Жанр: Электронное издание
madwomen
...у входа на четвертый этаж "рысенок" услышал их
заблаговременно и тихо, властно окликнул:
- Стоять! Кто?
- Рыжая, - столь же негромко откликнулась Даша.
- На свет, тихонечко!
Они с Жорой поднялись на ярко освещенную площадку. В начале коридора
(заканчивавшегося тупиком) на протяжении добрых десятка метров стоял
непроглядный мрак - ведмедевская школа, сообразила Даша, костолом отключил
там все лампы, и теперь он с автоматом наизготовку был в темноте, а любой
прохожий - под светом. А парень из СОБР - у дверей палаты в самом конце
коридора, тоже с автоматом, и в случае чего поднимет тресконю не хуже
махновской тачанки. Двух определенно достаточно - прошло три дня, а к
раненому не искали подходов, не появилось ни единой подозрительной рожи...
- Проходите, - сказали из темноты.
"Приятно знать, что ведмедевские "рыси" узнают тебя в лицо, как
кинозвезду", - мельком подумала Даша, проходя мимо едва различимой во мраке
здоровенной фигуры, слегка припахивавшей оружейной смазкой.
- Поговорить? - спросила фигура.
- Ага, - ответила Даша. - Доктор обнадежил, что можно.
Отойдя на пару метров, она услышала, как спецназовец бубнит что-то в
потрескивающую наплечную рацию. Докладывает, конечно же, что раненый признан
медициной годным для душевных бесед. Но парни Бортко все равно опоздают...
Сержант из СОБР кивнул Даше и сообщил, что дежурство протекает без
происшествий. Подумал и тихо добавил:
- Вроде бы он там шебуршился немножко, кровать скрипит. И табачным дымком
определенно потягивает.
Жора с победным видом открыл было рот, но Даша скорчила ему страшную
рожу, призывая к молчанию, на цыпочках подкралась к двери и прислушалась.
Тишина. Осторожно потянула дверь на себя.
На столике горел неяркий ночник под фарфоровым колпаком. На стуле в
неудобной позе подремывала девчушка в белом халате. Еще открывая дверь, Даша
зафиксировала явственное движение на кровати, дернувшуюся руку. Подошла
ближе, втянула воздух ноздрями. Нюх у нес, как у всякого курильщика, был
изрядно посажен, но после коридора здесь и в самом деле сразу унюхивался дым
- а вокруг ночника еще плавала невесомая сизая струйка, не успевшая
растаять.
Подойдя вплотную, Даша присела на корточки и заглянула под кровать.
Узрела пустую баночку из-под какой-то мази, где в сером пепле квартировали
аж четыре окурка. И сказала тихо:
- У вас ресницы дрожат, больной. В ритме ламбады. И дымок еще не
разошелся...
Лежавший на спине человек медленно открыл глаза. Взгляд вполне
осмысленный, даже хитроватый. На губах появилась легкая улыбка:
- Ну захотелось покурить, доктор...
Девчонка-медсестра проснулась, вскочила, недоуменно моргая. Жора показал
ей ни дверь, глянул на Дашу, вздохнул со скорбным лицом зрителя,
выдворенного из кинотеатра посреди увлекательного детектива, без приглашения
удалился следом за девочкой. Даша огляделась - ну да, и форточка приоткрыта
- спросила:
- Девочка сигареты принесла?
- Ага. Что тут такого? Пожалела хворого. Вы ее не ругайте, доктор...
- Я не доктор, - сказала Даша. - Капитан Шевчук, уголовный розыск. - И
продемонстрировала удостоверение, подставив ею под свет ночника. - Вам
хорошо видно?
- Да, вижу...
- Итак, я - капитан Шевчук. А вы - Мироненко Анатолий Арнольдович,
частный сыщик из фирмы "Бастион", личность установлена, и сомнений в
подлинности пока не вызывает... Раз вы курите, ничего страшного, если запалю
и я... - Она села на стул и поиграла пачкой, прежде чем достать сигарету,
очень внимательно оглядела раненого.
Он тоже пытался ее рассмотреть, но меж ним и Дашей оказался ночник. По
документам ему тридцать восемь, но выглядит моложе, даже сейчас, после всех
несчастий, Мужичок, уверенный в себе, неглупый такой хитрован, сразу видно,
у московских сыскарей фейс специфический...
- Будете допрашивать?
- Хотелось бы.
- А это законно? Время позднее... Даша закурила наконец, усмехнулась:
- Неаккуратно, друг мой. Я ведь могу черт-те что подумать.
Законопослушный гражданин давно кричал бы: "Капитан, в меня стрелял толстый
хмырь в синей "аляске", парень в кепке и зуб золотой! Ловите его поганца!"
Не се па4?
- Честное слово, даже кепки не рассмотрел, если и была. Подлетела
светло-серая "Волга", оттуда рубанули из автомата...
- Вас не интересует участь спутников? Он слегка посмурнел лицом:
- Мне уже успели рассказать. Девочки, как я понял, меня преступником
вовсе не считают...
- Да и я вас гангстером не считаю, помилуйте, - сказала Даша
непринужденно. - Но вы не хуже меня понимаете, какие вопросы в такой
ситуации ребята вроде нас зададут парню вроде вас. Даже если начнете
уверять, что ждали открытия ларька с мороженым, или поскандалили с нашей
местной крутизной из-за плюшевого медвежонка, придется не поверить. Мы,
сибиряки, конечно, дикий народ, но за автоматы у нас, как и в более
цивилизованных краях, профи хватаются лишь при крайней нужде. А вас
уработали не дилетанты вроде ревнивого мужа пли поддавшего шпанца... Итак?
- Можно как-нибудь устроить телефонный разговор с Москвой? - С кем?
- С женой.
- По паспорту вы холостяк...
- А что, штамп - обязательно?
- Не будьте ребенком, - ухмыльнулась Даша. - С вашим "Бастионом" мы
связались, они и сообщат.
- Там ее не знают.
- Сочувствую, но ничего не поделаешь, - сказала она без всякого
злорадства. - Потом - сколько угодно. Не раньше, чем вы мне расскажете
достаточно... и не раньше, чем мы сможем это проверить. Будем реалистами,
ладно? Смыться вы отсюда не сможете, а устанавливать связь с друзьями через
сестричек не рискнете - откуда уверенность, что они не подсадные? Пока вас
ни в чем не подозревают, но если будете тупо молчать - подозревать
непременно станут, это азбука...
Мироненко, стараясь двигать рукой плавно и медленно, запустил ладонь под
подушку и достал сигареты. Даша предупредительно поднесла ему огонька. В
общем-то, она прекрасно понимала его колебания и уклончивость, каковые могли
проистекать вовсе не из-за причастности раненого к криминалу. Только
патологический оптимист, воспитанный на "Дяде Степе", может полагать, будто
среди ментов не сыщутся работающие на мафию. Найдутся, увы. Даша на его
месте тоже лелеяла бы подозрения - особенно оказавшись за тысячи верст от
родных мест, где ты считался в авторитете...
- Придется рискнуть, - пожала она плечами. Он ничего не переспросил -
значит, понял.
- Придется, - повторила Даша. - Потому что ничего лучшего не придумаешь.
Будь это официальная командировка, связанная с интересами государственных
контор или больших фирм, к вам бы уже давно нашли возможность проникнуть
коллеги. Будь у вас в Шантарске подстраховка, она за эти дни обязательно бы
попалась нам на глаза... Нет, вы с Гурьяновым работали на свой страх и риск.
И оказались, скажу откровенно, в хреновом положении. Давайте не будем тянуть
кота за хвост...
- Давайте, - кивнул он, чуть заметно вздохнув.
- "Бастион" утверждает, будто там ничего не известно о цели и характере
вашей поездки. Это правда?
- Чистейшая, Я работал сам на себя. У нас на это иногда смотрят сквозь
пальцы, дадут несколько дней отгула, если на тебе не висит срочных дел, и
положение в конторе хорошее. И, скажу, не хвастаясь, к кандидатам на
увольнение никак не относился... Мы с Гуръяновым приехали сюда от фирмы
"Арбат-Видео". Сеть студий кабельного телевидения в Москве. Совершенно
добропорядочная фирма. Так вот, они купили в Испании телесериал "Сатанинская
гавань". И еще не приступив к прокату, вдруг чисто случайно узнали, что ваша
частная студия "Алмаз-ТВ" купила у "черных дубляжников" тот же сериал - все
тридцать три серии, одиннадцать кассет... Естественно, не для того, чтобы
смотреть дома в одиночестве. Вы хоть немного имеете представление о сути и
размахе видео пиратств а?
- Слыхала кое-что, - сказала Даша. - Насколько я понимаю, размах
грандиозный.
- Ого! Не то слово. Американцы ухлопали на съемки "Водного мира" сто
семьдесят пять миллионов баксов, а у нас этот триллер века крутили за неделю
до официальной американской премьеры. Сперли копию прямо со студии,
скверную, правда...
- Не оскудела талантами земля русская... - кивнула Даша.
- Да уж... Словом, размах грандиозный, но эту пиратскую вольницу
понемногу начинают прижимать - И из-за воплей с той стороны бугра, и из-за
собственных интересов. Появляется все больше фирм, которые намерены вести
дела предельно цивилизованно. У моих клиентов - как раз тот случай. Кое-кому
может показаться, будто они ничего не теряют, коли ваш город от столицы
далеко, - но поставьте себя на их место. Вы выкладываете приличные деньги за
товар, купленный с соблюдением всех законов, а кто-то хапает то же самое,
выложив на черном рынке раз в двадцать меньше... И потому вы в целях
недопущения впредь, договариваетесь со столь же законопослушными собратьями
по бизнесу, решаете ни за что не спускать пиратам, С использованием строго
законных методов... или по крайней мере тех, что не предусмотрены уголовным
кодексом.
- Как это понимать?
- Методы, которыми я прижал "черных дубляжников", скажем так, уголовным
кодексом не предусмотрены... - ухмыльнулся Мироненко. - И ихний главный в
конце концов выложил адреса и телефоны троицы с "Алмаза", что приезжала в
Москву. Мы с собой привезли копии всех договоров...
- Где они у вас хранились? - насторожилась Даша.
- В моем дипломате, в синей папке. Дипломат остался в гостинице.
- Дипломат я помню, а вот папки не было... - протянула она. - Значит, вы
прилетели в наш веселый городок... и что было дальше?
- У Гурьянова здесь был знакомый его знакомого. Такой Миша Сорокин. Он
был чем-то знакомому Гурьянова обязан по столичным делам...
- А вам известно, что Миша собой представлял?
- А какая разница? - частный сыскарь спокойно пожал плечами. - Во-первых,
нам не обойтись было без местного гида-проводника, знающего все ходы и
выходы. Во-вторых, мы не планировали ничего противозаконного - так что, будь
Миша хоть самим Аль Капоне, на сей раз игра предстояла честная. Марзуков,
нам сказали, в Германии, а Ольминская погибла. Мы дозвонились до Баранова,
телефон оказался контактным, но ему довольно оперативно все передали - он
позвонил назавтра утром и предложил встретиться. Никто и подумать не мог...
Хотя дело это грязное и паскудное, они не могли не понимать, что за нами
придут другие, и потом, пиратский видеобизнес - не та сфера, где при
разборках начинается автоматная пальба. По крайней мере, прежде такого не
случалось.
- Все?
- Все.
- Вы же понимаете, что проверить будет легче легкого...
- Да ради бога, - сказал он. - У вас ручка с блокнотом найдется? Пишите
адрес и телефон "Арбат-Видео", проверьте завтра же...
Выйдя из палаты, Даша взяла Жору за локоть и громко спросила,
демонстративно кивнув на маявшуюся тут же медсестру:
- Жора, эта девочка - неглупая?
- Да вроде бы не дура...
- Вот и постарайся ей убедительно втолковать: если наш продырявленный
граждан попросит ее кому-то позвонить или отправить телеграмму, а она
немедленно не позвонит мне - я на нее категорически обижусь, а обиженная, я
зла...
Кивнула ему и направилась к лестнице, не столь уж и довольная беседой.
Залетный искатель справедливости прав: из-за нелегально купленного фильма
никто не станет баловать с автоматом в центре города. Еще и потому, что
дальше пойдет по песне Высоцкого: "Я ухожу - придет другой..."
А значит, версия Мироненко грешит пробелами и враньем. Но отчего-то же он
держался столь убогой версии, прекрасно понимая, как легко уголовке будет ее
проверить?
- Рыжая!
Уже взявшись было за ручку дверцы (притомившийся сержант Федя радостно
запускал мотор, но зажигание не схватывало), она повернула голову. Из белой
"восьмерки" целеустремленно вылезали Антонюк и Неволин, бортковскне
сподвижники из особо доверенных.
- Запел?
- Ага, - сказала Даша. - Совершенно бездарно запел, фальшивит
несказанно... Ребятки, вы слышали когда-нибудь, чтобы за
аудио-видео-пиратство дырявили из автоматов?
Орлы переглянулись, пожали плечами.
- Только ежели дикий рэкет... - сказал Антонюк. - Как он, в хорошей
кондиции?
- В полной, - сказала Даша. - - Валите, побазарьте. Авось вам больше...
Высоко над ними звонко разлетелось стекло. Даша машинально задрала голову
- и шарахнулась, сверху в туче осколков летел непонятный предмет, тут же с
грохотом брызнувший обломками метрах в пяти от застывших в нелепых позах
сыскарей. Света, падавшего из ярко освещенного вестибюля, было достаточно -
и Даши вмиг узнала бело-синий узор на черепках. Остатки ночника, возле
которою она сидела пару минут назад...
- Федя, держи вестибюль! - отчаянно закричала она, уже понимая, что
отдает совершенно нелепый приказ.
И через секунду неслась со всех ног - ступеньки, дверь, кто-то испуганно
шарахнулся, кисть левой руки пребольно ушибла о железо, уклоняясь от
столкновения, вестибюль, лицо у выдры-дежурной ополоумевшее, челюсть отвисла
- подошва кроссовки заскользила на мраморных плитках, Даша чудом удержала
равновесие. Следом топотали коллеги. Грохоча вверх по лестнице, Даша рванула
полу пуховика, обрывая пуговицы, выхватила пистолет и отвела затвор.
Тасамая площадка. Даша повела стволом, укрылась за косяком, напрягая до
рези глаза, пытаясь рассмотреть, что ее может ждать в полосе мрака. И видела
со своего места, что сержант лежит перед дверью палаты, скорчившись, нелепо
откинув руку. А там и рассмотрела метрах в трех от себя второе неподвижное
тело.
Втроем они подбежали к двери. Мертвая тишина. Молча переглянулись,
жестами распределили роли - и, рванув дверь, нацелив оружие, ворвались
внутрь. В лицо дохнуло холодным сквозняком.
Там стояла полная темнота, но Даша почти мгновенно нашарила выключатель.
Окно разбито. Медсестра лежит ничком, головой к окну. Пуля попала ей в
затылок. Мироненко свесился с кровати, верхняя половина тела на полу, лица
не видно. В него стреляли трижды - затылок, левая лопатка, правый бок.
Почти посередине комнаты черным глянцем отблескивал валявшийся на полу
китайский "ТТ" с глушителем - картина, в последние годы ставшая
классической...
...Часа в три ночи Даша уныло садилась в настывший на холодном ветру
"москвичек". Он с трудом выбрался из табунка стоявших с заглушенными
моторами милицейских машин и покатил прочь, чем-то напоминая побитую собаку.
Убийца испарился, как привидение. Точнее, как просчитавший все
профессионал. Вероятнее всего, спустился этажом ниже, откуда мог уйти в
четырех разных направлениях, по числу имевшихся боковых выходов. Правда, два
из них расположены поблизости от операционных, и суета там продолжается
круглосуточно, так что он наверняка воспользовался каким-то из двух других.
В "тыще" киллер ориентировался прекрасно - это сомнений не вызывало. И никто
ею не видел - что вероятнее, кто-то просто-напросто не обратил внимания, не
стал рассматривать быстро идущего человека, выглядевшего вполне обыденно.
Возможно, он был в белом халате - никого не удивит. если врач бежит по
коридору...
Реконструировать происшедшее было нетрудно - убийца, великолепно
владевший китайской игрушкой, срезал двумя точными выстрелами в голову обоих
караульных, так что они умерли мгновенно и сами выстрелить не успели.
Мироненко, заслышав, должно быть, нехорошую возню, падение тел, сделал
единственное, что оказалось в его возможностях - схватил ночник со стола и
запустил им в окно, привлекая внимание. И ворвался киллер...
У этой картинки был и второй план, но думать о нем было тягостно. И
пришла в голову эта идея не одной только Даше. В какой-то миг она случайно
встретилась взглядом с полковником Бортко - удивительно, сколько мыслей и
оттенков способно порой вместить мимолетное пересечение взглядов...
Все чертовски упрощается, если только допустить, что тертый спецназовец и
столь же опытный сержант СОБР смертельно лопухнулись оттого, что
расслабились, увидев кого-то хорошо им знакомого. Человека, чье появление их
ничуть не встревожило. Застать их врасплох мог, конечно, и некий ниндзя, но
гораздо проще предположить, что ниндзи не было, а был - свой... Даша, пусть
и с некоторым внутренним сопротивлением, готова была подозревать Жору, но
он, во-первых, не был для убитых своим, а во-вторых, расставшись с Дашей,
тут же отправился в регистратуру второго корпуса, что подтвердили целых три
свидетеля. Жора никак не успел бы...
Глава тринадцатая. Танцы с джентльменами.
- Вот и все, пожалуй, - раздумчиво сказал господин Марзуков, поставил
точку и ладонями сделал движение над листком, словно хотел подтолкнуть его к
Даше и побыстрее отвязаться. - По крайней мере, те Ольгины знакомые, которых
я знаю по фамилиям. При ее общительности и совершенно безалаберной
доверчивости ручаться за исчерпывающую полноту не могу...
Даша бегло просмотрела аккуратно пронумерованные фамилии - числом
тридцать две.
- У вас хорошая память...
- Профессиональная. Вам понятны пометки? СМИ - это...
- Я поняла. БИЗ - тоже легко догадаться... Она промолчала насчет того,
что владелец "Алмаза-ТВ" весьма дипломатично отнес в разряд бизнесменов и
кое-кого из "полутяжеловесов" шантарского криминала. В конце концов - не
пойман, не вор. Гораздо интереснее было наткнуться под номером девятым на
Паленого, а под десятым - на его ветреную "супружницу" Дугина...
- Вы уже нашли ей замену?
- Признаться, пока не думал. Нужно отойти от всего этого ужаса...
Контакт с ним Даша завязала, надо отметить ему в похвалу, легко. Ей
понравилось, что собеседник (двумя годами моложе ее самой) не строил из себя
крутого бизнесмена, шантарского Теда Тернера, и ни единого разочка не
намекнул даже про своего достославного тестя, одного из папанек шантарской
демократии и особу приближенную. Спокойный и элегантный молодой человек
(Шантарский госуниверситет, журфак, частная газета, еще одна, и наконец - не
без поддержки тестя собственная телестудня). И держался он типично, подобно
подавляющему большинству людей, волен судьбы оказавшихся внезапно
свидетелями по грязному делу. В меру вполне понятной нервозности, в меру
стремления сотрудничать со следствием согласно гражданскому долгу, в меру
откровенности, в меру легкой скрытности. Вот только как-то уж чересчур всего
в меру - этакий выверенный на точных аптекарских весах коктейль...
- Вы можете как-то объяснить ее полковничий мундир?
- Пожалуй... Простите, у вас какое образование?
- Милицейско-юридическое, - сказала Даша.
- Психолог, конечно, понял бы меня лучше, но постараюсь. Благо и сам я не
психолог... Видите ли. Олечка выросла в семье военного. Отец -
стратегический ракетчик, а это почти всегда означает уединенные военные
городки, точки в глуши. Единственный пример для подражания, образец,
наиболее характерная деталь пейзажа, ось жизни - офицер в форме. Потом вдруг
- большой город, прямо-таки мегаполис по сравнению с прошлой жизнью,
университет, разноцветно жизни, коловращение толпы, красочная палитра,
муравейник... Лично мне всегда казалось, что она с помощью военных одежек
бежала в детство. В тихий, уютный, несуетливый и безопасный мирок, в
сравнении с кипящим мегаполисом представлявшийся райским оазисом. Чем-то
вроде родной деревеньки, затерявшейся среди высоких хлебов. Я сам из такой -
разве что она затерялась меж таежных распадков вместо левитановских нив.
Поначалу очень трудно было привыкать к огромному городу... Понимаете?
- Кажется, - кивнула Даша. - Хоть я сама - городское дите, из
Серебрянки... И где же ей сварганили мундир?
- В облдрамтеатре. Все ее тамошние знакомые у меня обозначены под шифром
ОДТ.
- Ага. вот что оно такое... С Житеневым у них было серьезно?
- Господи, в наши дурацкие времена этот оборот не то чтобы не котируется
- просто как-то незаметно выпал из обращения... Замуж она, во всяком случае,
не собиралась. Ни за Житенева, ни за кого-то другого. Я бы сказал, они
поддерживали привычные, наладившиеся отношения - без попыток с чьей-то
стороны изменить сложившийся статус.
- У вас на лице мелькнула этакая досада, - сказала Дата. - Вам не
нравится Житенев?
- Каюсь. Категорически не нравится. Видеоинженера никак нельзя назвать
незаменимым творческим работником. Из-за всех его загульчиков руки чесались
выставить, да терпел из-за Ольги. Это в театре, как рассказывали, частенько
случается - висящий ярмом на шее любовник примадонны, делающей сбор...
- Нескромный вопрос можио?
- Насчет меня и Ольги? - мгновенно отреагировал он.
Даша усмехнулась:
- Коли уж пошла такая пьянка - то и о возможном роковом треугольнике...
- Вы знаете, было, - сказал Марзуков в меру смущенно. - Два раза. И
довольно давно. Только не настраивайте себя на привычные штампы о развратных
звездочках. Здесь вес иначе. Я как-то прочел несколько книг о Мерилин
Монро... Вам не доводилось?
- Листала что-то такое с массой фотографий,
- Ну, если "листали", придется объяснять подробно... Очень многие
писавшие о Мернлин подчеркивают, что мужчин она прямо-таки коллекционировала
не по развратности своей, а согласно жизненной философии. Постель в данном
случае как бы закрепляла дружбу, приятельские отношения... Словом, полная
противоположность расхожей хохмочке "проведенная вместе ночь - еще не повод
для знакомства". Понимаете?
- Вроде бы.
- Можно сказать, все это чуть ли не слово в слово списано с Ольги. Тот же
образ мыслей. С настоящим другом мало пить кофе и делиться тайнами, с ним
еще нужно переспать. Тогда это и станет настоящий друг. Кто-то может
посчитать такое поведение нимфоманией, но, право же, ошибется. Главное, я
вас умоляю, не ищите роковых треугольников и прочей геометрии. Олю следовало
принимать такой, какая она есть... была. Она не собиралась уводить меня от
жены, я не собирался бросать жену, а Житенев вовсе не собирался разыгрывать
ревнивца с отточенным кинжалом. Да ее и невозможно было ревновать. - Его
лицо вдруг на миг исказилось неприкрытой болью, чуть ли не судорогой. - Я ее
любил. Не в сексуальном смысле, все сложнее. За то, что она - это она, за
то, что она есть... - И тут же стал прежним, собранным, бесстрастным. - У
нее был удивительный талант с ходу знакомиться и непринужденно общаться с
самыми неожиданными людьми - и при этом ни единого раза не влипнуть в
неприятную или опасную ситуацию. Однажды, с месяц назад, она мне средь бела
дня продемонстрировала боевой "Макаров". Кто-то ей подарил, представьте
себе. В "Шантарских пельменях". Этакий сувенир. Неплохо?
- И куда она его дела?
- Я посоветовал вытереть и выкинуть - мало ли что на нем могло висеть.
Она заверяла, будто выкинула в Шангару.
- Ну, в любом случае дома у нее мы ничего огнестрельного не нашли, -
сказала Даша.
- Простите...
- Да?
- Откровенно говоря, я плохо понимаю, к чему весь этот разговор. Нет,
располагайте моим временем, как угодно, я не спешу никуда, но в толк не
возьму, зачем столь углубленно изучать ее прошлое. Это же маньяк, и она -
лишь одна из трех жертв, ничем меж собой не связанных...
"Милый, да я и сама не пойму, почему копаюсь в прошлом, отвлекаясь от
четких действии по ловле маньяка, - подумала Даша. - Не пойму... и тем не
менее веду Долгие, дурацкие порой, ненужные беседы. И еще очень хочу понять,
чего ты, такой респектабельный и деловой, боишься?"
Он боялся, определенно. Он хорошо прятал страх, но Даша давно научилась
подмечать такие вещи, не представлявшие в этом убогом кабинете ни малейшей
экзотики. Наоборот, она слишком часто сталкивалась с затаенным страхом в
глазах, в мимике, движениях...
- Вы правы, - сказала Даша. - Конечно, чуточку глупо... Но вы и меня
поймите. Новых убийств, слава богу, не было, но мы как на иголках и
хватаемся за любую соломинку.,.
- Есть же какие-то методики,..
- Вот только сексуальный маньяк сплошь и рядом понятия не имеет, что
обязан действовать согласно методике, - с искренним раздражением сказала
Даша. - Да, кстати. От маньяков как-то незаметно соскальзываешь и к
отклонениям от нормы... Вы не в курсе, что связывало Ольминскую с
Васильковым и Душным? Оба, между нами, на другое ориентированы... . - Ах,
эти... - досадливо по морщился Марзуков. - У нее с месяц назад прорезалось
новое увлечение. Сатанизм, черная магия, пришельцы... Ну, а Сема Васильков с
"супружницей" этим давно балуются. Это все из-за Житенева, подозреваю, Ольгу
он и приохотил...
- Он тоже?
- Ох! Зайдите к нему под благовидным предлогом, если и вы, чем черт не
шутит, интересуетесь. Всякое может быть, коли ваш майор возглавляет общество
уфологов... У Житенева богатая библиотека, за какую его лет триста назад с
ходу поволокли бы на костер...
- Недолюбливаете сатаиистов?
- Есть немного, - признался Марзуков. - Но не с позиций истового
христианина. Я неверующий. Дело в том, что эта сатанистская братия ходит и
лелеет свою исключительность, а я не переношу любых попыток создать где-то в
посконном углу этакую самопровозглашенную элиту...
- Понятно, - кивнула Даша. - И Ольга что, какие-то их сборища посещала?
Радения?
- К
...Поділитися у соцмережах
