Жанр: Любовные романы
Запретная любовь
...трация у нас — десять к одному! Вот увидишь, мы превысим
номинальную стоимость не меньше чем на десять процентов! Кэллен просто
счастлив, и я тоже.
— А его финансовый директор по-прежнему ставит вам палки в
колеса? — поинтересовался Стив. Мередит уже делилась с ним всеми
перипетиями своей войны с Чарли.
— Ты знаешь, похоже, он смирился. Сегодня я впервые узнала, что он и
улыбаться умеет. Но знаешь, что я тебе скажу, Стив? Все равно мистер
Макинтош — ворчун и грубиян, и я счастлива, что он улетел к друзьям во
Францию и хотя бы на выходные оставил нас в покое.
Однако Стив этому известию вовсе не обрадовался.
— Так что же получается, вы с Доу остались одни?
— Можно сказать и так. Одни — наедине с восемью миллионами лондонских
жителей. Так что моей репутации ничто не угрожает, — рассмеялась
Мередит.
— Мерри, ты прекрасно понимаешь, о чем я! Он к тебе не пристает?
— Господи, конечно, нет! Кэл разумный человек. Мы с ним очень
подружились — и ничего более. Знаешь, ничто так не сближает, как совместное
путешествие. После рекламной кампании люди обычно становятся друзьями — или
врагами — на всю жизнь. Кэл — хороший товарищ. Я очень хотела бы и тебя с
ним познакомить.
— Ну ладно... Не знаю почему, но я ему не доверяю. Эх, будь я сейчас в
Лондоне!
— А что тебе мешает? — поддразнила его Мередит. — Возьми
билет и прилетай.
— Издеваешься! Будто не знаешь, что я, как каторжник, прикован к своей
работе! Нет, Мередит, приезжай поскорей сама. А чем ты займешься на
выходные?
— Да так, всем понемногу. Завтра пройдусь по магазинам, а сегодня мы с
Кэлом собирались поужинать в клубе
Харри
.
После недавних замечаний Стива ей как-то расхотелось рассказывать, что после
ужина они собираются еще и танцевать. Конечно, ничего дурного в этом не
было, да и что может быть дурного в безобидном развлечении? Но Стив, похоже,
всерьез ревнует ее к Кэлу, так что не стоит его расстраивать еще больше.
— Если он напьется, не рискуй. Возьми такси и поезжай домой одна.
Милый, да что с тобой сегодня? Поверь мне, Кэл Доу не похож на пьяницу! И
устраивать дебош мы не собираемся. Чинно поужинаем и вернемся в гостиницу. В
ресторане кормят вкуснее, чем в отеле, только и всего.
— Ну хорошо, если так... — с нескрываемым сомнением в голосе протянул
Стив.
Конечно, — думал он, — этому человеку уже за пятьдесят; но, судя
по тому, что мне приходилось слышать и читать о Кэллене Доу, выглядит он лет
на тридцать и ведет себя соответственно. Этакий калифорнийский плейбой!
Разве такой человек устоит перед красотой и обаянием Мередит?
Стив не мог избавиться от этих тревожных мыслей. Но никогда, даже в страшном
сне, ему не пришло бы в голову, что его Мередит способна на измену. Своей
жене он верил безоговорочно, его волновало лишь то, что своими приставаниями
Кэл может обидеть Мередит и испортить ей все удовольствие от работы.
— А у тебя какие планы? — отвлек его от беспокойных размышлений
голос Мередит.
— Лягу спать. Завтра я дежурю с утра. Я поменялся дежурствами с Харви,
чтобы следующие выходные провести с тобой.
— Правда? Может быть, съездим куда-нибудь?
— Посмотрим, я что-нибудь придумаю к твоему возвращению. Целую тебя,
родная.
Они распрощались, и Мередит отправилась обратно в ванну. Вода, естественно,
остыла. Мередит подлила горячей и опустилась в ванну, раздумывая о том, что
такое нашло на Стива. Неужели и вправду ревнует? После четырнадцати-то лет
совместной жизни? Дурачок, неужели он не понимает, что для ревности нет
причин? Ей никогда и в голову бы не пришло изменять Стиву. Она так любит
его, что другие мужчины для нее просто не существуют.
Для похода в ресторан Мередит надела маленькое черное платье для коктейлей с
глубоким вырезом на спине и дополнила свой наряд нитью жемчуга. Только что
вымытые волосы ее блестели чистым золотом. Кэл, вошедший к ней в номер за
несколько минут до восьми, прикрыл глаза и отступил на шаг, словно
пораженный ее красотой. Собственно, так оно и было. На работе Мередит
одевалась довольно консервативно, предпочитая классические черные или темно-
синие костюмы. Днем Кэл видел в ней прежде всего деловую женщину, знающего
специалиста, сейчас увидел романтическую и соблазнительную красавицу.
— Позвольте заметить, миссис Уитмен, вы просто сногсшибательны! Может
быть, вам стоит выступать на презентациях в таком виде, тогда у нас сразу
прибавится покупателей!
— Спасибо, Кэллен, — слегка покраснев, ответила Мередит.
Ее переполняла пьянящая радость: сердце билось быстрее обычного, ноги,
казалось, готовы были сами пуститься в пляс. Что было тому причиной —
нетерпеливое предвкушение праздника, или гордое сознание своей красоты, или,
быть может, близость Кэла, — кто знает? Она была счастлива!
Лондонский клуб
Харри
пользуется заслуженной славой: здесь собираются
сливки европейского общества. Когда Мередит с Кэлом, выпив в баре по
аперитиву, вошли в зал, у Мередит закружилась голова от обилия знакомых лиц
и громких имен. С одной стороны от них сидела компания всемирно известных
банкиров, чьи лица были хорошо знакомы ей по профессиональной прессе: двое
англичан, француз и три араба — один из Саудовской Аравии и двое из
Бахрейна. За столиком по правую руку — две кинозвезды, знаменитый режиссер и
итальянский граф, чье имя постоянно мелькало в светской хронике. Рядом с
такими людьми и сама она почувствовала себя как-то значительнее.
Сегодня, словно по обоюдному уговору, они с Кэлленом не произнесли ни слова
о бизнесе. Словно не было больше коллег, связанных общим делом, не было
респектабельной замужней дамы и ее клиента — удачливого бизнесмена, остались
только мужчина и женщина и непредсказуемая тайна наступающего вечера.
В каком-то смысле это было больше чем долгожданное свидание. Не надо думать
о производимом тобой впечатлении, угадывать желания и намерения партнера, не
находить себе места при мысли о том, что из всего этого выйдет... или не
выйдет. Они — не любовники, а друзья, понимающие друг друга с полуслова. Что
может быть прекраснее таких отношений?
— Должно быть, твой Стив — человек на редкость широких взглядов, —
заметил Кэл, когда официант поставил перед ними десерт и наполнил бокалы
золотистым
Шато д'Икемом
.
— Почему ты так думаешь?
— Не уверен, что я позволил бы своей жене ужинать и танцевать с
посторонним мужчиной. Боюсь, я никогда настолько не доверял Шарлотте.
И правильно делал
, — молчаливо добавили его нахмуренные брови и
горькая складка у рта.
— Стив знает, что беспокоиться не о чем. Я его не обману, — со
спокойной улыбкой ответила Мередит.
В это время в дверях показалась роскошная брюнетка в алом вечернем платье
под руку с элегантным седовласым джентльменом. Несколько посетителей
радостно приветствовали женщину: похоже, ее тут многие знали.
Дама вместе со своим спутником переходила от столика к столику, улыбалась,
бросала небрежные приветствия. А Мередит следила за ней взглядом, пытаясь
сообразить, где же могла видеть это смутно знакомое лицо, прекрасное и
холодное, словно лик мраморной статуи.
— Кто она? — спросила Мередит вполголоса, наклонившись к
Кэлу. — Ты ее не знаешь?
Кэл бросил на женщину долгий взгляд и ничего не ответил.
— Я точно где-то ее видела! — продолжала Мередит. — Актриса?
Или фотомодель? Нет, для модели старовата...
Нет, она юрист, — коротко ответил Кэл. Брови его снова сдвинулись, лицо
застыло под маской напускного безразличия.
— Никак не могу вспомнить, где я ее видела...
— Должно быть, ты видела ее фотографии в журналах, в разделе светской
хроники, — бесстрастно ответил Кэллен. — Она обожает быть на виду,
и для этого у нее достаточно связей.
— Кто же она такая? — недоумевала Мередит.
Кэл рассеянно вертел в руках десертную ложку. Он уже почти овладел собой,
только в глазах темной тенью таилась боль. Наконец он взглянул Мередит прямо
в глаза.
— Моя бывшая жена, — твердо ответил он.
— Прости, — прошептала Мередит, — как я сразу не догадалась.
Кэллену не нужно было ничего объяснять: Мередит почувствовала, как поразила
и задела его эта нежданная встреча.
— Не извиняйся. У нас нормальные отношения. Мы встречаемся, когда
Шарлотта навещает детей.
Губы Кэллена говорили одно, но глаза рассказывали совсем иную повесть —
печальную повесть лжи, предательства, незаслуженной обиды и незаживающей
раны.
Интересно, подойдет ли Шарлотта поздороваться с мужем?
— подумала Мередит,
а в следующий миг та уже стояла возле их столика. Она широко улыбнулась,
обнажив два ряда великолепных зубов, и в ее улыбке Мередит почудилось что-то
хищное.
— Здравствуй, Шарлотта, — тем же бесстрастным тоном поздоровался
Кэл. — Как поживаешь?
— Отлично. А ты что делаешь в наших краях?
Она окинула Мередит небрежным взором, и та вдруг почувствовала, что платье
на ней слишком простенькое, а жемчужная нить на шее не идет ни в какое
сравнение с бриллиантовыми серьгами и кольцами Шарлотты.
— Приехал по делам. А это Мередит Уитмен, мой партнер, —
представил Кэл свою спутницу.
Обменявшись с Кэлом несколькими словами, Шарлотта двинулась прочь, за столик
в уединенном уголке, где уже ждал ее спутник.
Мередит поразило, что в разговоре Шарлотта даже не спросила о детях;
набравшись смелости, она высказала свое удивление Кэллену.
— Я ведь говорил тебе, Мередит, — сдержанно ответил Кэллен, —
материнство — не ее стихия. Ей по душе богатство, блеск, известность, толпа
обожателей — ради всего этого она и живет. Кинозвезды, чьи интересы она
представляет, с успехом заменяют ей детей. Она счастлива в своем мире и не
желает иного.
Мередит было неловко: она чувствовала, что разговор о бывшей жене Кэлу
неприятен, но не знала, как уйти от опасной темы.
— Она... она потрясающе выглядит, — произнесла она наконец.
Судя по рассказам Кэллена, Шарлотта была не только ослепительно красива, но
и умна. Правда, ей недоставало иных достоинств — доброты, порядочности,
способности любить, но кого в наш практичный век интересует эта
сентиментальная чепуха?
— В молодости она работала фотомоделью, — продолжал Кэллен. —
Ей нравилось мужское внимание, нравилось зарабатывать большие деньги, но,
конечно, она понимала, что такое счастье вечно не продлится. И Шарлотта
поступила в колледж, получила юридическое образование. Надо сказать,
профессионал она блестящий. Прекрасно знает мир киноиндустрии, хорошо
понимает своих подопечных, принимает их проблемы близко к сердцу. У нее
отличная репутация, и молоденькие актрисы от нее без ума. Может быть, —
задумчиво добавил он, — на клиентов у Шарлотты уходит весь скромный дар
любви, отпущенный ей природой, и на собственных детей уже ничего не
остается.
Если так, она похожа на меня, — Мередит улыбнулась, желая разрядить
обстановку. — Для меня тоже клиенты — все равно что дети. Взять,
например, тебя. Я забочусь о тебе, не сплю ночами в ожидании дня, когда ты
вылетишь в мир большого бизнеса, добьешься успеха и заработаешь кучу
денег... а я останусь в опустевшем гнезде. Кэллен громко расхохотался и
затряс головой.
— Ну нет, Мередит, ты от меня так просто не избавишься! Но, если
говорить серьезно, что дает тебе эта работа — помимо очевидного?
Под
очевидным
, как прекрасно поняла Мередит, он подразумевал высокий
заработок. Но Кэллен лучше всякого другого понимал, что Мередит работает не
только и не столько ради денег. Немалое время он трудился с ней бок о бок,
видел, как она выкладывается, не щадя себя, как отдает любимому делу всю
душу. И результаты, каких она добивается... нет, только ради денег такого не
сделаешь!
— Я люблю свою работу, — просто ответила Мередит. — И еще — я
сказала правду: клиенты для меня — как дети. Вот почему я не хочу
собственных детей. Работы и Стива мне достаточно.
— Нет, Мередит! Поверь мне, это совсем разные вещи. Отказываясь от
материнства, ты упускаешь нечто очень важное... — Он покосился в ту сторону,
где за дальним столиком блистала холодной красотой Шарлотта. — Как и
она. Она так и не поняла, что потеряла. Впрочем, ты поступаешь честнее: не
хочешь иметь детей — и не имеешь. Твое решение никому не вредит, разве что
тебе самой и, может быть, Стиву. Шарлотта же совершила настоящее
преступление: не только себя, но и детей обокрала, лишив их материнской
любви и заботы.
— Может быть, тебе стоит снова жениться? — высказала Мередит
мысль, которая давно не давала ей покоя. — Если не ради себя, то хотя
бы ради детей!
Отличная мысль! — с сарказмом отозвался он. — А дальше что? Снова
развод? В прошлый раз, слава богу, они были слишком малы, чтобы что-нибудь
понять. По крайней мере, Джули и Энди. Мэри Эллен было уже шесть, она многое
понимала, и предательство матери нанесло ей тяжелый удар. Но сейчас они уже
большие. Я сам готов к испытаниям, но своим детям устраивать весь этот
кошмар еще раз!..
— Кэл, но почему ты так уверен, что брак непременно кончается разводом?
Неужели ты ничему не научился?
— Научился больше не жениться! — с горечью признался Кэл. —
Еще научился не быть глупцом и никому не доверять. Шарлотта оказалась
хорошей учительницей. Ты знаешь, на какие средства она открыла свое
агентство в Лондоне? На те деньги, что отсудила у меня!
— Повезло ей, — пробормотала Мередит.
— Еще бы!
Кэллен сделал знак рукой, призывая официанта.
— И потом, — добавил он, и голос его вдруг потеплел, — мои
ребята ни за что не позволят мне жениться! Помнишь, когда ты ужинала у нас,
они ясно дали понять, что не потерпят рядом со мной женщину?
— Что же здесь хорошего? Это плохо и для них, и для тебя.
— Не думаю. По-моему, это прекрасно. Рядом со мной три маленьких ангела-
хранителя, которые не позволят мне совершить ошибку.
— Знаешь, Кэл, — заговорила Мередит, уверенно взглянув ему в
глаза, — мне кажется, ты слишком умен, чтобы вести себя так трусливо!
Она боялась, что ее резкие слова заденут Кэла, но тот только улыбнулся в
ответ.
— Хотел бы я знать, почему тебе так не терпится меня просватать?
— Потому что семья — лучшее, что есть на свете, — серьезно
ответила Мередит. — Знаю по собственному опыту.
Кэллен тепло улыбнулся в ответ. Похоже, мрачные мысли его покинули.
— Значит, тебе очень повезло, и Стиву тоже. А теперь, Мерри, поехали
танцевать!
Они вышли из ресторана, держась за руки, — Кэл даже не оглянулся на
Шарлотту. Выйдя на улицу, Мередит испытала облегчение; она чувствовала, что
Кэл тоже расслабился. Встреча с бывшей женой стала для него нелегким
испытанием, но теперь все осталось позади; Шарлотта стала для него чужой, и
Кэл не хотел ворошить угли угаснувшего костра.
Даймлер
с шофером, нанятый в отеле, поджидал их у дверей. За несколько
минут Кэл и Мередит домчались до ночного клуба
Аннабель
. Кэл заказал
шампанское; выпив по бокалу, они спустились в танцевальный зал и больше часа
не возвращались к своему столику.
Мередит редко встречались хорошие танцоры; но Кэл превзошел все ее ожидания.
Он вел ее легко и уверенно, нежно, но крепко сжимая в объятиях; в такт
музыке ускорял или замедлял ход, не выбивался из ритма и ни разу не
переступил невидимую черту. Танцевать с ним было одно удовольствие; в его
объятиях Мередит чувствовала себя, словно в крепких руках надежного друга.
Ей показалось, что танец сблизил их даже больше, чем совместная работа или
разговоры по душам.
Мередит восхищалась Кэлом и в то же время его жалела. За что так наказала
его судьба? Чем этот сильный, чистый, благородный человек заслужил
одиночество?
Да, у него есть дети и любимая работа, но для настоящего мужчины этого
недостаточно. За все время их совместной поездки Кэл охотно рассказывал о
семье, работе, родном городе, но ни разу не упоминал о женщинах в своей
жизни, кроме Шарлотты. Неужели у него никого нет? Чем же он занимается в
свободное время, кроме, разумеется, тех вечеров, когда танцует со
специалистами по банковским инвестициям?
Было уже два часа ночи, когда Кэл и Мередит пожелали спокойной ночи шоферу и
поднялись по парадной лестнице
Клариджа
. Мередит была совершенно
счастлива: она чувствовала, что могла бы танцевать с Кэлом всю ночь. Даже
воспоминание о встрече с Шарлоттой не портило ей настроения: напротив, она
благодарила судьбу за то, что перед ней на миг приоткрылся занавес,
скрывающий прошлое Кэла.
— Что у нас назначено на завтра? — поинтересовался Кэл, провожая
ее до дверей номера.
— Экскурсия по магазинам. В Лондоне можно найти отличный антиквариат.
— Надо же, наши планы совпадают! Не возражаешь, если я отправлюсь с
тобой?
— Конечно, нет! — Мередит вспомнились элегантная мебель и картины
на стенах в калифорнийском доме Кэллена. — Но послушай, Кэл, ты не
обязан меня опекать, а тем более развлекать!
— Я не собираюсь тебя развлекать, я получаю от всего этого
удовольствие, — успокоил ее Кэл и добавил: — Давно мне не было так
хорошо, как сегодня вечером! Ты чудесная спутница, Мередит.
Может, и так, — подумалось вдруг Мередит, — но, уж конечно, я не
такая эффектная и утонченная, как твоя бывшая жена! Нет, с Шарлоттой меня и
сравнивать нельзя: мы с ней как будто с разных планет. Она похожа на
экзотический цветок, а я рядом с ней выгляжу наивной простушкой
. Мередит
сама не могла понять, откуда взялась эта мысль и почему невыгодное для нее
сравнение с Шарлоттой так ее расстраивает.
— Мне тоже было хорошо. Спасибо тебе, Кэл. Ужин был просто великолепен,
и танцы доставили большое удовольствие. Вот Стив никогда не ходит на танцы:
то он работает, то отсыпается после работы... Знаешь, — задорно
улыбнулась она, — после долгих наблюдений я пришла к выводу, что
хирурги вообще не умеют танцевать!
— В таком случае я как-нибудь нагряну в Нью-Йорк специально для того,
чтобы сводить тебя на танцы. Мы с тобой будем как Джинджер и Фред — партнеры
и друзья, связанные любовью к зажигательным ритмам.
Мередит звонко рассмеялась и, пожелав Кэлу спокойной ночи, ушла к себе.
Автоответчик встретил ее миганием красной лампочки: нажав на кнопку, Мередит
узнала, что за последние два часа Стив звонил ей трижды. Перезвонить? Но от
усталости Мередит едва держалась на ногах.
Позвоню завтра
, — решила
она.
В восемь утра на следующий день ее разбудил телефонный звонок. Звонил Стив.
— Где ты пропадала всю ночь? — раздраженно поинтересовался он.
— Я же сказала тебе, что иду ужинать с Кэлом, — сонным голосом
пробормотала Мередит.
— И когда ты вернулась? В четыре утра?
— С чего ты взял? Я вернулась в два. Мы ужинали в клубе
Харри
, а
потом поехали в
Аннабель
потанцевать, представляешь?!
У Мередит никогда не было секретов от Стива. Она и сейчас не собиралась
скрывать, что ездила с Кэлом на танцы, — просто так уж получилось, что
не смогла сказать об этом сразу.
— И ты с ним танцевала?!
— Нет, только с официантами и метрдотелем!.. Конечно, танцевала, Стив.
Ну и что с того?
— А, по-твоему, это ничего?! — рявкнул он в ответ. На сей раз
Мередит была по-настоящему удивлена.
Неужели Стив не понимает?! Если бы ей нужно было что-нибудь скрыть от Стива,
она не стала бы ему вообще ничего говорить ни об ужине, ни о танцах.
— Да что с тобой, Стив? Ты словно с цепи сорвался! Разве я когда-нибудь
тебя обманывала?
Стив не умел долго злиться, вот и сейчас, стоило Мередит заговорить с ним
спокойно, сразу сник:
— Прости, малыш. Я и вправду говорю глупости. Понимаешь, я очень
скучаю, а стоит вспомнить, что ты путешествуешь в компании симпатичного
одинокого мужчины...
— Хорошо, дорогой. Сразу же по возвращении объявлю начальству, что
отныне работаю только с клиентками-женщинами.
Ну прости меня. Но я очень тебя люблю и... и беспокоюсь. Сам не понимаю
почему, но я не нахожу себе места.
— Милый мой, Кэллен — настоящий джентльмен. Он никогда не позволит себе
ничего такого...
Мередит сбросила последние остатки сна, она чувствовала, что муж не на шутку
обеспокоен. Что же теперь делать? Стив страдает, и, похоже, всерьез. Иные
семейные пары развлекаются, возбуждая друг в друге ревность, но Стив и
Мередит никогда не понимали таких
шуток
.
— Хорошо, обещаю, такого больше не повторится! Во второй раз я не пойду
с ним танцевать, да и случая такого не представится. Вчера просто все так
совпало — мы оказались вдвоем в чужом городе, хотелось отдохнуть после
работы, отпраздновать свой успех...
Мередит запнулась, почувствовав, что в голосе послышались жалкие, виноватые
нотки. В чем ей, собственно, оправдываться? Она не сделала ничего дурного!
— Стив, тебе не о чем беспокоиться. Мы с Кэлом — партнеры, а теперь еще
и друзья. Вот увидишь, когда вы с ним познакомитесь, он тебе понравится.
— Прости, Мерри, я не хотел... Ты же знаешь, я тебе верю. Делай что
хочешь и не думай обо мне. Чем займешься сегодня?
— Пройдусь по магазинам, а вечером схожу в театр. Я уже попросила
портье заказать билеты. — Мередит обожала лондонские театры и в каждый
свой приезд сюда непременно выкраивала время, чтобы посмотреть новую
пьесу. — Завтра вечером мы вылетаем в Женеву — и все начинается
сначала. Ну ничего, осталось совсем немного.
— Хорошо, что ты скоро вернешься домой!
В голосе Стива звучало беспокойство, и Мередит снова стало жаль мужа. Не
стоило его расстраивать, он этого не заслужил. Надо сказать ему что-нибудь
приятное, чтобы не оставлять тяжелого впечатления от разговора.
— Знаешь, Кэл уговаривает меня родить ребенка.
— Надеюсь, не от него? — встревожился Стив, и Мередит
расхохоталась.
— Нет, от тебя! И не переставая твердит, что нам с тобой повезло друг с
другом. Видишь ли, на него тяжело подействовал развод. Он разошелся с женой
восемь лет назад, но, похоже, до сих пор не оправился от удара. Видел бы ты
его бывшую жену: хороша, как картинка, и холодна, как айсберг. Мы случайно
встретились с ней здесь, в Лондоне. Она бросила мужа и детей и сбежала за
океан со своим другом.
— Да уж, не повезло ему с женой! А на твоего приятеля и мне хотелось бы
взглянуть.
— Я же тебе рассказывала! Старый, толстый и лысый!
— И при этом похож на Гэри Купера. Это мне особенно запомнилось. Что-то
не припомню, чтобы Гэри Купер был толстый и лысый.
— Может быть, невнимательно смотрел?
— Может быть. Но и ты, дорогая, не разглядывай этого Доу... слишком
внимательно. И приезжай скорее, я очень скучаю по тебе.
Как ни странно, Кэллен Доу всерьез беспокоил Стива. Раньше с ним такое не
случалось: Мередит могла разъезжать по свету с самыми привлекательными
мужчинами, и Стив не опасался за ее верность. Но в этот раз все было иначе.
Может быть, оттого, что Стив слишком много читал о Кэллене? Газеты часто
писали о нем, его компанию называли финансовым чудом, преподносили его
читателям то как удачливого бизнесмена, то как проницательного прагматика.
Но при всем при том Кэллен — мужчина, подверженный искушениям. А значит, вся
надежда на Мередит, на ее верность и любовь.
— Чем ты сегодня займешься? — спрашивала тем временем Мередит.
— Не знаю. Я свободен до девяти, а сейчас только три часа. Даже не
знаю, чем заняться — в одиночку ни к чему душа не лежит.
— Милый, я скоро вернусь! Совсем скоро, уже на следующей неделе!
— Не могу дождаться!
И снова Мередит почувствовала в его голосе тоску и непривычное беспокойство.
Что такое со Стивом? По-прежнем
...Закладка в соц.сетях
