Жанр: Любовные романы
Ты боишься темноты?
... ваши требования исполнены... Час назад мы кремировали тело вашего
мужа.
Как похоронная контора могла допустить такую ошибку? Или это она сама,
истерзанная скорбью и потерявшая разум, позвонила им и попросила кремировать
Ричарда? Никогда. Она никогда не могла бы сделать это. И секретаря у нее
нет. Все это какая-то жуткая загадка. А если в конторе что-то не так поняли?
Спутали фамилию Ричарда и другого человека, чье тело лежало в этом морге?
Ей доставили урну с прахом Ричарда. Дайана поставила ее перед собой и долго
разглядывала. Неужели тут действительно Ричард? Весь он? Его смех? Руки,
обнимавшие ее? Живой и острый ум? Голос, говоривший
я тебя люблю
? Его
мечты, страсти, радости и горести? Все лежит в этой урне?
Дайана покачала головой и уже протянула руку к урне, но тут раздался звонок.
— Миссис Стивенс?
— Да.
— Это офис Таннера Кингсли. Мистер Кингсли будет очень благодарен, если
вы назначите время, когда сможете прийти поговорить с ним.
Это было два дня назад, и вот Дайана вошла в вестибюль КИГ и приблизилась к
дежурной.
— Чем могу помочь? — спросила девушка.
— Я Дайана Стивенс. У меня назначена встреча с Таннером Кингсли.
— О, миссис Стивенс! Нам так жаль бедного Ричарда. Какая ужасная
трагедия! Ужасная.
— Д-да, — выдавила Дайана.
В это время Таннер говорил со своей помощницей Ретрой Тайлер, отдавая
последние приказания перед важными встречами.
— Прошу вас вести видеозапись. Нужно, чтобы ни одна деталь от нас не
ускользнула. Я на вас надеюсь.
— Да, сэр.
— Мистер Кингсли, пришла миссис Стивенс, — сообщила секретарь.
Таннер нажал кнопку на электронной панели, и на экране одного из телевизоров
появилась Дайана Стивенс. Светлые волосы были стянуты в тугой узел. Бледное
лицо осунулось. Но белая, в голубую полоску, юбка и белая блузка красиво
облегали фигуру.
— Попросите войти, пожалуйста, — велел Таннер, поднимаясь.
— Спасибо, что нашли время прийти, миссис Стивенс.
— Доброе утро, — кивнула Дайана.
— Садитесь, пожалуйста.
Дайана уселась напротив.
— Нет необходимости упоминать о том, как мы потрясены жестоким
убийством вашего мужа. Можете быть уверены, что ответственные за его смерть
скоро предстанут перед правосудием.
Прах... — Если не возражаете, я хотел бы задать вам несколько вопросов.
— А именно?
— Ваш муж часто говорил с вами о работе?
Дайана покачала головой:
— В общем, нет. Это была совершенно закрытая для меня часть его жизни,
ведь я совершенно не разбираюсь в науке.
А в это время в комнате наблюдения Ретра Тайлер включила прибор
распознавания голоса, анализатор голосового напряжения, видеоплейер — она
записывала все, что происходило в кабинете Таннера.
— Понимаю, как вам тяжело об этом говорить, — продолжал
Таннер, — но что вы знали о связях мужа с наркодилерами?
Дайана молча уставилась на него, слишком ошарашенная, чтобы ответить.
— Что... о чем вы говорите? — выдавила она. — Ричард никогда
не имел никакого отношения к наркотикам.
— Миссис Стивенс, полиция нашла в его кармане записку с угрозами, явно
имеющими отношение к мафии...
Мысль о том, что Ричард способен распространять наркотики, была невыносима.
Неужели муж вел тайную жизнь, о которой она ничего не знала?
Нет, нет, нет... Сердце Дайаны гулко колотилось, к щекам прилила кровь.
Его убили, чтобы наказать меня. — Мистер Кингсли, Ричард не...
Голос Таннера был хоть и сочувственным, но достаточно твердым.
— Простите, что приходится задавать вам вопросы, но я намерен
докопаться до истинной причины смерти вашего мужа.
Истинная причина — это я. Я, и никто иной. Глубоко копать не
придется. Ричард умер, потому что я давала показания против
Алтьери. Дайане вдруг стало не хватать воздуха. Она начала задыхаться. Не спускавший
с нее глаз Таннер Кингсли сказал:
— Не стану вас задерживать, миссис Стивенс. Я вижу, как вы расстроены.
Если вспомните что-то важное, позвоните. Буду очень благодарен. Вот моя
карточка с номером личного телефона. Со мной можно связаться в любой час дня
и ночи.
Дайана взяла карточку с именем Таннера и номером и попыталась встать, но
колени дрожали, и она едва не упала.
— Еще раз простите. Я не должен был подвергать вас этому. Если что-
нибудь понадобится, все, что угодно, я к вашим услугам.
— Спасибо, — едва слышно прошептала Дайана. — Я... спасибо.
Она повернулась и, пошатываясь, вышла из комнаты. В приемной она услышала,
как секретарь за стойкой говорит кому-то:
— Будь я суеверной, наверняка посчитала бы, что кто-то сглазил КИГ. Вот
и ваш муж, миссис Харрис. Мы все были просто шокированы! Умереть вот так...
кошмар, настоящий кошмар.
Эти слова показались Дайане зловеще знакомыми. Что произошло с мужем той
женщины?
Дайана обернулась, чтобы посмотреть, к кому обращается секретарь, и увидела
поразительно красивую афроамериканку в черных слаксах и шелковой водолазке.
На пальце поблескивали два кольца: одно с большим изумрудом, а другое —
обручальное, с бриллиантами. Дайана вдруг почувствовала, что ей необходимо
поговорить с этой женщиной.
Она уже хотела шагнуть ближе, как появилась секретарь Таннера:
— Мистер Кингсли примет вас прямо сейчас.
Келли Харрис исчезла в кабинете Таннера Кингсли.
— Спасибо, что пришли, миссис Харрис, — вежливо приветствовал
Таннер Келли. — Надеюсь, полет прошел без происшествий?
— Да, спасибо.
— Хотите кофе? Или...
Келли покачала головой.
— Понимаю, миссис Харрис, что вам пришлось пережить, но все же хотел бы
задать вам несколько вопросов.
Ретра Тайлер проворно включила необходимые устройства, повторяя процедуру с
Дайаной Стивенс. Только на этот раз на экране появилась Келли.
— У вас с мужем были хорошие отношения?
— Да, очень близкие.
— И вы можете смело утверждать, что он был честен с вами?
Келли озадаченно нахмурилась:
— Между нами не было тайн. Марк был самым честным, открытым, искренним
человеком из всех, кого я знаю. Он...
Келли осеклась и сглотнула застрявший в горле горький комок.
— Он часто обсуждал с вами свою работу?
— Нет. То, что делал Марк, было слишком сложным. У меня просто не
хватило бы образования понять детали. Мы почти не говорили об этом. Так,
самые общие фразы.
— У вас с Марком было много русских друзей?
— Мистер Кингсли, — начала раздражаться Келли, — не понимаю,
к чему эти вопросы...
— Муж не упоминал о какой-то выгодной сделке, которая должна принести
много денег?
— Нет, — бросила Келли, — иначе я бы знала.
— А Марк никогда не говорил об Ольге?
Келли вдруг стало не по себе.
— Мистер Кингсли, что все это значит?
— Парижская полиция обнаружила записку в кармане вашего мужа. Там
упоминается о награде за какую-то информацию. Записка заканчивалась словами:
Люблю, Ольга
.
Келли ошеломленно потрясла головой:
— Даже не знаю, что...
— Но вы сами говорили, что он всем делился с вами.
— Да, но...
— Если наши сведения верны, ваш муж встречался с этой женщиной и...
— Нет! — вскрикнула Келли, вскакивая. — Только не мой Марк!
Он был совсем не таким. Я вам не верю. У него не было от меня секретов!
— За исключением того, который стал причиной его гибели.
— Вы... прошу извинить меня, — сказала Келли, чувствуя, что
слабеет. — Я неважно себя чувствую.
— Понимаю, — покаянно вздохнул Таннер. — И поверьте, всеми
силами стремлюсь вам помочь. Возьмите мою карточку. По этому номеру со мной
можно связаться в любое время.
Келли, не в силах говорить, только кивнула и, рассеянно глядя в
пространство, пошла к выходу.
Услышанное не давало ей покоя.
Кто такая Ольга? И почему Марку
понадобилось связываться с русскими? Откуда он... — Простите, миссис Харрис, можно вас на минуту?
Келли обернулась.
У подъезда стояла симпатичная молодая блондинка.
— Я Дайана Стивенс. Мне хотелось бы поговорить с вами. Тут через дорогу
есть кафетерий...
— К сожалению, я не смогу. Нет времени, — покачала головой Келли,
шагнув в сторону.
— Это насчет вашего мужа.
Келли резко остановилась.
— Марк? Что вы знаете о Марке?
— Давайте пойдем в местечко поспокойнее. Здесь слишком много народу.
Из переговорного устройства донесся голос секретарши:
— Мистер Кингсли, мистер Хайолт просит его принять.
— Зовите.
Интересно, что нужно здесь приятелю Эндрю? Но Таннер ничем не выдал
тревожных мыслей.
— Добрый день, Джон. Рад вас видеть.
— Добрый? Скорее адский! Что это за напасть на нашу компанию? Похоже,
кто-то убивает всех подряд! Да что тут делается, черт возьми?
— Именно это мы и пытаемся узнать. Я не верю, что внезапная гибель
троих сотрудников — простое совпадение. Кто-то задумал уничтожить репутацию
компании. И этого человека — или группу людей — следует найти и остановить.
Полиция согласилась сотрудничать с нами, и я пригласил частных детективов,
поручил им узнать о последних днях жизни погибших. Я бы хотел, чтобы вы
прослушали запись бесед со вдовами Ричарда Стивенса и Марка Харриса. Хотите?
— Конечно.
— Это Дайана Стивенс.
Таннер нажал кнопку, и на экране появилась Дайана. В правом углу побежали
кривые графика, подскакивая и вновь опускаясь с каждым словом Дайаны.
Что вы знали о связях мужа с наркодилерами? Что... о чем вы говорите? Ричард никогда не имел никакого
отношения к наркотикам. Линии графика оставались ровными. Таннер нажал кнопку быстрой перемотки.
— А это миссис Марк Харрис, мужа которой то ли столкнули с Эйфелевой
башни, то ли он сам прыгнул вниз. Пока неясно.
Экранная Келли непонимающе смотрела на собеседника.
А Марк никогда не говорил об Ольге? Мистер Кингсли, что все это значит? Парижская полиция обнаружила записку в кармане вашего мужа. Там
упоминается о награде за какую-то информацию. Записка заканчивалась словами:
Люблю, Ольга
. Даже не знаю, что... Но вы сами говорили, что он всем делился с вами. Нет! Только не мой Марк!... У него не было от меня
секретов! В правом углу экрана бежали ровные линии. Изображение Келли исчезло.
— Что это за график? — спросил Джон Хайолт.
— Анализатор голосового напряжения. Регистрирует микротреморы
человеческого голоса. Если подозреваемый лжет, модуляции аудиочастот
усиливаются. Это последние разработки. В отличие от полиграфа прибор не
требует подключения датчиков к допрашиваемому. Я уверен, обе женщины
говорили правду. Их нужно защитить.
— От чего? — нахмурился Джон. — Что им грозит?
— Я считаю, что они в опасности, поскольку хранят в подсознании больше
информации, чем это им кажется. Обе были счастливы в браке и близки с
мужьями. Убежден, что время от времени в разговорах проскальзывало нечто
очень важное, чему они тогда не придали значения. Но детали наверняка
отложились в мозгу. Всегда есть шансы, что они в любое время могут
вспомнить, и тогда их жизнь повиснет на волоске, потому что убийцы их мужей,
скорее всего, задумали расправиться и с ними. Я сделаю все, чтобы уберечь
их.
— Пустишь за ними хвост?
— Это вчерашний день, Джон. На дворе век электроники. Я держу квартиру
Стивенсов под круглосуточным наблюдением: камеры, телефоны, микрофоны —
словом, все. Мы используем все имеющиеся в нашем распоряжении средства,
чтобы их охранять. Едва кто-то попытается напасть на миссис Стивенс, мы
получим сигнал и придем на помощь.
Джон Хайолт ненадолго задумался.
— А как насчет Келли Харрис?
— Она живет в отеле. К сожалению, мы не сумели попасть в ее номер
заранее, чтобы все подготовить. Но я посадил в вестибюле своих людей, и при
малейших признаках опасности им дан приказ действовать. — Таннер
немного помялся, прежде чем добавить: — Я хочу, чтобы КИГ установила награду
в пять миллионов долларов за информацию, которая будет способствовать
обнаружению и аресту тех, кто за это ответственен.
— Погоди-ка, Таннер! — вскинулся Джон. — По-моему, это
совершенно не обязательно! Мы сами сможем решить эту проблему...
— Прекрасно. Если компания не возьмет это на себя, я предложу награду
от своего лица. В конце концов, мое имя отождествляют с КИГ, — жестко
отрезал Таннер. — И кто бы ни стоял за этими убийствами, он должен
сидеть за решеткой. Он ответит мне за все, что тут происходит!
Глава 20
Дайана и Келли вошли в маленький кафетерий напротив здания КИГ и уселись в
угловой кабинке. Келли молчала, дожидаясь пояснений Дайаны, Но та сама не
знала, с чего начать.
Что же такое ужасное слупилось с вашим мужем, миссис Харрис?
Может, и его убили, как Ричарда? — Итак? — не выдержала наконец Келли. — Вы сказали, что
хотите поговорить о моем муже. Насколько близко вы были знакомы с Марком?
— Совсем не знакома, но...
— Значит, вы солгали? — яростно прошипела Келли. — Почему
же...
— Я лишь хотела поговорить о нем.
— У меня нет на это времени, леди, — бросила Келли, поднимаясь, и
решительно зашагала к двери.
— Постойте! Мне кажется, что у нас с вами одна беда и, вполне возможно,
мы сумеем друг другу помочь.
Келли остановилась.
— О чем это вы толкуете?
— Прошу вас, сядьте.
Келли неохотно вернулась на свое место.
— Валяйте, что там у вас.
— Я хотела спросить, не...
К ним подошел официант с меню в руках:
— Что угодно, леди?
Поскорее убраться отсюда. — Ничего, — буркнула Келли.
— Два кофе, — заказала Дайана.
Келли, вызывающе глянув на нее, соизволила обронить:
— Мне только чай.
— Да, мэм.
Официант кивнул и отошел.
— Понимаете, мы с вами... — снова начала Дайана. У столика возникла
маленькая девочка:
— Нельзя ли получить ваш автограф?
— Ты знаешь, кто я? — удивилась Келли.
— Нет, но мама говорит, что вы знаменитость.
— Она ошибается.
Девочка разочарованно отошла. Дайана озадаченно уставилась на Келли:
— Я тоже должна знать, кто вы?
— Нет. И я терпеть не могу, когда чересчур любопытные особы суют нос в
мою личную жизнь. Так что все это означает, миссис Стивенс?
— Дайана, пожалуйста. Я слышала, что с вашим мужем случилось нечто
ужасное.
— Его убили.
А Марк никогда не говорил об Ольге? — Моего мужа тоже убили. Он, как и ваш, работал на КИГ.
— И это все? — нетерпеливо спросила Келли. — Да ведь там
работают тысячи людей. Если бы они одновременно простудились, вы назвали бы
это эпидемией.
Дайана подалась вперед:
— Послушайте, это очень серьезно. Прежде всего...
— Простите, но я действительно не в настроении, — перебила Келли,
поднимая сумочку.
По кафетерию неожиданно эхом пронесся голос Дайаны:
— В комнате было четверо.
Женщины испуганно обернулись на звук. Он несся из укрепленного над стойкой
телевизора. Шел старый репортаж из зала суда. Дайана стояла на свидетельском
месте.
— Один из них был привязан к стулу. Двое стояли по бокам, а мистер
Алтьери, кажется, допрашивал его. Мистер Алтьери выхватил пистолет, крикнул
что-то и выстрелил этому человеку в голову.
На экране появился ведущий:
— Вы слушали показания Дайаны Стивенс, свидетельницы по делу главаря
мафии Энтони Алтьери, обвиняемого в убийстве. Присяжные только что вынесли
оправдательный приговор.
Дайану словно громом поразило.
Невиновен?! — Почти два года назад один из подручных Алтьери был застрелен, и
Дайана Стивенс утверждала, что своими глазами видела, как это сделал сам
крестный отец. Но, несмотря на это, присяжные поверили другим свидетелям,
опровергшим ее показания.
Келли широко раскрытыми глазами смотрела на экран, где уже выступал новый
свидетель. Вопросы задавал Джейк Рубинштейн, защитник Алтьери.
— Доктор Рассел, вы работаете в Нью-Йорке?
— Нет. У меня практика в Бостоне.
— В тот день, о котором идет речь, к вам обращался мистер Алтьери?
— Да. У него давно проблемы с сердцем. Меня вызвали к нему по поводу
небольшого сердечного приступа, но я весь день продержал его под
наблюдением.
— Значит, четырнадцатого октября он не мог быть в Нью-Йорке?
— Никак не мог.
После допроса обвинения судья вызвал еще одного свидетеля.
— Род ваших занятий, сэр?
— Управляющий отелем
Бостон-Парк
.
— Четырнадцатого октября вы были на работе?
— Как всегда.
— Не случилось ли чего-то необычного в тот день?
— Случилось. Мне позвонили из номера люкс в пентхаусе с просьбой
немедленно прислать доктора. Я связался с доктором Расселом, и он сразу
приехал. Мы поднялись в номер. Я сам проводил доктора, желая узнать, что
случилось.
— И что же вы увидели в номере?
— Мистер Алтьери лежал на полу. Мне казалось, что он умирает. Сами
понимаете, какая это неприятность для нашего отеля.
Дайана постепенно бледнела.
— Они лгут, — прохрипела она. — Оба.
Кадры сменились. На экране шла пресс-конференция. Репортеры осаждали
Алтьери. Тот казался больным и изможденным. Говорил он с трудом.
— Какие у вас планы на ближайшее будущее, мистер Алтьери?
— Теперь, когда справедливость восторжествовала, отдохну
немного. — Алтьери еле заметно улыбнулся. — А может, верну кое-
какие старые долги.
Ошеломленная, Келли потеряла дар речи. Немного придя в себя, она повернулась
к Дайане:
— Вы свидетельствовали против него?!
— Да. Я видела, как он убил...
Келли дрожащими руками подняла чашку, но тут же разлила чай и смахнула со
стола солонку.
— Я ухожу прямо сейчас.
— Почему вы так разнервничались?
— Почему?! Вы пытались послать за решетку главного мафиози, это не
удалось, он на свободе, собирается возвращать старые долги, и вам интересно
знать, из-за чего я нервничаю? И верно, я тут ни при чем. Нервничать
следовало бы вам.
Она встала и бросила на стол несколько банкнот.
— Кофе за мой счет. Вам лучше приберечь денежки на транспортные
расходы, миссис Стивенс.
— Погодите! Мы не поговорили о наших мужьях...
— С меня хватит.
Келли рванулась к двери, и Дайана нерешительно пошла следом.
— Думаю, вы слишком остро реагируете. Не стоит преувеличивать, —
возразила она.
— Да неужели?
Они были почти у выхода.
— Просто не понимаю, как вы можете быть так глупы... — начала Келли, не
заметив в запале сухонького старичка на костылях, в этот миг входившего в
кафетерий. Тот поскользнулся и стал падать. На какое-то мгновение Келли
будто вновь оказалась в Париже и увидела летевшего с огромной высоты Марка.
Она протянула руки, пытаясь спасти мужа, а Дайана одновременно подскочила,
чтобы поймать старичка. В этот момент с противоположной стороны улицы
раздались два оглушительных выстрела, и пули ударили в стену, возле которой
только что стояли женщины. Звуки выстрелов мгновенно вернули Келли на землю.
Она в Нью-Йорке. На Манхэттене. И только сейчас пыталась сбежать от
сумасшедшей идиотки.
— Господи! — воскликнула Дайана. — Мы...
— Времени нет молиться, — оборвала Келли. — Нужно убираться отсюда как можно скорее.
Она подтолкнула Дайану к обочине, где рядом с лимузином дожидался Колин. Он
открыл дверцу, и женщины ввалились внутрь.
— Что там за шум? — поинтересовался Колин.
Келли и Дайана интуитивно прижались друг к другу, слишком потрясенные, чтобы
говорить. Наконец Келли произнесла:
— Это... э... должно быть, шина лопнула. — И, повернувшись к
Дайане, все еще растерянной, ехидно хмыкнула. — Надеюсь, я не слишком
преувеличиваю? Пожалуй, стоит вас подвезти. Где вы живете?
Дайана со всхлипом вдохнула и сказала Колину свой адрес. Всю дорогу женщины
подавленно молчали. Ни у кого не было охоты беседовать.
Когда машина остановилась у дома Дайаны, та робко спросила Келли:
— Не зайдете? Мне все еще немного не по себе. Такое чувство, что это
только начало.
— Представьте, и мне так кажется, — бросила Келли, — но я тут
ни при чем. Прощайте, миссис Стивенс.
Дайана взглянула на Келли, попыталась что-то сказать, но лишь покачала
головой и вышла.
Дождавшись, пока она войдет в подъезд, Келли с облегчением вздохнула.
— А теперь куда, миссис Харрис? — спросил Колин.
— Обратно в отель, а потом...
Из квартиры на первом этаже донесся панический вопль. Келли, поколебавшись,
все же выскочила из машины и помчалась к дому. Оказалось, что Дайана
оставила дверь квартиры широко открытой и сейчас, бледная, дрожащая, стояла
посреди комнаты.
— Что случилось?
— Кто-то... кто-то вломился сюда. На столе лежал портфель Ричарда, и он
исчез. Там были его бумаги. Вместо портфеля они бросили здесь его
обручальное кольцо!
Келли нервно огляделась.
— Вам лучше вызвать полицию.
— Верно.
Дайана вспомнила карточку, оставленную Гринбергом на столе в прихожей.
Подбежав к телефону, она поспешно набрала номер.
— Детектива Эрла Гринберга, пожалуйста.
Последовала короткая пауза.
— Гринберг у телефона.
— Детектив Гринберг, это Дайана Стивенс. Случилось кое-что неприятное.
Не смогли бы вы приехать ко мне? Спасибо. — Она повесила трубку и
обратилась к Келли: — Он приедет. Если не возражаете подождать, пока он...
— Возражаю. Это ваша проблема, и я не желаю иметь ко всему этому
никакого отношения. Кстати, советую упомянуть о том, что вас пытались убить.
А я улетаю в Париж. Еще раз прощайте, миссис Стивенс.
Выйдя на улицу, она направилась к лимузину.
— Куда? — спросил Колин.
— В отель, пожалуйста.
Туда, где она будет в безопасности.
Вернувшись в отель, Келли долго не могла успокоиться. При одной мысли о том,
как она была близка к гибели, ее трясло.
Не хватало еще, чтобы меня прикончили из-за какой-то пустоголовой
блондинки! Наконец она бросилась на диван и закрыла глаза. Нельзя так себя изводить!
Она попыталась медитировать, сосредоточиться на чтении мантры... все
бесполезно. Слишком велико было потрясение. А внутри прочно поселилась
сосущая пустота.
Марк, я так по тебе тоскую. Говорят, время все лечит, но это
неправда, дорогой. С каждым днем мне все хуже. Скрип колес сервировочной тележки за дверью внезапно напомнил Келли, что она
не ела весь день. И хотя была не голодна, все же понимала, что нужно
поддерживать силы. Поэтому позвонила в обслуживание номеров и попросила
принести креветочный салат и чай. Оператор пообещала выполнить заказ через
двадцать пять — тридцать минут.
— Буду ждать, — ответила Келли. Повесила трубку и снова села,
воскрешая в памяти подробности разговора с Таннером Кингсли. Ей казалось,
что чья-то безжалостная рука бросила ее в ледяное море нескончаемого
кошмара. Что происходит?!
Почему Марк никогда не упоминал о какой-то Ольге? Деловое
знакомство? Связь? Марк, дорогой, хочу, чтобы ты знал: даже если ты изменил
мне, я прощаю, потому что люблю тебя. И всегда буду любить. Ты научил меня
любви. Я была холодной и замерзшей. А ты меня отогрел. Вернул мне гордость и
заставил почувствовать себя женщиной. Она вдруг вспомнила о Дайане.
Эта назойливая особа едва меня не угробила. От нее нужно держаться
подальше. Впрочем, это не трудно. Уже завтра я буду в Париже, с
Энджел. Из раздумий ее вывел осторожный стук в дверь.
— Обслуживание номеров.
— Иду.
Келли уже хотела открыть дверь, но, сама не зная почему, вдруг о
...Закладка в соц.сетях
