Жанр: Любовные романы
Его лучшая любовница
... Быстрыми шагами, пройдя мимо Габриэлы к двери, он решительно закрыл створку,
так что замок еле слышно щелкнул. После этого он вернулся и встал прямо
напротив нее.
Что он сегодня задумал? — удивленно подумала она. — Почему он
пришел повидаться со мной чуть ли не тайно?
Поймав его пристальный взгляд, она ощутила прилив непривычной робости.
— Габриэла, я пришел, чтобы задать тебе довольно важный вопрос.
— Правда? Это как-то связано с тем, что произошло вчера?
Он выгнул бровь.
— В некотором смысле, но это больше не имеет значения. Габриэла.
— Он помолчал и, чуть наклонившись к ней, взял ее руку и бережно сжал
ее пальцы своими.
— Прости меня, если я не найду сейчас правильных слов. Я никогда прежде
этого не делал, так что, надеюсь, ты извинишь меня, если я не скажу всего
того, что тебе хочется услышать.
И что же это может быть? Откуда мне знать, если я даже не могу сообразить,
о чем он говорит?
— Это может показаться неожиданным, — продолжил он, — но хочу
заверить тебя, что я много об этом думал и полагаю, что так будет лучше
всего для нас обоих. М ы ведь с тобой прекрасно ладим, правда?
Секунду она недоуменно смотрела на него.
— Конечно. Но вы и так это знаете.
— И физически мы очень друг другу подходим. — Придвинувшись ближе,
он провел свободной рукой по изгибу ее бедра, оставив ладонь лежать на
талии. — Нам будет хорошо вместе.
О чем он говорит? Не может же... Господи, ведь он же не предлагает мне
стать его любовницей?
Ей совершенно не хотелось этого, и все же.
— Габриэла Сент-Джордж, — проговорил он звучным, но мягким
голосом, не окажете ли вы мне высочайшую честь, став моей женой?
Она заморгала, стараясь справиться с головокружением.
— Вы сказали — женой?
— Да.
— Но ведь вы не хотите жениться! Весь свет об этом знает.
Один уголок его губ приподнялся.
— Оказывается, весь свет ошибался.
Несколько секунд она почти ничего не соображала, пытаясь усвоить то, что он
только что сказал, не веря, что это было серьезно. В последние недели ею
владели смятение и неуверенность. Она отринула осторожность и разрешила себе
жить одним днем в океане радостного наслаждения, которое испытывала,
оказываясь с ним.
Однако в самой глубине ее души жила скрытая надежда на то, что когда-нибудь
он предложит ей стать его женой. И в то же время она не верила в это.
Неужели ей, Габриэле Сент-Джордж, действительно удалось получить предложение
руки и сердца от самого неуловимого и самого желанного жениха Англии?
Похоже, что да! Однако, несмотря на все то, что между ними было, такая
победа казалась ей слишком легкой.
— Так что ты скажешь? — поторопил он ее.
Что она скажет? Она понимала, что ей больше всего хочется мгновенно ответить
да
, но что-то помешало ей это сделать. Между ее бровями пролегла едва
заметная морщинка.
— Почему вы так поступаете?
Он нахмурился, словно рассчитывал на ее безоговорочное согласие.
— Разве я только что не объяснил? Мы подходим друг другу. И если ты еще
сама не заметила, я тебя хочу. Очень сильно.
Он притянул ее ближе, так что их тела соприкоснулись, и она смогла убедиться
в его желании.
Столь открытая демонстрация не оставила ей сомнений в его правдивости. Но
неужели он хочет ее так сильно, что готов жениться на ней ради того, чтобы
уложить к себе в постель? А как насчет любви? Он ничего не говорил об этом
нежном чувстве!
Ее сердце больно сжалось при мысли об этом. Озарение затопило ее, заставляя
понять то, на что она до этой минуты закрывала глаза.
Боже правый, я его
люблю! Я его по-настоящему люблю. И если я скажу всего одно слово, он будет
моим!
И все-таки она медлила.
— Это не из-за вчерашнего? Вы делаете мне предложение только из-за
того, что вчера вечером нас увидели вдвоем? Потому что если причина в
этом...
— То наш брак становится еще более разумным. — Его рука
переместилась ей на спину, и он начал гладить ее медленно и нежно, так что
ей захотелось выгнуться под его рукой словно кошечка. — Со мной ты
будешь счастлива, Габриэла. Ты ведь знаешь, что я смогу это сделать, если ты
мне это позволишь. Разреши мне сделать счастливыми нас обоих.
Крепко прижав ее к себе, он наклонился и припал к ее губам в жарком и
чувственном поцелуе. Ее мысли разлетелись, как это всегда бывало, когда он к
ней прикасался, а дыхание стало частым и неровным.
— Выходи за меня замуж, дорогая, — прошептал он у самых ее
губ. — Скажи, что будешь моей!
Ах, как я этого хочу! — подумала она. — Принадлежать тебе — и
никому другому!
После приезда в Лондон она познакомилась со многими мужчинами из светского
общества, и некоторые из них оказались весьма привлекательными. Но никто, ни
один из них, не мог сравниться с Энтони Блэком, герцогом Уайвёрном, ни
внешностью, ни манерой держаться, ни характером. Он обладал всеми теми
качествами, которые она больше всего ценила в мужчинах: умом, великодушием и
отвагой. И, что чуть ли не важнее, способностью смотреть на мир с улыбкой,
никогда не относясь ни к кому и ни к чему (включая и себя самого) чересчур
серьезно.
Он говорил о счастье, о ее счастье и его собственном. Но ведь это же должно
означать, что он питает к ней хоть немного любви? Габриэла знала, что
существуют такие мужчины, которые просто не в состоянии выражать вслух даже
самые глубокие и сильные свои чувства. Возможно, он относится к их числу и
пытается показать ей то, чего не может заставить себя высказать.
— Ну что? — спросил он, усеивая ее губы нежными поцелуями. — Каким будет твой ответ?
— Да! — объявила она. — Я отвечу
да
. Я выйду за тебя замуж!
На секунду он отстранился, и его глаза стали такими темными и глубокими,
какими она их еще ни разу не видела. И на самом дне этих синих омутов
промелькнуло удовлетворение — и еще какое-то чувство, которого она так и не
поняла.
А потом у нее вообще не осталось времени ни на какие мысли: он целовал ее с
жаркой, жадной страстью, уже не скрывая желания. Она цеплялась за его плечи,
отвечая на его страсть настолько, насколько позволяла ей неопытность.
Застонав, она открыла губы шире, чтобы впустить его язык, который кружил и
дразнил, наполняя ее томлением и отчаянным желанием чего-то большего.
Раздвинув ноги, он поставил ее между ними, снова дав почувствовать открытую
силу его желания. Она выгнулась, теряя над собой всякий контроль и обвивая
руками его шею.
Он как раз положил руку ей на грудь, так что ее сосок моментально набух под
его пальцами, когда послышался звук открывающейся двери. Габриэла не
обратила на это никакого внимания: она была целиком поглощена дивными
ощущениями, наполнявшими ее тело, чтобы к чему-то прислушиваться.
— Не будь ты моим другом, я бы вызвал тебя на дуэль! — объявил
мужской голос за его спиной громко и жестко. — Но, если подумать, я
готов сделать исключение на этот раз, поскольку считалось, что ты ее
оберегаешь, а не сам берешь то, что хочешь. Отпусти ее!
Тони на секунду застыл, но его руки еще крепче сжали Габриэлу. Медленно он
прервал поцелуй, бережно повернув ее так, что она осталась стоять в его
объятиях, но уже не перед ним, а рядом. Только после этого он посмотрел на
вошедшего. Бросив взгляд из-под смущенно опущенных ресниц, Габриэла
испугалась, увидев выражение лица своего дяди.
— Бессовестный негодяй! — бросил Рейф. — Мне следовало знать,
что тебя нельзя подпускать к ней, — с тем же успехом я мог поручить
цыпленка голодному волку! Ты не удержался, чтобы ее не потрогать!
— Да, оказалось, что я не могу удержаться, — отозвался
Тони. — Но тут имеются смягчающие обстоятельства, если тебя это
интересует.
— Что меня может интересовать? Как ты соблазнил невинную девушку? Я уже
вчера понял, что что-то происходит. Если бы я не доверял тебе, то заподозрил
бы и раньше.
— Заподозрил что? — мелодично поинтересовалась Джулианна,
проскальзывая мимо него в гостиную. — Что происходит? — Она
замерла, увидев, что Тони обнимает стоящую рядом с ним Габриэлу. — А,
наверное, можно не спрашивать!
— Совершенно верно, я их застал, — подтвердил Рейф. — Можно
сказать, на месте преступления.
Тони выгнул бровь.
— Вряд ли можно так говорить, поскольку у нас с Габриэлой даже ни
одного шнурка на туфлях не развязано.
— На вас вскоре не осталось бы и половины одежды, если судить по тому,
что я успел увидеть!
Габриэла почувствовала, что щеки у нее вспыхнули, несмотря на то, что им с
Тони нечего было стыдиться.
— Полно, Рейф, — успокаивающе проговорила Джулианна, прикасаясь к
локтю мужа. — Все не может быть настолько ужасно. Почему бы тебе не
дать им возможность объясниться?
— Что они могут объяснить? Что они могут сказать такого, чего бы я не
видел собственными глазами? И почему ты их защищаешь? Ты про это знала?
— Нет, определенно не знала, — ответила она. — Но подозрения
у меня были.
— И ты ничего не сказала? — Рейф оскорбленно посмотрел на нее,
опасно стискивая зубы. — Об этом мы еще поговорим, мадам.
Джулианна небрежно отмахнулась:
— Нечего говорить со мной таким тоном и называть меня
мадам
, Рейф
Пендрагон. Я поступала так, как считала правильным, потому что знала, что ты
будешь реагировать именно так, как сделал сейчас. Ну что, Габриэла и Тони,
что вы можете сказать в свою защиту?
— Да, — прорычал Рейф, скрещивая руки на груди, — какое у вас может быть оправдание?
— Гм... Знаешь, рядом с этой бурей наше объявление как-то блекнет и
тускнеет, правда, дорогая? — лениво проговорил Тони, обращаясь к
Габриэле. — Но полагаю, что нам лучше все-таки им сказать.
— Сказать что? — скрипнул зубами Рейф.
— О, да то, что Габриэла только что согласилась стать моей супругой. Мы собираемся пожениться.
Рейф бессильно опустил руки. Рот у Джулианны от изумления широко открылся —
и она даже не сразу это заметила. Похоже, даже она не думала о такой
возможности.
— Пожениться?! — воскликнула она. — Правда?
Габриэла кивнула:
— Тони несколько минут назад сделал мне предложение.
— Ой, да это же чудесно!
Бросившись к ним, Джулианна по очереди обняла Габриэлу и Тони. Она была
переполнена радостью, заставив Габриэлу острее ощутить переполняющее ее
счастье.
Рейф не спешил присоединиться к восторгам супруги.
— Почему? — спросил он, повторив тот же вопрос, который задавала и
сама Габриэла.
Тони посмотрел другу в глаза, одновременно снова обняв Габриэлу за плечи.
— Потому что так правильно. И потому что мы оба этого хотим, правда,
ведь, милая?
Наклонившись, он нежно поцеловал Габриэлу в висок, заставив ее снова
растаять.
— Да, — подтвердила она, заглядывая ему в глаза. — Это определенно то, чего мы хотим.
Только тут Рейф смягчился и протянул Тони руку.
— Ну, если дело обстоит так, то я счастлив за вас обоих. Конечно, я
благословляю вас. И желаю, чтобы вы были так же счастливы, как мы с
Джулианной.
— Так и будет! — заявила Габриэла, не скрывая счастливой улыбки. — Я в этом уверена!
Глава 13
Стоя перед высоким зеркалом в позолоченной раме в туалетной комнате
Джулианны, Габриэла смотрела, как личная горничная Джулианны прикалывает к
ее элегантной прическе белую фату. Поправив последнюю прядь, горничная
отступила на пару шагов, чтобы оценить результат своих трудов.
— Ах, мисс, вы просто картинка, если мне позволено будет сказать!
— Это верно, Дэйзи, — поддержала ее Джулианна. — Просто
безупречная красавица.
— Вы, правда так считаете? — спросила Габриэла, бросая еще один
взгляд на свое отражение и поворачиваясь к Джулианне и Лили, которым
предстояло быть подружками невесты.
Лили кивнула и радостно улыбнулась:
— Как только Тони тебя увидит, он уже не сможет глаз отвести! И ему
будет чертовски трудно дожидаться того момента, когда он наконец сможет тебя
как следует обнять, если я не ошибаюсь.
— Не ошибаешься, — подтвердила Джулианна с понимающей
ухмылкой. — Я давно не видела такого нетерпеливого жениха. Представь
себе: он дал нам всего пять дней на подготовку к свадьбе! Весь дом с тех пор
лихорадит.
Габриэла прекрасно знала, что ее подруга говорит правду. После того как Тони
сделал ей то неожиданное и ошеломляющее предложение, он почти тут же устроил
ей еще один сюрприз, объявив о своем желании сочетаться браком по
специальному разрешению уже через неделю. Джулианна запротестовала, что это
совершенно исключено, если принять во внимание все, что необходимо сделать,
не говоря уже о гостях. Лили, услышав новость, поддержала ее и они вдвоем
стали умолять Тони дать им больше времени, но он был непреклонен.
— Зачем откладывать? — сказал он Габриэле, когда они остались
вдвоем. — Я хочу на тебе жениться. И теперь, когда я принял такое
решение, не вижу смысла ждать. Честно говоря, даже пять дней — это слишком
много. Если бы это было возможно, я бы женился на тебе уже завтра.
Она невольно растаяла, услышав эти слова, и, если говорить честно, то ей и
самой совершенно не хотелось ждать. Она любит его и хочет быть его женой и
где-то в глубине души у нее таился страх, что, если она настоит на долгой
помолвке, он может передумать и решить, что совершил ошибку.
— Но мы все-таки справились, — гордо заявила Лили. — Даже
платье для Габриэлы получилось великолепное, несмотря на то, что нам
пришлось импровизировать.
Габриэла вместе с остальными еще раз осмотрела свой свадебный наряд: платье
из полупрозрачного шелкового газа с чехлом из роскошного блестящего белого
шелка. Подол и края рукавов до локтей были обшиты французским кружевом, узор
которого переплетение листьев и белых лепестков великолепно сочетался с
бутончиками белых роз, которые украшали ее темные локоны.
— Я ощущаю себя настоящей принцессой, — призналась Габриэла
подругам.
— Ну, хоть ты и не принцесса, — заметила Джулианна, бросая взгляд
на каминные часы, — но уже через двадцать минут станешь герцогиней.
Полагаю, это тебя удовлетворит? — поддразнила она Габриэлу.
Хотя Габриэла послушно улыбнулась, сердце у нее отчаянно трепетало от
волнения.
— Это меня более чем удовлетворит: ведь моим герцогом будет Тони!
— Ну что ж, выйдем к нему? — предложила Джулианна. Габриэла
радостно кивнула и следом за подружками вышла из комнаты.
В гостиной Тони стоял рядом с небольшой, украшенной цветами аркой, которую
приготовили для церемонии бракосочетания. Лучи утреннего солнца делали
комнату радостно праздничной. Воздух был наполнен ароматом роз и сирени, в
уголке негромко играла арфа. Рядом с ним стояли Рейф и Итан: друзья охотно
согласились сыграть роль дружек. Седовласый священник стоял, перелистывая
страницы молитвенника, а избранные гости сидели на поставленных в три ряда
стульях, негромко переговариваясь в ожидании появления невесты.
Тони поправил жилет и начал крутить на пальце печатку с рубином. Он с
тщанием выбрал свой сегодняшний костюм, остановившись на традиционном темно-
синем фраке, светло-серых панталонах и белоснежной рубашке. Обут он был в
начищенные черные туфли.
Еще немного, — подумал он, — и Габриэла будет здесь. А спустя еще
несколько минут я стану женатым человеком
. На секунду от этой мысли у него
сжалось сердце, хоть он и был абсолютно уверен, что не сделал ошибки, решив
жениться на Габриэле.
На самом деле другого варианта не было, если учесть, какой скандал могла
учинить Эрика Хьюитт. Ему удалось еще раз отложить конфронтацию, отправив ей
огромный букет и браслет с бриллиантами, чтобы умерить ее гнев из-за того,
что он снова отсрочил их встречу. В отправленной в ее особняк записке было
сказано, что у него возникли срочные дела, которые он никак не в состоянии
отложить. Она ответила ему, дав еще два дня. Но не больше — иначе она
молчать не станет.
Каким-то образом ему удалось не афишировать их помолвку: он хотел, чтобы
Эрика узнала об их свадьбе только постфактум. Он пригласил только тех
друзей, которым мог доверять, объяснив все тем, что Габриэле хочется, чтобы
их бракосочетание прошло спокойно и тихо, без излишнего внимания света. Даже
объявление в
Морнинг пост
он отправил только этим утром, чтобы они с
Габриэлой успели пожениться и уехать из города, прежде чем об их свадьбе
станет известно.
Он прекрасно знал, что в ближайшие недели в свете будут постоянно говорить
об этой свадьбе. Что до леди Хьюитт, то она уже утром будет багроветь от
ярости, раздирая на куски газету, пока от нее не останутся только мелкие
клочья и пятна типографской краски на пальцах. А вопить она будет так
громко, что, возможно, он услышит это даже в своем небольшом поместье в
Норфолке, где они с Габриэлой решили провести медовый месяц.
Решив, что действовать надо быстро, он поторопил бракосочетание, не обращая
внимания на то, что все изумлены такой спешкой и огорчены ею. Убедить
Габриэлу оказалось неожиданно легко, а Джулианна и Лили стали помогать ему,
как только убедились в том, что он не намерен менять избранный им план.
Однако Рейф продолжал относиться к происходящему с подозрением.
После обеда в тот первый вечер Рейф отвел его в сторонку и осведомился, нет
ли еще какой-то важной причины, по которой он так спешит со свадьбой. Такой
причины, пояснил Рейф, которая спустя несколько месяцев может вызвать
многозначительные взгляды. Однако он заверил своего друга в том, что такой
необходимости нет, и что Габриэла встретит их первую брачную ночь
девственницей — такой же невинной, как в день своего рождения. Он даже
предложил торжественно в этом поклясться, если Рейф будет настаивать, и
дядюшку невесты такой ответ вполне удовлетворил. Тони знал, что друг по-
прежнему продолжает гадать о причинах такой спешки, ощущая, что она вызвана
не только теплым чувством по отношению к его племяннице, но больше ничего
расспрашивать не стал, только хлопнул его по плечу, услышав просьбу играть
роль дружки.
И вот теперь он уже стоит и ждет Габриэлу. Он как раз собрался узнать время
по своим карманным часам, когда в дверях появилась Лили. Она сделала знак
арфисту, который заиграл другую мелодию, а потом кивнула Рейфу, который
вышел из комнаты к ней в коридор. Тони почувствовал, что сердце его странно
забилось, и, снова одернув жилет, прошел на предназначенное ему место у
алтаря.
Первой вошла Лили с корзиночкой, из которой она на ходу рассыпала розовые
лепестки. Затем появилась Джулианна с букетом цветов в затянутых в перчатки
руках. С радостно искрящимися глазами она встала по другую руку священника.
А потом появилась Габриэла с букетом белых роз. Она опиралась на руку Рейфа,
который подвел ее к алтарю.
При виде Габриэлы у Тони перехватило дыхание, а весь мир внезапно куда-то
исчез. Она была настоящим видением, более прекрасного существа он и правда
никогда не видел. Габриэла подходила все ближе и ближе, и наконец, встала
рядом с ним. Рейф бережно перепоручил ее заботам жениха.
Робко взглянув на него из-под густых ресниц, она послала ему тихую улыбку,
которую он ощутил всем своим телом, и внезапно испытал острую радость от
того, что они сейчас поженятся.
Если в награду я получаю ее, подумал он, то
статус холостяка будет совсем не большой ценой
. Понимая, что чувственным
фантазиям не место в церемонии бракосочетания, он справился с собой и
постарался сосредоточиться на тех словах, которые произносил священник.
Когда наступила его очередь произнести слова обета, он сделал это спокойным
и ясным голосом, который разнесся по гостиной. Габриэла произнесла их следом
за ним, хотя и чуть тише. Ее рука дрожала, когда он надел ей на палец
золотое венчальное кольцо, которое присоединилось теперь к сверкающему
крупным бриллиантом обручальному кольцу, подаренному им четырьмя днями
раньше. Еще несколько секунд — и священник объявил их мужем и женой.
Не стесняясь взглядов всех гостей, он обнял ее и припал к ее губам, заявляя
свои права на нее. Поцелуй был долгим, жадным и сладким, так что у него
зашумело в ушах, а кровь разгорелась и потекла по жилам быстрее. Габриэла
тихо застонала и приоткрыла губы, приглашая его, прикасаясь к его языку. Не
успел он воспользоваться ее безмолвным приглашением, как большая мужская
рука толкнула его в плечо.
— Эй, постой, оставь хоть что-то на вечер! — проговорил Итан со
смешком в голосе. — Дамы уже краснеют. И кажется, твоя молодая супруга
тоже.
Тони прервал поцелуй, и Габриэла посмотрела на него с растерянно-счастливым
лицом. Итан не ошибся: ее щеки залились краской, как только она поняла, что
все на них смотрят. Тони, ничуть не смущаясь, пожал плечами, заставив многих
добродушно рассмеяться.
Взяв Габриэлу под руку, Тони повел ее вперед, зная, что им предстоит
насладиться свадебной трапезой.
Я бы предпочел насладиться
Габриэлой
, — подумал он, но понял, что пока ему придется
удовлетвориться едой и питьем.
Через несколько часов Тони помог Габриэле вылезти из дорожной кареты.
Дневное солнце ярко сияло в синем небе. Парадная дверь приветливого особняка
из красного кирпича широко распахнулась — и навстречу им вышла пожилая
женщина.
— Добро пожаловать в Торн-Парк! — проговорила домоправительница с
почтительным книксеном. — Как приятно видеть здесь вас обоих! Все
приготовлено согласно вашим распоряжениям, ваша светлость. Комнаты
проветрены и убраны, а у фермеров закупили лучшие продукты. — Она
оборвала себя, коротко рассмеявшись: — Да что это я разболталась, когда вы,
конечно, хотите пройти в дом! Идемте, идемте. Я приготовила персиковый
лимонад и печенье, если вы проголодались. И конечно, вино, и крепкие
напитки, если ваша светлость желает.
Тони вежливо ей улыбнулся — и они втроем вошли в дом.
— Бокал лимонада был бы весьма кстати, миссис Лэмстед. Но сначала вам
стоит проводить мою супругу наверх, чтобы она смогла немного отдохнуть.
— Я уже несколько часов отдыхала в карете, — напомнила ему
Габриэла с ласковой улыбкой: несмотря на долгую поездку, настроение у нее
оставалось прекрасным. — Но должна признать, что была бы рада
ополоснуться и сменить платье.
— Конечно, конечно! — отозвалась домоправительница. — Если вы
будете любезны пройти со мной, ваша светлость, я все вам приготовлю.
Тони наблюдал, как Габриэла застыла на месте, переводя взгляд с него на
миссис Лэмстед. Спустя несколько долгих секунд ее глаза вдруг округлились.
— Ой, так вы имели в виду меня, да? — Она смущенно засмеялась и
прижала ладонь к груди. — Не знаю, смогу ли я когда-нибудь привыкнуть к
тому, что меня называют
ваша светлость
! Это звучит так странно!
— К этому привыкаешь, — сказал он ей.
Габриэла лукаво посмотрела на него:
— Ну, еще бы — когда слышишь это чуть ли не всю жизнь! Но вот я,
напротив, никогда раньше не слышала ничего более уважительного, чем
мисс
или
эй, ты
! Так что должна тебя предупредить, что привыкну далеко не
сразу. Может, мне попросить твою прислугу называть меня просто Габриэлой так
у нас будет гораздо меньше путаницы!
Тони улыбнулся, а потом громко расхохотался, увидев, как изумленно раскрыла
рот их домоправительница, похоже, немолодую женщину просто потрясла прямота
Габриэлы. Поймав руку жены, он нежно поцеловал ее ладонь.
— Моя прислуга — это теперь и твоя прислуга, и я не думаю, что им будет
удобно называть тебя по имени. Так что, боюсь, тебе придется терпеть и
справляться, как сумеешь.
— Сделаю все, что в моих силах.
Продолжая удерживать ее руку, он прижался губами к ее пальцам.
— В этом я не сомневаюсь. А теперь иди с миссис Лэмстед, а мы увидимся
с тобой за обедом. Шагнув к ней ближе, он проговорил тихо ей на ушко, так
чтобы это услышала только она. &m
...Закладка в соц.сетях
