Жанр: Любовные романы
Право на мечту
...оле битвы.
— Это все твои пожитки?
— Ой, нет! — хихикнула она. — Во второй спальне еще один
набитый сверху донизу гардероб.
— Каким же еще ему быть? — Он чмокнул ее в макушку, потом взглянул
на разбросанные драгоценности. — Герцогиня, а сколько у тебя пар серег?
— Понятия не имею, — призналась Марго и со вздохом добавила: —
Ведь серьги — они как оргазмы. Их не может быть слишком много.
— Никогда не думал о них с этой точки зрения...
— Ты же мужчина! — Она потрепала его по коленке. — Наверное,
мне надо сходить за вином.
Под халатом у нее ничего не было, и пальцы его скользили по едва прикрытой
тонким шелком коже.
— Давай я схожу.
Главное — держать дистанцию
, — напомнил себе Джош. Им обоим меньше
всего сейчас нужно, чтобы он потерял голову.
— Кухня...
— Знаю я прекрасно, где кухня! — усмехнулся он. — Я просто
думал зайти сюда и вспугнуть твоего любовника.
— У меня сейчас нет любовника...
— В таком случае нам повезло.
Когда Джош вернулся, найдя в ее запасах бутылочку отменной
Баролы
, Марго
ползала по полу и раскладывала драгоценности по футлярам. Халат опять
соскользнул с ее плеча, и Джош с радостью завязал бы его узлом, чтобы
избежать искушения. Увидев его, Марго встала, а он, заметив ее длинную
стройную ногу в разрезе халата, понял, что владеет собой с трудом.
Хуже всего было то, что она вовсе не намеревалась его соблазнять! Иначе бы
он спокойно повалил ее на кровать, воплотил наконец в жизнь свои фантазии, и
не было бы никаких проблем.
Но в этой бездумной, естественной сексуальности и был секрет Марго. А
инерция их отношений не позволяла ему прикоснуться к ней иначе чем как к
младшей сестричке... Она взяла протянутый им стакан и улыбнулась.
— Пожалуй, мне стоит тебя поблагодарить за то, что ты остановил мой
припадок.
— Может быть, расскажешь, с чего этот припадок начался?
— Просто пришла в голову одна глупая мысль. — Она подошла к двери
на террасу, распахнула ее. В комнату ворвался густой аромат ночи; Марго
наслаждалась им, как наслаждалась вином. — Обожаю Милан! Люблю его
почти так же сильно, как...
— Как что?
Рассердившись на себя, она покачала головой.
— Неважно. Я все строю планы, как бы здесь остаться. Причем желательно
в этой квартире. Домой, в Темплтон-хаус, я вернуться не могу.
— Неужели все-таки позволишь Питеру себя выгнать?
Она резко обернулась к нему. Свет с террасы бросал оранжевый отблеск на шелк
ее халата.
— Плевать мне с высокой колокольни на Питера Риджуэя! Мне просто не
хочется осложнять жизнь Лоре.
— Лора сама разберется. По-моему, она не собирается больше позволять
Питеру смешивать ее с грязью. Если бы ты соизволила остаться, сама могла бы
это наблюдать.
Марго почувствовала, что снова начинает злиться. Черт бы его побрал! Но
сказала спокойно:
— Тем не менее ей все равно придется подумать о семье. По какой-то
идиотской причине брак для нее — вещь серьезная. Хотя одному Господу
известно, почему она так держится за своего мужа, тем более что он —
напыщенный осел и ничего больше.
Джош задумчиво отхлебнул вина.
— А ты сама не думала разве выйти замуж за Алена, который оказался
негодяем, подонком и к тому же торговцем наркотиками?
— Я не знала, что он занимается наркотиками... — попыталась возразить
она.
— А что он лжец и негодяй, знала?
— Ну хорошо. Скажем так: я сделала правильные выводы и изменила взгляд
на мир, а в особенности на брак, мысль о котором мне сейчас отвратительна.
Но мы говорим не обо мне, а о том, что Лора замужем и я не хочу усложнять ей
жизнь.
— Но это же и твой дом, Марго! У нее заныло сердце.
— Да, этого он изменить не в силах. Но не всегда же людям удается
возвращаться домой. Я была когда-то счастлива здесь, может, снова буду...
Он подошел ближе, чтобы видеть ее глаза.
— А Кейт говорит, что ты собираешься продавать эту квартиру.
Во взгляде Марго мелькнула обида.
— Кейт слишком много говорит!
Она опять отвернулась и стала смотреть на ночные огни, но Джош развернул ее
лицом к себе.
— Она о тебе беспокоится. И я тоже.
— Не надо обо мне беспокоиться! У меня появились кое-какие идеи.
— Слушай, позволь мне пригласить тебя на ужин. И ты мне все расскажешь.
— Не знаю, готова ли я о них рассказывать, но есть хочется. Кстати, мы
можем никуда не выходить, нам все доставят из траттории сюда.
— И ты не столкнешься ни с кем из знакомых? — догадался он. —
Не будь трусихой, Марго.
— А мне нравится быть трусихой!
— В таком случае тебе лучше одеться. — Джош провел пальцем по ее
плечу, потом по шее и заметил, как потемнели при этом ее глаза. — Иначе
нарвешься на неприятности прямо здесь.
Она чуть было не дернулась, чтобы запахнуть халат, но остановилась. Странно,
как можно все чувствовать кожей.
— Подумаешь! Как будто ты не видел меня голой.
— Тогда тебе было десять лет, это не считается. — Джош сам
поправил на ней халат и с удовлетворением почувствовал, как она вздрогнула.
Чтобы проверить ее реакцию, он сделал вид, будто собирается развязать
пояс. — Хочешь рискнуть, Марго?
Атмосфера стала откровенно опасной, и Марго отступила на шаг назад.
— Хорошо, оденусь. Идем ужинать.
— Осторожность — гарантия безопасности!
Но, когда он вышел, закрыв за собой дверь, Марго менее всего чувствовала
себя в безопасности. Ей было не по себе — эта сцена ее слишком возбудила. И
зачем Джошу понадобилось вести себя подобным образом?!
Все это он разыграл для того, чтобы заставить ее выйти на улицу. К такому
здравому выводу пришла после недолгого раздумья Марго, и поведение Джоша в
маленьком ресторанчике полностью подтвердило этот вывод. Он был весел и
деловит и с жадностью накинулся на грибную закуску.
— Попробуй. — Он сунул ей прямо в рот маринованный гриб. —
Итальянцы лучше всех в мире готовят овощи.
— Итальянцы вообще готовят лучше всех в мире, — сказала Марго,
вяло ковыряясь в салате из помидоров с мозареллой. У нее было ощущение, что
она просто разучилась есть с аппетитом.
— Тебе надо набрать фунтов пять, не меньше, — заявил он. — А
лучше — десять.
— Если я наберу десять, мой портной меня разорит, ведь придется
перешивать весь гардероб.
— Ешь! Рискуй!
Марго подцепила кусочек сыра и решила все-таки посоветоваться с Джошем о
делах, раз уж представилась такая возможность.
— Послушай, ты ведь в некотором роде бизнесмен, — начала она, и
Джош расхохотался.
— Не понял?
— Я не хотела тебя обидеть. Просто трудно представить себе, как ты
руководишь людьми и принимаешь решения. Вот твоего отца, например, явно
окружает аура власти. Ты же человек более...
— Безответственный? — подсказал он.
— Нет Свободный — Она набралась духу и продолжала — Я действительно не
хотела говорить ничего обидного, Джош Просто все, что ты делаешь, кажется
таким легким и простым Возьмем, к примеру, Питера...
— Нет уж, спасибо.
— Только для сравнения! Он человек сосредоточенный и напряженный У него
на лбу написано
Я удачлив и честолюбив
— А я — счастливый и беззаботный наследник Темплтонов Таскаюсь по миру
и завожу в перерывах между игрой в сквош романы с красотками Или играю в
сквош в перерывах между романами?
— Точно не знаю, — спокойно ответила Марго, — но суть не в
этом.
— А в чем же суть твоих наблюдений?
— Все-таки ты обиделся, — пожала плечами она — Наверняка у тебя
есть деловая жилка, ведь родители у тебя далеко не дураки Как бы они тебя ни
любили, просто так они не доверили бы тебе таких полномочий. Если бы ты
только и делал, что прожигал жизнь, то давно исчерпал бы запас их доверия.
— Тронут тем, что ты настолько во мне уверена, — фыркнул он,
чокаясь с Марго — Пожалуй, я не прочь выпить еще.
— И у тебя юридическое образование.
— Да, мне решили выдать диплом, когда я всем в Гарварде опостылел.
— Давно ты стал таким ранимым? — Она потрепала его по руке —
Короче говоря, я подумала... Наверное, ты кое-что соображаешь в делах У меня
есть несколько довольно интересных предложений. Самое соблазнительное и не
требующее особого труда — от
Плейбоя
Глаза Джоша так вспыхнули, что она не удивилась бы, если бы из них
посыпались молнии.
— Понятно.
— Я и раньше позировала голой, или почти голой? — Марго вовсе не
собиралась всерьез обсуждать с ним это предложение, но реакция Джоша
разозлила ее — Европейские журналы совсем не такие пуританские, как
американские.
— Ты что, считаешь, что реклама в итальянском
Воге
и разворот в
полупорнографическом журнале — это одно и то же?
В голове Джоша проносились совершенно убийственные мысли, и чувствовал он
себя почему-то обманутым любовником.
— Тело — оно и есть тело, — попыталась возразить Марго,
легкомысленно пожав плечами — Знаешь, я так давно привыкла жить перед
камерой — одетая или раздетая, — что мне даже все равно. Иначе просто
нельзя этим заниматься. Речь идет об одной-единственной фотографии и о том,
что это поможет мне разобраться с кредиторами.
Плейбой
предлагает столько,
что, возможно, я даже смогу встать на ноги. Или хотя бы на одну ногу.
Джош не сводил с нее гневного взгляда, какой-то официант уронил на пол
поднос, но он даже головы не повернул.
— Ты хочешь, чтобы я ознакомился с их условиями?
Марго чуть не сказала, что именно этого и хотела, но передумала, услышав,
каким резким тоном он задал свой вопрос.
— Нет, я просто говорила об одной из возможностей.
— Неужели ты действительно хочешь быть такой, Марго?! Эротической
мечтой перевозбужденного подростка? Девушкой, чей портрет висит в
авторемонтной мастерской? Или рекламным личиком в клинике по лечению
бесплодия?
— То, что ты говоришь, пошло, — заявила она обиженно.
— Пошло?! — крикнул он так громко, что обедавшие рядом удивленно
оглянулись.
— Не ори на меня, — сказала она вполголоса. — Я прекрасно
знаю, что ты никогда не уважал то, что я делаю, и сама не понимаю, почему
решила, что ты можешь дать мне разумный совет.
— Разумный совет? Восхитительно! — Он залпом допил вино. —
Вперед, герцогиня! Хватай деньги и беги! Не думай о том, что опозоришь
семью. Какое тебе до этого дело? Пусть над твоей матерью хихикают в очередях
в супермаркете. И если Али начнут дразнить в школе, тебя это беспокоить не
должно. Только денег не забудь получить побольше.
— Хватит! — взмолилась она.
— Уже? Но я только начал!
— Я же сказала, это лишь один из возможных вариантов, и я вовсе не
собиралась на него соглашаться. — Марго потерла висок, предчувствуя
головную боль. — Черт подери, это всего лишь тело! Мое тело!
— Но ты связана с другими людьми. Я почему-то надеялся, что ты поняла,
как они за тебя переживают.
— Я поняла. — Она устало опустила руки на стол. — Правда,
поняла. Судя по твоей реакции, из этого проекта ничего хорошего не выйдет.
Джош понемногу оттаивал, но смотрел на нее недовольно и испытующе.
— Так ты что, специально затеяла этот разговор? Ставила на мне
эксперимент?
Марго через силу улыбнулась.
— Да. Признаю, это была неудачная идея. — Она со вздохом
отодвинула от себя тарелку. — Переходим к следующему пункту. Немецкого
продюсера, который предложил мне кучу марок за участие в его новом фильме
для взрослых, обсуждать не будем?
— Господи, Марго...
— Я же сказала, это не обсуждаем. Слушай, а что ты делаешь, когда
решаешь заново обставить какой-нибудь из отелей?
Джош задумчиво потер рукой подбородок.
— Знаешь, я не могу быстро перестроиться. Давай пока закажем горячее.
Подозвав официанта, он заказал
Тальолини
для себя и
Ризотто
для Марго.
— По-итальянски ты говоришь лучше, чем я, — заметила она. —
Это отлично. Может очень пригодиться.
— Марго, милая, не забегай вперед, дай мне сосредоточиться. — У
него кровь вскипала в жилах, как только он представлял себе ее на развороте
журнала, который может купить любой мужик, у которого мелочь бренчит в
кармане. — Тебе что, надо посоветоваться с декоратором?
— Да нет же! — Она готова была рассмеяться; кажется, голова все-
таки не разболится. — Мне просто интересно, куда ты деваешь старую
мебель.
— Тебе нужна мебель?
— Джош, ты можешь просто отвечать на вопросы? Что ты делаешь, когда
решаешь заново обставить отель?
— Хорошо. В наших отелях мы делаем это редко, так как клиентам нравятся
темплтоновские традиции. —
Что все-таки у нее на уме? —
недоумевал он. — Ладно, разберемся
. — Правда, когда мы
приобретаем новый отель, мы все переоборудуем в нашем стиле, учитывая,
впрочем, и местные особенности. Все, что нам подходит, мы оставляем, иногда
что-то отсылаем в другие места. Остальное продаем на аукционе и там же
подыскиваем то, что нужно нам. Еще мы покупаем вещи в антикварных магазинах
и на распродажах. — Аукцион, — пробормотала она. — Наверное,
это лучший выход. По крайней мере, самый простой. Аукционы, антикварные
магазины, распродажи... Это ведь все места для продажи подержанных вещей,
так? То есть того, что когда-то уже использовалось. Некоторым людям,
очевидно, даже нравится, что вещи до них кому-то принадлежали...
Марго так лучезарно улыбнулась официанту, что тот чуть не подпрыгнул от
удовольствия.
— Спасибо, Марио. Я очень голодна, — сказала она по-итальянски.
— Прошу вас, синьора. Приятного аппетита, — он поклонился и отошел
от стола, едва не столкнувшись с посыльным.
— Ты великолепно говоришь по-итальянски. А впрочем, тебе вообще можно
обходиться без слов, — сухо заметил Джош.
— Он такой лапочка! У него очаровательная жена, которая каждый год
рожает по ребенку. И он никогда не заглядывает мне в вырез. — Она на
мгновение задумалась. — Вернее, почти никогда... Ладно, давай вернемся
к разговору о магазинах подержанных вещей.
— А разве мы говорили о них?
— Да. Сколько процентов от стоимости ты получаешь?
— Это зависит от нескольких факторов.
— От каких?
Решив, что он и так долго терпел, Джош покачал головой.
— Нет, сначала ты говори. Зачем тебе это?
— Я думаю о том, чтобы... как бы это сказать.... распродать кое-что
ненужное. — И она подцепила на вилку креветку.
— Думай лучше о том, что вообще нужного есть у тебя в квартире!
— Ну, хорошо. Хотя моя формулировка мне лично нравится больше. —
Она весело усмехнулась. — Десять лет я коллекционировала всякие штучки.
И решила, что от некоторых могу и избавиться. У меня вся квартира
заставлена, а одежды столько, что просто не хватало времени в ней
разобраться. Сейчас у меня есть время, вот я и решила...
Она замолчала. Джош не сказал ни слова, но видно было, что он прекрасно все
понял.
— Мне нужны деньги, — сказала Марго просто. — И глупо
притворяться, что это не так. Кейт считает, что лучший выход для меня —
продать все, что можно. — Она снова попыталась улыбнуться. —
Поскольку с
Плейбоем
ничего не получится...
— Ты же не хочешь, чтобы я одолжил тебе денег! — буркнул
он. — Ты хочешь, чтобы я сидел и смотрел, как ты распродаешь за
бесценок свои туфельки.
— Еще и сумочки, шкатулочки, канделябры... — Марго поняла, что жалеть
он ее явно не собирается. Господи, никто на свете не хочет ее пожалеть!
Ну
и ладно, обойдемся
, — решила она. — Послушай, ведь Стрейзанд пару
лет назад устроила то же самое. Деньги ей были не нужны, но разве в этом
дело? Она продала все, что собирала много лет; кстати, не думаю, что
отказалась и от денег. По-видимому, фотомоделью я не смогу работать еще
долго, телом торговать не собираюсь, значит, остается распродавать вещи.
Сочувствия она не ждет, — решил Джош. — Значит, и предлагать его
не стоит
.
— Так вот ты чем занималась сегодня вечером! Устроила инвентаризацию?
— Это был порыв, почти что истерика. Но теперь я могу рассуждать
спокойно и здраво. Я поняла, что в плане Кейт есть рациональное
звено. — Она положила ладонь на его руку. — Джош, когда мы
встретились там, дома, ты спросил, не нужна ли мне помощь. Я отвечаю — да. И
прошу тебя мне помочь.
Он взглянул на ее руку. Блеск сапфиров и бриллиантов на белоснежной коже.
— Что ты хочешь, чтобы я сделал?
— Прежде всего я хочу, чтобы это осталось между нами.
Джош накрыл ее ладонь другой рукой.
— Хорошо. Что еще?
— Ты сможешь помочь мне решить, что и как продавать? И как получить
хорошую цену? Я, признаться, не слишком умело распоряжалась своими деньгами.
Да и вообще ничем толком в жизни не занималась... Но теперь собираюсь
научиться! Только не хочу, чтобы меня сразу же надули.
Джош взял бокал и задумался. О том, что все это значит, и о том, что можно
сделать.
— Хорошо, я тебе помогу, но только если ты твердо знаешь, чего ты
хочешь.
— Знаю.
— Мне кажется, есть два возможных пути. Первый — найти агента. —
Он чокнулся с Марго, глядя ей прямо в глаза. — Я знаю здесь, в Милане,
одну надежную фирму. Они приедут, посмотрят вещи, оценят их, и ты получишь
порядка сорока процентов.
— Всего сорок?! Это ужасно!
— На самом деле это даже много. Но поскольку мы с ними постоянно
сотрудничаем, постараемся получить с них по максимуму.
Марго мрачно стиснула зубы.
— А какой еще есть путь?
Джош наклонился к ней близко-близко.
— Я бы посоветовал тебе продавать самой.
— Извини, я не поняла.
— Марго Салливан может продать все, что угодно. Что ты делала последние
десять лет? Рекламировала чужие товары. Может быть, настало время продавать
себя, Марго?
Она возмущенно отпрянула.
— Прошу прощения, разве не ты только что чуть руки мне не выкручивал,
узнав, что я собираюсь это делать?
— Я не про фото говорю, а про тебя. Открой магазин, выставь на продажу
свои вещи. Разрекламируй его...
— Открыть магазин?! — Она расхохоталась и потянулась к
стакану. — Но я не могу открыть магазин!
— Почему?
— Потому что... сама не знаю, почему, — пробормотала Марго и
отставила стакан в сторону. — Наверное, я слишком много выпила.
— Твоя квартира и так уже похожа на небольшой универмаг.
— Есть тысячи причин, по которым ничего из этого не выйдет! — При
одной только мысли о подобной затее у нее голова шла кругом. — Я не
знаю, как вести дела, ничего не смыслю в бухгалтерии...
— Так научись!
— Еще есть налоги, пошлины, лицензии... Рента, в конце концов! —
Марго стала нервно теребить золотую цепочку на груди. — Мне надо
расплачиваться по счетам, а не копить новые. Мне нужны деньги!
— Или инвестор, который захочет выдать тебе начальную сумму.
— И какой же идиот захочет ввязываться в эту авантюру?
— Я, например...
8
Полночи Марго обдумывала эту идею, пыталась найти разумные доводы против.
Совершенно идиотская мысль! Глупая и безрассудная! Ну почему она возникла
именно сейчас, когда Марго решила перестать быть глупой и безрассудной?!
Она устала ворочаться в кровати, поднялась и стала бродить по комнате.
Конечно, Джош лучше ее разбирается в бизнесе, но предложить такой дикий план
можно только в качестве насмешки.
Ну какая из нее хозяйка магазина? Да, она умеет выбирать красивые вещи, но
это говорит только о том, что у нее хороший вкус. И это совершенно не
значит, что она научится ими торговать! Рекламировать вещи она тоже умеет,
но одно дело — быть лицом фирмы, и совсем другое — уговорить какого-нибудь
туриста купить золотую рыбку от Картье.
Конечно, поначалу люди будут к ней ходить из любопытства — чтобы поглазеть
на некогда знаменитую, а теперь печально известную Марго Салливан,
распродающую свое барахло. Может, кое-что ей даже удастся продать. И какая-
нибудь дама из высшего общества, сделавшая на своем веку миллион
пластических операций, будет демонстрировать своим гостям табакерку,
купленную у обнищавшей фотомодели. А что потом?
Нет, совершенно невозможный план! Это же безумно трудно — вести такое дело,
она просто не справится. Ее ждет очередной провал.
Трусиха!
— явственно услышала она голос Джоша и сказала вслух:
— Заткнись, Джош! Ты ведь только даешь деньги, а все остальное — на
мне.
Кстати, деньги Джоша — особая проблема. Ей просто гордость не позволит у
него одалживаться! Не говоря уж о том, что у нее нервов не хватит с ним
работать. Он будет всюду совать свой нос, проверять ее, да и свои денежки
тоже...
И будет смотреть на нее этим невыносимым взглядом! Марго машинально поднесла
руку к груди. Он что, всегда так смотрел? Неужели она раньше просто не
замечала этого? Но даже если так, она давно привыкла к тому, что мужчины
смотрят на нее голодными глазами. Ну почему у нее начинает колотиться сердце
от того, как смотрит на нее Джош?
Его глаза она знала, как свои. И глаза, и самого Джоша — всю жизнь.
Наверное, ей все это показалось: просто она устала и не в себе. Ей сейчас
так одиноко, что она приняла дружескую заботу и участие за нечто иное. Вот и
все.
Но одно Марго знала наверняка — на его прикосновения ее тело реагирует
совершенно по-особенному. На мгновение она представила себе, как его пальцы
тянутся к вырезу халата, ласкают ее грудь...
Что за чушь! Мечтать о Джоше Темплтоне?! Он же друг, почти что родственник!
У нее и без него сейчас забот хватает.
Надо думать о вещах практических, а не о сексуальных утехах. После Алена
Марго решила, что секс, любовь, даже легкий флирт — все это должно отойти на
задний план. Самым разумным будет позвонить Джошу утром и узнать у него про
агента, о котором он говорил. Она предложит все, что ей не нужно, на
аукцион, получит сорок процентов, и дело с концом.
Машину тоже продаст. И меха. И не будет больше гулять по Монтенаполиане,
заглядывая то к Армани, то к Валентино...
Что ж, придется довольствоваться тем, что у нее останется, и искать работу.
Черт подери, ну почему он отговорил ее получить шестизначную сумму за один-
единственный снимок?!
Да и что это может быть за магазин?
— снова подумала Марго. Никто не ходит
покупать одновременно сумочку от Гуччи и настольную лампу. А здесь все будет
вперемешку — безделушки, кожа, одежда.
Зато это будет удивительное, неповторимое место!
Это будет ее место!
И Марго тут же все себе представила: полки, уставленные прелестными и
бесполезными вещицами, стеклянные витрины с драгоценностями. Столы, стулья,
кушетки — и для отдыха, и для продажи. Комната, сделанная в виде огромной
гардеробной, вся увешанная нарядами. Уютный уголок, где можно будет выпить
чашечку чая или бокал шампанского. А рядом — фарфор и хрусталь, выставленные
на продажу.
Все может получиться! И будет это забавно и увлекательно. Настоящее
приключение! Черт с ними, с подробностями. Как-нибудь разберемся.
Она радостно рассмеялась и помчалась одеваться.
Джош спал, и ему снился чудесный сон. Он даже слышал аромат, который всегда
источала ее кожа. Она шептала его имя, вздыхала, когда он касался ее рукой.
Господи, у нее кожа гладкая, как атлас, а тело — тело богини!
Она изогну
...Закладка в соц.сетях
