Жанр: Электронное издание
madwomen
...ажется, бывала несколько раз. С весьма загадочным видом интриговала
меня намеками на какие-то шабаши в полнолуние - якобы там чуть ли не сам
сатана появляется во всем блеске, и кадры получились бы великолепные. Я не
придал значения - в сатану тоже не верю. Может, и следовало обеспокоиться...
- А что это за история с "Сатанинской гаванью"? - спросила Даша небрежно.
- Вам ведь наверняка уже рассказали на студии, мой следователь изложил
подробно...
Как ни странно, Марзуков словно бы испытал нешуточное облегчение,
расслабился, обмяк чуточку, а ведь Даша могла минуту назад поклясться, что
будет совсем наоборот! Значит, не здесь собака зарыта, он прямо-таки ерзает
на стуле от радости...
- Положительно, какой-то сюрреализм, - сказал Марзуков чуть ли не с
веселыми нотками в голосе. - С "Сатанинской гаванью" нет ровным счетом
никаких неясностей. Мы купили у испанцев сериал совершенно законно, с
соблюдением всех мыслимых и немыслимых формальностей, точнее, у немецкого
представительства испанцев, но это ничего не меняет. Если необходимо, я тут
же представлю все документы, есть копия на русском. И для меня все
случившееся - настолько идиотская загадка... Ну нет слов! - Он досадливо
развел руками. - Настолько все лишено смысла и мотивов... В Москве,
действительно, вокруг останкинской иглы плещется море нашей и импортной
денежки. Там могут и убить. Я, признаться, отроду не принадлежал ко всяким
там национал-патриотам, но как бизнесмен, скажу по секрету: красные не так
уж и неправы, уверяя, что убийство Листьева связано не с политикой и
происками врагов реформ, а с длиннющим долларом... Но - в провинции?! Чтобы
приобретение частной сибирской телестудией дешевенького во всех смыслах
сериала вызвало срочный прилет московских варягов и их шумное
скоропалительное убийство?! Если мы кому-то и перебежали дорогу, он
быстренько купил бы аналогичную продукцию, ею завалены европейские помойки,
такие "Гавани" отдают по дешевке... Как вас убедить?
- Господи, никто вас ни в чем не обвиняет...
- Вот спасибочки! - фыркпул Марзуков. - Вот уж порадовали! Вот
разодолжили!
- Но я сама слышала от Мироненко... А через десять минут его убили.
- Ох, ой... - Марзуков прямо-таки взвыл. - Ну хорошо. Это я позвонил из
Штутгарта сторожу Михалычу, велел взять пулемет из шкафа с метлами и
изрешетить москвичей... Дарья Андреевна, я не верю, что вы и ваши коллеги -
дебилы. И не верю, что вы не собрали обо мне и "Алмазе" все, что только
можно... Ну объясните вы мне, зачем "Алмазу" понадобилось убийство тех двух?
"Сатанинская гавань" нами куплена законно, деньги уже переведены и
конвертированы. И мы сунем договор под нос любому, кто вздумает оспаривать
наши права. А если начнутся криминальные наезды, я немедленно обращусь в
РУОП, в ФСБ, к вам, да тестя задействую, извините за откровенность. Я в
своем праве, и в Шантарске меня легко защитят от каких-то залетных идиотов,
ничуть не нарушая закона. И оставьте вы нас, бога ради, в покое с этими
москвичами, я вас на коленях прошу! Ну не хотелось бы мне... - он сделал
многозначительную паузу. - Насчет Ольги - пожалуйста, любые допросы,
показания, когда угодно, сколько угодно, поднимайте с постели, не пожалуюсь,
дело святое, своими бы руками этого гада придушил. Но избавьте от этой
фантасмагории с "претензиями"! Мало ли что он вам наболтал... Никакого
Баранова я не знаю, и никто у нас не знает! Глупости же! Представления не
имею, что вокруг нас играют, но все равно - глупости!
Даша и сама почувствовала себя немного глупо - потому что успела
поговорить с Чегодаевым, заверившим ее честным прокурорским словом, что
договор с испанцами существует, и он в полном порядке. И нельзя исключать,
что в веселом кипении предвыборной грызни кто-то плетет хитрую интригу,
чтобы через зятя достать тестя. Если это так, распутывать данный трагифарс
нет нужды - а следует со сверхзвуковой скоростью удалиться с места
происшествия, своих забот, что ли, мало? Пусть Чека копает по старой памяти.
...Охрана офиса "Борец-Консалтинг" была поставлена на должном уровне,
даже завидки брали чуточку при виде четко налаженного профессионализма. Даше
пришлось на входе пройти через арочку металлоискателя и предъявить пушку,
затем миновать обыкновенную вроде бы салатно-зеленую стойку, явно скрывавшую
еще более хитрые детекторы. Мальчики в галстуках, с дежурными улыбками и
едва заметными опухолями под мышками вдумчиво изучили ее удостоверение и
поручили заботам Юной Деловой Женщины, льдисто-обаятельной, препроводившей
на второй этаж, в приемную со столь же деловой и утонченной Снегурочкой
номер два так что Даша на миг показалась себе эстафетной палочкой.
Господин Сиротников Олег Павлович, галантно вышедший ей навстречу из-за
умопомрачительного письменного стола, статью напоминал родовитого и бодрого
американского сенатора в неопределенном возрасте меж шестым десятком и
девятым. На самом деле, как многим в Шантарске известно, происхождения он
был самого что ни на есть рабоче-крестьянского, но благодаря мозгам добрался
сначала до третьего по субординации кресла в облисполкоме, а потом - до
трона некоронованного алюминиевого короля Шантарской губернии с прилегающими
инородческими волостями. Так что Даша не то чтобы погрустнела и прикусила
язычок - Просто хорошо понимала: даже не нужно особых наездов, достаточно
сему джентльмену набрать номер и не орать - всего лишь страдальчески
протянуть: "Вась, ну укороти ты эту соплячку..." И найдут способ укоротить.
Впрочем, не похоже было, что он намерен подавить величием. Очень уж лютая
и откровенная тоска в глазах, совершенно не гармонирующая ни с кабинетом, ни
с дорогим костюмом. Словно позволил себе расслабиться, зная, что гостья не
станет ни злорадствовать, ни сплетничать. Что ж, после их телефонного
разговора прошло часа три, с его возможностями нетрудно в темпе собрать о
Даше кое-какую информацию...
- Итак, вы на меня вышли... - сказал он, этой избитой фразой сэкономив не
менее десятка вступительных реплик о обеих сторон. - Каким образом?
- Оперативно-розыскным, - сказала Даша.
- Это не ответ. Было несколько вариантов подхода, и в зависимости от
каждого мне следует выбирать стратегию с учетом...
Даша молча смотрела ему в глаза, легонько улыбаясь. И вполне мирно
спросила:
- А вы уверены, что вам необходима стратегия? - Гм, пожалуй... и нет.
Влияние кабинета-- здесь с утра до вечера говорят о стратегии, тактике,
вариантах... Садитесь, - он показал на кресла у небольшого столика в углу. -
Выпьете что-нибудь? Нет? Ну, как душа пожелает... Что вы хотите? - То есть?
- Что вам нужно? Раздуть громкое дело? Получить , от меня... компенсацию?
- Положительно, вы сверх всякой меры увлеклись стратегией, - сказала
Даша. - Я, знаете ли, хочу поймать убийцу. Не слишком дерзкое желание, а? И
вполне естественное...
- Я обязан, знаете ли, просчитывать варианты. Для вас все может
показаться надуманной игрой, но, уверяю, найдутся те, кто захочет
случившееся использовать к своей выгоде... Правда, вы не замечены в
определенного рода связях... Вы, надеюсь, не думаете, будто это - я? Хотя,
честно признаюсь, алиби у меня нет. Вернее, нет тех, кто может подтвердить,
что я оставался в квартире.
- Вот это меня и убеждает, - сказала Даша. - Я как-то сызмальства не
доверяю очень уж элегантному и железному алиби. Как любой сыщик, наверное.
Просто ответьте на пару вопросов...
- Я о вас, как уже говорил, немного порасспросил... Говорят, вы опаснее
всего как раз в облике кокетливой простушки - глаза простецки хлопают, ножки
невзначай обнажаются, а в голове готовы подвохи и каверзы...
- Да? - с любопытством спросила Даша и села, как примерная школьница в
классе. - Возможно. Штампы - вещь прилипчивая... Вы к ней хорошо
относились?
- Более чем. В извращенцы не запишете?
- Ох, да кто нынче разберется, где что начинается... Можно нескромный
вопрос? Она была... только ваша?
- Я бы оторвал кое-кому голову, окажись иначе. И не смейте...
- Ну что вы, какая ирония, - сказала Даша. - Дело житейское, лишь бы не
силком, знаете ли... Вы ее никогда не провожали?
- Нет. Район довольно спокойный, в это время уже нетрудно поймать
машину...
- А кто к вам се привозил?
- Представления не имею. Я же не встречал у подъезда...
- Тогда вовсе уж не скромный вопрос, - сказала Даша. - Как это все
оформлялось? Вы звоните... кому, самому Усачеву? - и стойко выдержала
свирепый взгляд. - Не сердитесь на него, право. Он молчал, пока мог. Но
отыскался ключик...
- Да. Я звонил Усачеву и говорил: "Я хочу видеть Риту". Если не
встречалось каких-то бытовых препятствий, он вскоре перезванивал мне. Как
правило, препятствий не встречалось - все было в определенные дни недели, в
устоявшееся время. Максимум через сорок минут она звонила в дверь.
Послушайте, я частенько почитываю детективы и могу примерно предугадать ваши
вопросы... Ребенка она от меня не ждала. И в последнее время я не замечал у
нее каких-то признаков нервозности... да вообще не замечал. Крайне
жизнерадостная девочка. Вы можете поверить, что я был к ней по-настоящему
привязан? Доживете до моих лет, поймете, как много значат устоявшиеся связи,
привычки...
- Значит, вы и представления не имеете, как функционировал... механизм?
- А зачем мне это знать? Наоборот, не хотелось лишний раз вспоминать, что
есть... механизм.
- Собственные предположения у вас есть?
- Ни малейших. А у вас?
- Аналогично, - сказала Даша.
- Вы что, в тупике?
- Ну, не совсем, я бы не сказала... Видите ли, ко всем этим делам так или
иначе причастна масса людей. Кое-кого я уже вычислила, кое-кто прозябает в
безвестности, что мне категорически не нравится. И такова уж обстановка, что
не все смогут высидеть спокойно. Моя задача заставить всех - и преступника,
и прочих - действовать. Так пли иначе действовать. Чем больше вокруг
движения, мельтешения, пируэтов, перемещений - тем больше информации
потечет, пойдут глупости и ошибки, повысятся чьи-то шансы угодить под
прожектор...
Сиротников усмехнулся чуть свысока:
- И вы хотите заставить меня включиться в это ваше... мельтешение?
- Помилуйте, в вашем положении несолидно - мельтешить... Я вам
всего-навсего задам два вопроса. Могут ли ваши конкуренты или партнеры
навешать вам "клопов"?
- Для вас что-то очень уж детский вопросик... Ну конечно, без всяких
"может". Нынче не всегда и ясно, где кончается партнер и начинается
конкурент, сущие танцы с волками...
- А спецслужбы? Я не о нас, скромных, затюканных ментах...
Его лицо мгновенно застыло:
- . Что вы хотите сказать?
- Я туманно выразилась?
- Бог ты мой... Неужели Рита?
- Можете делать мне пакости, - сказала Даша-. - Можете мне, как
выражается полковник Бортко, делать Освенцим... Но, увы, факт остается
фактом: Рита вас писала. При помощи весьма компактной и высококлассной
техники, напрочь исключающей любительский уровень. Я не берусь гадать,
частная это техника, или все же государственная - нынче не сразу и
определишь...
И всерьез ожидала, что в нее полетит бутылка с красочным бесштанным
шотландцем на этикетке. Обошлось. Только взглядом пепелил. Что ж, в его
возрасте и при его положении можно бы и вспоминать почаще избитую истину -
крайне редко случается, чтобы юные красоточки любили пожилых королей, не
затаив тройного подтекста в мыслях и поступках...
Он наконец взял себя в руки. Даже усмехнулся криво;
- Полагаете, будут какие-то комментарии на тему версии о спецслужбах?
- Ну что вы, - сказала Даша. - Вы не дите, а я не Штирлиц...
- Ошибки быть не может?
- Хотите, покажу игрушку?
- Не надо. А вы жестокое созданьице, Дашенька...
- Соответственно окружающему миру.
- Я бы вас и в самом деле мог растоптать. Если бы вы существовали в
единственном экземпляре - безжалостная молодежь. - Он попытался беззаботно
улыбнуться. - Ничего, согласно печальному опыту человечества вы в конце
концов когда-нибудь, обнаружите, что играете в таком театре, где роли
странствуют по кругу...
Даша невинно сказала:
- Вы полагаете, было бы лучше оставить вас в блаженном неведении? Мне-то
казалось, я честно и деликатно оказала услугу...
- Благодарю от души, - с горечью поморщился Сиротннков. - Могу даже
премию выписать...
- Обойдусь.
- Знаете, даже операцию можно делать по-разному. Можно со скальпелем. А
можно - с исполненным охотничьего азарта личиком... Значит, теперь мне
предстоит действовать, а вам - с любопытством наблюдать? Вы уверены, что вам
удастся? Или - что зацапаете в клыки нечто полезное?
- Ничего в этой жизни не случается просто так, - сказала Даша. - И
классные магнитофончпки без причины в пудреницах не прописываются, возможны
самые неожиданные комбинации... Вы, обращаю ваше внимание, не отказались от
предлагаемого разговора, хотя имели полную возможность вежливо уклониться...
- Теперь понятно, как вам удалось надавить на Эдика. Но вам не кажется,
что переборщили?
- В смысле?
- Что, вы даже не в курсе? - слегка удивился он. - Эдик сейчас на
Королева. Только не в ресторане "Воевода", а в психушке. Вчера мне сообщили,
но я этого не связал тогда с вами...
- Вы серьезно?
- Нет, шучу от нечего делать, - поморщился Сиротников. - Увезли вчера
утром из дома. Вот вы и дождались... мельтешений. Был в жутком состоянии,
прятался под диван, лез в шкаф... - и резко встал. - У вас ко мне все?
- Пожалуй. - она тоже встала, довольная в душе, хотя достижения,
признаться, были мизерные.
...Внутренний осведомитель на Королева у Воловикова имелся.
Психиатрическая больничка, заведение на посторонний взгляд совершенно
безобидное, на деле всегда бывает под присмотром у уголовки. Случается, из
больницы утекают на продажу ампулы и таблетки - ибо иные медикаменты
подходят как для гуманного лечения хворых душою, так и для наркотического
кайфа. Случается, там за хорошие деньги или просто по дружбе можно
отлежаться, надежнейшим образом избежав уголовного дела, или просто
отсидеться, пока тебя за разные художества старательно ищут в совершенно
иных краях. Случаются и другие коллизии, идущие поперек уголовною кодекса -
от левого оформления "белых билетов" до старичков и старушек, упрятанных в
психушку родственниками по причинам, с медициной ничего общего не имеющим,
зато предельно сближенным с алчностью... Словом, полезно наблюдать изнутри
жизнь психушника - никогда не знаешь, что тебе понадобится, что стрясется...
Кстати, милейшего пожилого доктора, второй год исправно снабжавшего
уголовку подробной информацией о жизни родного коллектива, подсекли как раз
на медикаментах - когда он попытался было составить конкуренцию басалаевским
цыганам. У Воловикова в свое время были стойкие подозрения, что именно
конкуренты и сдали операм пытавшегося подкалымить эскулапа, паскудившего
своей интеллигентной рожей и дипломом о высшем образовании спаянные ряды
торговцев "Дурью" - но дела это не меняло...
Доктора она отыскала довольно быстро - благо оказался приемный день, и в
красном уголке психушки стояло сущее столпотворение: мудрые психиатры
расселись по залу, и каждого окружала куча родственников, с печальными
лицами слушавших невеселые подробности (правда, на паре-тройке лиц Даша
подметила вовсе не скорбь, а одна замотанная бабенка, никою не смущаясь,
орала в голос: "Доктор, вы этого алкана подержите до Нового года, хоть дети
отдохнут!".
Улучив интервал, когда очередной родственник отсел, а другой,
опечалившись, пропустил момент, Даша рванулась в образовавшуюся брешь,
плюхнулась рядом с благообразным седым доктором (везло ей сегодня на
благообразных джентльменов, спасу нет...) и, пока он не успел удивиться,
заторопилась:
- Вы меня помните, доктор? Я насчет Усачева... Доктор ее, конечно же,
помнил, но с полминуты моргал и жевал губами, пока не сообразил:
- Ах да, конечно... Вообще-то, это не мой участок...
- А скоро освободитесь и сможете мне помочь? Я вас умоляю, доктор, такая
неожиданность...
- Подождите с... - он обречено окинул взглядом ждущих. - С полчасика...
Раньше никак не управиться...
Пришлось убраться несолоно хлебавши. Она забралась в неприметный
"москвичек", и они с сержантом Федей, перебрасываясь пустыми фразами,
наблюдали от нечего делить, как люди покидают грустную больничку,
непроизвольно ускоряя шаг, чтобы побыстрее оказаться подальше. Никому не
хотелось, чтобы его ненароком приняли за пациента.
- Вот не дай бог угодить... - сказал Федя с кокетливым ужасом молодого
здорового амбала.
- Не зарекайся, - сказала Даша отрешенно. - Я в прошлом году вела одно
дело, пришлось кое-что подчитать... Кажется, у одиннадцати человек из тысячи
есть шанс загреметь независимо от прошлой жизни. Возрастные изменения
сосудов мозга.
- Шутите?
- Ни черта. Статистика такая. А уж кто попадет в эти одиннадцать,
неизвестно. Может, я, а может, ты...
- Мать твою...
Через сорок две минуты появился доктор, неуклюже влез на заднее сиденье,
повозился, устраиваясь, страдальчески вздохнул по своему обыкновению
(джентльмен в лапах грубых пиратов, понимать) и сообщил:
- Психоз с острым галлюцинозом. Акцент на ярко выраженной мании
преследования - в карточке записано, странности проявились еще вечером, ночь
он, вероятнее всего, не спал, а утром начался приступ, метался по квартире,
пытался спрятаться у соседей, лез под диван...
- Белая горячка? - спросила Даша, сидя к нему вполоборота.
- Родные говорят, не пил. Такая картина наблюдается не обязательно после
злоупотребления алкоголем. Просто симптомы крайне схожи. Преследователи, от
которых следует скрываться, враги... Его вовремя увезли. Здесь все возможно
- от прыжка в окно до нападений с топором на семью.
- А кто были эти враги? - спросила Даша. - Насколько я помню по делу
Лифантьева, в таких случаях более-менее подробно описывается...
- Убийцы - вот и все, что там значится. Страшные, беспощадные убийцы,
которые слоняются вокруг дома, трогают дверь, цинично пере! свариваются под
окном,., Знаете, что любопытно? Убийцы - девушки. Три молодых, красивых
девушки. Это несколько не вписывается в стандартную картину. Обычно бывают
мужчины - соседи, даже друзья, эсэсовцы, натовские парашютисты, сотрудники
КГБ... А у него - три девушки. Весьма нетипично.
- Как сказать... - проворчала Даша. - На наркотики проверяли?
- Разумеется. Сделали все обязательные анализы. Но ничего не нашли.
Возможно, чисто возрастное, изменения сосудов мозга...(Федя дернулся и
уставился на него с ужасом). Пока еще рано о чем-то определенном говорить.
- А побеседовать с ним можно?
- Смеетесь? Он зафиксирован на койке. Когда его привезли, купировали
возбуждение аминазнном и тизерцииом в ударных дозах, но отдельные проявления
сохраняются до сих пор...
- Девушки за ним и сюда последовали? - усмехнулась Даша.
- Да. Все замыкается на девушках - они выследили, догнали, твердо
намерены убить... Когда с ним можно будет поговорить, я совершенно не
представляю. Иногда это затягивается. Попробуйте позвонить дня через три,
возможно, что-то и определится...
- А вы уверены, что анализ не проморгал наркотиков?
- Ручаться, конечно, на все сто процентов нельзя. Вы же понимаете, при
нашей спешке и запарке... Пациенты Кашпировского давно схлынули, зато волной
пошли вкладчики МММ и аналогичных заведений... Вчера Даже Мавроди привезли -
ну, самозванца, понятно.
- Так, - сказала Даша. - А можете вы у него одноразовым шприцем откачать
капельку кровц, да мне шприц принести?
- Это бессмысленно. В крови у него сейчас столько нейролептиков, что
никакой анализ не отличит следов лечения от чего-то принятого ранее. Я
перекинулся парой слов с завотделением - он на наркотики не грешит.
Совершенно не тот анамнез. Все прекрасно укладывается в картину острого
галлюциногенного психоза.
Даша лихорадочно размышляла. Потом энергично тряхнула головой:
- Санитары там в комплекте?
- У нас же вечно недокомплект.
- Будет вам санитар, - сказала Даша, решив использовать на всю катушку
временное обилие подчиненных. - Он к вам через часок приедет, и вы, кровь из
носу, моментально его туда устроите как племянника жены брата соседки тестя,
скажем. И сделаете так, чтобы он как можно быстрее вышел в смену...
Глава четырнадцатая. Прыткий кузен.
Дверь распахнулась, кода Даша снимала пуховик с вешалки, а сержант Федя
топтался рядом, галантно пытаясь помочь и не уронить при этом зажатых под
мышкой учебников (ибо твердо решил, очарованный крутыми операми и Дашей
конкретно, на будущее лето поступать в Шантарскую милицейскую школу).
Появился бородатый тип с просветленно-пугливой, слегка опухшей
физиономией индивидуума, которому удалось благополучно, без "белки"
выскользнуть из длительного запоя - но маяться болями в организме и
тягостной бессонницей предстояло еще с недельку. Диагноз при взгляде на
такую рожу бывалый опер ставил с лету. Даша решила сначала, что это какой-то
антиобщественный элемент вновь перепутал двери - что случалось в среднем
раза три в неделю, поскольку поблизости от Дашиной резиденции располагался
ведавший участковыми майор Акимушкин - но тут же следом вошел веселый
Косильщик, хлопнул бородатого ладонью по спине:
- Заходи, Веласкес, не тушуйся...
Честное слово, он прямо-таки сиял - не отрекомендованный Веласкесом, а
Косильщик. Была в нем этакая усталая гордость, прекрасно Даше знакомая. Она,
выжидательно держа пуховик на руке, спросила;
- Ты кого привел? Ему бы в пивбар, болезному...
- Перетерпит, - безжалостно сказал Косильщик. - Садись, Веласкес,
покури...
Даша за локоть оттащила его в сторону:
- Что за улов? Мне ехать надо...
- Куда?
- На Каландаришвили, - сказала она шепотом. - Интересное кино
закручивается - наша малолетняя Анжелика и в самом деле та, за кого себя
выдавала, вот только нет у ее родителей еще и старшей дочки Нади. Один пацан
Витя десяти лет. А Надежда из "Шантарск-Тслестар", что живет рядом с
Житеневым, носит совершенно другую фамилию и в родстве с Изместьевыми не
состоит ни с какой стороны...
- Подождут, никуда не денутся, - так же тихо ответил Косильщик. - У меня
нашелся гриб поинтереснее. Свидетель по Шохиной... По тому утру.
Даша, не тратя время на восторженные реплики, повесила пуховик на
вешалку, жестом отослала Федю "погулять" и еще раз обозрела "Веласксса",
сидевшего на краешке стула так, словно стул был хрустальный, и благостно
смолившего сигарегку, зажатую меж большим и указательным пальцем трясущейся
руки. При одном взгляде на него хотелось пивка. С одной стороны, полагаться
на таких свидетелей иногда выходит весьма опрометчиво. С другой же, давно
известно, что порой лучшие свидетели получаются из одержимых бессонницей
старушек, равно как запойного народа и влюбленных - две последних категории
сплошь и рядом оказываются в самых неожиданных местах в самое неожиданное
время...
- Ладно, - сказала она напарнику. - Посмотрим... Он что, в том доме
живет?
- Ага. Только в другом подъезде. Веласкес - эго не кличка. Он у нас -
Веласкес Степанович Тихомиров.
- Попятно, - сказала Даша. - Папа был художник?
- Искусствовед, - тихо поведал в пространство Веласкес без кавычек. - В
областном музее работал.
- Бывает, - кивнула Даша. - В школе не дразнили?
- Разве что Вилкой...
- Ну, это еще ничего, - -дружелюбным тоном сказала Даша, подсаживаясь
поближе и сделав самую располагающую физиономию. - Знала я одного
Лагшмивара, честное слово. - Лагерь Шмидта в Арктике - так у того школьное
прозвище без содрогания и вспомнить нельзя... А вы сами, часом, не художник
будете?
Он кивнул, но тут же уточнил:
- Непризнанный.
- Бывает, - понятливо кивнула Даша. - Я в прошлом году вела дело по
убийству в мастерской, предмет изучила. Интриги и зависть или безжалостная
поступь рынка?
- Все вместе. Плюс изобилие алкоголя в круглосуточной торговле.
Даша окинула его откровенным взглядом:
- Ну, не скажешь, вообще-то, что на вас лохмотья...
- Оформительством подрабатываю, кормлюсь при новых русских и старых
инородцах...
- Дальше попробую угадать, - сказала она. - Ради тренировки дедукции.
Сдали заказ, получили денежку...
- Ага. Магазин на Котовского. Раньше там была бакалея, а потом закрыли и
устроили салон мебели...
Распахнулась дверь, что-то весело договаривая на ходу. влетели Славка с
Толей. Даша яростным жестом приказала им убраться в уголок и притихнуть.
- Салон я уделал в западных стандартах, им понравилось. И не обманули,
надо заметить. Отдали все до копеечки, и еще добавили парочку бутылок, у них
там закупили гору алкоголя для презентации. Пошел я домой и стал тешиться
алхимией - перегонял разрисованную бумагу в спиртное. Благо нет у меня дома
препятствий для таких опытов - то бишь юбок. Я человек вполне
гетеросексуальный, - поторопился он уточнить. - Только стараюсь их у себя не
селить, а то не успеешь оглянуться, как их растащит стенку покупать и
моющиеся обои клеить... В общем, проснулся
...Поділитися у соцмережах
