Жанр: Любовные романы
Возвращение
...асиво, правда?
Лицо его было безмятежным, как у отдыхающего ковбоя. Озорной ребенок куда-то
исчез. Я кивнула и засмотрелась на волны. Вот она, страна, в которую я
стремилась всю жизнь! Безумная скачка по горам и приставленный к спине
пистолет остались позади, и я зачарованно следила за парившей над водой
птицей, мечтая присоединиться к ней.
Крис медленно повернул меня лицом к себе и поцеловал. Это был долгий,
нежный, крепкий поцелуй. Поцелуй не свихнувшегося мальчишки, а мужчины.
Когда наконец мы оторвались друг от друга, он довольно улыбался.
— Вы мне нравитесь, леди. Как, вы сказали, вас зовут?
— Иди к черту!
Я забрала у него поводья, велела держаться покрепче и сама стала править
лошадью. Наверное, это единственное, что у меня неплохо получалось. Я
научилась ездить верхом в пять лет. Дух захватывало от скачки по безлюдным
горам. Красивая длинноногая кобыла, красивый парень, хоть и с большим
приветом...
— Ладно, торопыга. Править ты умеешь. Но, скажи на милость, куда ты
собираешься ехать?
Я хмыкнула и покачала головой. Разметавшиеся по ветру волосы хлестнули его
по лицу, однако Крис не обратил на это внимания. Волосы у него были немногим
короче моих.
— Итак, куда же?
Почем я знаю? Мы находились в его краях. Я здесь всего лишь гостья.
Счастливая гостья.
— Тогда едем в Болинас. Сейчас назад, к дороге, а потом направо.
Только, ради бога, не упади в воду. Я не умею плавать.
— Опять врешь!
Все же я последовала его совету, заставила лошадь спуститься и трусцой
пробежать до нужного поворота.
— Теперь направо.
Крис дернул поводья, я попыталась в отместку шлепнуть его, но в ухо мне уже
смотрел водяной пистолет.
— Знаете, кто вы такой, мистер Мэтьюз? — спросила я, пытаясь
перекричать ветер. — Что-то вроде геморроя. И хулиган в придачу.
— Именно так меня и называют. Эй, теперь направо, а потом налево!
Машин на дороге почти не было, и я пустила лошадь вскачь. Мне начинал
нравиться этот лохматый оболтус с водяным пистолетом. Он крепко держал меня
за талию, и его бедра прижимались к моим.
— Сюда?
Мы находились в неописуемо прекрасном месте. Видно, берег был совсем рядом,
но его заслоняли буйно разросшиеся деревья.
— Скачи прямо. Сейчас ты кое-что увидишь.
И я увидела. Длинная полоса песчаного пляжа, море и бухта с таким же
чудесным пляжем на противоположном конце, в паре миль от нас. А дальше снова
горы, спускающиеся к самому морю. Незабываемое зрелище.
— Ухты!
— Здесь Болинас, а там — Стинсон-Бич. Плавать умеешь?
Видимо, выражение моего лица его удовлетворило. Крис спрыгнул с лошади и
протянул руки. Только оказавшись с ним рядом, я поняла, как он высок. Во мне
было пять футов семь дюймов, а в нем по меньшей мере шесть и три.
— Я-то умею, а вот ты нет. Забыл?
— Ничего, я научусь.
У меня возникло смутное подозрение. Что он задумал? Крис сбросил куртку,
ботинки и принялся стаскивать с себя рубашку. Что дальше? Джинсы? А вдруг он
на этом не остановится?
— Что смотришь?
— Сначала ответь, что ты делаешь?
Он прекратил раздеваться и уставился на меня.
— Я думал вместе с лошадью переплыть бухту — тут совсем недалеко — и
совместить приятное с полезным. Снимай одежду, я привяжу ее к седлу.
Ага... Понятно. Приятное с полезным. С полезным, говоришь? Ну ладно...
Я завязала волосы узлом, сняла куртку, ботинки, рубашку, джинсы... и
трусики. На пляже было безлюдно. Апрель стоял теплый, но днем во вторник
мало кому придет в голову купаться, так что в Болинас, кроме нас, не было ни
души. Мы с Кристофером Мэтьюзом стояли лицом к лицу совершенно обнаженные и
блаженно улыбались. Казалось, лошадь сильно интересовало, что будет дальше.
Меня, впрочем, тоже. Интересно, что предпримет Крис? Набросится на меня,
изнасилует, брызнет в лицо из пистолета или придумает что-нибудь новенькое?
Он человек непредсказуемый. Но все оказалось намного проще. Крис деловито
привязал мою одежду к седлу и повел лошадь к воде. Когда всех троих
коснулись холодные волны, он даже не охнул, только обернулся и посмотрел,
что со мной. Я держалась молодцом. Вот только зад сразу отмерз, но легче
было умереть, чем признаться в этом. Я нырнула, надеясь, что под водой
окажется теплее, и поплыла вслед за Крисом к противоположному берегу.
Оказавшись на поверхности, я улыбнулась и поглядела на хулигана через плечо.
Невероятная история: я в Калифорнии, переплываю бухту наперегонки с лошадью
и чокнутым молодым киношником! Неплохо, миссис Форрестер, совсем неплохо...
Мы медленно выбрались на берег, и Крис привязал лошадь к лежавшему на песке
бревну. Здесь тоже не было никого. Все выглядело как в кино или во сне. Он
растянулся на солнышке и закрыл глаза, даже не пытаясь подойти ко мне. В
общем, делал что хотел и никак не посягал на мою свободу.
— Крис, ты всегда снимаешь так, как сегодня? Я целомудренно
распласталась на песке чуть поодаль, подперла голову руками и принялась
разглядывать океан.
— Не всегда, но часто. Нет смысла работать, если все начинает валиться
из рук. — Похоже, он действительно в это верил.
— Джо тебя хвалит.
— У Джо на плечах не голова, а тыква, но он хороший парень. И работу
подбрасывает регулярно.
— Мне тоже. А я в ней здорово нуждаюсь. И работать с ним легко.
Тему для разговора мы нашли приятную, но я тихонько хихикала. Лежат голые
мужчина и женщина, греются на солнышке и болтают о работе!
— Откуда ты, Джилл? Из Новой Англии?
— Из Нью-Йорка. Лучше не напоминай.
— Да уж, местечко не из приятных. Я бы ни за какие коврижки не
согласился лететь туда. Смотреть на землю с высоты в сорок тысяч футов — бр-
р! Голова закружится.
— Может, ты и прав. Я прожила здесь три месяца и наконец почувствовала
себя человеком.
— Замужем? — Вообще-то он мог спросить меня об этом пораньше, но
таков, вероятно, его стиль.
— Нет. В разводе. А ты?
— Еще чего не хватало! Свободен, как вон та птица. — Он указал на
парившую над водой чайку. — Это лучший способ существования.
— Иногда бывает одиноко. Не согласен?
Не похоже, чтобы он сильно страдал от одиночества. В его взгляде не
чувствовалось тоски человека, пытающегося выжить.
— Да, наверное, но... У меня много работы. И я не так уж часто об этом
думаю.
Я завидовала ему. Наверняка у Криса есть подружка, но спрашивать об этом не
хотелось. Не желаю ничего знать. В кои-то веки мне повстречался мужчина с
изюминкой и чувством юмора...
— Ты смахиваешь на
яйцеголовую
. Я не ошибся?
Он перевернулся на живот и посмотрел на меня с легкой насмешкой.
—
Яйцеголовую
?
Он кивнул. Я задумалась. Да, пожалуй... А что в этом плохого?
— Нуда, я
яйцеголовая
.
— Небось читаешь слишком много. — Теперь кивнула я. — Поэтому
и чувствуешь себя чертовски одинокой.
Я снова кивнула, но разговор начинал действовать мне на нервы. Этот
мальчишка поглядывал на всех свысока, словно действительно обитал на Олимпе.
— А ты слишком много болтаешь.
Я встала, мельком поглядела на него и шагнула в воду. Крис был очень мил, но
мне захотелось на минутку побыть одной. Казалось, он многое повидал и крепко
стоял на ногах. И все же я бы сумела позаботиться о нем. И о его душе, и о
теле. Он мне ужасно нравился... Да, Крис Мэтьюз был именно тем мужчиной,
которого я ждала, но стоило ему появиться, как меня бросило в дрожь.
Внезапный всплеск заставил меня встрепенуться. Я быстро обернулась. Нет,
никакого морского чудовища поблизости не было. Это всего лишь Крис. Он
перевернулся и поплыл на спине. Ох, этот большой ребенок... Я подумала, он
поднырнет под меня или начнет брызгаться, но ничего такого не случилось.
Крис осторожно приблизился и поцеловал меня.
— Давай вернемся, — спокойно сказал он, и это меня обрадовало. Старовата я для таких игр.
Мы бок о бок доплыли до берега, и я направилась к нашему лежбищу, но Крис
поймал меня за руку.
— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал он, указывая куда-то в
сторону.
Мы сделали несколько шагов и увидели крошечный грот, прятавшийся в густой
траве. Он был похож на потаенный сад. И внезапно я вновь почувствовала себя
юной, сильной и желанной. Я хотела его, и он знал это, а я знала, что он
хочет меня... Нет, нет, слишком быстро, мы впервые видим друг друга... Это
никуда не годится, это... На меня напал столбняк.
— Крис... я...
— Тсс... Все будет хорошо.
Нас скрывала высокая трава, ноги тонули в песке. Он обнял меня, земля
зашаталась и остановилась лишь тогда, когда мы легли и я отдалась ему.
Глава 2
— И часто ты это делаешь, Крис?
Солнце стояло еще высоко, и мы продолжали лежать в гроте.
— Что? Пистон вставляю? Ага... Частенько.
— Я не об этом, зазнайка паршивый. Я имела в виду, часто ли ты
занимаешься любовью в этом гроте. С женщинами, которых ты даже не знаешь
толком.
Мне было не до шуток. Интересно, как Крис открыл этот грот?
— Ты о чем это? Тебя-то я как раз знаю. Твоя фамилия... М-мм... Подожди
минутку. Твоя фамилия... — Крис почесал в затылке. Вид у него был
глуповатый. Чувствовалось, что он задет за живое. Я рассмеялась.
— Ладно, все понятно. Тебе до этого нет никакого дела, правда?
— Возможно. Не будь занудой. Вы, ньюйоркцы, ужасно любопытные.
— Да неужели?
Я постаралась вложить в эти слова как можно больше иронии, но знала, что он
прав. Жители Нью-Йорка общительнее калифорнийцев. Наверное, их страшно
утомляет жизнь в окружении толпы незнакомых людей, поэтому они вцепляются в
каждого встречного-поперечного и засыпают его кучей вопросов.
— Джилл, не хочешь покататься верхом?
— Вдоль берега?
Он кивнул и что-то подобрал с песка.
— С удовольствием. Но на этот раз я поеду сзади.
— И без седла, согласна?
— Еще бы!
— Тогда вставай, янки, — еле слышно прошептал он, наклонился,
поцеловал меня и помог подняться. Все в нем дышало чувственностью. Он
наслаждался жизнью в полной мере, но выше всего на свете ценил занятие
любовью. — Вот... Я нашел тебе подарок.
Пока мы шли к лошади, он что-то сунул в мою ладонь. Этот юморист мог всучить
мне найденную в песке медузу или что-нибудь похлеще. Но я ошиблась. Это был
песчаный доллар
, странная ископаемая ракушка с отпечатком цветка на обеих
сторонах. Она была тоненькой, почти прозрачной и удивительно красивой.
— Ухты... Спасибо, Крис, это замечательно!
Я потянулась, поцеловала его в шею и ощутила, как внутри вновь просыпается
желание. Мужчины у меня не было со времен приезда в Калифорнию, даже дольше,
а Крис, как ни крути, мужчина что надо.
— Кончай целоваться, а то я отделаю тебя на глазах у всех...
— Обещаешь только!
Он прекрасно понимал, что я дразнюсь, но сграбастал в охапку, и мы
действительно занялись любовью прямо на пляже. А когда все кончилось, нас
разобрал смех.
— Известно ли вам, мистер Мэтьюз, что вы полоумный?
— Сама напросилась, а потом обзывается...
— Чушь собачья. Не обращай внимания. Если ты думаешь, что я считаю тебя
в чем-то виноватым, то ошибаешься. Я счастлива.
— И я... А теперь поехали.
Сняв с лошади седло, он опустил его на песок, похлопал кобылу по бокам,
ловко прыгнул ей на спину и протянул мне руку.
— Чего ты ждешь, Джилл? Манны небесной?
— Нет, другого. Счастья. Я любуюсь тобой. Действительно, было на что
полюбоваться. На буланой лошади гордо восседал высокий всадник, светлая
шерсть подчеркивала бронзовый цвет его кожи, и красота этих фигур заставляла
вспомнить читанные в детстве древнегреческие стихи. От нее захватывало дух.
— Ты тоже ничего себе. А теперь прыгай сюда.
Он снова подал мне руку, я уселась позади, обхватила его за талию, и мы
понеслись навстречу ветру. Никогда я не испытывала такого наслаждения.
Скакать по пляжу на золотистой кобыле, прижимаясь к любимому... Любимому?
Крис... Я едва знала его, но разве это имело значение? Да, я полюбила его. С
первого взгляда.
Мы носились взад и вперед до самого заката, а потом немного поплавали,
стремясь отсрочить отъезд.
— Ну что, поплывем обратно? — спросила я, слегка нервничая. Вода
прибывала, но он и сам видел это.
— Нет, теперь поедем по дороге. Это не так весело, зато менее
рискованно.
— Ах вот как? Я начинаю подозревать, что ты придумал этот заплыв только
для того, чтобы заставить меня раздеться! — На самом деле ничего
подобного мне и в голову не приходило.
— Ты так думаешь? — На его лице появилось обиженное выражение, и я
тут же прикусила язык. — Что ж, ты угадала!
Он довольно рассмеялся, а я стояла и смотрела на большого мальчишку,
ранившего меня в сердце выстрелом из водяного пистолета. Неплохо.
— И что дальше, синьор самовлюбленный бандит? Свяжете обнаженную
женщину и бросите ее в телефонную будку, где она проваляется до утра? —
Он был вполне способен на такое.
— Нет. Я собираюсь накормить тебя. Неплохо звучит?
— Внутривенно, что ли?
— Джиллиан, ты несносна! Мы едем в
Уотсон-хаус
. Это жемчужина
Болинас. Тебе не доводилось бывать там?
— Никогда.
— Значит, тебя ждет сюрприз.
Мы сели верхом, мелкой рысью проскакали до общественного пляжа, шагом
провели лошадь через пустующую стоянку для машин и наконец выбрались на
дорогу. До Болинас было всего пятнадцать минут езды, и мы успели попасть
туда в тот момент, когда солнце скрылось за горизонтом и все небо окрасилось
в золотые и багровые тона.
Остановившись перед обветшавшим викторианским домиком, мы привязали лошадь,
и я огляделась по сторонам. Взад и вперед сновало множество хиппи, а на
домике красовалась лаконичная вывеска
Уотсон-хаус
.
— Что это за место?
— Ресторан, глупышка. А ты что думала?
— Откуда мне знать? Эй, кстати, я должна позвонить соседке и
предупредить, что задержусь. Она позаботится о моей малышке.
— Хорошо. Внутри есть телефон.
Он поднялся на крыльцо и без стука открыл дощатую дверь.
Уотсон-хаус
был
похож на обыкновенный дом, принадлежащий большой семье, и ничем не напоминал
ресторан. На веревках сушилось белье, в глазах рябило от разномастных
велосипедов и мотоциклов, а на траве играли две кошки и собака. Все здесь
выглядело по-домашнему уютным. Видно, Крис Мэтьюз был тут завсегдатаем.
— Привет честной компании. Как делишки? — спросил он, направившись
прямо на кухню и ткнувшись носом в кастрюлю, стоявшую на девственно-чистой
плите. В комнате находились три девушки и мужчина. У мужчины были волосы до
талии, заботливо перехваченные кожаным шнурком, поверх джинсов было надето
что-то вроде пижамы, но больше всего меня поразили искристые, добрые глаза,
окруженные буйной растительностью. На лице мужчины не шевельнулся ни один
мускул, но глаза выразили живейшую радость.
— Джиллиан, это Брюс... Анна, Пенни и Бет. Они здесь живут.
Брюс и девушки дружно воскликнули:
Привет!
— и Крис погнал меня в
маленькую комнату, которую ярко освещали лампы в стиле королевы Виктории и
Тиффани.
— Что это за место, Крис? Тут очень уютно.
— Еще бы! Вообще-то это коммуна хиппи, но, чтобы держаться на плаву,
они завели ресторан, в котором, черт побери, кормят лучше, чем где-нибудь
еще на побережье. Попробуй здешний эскалоп — ручаюсь, пальчики оближешь!
— Попробую.
Так оно и вышло. Я облизала пальцы. Петух в винном соусе, хлеб домашней
выпечки, салат, шоколадный мусс и вишневый пирог эскалопу не уступали. Это
был королевский обед. Крис не соврал: кормили тут отменно. Но этого было
мало. Очаровывала царившая здесь дружеская атмосфера. Я не ошиблась: в этом
доме действительно жила большая семья со множеством детей. В настоящий
момент она насчитывала двадцать семь человек, и каждый вносил в работу
ресторана свою лепту. Они вихрем носились взад и вперед, пока мы сидели при
свечах за одним из восьми столиков. Казалось, все тут знали Криса, и каждый
считал своим долгом на пару минут присоединиться к нам, прежде чем бежать на
кухню или на второй этаж.
— Ты часто здесь бываешь?
— Да. Особенно летом. Я снимаю в Болинас хибару и иногда захожу сюда
потрепаться. Ем я здесь только по особым случаям.
Он, конечно, поддразнивал меня, но только чуть-чуть. Улыбка освещала его
лицо, а взгляд говорил, что он не хочет меня обидеть. Крис был настроен по-
доброму.
— Сколько лет твоей малышке? — довольно небрежно поинтересовался
он, но я была благодарна и за это.
— Через месяц будет пять. Ужас что за ребенок! Цель ее жизни — стать
ковбоем, и, если она узнает, что мы ездили верхом, надуется и будет молчать
целую неделю. Она считает, что мы с ней только за этим сюда и приехали.
— Как-нибудь возьмем ее покататься. Она смелая?
— Да, не трусиха. Ей бы наверняка понравилось. Я начала ездить верхом
как раз в ее возрасте.
— Охотно верю, но ты плохо знакома с западным седлом. Оно так натрет
тебе задницу, что мало не покажется. Похоже, это уже случилось.
Я вспыхнула и открыла рот, чтобы ответить какой-нибудь гадостью, но вместо
этого расхохоталась и подняла руки вверх.
— Сдаюсь. Ты прав.
Около часа мы болтали обо всем и ни о чем: о Калифорнии, о работе, о том,
почему оба мы предпочитаем простую жизнь...
Вдруг в комнату вошли несколько человек, показавшихся мне смутно знакомыми.
— Ты куда смотришь? — спросил Крис.
— Никуда. Наверное, обозналась.
Трое хиппи очень напоминали Криса и обитателей дома. Все тот же облик.
Видимо, поэтому мне и померещилось что-то.
— Ты их знаешь? — удивленно спросил он.
— Мне просто показалось.
— Давай разберемся. Забавно... — Он жестом велел им подойти поближе, и
я чуть сквозь землю не провалилась.
— Крис... Нет, не надо... Честное слово... Черт побери, это же
помощники оператора!
Все покатились со смеху. Они слышали наш разговор и сразу смекнули, что их
шеф устроил очередной розыгрыш.
— Крис Мэтьюз, ублюдок паршивый... Привет, мальчики! Рада видеть вас
снова. Чем закончилась съемка? Никто не утопил этих парней от Карсона?
— Нет, они уехали в джипе, как только вы оба слиняли. А потом мы славно
кирнули с Джо и статистами. Мы честно отпахали целый день и подумали: какого
черта? А с вами что было?
Казалось, они разговаривали не столько со мной, сколько со своим боссом, и я
охотно отдала ему инициативу. Крису тоже не терпелось узнать, что они думают
о съемках. Похоже, все остались довольны, и я облегченно вздохнула. Меньше
всего на свете мне хотелось, чтобы Джо Трамино пострадал из-за нашего
безумия. Нашего?.. Нуда, я ускакала с Крисом, и это выглядело достаточно
скверно. Никто не ожидал подобной выходки от
стилиста из Нью-Йорка
, в том
числе и я сама.
Мы заплатили за обед и впятером вывалились наружу. Рядом с нашей лошадью
стояли автобус, машина и трейлер. Было приятно снова увидеть буланую кобылу.
Она напоминала мне о том, что произошло на пляже.
— Поеду в машине. Спасибо, что пригнали ее.
Они пожелали нам спокойной ночи и взяли лошадь под уздцы, а мы с Крисом
забрались в его не вызывавшую доверия колымагу. Что будет, если на полпути
заглохнет мотор? Мысль о пешей прогулке мне не улыбалась, но в такой
компании я решилась бы на что угодно.
Педаль газа наконец подалась, а остальное оказалось проще простого. Ночь
была ясная, и луна заливала дорогу серебряным светом.
Я перепела все старые, знакомые с детства песни, и Крис иногда вторил мне.
Мы посматривали друг на друга, время от времени целовались и почти ничего не
говорили. Этого не требовалось. Нам и так было хорошо.
Когда впереди замаячило скоростное шоссе, я ощутила разочарование. Неужели
нет дороги подлиннее? Господи, как не хотелось видеть этих людей, эти
машины... Вспомнились пустынная горная тропа и наш безлюдный пляж.
— Где ты живешь, Джилл?
Мы уже проехали мост. На одной стороне залива светились огни Созалито,
Тибурона и Бельведера, а на другой сиял пламенем Сан-Франциско. Это было
редкое зрелище: после заката обычно все скрывал туман.
— В Марине. У самого залива.
— Понятно.
Через несколько минут мы приехали.
— Будь добр, Крис, остановись у этой двери. Меня ждет Сэм.
— Какой еще Сэм? — приподнял бровь Крис.
— Моя малышка.
Он кивнул, и я с замиранием сердца поняла, что меня ревнуют.
— Подождать тебя или отваливать?
— Нет, подожди, пожалуйста. Я сейчас.
Я позвонила к соседям и забрала полусонную дочку. Оказывается, было всего
девять часов. Крис сидел на моем крыльце. Я приложила палец к губам и
передала ему ключ, пытаясь не разбудить уснувшую у меня на руках Сэм.
Окинув девочку быстрым взглядом, он одобрительно кивнул и повернулся к
двери. В тот же миг на всю улицу прозвучал звонкий голос пятилетнего
ребенка:
— Мама, кто это?
Я только усмехнулась, а Крис громко захохотал.
— Это Крис Мэтьюз, Сэм. А это Саманта... Пора спать, юная леди. Сейчас
я принесу тебе пижаму. Молока хочешь?
— Хочу.
Она уселась на стул и принялась пожирать глазами Криса. Он развалился на
диване, вытянув длинные ноги. Волосы его были взлохмачены еще сильнее, чем
днем на пляже. Я дала Сэм пижаму и отправилась на кухню, но остановилась,
услышав хриплый шепот дочки:
— Ты ковбой, да?
В ее голосе слышалась отчаянная надежда. Интересно, что он ответит...
— Да. Имеешь что-нибудь против?
— Против? Нет... Нет... Я тоже хочу быть ковбоем! — выпалила она
тоном заговорщика.
— Серьезно? Вот здорово! Может быть, мы как-нибудь выберемся покататься
верхом. Но ты знаешь, что для этого нужно? — Я не видела лица Саманты,
но могла представить ее широко раскрытые глаза, полные ожидания. —
Нужно пить побольше молока и ложиться спать, как только скажет мама. Тогда
ты вырастешь большой, сильной и станешь настоящим здоровенным ковбоем.
— А без этого нельзя? — разочарованно спросила Сэм.
— Можно. Но тогда, глупышка, тебя не возьмут в ковбои.
— Ох... Ну ладно...
Я вошла со стаканом, благодарная Крису до глубины души. Впервые в жизни Сэм
залпом выдула молоко и стремглав понеслась к кровати, успев лишь помахать
рукой и пробормотать:
— Спокойной ночи, мистер... мистер Криц. Как-нибудь увидимся на родео!
Я укрыла ее, поцеловала и вернулась к ужасно довольному собой Крису.
— Спасибо. Ты сильно облегчил мне жизнь.
— Славная девочка. Она мне понравилась. Настоящий пацан.
— Погоди, ты еще не видел ее во всей красе. Просто застал ее
полусонной. В следующий раз она накинет на тебя лассо и сдерет шкуру. Та еще
штучка! — Но я была рада, что Сэм ему понравилась.
Ты и сама хорошая штучка. Тоже можешь кого угодно заарканить и содрать
шкуру, так что лассо я бы тебе не доверил. Кто хотел столкнуть меня с
лошади? Хорошо, что я держал ушки на макушке! — Было видно, что эти
воспоминания сильно забавляют его.
— Твое счастье. Я собиралась вышибить из тебя дух!
— За чем же дело стало? Может, попробуешь?
Он вытянул руки, и я послушно шагнула навстречу, не в силах бороться с
нахлынувшим желанием. Давно мной никто не интересовался и не хотел как
женщину. А теперь нашелся мужчина, который захотел. Пахнет ли здесь любовью,
это уже другой вопрос, главное, он появился как раз вовремя.
В девять пятнадцать утра раздался телефонный звонок. Я так и подпрыгнула.
Крис? Новая работа? Это не помешало бы: деньги были на исходе.
— Алло...
— Джиллиан? Это Джо.
— Ох... Привет! Ты по поводу вчерашнего?
— Ага. Решил позвонить и проверить, не злишься ли ты, что я втравил
тебя в эту дурацкую историю, а заодно узнать, не сбросил ли он тебя со
скалы.
Я злюсь? Вот так клюква...
— Ничего подобного. Я прекрасно провела время да еще и сто двадцать
баксов заработала за здорово живешь. Правда, он немножко напугал меня
водяным пистолетом.
— Да? Я думал, ты догадалась, что пистолет ненастоящий.
Нет, не догадалась. Чуть не столкнула его с лошади, но в конце концов все
закончилось как нельзя лучше.
Да уж
...Закладка в соц.сетях
