Жанр: Любовные романы
Маленькая частная война
...тела к папе, и я поднялась по черной лестнице, по
ней Инга ходит... И я их видела. Их было двое. Они зашли в мою комнату и к
Койлу, и я уже знала, что они будут делать. Но я хотела к маме и забралась в
их спальню, и я их увидела. На мне их кровь. Они были мертвые. Они все
мертвые, да? Все!.. Я не могла пойти посмотреть на всех. Я спряталась.
— Ты все правильно сделала. Посмотри на меня, Никси. — Ева
выждала, пока заплаканные детские глаза не встретились с ее глазами. —
Ты жива, и ты все сделала правильно. Теперь ты поможешь мне найти тех, кто
это сделал, а я заставлю их за это заплатить.
— Моя мама умерла. — Никси забралась на колени к Еве и безутешно
расплакалась.
Было уже около пяти часов утра, когда Ева наконец смогла вернуться к Пибоди
и к своей работе.
— Как девочка?
— Плохо. Ну а чего ты хотела? Сейчас с ней социальный работник и врач.
Они ее умоют и осмотрят. Но мне пришлось поклясться, что я не уйду из дома,
только после этого она от меня отцепилась.
Пибоди нахмурилась:
— Вы ее нашли, вы пришли ей на помощь. Конечно, она к вам привязалась.
— Никси вызвала полицию по телефону экономки. Все, что она пока сумела
мне рассказать, совпадает с объективной картиной. Чистая, профессиональная
работа. Проникли в дом. Обошли или заглушили сигнализацию и охранную
систему. Один берет на себя экономку. Это первый удар. Она живет на первом
этаже, с ней надо покончить первым делом — гарантировать, что она не
поднимет шум и не вызовет полицию. Второй парень в это время, должно быть,
уже наверху, стоит на стреме: вдруг кто-нибудь проснется? Потом они вместе
убирают родителей.
— Каждый взял на себя по трупу, — согласилась Пибоди. — Ни
шума, ни борьбы. Сначала убрать взрослых. С детьми возни меньше.
— Один берет на себя мальчика, другой — девочку. Они ждали, что в доме
будет один мальчик и одна девочка. Было темно, и они убили не ту девочку, но
это не значит, что они не знали убитых в лицо. Они хотели найти одну
маленькую светловолосую девочку, и они ее нашли. Сделали работу и ушли.
— На выходе из дома нет кровавого следа, — заметила Пибоди.
— Наверняка на них были защитные костюмы. Сделали дело — и сняли. Все
чисто, никаких хлопот. Время смерти установила?
— Экономка — в два пятнадцать. Отец — на три минуты позже, мать —
следом за ним. Еще по минуте на каждого из детей. Все дело заняло минут пять-
шесть. Вы были правы: чисто сработано.
— Не так уж чисто. Они оставили свидетеля. Конечно, девчонка пока не в
себе, но, я думаю, мы еще кое-что из нее вытянем. У нее есть мозги и есть
хребет. Не заорала, когда увидела, как он перерезал горло экономке. —
Ева представила себя на месте девочки в те несколько минут, что убийцы
бродили по дому. — Ясное дело, она была в ужасе, но ведь не завопила,
не побежала. Они бы живо ее обнаружили и покромсали на кусочки. Нет, она
затаилась и по-тихому вызвала полицию. Храбрая малышка.
— Что с ней теперь будет?
— То, что обычно бывает в подобных случаях. Конспиративная квартира,
засекреченное дело, охранники в форме, представитель Детской службы.
Казенные коридоры, обезличенное существование... Та жизнь, которая была у
Никси Свишер раньше, закончилась в два пятнадцать ночи.
— Надо будет проверить, есть ли у нее другие родственники или
назначенные по закону опекуны. Позже мы с ней еще раз поговорим, посмотрим,
что еще можно из нее выжать. Этот дом должен быть опечатан, чтоб комар не
пролетел. А пока начнем проверять папу с мамой.
— Отец — адвокат по семейным делам, мать — диетолог. Частная практика,
пациентов принимала в основном на дому: у нее кабинет на нижнем этаже. Замки
на месте, вроде бы никто ничего не трогал.
— Проверим их клиентов, персонал, личные дела. Тут чувствуется работа
профессионалов, тщательная подготовка. Может, один из родителей, или оба,
или экономка имели кого-то на стороне, и это было как-то связано с
организованной преступностью. Диетолог — это может быть ширмой, например,
для наркотиков. А что? Самый легкий способ сохранить стройность. Врач богат,
клиент доволен.
— Неужели легкий способ существует? — вздохнула Пибоди. —
Поглощать пиццу тоннами и не выглядеть, как на шестом месяце?
— Подмешай в пиццу немного амфетаминов — и полный вперед! — Ева
пожала плечами. — Может, она не поделила прибыль со своим поставщиком.
Может, у нее был роман с кем-то из плохих парней или у мужа — с их
подружкой, и все пошло наперекосяк. Уж если кто-то вырезал целую семью,
значит, у него был чертовски веский мотив. Посмотрим, что
чистильщикам
удастся обнаружить на месте. А пока я хочу сама еще раз пройтись по всем
комнатам. Я еще не...
Она замолчала, услыхав стук каблуков, и повернулась. В комнату вошла
женщина, социальный работник из Службы защиты детей. Глаза у нее были
заспанные, но выглядела она очень чопорно и официально.
Ньюман, —
вспомнила Ева ее фамилию: — Канцелярская крыса из СЗД. И, похоже, не в
большом восторге от столь раннего вызова
.
— Лейтенант, доктор не обнаружил физических повреждений. Мы можем
транспортировать несовершеннолетнюю немедленно. Полагаю, это оптимальный
вариант.
— Дайте мне несколько минут, надо организовать охрану. Моя напарница
может подняться и упаковать для нее кое-какие вещи. Я хочу...
Ей опять пришлось прерваться. На этот раз послышалась не дробь каблуков, а
шлепанье босых ножек. Никси — все еще в окровавленной ночнушке — ворвалась в
комнату, бросилась прямо к Еве и вцепилась в нее мертвой хваткой.
— Ты же говорила, что не уйдешь!
— Я же здесь.
— Не давай им меня забирать! Они сказали, что заберут меня. Прогони их!
— Ты не можешь остаться здесь. — Ева с трудом расцепила пальцы
Никси и присела, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Ты же сама
знаешь, здесь оставаться нельзя.
— Не давай им меня забирать! Я не хочу с ней ехать. Она не из полиции.
— Я сделаю так, чтобы полиция все время была с тобой.
— Нет, ты сама! Я хочу, чтобы ты сама!
— Я не могу. Мне надо работать. Я должна сделать все, что нужно, для
твоих мамы и папы. Для твоего брата и твоей подруги. Для Инги.
— Я с ней не поеду. Ты меня не заставишь.
— Никси...
— Послушай, Никси, — негромко, с ласковой улыбкой заговорила
Пибоди, — мне надо переговорить с лейтенантом. Мы только отойдем вон
туда на минутку, ладно? Никто никуда не уйдет. Просто мне надо с ней
поговорить. Даллас...
Пибоди прошла в дальний конец комнаты, где Никси могла их видеть. Ева
последовала за ней.
— Ну, что? Что ты предлагаешь?
— Вы должны ее взять.
— Пибоди, мне сейчас некогда. Надо еще поработать на месте
преступления.
— Я уже поработала, а вы можете вернуться позже, и работайте себе
сколько влезет.
— Отвезти ее на охраняемую квартиру? Какой смысл? Она опять в меня
вцепится, как только я оставлю ее с охраной.
— Никакой охраняемой квартиры. Отвезите ее к себе домой. Более
надежного места в городе нет. А может, и на всей планете.
На целых десять секунд Ева лишилась дара речи.
— Ты что, совсем с ума сошла?
— Нет, вы сначала выслушайте! Она вам доверяет. Она знает, что вы тут
главная, и верит, что вы ее защитите. Она — очевидец, и она — ребенок,
переживший психологическую травму. Мы гораздо большего от нее добьемся, если
она будет чувствовать, что ей ничто не угрожает, это я вам точно говорю. Она
должна успокоиться... ну, насколько возможно. Дайте ей... ну хоть несколько
дней. Нечто вроде переходного периода. Ну, нельзя ей сейчас в детский дом!
Поставьте себя на ее место, Даллас. С кем бы вам было лучше: с крутым,
матерым копом, который вас спас, или с этой воблой сушеной из СЗД?
— Я не могу быть нянькой при ребенке, — отрезала Ева. — Не
мой профиль.
— Ваш профиль — выкачивать информацию из свидетелей, а тут у вас будет
полный доступ. Вам не придется каждый раз утрясать с СЗД разрешение
поговорить с ней.
Это заставило Еву задуматься. Она оглянулась на Никси.
— Ладно, уговорила. На пару дней я ее возьму. Соммерсет умеет ладить с
детьми, хоть он и задница. Она все равно в шоке, так что его уродская рожа
вряд ли ее сильно испугает. Практически я беру под охрану свидетеля. Дом
большой. Справимся.
— Как пить дать!
Ева нахмурилась, изучая лицо Пибоди.
— Смотри-ка, только вчера вышла на работу, а соображаешь.
— Может, я еще и не готова бегать наперегонки с подозреваемыми, но голова-
то у меня работает. Мой ум по-прежнему остер!
— То-то и оно, что по-прежнему. Я думала, сотрясение прочистит тебе
мозги, но приходится мириться с тем, что есть.
— Вредина!
— Я могу еще и похлеще, но сейчас пять часов утра, кофеина не хватает.
Мне нужно позвонить.
Ева отошла на несколько шагов и краем глаза успела заметить, как напряглась
Никси. Она лишь покачала головой и вытащила свой сотовый телефон.
Через пять минут Ева подозвала социального работника.
— Об этом не может быть и речи! — возмутилась та. — У вас нет
квалификации! У вас нет разрешения на транспортировку несовершеннолетней. Я
обязана сопровождать...
— Я беру свидетеля под охрану, ясно вам? Вы ей не нравитесь, а мне
надо, чтобы она успокоилась и начала давать показания.
— Несовершеннолетняя...
— Девочка только что пережила потерю семьи, вырезанной у нее на глазах.
Она хочет остаться со мной. И я вам говорю: будет так, как она хочет. Как
офицер высшего звена Нью-йоркской городской полиции, я позабочусь, чтобы она
была доставлена в надежное место и находилась под усиленной охраной, пока ей
угрожает опасность. Можете оспорить мое решение, но какой в этом смысл?
— Я обязана принять во внимание интересы...
— ...несовершеннолетней, — закончила за нее Ева. — Что ж, в
таком случае вы обязаны принять во внимание, что в ее интересах остаться в
живых. Чувствовать себя в безопасности. Избегать стрессовых ситуаций. Она же
и без того напугана до полусмерти. Зачем усугублять?
Женщина бросила на нее хмурый взгляд:
— Моему начальству это не понравится.
— Ваше начальство будет иметь дело со мной. Я забираю девочку. Можете
подать на меня жалобу.
— Мне нужно знать, куда вы ее везете, какие там условия...
— Я дам вам знать. Пибоди, пойди упакуй все, что может понадобиться
Никси. — Ева подошла к девочке: — Ты же понимаешь, что тебе нельзя
оставаться здесь.
— Я с ней не поеду! Я не хочу...
— Ну, сегодня тебе наглядно показали, что не всегда получаешь то, что
хочешь. Но сейчас ты можешь поехать со мной.
— С тобой?
Ева отвела Никси подальше от кипевшей возмущением Ньюман.
— Да, со мной. Я не смогу с тобой остаться, потому что мне надо
работать, но у меня есть люди, которые о тебе позаботятся. Я им доверяю, и
ты тоже можешь им доверять.
— Но ты там будешь? Ты вернешься?
— Я там живу.
— Ну ладно. — Никси взяла Еву за руку. — Я поеду с тобой.
2
При прочих равных условиях Ева предпочла бы транспортировать в своей
полицейской машине накачанного
Зевсом
трехсотфунтового психопата, а не
маленькую девочку. Она знала, как справиться с маньяком-убийцей. Ее этому
учили.
Утешало только то, что поездка будет короткой, после чего она сможет
оставить девочку и вернуться к работе.
— Первым делом надо будет уведомить... — Ева взглянула в зеркальце
заднего вида и заметила, что у Никси сами собой слипаются глаза, но все-таки
опустила
ближайших родственников
. — Потом устроимся в моем домашнем
кабинете. На место я вернусь позже. А пока поработаем с твоими записями.
— Электронный отдел реквизирует все телефоны и компьютеры в доме. Кроме
того, они проверят охранную систему. — Пибоди слегка передвинулась на
сиденье, чтобы держать в поле зрения Никси. — Может, они что-то
раскопают к тому времени, как мы вернемся в дом.
Вернуться надо поскорее
, — думала Ева. У нее была куча дел. Надо
опросить соседей, прочесть отчеты, провести проверки. Надо скорее вернуться
на место преступления. Она нашла девочку, и это выбило ее из колеи. Она не
могла сосредоточиться. А теперь ей надо туда вернуться и почувствовать
флюиды.
Вошли через парадную дверь, — думала она, прокручивая события в
голове. — Малышка была в кухне, она бы заметила, если бы кто-то вошел
через черный ход. Миновали сигнализацию и кодовые замки, как будто их и не
было. Один сразу отправился наверх, другой пошел разобраться с экономкой.
Быстро и четко
.
Итак, первым делом — экономка. Но целью была не она, они не ради нее пришли.
В противном случае зачем вообще подниматься наверх? Целью была семья.
Родители и дети. Ни один не отвлекся даже на секунду, чтобы забрать дорогие
часы, лежавшие прямо на виду.
Странное убийство. Деловитое. Ни пыток, ни увечий, ни объяснений. Просто
работа, которую...
— Ты здесь живешь?
Сонный вопрос Никси вывел Еву из раздумий, пока она проезжала через ворота к
дому.
— Да.
— Во дворце?
— Это не дворец.
Мысленно она признала, что дом похож на дворец. Такой огромный, сверкающий
полированным камнем в лучах утреннего солнца, со всеми своими башнями,
окруженный газонами и садами, еще покрытыми золотой осенней листвой.
Ну что ж тут поделать, это же Рорк. Он на мелочи не разменивается.
— Это просто большой дом.
— Это волшебный дом, — поправила Пибоди, улыбнувшись Никси. —
Много комнат, всюду телевизоры во всю стену, игровые приставки, даже
бассейн.
— Ага. Ты умеешь плавать?
— Папа нас научил. Мы на Рождество ездим на неделю в Майами на
каникулы. Там океан и бассейн при гостинице, и мы поедем... — Она умолкла и
всхлипнула, вспомнив, что не будет больше семейных каникул на Рождество.
Вообще больше не будет семейных каникул. — Им было больно, когда их
убивали?
— Нет, — мягко ответила Пибоди.
— Нет? — недоверчиво переспросила Никси, сверля взглядом затылок
Евы.
Ева остановила машину у крыльца.
— Нет.
— Откуда ты знаешь? Ты же еще не умирала! Тебе никто не резал горло вот
такущим ножом. Откуда ты знаешь, что...
— Потому что это моя работа, — решительно ответила Ева, заглушая
истерически зазвеневший голос Никси. Она повернулась и посмотрела на
девочку. — Они даже не проснулись, и все было кончено в одну секунду.
Им не было больно.
— Но они же убиты, да? Они все равно мертвые!
— Да, с этим не поспоришь. —
Типичная реакция, — подумала
Ева. — Гнев всегда идет рука об руку с горем
. — Они мертвы, и ты
не можешь их вернуть. Но я собираюсь найти тех, кто это сделал, и запереть
их на всю жизнь.
— Ты могла бы их убить.
— Это не моя работа. — Ева вышла из машины и распахнула заднюю
дверцу. — Пошли.
В тот самый момент, когда она протянула руку Никси, Рорк открыл входную
дверь и вышел на крыльцо. Ева почувствовала, что пальчики Никси судорожно
вцепились в ее руку.
— Он принц? — спросила девочка шепотом.
Ну, раз уж дом похож на дворец, — решила Ева, — человек, который
его построил, должен быть похож на принца
. И Рорк действительно был на него
похож. Высокий, стройный, смуглый и великолепный. Шелковистые черные волосы
волнами обрамляли лицо, созданное, чтобы заставить любую женщину стонать от
желания. Сильные, волевые черты, крупный, но твердый рот, глаза неистово
яркой синевы.
— Его зовут Рорк, — ответила Ева. — Он просто человек.
Конечно, это была ложь. Рорк не был просто кем-то там. Но он принадлежал ей.
— Лейтенант, — приветствовал он их с легким ирландским акцентом,
сбегая по ступенькам. — Детектив. — Он присел на корточки и
заглянул в глаза Никси. Ева заметила, что он не улыбается.
Перед ним была хорошенькая девочка, бледненькая, с запекшейся кровью в
золотистых, как солнечные лучи, волосах, с темными кругами усталости и горя
под глазами.
— А ты, наверное, Никси? Я Рорк. Мне очень жаль, что нам приходится
знакомиться при столь ужасных обстоятельствах.
— Они всех убили.
— Да, я знаю. Лейтенант Даллас и детектив Пибоди найдут тех, кто это
сделал, и позаботятся, чтобы они были наказаны.
— Откуда ты знаешь?
— Это их работа, и они ее делают лучше всех на свете. Может быть,
теперь ты войдешь в дом?
Никси дернула Еву за руку. Мученически закатив глаза, Ева наклонилась к ней:
— Что?
— Почему он так говорит?
— Ну, он вообще-то не местный.
— Я родился по ту сторону океана, в Ирландии. — Вот теперь Рорк
позволил себе слегка улыбнуться. — Мне так и не удалось избавиться от
акцента.
В этот момент на крыльце появился Соммерсет. О его ноги терся толстый кот.
— Никси, это Соммерсет, — сказал Рорк. — Он управляет домом.
Он будет присматривать за тобой.
— Я его не знаю. — Взглянув на Соммерсета, Никси отпрянула и
прижалась к Еве.
— Зато я его знаю. — Ей пришлось проглотить большую порцию желчи,
но она справилась. — Он ничего.
— Добро пожаловать, мисс Никси. — Как и Рорк, Соммерсет был
совершенно серьезен. Мысленно Еве пришлось снять шляпу перед ними обоими.
Они не стали налеплять на лицо эти широкие людоедские улыбки, с которыми
взрослые так часто обращаются к испуганным детям. — Хотите, я покажу
вам вашу комнату?
— Я не знаю.
Соммерсет наклонился и подхватил кота.
— Может, хотите сначала подкрепиться? Галахад составит вам компанию.
— У нас тоже был кот. Он был старый и умер. Мы хотим взять котенка на
следующий...
— Галахад будет рад с вами познакомиться.
Соммерсет снова опустил кота, терпеливо ожидая, пока Никси отпустит руку Евы
и подойдет. Когда кот ткнулся головой ей в ногу, дрожащая улыбка появилась у
нее на губах. Она села на ступеньках и зарылась лицом в его шерстку.
— Я перед тобой в долгу, — тихо сказала Ева Рорку. — Знаю,
это кошмар.
— Вовсе нет. — Он заметил, что она тоже испачкалась в крови. И
вокруг нее витал едва уловимый запах смерти. — Мы это после обсудим.
— Мне надо уехать. Прости, что свалила все это на тебя.
— Я буду работать дома до самого ланча. Вместе с Соммерсетом мы как-
нибудь справимся.
— Обеспечьте ей полную охрану.
— Без вопросов.
— Я постараюсь вернуться как можно скорее, буду работать здесь сколько
смогу. Но сейчас нам надо съездить и известить родителей погибшей девочки.
Пибоди, у тебя есть адрес Дайсонов?
— Их нет дома, — заговорила Никси. Густой мех Галахада заглушал ее
голос.
— Со слухом у тебя все в порядке, — заметила Ева и подошла к
ней. — Где же они?
— Они поехали в большой отель, у них годовщина. Вот почему Линни
осталась у меня ночевать, хотя завтра в школу. А теперь тебе придется им
сказать, что она умерла вместо меня.
— Нет, не вместо тебя. Если бы ты была в спальне, они убили бы вас
обеих. И какой из этого вывод?
— Лейтенант! — возмутился Соммерсет, но Ева лишь вскинула руку и
угрожающе ткнула в него пальцем, чтоб не перебивал.
— Она умерла не потому, что ты осталась жива. Конечно, Дайсонам
придется нелегко, как и тебе самой. Но ты прекрасно знаешь, кто виноват в
том, что случилось.
Теперь Никси подняла голову, и ее светло-голубые глаза потемнели.
— Мужчины с ножами?
— Вот именно. Ты не знаешь, в каком отеле Дайсоны?
— В
Паласе
, потому что он самый лучший. Мистер Дайсон так сказал.
— Хорошо.
Отель
Палас
был самым лучшим, потому что принадлежал Рорку. Ева бросила на
него взгляд, и он кивнул в ответ.
— Я дам вам
зеленую улицу
.
— Спасибо. Мне надо ехать, — сказала Ева, вновь повернувшись к
Никси. — А ты держись поближе к Соммерсету.
— Мужчины с ножами могут прийти за мной.
— Я так не думаю, но, даже если они придут, внутрь им не пробраться.
Видишь, тут ограда, она надежная, и весь дом надежный. И потом, с тобой
будет Соммерсет. Знаю, на вид он тощий старый урод, но на него можно
положиться, и с ним тебе ничто не угрожает. В общем, расклад такой, если
решишь остаться здесь. — Ева выпрямилась. — Ничего лучшего я все
равно предложить не могу.
— Но ты вернешься?
— Я же сказала: я здесь живу. Помнишь? Пибоди, со мной.
— Ее вещи здесь. — Пибоди протянула Соммерсету упакованный
рюкзак. — Никси, если я что-то забыла, если тебе еще что-то надо, скажи
Соммерсету, и он свяжется со мной. Мы все тебе привезем.
Ева бросила последний взгляд на маленькую девочку, сидящую на крыльце среди
двух мужчин и прижимающую к себе кота. Спускаясь по ступенькам, она повела
плечами, словно хотела сбросить невидимую тяжесть.
— О господи, — вздохнула она, садясь в машину.
— Представить себе не могу, что сейчас творится в голове у этой
малышки, — заметила Пибоди.
— А я могу. Я одна, мне страшно и больно, все вокруг потеряло смысл. И
все кругом чужие. — Ей стало тошно от собственных слов, но она
преодолела дурноту. — Свяжись с ОЭС, узнай, что они выяснили. —
Проехав через ворота, Ева набрала домашний номер доктора Шарлотты Миры: —
Извините, я знаю, что еще слишком рано.
— Ничего, я уже встала.
На панели видеотелефона Ева видела, что мягкие собольи волосы Миры замотаны
белым махровым полотенцем. Ее лицо блестело — не то от воды, не то от пота.
— У меня утренний сеанс йоги. Что случилось?
— Групповое убийство. Вторжение в дом. Вся семья погибла за исключением
девятилетней дочери. У нее подружка ночевала — убита по ошибке. Девочка все
видела. Я спрятала ее у себя дома.
— У вас дома?
— Я вам потом обрисую все в деталях, но пока дела обстоят так. Я еду
извещать родителей убитой подружки.
— Да сжалится над ними бог!
— Знаю, у вас, наверное, дел под завязку, но сегодня днем я должна буду
расспросить уцелевшую девочку. Мне понадобится промыватель мозгов... Ой,
извините.
— Без проблем.
— Мне понадобится психиатр, имеющий опыт общения с детьми и знакомый с полицейской процедурой.
— Когда мне подъехать?
— Спасибо, — с искренним облегчением сказала Ева. — Я,
конечно, предпочла бы вас, но, если вы сильно загружены, приму любого, кого
вы порекомендуете.
— Я найду время.
— Хорошо. — Ева посмотрела на часы, прикидывая, когда сумеет
освободиться. — Как насчет полудня? Мне до того еще предстоит
провернуть кучу дел.
— Значит, в полдень. — Мира сделала пометку в электронной записной
книжке. — В каком она состоянии?
— Она не пострадала.
— Я спрашиваю про эмоциональное состояние.
— Я бы сказала, она держится.
— Способна к общению?
— Да. Мне потребуется письменное заключение для Службы защиты детей и
еще гора разных бумаг. Время поджимает, потому что я действовала через
голову социального работника. Придется уведомить ее начальство. Это срочно.
— Давайте я этим займусь. Увидимся в полдень.
— Электронный отдел работает на месте преступления, — доложила
Пибоди, когда Ева прервала связь. — Проверяют охранную систему.
Телефоны, компьютеры и прочее перевезут в Управление.
— Хорошо. Есть что-нибудь о родственниках других жертв?
— Родители Гранта Свишера развелись. Где сейчас
...Закладка в соц.сетях
