Жанр: Электронное издание
vasina7
...ей, Сюша. Не хочешь? Тогда не
получится сказки. Выпей яйцо, а то каменщик не устроит ловушку. Ну вот и
молодец. Он эту скорлупу высушит и положит
в пустое место внутри кладки, а для сквознячка не замажет дыру целиком...
- И ты разговариваешь! - Коля присел на корточки рядом и потрогал меня за
коленку.
- Да. Я удачно съездила на свалку и там смогла заплакать. Теперь буду
говорить безостановочно и есть все подряд.
- А потом? - теребит меня Сюша.
- А потом он должен рассчитать, как пойманный ветер будет гулять внутри
кладки, и в нужных местах оставить
еще несколько незамурованных целиком пустых скорлупок. И вот дом построен, и
хозяин должен платить, и если он
добрый человек и сделает все по справедливости, то каменщик скажет, что забыл
кое-что в доме, вернется и замажет
маленькую щель, в которую может попасть ветер. А если хозяин скряга, то каменщик
возьмет, что ему дали, и сразу уйдет.
И в первую же ветреную ночь хозяин услышит жуткий гул, ему будет казаться, что
это гудят стены, воет собака перед
покойником или кто-то проводит отращенным ногтем по натянутой струне. Вот так.
Я напрягаюсь, создаю в себе гудящий вакуум и показываю Сюше, как и где
нужно держать скорлупу, чтобы та
поймала мой гул изнутри.
- Прекратите! - Коля вскакивает и зажимает уши.
- В кладке этого дома лежит по меньшей мере три яичных ловушки ветра, -
авторитетно заявляю я.
- Пока ты не загудела, никаких подобных звуков не было!
Он надел фартук. В фартуке и семейных трусах Коля неотразим.
- Конечно, не было. Потому что я своим гулом заставляю эти скорлупки
вибрировать.
- Откуда ты пришла? - тыча в меня ножом для чистки картофеля, тихо
спрашивает он.
- О... Я пришла издалека, я поехала топиться на речку, а там женщина на
мосту попросила мою одежду. Я
разделась, прыгнула, а под водой плавал покойник с перерезанным горлом и
чемоданчиком в руке. Я взяла чемоданчик и
стала тонуть, а меня спасли. В чемоданчике был адрес на конверте с фотографией и
деньги. Я поехала по этому адресу, и вот
- я здесь.
- Ты прыгнула топиться, а вместо этого ограбила под водой мертвеца? -
уточняет Коля.
- Это нельзя назвать ограблением, потому что он сам вор. Допустим, он
украл чемодан у красивой женщины в
поезде, а она бросилась за ним, драка, нож...
- А ты ехала в том же поезде и все видела? - задумывается Коля.
- Я ехала топиться, вышла на перрон из электрички, увидела стоящий
поезд...
- Нет, подожди, мне почему-то кажется, что ты и есть та самая женщина с
чемоданом, ты встретилась с воришкой,
он тебе понравился, и ты...
- И я стала заниматься с ним любовью прямо на стоянке поезда, он прижал
меня лицом к стеклу...
- То есть он был сзади, - уточняет Коля. - Ты даже его не видела?
- Нет, я видела его перед этим мельком, в коридоре или при посадке, я
должна была обратить на него внимание,
что-то вроде - не разминуться в тесном коридоре и при этом вдохнуть запах его
одеколона и тела, как отраву.
- А потом: "У вас не найдется ножа?" - и знакомый запах.
- Нет, только не ножа. Нож для него - это оружие, всегда с собой, он не
будет спрашивать нож, - перебиваю я Колю.
- Он спросит: "Какая сейчас будет станция?"
- Ты что, проводница, что ли?
- Да, не годится..Что же он спросит?
- Не он, ты! - радостно тычет в меня ножом Коля. - Ты пошла на выход,
дверь его купе открыта...
- До остановки поезда - несколько минут, - подхватываю я. - Я прошу
закурить, он даже не встает. Показывает
жестом на столик, чтобы сама взяла. Он ухоженный, утонченный и наглый!
- Ты идешь к столику, опять - этот запах! Ты наклоняешься, чтобы взять
сигареты...
- "Голуаз" или "Мальборо"!
- "Голуаз". И он встает... Его руки на твоей спине, на попке...
- Я открываю свой чемодан, чтобы взять вазелин!..
- Вазелин? Зачем?
Очнувшись, мы смотрим друг на друга с полнейшим неузнаванием. Сюша,
открыв рот и затаив дыхание, ждет
продолжения.
- Эта дрянь издевается над нами! - не выдержал Петя.
Дежурный выжидательно посмотрел на Поспелова.
В фургоне стойкий запах бензина и мокрой одежды - дождь играл сегодня с
ярким солнцем в прятки, на лице
следователя капли пота, он вытирает их огромным платком не первой свежести,
подбирает с бумажной тарелки остаток
бутерброда и зажевывает его, уставившись глазами в одну точку - на медленно
вращающийся диск в аппаратуре. В
наушниках он смешон.
Петя предлагает провести арест "этой дряни Моны Кукулевской" за убийство:
два часа назад из Оки достали труп
неопознанного мужчины с перерезанным горлом. Поспелов на его слова не реагирует,
он ковыряется ногтем мизинца в
зубе. Дежурный хотел было на ощупь подобрать недоеденный бутерброд, не нашел его
и закинул бумажную тарелку под
стул.
ИГРА
- Зачем тебе вазелин? - спрашивает Коля, отводя глаза.
- Ну, мало ли... - мне расхотелось продолжать эту сказку.
- Ладно, неважно. - Он подвигает ко мне по столу высокий бокал с
коктейлем, делает огонь под кастрюлей
поменьше и садится напротив.
- А салат остался? - я смотрю на бокал с тоской. - Ладно, не вставай, все
равно там в холодильнике только
отрезанные головы.
- Лялина голова на средней полке, ее кто-то задушил, а голова дяди Антона
подтекает кровью сверху, его убили
чем-то острым в горло.
- Я не нашла в доме ни одной ее фотографии. Это очень странно. У тебя
есть ее фотография?
- Нет, - он мнется, потом решается посмотреть на меня. - Есть одна. Из
домашнего альбома. Года полтора назад мы
все ездили на рыбалку.
- Покажи.
К моему удивлению, Коля наклоняется и лезет... в гипс!
Фотография ламинирована и надежно упрятана. Никакой рассветный сантехник
не выманит ее даже под пытками.
Она маленькая, цветная, я вглядываюсь в веселые лица удалой компании с удочками
и вижу, что Коля один не улыбается.
- Вторая слева - Ляля. Я тогда, конечно, ее не очень замечал... В
смысле... - его глаза опять спрятались.
- А когда? Когда заметил? Подожди, дай подумаю... - смотрю в потолок,
пока лицо с фотографии не размывается по
нему бесследно стаявшим мазком. - Она стала приезжать к вам в гости, грустить и
плакать, делая вид, что скрывает от тебя
слезы, потом вдруг - истерикой - откровение: муж изменяет.
- Да все не так было, - улыбается Коля. - Она приехала за две недели до
родов рожать в Москву.
- Рожать?!
Вот это полет фантазии!
- Ладно, она приехала рожать... Нет, я не могу так, - от волнения я
залпом выпила коктейль. - Это что же
получается, что ты соблазнил беременную тетушку за две недели до родов?
- Ничего не получается. Это было очень естественно, и потом, если бы не
японский ресторан, ничего бы не было.
- Вы там ели фугу?! - подпрыгнула я.
- Чего? - не понял Коля. - Она там ела вареную рыбу, а я смотрел на нее,
а она укладывала мне на колени свои ноги,
потому что они отекали, еще она играла на дудочке...
- С дудочкой перебор, - перебиваю его я. - Ты сам-то не кажешься себе
извращенцем? Только подумай, трахаться с
одной женщиной на девятом месяце беременности и пить молоко из груди у другой,
это же полный анамнез!
- Я с ней не трахался, и вообще... Хватит об этом.
- Нет, не хватит. У тебя что-то не стыкуется. Зачем такой женщине
школьник, даже если в нем два метра роста и он
умеет раздеваться под музыку? А?
- Мы столкнулись зрачками, - перед моим лицом Коля медленно соединяет два
указательных пальца и тычет ими
друг в друга несколько раз. - Она приехала под утро, а у меня вечеринка была, по
всей квартире развешаны надутые
презервативы, а на люстре - заяц, ребята в него стреляли из воздушки...
- Кровищи, небось! - мечтательно замечаю я.
- А она, как увидела ружье, сразу вот так руками закрыла живот,
понимаешь? - Коля не обращает внимания на мой
сарказм. - Этот ее жест, эта условность намерения, игрушечный заяц, ружье, ее
серьезность, а потом она попросила меня с
ней спать.
- Потому что некоторые женщины совершенно сдвигаются на сексе, когда у
них живот становится большим?
- Нет, потому что ей было страшно!
- И ты лежал рядом, а она держала тебя за руку...
- За два пальца, - перебивает Коля.
Смотрю на его пальцы и понимаю, что их еще можно обхватить, а вот всю
ручищу, пожалуй, вряд ли...
- Ладно, за два пальца, и ты не спал, стерег ее сон, и дергающийся в
животе ребенок казался тебе палачом,
раздирающим ее внутренности.
- Откуда ты знаешь? - Коля восхищен.
- И каждый вечер вы шли по освещенным газовыми фонарями узким улочкам
Зурбагана...
- На Краснопресненскую, второй переулок от метро.
- В кафе у моря...
- В японский ресторан.
- Чтобы есть там вареную рыбу, и толстый японец играл на дудочке...
- У него передние зубы как у кролика!
- И она скидывала туфли и укладывала ноги тебе на колени, и ты мял ей
ступни... Ты возбуждался?
- Да. И она трогала ступнями мой член сквозь джинсы. Достаточно?! -
кричит Коля и тут же совершенно спокойно,
не дрогнувшей рукой выключает газ и идет слить воду из кастрюли.
- Отлично. И вот она тебе говорит как-то. Давай, говорит, избавимся от
моего мужа и будем жить вместе долго и
счастливо. Нет, подожди, она же должна была родить...
- Родила мальчика, - Коля кивает на корзину.
- Подожди, я не могу придумать, как только что родившая женщина говорит
своему юному возлюбленному о
муже, о любви, а у нее молоко прибывает.
- Очень просто говорит, - Коля раскладывает картошку на три тарелки. -
Она просит меня не звонить, потерпеть
месяца два-три, пока сама все не устроит. Я и ждал, как дурак. А потом стало
совсем невмоготу, и я сказал родителям, что
уезжаю. И позвонил ей по глупости. А трубку взял дядя Антон.
- А он стр-р-р-рашно ревнив! - рычу я, обмазывая Сюше половинку
картофелины красной икрой. - Богат, красив,
ревнив и еще поет.
- Ляля говорила, что он собственник. Свое никогда не отдаст. Она
говорила, что он ее убьет, если почувствует
угрозу потери. Так и случилось.
- Ты позвонил, и участь Ляли была решена. Ты что, проговорился по
телефону?
- Я был в невменяемом состоянии, мог сказать лишнее.
- Ладно, ты бросился на первую же электричку...
- Я спешил к открытию метро.
- Приехал в этот дом...
- А тут все тихо, как в могиле.
- И обнаружил труп своей любимой?
- Сначала я обнаружил труп дяди Антона. Он лежал в спальне, половина тела
под кроватью. Я его еле вытащил, для
этого пришлось приподнимать кровать и засовывать книгу...
- Застрелен? - я спешу ускорить конец истории, потому что от еды меня
совсем разморило.
- Нет, я уже говорил, колотая рана в шею.
- Это что же получается? Твоя нежная возлюбленная заколола своего мужа, а
потом еще придавила его
супружеской кроватью, подняв ее одной левой?
- Ничего не получается. Она этого не делала, потому что уже была задушена
и спрятана в шкафу. Она вывалилась
на меня, когда я искал детей и открыл дверцу.
Коля разволновался. Стало неинтересно. Это уже не игра, а какое-то
чистосердечное признание.
- Мне было очень плохо, очень, потому что убийца ударил меня сковородой
по голове.
Смотрю на него, сдерживая зевоту. Коля раскраснелся, то ли от волнения,
то ли от еды, и свекольные пятна ожогов
на лице проявились сильней.
- Ладно, давай как-то закончим эту затянувшуюся историю. Говори, кто был
убийца, и пойдем спать.
- Он приехал в фургоне. Когда я первый раз зашел в дом, в гараже стояла
машина дяди Антона и серый фургон.
- В первый раз?
- Ну да А когда я нашел мертвую Лялю, я...
- Позвонил в милицию!
- Нет. Телефоны не работали, я пошел на улицу...
- Чтобы вызвать милицию!
- Нет. Чтобы позвонить маме.
- Ты моя лапочка!
- Подожди, потом я вернулся в дом, а тут никого нет. Ни одного трупа, ни
одного пятна на кровати, все вычищено и
убрано, только в ванне - буль-буль, утонули волосы Ляли.
- Ага! - я начинаю понимать ход его мысли. - Этот самый убийца вернулся и
уничтожил трупы и следы своего
пребывания. Но зачем?
- Зачем? Заметал следы, чтобы его не нашли.
- Его бы и так в жизни не нашли, потому что в тот день убийце крупно
повезло: в доме появился мальчик Коля,
который мог запросто... Постой! - я встрепенулась. - Ты говоришь, она обещала
все устроить?.. Помолчи, у меня появилась
одна мысль... Допустим, тетушка Ляля от большой и всепоглощающей любви к тебе
решила заказать убийство своего мужа,
а? - Я еще раз всматриваюсь в пятнистое лицо Коли и продолжаю уже не так
уверенно:
- Для этого в доме и появился убийца. А ты с самого утра испортил
настроение дядюшке и поколебал его веру в
незыблемость личной собственности. Расстроенный дядюшка в припадке ревности
придушил собственную жену, после чего
пал жертвой заказанного ею киллера.
- А зачем это убийце растворять трупы в ванне?
- Такой уговор, - зеваю я. - Это стоит сорок тысяч. За два тела берут
дороже. Убийца же не знала заказчицу в лицо,
прикончила мужа, а потом обнаружила еще один труп задушенной женщины и решила,
что ее подставили...
- Она не знала, что Ляля - жена! - включается Коля.
- Точно. Она подумала, что жена перед этим убила любовницу мужа.
- Подожди, а почему убийца - она?
- Она сама мне сказала. Знаешь, чем закололи твоего дядюшку? Отверткой.
- Отверткой - это для женщины как-то не очень подходит... Может быть,
пилочкой для ногтей?
- Отверткой, и это факт.
- Ладно, - соглашается Коля. - Эта сволочь переехала мне фургоном ногу,
конечно, такая может и отверткой!
Я решаю еще кое-что выяснить и интересуюсь, кем работала Ляля Не пела ли
она? Не учила ли пению других?
- Она была медсестрой.
Медсестрой. А кто же здесь тогда учительница пения?..
- Ты как хочешь, а я иду спать. - Останавливаюсь с корзиной у двери и
вдруг понимаю, что больше не смогу спать у
Коли под мышкой.
Как бы ему это сказать?.. Смотрю на его спину. Коля у раковины
сосредоточенно моет посуду.
- Не думай ни о чем, - говорит он вдруг, не поворачиваясь. - Я на тебя не
запал, если ты сомневаешься... Я только
хотел попробовать молоко. Ты шла наверх по лестнице, я слышал твои шаги и
подумал, что время замкнулось и все
повторяется. Это такой вариант ада, понимаешь?
- Как ты сказал? - от неожиданности я опять села на табуретку, обхватив
корзину руками.
- Если я каждые два дня буду сидеть в ванной и, обмирая от страха,
слушать твои шаги, думая о вампирах, значит,
волосы Ляли только что превратились в водоросли и мы в аду. А почему ты так
удивилась? У тебя есть свой вариант ада?
- Да, есть, но... Видишь ребенка? - я киваю на корзину. - Он никогда не
вырастет, я обречена кормить его грудью
вечно, а чужие люди рядом то и дело будут просить меня спеть.
Коля вытирает руки, подходит и присаживается рядом на корточки.
- Когда ты появилась в дверях, когда я тебя увидел в первый раз... Это
был такой ужас, что я совершено забыл и о
Ляле, и о мертвом дядюшке. А сегодня вдруг подумал, может быть, мы делаем что-то
не по правилам? Ты хотела меня тогда
покормить, я отказался.
- Сегодня ты решил попробовать мое молоко, чтобы все было по правилам?
- Да. И больше ничего. Мир?
- А мы... Мы не ссорились, - удивляюсь я.
- Ладно. Не ссорились. Тогда - дружба? Отвечаю уклончиво:
- Я попробую...
- Вот и отлично. Идите ложитесь, здесь нужно протереть полы. Оставьте мне
местечко посередине, я с детства не
люблю спать с краю.
До кровати я дотащилась с трудом. Покормила маленького, вытащила палец
изо рта засыпающей девочки,
приготовилась уплыть с ними на речку с дорожкой из лунного серебра, где они
топили бы звезды, ели мед... Ничего не
вышло. Я не смогла заснуть.
- Я могу почитать тебе свои стихи, - понял мои осторожные вздохи Коля.
- Только не это!
- Ладно. Могу почитать чужие.
- Коля, если ты еще предложишь мне спеть колыбельную, клянусь, я выгрызу
дыру вот здесь, - тычу пальцем ему
чуть пониже подмышки, палец упирается в ребро.
- Зачем? - удивляется Коля.
- Буду щекотать указательным пальцем твое сердце, пока не заткнешься!
Пусти. Я встану.
ОБЫСК
- Что ты ищешь? - не выдержал Коля через двадцать минут.
Он тоже встал и ходил за мной по квартире, пока я рылась в шкафах,
обувных коробках, в полках с посудой.
- Телефон.
- А те два, что в кухне и в кабинете, тебя не устраивают?
- Я ищу мобильник.
- Можно очень долго искать мобильник и никогда не найти, потому что его
нет, - философски заметил Коля.
- Должен быть, должен! Женщина-убийца сказала, что не могла дозвониться
по мобильнику. Валяется где-то
выключенный.
- А что ты будешь с ним делать?
- Включу.
Вздохнув, Коля присоединяется ко мне, но не в поисках, а в уборке - он
старательно подбирает все, что я
разбросала, и укладывает на место.
Через сорок минут мы с ним досмотрели последний выдвижной ящик стола в
кухне.
- Все! - я взяла чайник и выпила из носика теплой воды. - Остался подвал.
Ты со мной?
Еще через сорок минут мы оба, выдохшиеся и еле живые, сели на складные
стулья в мастерской и посмотрели друг
на друга.
- Он должен быть здесь, должен! - от отчаяния у меня заболела голова.
- Ладно, - кивнул Коля. - Если мы до сих пор не нашли мобильник, значит,
либо его больше нет в доме, либо он
хитро спрятан. Можно тебе задать два вопроса?
- Хоть десять, только найди мобильник.
- Чей телефон мы ищем?
- Я думаю, телефон Мадлены Сид... Твоей тети Ляли.
- Допустим. Что ты с ним сделаешь?
- Включу, посмотрю последние входящие звонки, позвоню оператору связи.
- А потом?
- На меня накатила настоящая бессонница, а ты спрашиваешь, что потом?!
Отнесу этот мобильник вместе со
списком телефонов следователю Поспелову, расскажу о визите дамы с отверткой, это
она убила твоего дядюшку, - на
каждом новом предположении моих благоразумных поступков я утвердительно киваю
головой, - они арестуют эту даму,
допросят ее и заставят сознаться в убийстве воришки из поезда, тогда я честно
расскажу, что просто забрала из руки трупа
под водой чемоданчик. Еще она расскажет о заказе по этому адресу, о деньгах из
сейфа, о женщине, оплатившей убийство
своего мужа, и так далее, и так далее, надеюсь, она расскажет еще много всего
интересного и эти придурки из милиции
перестанут следить за мной и прослушивать этот дом, и мы тогда пойдем с тобой
спать, и будем просыпаться, только чтобы
покормить детей, а все остальное время - спать, обнявшись, пока дети не вырастут
и не придут однажды к нам с цветами и
не скажут, что уже наступило утро!..
Я столько всего перечислила, что превратилась в болванчика.
- Я не знал, что этот телефон так важен, - замечает Коля и решительно
встает. - Тогда заводи автомобиль.
- Зачем?
- Выведем его из гаража и будем рыть землю.
- Что рыть?..
- Мы осмотрели все, что могли. Осталось вскрыть стены - простучать, снять
вагонку там, где она есть, разобрать
полы, потом - чердак и канализационные стоки. Но начать лучше с гаража.
- Почему? - я опешила и перешла на шепот.
- Потому что пол - земляной. Я это давно заметил. Въезд зацементирован, а
в самом гараже земляной пол. Это
странно, тебе не кажется? Вот ты бы какой себе пол в гараже сделала?
- Я?..
Приседаю и ковыряю земляной пол.
- Не знаю, может быть, это из соображений пожарной безопасности?
Подняв голову, я вижу Колю уже с лопатой. Широко расставив ноги, он
втыкает ее в землю перед собой и зловеще
обещает:
- Мы это сейчас проверим! Вывози машину.
- Чем тебе мешает автомобиль? Начни рыть с любого угла.
- Ты не понимаешь. Рыть нужно как раз под машиной.
Сама затея с копанием мне не очень нравится, но я завожу "Москвич", Коля
открывает ворота. Потом он
вычерчивает лопатой прямоугольник открывшейся земли, нацеливается и...
Лопата сразу же ударилась в металлический люк. Он был засыпан землей
сантиметров на восемь. Коля отбросил
лопату, и мы с ним, бросившись на колени, начинаем судорожно разгребать землю.
Люк оказался слишком большим,
приблизительно метр на метр, я уже сомневаюсь, открывать ли?
- Обязательно открывать! - с азартом кладоискателя настаивает Коля.
- Не хочу.
- Как это - "не хочу"?! - не верит он. - А кто только что перерыл весь
дом в поисках мобильника?
- Ты посмотри на этот люк! Толстенный слой железа и еще покрытие какое-то
сверху! Ты думаешь, твоя тетя или
дядя вырыли такую яму, чтобы запрятать в ней телефон? Нет, под этим люком нас
ждут очередные неприятности, я больше
не хочу никаких неожиданностей.
- Давай так договоримся, - предлагает Коля компромисс, - мы новые
неприятности трогать не будем, мы только
возьмем телефон, если он там окажется.
- Ладно, открывай.
Коля поднимает скобку, хватается за нее и тянет. Он минут пять не верит,
что не откроет, он тужится и кряхтит,
потом предлагает поддеть крышку ломом.
- Нет! - я категорична. - Осмотрись. Представь, что твоя тетя Ляля вывела
автомобиль и должна быстро что-нибудь
достать из тайника. Как она откроет люк?
- Конечно, она его не откроет! - в отчаянии Коля огляделся. - Она... Она
будет делать это при помощи механизмов...
каких-то... Должно быть, что-то вроде лебедки на электрическом ходу - нажимаешь
кнопочку... а это что за катушка?
Мы осматриваем намертво вделанную в стену катушку с намотанной проволокой
на толстом металлическом
уголке. Конец проволоки свисает вниз с закрепленным на нем крючком. В радиусе
метра от катушки на стене находятся
четыре кнопки. Мы включаем их по очереди, третья кнопка дернула катушку, и та
начала медленно крутиться, застучав
крючком по стене.
Коля остановил мотор, перевел рычажок, отмотал проволоку и зацепил крючок
за скобу.
Я нажала кнопку, и мы в полной прострации наблюдали, как крышка начала
медленно подниматься. Из отверстия
пахнуло склепом, Коля взял с полки фонарик.
- Странно, - успел он удивиться, пока я выключала мотор. - Я где-то уже
видел такой ящик!
Я подошла к краю ямы и сначала не поняла, на что падает луч фонарика. А
когда поняла, меня охватила такая тоска,
что я села на корточки и завыла.
- Я уже видел такой же металлический чемодан! - не унимается Коля,
откладывает фонарик и спускается в яму.
Спускаться в нее удобно - три выступа в отделанной досками стене. Вот он уже
стоит в яме по плечи, наружу выступает
только голова, вот он наклоняется - теперь и головы не видно-и снизу спрашивает:
- Что мы будем считать худшими неприятностями - металлический чемодан или
автомат?
- Какой еще автомат?!
- Вот. С коротким стволом, - выпрямившись, Коля поднимает к моему лицу на
вытянутых руках короткоствольный
автомат.
- Немедленно положи обратно! - я перестала выть и перешла на шепот.
- Там еще коробка с патронами.
- Не трогай!
- Тогда я беру чемодан?
- Ничего не трогай! Вылезай!
- В чемодане может быть мобильник, больше ему быть негде! - авторитетно
заявляет Коля, и я сдаюсь:
- Ладно. Давай чемодан.
ОТЧАЯНИЕ
Замки не были заперты - просто отщелкнулись. Телефон лежал сверху.
- Ну, что я говорил?! - довольный Коля идет крутить ручку лебедки.
Люк опускается.
Я застыла на корточках перед открытым чемоданом.
На внутренней поверхности его крышки нет круга из серебра с монограммой.
Это что же, нет и тайника?
Нет термоса с кислотой, нет тюбиков с подкожным силиконом, нет париков,
накладных усов, нет растворителей,
масок, линз и косметики.
В чемодане, аккуратно упакованные, лежат несколько комплектов нижнего
белья, дорогой швейцарский шоколад -
шесть плиток, флакон спирта и фляжка еще с каким-то спиртным, по запаху -
коньяком, зубная щетка, наборчик для
ногтей, дезодорант, мыло, ароматические салфетки, пачка "Голуаз", золотая
зажигалка...
- Давай ты заведешь машину в гараж, и мы пойдем изучать телефон в кухню,
- предлагает Коля.
...зато есть шесть одноразовых шприцев, несколько упаковок резиновых
перчаток, нашатырь и камфора, пузырек с
аммонием, трубка для клизмы с набором соединителей.
Колин гипс, уже довольно грязный, мелькает передо мной на ступеньках
лестницы - топ-топ, топ-топ...
И какой из всего этого вывод? Я ложусь спиной на кухонный пол,
расслабляюсь и закрываю глаза.
- Можно активизировать телефон? - спрашивает Коля.
Конечно, содержимое этого чемодана заставляет думать, что дамочка
собралась в дальний путь, причем время
отбытия ей неизвестно, как и условия отъезда, поэтому она сделала все, чтобы
быстро схватить чемодан и бежать. Вывод
напрашивается такой: в этом чемодане, как и в том, который я отобрала у
мертвеца, есть тайник. И я его вскрою, чего бы
мне это ни стоило, даже если понадобится воспользоваться всем набором
электроинструментов из мастерской тенора.
- Подожди с телефоном, - я поднимаюсь с пола и показываю Коле утолщение в
дне чемодана, - видишь, вот здесь -
самое интересное, пока не достанем, телефон не трогать.
- Минуточку! - Коля уходит вниз и возвращается с первым металлическим
кофром. - Элементарно! - его распирает
от сознания собственной сообразительности. - Такой же чемоданчик? - победно
интересуется он и, не дожидаясь ответа,
назидательно сообщает:
- Такой же! Были, правда, паспорта, а теперь нет, - он задумывается. - Но
они же были из тайника, да?
- Из тайника, - киваю я.
- И как ты открыла тайник?
- Повернула вот этот кружок. Во втором чемодане кружка нет.
Коля убедился, что действительно нет.
- Нужно найти кнопочку или рычаг. - Он трясет чемодан, и в какой-то
момент под его рукой, щелкнув,
поднимается крышка тайника. - Да он открыт!
Мы перебираем содержимое. Три паспорта - один заграничный, во всех -
фотографии обожаемой им Ляли, разные
имена, Мадлена Сидоркина в них отсутствует. Три пачки денег в долларах. Три
баночки крема - разные, упаковка таблеток,
по-моему, "экстези", Коле я говорю, что это успокоительное. Несколько браслетов,
два кольца...
- А вот это сюда не вписывается, - Коля протягивает мне кулон на
веревочке.
После изучения паспортов с фотографиями своей возлюбленной он стал
грустен.
Я зажимаю в ладони кусочек черного дерева с изображением Анигуры
Всевидящего и рассматриваю веревку, на
которой он висит.
Анигура спас Колю.
Не знаю, почему Коля полез открывать баночку крема, может быть, хотел
вдохнуть знакомый запах или понять,
зачем крем запрятали в тайник.
Я вижу, как он открывает крышку, - еще один поворот, еще... Я вижу его
удивленное лицо, понимаю, что здесь чтото
не так, сильнее сжимаю в руке деревянного Анигуру, тот впивае
...Поділитися у соцмережах
