Жанр: Любовные романы
Помнишь меня?
...мать.
Дверь распахнулась, и на пороге возник мой муж, державший в руках две
огромные, явно тяжелые сумки, очередной букет и подарочную корзину с
фруктами. Он был одет в полосатую рубашку, коричневые брюки, желтый
кашемировый джемпер и лоферы с кисточками.
— Здравствуй, дорогая. — Он легко поставил сумки на пол, подошел к
кровати и нежно поцеловал меня в щеку. — Как ты себя чувствуешь?
— Гораздо лучше, спасибо, — улыбнулась я.
— Но она по-прежнему не знает, кто ты, — встряла Эми. — Для
нее ты всего лишь тип в желтом свитере.
Эрик и бровью не повел. Похоже, он привык к бесцеремонным манерам моей
сестрицы.
— А мы сегодня за это возьмемся, — бодро сказал он и приподнял
сумку. — Я принес фотографии, видеодиски, сувениры... Будем заново
знакомить тебя с твоей жизнью, Лекси. Барбара, не поставите ли запись нашей
свадьбы? — Эрик протянул матери сияющий диск. — А вот тебе для
начала наш свадебный альбом. — Он положил на кровать очень дорогой с
виду фотоальбом в переплете телячьей кожи. Не веря своим глазам, я прочла
надпись, сделанную тиснением:
Алексия и Эрик, третье июня 2005 года
.
Я открыла альбом, и все внутри у меня сжалось. Передо мной был черно-белый
снимок — я в свадебном платье, длинном, белом и облегающем. Волосы уложены в
гладкую прическу с узлом на затылке, а в руке простой, без всякой
вычурности, букет лилий. Никаких буфов я не увидела и с облегчением перевела
дух.
Боясь вздохнуть, перевернула страницу. Вот рядом со мной стоит Эрик в черном
костюме, при галстуке. На следующей странице мы держим бокалы с шампанским и
улыбаемся друг другу. Мне показалось, мы выглядим ненатурально роскошно,
словно на снимке из глянцевого журнала.
Это моя свадьба. Настоящая, реальная свадьба. Если мне нужны доказательства,
то вот они.
С телеэкрана внезапно донесся гул голосов и смех множества людей. Я подняла
глаза и испытала новый шок. На экране мы с Эриком позировали в свадебных
одеяниях, стоя t перед огромным белоснежным тортом. Мы вместе держали нож и
смеялись над кем-то, кто не попал в поле объектива видеокамеры. Я не могла
отвести от себя глаз.
— Церемонию мы решили не записывать, — пояснил Эрик. — Это
свадебное застолье.
— Понятно. — Мой голос неожиданно сел.
Меня никогда особенно не трогали свадьбы, но от созерцания того, как мы
режем торт, улыбаемся в объективы фотоаппаратов гостей, снова позируем для
тех, у кого не получился снимок, у меня защипало в носу. Это же моя свадьба,
самый счастливый день в жизни девушки, а я, хоть убей, ничего не помню!
Камера описала широкий полукруг, и я увидела лица гостей, которых не узнала.
Заметила лишь маму в темно-синем костюме и Эми в фиолетовом платье на
бретельках. Мы находились в каком-то огромном помещении с современной
отделкой, модными стульями и многочисленными цветочными композициями. Толпа
гостей с бокалами шампанского, не помещаясь в зале, выплеснулась на широкую
террасу.
— А что это за место? — полюбопытствовала я.
— Дорогая... — Эрик немного нервно рассмеялся. — Это же у нас
дома!
— У нас до... Но это же огромный зал! Ты только посмотри!
— Это пентхаус свободной планировки, — напомнил мой муж. —
Именно такие я люблю.
Такие? Да это же пентхаус площадью с футбольное поле! Моя маленькая
квартирка в Болхэме уместится на одном из устилающих пол ковров!
— А это кто? — указала я на миловидную девушку в ярко-розовом
платье с открытыми плечами, что-то шептавшую мне на ухо.
— Это Розали, твоя лучшая подруга.
Моя лучшая подруга? В первый раз вижу эту особу. Тощая, загорелая, с
огромными голубыми глазами, массивным браслетом на запястье и поднятыми
наверх темными очками, придерживающими светлые локоны а-ля калифорнийская
девушка.
Она прислала мне цветы, вспомнила я.
Лекси, детка моя дорогая... С самой горячей любовью — Розали
.
— Она работает в
Коврах Деллера
?
— Нет! — Эрик улыбнулся, словно я отпустила удачную шутку. —
Вот, сейчас будет интересно. — Он указал на экран. Оператор вышел за
нами на террасу, я услышала свой голос:
Эрик, что ты задумал?
И тут все
гости одновременно посмотрели вверх.
В безоблачной синеве неба появилась надпись, сделанная каким-то цветным
газом:
Лекси, я буду любить тебя всегда!
Гости восхищенно ахали, указывая
друг другу на оригинальное поздравление, и я увидела, как смотрю в небо,
прикрыв глаза ладонью, как щитком, а затем целую Эрика.
Муж организовал для меня скайрайтинг в день свадьбы, а я ничего не помню?! Мне захотелось заплакать.
— А это мы на Маврикии в прошлом году... — Эрик переключил плейер
на следующую дорожку, и я уставилась на экран, борясь с желанием протереть
глаза.
Неужели эта девушка, идущая по песку, — я? Волосы заплетены в косу, я
загорелая, тоненькая, в алом бикини. На таких красоток я раньше смотрела с
завистью. Неужели я стала одной из них?
— А это мы на благотворительном балу. — Эрик снова что-то
переключил, и я увидела, как в облегающем синем вечернем платье танцую со
своим молодым мужем в каком-то роскошном зале.
— Эрик — очень щедрый меценат, — вступила в беседу мать, но я не
ответила, засмотревшись на красивого черноволосого мужчину, стоявшего на
танцполе. Точно, я его знаю!
Конечно! Я знала его раньше! Наконец-то!..
— Лекси? — встревожился Эрик, заметив выражение моего лица. —
Ты что-то вспомнила?
— Да! — не смогла сдержать радостной улыбки я. — Вот этот
мужчина слева. — Я ткнула пальцем в экран. — Не скажу точно, кто
он такой, но я его знаю. И очень хорошо! Он добрый, остроумный, кажется,
работает врачом... Или мы встречались в казино?
— Лекси, — мягко прервал меня Эрик. — Это Джордж Клуни,
актер. Он тоже был на балу.
— О... — Я смущенно почесала нос. — Понятно. Джордж Клуни. Ну
конечно, это он! А я идиотка. Сникнув, я откинулась на подушки.
Когда дело касается давних событий, от которых с души воротит, так с памятью
все отлично. Как в первом классе пришлось есть манную кашу, и меня едва не
вырвало. Как в пятнадцать лет я надела в бассейн белый купальный костюм, а
Он — кто бы мог подумать? — намокнув, стал прозрачным и все мальчишки
ржали до колик. Я превосходно помню жгучий стыд и унижение, будто это было
вчера.
Но я, хоть убей, не могу вспомнить, как шла по красивейшему песчаному пляжу
на Маврикии. Я не помню, как танцевала с мужем на роскошном балу. Алло,
мозг? У тебя вообще приоритеты есть?!
— Я вчера читала об амнезии, — сказала Эми. Подвернув ноги по-
турецки, она сидела на полу. — Знаешь, что лучше всего запускает
обломавшуюся память? Запах. Может, тебе понюхать Эрика?
— Это правда, — неожиданно поддержала маленькую засранку
мать. — Вспомните у Пруста. Едва он вдохнул запах волшебного пирога,
как его затопили воспоминания.
— Не тяни волынку, — ободряюще сказала Эми. — Игра стоит
свеч.
Я в нерешительности взглянула на Эрика:
— Ты не возражаешь, если я... тебя понюхаю?
— Нет, конечно, нюхай на здоровье. Кстати, это неплохая идея. —
Эрик поставил видеозапись на стоп-кадр и присел на кровать. — Мне
поднять руки или...
— Ну, можно и поднять...
Эрик торжественно поднял руки вверх. Я осторожно приблизила лицо к его
подмышке и, втянув воздух, ощутила аромат дорогого мыла, лосьона после
бритья и едва заметный горьковатый мужской запах. Но никакие воспоминания не
хлынули в мозг бурным потоком, обгоняя друг друга. Разве что подумалось о
Джордже Клуни в
Одиннадцати друзьях Оушена
, но это можно не считать.
— Ну что? — с надеждой спросил Эрик, замерев с поднятыми руками,
словно при окрике полицейского.
— Пока ничего, — ответила я, снова понюхав подмышку мужа. — Я
имею в виду, ничего определенного...
— Ты должна понюхать его в паху, — заявила Эми.
— Деточка... — только и произнесла мама.
Не удержавшись, я бросила взгляд в район ширинки Эрика. На пах, за который
выходила замуж. Бугрилось там порядочно, хотя по внешнему виду никогда
нельзя сказать что-то наверняка. А вот интересно...
Нет. Сейчас речь не об этом.
— Что вам нужно сделать, так это заняться сексом, — продолжала Эми
в возникшей неловкой тишине и щелкнула жвачкой. — Ощутить острый запах
плоти друг друга...
— Эми! — перебила ее мать. — Дорогая! Ты сказала достаточно!
— Я же по делу! Это естественный способ лечения амнезии!
— Ну что? — Эрик опустил руки. — Пока без особых успехов?
— Да уж.
Может, Эми права и нам нужно заняться сексом? Взглянув на Эрика, я поняла —
он подумал о том же.
— Ничего страшного. После аварии прошло совсем мало времени, —
улыбнулся Эрик, закрывая альбом. Но я видела, что он разочарован.
— А вдруг я никогда не вспомню? — Я оглядела собравшихся. —
Что, если воспоминания
стерлись
навсегда и мне не удастся их восстановить?
Оглядев хмурые, озабоченные лица родных, я окончательно пала духом. Примерно
такую же беспомощность я ощущала, когда сломался мой компьютер и исчезли все
электронные письма. Нет, теперь все в миллион раз хуже. Тогда приходил
компьютерщик и сказал, что нужно было сделать резервную копию. Но как
прикажете скопировать информацию из собственной головы?
Днем я говорила с психиатром-невропатологом. Им оказался Нейл, приветливый
молодой человек в джинсах. Я сидела за столом рядом с ним и отвечала на
вопросы тестов. Должна сказать, результаты у меня вышли отличные. Я
повторила почти все из двадцати предложенных слов, запомнила короткий
рассказ и нарисовала картинку по памяти.
— Лекси, вы просто молодец, — сказал Нейл, заполнив последний
пункт на своем листе. — Способности исполнителя остались при вас,
кратковременная память отличная, учитывая, что у вас нет когнитивного
расстройства... Но вы страдаете выраженной локальной ретроградной амнезией.
Знаете, это довольно редкий феномен.
— Но за что же именно мне такое счастье?!
— Это связано с характером ушиба головы, — оживился Нейл.
Подавшись вперед он изобразил в блокноте человеческую голову в профиль и
начал рисовать внутри мозг. — У вас так называемая инерционная травма.
При ударе головой о ветровое стекло мозг как бы резко мотнуло в черепе, и
маленькую область вашего мозга, фигурально выражаясь, поцарапало — ну, как
компьютерный диск. Возможно, вы нанесли ущерб вашему
складу воспоминаний
или повредили способность извлекать воспоминания из памяти —
склад
стоит
целехонький, но вы не можете открыть дверь.
Его глаза сверкали, словно он сообщал мне невесть какую радостную новость и
ожидал ответного восторга.
— Может, сделаете мне электрошок? — расстроенно предложила
я. — Или стукнете по голове еще раз?
— Боюсь, не поможет. — Нейла явно позабавило мое
предложение. — Вопреки распространенному мнению повторная травма головы
не помогает вернуть память, так что не вздумайте экспериментировать
дома. — Он оттолкнул стул и встал. — Я провожу вас до палаты.
Я повела Нейла в свою цветочную палатку, где мать и Эми по-прежнему смотрели
видеозаписи, а Эрик говорил по сотовому. Увидев меня, он тут же оборвал
разговор и сложил телефон.
— Ну, как успехи?
— Ты что-нибудь вспомнила, дорогая? — встряла мама.
— Ничего, — призналась я.
— Когда Лекси окажется в знакомой обстановке, память! может к ней
вернуться совершенно естественно, — заверил нас Нейл. — Правда, на
это потребуется некоторое время.
— Отличная идея, — с готовностью подхватил Эрик. — Итак, что
нужно сделать?
— Ну... — пролистал мою карту Нейл, — в целом вы в хорошей
форме, Лекси. Думаю, завтра вас выпишут. Через месяц придете ко мне на
прием, а пока вам лучше побыть в родных стенах. — Он улыбнулся. —
Уверен, вам не терпится вернуться домой.
— Да, — помолчав, сказала я. — Домой — это здорово. Тут я
спохватилась, что не знаю, где теперь живу. Я привыкла считать домом
болхэмскую квартиру, которой больше нет.
— Какой у вас адрес? — Нейл достал ручку.
— Я... не знаю.
— Позвольте, я запишу, — пришел на помощь Эрик и взял ручку у
Нейла.
Идиотизм какой-то — не знаю, где живу. Как старушка в маразме.
— Ну что ж, всего вам доброго, Лекси. — Нейл взглянул на Эрика и
мою мать. — Вы можете существенно помочь, рассказывая Лекси как можно
больше о ее жизни. Излагайте события на бумаге. Возите ее туда, где она
бывала. В случае проблем звоните мне.
Когда дверь за Нейлом закрылась, в палате воцарилась тишина, нарушаемая лишь
телевизором. Мама с Эриком обменялись взглядами. Будь я сторонницей теории
заговора, сказала бы, они явно что-то замышляют.
— Так, в чем дело?
— Дорогая, мы с твоей матерью уже говорили... — он колебался,
подбирая нужные слова, — что будем делать в создавшейся ситуации после
твоего выхода из лечебницы.
В создавшейся ситуации
,
выхода из лечебницы
... Можно подумать, я опасная
психическая больная на принудительном лечении!
— Ситуация сложилась самая странная, — продолжал мой муж. — Я
только обрадуюсь, если ты решишь вернуться домой, к прежней жизни. Но я
понимаю, тебе это может показаться неудобным. В конце концов... ты меня не
знаешь.
— Да, — согласилась я, покусывая губу. — Не знаю.
— Я сказала Эрику, что ты можешь пожить у меня, — вступила
мать. — Конечно, это немного неудобно и тебе придется делить комнату с
Джейком и Флорианом, но они хорошие собаки и...
— Там воняет! — перебила Эми.
— В комнате не воняет, Эми, — с глубоко оскорбленным видом
возразила мать. — Строители сказали, это домовый грибок... как-то так,
не помню. — Она неопределенно повела рукой.
— Стены сгнили, — отмахнулась Эми, не отрываясь от телевизора, — и вонь на весь дом.
Мама часто заморгала от раздражения. Встревоженный Эрик подошел ко мне.
— Лекси, пожалуйста, не думай, что я обижусь. Я понимаю, как тебе
тяжело. Я для тебя незнакомец. Бога ради! — Он воздел руки
вверх. — Разве ты захочешь жить со мной под одной крышей?
В его вопросе чувствовался намек, и логичный ответ напрашивался сам собой. Я
открыла было рот, чтобы не обмануть его ожидания, но тут мое внимание
привлекло происходящее на экране. Там мы с Эриком мчались на быстроходной
яхте. Бог знает, где мы находились, но там было ослепительное солнце и синее
море. Мы оба были в темных очках, и Эрик улыбался мне, стоя за штурвалом. Мы
оба выглядели нереально красивыми и даже гламурными, словно герои фильма о
Джеймсе Бонде.
Я не могла отвести от нас взгляд словно зачарованная. Я хочу так жить,
пронеслось у меня в голове. Эта жизнь принадлежит мне. Я ее заслужила и
заработала. Я не дам ей ускользнуть от меня.
— Меньше всего на свете я намерен мешать твоему выздоровлению, —
продолжал Эрик. — Что бы ты ни выбрала, я пойму.
— Да. Конечно. — Я отпила глоток воды, пытаясь выиграть
время. — Позволь мне подумать минуту.
Так, давайте рассмотрим две имеющиеся возможности: первая — зловонная
комната в Кенте, которую придется делить с двумя уиппетами; вторая —
просторный лофт в Кенсингтоне, где живет Эрик, мой красавец муж, который
умеет водить яхту.
— Знаешь что, Эрик? — четко произнесла я, обдумывая каждое
слово. — По-моему, мне следует поехать с тобой и жить дома.
— Ты серьезно? — Его лицо просияло, но я видела, что он очень
удивлен.
— Ты же мой муж, — пожала я плечами. — Я должна быть с тобой.
— Но ты ведь меня не помнишь, — сказал он неуверенно. — Ты
меня не знаешь!
— Ну что ж, придется заново знакомиться! — воскликнула я с
растущим энтузиазмом. — Лучший способ вспомнить прежнюю жизнь — это
начать жить по-прежнему. Ты расскажешь мне о себе, и обо мне, и о нашем
браке... Я все узнаю заново! Да и доктор считает, мне поможет знакомая
обстановка. В родных стенах в моей голове может запуститься процесс
разархивации данных или как его там.
Меня все больше и больше привлекала эта идея. Пусть я ничего не знаю о своем
муже и собственной жизни, главное — я замужем за обожающим меня красавцем
мультимиллионером, который владеет бескрайним пентхаусом и дарит мне
коричневые розы. Я не собираюсь терять такое сокровище из-за сущего пустяка
— локальной амнезии.
Каждому приходится учиться жить в браке и много работать над собой. А мне
всего-то и осталось, что поднапрячься и вспомнить своего мужа!
— Эрик, я хочу поехать домой, — заявила я самым искренним
тоном. — Я уверена, у нас с тобой прекрасная, дружная семья. Мы сможем
решить любые проблемы.
— Если ты вернешься, я буду счастлив, — сказал Эрик по-прежнему с
некоторым беспокойством. — Но я не хочу, чтобы ты делала это из чувства
долга...
— Я делаю это вовсе не из чувства долга! Я так поступаю, потому что...
ну, просто чувство: так будет правильно.
— Что ж, по-моему, это верное решение, — одобрила мама.
— Значит, так и сделаем, — сказала я. — Договорились.
— Но тебе скорее всего не захочется... — Эрик замялся. — Я
пока перейду в гостевую спальню.
— Я высоко ценю твою тактичность, — сказала я, подстраиваясь под его тон. — Спасибо.
— Ну, если ты уверена... — повеселел Эрик. — Тогда давай
сделаем все по правилам, ты не против? — Он вопросительно посмотрел на
кольца, лежавшие на тумбочке.
— Да, давай! — кивнула я, отчего-то обрадовавшись. Эрик взял
кольца. Я застенчиво протянула левую руку и замерла, глядя, как Эрик
надевает мне на палец сначала гладкое обручальное, а затем второе, с
огромным сверкающим солитером, кольцо.
Блин, ну и огромный же бриллиант!
— Ты не против, Лекси? — спросил Эрик. — Тебе это нравится?
— Еще как! Очень, очень нравится. То, что надо.
Я широко улыбнулась, когда вытянула руку и принялась рассматривать кольцо,
поворачивая запястье так и этак. Для полноты ощущений не хватало только
конфетти и свадебного марша. Два дня назад я тщетно ждала Лузера Дейва в
паршивом клубе. А сейчас я замужем!
ГЛАВА 7
Подарок судьбы, не иначе. Или все дело в карме.
Должно быть, в прошлой жизни я была человеком исключительно благородной души
— вытаскивала детей из горящих зданий, ухаживала за прокаженными или как
минимум изобрела колесо. Это единственное объяснение, которое приходит в
голову, отчего я вытянула себе путевку не в жизнь, а в мечту.
И вот я с красавцем мужем мчусь стрелой в
мерседесе
-кабриолете по
набережной Темзы.
Я сказала
мчимся стрелой
, но на деле мы ползли со скоростью двадцать миль
в час. Эрик был воплощением заботы и внимания, заявил — он знает, как мне,
должно быть, невыносимо тяжело перебороть себя и вновь сесть в автомобиль,
поэтому, если меня накроет посттравматический синдром, я должна ему
немедленно сказать. Но я, к своему стыду, чувствовала себя превосходно. Я же
ничего не помню об аварии. Для меня она будто рассказанная кем-то история
вроде тех, которые слушаешь вполуха, вежливо качая головой и поддакивая:
Да, ужас какой, бывает же такое
.
Я с интересом осматривала себя. На мне были укороченные джинсы на два
размера меньше, чем я носила раньше, и топик от
Миу-Миу
— этот брэнд я
прежде знала лишь по модным журналам. Эрик привез мне сумку одежды на выбор,
но все оказалось до того роскошным, что я с трудом отважилась дотронуться до
вещей, а уж надевала их, просто борясь с собой.
На заднее сиденье сложили все букеты и подарки из палаты, включая большущую
корзину тропических фруктов — презент от
Ковров Деллера
. К ней было
прикреплено письмо от некой Клэр, где та поясняла, что посылает мне протокол
последнего совета директоров, чтобы я прочитала на досуге, и выражала
надежду, что мне получше. Письмо было подписано
Клэр Абрахаме, личный
помощник Лекси Смарт
.
Личный помощник. У меня есть секретарь! Я в составе совета директоров! Я!!!
Порезы и синяки заживали на мне как на... в общем, хорошо заживали.
Пластмассовую скобку с головы сняли, и вымытые волосы буквально сияли.
Идеальные зубы, достойные кинозвезды, вполне им соответствовали. Я невольно
улыбалась, глядя в каждую отражающую поверхность, которую мы проезжали. Да
что там, я вообще не могла перестать улыбаться.
Может, в предыдущей жизни я была Жанной д'Арк и приняла ужасные пытки и
казнь? Или я была тем парнем с
Титаника
? Точно. Я утонула в ледяном море,
так и не получив Кейт Уинслет, и сейчас награда меня нашла. Ведь не дается
же людям такая роскошь без всяких причин, за здорово живешь? Так бывает
только в сказках.
— Ты хорошо себя чувствуешь, дорогая? — Эрик пожал мне запястье,
но тут же убрал руку. Его вьющиеся волосы ерошил ветер, а дорогие темные
очки ярко блестели на солнце. Он выглядел в точности как тот типаж, которого
люди из пиар-службы
мерседеса
хотят видеть за рулем своих автомобилей.
— Да-да! — широко улыбнулась я в ответ. — Все отлично!
Я Золушка. Нет, я даже лучше, чем Золушка: ей достался только принц. А я
Золушка со сказочно прекрасными зубами и не успевшим остыть рабочим стулом!
То есть... с очень престижной должностью, я хотела сказать.
Эрик включил левый поворот.
— Ну вот мы и приехали. — Он свернул в широкие нарядные ворота с
колоннами, миновал охранника в стеклянной будке, въехал на парковку и
выключил мотор. — Сейчас ты увидишь свой дом.
Знаете, как порой то, что активно рекламируют, оказывается полным отстоем,
стоит только получше это рассмотреть? Например, копите вы несколько месяцев
на дорогой ресторан, а халдеи там держатся презрительно, столики неудобные,
и пудинг на вкус подозрительно напоминает готовую продукцию
Мистер Уиппи
.
Ну так вот с моим новым домом все вышло с точностью до наоборот. Как
выяснилось, пентхаус даже лучше, чем я рисовала в мечтах. Я бродила по
квартире, охваченная благоговейным страхом. Огромная. Светлая. С видом — в
смысле, с несколькими видами — на Темзу. Я залюбовалась бескрайним кремовым
диваном в форме буквы L и наикрутейшей барной стойкой из черного гранита.
Душевая, достаточно большая, чтобы вместить пять человек, была облицована
мрамором от пола до потолка.
— Ты что-нибудь тут узнаешь? — приставал Эрик, настойчиво глядя на
меня. — Может, какой-то предмет пробуждает воспоминания?
— Нет. Но обстановка просто потрясающая!
Наверное, мы закатываем здесь первоклассные вечеринки. Я прямо вижу, как Фи,
Каролин и Дебс ритмично подергивают плечами под оглушительный рев нашей
стереосистемы, сидя на высоких стульях у бара с текилой в бокалах, на
ободках которых поблескивает мелкая соль. Остановившись у дивана, я провела
рукой по шикарной бархатистой обивке. Диван девственно-чистый и такой
безупречно ровный, что я вряд ли решусь на него присесть. Видимо, придется
левитировать. Отличное упражнение для ягодичных мышц.
— Изумительный диван! — Я подняла глаза на Эрика. — Должно
быть, дорого стоит?
— Десятку, — кивнул Эрик.
Ну надо же, мелькнуло у меня в голове, и я отдернула руку. Как диван м
...Закладка в соц.сетях
