Жанр: Любовные романы
Маленькая частная война
... раскрытие всех данных и,
как всегда бывает при первичном запросе, мне было отказано. Сейчас иду по
второму кругу.
— Предоставь это мне, — сказал ей Уитни, внимательно рассматривая
фотороботы. — Я бы сказал, перед нами братья. Иначе такое сходство
просто необъяснимо. Или твоя свидетельница выдумала это сходство.
— Янси очень дотошен, сэр. И он уверен в своих результатах. Не
исключено, что они действительно братья, если учесть слаженность работы в
команде. Они похожи, как близнецы. А между близнецами часто наблюдается
тесная, почти сверхъестественная связь.
— Мы посадим их в смежные камеры, когда вы их арестуете.
Они и были братьями. Командой, объединенной общими верованиями, убеждениями,
желаниями и выучкой. Они были машинами. И хотя с виду казались человеческими
существами из плоти и крови, все человеческое в них было утрачено.
Одержимость одного передавалась другому.
Они вставали и ложились каждый день в один и тот же час в совершенно
одинаковых комнатах. Они ели одну и ту же пищу, молились одним богам,
действовали по одному уставу и имели одну цель.
Они питали друг к другу одинаковую холодную и несентиментальную
привязанность, которую каждый из них назвал бы верностью.
И сейчас, пока один из них тренировался, беспощадными приседаниями и
выбросами разрабатывая поврежденную ногу, другой сидел за панелью управления
и просматривал информацию на экранах холодными светло-голубыми глазами.
Они работали в комнате без единого окна и с единственной дверью. Кроме того,
помещение было снабжено запасным подземным выходом и устройством
самоуничтожения на случай взлома охранной системы.
Припасов здесь было достаточно, чтобы продержаться вдвоем целый год. Когда-
то они планировали использовать этот подземный бункер как убежище и
командный пункт, как только их первоначальная мечта сбудется и весь город у
них над головой окажется в руках организации, которой они оба служили.
Теперь это было убежище и командный пункт для осуществления более частной
мечты.
Чуть ли не десять лет они вместе трудились ради великого дела, а потом
потратили еще шесть лет, чтобы добиться своей личной цели. Великая цель не
осуществилась, организация была раздроблена и распалась. Но свою личную,
пусть не столь великую мечту они твердо намеревались реализовать. Любой
ценой.
Первый остановился, обливаясь потом, и потянулся за кувшином с фильтрованной
водой.
— Как нога? — спросил его брат.
— Восемьдесят процентов. Завтра будет сто. Чертов коп оказался уж
больно проворным.
— Зато теперь он мертв. Скоро мы нанесем новые удары, пройдемся по всем
адресам, но это может подождать. Сейчас главное — первичная цель.
С одного из экранов на них смотрело, улыбаясь, детское личико Никси.
— Они могли вывезти ее из города, — сказал первый.
Его брат покачал головой:
— Даллас не захочет отпускать ее от себя. Велика вероятность, что она
все еще в городе. Все на это указывает. В доме Даллас постоянно крутятся
копы, но вероятность того, что она поселит там объект, крайне невелика. И
все-таки она где-то рядом.
— Захватим Даллас — установим местонахождение объекта.
— Она к этому готова, она этого ждет. Мы не должны торопиться. У Рорка
охрана и разведка не уступают нашим. А может, и превосходят. И карманы у
него глубже. Нам, со всеми нашими фондами на непредвиденные расходы, его не
переплюнуть.
— Да, спешить мы не будем, ничего у них нет, что привело бы к нам.
Значит, у нас есть время. Если мы проникнем в дом Рорка и уничтожим его в
собственной постели вместе с его копом, это будет настоящий прорыв. Мы
поднимем боевой дух и возродим наше великое дело. Мы сплотим всех наших
сторонников и завершим нашу миссию.
Мужчина, сидевший за панелью управления, повернулся:
— Начнем разрабатывать тактику.
Клуб боевых искусств в Квинсе скорее напоминал дворец. Или храм. Вестибюль
был декорирован в азиатском стиле: сдержанном, но тем не менее роскошном:
японские песочные садики, гонги, витающий в воздухе запах сандала,
прохладные белые стены и пол, резной лакированный красный потолок.
Столики были низенькие, а сиденьями служили красные атласные подушки с
символами, вышитыми золотой нитью. Раздвижные бумажные экраны — точно такие
же Ева раньше видела в восточных ресторанах — заменяли двери.
Женщина, сидевшая по-турецки на подушке за крошечным компьютером, сложила
руки ладонями вместе и поклонилась:
— Чем могу служить?
Она была в красном кимоно с черным драконом на спине. Ее голова была чисто
выбрита, череп казался таким же аккуратным, гладким и блестящим, как и все
помещение.
— Нам нужен Роджер Киркендолл. — Ева предъявила свой жетон.
Женщина улыбнулась, показав ровные белые зубы.
— Прошу прощения, мистера Киркендолла нет с нами. Могу я узнать о сути
вашего дела?
— Нет, не можете. Где он?
— Я полагаю, мистер Киркендолл путешествует. — Женщина никак не
отреагировала на резкий ответ Евы, ее собственный тон никак не
изменился. — Может быть, вам следует обратиться к мистеру Лу, его
партнеру? Могу я известить мистера Лу, что вы желаете поговорить с ним?
— Давайте. — Ева отвернулась и вновь оглядела приемную: — Круто
для школы самбо. Видимо, бизнес у них процветает. Неплохо для отставного
сержанта.
— Мистер Лу сейчас выйдет, Могу я предложить вам что-нибудь
прохладительное? Зеленого чаю, родниковой воды?
— Нет, мы при исполнении. Давно вы здесь работаете?
— Я занимаю эту должность в течение трех лет.
— Значит, вы хорошо знаете Киркендолла?
— Я не имела удовольствия встречаться с ним. Один из бумажных экранов
скользнул в сторону.
Вышедший к ним мужчина был в гимнастическом костюме с черным поясом,
подсказавшим Еве, что он мастер восточных единоборств. Без башмаков росту в
нем было не больше пяти футов восьми дюймов. Как и у женщины, его голова
была обрита наголо. Как и она, он сложил руки ладонями вместе и поклонился:
— Вы здесь желанные гости. Желаете поговорить в уединенной обстановке?
— Не помешает.
— В таком случае прошу. — Он сделал приглашающий жест. — Мы
поговорим в моем кабинете. Меня зовут Лу, — сообщил он, провожая их по
узкому белому коридору.
— Лейтенант Даллас, детектив Пибоди, Нью-йоркский департамент полиции.
Что это за комнаты?
— Мы предлагаем членам клуба уединение для медитации.
Он поклонился мужчине в белых одеждах, который нес на подносе белый чайник и
две пиалы. Ева проследила, как мужчина отодвинул один из бумажных экранов и
скрылся за ним. Откуда-то спереди доносились звуки рукопашного боя. Шлепанье
плоти о плоть, глухой стук падающих тел, шипящее дыхание. Не говоря ни
слова, Ева обогнала Лу и резким движением отодвинула экран.
Перед ней оказался спортзал, разделенный на секции. В одной из них она
увидела группу из шести человек, бесшумно выполняющих стремительные и
изящные упражнения гимнастики ушу. В другой секции несколько учеников, в
разной степени продвинутых, боролись под присмотром наставника с черным
поясом.
— Мы преподаем тайчи, карате, тхеквондо, айкидо, — начал
Лу, — а также другие формы и методы. Мы предлагаем обучение новичкам и
тренировки уже имеющим опыт.
— Вы предлагаете что-нибудь, кроме чая и медитаций в этих ваших
уединенных комнатах?
— Да. Мы предлагаем родниковую воду. — Он не улыбнулся и вроде бы
не обиделся на вопрос. — Если хотите осмотреть одну из наших комнат для
медитации, я предоставлю вам такую возможность. Только попрошу вас снять
обувь у входа.
— Оставим это на потом.
Лу провел их в небольшой, аккуратный, хорошо оборудованный кабинет. Здесь
тоже стояли низкие столики и лежали подушки. Расписные циновки на стенах,
одинокая белая орхидея в красном горшке. На письменном столе царил
строжайший порядок. Компьютер и телефон, ничего лишнего.
— Не желаете ли присесть?
— Ничего, мы постоим. Мне нужно поговорить с Киркендоллом.
— Он путешествует.
— Где?
— Не могу вам сказать. Насколько мне известно, его поездки весьма
продолжительны.
— Вы что же, не знаете, как связаться с вашим партнером?
— Боюсь, что нет. Но я уполномочен разрешать все возникающие проблемы.
— Киркендолл указал этот адрес как свой домашний, а также рабочий.
— Он не проживает по этому адресу. — Голос Лу остался ровным и
невозмутимым. — Здесь нет жилых помещений. Боюсь, имеет место какое-то
недоразумение.
— Когда вы говорили с ним в последний раз?
— Шесть лет назад.
— Шесть лет?! Вы не общались с вашим партнером в течение шести лет?
— Совершенно верно. Мистер Киркендолл обратился ко мне с деловым
предложением, которое показалось мне интересным. В то время я владел
небольшим залом для занятий самообороной на Окинаве. Я вложил в него все
свои сбережения, заработанные на турнирах и на распространении обучающих
видеодисков.
— Дракон Лу! Теперь я вас узнала!
Он еле заметно улыбнулся, еле заметно поклонился:
— Большая честь для меня.
— Вы раскидали немало задниц в свое время. Троекратный олимпийский
чемпион, рекордсмен мира. Некоторые ваши видео до сих пор используются в
полицейской академии.
— Вы интересуетесь боевыми искусствами?
— Да, особенно в мастерском исполнении. Вы были непобедимым, мастер Лу.
— Боги благоволили ко мне.
— Ваш фирменный летучий пинок тоже не повредил делу, — усмехнулась
Ева.
Искорка веселья зажглась в его глазах:
— Он иногда вредил моим противникам.
— Ну еще бы! Так какое же деловое предложение сделал вам Киркендолл?
— Партнерство со значительными финансовыми вложениями, это помещение и
полную свободу в управлении школой. Его деньги — мой опыт и репутация. Я
согласился.
— А вам не показалось странным, что за шесть лет он так и не вернулся
проверить, как у вас идут дела?
— Он хотел путешествовать и не желал, чтобы бизнес его связывал. Я бы
сказал, он несколько... эксцентричен.
— Как он получает свою долю?
— Деловые отчеты с цифрами высылаются ему электронной почтой, его доля
в прибылях переводится на счет в Цюрих. Мне высылают подтверждение об их
получении. Может быть, возникли какие-то трудности с переводом сумм?
— Насколько мне известно, нет. И это все? — спросила Ева. —
Вы с ним никогда не разговариваете? Не общаетесь даже через посредника или
представителя?
— Он изложил свои требования точно и недвусмысленно. Поскольку мне его
предложение было выгодно, я согласился.
— Мне придется затребовать все бумаги, информацию по электронным
переводам и переписку.
— Я должен узнать причину, прежде чем дам свое согласие.
— Его имя всплыло при расследовании нескольких убийств.
— Но мистера Киркендолла нет в Нью-Йорке. Он путешествует.
— Возможно. Но не исключено, что где-то неподалеку. Пибоди, покажи
мастеру Лу фотороботы.
Пибоди вынула их из сумки и протянула Лу:
— Мистер Лу, вы узнаете кого-нибудь из этих двух мужчин?
— Они напоминают близнецов. Но мне эти люди незнакомы. — Первые
признаки озабоченности пробились сквозь его колоссальное
самообладание. — Кто они? Что они сделали?
— Они разыскиваются для допроса по семи убийствам, включая двух детей.
Лу тихо ахнул.
— Я слыхал об этом. Трагедия, погибшая семья... несколько дней назад. У
меня самого есть ребенок, лейтенант. Моя жена — она приветствовала вас —
родила мне сына. Ему четыре года. — Его взгляд стал холодным. —
Пресса сообщала, что эта семья была дома, они спали в своих постелях. Они
были не вооружены, беззащитны. И им перерезали горло, этим беззащитным
детям. Это правда?
— Да, это правда.
— Никакое наказание не уравновесит это преступление. Даже смерть.
— Правосудие не всегда устанавливает равновесие, мастер Лу, но ничего
другого у нас нет.
— Верно. — Он на мгновение замер. — Вы предполагаете, что
человек, которого я называю партнером, может быть замешан в этих убийствах?
— Есть такая вероятность.
— Я дам вам все, что вы просите. Сделаю все, что смогу. Одну минуту.
Он подошел к своему столу и отдал своему компьютеру несколько команд на
незнакомом языке. Ева решила, что на японском.
— Когда Киркендолл ждет от вас следующего отчета и перевода денег?
— Только в декабре, за последний квартал этого года.
— Вы когда-либо связывались с ним по другим поводам? Какой-нибудь
вопрос, проблема?
— Один такой случай был. Исключительный случай.
— Возможно, мы к этому еще вернемся. А пока мне хотелось бы прислать
сюда кого-нибудь из нашего электронного отдела, просканировать ваш компьютер
или любой другой компьютер, которым вы могли воспользоваться для общения с
Киркендоллом.
— Я пользовался только этим, и вы можете прислать офицера. А если
хотите, заберите его с собой. Прошу прощения, это займет несколько минут. Я
вызвал файлы со всеми сообщениями с начала нашего партнерства.
— Без проблем.
Он расстроен, — заметила Ева. — Держится, но подавлен мыслью о
том, что он, возможно, годами сотрудничал с человеком, который может
оказаться убийцей. Это хорошо. Его помощь нам очень пригодится
.
— Мастер Лу, — почтительно заговорила она, и он поднял на нее
глаза. — Для того чтобы остаться непобежденным, чтобы добиться всего,
чего вы добились, ни разу не уступив победу сопернику, требуется нечто
большее, чем владение искусством единоборств, даже на вашем уровне.
Требуется нечто большее, чем тренировки и дисциплина. Как вы всего этого
добились?
— Тренировки, безусловно, необходимы: навыки добываются путем
тренировки. Дисциплина тоже нужна — и физическая, и умственная. Духовная,
если хотите. А кроме того, необходим инстинкт. Предвосхищение действий
противника и вера в то, что вы можете, нет, даже должны победить. — Вот
теперь он улыбнулся открыто; улыбка у него была сдержанная, но
очаровательная. — А мне нравится побеждать.
— Да, — усмехнулась в ответ Ева. — Мне тоже.
15
Полет в Филадельфию нарушил все планы Рорка. Он знал, что придется
пожертвовать парой ночей и, возможно, предпринять еще несколько
междугородных поездок, чтобы наверстать упущенное. Тут уж ничего нельзя было
поделать.
Но он не мог — и не хотел — обсуждать будущее Никси, опеку над ней по
телефону. В любом случае он хотел встретиться с Лизой Кордей лицом к лицу.
Он не сомневался, что личная встреча даст ему возможность определить, что
она за человек, и скажет гораздо больше, чем любые данные, полученные через
Интернет.
Его имя, как всегда, проложило ему дорогу и обеспечило мгновенное согласие
на встречу. Вероятно, Лиза Кордей рассчитывала на сотрудничество с ним. Что
ж, это можно было устроить. Ему ничего бы не стоило предложить ей это
выгодное сотрудничество как способ поддержать Никси. В конце концов, деньги
— вещь не лишняя.
У фирмы, в которой работала Кордей, была хорошая репутация, это Рорк тоже
проверил заранее. И хотя она не знала, что за дело привело его к ней, перед
ним фигурально выражаясь, расстелили красную дорожку. В отделанном черным с
серебром вестибюле его встретил личный ассистент Кордей. Его провели по
мраморному полу прямо к частному лифту.
Ассистент — молодой мужчина в строгом сером костюме — предложил ему кофе,
чай, любые напитки. Рорк подумал, что ассистенту были даны инструкции
выполнять любые его желания. Интересно, а если бы он попросил организовать
ему трио проституток?..
Его такая угодливость всегда раздражала.
Этаж, на котором располагался кабинет Лизы Кордей, был отделан в теплых
розовых тонах. Множество стеклянных раздвижных дверей и один мощный
компьютер с пятью дисплеями, за которыми трудились еще пять ассистентов. Его
провели в один из престижных кабинетов. Кордей еще не доросла до углового, с
панорамным обозрением, но явно была следующей на очереди.
Она ждала его, стоя за черным L-образным столом, а за ее спиной открывался
вид на город.
Ее идентификационное фото хорошо передавало черты лица, да и характер,
пожалуй, тоже. Рорк знал, что ей тридцать восемь лет. Знал, где она делает
прическу и где купила свой черный деловой костюм в тонкую полоску.
Он знал, что в финансовом отношении она вполне способна нанять ребенку
хорошую гувернантку, отдать девочку в хорошую школу. А если ей нужно
некоторое поощрение, он предложит создать трастовый фонд на содержание Никси
и ее образование.
Он был готов торговаться.
У Лизы Кордей было привлекательное лицо с тонкими чертами, умело
подчеркнутыми дорогой косметикой. Пользоваться косметикой она умела. Ее
короткие каштановые волосы были подстрижены треугольником на затылке. Она с
приветливой улыбкой обогнула стол и протянула ему руку. Костюм прекрасно
облегал хорошую фигуру.
— Мистер Рорк, надеюсь, полет прошел без приключений?
— Да, благодарю вас.
— Что я могу вам предложить? Кофе?
— Спасибо, только вместе с вами.
— Дэвид! — бросила она, не поворачиваясь к ассистенту, словно не
сомневаясь, что он встанет по стойке
смирно
.
Очко в ее пользу.
Она сделала приглашающий жест в сторону широких черных кресел.
— Спасибо, что приняли меня по первому требованию, — начал Рорк,
усевшись.
— Это честь для меня. У вас есть другие дела в Филадельфии?
— Не сегодня.
Ассистент торопливо принес поднос с кофейником, чашками и маленьким
кувшинчиком, в котором плескалось нечто похожее на настоящие сливки.
— Спасибо, Дэвид. Пожалуйста, попросите, чтобы нас не беспокоили. Какой
вы пьете кофе, мистер Рорк?
— Просто черный, благодарю вас. Мисс Кордей, я понимаю, что ваше время
дорого...
Она с непринужденной улыбкой закинула ногу на ногу:
— Я рада уделить вам столько, сколько понадобится.
— Благодарю вас. — Он взял чашку кофе и решил, что пора
заканчивать обмен любезностями. — Я здесь по личному делу. Я
представляю интересы вашей племянницы.
Глаза у нее были карие, под цвет волос. Подкрашенные бровки удивленно
взлетели на лоб.
— Моей племянницы? Но у меня нет племянницы.
— Я имею в виду Никси, дочь вашего сводного брата.
— Моего сводного брата? Я полагаю, вы говорите о ... — Рорк буквально
видел, как мысленно она перелистывает страницы записной книжки в поисках
имени. — Ах да, Грант. Мой отец был недолгое время женат на его матери.
Но я, признаться, никогда не считала его своим сводным братом.
— Вам известно, что он, его жена и их сын недавно были убиты?
— Нет. — Она поставила чашку. — О боже, какой ужас! Как?..
— Налет на дом. Вместе с ними была убита маленькая девочка, подружка их
дочери Никси, которая ночевала у них в доме. Сама Никси выжила, потому что в
момент налета ее не было в спальне. Она спустилась в кухню.
— Мне очень, очень жаль это слышать. Безумно жаль. Теперь я припоминаю,
что об этом что-то говорили в новостях, но мне и в голову не пришло...
Видите ли, я не поддерживала с Грантом никаких связей годами. Для меня это
просто шок.
— Жаль, что приходится сообщать вам об этом без подготовки, но сейчас
меня больше всего заботит Никси.
— Я несколько сбита с толку... — Лиза покачала головой, потрогала нитку
жемчуга у себя на шее. — Вы были знакомы с Грантом?
— Нет, не был. Мое участие в этом деле началось только после того, как
все они были убиты.
— Понимаю. — Ее взгляд стал холодным. — Ваша жена работает в
полиции Нью-Йорка, не так ли?
— Именно так. Она ведет это дело. — Рорк помолчал, ожидая вопроса,
но она не спросила, в каком состоянии находится дело. — В настоящий
момент Никси находится в секретном месте под охраной. Но она не может
оставаться там до бесконечности.
— Но неужели же Служба защиты детей...
— Ваш сводный брат и его жена назначили законных опекунов, но
обстоятельства помешали этим людям выполнить свои обязанности. В результате
у девочки не осталось никого, кто знал ее семью, никого, кто мог бы о ней
позаботиться. Я здесь для того, чтобы просить вас взять эту обязанность на
себя. По крайней мере, обдумать такую возможность.
— Я?! — Ее голова откинулась назад, словно он ее ударил. —
Это невозможно. Об этом не может быть и речи.
— Мисс Кордей, на всей земле вы ее единственная родственница.
— Нас нельзя считать родственниками.
— Ну, хорошо, пусть не родственниками, но между вами есть кровная
связь. Ее семья была зверски убита чуть ли не у нее на глазах. Она ребенок,
ни в чем не повинный ребенок, несчастный и напуганный.
— Повторяю, мне очень, очень жаль, что так получилось. Но это не мое
дело. Я за нее не в ответе.
— А кто в ответе?
— Есть определенная система как раз для таких случаев. Система,
созданная именно с этой целью. По правде говоря, я не понимаю, почему вы
проявляете к этому делу столь повышенный интерес. И почему вы приехали сюда
в полной уверенности, что я возьму на себя ответственность за ребенка,
которого я никогда в глаза не видела?
Рорк понял, что дело безнадежно и что лучше не настаивать. Но он не мог вот
так сразу взять и отказаться.
— Ваш сводный брат...
— Почему вы упорно называете его так? — В ее голосе прорвалось
раздражение. — Мой отец был женат на его матери меньше двух лет. Я его
едва знала. Меня никогда не интересовали ни он сам, ни его семья.
— Но у девочки никого нет.
— Я в этом не виновата.
— Разумеется. В этом виноваты люди, которые вошли в ее дом, перерезали
горло ее родителям, ее брату, ее подруге. Поэтому теперь у нее нет ни дома,
ни семьи.
— Это, конечно, трагедия, — невозмутимо согласилась Кордей. —
Однако я не собираюсь играть роль спасительницы, даже в обмен на возможность
получить в клиенты
Рорк Индастриз
. И меня, признаться, возмущает ваша
попытка навязать мне этого ребенка.
— Я так и понял. Вы даже не спросили, не пострадала ли девочка.
— Меня это не волнует! — Ее щеки вспыхнули от гнева, а может быть,
и от смущения. — У меня есть моя жизнь, моя карьера. Если бы я хотела
иметь детей, завела бы своих собственных. У меня нет ни малейшего желания
принимать чужих.
— Значит, я совершил ошибку. — Рорк поднялся на ноги. — Я
отнял слишком много вашего времени и сам потратил время зря.
— Мать Гранта выставила моего отца, когда мне было десять. Впрочем, она
была одной из многих. С какой стати мне брать на себя ответственность за его
дочь?
— Очевидно, ни с какой.
Он вышел, сердясь больше на себя, чем на нее.
Ева вышла из школы боевых искусств и пристально оглядела улицу, не упуская
ничего: припаркованных машин, пешеходов, уличного движения.
— Вряд ли они нас здесь засекли, — сказала Пибоди у нее за
спиной. — Даже если у них есть оборудование и людские ресурсы для
круглосуточной слежки за Управлением, они должны быть просто ясновидящими
или неслыханными везунчиками, чтобы вычислить именно нашу машину.
— До сих пор они проявляли просто чудеса ловкости. И им действительно
везло. Не будем испытывать судьбу на этот раз. — Ева вытащила из
кармана сканер.
— Ого! Это не табельная модель.
— Нет, это модель Рорка. Табельная модель — это то, чего они ждут. Они
могли бог знает чего насовать нам в машину с учетом табельной модели.
— С вами просто отдыхаешь душой, — заметила Пибоди. — Кстати,
вон там, на углу, бакалейный магазинчик.
— Я решила хотя бы на время завязать с бакалейными магазинами. Теперь я
всегда буду думать: вдруг кому-то делают минет в задней комнате?
&mdas
...Закладка в соц.сетях
