне не дают! Каких-то особых распоряжений от вас ждут. Каких? Что моя сестра
даже последнего своего пристанища должна быть лишена из-за вашей чертовой бюрократии?!
Он начал говорить все это, а точнее, запальчиво выкрикивать, едва переступив порог
кабинета. Голос его то и дело срывался. Они терпеливо слушали его: следователь прокуратуры
Юрий Караулов и Никита Колосов.
То, что Сорокина надо вызывать и допрашивать повторно, было решено накануне
вечером. Из Май-Горы, расставшись с Катей, Колосов действительно поехал к Караулову.
Узнав, что Никита намерен остаться в районе, тот сам предложил переночевать у него. Этим же
вечером они окончательно перешли на "ты" - "так было значительно проще общаться
представителям таких ведомств, как уголовный розыск и прокуратура, в неофициальной
обстановке.
Караулов жил в пятиэтажке послевоенной постройки в центре Старо-Павловска. Квартира
была трехкомнатной, но узенькой, как пенал. Жил он в ней с матерью и полуглухой, но весьма
еще бойкой бабкой, для которой, несмотря на свой классный чин "младшего советника
юстиции", оставался сущим ребенком.
Когда Никита приехал к Карауловым, вся семья собралась у телевизора и смотрела
ночной выпуск "Итогов". Причем бабка ядовито цеплялась к каждому слову ведущего
(телевизор по причине ее глухоты был включен на полную громкость) - вела с ним
непримиримый диалог. Колосова Карауловы встретили радушно. Женщины тут же засуетились
на крохотной кухоньке. И хотя Никита был сыт, карауловская бабка оказалась непреклонна:
пришлось ему ужинать вторично. И чувствовал он себя после тарелки "Богатырских"
пельменей, кефира и ватрушки с творогом словно слонопотам.
Колосову постелили на тахте в маленькой комнате. Судя по обстановке, это была комната
самого Юрки: письменный стол, за которым тот еще совсем недавно списывал задачки и зубрил
конспекты лекций, плакаты с "Депеш Мод" и Виктором Цоем, старые склеенные из
конструктора модели танков и самолетов на книжной полке.
Бабка принесла Колосову чистое полотенце и тут же, примостившись на стуле, затеяла
бесконечную дискуссию о политике.
- Баба Валя у нас революционер-максималист, - ухмыльнулся всунувшийся в дверь
Караулов - он тащил для себя раскладушку из чулана. - С тех пор какткнсию ей по три
месяца не платят, она у нас ярый большевик-ленинец. А пять лет тому назад за Жириновского
голосовала.
С Колосовым они проговорили до поздней ночи, обсуждая, что теперь предпринять по
делу Сорокиной.
И наутро за братом убитой в поселок Май-Гора была направлена дежурная машина
Старо-Павловского ОВД. Наряд милиции должен был вручить Сорокину повестку с вызовом в
городскую прокуратуру и доставить его туда незамедлительно. Инициатором нагнетания такого
официоза был сам Караулов - не терпелось ему допросить "братца"! А Колосов не возражал.
Ведь порой сами стены прокуратуры действуют на подозреваемого (а именно в такой роли
выступал сейчас перед ними Сорокин) как электрошок.
- Я требую, слышите? Я требую, чтобы мне объяснили, по какому праву милиция
вламывается ко мне на дачу и тащит меня насильно на какой-то допрос! Я хочу знать, что в
конце-то концов происходит!
- Вы так кричите, Константин Андреевич, что у меня даже стекла в кабинете дрожат. Вы
не даете мне объяснить вам основания вызова. Точнее, я бы очень хотел, чтобы мы с вами
вместе попытались найти приемлемое объяснение всему случившемуся. Что до срочного
приглашения в прокуратуру, то мы просто вынуждены торопиться. Закон есть закон, дело
уголовное возбуждено, срок его, так сказать, пошел, так что... Я знал, что завтра, в день
похорон сестры, вам будет не до нас. А откладывать нашу встречу нельзя - почему, вы сами
сейчас поймете. Нам срочно требуется ваш совет и ваша помощь. - Караулов изрек все это
серьезно, важно, проникновенным тоном, словно давая понять скандалисту Сорокину,
насколько он заинтересован не в базарном выяснении отношений с собеседником, а в самом
конструктивном сотрудничестве.
Колосов еще прежде заметил, что деловой и сухой тон действует на Сорокина
отрезвляюще. Но вообще-то манера поведения брата потерпевшей его настораживала. Сорокин
- умный, хорошо образованный, не бедный парень (хоть сейчас и не у дел временно в связи с
крахом банка, ну да такие, как он, надолго без теплого местечка не остаются) Подобные
мальчики из "хороших московских семей" знают себе цену и стараются держаться
соответственно. А этот истеричен, вспыльчив и суетлив, точно старая примадонна. Либо у
парня совершенно расшатаны нервы, так что он просто не в состоянии держать себя в руках ,
либо он чего-то боится, либо же...
- Какую же такую помощь я могу вам оказать? Я готов, поверьте, - Л ера моя
единственная сестра, единственный родной мне человек, но... Да я вот вашему сотруднику все
уже рассказывал. - Сорокин опустился на стул у стола Караулова, резко сбавил тон и уже во
второй раз за эту беседу небрежным кивком головы указал на сидящего за соседним столом
(напарник Караулова по кабинету отсутствовал) Колосова. - Итак, вам нужен мой совет.
Какой - ума не приложу, но пока речь не об этом. Но тогда почему ваши коллеги от меня
что-то скрывают? Я же чувствую! И вообще, почему веем этим начала заниматься прокуратура?
Вопросы его были совершенно законны. Караулов достал из папки документы -
заключение эксперта, и протянул его Сорокину.
- Ознакомьтесь, пожалуйста.
Тот с жадностью прочел.
- Я ничего не понял, простите, - сказал он глухо, дочитав до конца.
- Причина смерти вашей сестры - отравление. И мы сейчас по закону обязаны
прояснить все обстоятельства происшедшего.
- Обстоятельства того, - задушевно откликнулся Никита Колосов
...Закладка в соц.сетях
