Жанр: Любовные романы
Ты боишься темноты?
... тут же помрачнев, добавил: —
Надеюсь, все это не зря и вы добьетесь своего.
— Поблагодарите за нас Лоис Рейнолдс, — вспомнила Келли, —
скажите...
— Лоис умерла прошлой ночью, — вздохнул Миллер. Услышав новость,
обе женщины ощутили нечто вроде шока.
— Мне ужасно жаль, — выдавила наконец Келли.
— Что случилось? — спросила Дайана.
— Думаю, сердце не выдержало. — Он взглянул на самолет и
озабоченно нахмурился. — Вам пора. Я позаботился о том, чтобы ваши
места были рядом с выходом.
— Еще раз спасибо.
Миллер дождался, пока Келли и Дайана поднимутся по трапу и стюардесса
закроет дверь. Только когда самолет покатил по взлетной полосе, он махнул на
прощание рукой и ушел.
— Удалось! — оживленно воскликнула Келли. — Мы снова обошли
этих маньяков! Теперь им нас не догнать! Кстати, что ты собираешься делать
после беседы с сенатором ван Лувен?
— Пока не знаю. А ты? Останешься в Нью-Йорке?
— Да.
— В таком случае и я, пожалуй, побуду немного в городе.
— А потом мы могли бы вместе полететь в Париж.
Они улыбнулись друг другу.
— Я как раз подумала, как гордились бы Ричард и Марк, узнав, что мы
закончили то, что начали они, — заметила Дайана.
— Наверняка, — согласилась Келли.
Дайана посмотрела в окно и, подняв глаза к небу, прошептала:
— Спасибо, Ричард.
Келли взглянула на подругу, покачала головой, но ничего не сказала.
Ричард, дорогой, я знаю, ты меня слышишь. Мы обязательно сделаем
то, что не удалось сделать тебе. Отомстим за тебя и твоих друзей. Пусть это
не вернет тебя, но ты хотя бы порадуешься там, на небесах. Знаешь, чего мне
больше всего недостает после твоей смерти? Всего. Когда через три с половиной часа самолет приземлился в аэропорту Ла-Гуардиа,
Дайана и Келли оказались в числе первых пассажиров, спустившихся с трапа.
Теперь оставалось отыскать серый
линкольн
с шофером-японцем, о которых
говорила сенатор ван Лувен.
Машина действительно ждала у выхода из терминала. Рядом стоял пожилой японец
в униформе водителя. Увидев приближавшихся женщин, он по-военному вытянулся.
— Миссис Стивенс? Миссис Харрис?
— Да.
— Я Кунио, — представился он, открывая дверцу. Женщины сели.
Машина покатила по шоссе, ведущему в Саутгемптон.
— Дорога займет два часа, — пояснил Кунио. — Зато пейзажи
чудесные.
Пейзажи интересовали их меньше всего. Обе пытались обдумать, как побыстрее
объяснить сенатору, что произошло.
— Как, по-твоему, сенатор тоже окажется в опасности, если мы все ей
расскажем? — спросила Келли.
— Она же известный политик! Ее защитят. И потом она знает, как ко всему
этому подступиться.
— Очень на это надеюсь.
Почти через два часа машина подкатила к большому особняку из известняка, с
крышей из сланцевого шифера и высокими тонкими трубами в традиционном
английском стиле. Дом окружали ухоженные газоны. Чуть подальше стоял еще
один дом, для слуг, и гараж.
Кунио остановил машину у входной двери:
— Я подожду, на случай если вдруг понадоблюсь.
— Спасибо.
Дверь открыл дворецкий:
— Добрый вечер. Заходите, пожалуйста. Сенатор вас ждет.
Женщины вошли. Гостиная была обставлена элегантно, но не вычурно.
Антиквариат, удобные диваны и кресла. На стене, над большим камином с
каминной доской в стиле барокко, были закреплены изящные подсвечники.
— Сюда, пожалуйста, — попросил дворецкий.
В салоне их встретила сама сенатор в легком голубом шелковом костюме и
блузке. Волосы были распущены. Дайана не ожидала, что сенатор окажется такой
моложавой и женственной.
— Я Полин ван Лувен.
— Дайана Стивенс.
— Келли Харрис.
— Рада видеть вас обеих. Долго же все это тянулось.
— Простите? — растерянно пробормотала Келли.
— Она хочет сказать, что до сих пор вам везло, но нельзя постоянно
рассчитывать только на удачу.
Женщины в испуге обернулись. Перед ними стоял Таннер Кингсли. За его спиной
маячил Гарри Флинт.
— Приступай, Гарри, — повелительно бросил Таннер.
Флинт поднял пистолет, молча прицелился и дважды выстрелил. Под спокойными
взглядами присутствующих женщины зашатались и рухнули на пол.
Таннер подошел к Полин и, обняв ее, прошептал:
— Ну вот, теперь все действительно кончено, Принцесса.
Глава 42
— Что прикажете делать с телами? — спросил Флинт.
— Привяжи к ногам груз, погрузи в самолет и через две-три тысячи миль
сбрось в океан.
— Нет проблем, — усмехнулся Флинт, шагнув к выходу.
— Ну вот, Принцесса, мы свободны и можем собираться в путь, —
объявил Таннер.
Полин приподнялась на цыпочки и поцеловала его.
— Я так тосковала по тебе, беби.
— Еще бы! Свидания раз в месяц кого угодно сведут с ума, особенно если
знаешь, что ты вот-вот уедешь. — Таннер прижал ее к себе. — Отныне
мы вместе навсегда. Подождем для приличия три-четыре месяца, отдадим дань
уважения твоему дорогому усопшему супругу, а потом поженимся.
— Пусть будет месяц, — улыбнулась Полин.
— Согласен, — кивнул Таннер. — Неплохо звучит.
— Кстати, вчера я подала в отставку. Коллеги все поняли и очень
сочувствовали моей утрате. Безутешная вдова имеет полное право удалиться от
политической деятельности.
— Превосходно. Теперь мы можем показываться вместе на людях. Я хочу
продемонстрировать тебе нечто такое, чего ты еще не видела. Едем в КИГ,
дорогая.
Он привез ее к комплексу КИГ и подвел к зданию из красного кирпича с
массивной стальной дверью. В центре двери виднелось углубление. Таннер
поднял руку с тяжелым кольцом-камеей, на которой белел профиль греческого
воина, и с силой вжал кольцо в углубление. Полин увидела, как дверь
открылась. Они оказались в гигантском помещении, где было множество мощных
компьютеров и огромных телевизионных экранов. У дальней стены стояли
генераторы и электронные приборы, соединенные толстыми кабелями с панелью
управления в центре зала.
— Это самое главное, что есть в КИГ. То, что ты видишь здесь, навеки
изменит нашу жизнь. Эта комната — центр, связанный со спутниковой системой,
способной управлять погодой в любом регионе мира. Мы можем вызвать штормы на
море, устроить засуху. Окутать туманом аэропорты. По заказу сфабриковать
ураганы и циклоны, которые пошатнут мировую экономику. — Таннер
улыбнулся. — Я уже продемонстрировал, на что мы способны. Не полностью,
конечно, частично, но все же... Многие страны работают над проблемой
управления погодой, но пока никому, кроме нас, не удалось ее решить.
Таннер нажал кнопку, и большой телевизионный экран мгновенно осветился.
— То, что ты видишь здесь, пока лишь мечтают получить военные.
Единственным препятствием, мешавшим
Приме
осуществлять полный контроль над
погодой, был парниковый эффект, но ты как нельзя лучше обо всем
позаботилась, — объяснил он и со вздохом добавил: — Знаешь, кто создал
Приму
? Эндрю. Он воистину был гением. Ему не зря дали Нобелевскую премию.
Хотел бы я иметь его мозги. Если бы он только не оказался таким слюнтяем...
Полин с любопытством осматривала сложное оборудование.
— И все равно я не понимаю, как эта штука может управлять погодой.
— Ну... как бы проще выразиться... теплый воздух поднимается навстречу
холодному, и если давление низкое и влага...
— Не стоит обращаться со мной как с дебилкой, дорогой. Я уже давно
окончила школу.
— Прости, но более длинный вариант намного сложнее, — извинился
Таннер.
— Я слушаю.
— Это несколько запутанно, но тебе придется потерпеть. Лучи
микроволновых лазеров, созданных с помощью нанотехнологии, разработанной
моим братом, попав в атмосферу, образуют свободный кислород, который,
соединяясь с водородом, образует, в свою очередь, озон и воду. Кислород в
атмосфере имеет формулу О2, а брат обнаружил, что, если выстрелить лазерной
пушкой из космоса в атмосферу, можно изменить молекулу и получить озон, О3 и
воду, Н2О.
— Но я все же не понимаю, какое это имеет...
— Все дело во взаимосвязи погоды и водного баланса. Проведя
широкомасштабные эксперименты, Эндрю получил такое большое количество воды в
качестве побочного продукта, что направление ветра изменилось. Чем больше
лазеров работает, тем сильнее ветер. Контроль над водой и ветром означает
контроль над погодой. — Таннер задумчиво взглянул на экран. —
Когда мне донесли, что Акира Исо в Токио и Маделайн Смит в Цюрихе близки к
решению проблемы, я предложил им работу на фирме, чтобы они оказались под
моим контролем. Но они отказались. Я не мог позволить им закончить
исследования, поэтому пришлось воспользоваться услугами Флинта. Кстати,
помнишь, я говорил, что над проектом работают четверо моих лучших
метеорологов?
— Разумеется.
— Очень способные люди. Франц Вербрюгге в Берлине, Марк Харрис в
Париже, Гэри Рейнолдс в Ванкувере и Ричард Стивенс в Нью-Йорке. Я дал
каждому отдельное задание, чтобы ни один не знал, над чем работают
остальные. И поскольку они жили в разных странах, я был совершенно спокоен и
уверен, что они никогда не смогут сложить вместе все части головоломки и
узнать основную цель проекта. Но они каким-то образом созвонились и все
поняли. До сих пор не знаю, как это вышло. Все четверо назначили мне встречу
в Вене и спросили, какие планы у меня относительно
Примы
. Я ответил, что
все отдам правительству и вообще собираюсь облагодетельствовать
человечество. Тогда же я решил, что они не будут больше этим интересоваться,
но на всякий случай расставил ловушку. Пока они сидели в приемной, я
позвонил тебе в сенат и, убедившись, что они все слышат, заявил, что понятия
не имею о
Приме
. Наутро они стали названивать тебе, прося встречи. Вот и
все. Остальное ты знаешь. А теперь я покажу нашу систему в действии.
На экране появилась карта мира, усеянная точками и символами. Таннер нажал
кнопку, и на карте высветилась Португалия.
— Сельскохозяйственные угодья в Португалии орошаются реками, текущими в
Атлантику из Испании. Представь, что станет с Португалией, если там месяцами
будут идти проливные дожди, пока не смоют весь урожай.
Он снова нажал кнопку, и на огромном экране появилось изображение
величественного розового дворца с охранниками у ворот и роскошными цветущими
садами. Ярко светило солнце.
— Это президентский дворец.
Картинка сменилась изображением столовой, где завтракало дружное семейство.
— Это президент Португалии, его жена и двое детей. И хотя говорят они
на португальском, ты услышишь английские фразы. Я давно установил здесь
программу синхронного перевода. А во дворце спрятаны десятки скрытых
камер и микрофонов. Глава охраны втайне от президента работает на меня.
— В одиннадцать часов, — говорил секретарь, — у вас встреча в
посольстве и речь перед главами профсоюзов. В час дня — ленч в музее.
Вечером — банкет.
Стоящий на столе телефон разразился звонкой трелью. Президент поднял трубку:
— Алло.
Невидимый переводчик синхронно переводил речь Таннера на португальский.
— Мистер президент?
Президент явно растерялся.
— Кто это? — спросил он.
— Друг, — коротко бросил Таннер.
— Какой... откуда вы знаете номер прямого телефона? Где...
— Это не важно. Слушайте очень внимательно. Дважды повторять я не буду.
Я люблю вашу страну и не хотел бы видеть ее в голоде и разрухе. Если не
желаете, чтобы беспощадные ураганы стерли ее с лица земли, пришлите мне два
миллиарда долларов золотом. Разумеется, вам нужно время на раздумье. Позвоню
через три дня.
Таннер и Полин увидели, как президент гневно швырнул трубку.
— Какой-то безумец раздобыл номер этого телефона! Безобразие! Куда
смотрит охрана?! Интересно, из какого сумасшедшего дома он сбежал?
Жена что-то успокаивающе говорила, но Таннер, уже не слушая, повернулся к
Полин:
— Это было записано три дня назад. А теперь ты услышишь вчерашний
разговор.
Полин снова увидела розовый дворец и прекрасный сад, только на этот раз все
было залито дождем, а стальное, затянутое тучами небо то и дело прорезали
молнии. Звучали раскаты грома.
Таннер переключил изображение на кабинет президента. Тот, очевидно, заседал
со своими советниками. Все говорили одновременно, размахивая руками и не
слушая остальных. Президент мрачно хмурился.
Телефон на столе зазвонил.
— Вот оно, — ухмыльнулся Таннер.
Президент нервно схватился за трубку:
— Алло.
— Доброе утро, мистер президент. Как...
— Что вы сделали с моей страной? Как посмели? Вы уничтожили весь
урожай! Поля затоплены. Деревни... — Он осекся и глубоко вздохнул. — И
сколько это будет продолжаться?
В голосе отчетливо слышались истерические нотки.
— Пока я не получу два миллиарда долларов.
Президент скрипнул зубами и на мгновение прикрыл глаза.
— И вы остановите ураганы?
— Немедленно.
— Куда доставить деньги?
Таннер выключил телевизор.
— Видишь, как все легко, Принцесса? У нас уже куча денег. Позволь
показать, что еще умеет
Прима
. Это наши предыдущие эксперименты.
Он снова включил телевизор, и экран заполнила ужасающая картина причиненных
тайфуном разрушений.
— Это происходит в Японии. Прямо сейчас. А ведь сейчас не сезон
ураганов.
Теперь на экране появились поваленные ветром апельсиновые деревья.
— Это трансляция из Флориды. Несмотря на июнь, температура приближается
к нулевой. Апельсинов в этом году не будет.
Он переключил канал, и на гигантском экране возникли страшные разрушения,
результат пронесшегося торнадо. Взлетали на воздух крыши, и валились дома.
— А вот это Бразилия. Как видишь, — гордо объявил Таннер, —
Прима
может все.
Полин придвинулась ближе и тихо сказала:
— Совсем как ты.
Таннер снова выключил телевизор, схватил три диска и протянул ей:
— Здесь записано еще три интереснейших разговора — с Перу, Мексикой и
Италией. А знаешь, как доставляются деньги? Мы посылаем грузовики в их
банки, а они грузят туда золото. И тут кроется Уловка-22. Я предупреждаю,
что, если они попытаются узнать, куда идет золото, бури начнутся снова и
больше уже не прекратятся.
— Таннер, а можно ли обнаружить, откуда идут
звонки? — встревожилась Полин.
— Что ты, — рассмеялся Таннер. — Если кто-то отважится на
это, окажется, что одно реле установлено в церкви, второе — в школе, третье
даст сигнал началу ураганов, по сравнению с которыми те, что были раньше,
покажутся легким ветерком. А вот четвертое реле находится прямо в Овальном
кабинете Белого дома.
Полин рассмеялась.
Дверь открылась. В комнату робко заглянул Эндрю. Таннер оглянулся и
поморщился:
— А, вот и мой дорогой братец.
Эндрю с недоумением уставился на Полин:
— Разве мы знакомы?
Прошло несколько минут, прежде чем его лицо просветлело.
— Вспомнил! Вы... вы и Таннер... собирались пожениться. Я был шафером. Вы... Принцесса, верно?
— Очень хорошо, Эндрю, — одобрительно кивнула Полин.
— Но вы... вы ушли. Потому что не любили Таннера.
— Позволь мне просветить тебя на этот счет, — вмешался
Таннер. — Она ушла именно потому, что любила меня. — Он сжал руку
Полин. — Она позвонила мне на следующий день после свадьбы. Принцесса
вышла замуж за очень богатого, влиятельного человека, чтобы,
воспользовавшись его связями, добывать выгодных клиентов для КИГ. Поэтому мы
и смогли так быстро подняться. Мы договорились тайно встречаться каждый
месяц. А потом, — с гордостью пояснил Таннер, — она увлеклась
политикой и стала сенатором.
— Но... как же Себастьяна... Себастьяна...
— Себастьяна Кортес, — напомнил Таннер смеясь. — Она была
всего лишь ширмой, чтобы сбить посторонних со следа. Я постарался, чтобы все
в офисе знали об этом. Нам с Принцессой никак нельзя было возбуждать
подозрения.
— Понятно... — неопределенно сказал Эндрю.
— Подойди сюда, — велел Таннер, подтолкнув брата к экрану. —
Помнишь это? Ты сам помогал его разработать. Теперь он закончен и прекрасно
действует.
—
Прима
... — Глаза Эндрю расширились.
— Совершенно верно. Вот эта кнопка — контроль погоды. А эта —
поисковая. С ее помощью можно найти любой район на земле. Видишь, как мы все
упростили?
— Что-то вспоминаю, — выдохнул Эндрю.
— И это только начало, Принцесса, — прошептал Таннер, прижимая
Полин к себе. — Я наметил еще тридцать стран. Ты получишь то, чего
желала всегда: власть и деньги.
— Подобный компьютер может стоить... — начала Полин, счастливо
улыбаясь.
— Два подобных компьютера, — поправил Таннер. — У меня для
тебя сюрприз. Слышала когда-нибудь об острове Тамоа в Тихом океане?
— Никогда.
— Мы только что его купили. Площадь шестьдесят квадратных миль и
сказочно прекрасный пейзаж. Один из островов Французской Полинезии, имеет
посадочную полосу и причал для яхт. Собственно говоря, там есть все,
включая... — Он выдержал театральную паузу. —
Приму-два
.
— Хочешь сказать, есть еще один такой компьютер? — удивилась
Полин.
— Верно, — кивнул Таннер. — Он под землей, там, где никто не
сможет его найти. Теперь, когда эти две назойливые суки наконец убраны с
дороги, весь мир принадлежит нам.
Келли открыла глаза первой. Она лежала голая на холодном бетонном полу. Руки
были пристегнуты наручниками к толстой металлической, вделанной в массивную
глыбу чуть повыше ее головы цепи. Сквозь маленькие зарешеченные окна в
дальней стене проникал тусклый свет. В другую стену была врезана тяжелая
дверь.
Повернув голову, Келли увидела лежавшую рядом Дайану. Как и сама Келли, она
была раздета и прикована к цепи наручниками. Сорванная с них одежда была
брошена в угол.
— Где мы? — простонала Дайана.
— В аду, подруга.
Келли попробовала вытащить кисти из металлических колец, но не смогла. Она
смогла только чуть приподнять руки, дюйма на четыре, не больше.
— Мы угодили прямо в их капкан, — с горечью прошептала она.
— Знаешь, что самое ужасное во всем этом? — всхлипнула Дайана.
— Не могу представить. — Келли оглядела пустой подвал.
— Они победили. Мы знаем, почему они убили наших мужей и почему
собираются убить нас, но никак не можем сообщить об этом кому-нибудь и
потребовать справедливости. Им сойдут с рук все преступления. Кингсли был
прав. Удача нам изменила.
— Не совсем.
Дверь распахнулась, и в подвал вошел широко улыбающийся Гарри Флинт. Он
запер замок и положил ключ в карман.
— Я выстрелил в вас пулями к ксилокаином. Это что-то вроде снотворного.
Мне приказали убить вас, но я подумал, может, стоит нам троим сначала
немного поразвлечься...
Он шагнул ближе. Женщины испуганно переглянулись. Флинт сбросил рубашку и
стал снимать брюки.
— Смотрите, что я приготовил для вас, — похвастался он, спуская
трусы и обнажая восставший, напряженный член. Бросив взгляд на обеих женщин,
он двинулся к Дайане:
— Пожалуй, начну с тебя, крошка, а уж потом... мне и черненькие хороши.
Горячее в постели.
— Погоди минутку, красавчик, — перебила Келли. — Почему бы
тебе сначала не взять меня? Я уже готова.
— Келли... — растерянно посмотрела на нее Дайана. — Что ты...
Флинт повернулся к Келли и похотливо облизнул губы.
— Как пожелаешь, беби. Всегда готов угодить даме. Вот увидишь, тебе
понравится. Пожалуй, еще попросишь.
Он опустился на колени, слегка укусил Келли в плечо и лег сверху.
— О да, — выдохнула она. — Как давно я мечтала об этом...
Дайана закрыла глаза. Смотреть на это было невыносимо.
Келли раздвинула ноги, и Флинт начал входить в покорное, безвольное лоно. И
в этот момент Келли приподняла правую руку, запустила пальцы в пышную
прическу и вытащила стальную заколку с заостренной металлической спицей,
длиной дюймов в пять. Увлеченный своим делом, Флинт даже не почувствовал,
как спица пронзила его шею сзади и вошла в нее на всю длину.
Флинт попытался закричать, но из горла вырвалось лишь громкое бульканье.
Перепуганная Дайана открыла глаза.
— Ты... теперь все в порядке. — Келли оттолкнула обмякшее
тело. — Он мертв.
Сердце Дайаны колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из
груди. Лицо смертельно побелело.
— Что с тобой? — встревожилась Келли.
— Я боялась, что он тебя...
В горле у Дайаны пересохло. Страшно подумать, что было бы, если...
Она взглянула на окровавленный труп Флинта и содрогнулась.
— Почему ты не сказала мне... — Не договорив, она показана на торчавшую
из шеи мертвеца заколку.
— Потому что, если бы это не сработало... словом, не хотела, чтобы ты
подумала, будто я тебя подвела. Давай-ка выбираться отсюда.
— Но как?
— Сейчас покажу.
Келли протянула длинную ногу к валявшимся на полу штанам Флинта, стараясь
подхватить их пальцами. Не дотянувшись дюйма два, она чуть подвинулась
вперед. Почти, но не совсем...
И наконец желанная добыча — вот она, совсем рядом. Удалось!
— Voila! — торжествующе улыбнулась Келли. Гибкие пальцы захватили
брюки. Она медленно подтягивала их к себе, потом ловко подкинула, и они
приземлились у нее на груди. Келли принялась обыскивать карманы в поисках
ключа от наручников. Ключ оказался в самом маленьком кармашке, и уже через
минуту руки Келли были свободны. Вскочив, она поспешила расстегнуть
наручники Дайаны.
— Господи, ты настоящее чудо, — сказала та.
— А все моя новая прическа. Теперь идем, пока не нагрянул еще кто-
нибудь.
Женщины подобрали одежду с пола и быстро оделись. Келли вынула из кармана
Флинта ключ от двери. Они подошли к двери и прислушались. Все тихо. Келли
открыла дверь. Перед ними простирался длинный пустой коридор.
— Здесь должен быть черный ход, — решила Дайана.
— Верно. Иди в том направлении, а я пойду в противоположном, и если...
— Нет. Пожалуйста, Келли, давай не будем разделяться.
Келли стиснула руку Дайаны и кивнула:
— Договорились.
Через несколько минут они добрались до гаража. Там стояли
ягуар
и
тойота
.
— Выбирай, — великодушно разрешила Келли.
—
Ягуар
— слишком заметная машина. Давай возьмем
тойоту
.
— Надеюсь, ключ в зажигании.
Им еще раз повезло. Дайана села за руль.
— И куда же мы теперь? — спросила Келли.
— Пока на Манхэттен. У меня еще нет плана.
— И слава Богу, — вздохнула Келли.
— Нам нужно где-то переночевать. Когда Кингсли узнает, что мы снова
сбежали, он придет в ярость. Боюсь, на нас объявят настоящую охоту. Мы нигде
не сможем найти убежище.
— Вот тут ты ошибаешься!
— Ты это о чем? — с подозрением спросила Дайана.
— У меня есть план! — гордо объявила Келли.
Когда они въезжали в небольшой городок Уайт-Плейнс, что в двадцати пяти
милях к северу от Манхэттена, Дайана заметила:
— Тут очень мило. Но почему мы приехали именно сюда?
— Здесь живет моя подруга. Она о нас позаботится.
— Расскажи о ней.
Келли тяжело вздохнула:
— Моя мать вышла замуж за никчемного пьяницу, который бил ее и отнимал
все деньги. Когда я встала на ноги и смогла помогать матери, то убедила ее
бросить его. Об этом месте мне рассказал
...Закладка в соц.сетях
