Жанр: Электронное издание
evlampia
... подевался должник? Может, он решил совсем
смыться?
- Наверное, мне следовало взять колечко, - вздыхал мой собеседник.
- Ты уверен, что оно было с настоящим бриллиантом?
Алексей хмыкнул:
- Без обмана. Брюлик чистый.
- И откуда это известно?
Корсаков потянулся за сигаретами:
- У моей матери подружка есть. Рина Зелинская, она побрякушки больше жизни
любит. Вот я Веньку к ней и отправил.
- Дальше что?
- А ничего, - пожал плечами Алексей. - Рина мне позвонила и форменный
допрос устроила: откуда у студента кольцо?
Говорила, что это реликвия, из коллекции.., э.., вот не вспомню, то ли
Будвайзеров, то ли Гольдфингеров, фамилия такая
заковыристая. Я еще спросил: оно настоящее?
- Самое всамделишное, - успокоила его Рина.
- И вы его купите?
- Да всех моих денег и на десятую часть его не хватит, - сердито ответила
Зелинская.
Я попыталась разложить по полочкам полученные сведения, но ничего не
получилось.
- Ну-ка, дай телефон этой Рины!
- Пишите, - кивнул Алексей. - А че Венька сделал? Отчего им ментура
интересуется? Спер у кого-то кольцо? Небось у
Семена Кузьмича.
- Это кто такой? - прикинулась я идиоткой.
Алеша ухмыльнулся:
- Самый старый преподаватель нашего института, Баратянский. Классный дед
такой был!
Он на Венькиной девушке женился, Ирке. Мы все прям обалдели, когда узнали,
думали, Венька ее убьет...
- Убил?
Алексей серьезно ответил:
- Нет. Как ходили вместе, так и ходят. Венька всем объясняет, что они ждут
смерти Семена Кузьмича, тогда у них с Иркой
все будет: деньги, машина, дача, квартира. Говорил, у профессора куча всего
имеется: коллекция картин, антиквариат, брюлики.
Одним словом, покроются они с Иркой толстым слоем шоколада.
Наверное, кольцо она ему дала.
Я поморщилась:
- Эта история не с самой хорошей стороны характеризует Веню.
Алексей равнодушно ответил:
- Каждый устраивается как умеет.
Глава 7
Когда я вернулась домой, часы показывали около полуночи. В прихожей меня
встретила злая Юлечка и гневно заявила:
- Я помыться не смогла!
- Не сердись, - улыбнулась я, - сейчас Сережа вынет Асю и Васю, ты примешь
ванну, и он сунет крокодилов назад.
- Хотелось бы верить, что все произойдет именно так, - окрысилась Юлечка.
Решив не спорить с ней, я прошла на кухню и обнаружила там Сережку, с
упоением поедавшего сосиски.
- Ты где их взял? - с подозрением спросила я.
- На подоконнике лежали, - пояснил он.
- Все слопал?
- Нет, половина осталась.
Произнеся последнюю фразу, парень принялся сосредоточенно обмазывать
сосиску толстым слоем горчицы.
Я на секунду призадумалась. Может, сказать ему, что он схарчил корм для
крокодилов?
И вообще, что сосики просроченные! С другой стороны, они совсем не пахнут,
выглядят вполне пристойно. Эх, похоже,
меня обманули, подкинули вместо тухлятины свежий товар.
Подумав так, я развеселилась: ну и ну, скажу кому - не поверят!
Расстроиться из-за того, что сосиски оказались пригодными
для употребления в пищу!
- Ты чего ржешь? - с подозрением осведомился Сережка.
- Сделай одолжение, - быстро попросила я, - вынь крокодилов из ванны.
- Почему я? - поперхнулся он.
- А кто?
- Ты.
Пришлось честно признаться:
- Я очень боюсь их!
- Тогда пусть плавают, нечего аллигаторов беспокоить.
- Им надо воду поменять на бутилированную, без хлорки!
- Обойдутся.
- Так они умереть могут!
- Ну и фиг с ними!
Я вздохнула и изменила тактику поведения:
- Твоя жена хочет принять душ. Ася и Вася ей мешают.
- Пошли, - обреченно сказал Сережка, - если нужно выбирать между злыми
крокодилами и разъяренной Юлькой, я
предпочитаю иметь дело с аллигаторами.
Ася и Вася мирно лежали на дне.
- Похоже, они сдохли, - пробормотал "камикадзе".
- Нет, - предположила я, - небось от голода ослабели, ну-ка, погоди.
Быстренько сбегав на кухню, я принесла пакет с оставшимися сосисками и
осторожно опустила одну в воду. Через секунду
крокодильчики рванулись к добыче. Клацнули челюсти.
Ася оказалась более проворной, Васе пришлось лишь облизнуться. Мне стало
жаль неудачника.
- На, котик, - сказала я и кинула в воду следующую порцию.
Клац, клац.
- Ой, мама, - прошептал Сережка, - как же мне их вынуть?
- За хвост, - посоветовала я, - хватай за самый кончик Асю.
- Почему ее? - напрягся Сережа.
- Она поела хорошо, небось сейчас в хорошем настроении.
Сережка перекрестился, сунул руку в воду, потом резко выдернул. Ася на
секунду повисла вниз головой, затем, резко
взметнув туловище, изогнулась и щелкнула пастью в миллиметре от его пальцев.
- Мама! - взвизгнул Сережа и выпустил рептилию из рук.
Ася плюхнулась на пол и резво побежала на коротких изогнутых лапах по
коридору.
- Караул! - завопил Сережка.
В ванную мгновенно заглянула Катя.
- Ты меня звал?
- Нет, - отдувался сын.
- Но ведь ты кричал: "Мама!"
- Это так, с испугу, - начал было Сережка, но тут из спальни Лизы понесся
дикий крик и лай.
Вспомнив, что любимым лакомством крокодилов во все времена считались тучные
собачки, я стремглав кинулась на звук.
Лиза стояла на письменном столе с выпученными глазами, к ее ногам
прижималась трепещущая Ада. Увидев меня, девочка
пропищала:
- Крокодил под кровать залез. Я его как увидела, одним прыжком сюда
сиганула, и Адюшу словно на реактивной тяге
подбросило.
Я решила успокоить домашних.
- Ася маленькая, совсем крошка.
- Ага, - плаксиво протянул Сережка, - милая крошка с железными зубами! Да
она мне чуть полруки не отхватила!
- Немедленно уберите ее из моей комнаты! - завизжала Лиза. - Прямо сейчас!
А-а, хватайте Мулю! Ее сожрут.
Я выпихнула в коридор не вовремя вбежавшую в комнату вторую мопсиху и
велела:
- Сережка, бери швабру и гони Асю вон, а ты, Катя, неси сюда одеяло,
желательно ватное.
- Хитрая какая, - обиделся Сергей, - сама и выгоняй, я боюсь.
- Ты мужчина, - попыталась воззвать к нему стоящая на столе Лизавета.
- И что? - парировал Сережка. - Я не могу быть трусом? Извините, но я не
привык жить с крокодилами.
С этими словами он сунул мне в руку щетку.
Понимая, что делать нечего, я опустилась на колени и засюсюкала:
- Асенька, иди сюда, моя кошечка, не надо бояться, мы тебе ничего плохого
не сделаем.
Под кроватью царили полнейшая темнота и тишина. Когда наша мопсиха Ада,
которая терпеть не может купаться,
забивается в преддверии очередной водной процедуры под софу, ее всегда можно
обнаружить по гневному сопению и
раздраженному ворчанию. Ася же не издавала ни звука.
Я повернулась к Сереже:
- Похоже, там никого нет.
- Не правда, - затопала ногами Лиза, - она просто притаилась.
- Полезай под кровать, - велел Кирюша.
- Не хочу, - сопротивлялась я.
- Что она тебе сделает? - принялся издеваться Сережа. - Маленькая,
хорошенькая, беззащитная такая...
- Все равно не желаю.
- А кто их привез! - напомнила Юлечка. - Кто приволок мерзких рептилий и
уверял всех, что никаких проблем не будет, кто
обещал...
Из прихожей раздался звонок.
- Я открою! - заорал Кирюшка и понесся к двери.
- Ну, - продолжила Юлечка, - Лампудель, начинай!
Пожалев, что не обучена молиться, я наклонилась, сунула под кровать длинную
щетку и тут же услышала хорошо знакомый
картавый голосок:
- Господи, куда ни зайду, везде люди собачатся, ну не поверите, с
последнего этажа спускаюсь, и у всех в квартирах одна
картина. Широковы лаются, Куховкины матерятся, Сенчуковы визжат, только у вас
тихо. Ну до чего приятно! Лиза, а почему
ты на столе стоишь?
Ой, Адюлечка! Вы пускаете собак на постель?
Я быстро засунула швабру под кровать и выпрямилась. В нашем доме только
один человек способен произносить пятьсот
слов в минуту, задавая вам одновременно с десяток вопросов.
Это Нина Ивановна Серегина, председатель правления нашего кооператива.
Дом, в который мы переехали из блочной пятиэтажки, был построен на паях
сотрудниками какого-то НИИ. Поэтому тут есть
правление, заседающее раз в неделю и развешивающее в подъезде свои указания.
Впрочем, претензий к пенсионерам,
решившим тратить бездну свободного времени на благо остальных жильцов, у меня
нет. Они делают много хорошего и
полезного, ну, например, собрали деньги на благоустройство двора, потолкались по
приемным и выбили средства на установку
железной двери в подъезд, провели всем домофон.
Еще у нас в самом дальнем углу, за гаражами, имеется специальная площадка
для выгула домашних любимцев. Ее украшает
замечательная табличка: "Место принадлежит собакам, прописанным в этом доме,
остальных просят ходить в сквер у метро".
Руководит бойкими пенсионерами Нина Ивановна, вдова полковника, дама, почти всю
жизнь проведшая в гарнизонах. В свое
время она помоталась с супругом по просторам необъятного СССР и везде, куда бы
ни приезжала, мигом становилась
председательницей женсовета.
Нина Ивановна весит под сто кило и способна массой раздавить того, кто
посмеет ее ослушаться. Она до сих пор живет
будто в советское время и ведет себя соответственно. Если вы задержали плату за
квартиру, можете быть уверены, что ваша
фамилия окажется в списке, вывешенном на первом этаже под грозной "шапкой":
"Позор должникам". Еще правление
выпускает стенгазету "Прожектор", где кое-кто из жильцов, например, Саня
Теменов, подвергается резкой критике за частое
употребление горячительных напитков.
А когда Олег Воинов, бросив жену и троих детей, переметнулся к хорошенькой
Надюшке из пятнадцатой квартиры, Нина
Ивановна устроила целую, как бы сейчас сказали, пиар-кампанию, в результате
которой Олег вернулся к супруге, а Наденька
вынуждена была поменять квартиру. Серегина искренне считает себя хозяйкой дома.
Иногда это злит, но чаще радует, потому
что слесарь, плотник и электрик приходят к нам по вызову сразу и относительно
трезвыми, лифты в подъездах работают,
почтовые ящики никто не поджигает, и свет на лестницах горит круглосуточно.
Лиза осторожно слезла со стола.
- Здрассти, Нина Ивановна.
- Добрый вечер, - пропыхтела толстуха. - Вот у меня тут обращение от
правления. Зачитать вслух или каждый сам
ознакомится?
- Лучше уж вы, - вежливо предложила Катя, - а мы потом подпишем.
- Тогда несу.
- Конечно, конечно, - засуетилась я, - может, чайку? С мармеладом? Только
что купили, потрясающе свежий.
- Спасибо, Евлампия Андреевна, - царственно кивнула Нина Ивановна, - только
куда мне с таким весом сладкое?
- У вас изумительная фигура, - мигом покривил душой Сережа.
- Ох, врунишка, - погрозила ему председательница толстым пальцем,
украшенным чудовищным перстнем с красным
камнем.
Но было видно, что комплимент пришелся ей по душе.
Серегина опустилась в жалобно застонавшее под ней кресло и велела:
- Прошу всех занять места.
Мы плюхнулись кто куда. Нина Ивановна вытащила из папки листок, откашлялась
и завела тоном профессора,
объясняющего первокурсникам сложный материал:
"В целях улучшения комфортности, обеспечения спокойствия и безопасности
проживающих в кооперативе жильцов
правление постановило: а) указать Борисову А. И, на недопустимость его
поведения; б) велеть ему в трехдневный срок
освободить территорию дома и двора от принадлежащего ему животного; в) в
дальнейшем запретить появление
нетрадиционных зверей в нашем кооперативе".
Сережка захихикал:
- Нетрадиционные звери? Это кто?
- Наверное, "голубые", - предположила Лиза.
Нина Ивановна нахмурилась:
- Девочке твоего возраста не следует знать подобные вещи!
- Извините, - быстро сказала Катя, - мы не очень поняли, о чем речь.
- Да, - кивнула я, - объясните попроще.
Что сделал Антон Борисов?
Нина Ивановна сунула листок в папку.
- Вам и в голову не придет! Привез из Африки обезьяну, почти с человека
ростом. Она постоянно хулиганит. Разбила окно
на лестнице, стоит Антону Ивановичу податься на работу, как эта дрянь начинает
шуметь, краны откручивать, в результате
было затоплено целых три этажа. Терпение у людей лопнуло, и мы постановили
изгнать исчадие ада.
- А если Антон не подчинится, - проявила любопытство Юлечка, - тогда что?
- Пусть попробует, - сдвинула брови Нина Ивановна, - есть методы его
поучить! Сначала наглядная агитация: стенгазета,
выпуски "Молнии", публичное порицание. Если не поможет, применим иную тактику. Я
вам так скажу: собаки, кошки,
попугайчики, черепахи, даже крысы - это нормально, держи сколько хочешь.
- А жаба? - влез Кирюшка.
- Пожалуйста, - разрешила Нина Ивановна, - от нее, правда, пользы нет, но и
вреда никакого. С другой стороны, какой прок
от моего кота Епифана? Домашние любимцы есть почти во всех квартирах, и слава
богу. Но обезьяна! Или я, или она в этом
доме!
Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Да уж, не повезло Антону Ивановичу,
если вопрос поставлен таким образом. Ясное
дело, в этом противостоянии у несчастной обезьяны нет никаких шансов.
- Он бы еще крокодила завел! - возмущалась тем временем Нина Ивановна. -
Впрочем, я тогда бы просто вызвала
санэпидстанцию и выселила хулигана. Аллигаторы - переносчики страшных,
неизлечимых инфекций.
Ой, вы купили новую собаку, хорошенькая вроде, только странная. Что это за
порода?
Я проследила за ее взглядом и похолодела.
Из-под кровати медленно выползала Ася. Очевидно, домашние тоже мигом
сообразили, чем грозит нам свидание Аси и
Нины Ивановны, потому что Лиза, забыв про свой страх, мигом треснула рептилию
пяткой по морде. Ася, не ожидавшая
такого обращения, юркнула назад.
- Где собачка? - фальшиво удивилась Катя.
- Вы не узнали Мулечку с Адюшей? - замела хвостом Юлечка. - Очень мы мопсов
раскормили.
- А Рейчел и Рамик в моей комнате спят, - влез Кирюшка.
- Да ваших я хорошо знаю, - отмахнулась Нина Ивановна, - в особенности
Рамика. Несется вечно через двор как
оглашенный, вчера чуть с ног не сбил. Я вот про эту говорю.
Я снова проследила за ее взглядом и чуть не вскрикнула. Мерзопакостная Ася
преспокойно вылезала с другой стороны
кровати и, медленно таща за собой хвост, двигалась в сторону двери. При этом
учтите, что спальня Лизы имеет двадцать
квадратных метров, кровать стоит у окна, выход из комнаты в противоположном
углу, а Ася, только недавно проявлявшая
редкостную прыть, сейчас шествовала со скоростью беременной черепахи.
- Ах, это! - растерянно воскликнула Катя. - Это!..
- Это не наша, - быстро сказала Юля.
- Ага, - кивнула Лиза, - приятели дали, сами отдыхать уехали, а Асю нам
привезли.
- Что за порода такая? - не успокаивалась Нина Ивановна, близоруко щурясь.
- Странная очень. Кого-то она мне
напоминает.
Я сжалась в комок. Перед глазами мигом предстала стенгазета, которую
вывесят у лифта... Позор крокодиловладельцам и
обезьянолюбам!
- Это такса! - заявил в порыве вдохновения Сережка.
- Да? - продолжала сомневаться Серегина. - А почему у нее хвост такой?
- Ну.., дефект породы, близкое родственное скрещивание, - развила тему
Катя, - подобных собак мало, потому и получился
такой странный хвост.
Противная Ася, словно почуяв, что речь идет о ней, застыла посреди комнаты.
- Слышь, Лампудель, - еле слышно прошептал Сережка, - ну-ка, встань и унеси
"собачку", а то нас с жилплощади выпрут.
- Сам утаскивай, - одними губами ответила я.
- Это точно такса, - выпалила Лиза.
- Да? - воскликнула Нина Ивановна. - Не может быть! Я хорошо знаю такс, они
другие.
- Эта такса особая, - начал врать Кирюшка, - она называется.., эх.., э...
- Московская пупырчатая голая той-такса! - выпалила Юлечка. - Всего три
штуки на столицу имеется. Страшно дорогая и
редкая особь. Без шерсти, вроде кошки-сфинкса.
- Скажите пожалуйста, - недоверчиво протянула Нина Ивановна, - чего только
в наше время не увидишь, но почему она
зеленая?
На секунду все растерялись, потом Катюша робко пропищала:
- Видите ли, эта порода имеет нежную кожу, стоит ей дать что-нибудь яркое в
пищу, мигом меняет цвет. Знаете, дети иногда
желтеют от морковного сока!
Серегина кивнула.
- Вот, - воодушевилась Катюша, - а мы угостили Асю вчера.., э.., э...
- Зеленым луком, - пришел на помощь Сережка, - вот результат.
- И она съела? - разинула рот председательница. - Собачка сожрала такую
горечь?
- Ей понравилось, - пожал плечами Сережка.
- И морда странная.., и лапы... Знаете, на кого она похожа? На крокодила! -
сообразила гостья.
В комнате стало очень тихо.
- Давайте попьем чайку! - закричала Юля.
Сережка наклонился ко мне:
- Лампудель, если сейчас не унесешь Асю, нас выселят. Ну-ка, вспомни,
Матросов лег грудью на амбразуру, чтобы спасти
товарищей, а ты боишься аллигатора.
- Очень, ну просто очень напоминает крокодила, - зудела Нина Ивановна,
роясь в сумке. - Ну-ка, где мои очки!
Сережка пнул меня в спину. Ощущая себя храбрым спартанским мальчиком, я
подскочила к Асе и, схватив ее за шершавомягкое
тело, прижала к своей груди. Сейчас она откусит мне руки, голову, а потом
сожрет все остальное.
Чтобы неповадно было проявлять героизм в недобрый час. Впрочем, если
вспомнить историю, все герои плохо заканчивали,
это уже после их смерти имена несчастных присваивали улицам и площадям, но меня
появление переулка под названием
Ламповский не обрадует, мне-то уже будет все равно!
Однако отчего-то Ася совершенно спокойно лежала на моих окостеневших от
ужаса руках.
- Вот видите, - зачастил Сережка, - какой крокодил! Разве бы Лампудель
смогла так нежно обнимать хищника! Это всего
лишь маленькая трогательная московская пупырчатая голая той-такса. Лампа ее
просто обожает, целыми днями целует.
Поняв, что следующей его фразой будет:
"Ну-ка, Лампуша, покажи, как ты обожаешь Асю", я попыталась шагнуть в
сторону коридора, но ноги словно кто-то прибил
к полу.
Тем временем Нина Ивановна вынула большие очки, нацепила их на нос и
велела:
- Евлампия, ну-ка поднесите собачку поближе, я хочу получше рассмотреть ее!
Тут словно какая-то невидимая рука пнула меня пониже спины, и я вымелась из
комнаты на крейсерской скорости.
Последнее, что услышала, был бодрый голос Сережки:
- У щенка очень строгий режим, ему пора ужинать. Давайте же, Нина Ивановна,
заявление. Сейчас все подпишем.
Абсолютно правильная инициатива! Держать дома экзотических животных нельзя!
На следующее утро я приехала к Ирочке и с порога спросила:
- У тебя не пропадало кольцо?
- Какое? - удивилась она.
- В доме много украшений?
Ира кивнула:
- Да, они принадлежали Розалии Львовне, а теперь вот достались мне.
- Ты хорошо знаешь, что лежит в ящиках?
- Естественно, - улыбнулась Ира, - мне нравится разглядывать ювелирные
украшения.
Я принялась описывать перстень, тщательно вспоминая слова Алексея
Корсакова.
- Массивная золотая оправа, в ней огромный бриллиант необычайной формы.
Камень держат "лапки", слегка изогнутые.
- А ну-ка постойте, - сказала Ирочка и ушла.
Я осталась одна в гостиной и, чтобы скрасить ожидание, стала изучать
обстановку. Конечно, дом замечательный, комнаты
просторные, потолки выше трех метров. Есть только один, на мой взгляд,
существенный недостаток.
Напротив находится еще одно здание, и вечером приходится задергивать
плотные шторы, потому что любопытные соседи
могут стать непрошеными свидетелями вашей жизни.
- И кто сказал, что перстень с бриллиантом? - поинтересовалась, вернувшись,
Ира.
Я передала ей рассказ Алексея. Она покачала головой:
- Да нет, Корсаков все напутал! Был такой перстень, но его украшал кристалл
горного хрусталя. Оригинальная авторская
работа, кольцо дорогое, но не безумно.
- Откуда оно у Вени?
Ирочка помялась:
- Я дала.
- Да ну?.. И зачем?
- У Вени украли машину, иномарку, чужую. Хозяин потребовал оплатить ее
стоимость. А откуда Веньке деньги взять? Он
прибежал ко мне, попросил в долг. Только ему требовалось отдать десять тысяч
долларов, у меня такой суммы не нашлось.
Конечно, у Семена Кузьмича деньги были, но я не хотела у него клянчить, неудобно
показалось, - ответила Ира.
Я кивнула. Действительно, не слишком красиво брать накопленное у законного
мужа и отдавать любовнику. Правда, Семен
Кузьмич был супругом Ирочки, так сказать, де юре, но это, согласитесь, не очень
меняет положения вещей.
- Вот я и отдала ему кольцо, - сказала Ирочка, - оно мне велико было, да и
не нравилось совсем. Велела отнести Алеше в
качестве первого взноса!
Я молча смотрела на нее, что-то в этой истории мне не нравилось. Только
что?
- А Корсаков дурак, - усмехнулась она, - решил, что у него в кармане
эксклюзивный бриллиант, и простил Вене весь долг.
- Простил? - изумилась я. - Ты уверена?
Ира кивнула:
- Венька не растерялся и расписку с него взял, ну типа: "Я, Алексей
Корсаков, не имею никаких претензий к Вениамину
Павлову и считаю, что он вернул мне всю сумму за разбитый "Пежо".
Я тяжело вздохнула:
- Ты рассказывала эту историю в милиции?
- Нет, - удивилась Ира, - зачем? Они ни о чем таком не спрашивали.
- Понимаешь, о чем она свидетельствует?
- Ну... Венька раздолбай. Разве можно брать чужую машину, если водишь
хреново!
- Ира, - сказала я, - подумай, Вениамин заявил, что ничего не знал про
смерть Семена Кузьмича, а в Челябинск собрался,
чтобы якобы у папы денег попросить. Он хотел долг Корсакову отдать, а на билет
не хватало, вот и прикатил к маме.
Понимаешь?
- Что тут особенного? - пожала плечами девица.
- Зачем же Вене катить в Челябинск, если ситуация с "Пежо" улажена? Он
соврал, денег у отца ему было просить незачем.
Почему же он собрался в Челябинск? Извини, но ничего, кроме того, что он хотел
спрятаться от органов МВД, не приходит в
голову.
Ира осталась сидеть с разинутым ртом.
Спустя пару минут она пробормотала:
- Ясно. Зачем же его тогда в Челябинск потащило?
- Хотел избежать наказания за убийство.
- Он не убивал! - воскликнула Ирочка.
Ее красивые глаза начали медленно наливаться слезами. Мне стало жаль
девчонку, слишком много испытаний выпало на ее
долю: сначала смерть родителей и бабушки, потом убийство Семена Кузьмича, арест
Вениамина.
- Мне кажется, тебе лучше всего съездить отдохнуть за границу, - осторожно
предложила я, - к теплому морю, например, в
Таиланд, там сейчас отлично! Фрукты, китайские креветки.
- Веня не убивал, - тихо, но настойчиво произнесла Ира, - он не мог такое
натворить, он любил меня и знал, кем являлся для
нас Семен Кузьмич: отцом, благодетелем... Веня не способен на подобный поступок.
Знаете, когда у него умер попугайчик, он
плакал три дня.
Я постаралась никак не реагировать на последнее заявление. Очень многие
киллеры, жестокие серийные убийцы,
сентиментальны и могут рыдать над погибшей птичкой. Звучит странно, но это так:
чем злее человек, тем он сентиментальное.
Только не надо путать сентиментальность с добротой. Это совсем разные вещи.
Внезапно Ирочка встала и вышла. Я опять осталась одна, наверное, нужно
попросить расчет, дело-то ясное.
Веня убил Семена Кузьмича. Наверное, старик, искренне любивший Ирочку,
отругал его, вот юноша и не стерпел, выхватил
пистолет.
Но откуда у него оружие? Хотя, эка невидаль, на Тушинском рынке из-под полы
можно приобрести не только любую
"пушку", но и реактивную установку "Град". Многие молодые люди ради хвастовства
таскают в кармане стволы, нравится им
ощущать себя крутыми Джеймсами Бондами.
Значит, он не сдержался, выстрелил, потом, сообразив, что натворил, сумел,
старательно держа себя в руках, заглянуть к Ире
и сказать:
- Семен Кузьмич просил его не беспокоить.
А потом сразу поехал к матери, решил сбежать подальше от места
преступления. Очень глупо, только навлек на себя лишние
подозрения.
- Вот, - воскликнула, возвращаясь, Ирочка, - тут три тысячи долларов,
возьмите!
- Зачем ты даешь мне такую огромную сумму? - удивилась я.
Она, неожиданно покраснев, сказала:
- Я беременна.
- Поздравляю, - ляпнула я.
- Сама вначале обрадовалась, - серьезно кивнула она, - но потом одна
головная боль осталась! Мне надо точно знать: Венька
не убийца. Иначе...
- Что? - тихо спросила я.
- Аборт сделаю! - рявкнула Ира. - Зачем мне ребенок с такими генами! И как
я его одна растить стану? Семен Кузьмич в
могиле, Веня за решеткой! Кто обо мне позаботится?
Я не нашлась, что ответить. С одной стороны, ее можно понять, с другой -
она решительно перестала мне нравиться.
- Вы поезжайте к Вене, - не замечая моей реакции, частила Ира, - и напрямую
его спросите: "Ты убил или нет?"
- Веня в следственном изоляторе, - напомнила я, - как же мне с ним
встретиться?
- У моей подружки мужа посадили, - мрачно усмехнулась Ира, - он на
наркотиках погорел. А следователь попался чистый
гад, не давал ей свидания с мужем. Так она чего придумала! Наняла адвоката и
пошла с ним в тюрьму в качестве помощника
защитника. Ей этот дядечка удостоверение сделал, и все тип-топ.
Тысячу баксов за услугу взял. Фамилии у них с мужем разные, никто
ничегошеньки не заподозрил. Я сейчас Ленке
позвоню, она вас к этому адвокату отправит, и вы с ним в СИЗО пойдете.
- Может, тебе лучше самой сходить? - Я начала сопротивляться. - Посмотришь
в глаза Вене и сама все выяснишь.
- Нет, - покачала головой Ира, - нельзя мне.
- Почему?
- С детства страдаю аритмией, чуть понервничаю, сразу сердце вразнос идет,
могу в обморок упасть, нет, лучше вы ступайте.
- Ты дала слишком много денег!
- Одну тысячу адвокату за поход, вторую за то, что Веньку защищать станет,
третью вы потратите на поиск убийцы, -
заявила Ира, - я абсолютно уверена, Веня тут ни при чем. Кстати, спросите, он
кольцо продал? Ну, долг Алешке вернул
долларами или перстень ему отдал?
Я молча спрятала купюры в сумочку. Что ж, хозяин - барин, я еще столько не
получала за работу. Вот Федора удивится,
когда вернется.
Авось наша контора станет на ноги. Похоже, Ирочка не стеснена в средствах,
раз может позволить себе такой расход. Хотя,
если учесть, что она боится родить ребенка от убийцы...
- Записывайте координаты, - велела Ирочка, поговорив по телефону, -
Неустроев Виктор Иванович. Можете прямо сейчас
катить к нему в контору. Ленка предупредит его.
Я кивнула и пошла к двери.
- Как встретитесь с Венькой, сразу мне позвоните! - крикнула Ира.
Виктор Иванович, по счастью, работал неподалеку. Я добралась до адвоката за
десять минут.
- Проходи, - велел он, -
...Закладка в соц.сетях
