Жанр: Любовные романы
Просто дыши
...dash; Да, точно. Угощайся.
— Не возражаешь? — Он вскрыл банку со свистящим звуком.
— Эй! Я пошутила, — сказала Аврора. — Ты не можешь это пить.
— Слишком поздно. — Зэйн сделал большой глоток. Этан закатил глаза
и сказал сквозь зубы:
— Идиот.
Зэйн ответил ему долгой отрыжкой. Он взял со стола брошюру.
— Итак, ты готова выслушать мои разглагольствования или ты готова
купить?
Аврора ощутила ледяной укол мрачного предчувствия в животе.
— Ты должен мне за это украденное пиво, — прямо сказала
она. — Давай послушаем.
— Отлично, — согласился он. — Как вы изволите. — И начал
читать заготовленный сценарий, описывая ужасный пожар, который уничтожил две
тысячи акров пустыни.
Этан отхлебнул газировки, внимательно читая
Бэй беакон
. Газета была
открыта на страничке комиксов, которую Аврора никогда не пропускала с тех
пор, как комиксы Сары Мун
Просто дыши
стали в ней печататься. Ширил и Лулу
доводили друг друга до сумасшествия, и Ширил только что сообщила известие,
подобное разорвавшейся бомбе, — она беременна. Это было эксцентрично и
классно, если знать, что комиксы отражают то, что происходит в жизни Сары.
Через мгновение Аврора осознала, что отвлеклась от болтовни Зэйна.
— ...основанная в 1997 году, чтобы помочь восстановлению природной
пустыни, — продолжал Зэйн. — Э... тебе это действительно
интересно?
Мне интересен ты
, — подумала она и от этой мысли вспыхнула.
— Точно. — Она пошла и вытащила из бумажника деньги, пока Зэйн
приканчивал пиво с самым что ни на есть деловым видом.
Аврора прицельно выбрала луковицы так, чтобы им пришлось распаковывать
пакеты, и это означало, что они задержатся подольше. Она притворилась, что
не понимает этого, несмотря на то что, благодаря бабушке с дедушкой, знала о
цветах массу всего. Большая часть ее детства прошла в ярком мире фермы,
среди лилий, морских армерий и георгинов, и она могла определить семейство
цветка по его виду и запаху.
Получив деньги, Зэйн застегнул кошелек на
молнию
, записал полученную сумму
и направился к двери.
— Прости, что не могу остаться, — торопливо сказал он. — Я
должен покончить с этим к шести часам. Этан поможет тебе с луковицами.
Аврора подавила импульсивное желание настоять, чтобы ей помог Зэйн, а не
Этан. Она глубоко вздохнула, повернувшись к Этану. В отличие от своего брата
он, похоже, никуда не торопился. Что же, подумала Аврора, этот мальчишка
может быть полезен. Завоевав его доверие, она поладит с Зэйном.
— Как замечательно, что вы с братом взялись за это по-настоящему
хорошее дело, — прокомментировала она.
— Зэйн делает это потому, что ему поручили в школе.
— Почему же ты ему помогаешь?
— Потому что... Не имеет значения. — Он отхлебнул газировки.
Она подумала, что это вроде как привлекательно, хотя и по-дурацки, что он
притворяется, что ему нет дела до окружающей обстановки. Она могла сказать,
что на самом деле ему было дело.
— Послушай, тут группа ребят отправляется в воскресенье расчищать
завалы от пожара, — сказал он. — Хочешь пойти с нами?
— А Зэйн идет? — Она надеялась, что в ее вопросе не прозвучала
излишняя готовность.
Он сунул руку в задний карман.
— Это имеет значение? — спросил он.
— Нет, — быстро ответила она. — Я просто интересуюсь, вот и
все.
Этан повернулся, изучая книги на полках, словно думал, что в них был ключ к
значению жизни.
— У тебя много книг, — заключил он, осматривая книжную полку,
протянувшуюся до потолка. — Твой отец ходит в вечернюю школу или что?
— Нет. Он просто много занимается сам.
Этан углубился в потрепанный том о поведении в подростковом возрасте.
— Это все о воспитании детей. Может быть, он считает тебя большой
загадкой.
— Может быть, я и
есть большая загадка.
— Как скажешь. По-моему, в тебе нет ничего загадочного.
Она шмыгнула носом.
— Полагаю, ты считаешь, что видишь меня насквозь.
— Это не так трудно.
— Докажи это. Расскажи мне что-нибудь из того, что ты видишь.
— Ты запала на моего брата, — уверенно произнес он. — Это кое-
что.
Щеки Авроры вспыхнули огнем.
— Это враки. Я не знаю, с чего ты взял.
— Это написано здесь, в книге, — сказал он, переворачивая
выбранную наугад страницу. — Это известный факт, что девочки-подростки
всегда влюбляются в старших мальчиков, которые хорошо одеваются и ведут себя
самоуверенно.
Она расхохоталась, хватая книгу.
— Врун. Покажи мне, где это написано.
Он не отдал ей книгу.
— Здесь еще есть сноска. И знаешь, что там написано? Тут написано, что
чувства девочки к старшему парню абсолютно фальшивы и что в глубине души она
любит его младшего брата.
— Ты мужлан, — возмутилась она.
— Оскорбления — признак любви. — Он притворялся, что
цитирует. — Это надо знать. — Он с треском захлопнул книгу.
Она не могла удержаться от смеха, несмотря на то что была встревожена. С
Этаном было легко, и он заставлял ее улыбаться. Он ей нравился — как друг,
конечно.
— Положи книгу на место, умник.
Он поставил книгу на полку.
— Ты читала что-нибудь из этого?
Она задумалась, потом решила кое-чем с ним поделиться.
— Знаешь, что я иногда делаю? Я нахожу в этой книге всякие болезни,
вроде булимии, и смотрю, могу ли я подделать симптомы, понимаешь, чтобы мой
отец их заметил.
— Разве тебе нравится его тревожить?
— Ну, в этом все и дело. Но пока мне не удалось убедить его, что со
мной что-то не так.
— Зачем тебе это?
— Готова поклясться, что иногда это единственный способ достучаться до
него. Не обращай внимания. — Она не должна была ничего говорить.
Произнесенные вслух эти ее хитрости выглядели совершенно неубедительно. Она
решила сменить тему. — Итак, что делает природоохранный персонал?
— Мы очищаем почву от новых растений, так чтобы те, которые росли там
от природы, могли снова вырасти. — Он начал сортировать луковицы,
выбирая те, которые она заказала. — Ты должна когда-нибудь прийти к
нам. Это интереснее, чем читать книги по воспитанию и думать о
несуществующих проблемах.
Он ухмыльнулся, говоря это, так что она не обиделась и тщательно обдумала
его предложение. Три часа прополки не были для нее особенно
привлекательными, но мысль о том, что она будет работать бок о бок с Зэйном
Паркером, решила дело.
— Когда мы встречаемся?
Задняя дверь со скрипом отворилась, и вошел ее отец. Обе руки его были заняты пакетами с покупками.
Аврора и Этан посмотрели друг на друга, затем одновременно их взгляды
обратились к пустой пивной банке на столе. О, черт, подумала она.
— Привет, папа. — Она заторопилась к отцу и преградила ему
дорогу. — Позволь помочь тебе с этим.
— Я справлюсь, — сказал он.
— Но...
Он обошел ее и поставил пакеты на стол. Аврора едва не пошла пятнами и вдруг
заметила, что пивная банка исчезла. Стараясь не показать своего облегчения,
она сказала:
— Папа, это Этан Паркер. Мы учимся в одном классе.
— Этан.
Ее папа протянул руку. Он старался не выглядеть устрашающим в подобных
ситуациях, но не мог ничего с собой поделать, он был в десять раз больше
всех остальных.
— Этан с братом собирают деньги на восстановление Маунт-Вижн, —
сказала Аврора. — Продают цветочные луковицы. — Разве все это не
правильно?
— Я понял, — кивнул ее папа. — Итак, где твой брат?
— Он пошел перечислять деньги, — сказал Этан. — И мне лучше
тоже уйти. Спасибо, Аврора.
Он взял коробку с луковицами.
— Так ты придешь в субботу?
Она посмотрела на отца:
— Если папа разрешит. — Она объяснила насчет прополки.
— Мы поговорим об этом, — сказал ее папа.
Отлично, подумала она, закатывая глаза, провожая гостя до входной двери. Он
не может просто ответить ей
да
, пока она не поклянчит хорошенько.
— Я скажу тебе в школе, — пообещала она Этану.
— Хорошо. — Мгновение мальчик смотрел на нее, и она почувствовала,
что почему-то нервничает. Затем он посмотрел в сторону и бросил: — Пока,
мистер Боннер.
— Как раз то, что нам нужно, — сказала Аврора, возвращаясь в
кухню. — Еще цветочки.
— Звучит как хорошее дело.
Да, — подумала она. — Во всяком случае, Зэйн Паркер поговорил со
мной
.
— Ты выглядишь счастливой, — заметил ее отец. — Не знал, что
ты увлекаешься восстановлением природы после пожара.
Она покраснела так сильно, что, похоже, покраснели даже корни ее волос, во
всяком случае, ей так показалось.
— Может быть, это так и есть.
— Хорошо, — одобрил он с насмешливой ухмылкой. — Как насчет
того, чтобы помочь мне разобрать покупки? Я что-нибудь придумаю с этими
луковицами.
И в ту же секунду Аврора заметила, что он нашел пивную банку, взглянув на
полки с книгами, и его лицо изменилось.
— Что, черт побери, это здесь делает?
Она укрылась в защитном гневе.
— Не имею представления. Ты, наверное, сам ее туда поставил. Готова
спорить, что она стоит там уже целую вечность.
— Она все еще холодная, только что из холодильника, — огрызнулся
он. — Так что признавайся, кто ее выпил, ты или твой друг?
— Я не знаю, о чем ты говоришь.
Он перевернул банку, и из нее закапало пиво.
— Видишь эти номера? Они все одинаковые в упаковке из шести банок.
Интересно, что будет, если я сравню их с банками в холодильнике.
Черт. Кто знал о серийных номерах на дне банки? Он потянулся к телефону.
— Ты знаешь номер Паркеров наизусть или мне стоит позвонить в
справочную?
О боже, — подумала Аврора. — Я пропала
. У нее был единственный
шанс подружиться с Зэйном, и ее отец готов уничтожить его.
— Я выпила пиво сама, — выпалила она, в надежде, что он не станет
заставлять ее дыхнуть. — Мне просто хотелось посмотреть... на что это
похоже.
— Ты дисквалифицирована без права апелляции, — сказал он,
осторожно укладывая трубку на рычаг. — Посмотришь, на что это похоже.
27
Когда Сара сначала переехала в Гленмиур, она все еще чувствовала себя той
неудачницей, какой была в школе. Озабоченная тем, что она — отвергнутая
жена, она вернулась к старой привычке все держать в себе и даже заказывала
товары по Интернету — виртуальная женщина, живущая виртуальной жизнью.
Но беременность пробудила ее. Это местечко станет родным городом ее ребенка.
Она не хотела, чтобы ребенок жил с чувством, что его мать — неудачница. Она
собиралась сделать то, чем раньше пренебрегала как несчастливый подросток и
позже как жена Джека. Она решила больше не быть отшельницей и создать
широкую сеть из семьи и друзей.
Но ломать старые привычки оказалось нелегко, а теперь появилась новая
причина для озабоченности. Быть разведенной — не редкость. Однако быть
разведенной и беременной одновременно, по ее мнению, значило — выглядеть
довольно жалко. Она воображала, что по городу разлетаются новости, как ветер
Санта Ана.
Перебори себя, говорила она себе голосом Лулу. Людям есть чем заняться,
кроме как сплетничать о тебе.
Однако на этот счет у нее появились сомнения, когда она вошла в магазин
художественных принадлежностей и все вокруг умолкли. Она говорила себе, что
не стоит опускаться до паранойи, и подошла к продавщице за кассой.
— Джуди? — сказала она, узнав молодую женщину. — Это я, Сара
Мун.
— Сара! Я слышала, что ты вернулась в город. — Джуди де Витт
работала здесь со школы. В дополнение к тому, что она была очень странной
девушкой, Джуди была одной из самых одаренных учениц в старших классах, она
создавала фантастические скульптуры из проволоки и сплавных лесоматериалов,
украшая свои работы раковинами и прочими находками, которые она подбирала на
берегу.
Как и Сара, она была тихой и артистичной. Но в отличие от Сары она всегда
отлично себя чувствовала в собственной коже. Она была Джуди-гот, украшенная
металлическими заклепками и украшениями, которые заставляли пищать
металлоискатели в дверях школы. Глубоко в душе Сара завидовала Джуди, потому
что Джуди любила себя такой, какая она есть, — уникальной, нездешней и
талантливой. Она никогда не стыдилась того, что у ее семьи нет денег, и
никогда не была жертвой, влюбившись в мальчишку не своего круга.
Джуди утратила некоторое количество пирсингов, хотя все еще носила
исключительно привлекающий внимание гвоздь посреди подбородка. В других
отношениях она едва ли изменилась вообще.
— Рада тебя видеть, — сказала Сара.
— Я тоже. Мы должны как-нибудь прогуляться вместе, — ответила
Джуди.
— Я с радостью. — Сара чувствовала себя зажатой и неловкой от
недостатка практики.
— Могу я чем-нибудь помочь? — спросила Джуди.
— Я хочу осмотреться. — Не так плохо, подумала она. Может быть,
они с Джуди возобновят знакомство. Может быть, как бабушка и тетя Мэй в
былые деньки, они будут гулять вместе. Заниматься искусством и
разговаривать. Саре хотелось быть в большем контакте с людьми, которых она
раньше знала.
— Сара Мун, — сказал кто-то. — Я слышала, что ты вернулась.
Даже не поворачиваясь, Сара узнала ее по голосу. Это был тот же голос,
который она помнила со школы, жизнерадостный, несущий с собой хорошее
настроение и бодрость духа.
— Привет, Вивиан. Как поживаешь? — Сара сложила рот в улыбку.
Вивиан Пайерс улыбнулась в ответ. Если это только возможно, она была еще
более блистательной, чем в школе. Тот же каскад белокурых волос, собранный в
хвост. Та же сияющая улыбка. То же безупречное чувство вкуса — с одним
небольшим изменением. На пальце ее левой руки сияло потрясающее обручальное
кольцо. Сара послушно произнесла, как хорошо увидеть Вивиан снова и как
отлично она выглядит. Затем она задала вопрос, которого Вивиан, очевидно,
ожидала:
— Как у тебя дела?
— Я в таком восторге, — поведала Вивиан, показывая жестом на
тележку, нагруженную кистями и средствами для чистки. — Мы только что
купили дом.
— Мои поздравления, — сказала Сара.
— Это прелестное местечко за маяком Поинт-Рейз, — сказала
она. — Однако нуждается в нежной заботе.
— Не думаю, что в таком случае тебе нужен щенок, — предположила
Сара, показывая жестом на Фрэнни на поводке, которая сидела за дверью
магазина. — Моя собака принесла приплод. — Она ожидала, что Вивиан
пропустит ее слова мимо ушей
Вместо этого Вивиан удивила ее, вручив ей карточку.
— Позвони мне, когда их можно будет забирать.
— Я повешу в магазине объявление, — предложила Джуди. — Если
хочешь.
Они обе были... такие милые. Сара этого не ожидала. Вивиан показала Джуди какие-то цветные образцы.
— Я приняла решение: выкрашу стены в цвет сельдерея, а отделаю красным
кадмием.
Джуди поднесла образцы к смешивателю краски.
— Я боялась, что ты придешь за белым и розовым.
— Вот уж нет.
Сара спрятала свое удивление за этой легкой дружеской перепалкой. Джуди и
Вив были в сотнях миль от школы. Королева школьных балов и гот. Сейчас они
вели себя как лучшие подруги, в особенности когда Джуди пообещала навестить
Вивиан сегодня вечером и помочь с покраской.
Что ты знаешь о них?
—
подумала Сара.
Выбирая то, что ей нужно, она исподтишка изучала женщин. Вивиан выглядела не
только красивее, чем всегда, она выглядела преуспевающей в кашемире и
дизайнерских джинсах, ковбойских ботинках и с безупречной стрижкой.
— Помни, что нужно следовать инструкциям, — сказала Джуди Вивиан,
складывая краски в коробку. — Ингредиенты в этой краске быстро
испаряются. Проветривай помещение и не используй краску у открытого огня.
Вивиан подмигнула ей:
— Может быть, если я устрою пожар, Уилл Боннер прибежит меня спасать.
При имени Уилла Сара вся превратилась во внимание.
— Я думала, ты счастлива в браке, — сказала Джуди слегка ворчливо.
— Я счастливая замужняя женщина с активным воображением, — сказала
Вивиан. — Взгляни правде в глаза, половина женщин в этом городе пошли
бы в огонь, в надежде привлечь внимание Уилла.
— А другая половина?
— Сунули бы в огонь своих мужей.
Сара подумала о муже Вивиан и нарисовала себе безупречного юриста, который
работает в городе. Знают ли они, что такое
счастливый брак
? В самом деле
знают или просто дурачат сами себя? В безупречном мире Уилл был бы женат на
Вивиан. Они всегда были королями балов в старших классах, превосходная пара.
Она припомнила, что в школе даже была какая-то драма. Давняя подружка Уилла
бросила его прямо перед балом, и он с друзьями отправился в путешествие к
южной границе.
Сара добавила в свою корзину несколько архивных маркеров.
— Вив, я помогу тебе перенести твои покупки в машину, — предложила
Джуди.
— Все в порядке. Для этого я взяла с собой муженька.
Сара была заинтригована. Она не могла дождаться, чтобы увидеть этого
муженька. Наклонившись над графитными карандашами, она тянула время.
— Он задержался в скобяной лавке. Должен быть с минуты на минуту.
Пока ждали, Вивиан и Джуди болтали, как старые подруги. Сара почувствовала
неожиданный приступ тоски. Одиночество поразило ее, словно пощечина. Просто
иметь кого-то, чтобы поговорить, или пообедать, или обсудить цвета краски...
неожиданно это показалось ей таким же важным, как воздух и пища.
На двери прозвенел звонок, и вошла еще одна знакомая личность.
— Мистер Шопен! — выпалила Сара. — Я Сара Мун. Помните меня?
Виктор Шопен одарил ее сияющей улыбкой. Он был ее учителем рисования и
ментором в средней школе и в старших классах. Он был одним из тех учителей,
которые считали ее одаренной ученицей, давая ей чувство значимости. Со своей
привлекательной восточноевропейской внешностью и намеком на экзотический
акцент, он заставлял сердца учениц трепетать. Если что и изменилось, то с
ходом времени он стал даже более энергичным, чем когда-либо.
— Я, безусловно, узнал вас, мисс Мун, — сказал он, улыбаясь ее
официальности. — Вы приехали домой погостить или вернулись к нам
надолго?
Его глаза были бездонными озерцами шоколада. Девушка могла утонуть в них.
— Я... приехала, чтобы остаться, — сказала она.
— Все еще рисуете, я вижу. — Он показал на ее корзину с покупками,
в которой необъяснимым образом оказалась дюреровская сетка, которой она не
пользовалась со школы. — Я очень рад в этом убедиться.
— Спасибо, мистер Шопен.
Он одарил ее еще одной сердечной улыбкой и отошел к прилавку с красками.
— Мы все купили, милый. — Вивиан поднялась на цыпочки, чтобы
поцеловать его в щеку. — Пять галлонов лучшей краски Джуди.
Сара смотрела с отвалившейся челюстью, как ее любимый учитель тащит наружу
краску Вивиан. Мистер Ш. женился на королеве бала.
— Ты выглядишь удивленной, — улыбнулась Джуди, заворачивая покупки
Сары.
— Я выглядела просто остолопом, — посетовала Сара.
Джуди улыбнулась:
— Забавно, как повернулись некоторые вещи, да?
Когда Сара погрузила вещи в машину, она заметила
Фрэнни, трусящую по дорожке, которая отделяла магазин от склада. Собака все
еще была мастерицей сбегать и ухитрилась выскользнуть из ошейника.
— Фрэнни, — сказала она, — черт возьми, иди сюда. Носом в
землю собака вбежала в магазин, Сара кинулась догонять ее и почувствовала
себя расстроенной.
— Не принимай это на свой счет.
Сара повернулась и увидела Джуди, прислонившуюся к задней двери магазинчика
художественных принадлежностей и курящую сигарету.
— Тот факт, что моя собственная собака убегает от меня? — спросила
Сара.
Фрэнни повернула назад. Сара сопротивлялась желанию догнать ее и надеть на
нее поводок и ошейник. Но это было бы состязание, которое она не имела
надежды выиграть. Вместо этого она сделала вид, что не замечает собаку.
— Как ты поживала все эти годы? — спросила она Джуди, не спуская
глаз с Фрэнни.
— Нормально. — Джуди выдохнула клуб дыма.
— А мистер Мэдсен? — поинтересовалась Сара, имея в виду хозяина
магазинчика.
Джуди колебалась.
— Он умер четыре года назад. Я купила магазин, решила, что лучше буду
следить за этим местом, чем разорюсь, покупая здесь материалы.
Джуди-гот — владелица бизнеса. Саре понадобилось не меньше минуты, чтобы
осознать это.
— Я планирую быть одним из твоих постоянных покупателей, — сказала
она.
Джуди провела Сару через высокие двери на склад из рифленой жести. Большую
часть помещения занимали товары, краски и шпатели, но в одном углу была
устроена студия металлической скульптуры. Там были печи всех размеров и
паяльные лампы в полной готовности, куски нарезанного металла и кувшины
припайки.
Сара осознала специфическое воздушное качество абстрактных скульптур.
Кованые металлические грани, казалось, не имели веса, словно они были
перышками в полете.
— Ты делала инсталляции в парке Уотерфронт?
— Да. — Джуди показала ей неоконченную работу, заказанную винным
заводом из Хопланда. Она заметила, что Сара смотрит на ее руки. — Следы
от ожогов, — сказала она, протягивая их Саре. — Обычный риск.
Они вместе вышли наружу. Джуди бросила окурок в наполненное песком ведро.
— Мне лучше вернуться к своим делам.
Сара кивнула.
— Увидимся. — Затем она помолчала. — Эй, не хочешь ли ты как-
нибудь встретиться выпить по чашечке кофе?
— Думаю, что да. Мы с Вивиан обычно встречаемся в кафе
Белая лошадь
около девяти утра по рабочим дням. Просто поговорить, понимаешь?
Сара колебалась, однако перспектива казалась ей очень заманчивой.
— Спасибо. Я с радостью, — сказала она.
Самые ранние воспоминания Сары омывала пахнущая морем атмосфера устричной
фермы. Когда она была ребенком, это был весь ее мир. Она любила стоять у
кромки воды с распростертыми руками, обнимая воздух вокруг себя. Но, став
подростком, она стала считать все это ловушкой и страстно желала вырваться.
Теперь она находила во всем этом гармонию. Ей нравилось водить Фрэнни на
прогулки по усеянной раковинами дороге, ведущей к длинным мрачным зданиям на
высоких сваях, которые возвышались над сорняками, окружавшими бухту Мун.
Каждая устрица, которую продавала компания, начиналась с икры размером с
булавочную головку. В одну из своих частых прогулок она рассказала об этом
Уиллу, который, несмотря на то что всю жизнь прожил в Гленмиуре, не знал,
как работает устричная ферма.
— Когда я была маленькой, — рассказывала она ему, — я думала,
что у каждого отцы уходят каждый вечер в темноту, когда начинается отлив.
Когда я стала старше, узнала, что это просто необычный, но честный
заработок.
— Может быть, поэтому ты стала такой испорченной.
Она шлепнула его по руке, и затем они погрузились в дружеское молчание. Они
с Уиллом не
встречались
. Это было бы безумием, и они оба это знали. Однако
они звонили друг другу. Они ходили в долгие прогулки по пляжу на закате. Они
обедали вместе и иногда даже при свечах. Но это были определенно не
свидания.
— Ты скучала по нему? — спросил Уилл. — Когда он уходил на
работу?
— Нет. — Она прекрасно понимала, почему он спрашивает. — Он
поддерживал с
...Закладка в соц.сетях
