Жанр: Электронное издание
dogwork
...ущую в какое-то помещение с верстаками и кучей всяких железяк. За
верстаком на
табуретах сидели два пожилых мужика, а на верстаке, как полагается в таких
случаях, стояли
две бутылки водки, два пластиковых стакана и нехитрая закусь.
- Тебе чего, дочка? - поинтересовался один из выпивающих - плотный коротко
стриженный дядька в спецовке. - Потеряла кого?
- Ей меня, - безапелляционно заявил второй - звероподобный поджарый мужлан
лет пятидесяти, чрезмерно волосатый во всех местах и наделенный ко всему прочему
клокастой жиденькой бороденкой. - Ты меня хочешь, майн красючдер? Комон ко мне
на
грудь - порезвимся при луне... - и добавил что-то вообще неприличное.
- Прекрати, Василии! - урезонил приятеля плотный дядька. - Тут у нас
всякие
ходят - напорешься на профессоршу, будет мне потом... Так вы что хотели?
- Там три реанимации стоят. - Ли нисколько не смутилась проявлением
дружеских
чувств со стороны звероподобного. - Если понадобится экстренно перевозить
коматозного
больного, какая первая поедет?
- Коматозный твой пешком потопает, - весело ответил плотный, убедившись,
что Ли
вовсе не профессорша. - На этих трех тачках знаешь каких возят? Только самых...
- Если придется перевозить этого самого "самого" - какая поедет? - не
желала
уступать Ли. - У меня дядька в коме, возможно, скоро повезут... Так что - поедет
та, что
сразу у входа стоит?
-Дядька у нее... - Плотный покрутил головой. - Нет, первая от входа не
поедет -
на ней мы с Василием сейчас кое-куда прокатимся. Поедет вторая - она сегодня в
плане. А
тебе какая разница? Дядьку твоего, если он такая шишка, увезут со всем
комфортом, ты на
этот счет можешь не беспокоиться.
- Да хочу убедиться, что повезут на нормальной машине, а не на дребезжащем
дерьме, которое развалится на первой же кочке, - желчно выдала Ли и,
развернувшись,
пошла к выходу, не обращая внимания на длиннющую тираду плотного дядьки, которой
он
разразился, обидевшись на "дребезжащее дерьмо".
Приблизившись ко второй от входа "реанимации". Ли юркнула внутрь, потратив
полторы минуты на установку и маскировку трехсотграммовой пластитовой "блямбы",
усугубленной миниатюрным радиовзрывателем.
- А посмотрим, как-то оно у нас получится, - пробормотала мастерица
ратного дела,
покидая больничный двор и усаживаясь в свой "БМВ". - Если соврал, старый алкаш,
пристрелю! Вот подожду полчаса, вернусь и пристрелю - нечего симпатичных
барышень
обманывать...
Ждать пришлось гораздо меньше: через десять минут из больничного двора
выскочил
"Хендай" с молодым парнем за рулем, врубил сирену и помчался по шоссе в
направлении
элитарного частного сектора.
- Смотри-ка ты - не соврал алкаш, - удовлетворенно констатировала Ли,
рассмотрев номер реанимационной машины и пристраиваясь ей в хвост. - И
действительно
- только шишек возят.
Вскоре "Хендай" приблизился к усадьбе Толхаева и без остановки въехал во
двор -
ворота были открыты. Ли остановила "БМВ" метрах в двухстах от усадьбы, на
удобном для
наблюдения месте. Проследив в бинокль, как из дома вынесли носилки с лежавшим на
них
человеком и упаковали их в "Хендай", дама возбужденно потерла ладошки. Затем она
извлекла из сумки миниатюрный пульт дистанционного управления с двумя
утопленными в
нем кнопками. Нажала на одну - на пульте загорелась красная точка, вокруг второй
кнопки
расцвел еле заметный зеленый нимб.
"Хендай" вырулил за ворота и осторожно поехал по шоссе в сторону
пригорода. Ли
судорожно вздохнула, прокашлялась, выставила в открытое окно руку с пультом и
легким
движением пальца утопила до упора вторую кнопку, вокруг которой мерцал зеленый
нимб.
"Хендай" словно напоролся на невидимое препятствие - зарылся носом,
подкинул зад
и оглушительно стрельнул во все стороны разорванными на части фрагментами своего
корпуса. Спустя три секунды на месте взрыва жирно чадил огромный костер.
- Ба-ай! - хриплым от волнения голосом пропела Ли. - Надеюсь, Гриша,
сейчас ты
умер насовсем...
-...Черт... Черт! Пропал мой манекен! -плаксиво вскрикнул домовой Ефим
спустя
десять секунд после взрыва. - На что теперь костюмы вешать?
- Чтоб ты сдох, гад... - потерянно пробормотал Рудин, во все глаза глядя
на чадящий
костер. - Чтоб ты сдох... Господи, да при чем здесь манекен?! Там же целая
бригада - три
человека... Получается, что мы их на смерть послали...
Они стояли у окна кухни - отсюда довольно хорошо просматривались подступы
к
усадьбе. Ефим скорбел по безвозвратно утраченному манекену, порученец Андрюха -
смышленый парень - мучительно морщил лоб: соображал, что он скажет Саранову,
Рудин
пребывал в трансе - кратковременном, но тем не менее... Не ожидал Пес такой
быстрой
развязки. Такой откровенной наглости. "Хендай" не успел удалиться от усадьбы
даже на сто
метров - взорвали, сволочи, в буквальном смысле не отходя от кассы...
Вдалеке послышался вой сирены. Все гурьбой бросились на улицу. Проходя
через
прихожую, Рудин бросил Соловью:
- Да отпусти их, Вань! Пусть топают в спальню - Гришу охраняют, - а
охранников
жестко предупредил: - Еще ничего не кончилось. Отойдете на шаг от кровати -
замочу!
Это понятно?
Парни понуро кивнули и потопали в спальню. На самом деле пока ничего было
непонятно. Вооруженный убийца разгуливал по усадьбе, распоряжался, все его
слушались.
Черт-те что и сбоку бантик...
Во дворе сцена повторилась - в несколько иной интерпретации. Порученец
Андрюха,
дабы исключить возможные инсинуации, сообщил торчавшим у ворот секьюрити,
потыкав
пальцем в сторону возникшего на крыльце Рудина:
- Теперь он - главный. Жить хотите - слушайтесь, у него за забором целая
рота
сидит - ждут команды. Так что - без глупостей.
Глупости в планы секьюрити не входили - парни недоуменно пожали плечами,
спрятали руки за спины и остались на месте. Рудин выглянул за ворота. Со стороны
центра к
усадьбе резво мчался еще один "Хендай" - завывал сиреной, разбрасывал по
сторонам
тускловатые по случаю светлого времени суток блики мигалки.
- А что-то быстро они, - удивился Андрюха. - Надо же - только рвануло, а
они тут
как тут!
- Хорошо ж ты о них думаешь... Это наши, - с облегчением буркнул Рудин,
рассмотрев в кабине Василия. - Вот теперь дядя Гриша действительно поедет -
хватит тут
валяться. Шумновато тут у вас...
Спустя полтора часа благополучно эвакуированного Толхаева разместили в
одной из
комнат егерской усадьбы. Все были счастливы и бестолково суетились вокруг
хорошего
мужика, чудом возвернувшегося из царства мертвых. Домовой Ефим гнал всех к
чертовой
матери и пытался благоустроить убогую комнатушку для более-менее сносного быта.
Ефима
прихватили с собой потому, что он оказался единственным в окружении, имеющим
медицинское образование, и знал, как ухаживать за "тяжелым". Егерь Василий
звенел
бутылками под навесом во дворе, смущенно крякал и периодически вытирал
проступавшую
из подбитого глаза счастливую слезу - Рудин в сердцах приложился. Опоздали черт
знает
на сколько, приехали датые добре, песняка давили за рулем... В общем, было за
что -
Василий даже не обратил на это внимания. Главное - дело сделали. Жена Соловья
собирала
ужин. Соловей и Масло топили баню. Идиллия, да и только - лесная благодать.
Рудин, дождавшись, когда Ефим приведет комнату в божеский вид, попросил
его
погулять и приступил к Толхаеву с допросом.
- У нас с тобой теперь времени навалом, Гриша, - сообщил он, выдергивая из
рамки
плакат с мерами безопасности на охоте, - спер у егеря. - Будем потихоньку
общаться, это
понятно... Но сейчас - ты уж извини, что беспокою после столь утомительного дня
- мне
нужна одна информация. И ты знаешь какая... - Тут он перевернул плакат на
обратную
сторону и в течение пяти минут вывел большими корявыми буквами весь алфавит.
- Годится? - показал алфавит Толхаеву - тот одобрительно мигнул два раза.
- Ну
и ладушки. Давай, напрягись немного. Чем быстрее я это узнаю, тем больше шансов
его
отловить... Итак - кто тебя убил. Возраст, рост, вес, особые приметы. Начнем с
возраста...
- Б-б-б... Б-ббаа-ба... - натужно выдохнул Толха-ев. - Б-б-б...
- Да погоди ты бакать! - досадливо отмахнулся Ру-дин. - Лежи, молчи, я тут
целую
систему придумал...
- Б-ба-бба... - яростно промычал Толхаев, в глазах сердито блеснул укор:
"Ну тупой
ты, Пес, я прямо не знаю!"
- Погоди, погоди... - Рудин замер на вздохе - опустил таблицу на колени,
шепотом
переспросил: - Баба? Тебя убила баба?!
Толхаев моторно заморгал. В глазах можно было прочесть облегчение - ну
наконецто!
- Блин, ну не дебил ли? - воскликнул Рудин, хлопая себя по лбу. - Ну не...
И ты
тогда, у тебя дома, то же самое мне пытался сказать, да?
Толхаев опять поморгал.
- Баба... Занятно, занятно... - Рудин опять взял таблицу, уточнил: -
Значит, давай
так - я веду ручкой по буквам, как дохожу до нужной, ты моргаешь один раз. Давай
- имя.
Поехали...
Толхаев моргнул на первой же букве. Рудин медленно повел ручку дальше.
Григорий,
напряженно следивший за движением друга, моргнул второй раз на букве Л и опять
недовольно замычал -i- словно досадуя на Рудина за отсутствие сообразительности.
- Женское имя на АЛ, - наморщил лоб Рудин, пытаясь понять, что хочет от
него
старший товарищ. - Женское имя... - Сергей вдруг почувствовал, как ни с того ни
с сего у
него вспотел лоб. - Алиса Сергеева... Моя подружка... Ты ее знаешь?
Толхаев живо мигнул и опять замычал.
- Это она... она тебя убила? - Сергей сник, боясь поднять взгляд, -
показалось, что
жизнь кончилась. Пахнуло беспросветной тоской, напоенной запахом могилы...
Толхаев
продолжал выражать беспокойство, но глаза держал широко раскрытыми, боясь
мигнуть
ненароком, почувствовал состояние друга.
- Нет... не она? - боясь сглазить, пробормотал Рудин. - Если нет, моргни
три раза...
Ну?
Толхаев моргнул сколько просили. Серега со стоном выдохнул, с минуту
сидел, боясь
поверить своему счастью.
- Ну напугал ты меня, парень, - Рудин пожал плечами, нервно хихикнул. - Ну
ты...
А откуда Алису знаешь? Хотя это долго выяснять... Ну, давай дальше - имя. Первые
две
буквы "А" и "Л". Дальше...
Спустя несколько секунд выяснилось, что имя убийцы - Алина.
- Надо же, имечко себе выбрала, тварь, - ругнулся Рудин. - Чуть до
инфаркта меня
не довела. Я ее за это не пожалею, как отловим... Фамилию знаешь?
Толхаев моргнул и в очередной раз недовольно замычал.
- У тебя характер портится, - попенял ему Рудин. - Нет, я понимаю -
суровые
условия и все такое прочее. Ты потерпимее будь, поласковее. Поехали - фамилию.
Моргания состоялись на следующих буквах: С, Е, опять С, Т, Р и... А.
- Ну и фамилия... - пробормотал Рудин, выписав указанные буквы под верхним
обрезом таблицы. - Хохлушка, что ли?
Толхаев недовольно поморгал не по программе - дурак ты, мол. Пес, и уши у
тебя
холодные, и опять замычал:
- Б-б-бл-л...
- Сестра, баба, понимаю, - досадливо буркнул Ру-дин. - Ну тупой я, тупой!
Так
ведь устал я - знаешь сколько мы за последнее время вынесли всего? Немудрено
отупеть...
Погоди... Сестра? Эта Алина - сестра? Имеешь в виду степень родственных
отношений?
Толхаев моргнул и тепло посмотрел на Рудина - молоток, не совсем конченый!
- Ага, ага... Ну а чья сестра?
- Б-б-бл-л... - завел было опять Григорий Васильевич, но Рудин нашел более
оптимальный вариант.
- Давай по буквам - чья сестра, - предложил он, вновь ведя ручкой по
таблице. -
Итак...
Когда под верхним обрезом образовалось словечко "АЛИСЫ", Рудин посерел
лицом, с
минуту раскачивался на месте, как кобра в раздраженном состоянии, затем
глуховато
спросил:
- Эта тварь - сестра Алисы... Моей Алисы? Толхаев виновато моргнул - да,
мол, так
уж получилось.
- Алина - Ли... Ли... Вот как... - потрясенно пробормотал Рудин. Несколько
минут
он молчал, переваривая обрушившуюся на него информацию. - Черт... Какая дичь, а!
Скажи мне кто об этом, никогда в жизни бы не... Слушай, а Алиса об этом... ну, о
подлинной
сущности своей сестрицы знает?
Толхаев лежал с широко раскрытыми глазами.
- Ну хорошо - давай по-другому, - медленно проговорил Рудин. - Алиса
понятия
не имеет, чем ее сестра занимается. Так?
Ресницы Григория не дрогнули - во взгляде можно было прочесть сожаление.
- Ты хочешь сказать, что не в курсе, чего там знает
Алиса, а чего - нет, - с тяжелым сердцем констатировал Рудин. - В принципе
понятно. Сестра все-таки...
- Б-б-бл-л-л... - замычал Толхаев. - С-с-с... Бл-л-л...
- Ну да - бляди. И сволочи, - рассеянно кивнул Рудин. - Или суки. Я тебя
понимаю - все они сволочи и бляди, так ты думаешь. Знаешь, старик, я с тобой
согласен,
однако... Я почему-то думаю, что ты немного ошибаешься. В отношении Алисы,
например...
- Б-б-б-л-л... - отчаянно замычал Толхаев - в глазах появились слезы. - Бб-б-л-л-
л-зз...
- Ну нет, старик, не надо раньше времени оскорблять человека, - сурово
нахмурился
Рудин. - Разбе-русь-ка я с этой закавыкой, потом будем выводы делать... - И
пошел из
комнаты, не обращая внимания на явное отчаяние во взгляде Толхаева.
Через час с небольшим Рудин заехал в город. Уже смеркалось - можно было
особенно
не прятаться. Сергей припарковал "Ниву" в первом попавшемся микрорайоне, минут
пятнадцать искал рабочий таксофон. Обнаружив, навертел номер Алисы.
- Ты дома? - отстраненно поинтересовался он, услышав родной голос.
- Да, дома. А что случилось? Что у тебя с голосом?
- А сестрица твоя... Алина? Она сегодня не собиралась прийти?
- Она может прийти в любое время... Да что случилось - ты можешь
объяснить?
- Ты знаешь, чем она занимается? - настороженно поинтересовался Рудин и
плотно
прижал трубку к уху, надеясь обнаружить в ответе некие оттенки.
- Конечно, знаю - я же тебе говорила! - удивилась Алиса. - Слушай, с тобой
все в
порядке? Может, мне приехать к тебе? Ты где?
- Ага, в порядке, - несколько повеселев, успокоил ее Рудин. Эта женщина не
могла
ему лгать. Не могла,
Григорий ошибался! Господи, какой дурак - усомнился в человеке, который
ему так
дорог...
- Со мной все нормально. Ты вот что - сиди дома, никуда не выходи. Я через
полчаса к тебе подскачу. Смотри, никому не открывай! Все - жди...
...Ли покатала на ладони зеленый ребристый цилиндрик, неопределенно
хмыкнула.
Положила на ладонь второй, взвесила, припомнила ТТХ - два по шестьсот, итого -
тысяча двести граммов. Тысяча двести граммов смерти...
- Вообще-то это не совсем то, - сказала она. - Я же просила наступательные
-
любого типа...
- Давай поеду поменяю, - не переставая жевать резинку, вякнула Лилька. - Я
ему,
козлу, так и сказала - наступательные. А он эти дал, говорит - бросил из-за
укрытия и
наступай сколько влезет. Давай я ему, гаду...
- Да нет - уже поздно. - Ли спрятала гранаты в сумку, запалы положила в
монетный отсек. - Как-нибудь и этими обойдемся. Денег хватило?
- Сэкономила, - горделиво приосанилась Лилька, доставая тонкую пачку
розовых
купюр и бросая их на диван. - Я ему дала - он, гад, от счастья чуть из штанов не
выпрыгнул. Трясся весь, как паралитик, гад, ногами сучил. Как сунул, гад, так
через пять
тычков и обкончался, гад. Потом стонал полчаса - притащился, гад, что такая цаца
ему
ножки раскинула. Он, гад, меня давно хотел - я не давала.
- Интересный эквивалент, - заметила Ли. - Две "Ф-1" за полраза... И что -
у вас
там такого добра навалом?
- Почему полраза? - Лилька недовольно повела плечом. - Кончил в меня,
значит, за
палку считается. А добра... Ну, почитай, у каждого рыбака такие цацки есть.
Военные продают - не задорого. И вот что - ты права была, - она сверкнула
глазами и заговорщицки подмигнула: - Искали меня. Участковый, гад, Петруха,
каждый
день в общаге пасся. Блатные приезжали - соседей опрашивали. А я этому Петрухе,
гаду,
всегда бесплатно давала - в любое время, когда хотел. Думала, женится, гад. А
он, гад,
выходит, на блатных работает, чмо ходячее... Слушай - можно я у тебя еще немного
поживу?
- Можно, - тепло улыбнулась Ли. - Я скоро уеду - оставайся сколько хочешь.
Бабке уплачено за полгода вперед. Я тебе немного денег оставлю - на первое время
хватит.
- Спасибо. - Лилька посунулась вперед, неловко обняла Ли, припала щекой к
плечу.
- Ты мне как сестра... От рабства спасла, теперь вот... Слушай - забери меня с
собой, а? Я
тебе помогать буду. Я верная - вот увидишь...
- Ну что ты, радость моя, что ты! - Ли тактично отстранилась, погладила
Лильку по
голове. - У меня работа такая - не дай Бог кому. Ты думаешь, я этими гранатами
рыбу
глушить буду? Как бы не так! "Помогать"... Даже и не думай об этом! И вот что...
Если не
хочешь угодить в свидетельницы, сделай-ка то, о чем я тебя попрошу.
- Что делать? - с готовностью поинтересовалась Лилька.
- Я тебе сейчас вколю три кубика, и ты на несколько часов крепко уснешь, -
пояснила Ли, доставая из комода одноразовый шприц и три ампулы. - Если вдруг у
меня
сегодня сорвется и сюда припрутся эти... Ну, в общем, нехорошие люди припрутся -
ты
будешь спать. Любой врач определит примерное время введения препарата и дозу. А
ты
потом скажешь, что я тебя отловила на улице и уколола насильно - хотела в
заложницы
взять, на случай неудачи. Ты как?
- Уколов боюсь! - пискнула Лилька, с беспокойством глядя на поблескивающую
иглу. - А это что?
- Галоперидол. Это меня один знакомый врач надоумил. - Ли протянула
подружке
разбитые ампулы, вытащила из того же ящика комода карманный справочник
"Лекарственные препараты и их применение". - На прочитай, а то подумаешь, что я
тебя
отравить хочу. Читай!
Лилька дисциплинированно отыскала описание галоперидола, прочла,
внимательно
рассмотрела ампулы - для чего-то пощелкала по ним ногтем, затем махнула рукой:
- Ладно - давай. Я верю тебе. Если бы хотела, давно бы уже замочила.
Давай, коли...
Через пятнадцать минут Лилька, свернувшаяся калачиком на диване, уже
спала. Ли
неторопливо уложила в две большие сумки свои вещи, принесла из машины канистру с
бензином, поставила на середину комнаты, огляделась...
- Я буду молиться за помин твоей души каждую неделю, - нежно прошептала
она,
стаскивая Лильку с дивана и укладывая ее в прихожей у стены, лицом вверх. -
Прости,
радость моя, так уж вышло.
Поправив на шее Лильки дареную цепочку, Ли вдруг нахмурилась и несколько
минут
сидела рядом на корточках, сосредоточенно соображая. Никак не могла вспомнить
температуру плавления платины.
- Дом кирпичный, бабка на месте, - решила наконец проблему Ли. - Должны
оперативно потушить. Ладно, спасибо этому дому...
Покинув апартаменты, Ли прошла на бабкину половину и постучала в дверь.
- Не возражаете, если я сегодня сотрудника привезу? - поинтересовалась Ли,
понизив голос до шепота и таинственно оглядываясь по сторонам. - Его ранили
бандиты в
перестрелке - надо отлежаться пару дней.
- Да что ты, Диночка! - бабка всплеснула руками. - Конечно, вези! Твоя
половина
- хоть полк приведи!
- Об этом никто не должен знать, - строго сказала Ли и тут же смущенно
добавила:
- Вообще-то это мой жених. Я его люблю, и скоро мы поженимся - как только всю
мафию
расколупаем... Ну так что - я привезу?
- Конечно, конечно! - Бабка перекрестила Ли, приветливо пробормотала: -
Дай Бог
вам обоим здоровья - и тебе, и жениху твоему...
"А вот последнее - необязательно, - подумала Ли, направляясь к выходу и
суеверно
держа в кармане кукиш. - Перебьется как-нибудь и без здоровья..."
К усадьбе Вора Ли подъехала, уже когда стемнело. Оставила "БМВ" в
пятидесяти
метрах на обочине, прихватила сумку, нехитрое приспособление, сконструированное
из
метровой рейки, круглого зеркальца и кусочка жести от консервной банки.
Подкравшись к забору, выставила зеркальце на рейке над верхним срезом
ограждения,
довольно долго вникала в обстановку.
- Взвод, говоришь... - прошептала Ли, опуская рейку и мелкими шажками
направляясь к калитке. - Гиперболизировать изволите, сударь мой, а это
недостойно
"конкретного" пацана...
Во дворе находились четверо вооруженных мужиков - они сидели в беседке,
едва
подсвеченной лампой переноски, и, судя по жестам, играли в карты. Плюс Вор с
подручным
- итого шестеро. Гости или посетители практически исключены. Сегодня утром
гаишники
обнаружили тела троих воровских пацанов в их машине при въезде в город (пришлось
Ли
вчера немного прогуляться пешком, возвращаясь оттуда вечером после
транспортировки
"99-й" Мамона - не бросать же ее у дома Лисы!). Вся воровская братия в "розыске"
-
проводят расследование инцидента. Так что Кошелю не до гостей - наверняка сидит
на
телефоне, принимает доклады...
Пришлепнув к замку калитки пластитовый катыш. Ли вставила в него
радиовзрыватель, активировала пульт дистанционного управления и вернулась на
прежнее
место. Еще раз выставила над забором зеркальце, вымеряя расстояние. Мужики
сидели в
беседке, в доме свет горел лишь в одном окне - экономит Вор. Или просто боится -
освещенное окно как раз выходит на беседку, надежно прикрыто оружными пацанами.
Ли приготовила пистолет, сунула за пазуху. Зеркальце отбросила в сторону -
уже без
надобности, - помахала руками, разминая суставы, попрыгала немного, разгоняя
кровь. На
голову надела толхаевский ночной прибор, пригнала ремешки, несколько раз резко
нагнулась, проверяя надежность крепления. Тяжеловато, но ничего - работать
можно.
Извлекла одну гранату, подержала в руке, привыкая к тяжести, разогнула усики
предохранительной чеки.
- Ну, пошла... - скомандовала себе Ли, выдергивая чеку. Широко
размахнувшись,
отработанным движением швырнула гранату через забор, тотчас же вытянула левую
руку с
пультом в направлении калитки, нажала кнопку.
Бух!!! - сочно шлепнул негромкий взрыв, сопровождаемый скрежетом
покореженного
металла.
Ба-бах!!! - оглушительным эхом шарахнуло во дворе, на миг прервав темноту
ослепительной вспышкой.
Ли заскочила во двор, села у забора, надвигая прибор на глаза, - лампочка
в беседке
погасла, окно, освещенное минуту назад, тоже темнело слегка отсвечивающим
прямоугольником. Щелкнув тумблером. Ли посидела несколько секунд, привыкая к
новому
видению, прислушиваясь к суматохе в беседке.
Кто-то надсадно стонал. Кто-то хрипел - с пробульком, захлебываясь в
крови. Граната
попала хорошо - годных к обороне бойцов не осталось: в противном случае орали бы
в
голос и палили в горячке из автоматов.
Приблизившись к беседке приставными шагами, Ли произвела восемь выстрелов
-
четыре серии по два, целясь в головы охранников. Стоны и бульки стихли.
Поменяв магазин, ночная хищница подскочила к окну, выдернула из сумки
вторую
гранату, разогнула усики предохранительной чеки. Ткнула стволом в направлении
окна -
пусто, стекла вылетели от взрыва, из дома через проем тянуло устойчивым
перегаром и чемто
кислым.
- Держи! - Граната полетела в окно - Ли присела у стены, широко разинула
рот,
предплечье правой руки плотно прижала к объективу прибора.
Ба-бах! - глуховато шарахнуло в доме. Не дожидаясь, когда потревоженные
перепонки перестанут вибрировать, Ли подскочила к окну, заглянула внутрь.
В комнате лежали два человека. Прибор искажал черты лица, но один из
лежавших
слегка шевелился и стонал, в то время как второй не подавал признаков жизни.
- Как вы мне все надоели! - досадливо воскликнула Ли, выключая прибор и
забираясь в комнату. - Нормально умереть сразу никак нельзя?
Достала из сумочки фонарик, включила: ну точно - Вор. То ли крепок
оказался
старый уголовник более, чем положено, то ли сидел неудобно... В общем, не умер
сразу -
судорожно хватал ртом воздух, подплывал кровью, обильно сочившейся из нескольких
пробоин в груди, смотрел ненавидяще, жег взглядом.
- Объект номер два, - буркнула Ли, целясь в голову Вора. - Ты меня зря
искал. У
меня ваша поисковая активность во где сидит! - она похлопала себя по шее
пистолетом. -
Ну вот - пришлось поневоле заказ выполнять. А я вообще-то не собиралась - хотела
сегодня уже уматывать отсюда.
- Кто-о-о-о... - прохрипел Вор из последних сил. - Кто-о-о...
- Заказал Второй альянс, - честно призналась Ли. - Организатор - Толхаев.
Пес
тут совершенно ни при чем. Человек перед смертью имеет право знать. Еще вопросы?
А то
мне уже пора идти - с вашим недоделанным Псом разобраться надо.
- Сс-с-сука... - булькнул Вор кровавым пузырем и сник, уронив голову на
грудь.
- Это не меняет дела, - буркнула Ли, делая контрольный выстрел в голову
Вора. -
Ба-ай...
...Дверь открылась тотчас же - после первого звонка. Рудин недовольно
нахмурился,
тихо поругал Алису:
- У тебя ж "глазка" нет... Почему не спрашиваешь, кто? Вдруг враги...
- Заходи. - Алиса, таинственно сверкнув глазами, прикрыла за Рудиным
дверь,
встала у двери в зал, наблюдая, как гость разувается. Своенравные черные кобели,
слегка
облаяв Рудина в первый момент, дружелюбно обнюхали его и начали активно мешать,
пытаясь ухватить шнурки.
- Свет нельзя включить? - по-хозяйски буркнул Рудин, расшнуровывая
неразношенные кроссовки и отпихиваясь от ризенов. - Или мы маскируемся?
Действительно, в углу зала тускло горел торшер, отбрасывавший слабенькие
блики в
прихожую, на кухне было темно, более никакого освещения не наблюдалось. Негромко
играл магнитофон - что-то ласковое и нежное, весьма органично вписывающееся в
мягкий
полумрак.
- У меня для тебя сюрприз, - хрипловатым шепотом проворковала Алиса - у
Рудина сердечко ухнуло куда-то в район пупка и растеклось по чреслам горячим
огнем. -
Во-первых, мы одни. Борька у матери. Во-вторых, я хочу, чтобы ты принял душ и
побыстрее
присоединился ко мне. - Она зашла в зал, прикрыла за собой дверь и через щелку
напомнила: - Сюрприз! Давай быстрее - я жду тебя.
- Что за новости - с порога и в душ? - озадаченно пробормотал Серега, не
закончив
снимать кроссовок и просовывая голову в зал. - Что за сюрприз? Я вообще хотел
насчет
твоей сестрицы переговорить. И достаточно серьезно! Но сначала я хотел...
- Сначала в душ, - непреклонно заявила Алиса. - Хочу мытого мужика.
Быстро! А
то перехочу, свет включу и начну генеральную уборку...
- Уже бегу! - Серега не стал выслушивать до конца ужасающую перспективу,
стянул
кроссовки, упрятал их на полку для головных уборов - там лежала вся более-менее
приличная обувь, спас
...Закладка в соц.сетях
