Жанр: Электронное издание
dogwork
...результат огорошил.
Теперь стало ясно, почему близкие не поторопились украшать усыпальницу такого
заметного и богатого человека монументальным надгробием. В гробу лежал Буханка -
"бык" Улюма, убитый Рудиным неделю назад на промзоне...
...Зайдя в подъезд. Ли нарочито громко процокала каблуками один лестничный
марш,
на цыпочках вернулась обратно и спустилась в подвал. Прокравшись по подвалу к
четвертому блоку, поднялась в подъезд и, присев у косяка, осторожно выглянула на
улицу.
Вообще-то она никогда ранее не проверялась таким образом - достаточно было
пройтись у дома и посмотреть по сторонам, чтобы увериться в отсутствии
профессионально
любопытствующих взоров. Но сегодня... Сегодня Ли показалось, что кто-то прочно
сел ей на
хвост. Нет, обнаружить соглядатая не удалось - видимо, попался разумный
экземпляр,
имеющий определенный опыт в организации скрытого наблюдения. Но весь день Ли
чувствовала это пристальное внимание: то ли какая-то машина необоснованно долго
шла на
приличной дистанции сзади, подстраиваясь под режим ее движения, то ли кто-то
поспешно
сорвался со стоянки, как только она решила отъехать, то ли... в общем, следили
тактично,
пристально, целеустремленно - уверенность имелась почти стопроцентная.
Это обстоятельство повергло Ли в состояние паники. По ее расчетам, в
настоящий
момент никто в этом городе за ней следить не должен. Никто...
Посидев в неудобном положении минут десять. Ли почувствовала, что затекли
мышцы
спины, и собралась уже убраться восвояси - гипотетический наблюдатель себя
никоим
образом не проявлял. В этот момент у второго подъезда притормозила "Нива", из
которой
высадился один экземпляр мужеска пола и шустро метнулся к блоку. "Нива" поехала
далее.
Экземпляр довольно долго стоял в тени, активно озираясь, затем решительно
шмыгнул к
подъезду, оказавшись на несколько секунд в свете фонаря. Этих нескольких секунд
Ли
хватило, чтобы идентифицировать внешний облик экземпляра с неоднократно ранее
наблюдаемой личиной Пса.
- Твою мать... - обескураженно пробормотала Ли. - К моей половинке
приперся
мужик. А я теперь как - побоку?
Ли распрямилась, потащила из сумочки сигарету и, разминая ее, принялась
размышлять. О том, что Пес повадился в последнее время чуть ли не ежедневно
шастать к
Лисе, она знала - половинка не скрывала этого. Однако сегодня он нарушил
регламент -
явился едва стемнело. Это же надо - такая наглость! Если бы этот парниша не был
нужен,
можно было бы без особых проблем разделаться с ним - шлепнуть в ванне, а
глубокой
ночью вывезти тело. Нет, прямо в ванне не стоит - нельзя травмировать
многострадальную
душу Лисы. Будет потом ненавидеть всю жизнь...
Из "99-й", стоявшей в плотном ряду машин на противоположной стороне улицы,
вышел мужик. Ли, приготовившая было зажигалку, насторожилась. Мужик двигался
нестандартно - крадучись, озираясь, совсем как Пес несколько минут назад. Мужик
вошел
во второй подъезд и пару минут находился там - Ли достала из сумочки пистолет,
встала
между подвальной дверью и входом в блок, чтобы видеть улицу. Прислушалась -
показалось, что из подвала раздались какие-то шорохи.
Спустя две минуты мужик бодро покинул подъезд и, вернувшись на исходное
положение, сел в "99-ю". Еще через три минуты из машины опять кто-то вылез -
судя по
походке и манере движения, другой - и шустро потопал к выходу со двора.
- И куда же ты направился, хороший мой? - пробормотала Ли, разминая мышцы,
дальше ждать было нельзя, пора действовать. - Ну, хватит тут торчать. Раз, два,
три -
пошла... - скомандовала себе Ли, выходя из подъезда и направляясь к "99-й".
Приблизившись, постучала ногтем по окну со сторону водителя. После пятисекундной
паузы
стекло медленно поползло вниз.
- Вы, случайно, не меня поджидаете? - Через образовавшееся отверстие Ли
заглянула в едва освещенный уличным фонарем салон, в котором просматривались две
фигуры. Оторопелое молчание было ей ответом - тот, что сидел сзади, удивленно
всхлипнул и нервно всосал добрую порцию воздуха.
- Вижу - меня, - констатировала Ли, выхватывая из сумочки пистолет и
вставляя
глушитель в окно.
Пук! Пук! - Два негромких выстрела не испортили вечернюю тишину - фигуры в
салоне сползли по сиденьям вниз. Запахло порохом и кровью - дама возбужденно
втянула
ноздрями знакомый аромат, удовлетворенно хмыкнула. Послышались шаги - Ли
вздрогнула, покосившись на приближавшуюся бабку, некстати вынырнувшую откуда-то
изза
угла, обошла машину, распахнула дверь и села рядом с водителем, устало
свесившим
простреленную голову на руль.
Бабка прошла мимо, внимательно посмотрев на "99-ю", - видимо, заметила
движение.
Ли проводила взглядом удалявшуюся фигуру, недовольно передернула плечами и,
достав из
сумки китайский фонарик, осветила салон. Сидевший за рулем умер хорошо - из
аккуратного отверстия во лбу тонкой струйкой стекала кровь, образуя на коврике
лужицу.
Второй, на заднем сиденье, как это обычно Случается при стрельбе на ощупь,
пострадал
больше - выстрелом ему вывалило височную кость, заднее стекло было забрызгано
кровью
и какими-то нехорошими сгустками.
- Ну вот и сиди с вами после этого, - укоризненно пробормотала виновница
этого
беспорядка, покидая салон - подождать третьего можно было и снаружи.
Подогнав "БМВ" поближе, Ли с трудом втиснула машину между соседней
"шестеркой" и "99-й", приотворила дверь и приготовилась к долгому ожиданию.
Настроение испортилось - все шло наперекосяк. Если на подмогу к соглядатаям
заявятся
более трех человек, будет скверно. Она, конечно, может перестрелять целый взвод
- фактор
внезапности и профессиональная подготовка на ее стороне, однако...
Широкомасштабные
боевые действия в планы Ли никоим образом не входили. Осталось совсем немного,
один
рывок - и вся эта катавасия останется в ее воспоминаниях как кошмарный сон.
После всех
испытаний, выпавших на ее долю, получить пулю в голову во время тривиальной
уличной
перестрелки... Ну нет - это уж извините! Это даже не смешно...
Ждать пришлось довольно долго. Минут через сорок к дому подъехало такси,
высадила
индивида мужеска пола, отягощенного спортивной сумкой через плечо. Отдав
водителю
деньги, индивид разлапистой походкой пошел к "99-й". Такси развернулось и
поехало
обратно. Индивид приблизился к "99-й", цапнул за ручку двери. Ли подскочила
сзади,
приставила глушитель к затылку индивида и вкрадчиво поинтересовалась:
- Зовут как?
Судя по всему, индивид неоднократно ранее стоял под стволом: напрягся
спиной,
замер, даже не сымитировал попытки обернуться - угадал многострадальной
затылочной
впадиной знакомую конфигурацию металла. Ли это не понравилось - так ведут себя
опытные ребятишки, способные в любую секунду отчебучить не вписывающуюся в
стандартные рамки пакость.
- Я тебя держу на мушке, милый, не шевелись, - сообщила Ли, отступая на
два шага.
- И, кажется, спросила, как зовут. Положи сумку на крышу, ствол - туда же. И
представься даме. Ну!
- Лука, - недовольно признался индивид, выполняя распоряжение, ожидал,
наверно,
что баба останется торчать как дура в полуметре сзади и позволит ему себя
обезоружить при
первом же удобном случае. - Че дальше-то?
- У тебя нервы в порядке, Лука? - поинтересовалась Ли. - Ты дверь
собирался
открывать. Если с нервишками проблемы - не рекомендую.
Лука несколько секунд соображал, затем медленно открыл дверь. Рассмотреть
толком,
что там творится, он не мог, но запах почуял и ощутил мертвенную неподвижность
застывших в салоне тел. Захлопнув дверь, ненавидяще прошипел:
- За все ответишь, тварь. По полной. Я те отвечаю - так не останется, -
рефлектировать, однако, не стал - прилежно стоял у "99-й", не оборачиваясь и не
делая
резких движений. Ждал.
- Повернись, - распорядилась Ли. Лука послушно повернулся, руки положил на
затылок.
- Расскажешь все сам - просто пристрелю, - предложила Ли, наставляя ствол
в
живот задержанного. - Будешь запираться - продырявлю мошонку неоднократно,
вывезу
на пустырь и брошу кровью истекать.
- "Пристрелю"!... Ты че, мамка, совсем? Ты кто такая? - нервно бормотнул
Лука. -
Давай добазаримся...
Ли моментально поменяла угол прицеливания и нажала на спусковой крючок.
Пукнуло, слабенько так, будто понарошку, пуля со скрежетом вошла в дверь "99-й".
Лука
дернулся, почувствовав, как обожгло правую лодыжку, и открыл было рот,
скорчившись в
страдальческой гримасе.
- Заорешь - башку снесу, - пообещала Ли, с проворством циркового факира
вставляя глушитель в разверстый рот подопытного. - Никаких "добазаримся". Будешь
давать показания?
Лука осторожно кивнул. Ли отступила назад, вытаскивая глушитель изо рта
пленника,
прицелилась ему в мошонку и предупредила:
- Если мне покажется, что ты врешь, - стреляю. Понял?
Лука судорожно вздохнул, плаксиво поинтересовался:
- Да кто ты такая, а?! Это че за манеры - сначала шмалять, потом базарить,
а?
- Чьи люди? - проигнорировала вопрос Ли, слегка мотнув глушителем. Лука
болезненно поморщился, торопливо ответил:
- Вора. Кошеля - знаешь?
- За кем следите?
- За тобой, естественно. Ты должна на Пса вывести.
- Стало быть, вывела... Ну-ну... Откуда обо мне узнали?
- Леха - фраер из подвала кожвена, которого ты торцанула, жив остался...
Вот.
- Очень приятно, - Ли озадаченно нахмурила брови - на самом деле ничего
приятного не было. Такая досадная недоработка! Стареет, что ли?
- Слышь, сестричка, отпусти меня, - ласково попросил Лука, стоически
превозмогая
боль. - Я понимаю - свидетель. Но тут у тебя залепуха выходит - кроме нас тебе
придется еще и Вора убирать. Не мы одни про тебя знаем - Вор тоже в курсе. Это
он нас
зарядил за тобой пасти - по-тихому. А Вора убрать - взвод надо. У тебя ж взвода
нету?
Нету. Отпусти - не бери греха на душу! Все равно ты прокололась...
- "По-тихому", говоришь? - приятно удивилась Ли. - Вор, значит, знает...
Ну-ну...
Так что - выходит, обо мне только вы трое, Леха да Вор знали?
- Леха Вору сказал, - кивнул головой Лука. - Вор Мамона озадачил. Сказал -
возьми двух пацанов, предупреди за базар... - Лука запнулся, вдруг осознав
подлинное
значение последнего вопроса дамы, с дрожью в голосе воскликнул: - Да ты че,
сестричка!
Леху охраняют в больнице четверо со стволами - на шорох стрелять будут. Вора
тебе
вообще не достать... Ты че, в натуре, думаешь, что всех по-тихому мочканешь и
свалишь? Ну
ты...
Пук! Негромко прозвучал пистолет в руке Ли - Лука сполз по двери "99-й" на
землю,
затих.
- Я именно так и думаю, - пробормотала Ли, убедившись, что последний из
троицы
не подает признаков жизни. - Это хорошо, что вы все любите делать "по-тихому".
Очень
хорошо...
Глава 6
Егерская "Нива" стояла в двухстах метрах от усадьбы Толхаева, на обочине
шоссе.
Можно было бы и ближе поставить - в этом районе их вряд ли будут искать, но
отсюда
было удобнее наблюдать за двором. Масло и Соловей спали на заднем сиденье -
работали
ночью, в то время как Рудин общался с Алисой. Сегодня он остался до утра -
прецедент,
что называется, состоялся. Если и дальше так пойдет... Рудин плотоядно зарычал,
потянулся
и посмотрел на часы: стрелки показывали половину четвертого пополудни. В
подконтрольной усадьбе ничего особенного не происходило. Во дворе стоял чужой
"Фольксваген"-универсал темно-зеленого цвета. В салоне сидели двое. Удалось
установить,
что в доме находятся еще двое - помимо порученца Андрюхи и домового Ефима. Итого
шестеро, двое из которых - отнюдь не бойцы.
- А не жидковато ли? - усомнился Рудин. - Для профессионала такого разряда
это
не охрана...
Ларчик открывался до обидного просто. Вчера, сразу же после кладбища, они
смотались в заповедник - оставили псов, прихватили карабины, предвкушая
возможные
боевые действия уличного масштаба. Затем поперлись к усадьбе Толхаева - Рудин
собирался ворваться, схватить Андрюху за грудки и вытрясти из него правду. Или
нечто
вроде правды. Информацию, одним словом. Но при подъезде глазастый Масло вовремя
заметил во дворе чужих - прокатились мимо как ни в чем не бывало и встали
наблюдать в
удобном месте.
Соратники Григория Васильевича поступили крайне мудро и осмотрительно.
Никому и
в голову не могло прийти, что "усопший" может находиться у себя дома.
Единственная
проблема - судя по всему, состояние здоровья "усопшего" до сих пор оставляет
желать
лучшего. До того оставляет, что он не может говорить. Потому что, если бы он
заговорил,
Рудина с парнями тотчас же исключили бы из списков подозреваемых и перестали бы
на них
охотиться...
- Поправляйся, Гриша, поправляйся, дорогой, - пробормотал Рудин и
озабоченно
нахмурился. - А -мы проследим за твоей поправкой...
Враг был где-то рядом. Он знал, что Григорий жив. И он наверняка
предпримет все
усилия, чтобы устранить этот досадный пробел. Потому что Григорий - единственный
свидетель, способный всем подряд доказать, что не Пес с командой - основные
злодеи, а
некто другой. НЕКТО...
Рудин посмотрел на часы и досадливо крякнул. Опаздывал егерь Василий. Или
не
опаздывал - задерживался. Опаздывает, это если должен прибыть строго к
определенному
часу и не прибывает. А Василий должен добыть машину "Скорой помощи" - как можно
быстрее. Дело в том, что у него одноклассник работает на такой машине. Василий
уехал пару
часов назад и вот... задерживается. Рудин патологической склонностью к
стратегическому
планированию не страдал - старался все делать как можно проще и надежнее. Если с
дамой
идет знакомиться - справку от венеролога, психотерапевта, и - давайте поспим
немного
вместе. Если проблемы какие решать на межличностном уровне: "Спасибо, браток"
или
"Пошел в задницу", в крайнем случае - бац! - по репе, а при случае и ногой.
Просто,
доступно, эффективно - никаких тебе инсинуаций. Сейчас Рудин собирался
тривиально
похитить Толхаева и перевезти его в надежное место - к Василию в заповедник.
Потому
что чувствовал всем своим песьим нутром - небезопасно тут Григорию оставаться. В
городе против такого изощренного врага у них нет шансов. А в заповеднике есть.
Хотя бы
уже потому, что этот враг на ружейный выстрел к егерской усадьбе не подойдет -
собаки
там. А подойдет - в четыре смычка дуршлаг из него сделают...
Без десяти четыре на крыльцо толхаевского дома выскочил порученец Андрюха,
что-то
крикнул, адресуясь к сидевшим в "Фольксвагене", и убежал обратно. Лица нехотя
выпростались из машины, вышли за ворота, принялись обозревать пустынное шоссе.
Во двор
возвращаться не торопились.
- А что-то мне не нравится эта "левая" активность, - тревожно воскликнул
Рудин,
расталкивая соратников. - Ну-ка, Соловей, лезь за руль. Поехали по параллельной
в тыл. Да
побыстрее! Кажется мне, что можем мы опоздать - коли не поторопимся...
Подъехав к усадьбе с тыльной стороны, Рудин и Соловей перелезли через
забор. Масло
оставили стеречь машину и следить за подступами. В дом вошли до обидного просто:
ребятишки из "Фольксвагена" по-прежнему торчали у ворот с внешней стороны
усадьбы,
охраняли черт знает от кого подъездные пути.
В прихожей, на диване, сидели двое охранников - судя по внешнему виду,
ребята из
службы безопасности фармацевтического комбината, для бандитов больно волосатые
да
хилые. Увидев ворвавшихся, разинули рты и нервно полезли за пазухи - рвать
пистолеты из
наглухо застегнутых плечевых кобур.
- Оба на пол - и будете жить, - негромко сказал Рудин, сопроводив
предложение
недвусмысленным движением карабина. - Попой ко мне, ноги широко раздвинуть,
стволы
бросить назад. Быстро!
Охранники сползли на пол, развернулись, бросили пистолеты. Рудин
удовлетворенно
хмыкнул - славные парни! Героических поступков можно было не опасаться.
- Соловей, контролируй, - распорядился Сергей. - Пойду пообщаюсь с
Андрюхой.
В спальне имел место ажиотаж. Порученец Андрюха поспешно собирался -
укладывал какие-то вещи в объемную сумку. Григорий Васильевич, с перебинтованным
черепом, возлежал на своей родной кровати. Да, два штатива с капельницами
стояли, но в
целом владелец усадьбы выглядел очень даже ничего для трупа недельной давности.
В
настоящий момент он слабо мычал, выражая недовольство, домовой Ефим пытался
поменять
простыни, торопился и потому тревожил хозяина.
При появлении искомого "киллера", как и следовало ожидать, возникла немая
сцена:
Андрюха попятился, уперся спиной в стену и замер на месте с открытым ртом, а
домовой
Ефим, всхлипнув от неожиданности, сел на пол и уставился на непрошеного гостя
полным
ужаса взором.
- Мочить никого не собираюсь, - предупредил Рудин, подходя к кровати и
всматриваясь в лицо Толхаева. - Я к Грише - навестить.
Трудно описать всю гамму чувств, которая отразилась на лице Григория
Васильевича.
Смятение, радость, какая-то непонятная надежда... Рудин заметил, что из уголков
глаз
патрона начали высачиваться слезы, сам не выдержал - отвернулся, глуховато
попросил:
- Ну, скажи этим фимозам, что я тебя не убивал. Давай-давай - скажи!
- Он не говорит, - прорезался Андрюха, оторвав зад от стены. - Он только
моргает
и мычит.
- Тогда оба сюда, - Рудин поманил пальцем домочадцев. - Смотреть
внимательно!
Гриша, ну-ка, если тебя убил не я, моргни три раза.
Григорий Васильевич хлопнул три раза ресницами, яростно замычал и на
последней
фазе выдоха еле слышно выдавил:
- Б-б-б...
- Во блин - забубнил! - поразился Андрюха. - Ты ему встряску дал, Серый!
- Я вам, бляди такие, покажу встряску! - сердито воскликнул Рудин. - Вы
что,
раньше не могли у него спросить, что по чем?
- Да вроде все ясно было... - виновато пожал плечами Андрюха. - Сказали -
ты,
значит, ты. А потом - он буквально два дня как очнулся...
- А ты, фимоз, поверил, что я мог его грохнуть?! - возмутился Рудин. - Ты
ж меня
не первый год знаешь, ренегат фуев!
- Саранов сказал... - Андрюха отвернулся и шмыгнул носом. - И кстати,
скоро
приедет машина "Скорой". Саранов позвонил - ему кто-то сказал, что тебе известно
местонахождение хозяина. Эвакуировать его будут.
- Вот что, корень ты мой волосистый, - возбужденно пробормотал Рудин. - Ты
теперь меня слушай, если хочешь, чтобы твой хозяин в живых остался. А то вы тут
организовали все так, что в пору застрелиться: охранники какие-то засушенные,
передроченные, никаких признаков конспирации и вообще... Григорий, ну-ка,
моргни, кого
Андрюхе слушаться: три раза, если меня, и один - Саранова. Давай!
Григорий живо хлопнул ресницами три раза, затем опять пробубнил на выдохе:
- Б-б-ба...
- Это потом - "б-б-б", - махнул рукой Рудин. - А сейчас вот что: нельзя
ему ехать.
Я не знаю, что этот гад задумал, но пакость непременно будет. То ли снайперская
пуля, то ли
мина на дороге, в общем... В общем, Андрюха, слушай меня внимательно...
...В приемном покое областной больницы им. Павлова было немноголюдно -
будний
день, посетителей немного, прием закончен - вторая половина дня. Ли, вооруженная
веником из георгинов и авоськой с яблоками, подошла к окошку регистратуры и
срывающимся от слез голосом попросила:
- Ради Бога - помогите! Человека не могу найти! - ФИО, дата поступления, -
флегматично бросила пожилая дама в белом халате, не отрываясь от какого-то
разноцветного журнала.
- Да в том-то и дело - фамилию его не знаю! - всхлипнула Ли. - Только
познакомились - и в аварию попал. Леша зовут, поступил в понедельник, во второй
половине дня. Или во вторник - в первой...
- Да уж - с такими данными ты его будешь год искать, - раздражительно
буркнула
дама в белом. - Поточнее нельзя? С чем поступил?
- С головой! - опять всхлипнула Ли. - А! Его наши парни должны охранять -
как
минимум четверо...
- А-а-а! Вон ты кто... - Дама в белом пристально посмотрела на Ли,
неодобрительно
покачала головой. - Ясно... Уже не охраняют его - дня четыре как. Перевели из
реанимации в нейрохирургию. Вот... - она полистала журнал, - Алексей Семенович
Дубов. Нейрохирургия. Еще вопросы?
- Спасибо. - Ли поспешно покинула приемный покой - не понравился
пристальный
взгляд дамы в белом. Что-то в последнее время в этом городе многие на нее
пристально
смотрят. Уматывать отсюда надо - и как можно скорее...
В нейрохирургию, расположенную на четвертом этаже больничного корпуса. Ли
вошла
беспрепятственно: накинула припасенный халат, выставила вперед цветы, чтобы
случайные
свидетели не смогли ненароком рассмотреть ее лицо. Медперсонал гонял чаи в
процедурной
- через приоткрытую дверь доносились обрывки разговора, смех, позвякивание
посуды.
Подойдя к конторке дежурной медсестры, Ли взяла со стола дощечку, выполненную из
гигиенического покрытия, на которой карандашом были проставлены номера палат и
фамилии. Дубов был записан в пятом столбце под одноименной цифрой.
- У вас тут кто-нибудь работает вообще? - брюзгливо проворчала Ли,
направляясь к
пятой палате. - Поубивают всех больных к чертовой матери - никто и не почешется.
Бардак!
В пятой палате лежали трое. Черепа у всех были основательно замотаны
бинтами, у
всех торчали капельницы с полными бутылками - одновременно ставили, так что
разлюбезного Леху с ходу определить было довольно сложно. Ли обошла всех подряд,
пристально всматриваясь в лица. Все трое крепко спали, не реагируя на
раздражители.
- После обеда, что ли? - пожала плечами Ли, присаживаясь к Лехе на
кровать,
определила-таки по длинным мосластым ногам да относительной молодости -
остальные
двое были глубоко зрелые дяди.
- Вставай, Леха, - буркнула Ли в открытое правое ухо - левое скрывалось
под
плотным слоем бинтов. - Телка в гости пришла.
Леха нехотя размежил веки, хотел было сладко потянуться, но замер в
нелепой позе,
раскрыв рот.
- В последнее время мне частенько приходится проделывать вот этот оральнопистольный
трюк, - сообщила Ли, доставая из сумки пистолет и ловко вставляя
глушитель
в Лехин рот. - И знаешь - никакого оргастического оттенка. Ну ничего внутри не
шевельнется! Может, я с возрастом фригидею?
Леха скорчил жалобную рожу и что-то промычал, слабо пошевелив пальцами
правой
руки, в предплечье которой была воткнута игла капельницы. Ли вытащила глушитель,
многозначительно качнула им справа налево и предупредила:
- Если мне покажется, что ты врешь... - Тут она привстала, прочитала
надпись на
емкости. - Ага - витаминчики. Полезно - одобряю. Так вот - будут тебе
витаминчики с
эмболом. Я понятно излагаю? Ты в курсе, что такое воздушная эмболия?
- Да, - тихо, но отчетливо выговорил Леха. - В курсе. Я врач. Я все понял.
Я
виноват - готов ответить. Но ты же...
- Кто, кроме Вора, знает обо мне? - не стала слушать Ли.
- Никто. - Леха опять пошевелил пальцами правой руки. - Я больше никому не
говорил. Могу поклясться...
- Необязательно, - отказалась Ли. - Я тебе верю - у тебя лицо доброе,
лгать ты не
можешь. Окажи мне еще услугу - и прощен навеки.
- Так ты не сердишься? - хрипло прошептал Леха, чуть приподняв голову и
просияв
той частью лица, что не была скрыта под бинтами. - Да все что хочешь... - Он
обессиленно откинулся на подушку, пробормотав извиняющимся тоном: - Слаб я...
Какие
сейчас от меня услуги? Ты подожди маленько...
- А некогда ждать, - сокрушенно вздохнула Ли, доставая из сумки мобильный
телефон. - Я сейчас номер наберу, а ты, когда абонент включится, скажешь ему то,
что
здесь написано. - Она извлекла из кармана халата листок с текстом и помахала им
перед
носом у больного. - Договорились?
- Давай, - Леха протянул левую руку. Ли вложила в его ладонь листок и,
набрав
номер Саранова, поднесла телефон к правому виску травмированного.
- Это Саранов? - тихо поинтересовался Леха. - Почему тихо? Да больной -
вот
почему... Слушай внимательно: Пес знает, что Гриша не умер. Он знает, где Гриша
находится, так что... - Тут он опять заперхал и несколько секунд отдыхал -
собирался с
силами. - Так что у тебя очень мало времени - скоро он начнет действовать...
Кто? Да
Леха! Тьфу, зараза - забыл...
Ли отняла телефон от уха больного, отключила его и спрятала в сумку.
-Слушай, я назвался! -часто дыша, пробормотал Леха. - Вот растяпа! И что
теперь?
- Это уже ничего не значит, Леха, - успокоила его Ли, вставая и с
интересом глядя на
капельницу. - Абсолютно ничего. А знаешь, что сейчас имеет значение?
- Что? - насторожился Леха, перехватив взгляд Ли. - Что ты собираешься...
- Имеет значение тот факт, что ты врач, - сожалеющим тоном пробормотала
Ли,
выдергивая иглу воздуховода из бутылочной пробки. - И потому прекрасно
понимаешь, что
я делаю... - Ли воткнула иглу - теперь по пластиковой трубке вместе с раствором
медленно полз довольно приличный воздушный пузырек эллипсоидной формы. И
неотвратимо приближался к игле, торчавшей из вены.
- С-с-сука! - прохрипел Леха, потянувшись левой рукой к правому
предплечью. -
Да что ж ты...
- Тихо, больной, тебе вредно напрягаться. - Ли схватила Леху за руки,
навалилась
всем телом - несмотря на слабость, парень нешуточно сопротивлялся, не желая
расставаться с жизнью. - Лучше посмотри на эмбол - вот он, все ближе и ближе...
Словно прислушавшись к совету своей мучительницы, Леха повернул голову
вправо и
впился немигающим взором в коварный пузырек, ртутным шариком скатывающийся по
трубке вниз.
- Раз, два, три, четыре, пять... Прощай Леха. - Проследив, как пузырек
исчез на срезе
канюли, Ли посчитала до пяти и отпустила руки больного. Леха слабо потянулся
рукой,
рванул из вены иглу - дико вытаращился и дугой выгнулся на кровати. Не желая
наблюдать
завершение финальной сцены, убийца быстро покинула палату, вышла из отделения,
спустилась по запасной лестнице в хозяйственный двор.
- Остались двое, - пробормотала она у больничного гаража, жадно глотая
сигаретный дым. - Остались двое...
Докурив, Ли протиснулась в приоткрытую створку гаражных ворот,
осмотрелась. С
краю, в длинном ряду машин, стояли три новеньких белых микроавтобуса "Хендай",
на
борту которых красовалась угрожающая надпись "Реанимация". Ли удовлетворенно
хмыкнула, прищелкнула пальцами, полезла было в сумку, но вдруг задумалась.
- А который из них? - пробормотала она и прислушалась - откуда-то из
глубины
гаража раздавались оживленные голоса. Пройдя вдоль стены. Ли обнаружила
распахнутую
дверь, вед
...Закладка в соц.сетях
