Жанр: Любовные романы
Яд бессмертия
...цветам вы?
— Я равнодушен к цветам. У меня ими занимаются специальные люди.
— Странно... Ведь вы же зарегистрированы как ученый-цветовод!
— Я...
— Вы подали заявку на лицензию и получили ее три месяца назад. Примерно
тогда же вы заплатили Джерри Фитцджеральд сто двадцать пять тысяч. Через два
дня вы заказали в лаборатории
Эден
на Гаити
Цветок вечности
.
— Интерес моего клиента к флоре не имеет отношения к делу!
— Как раз имеет. Кстати, это не суд, а допрос. У допроса своя логика.
Зачем вам понадобился этот цветок?
— Это.., в подарок Пандоре.
— Вы затратили массу времени, труда и денег на получение лицензии,
потом приобрели за немалые деньги это своеобразное, мягко говоря, растение —
и подарили его женщине, с которой иногда занимались сексом? Женщине, которая
за последние полтора года вытянула из вас более трехсот тысяч долларов?
— Инвестиции — это одно, а подарок — совсем другое.
— Не морочьте мне голову! А вы, господин адвокат, поосторожнее с
ремарками — они протоколируются. Где цветок сейчас?
— В Лос-Анджелесе.
— Пибоди, подготовьте ордер на конфискацию.
— Минутку! Что происходит? — Редфорд вскочил. — Это моя
собственность! Я заплатил деньги!..
— Вы фальсифицировали данные для лицензии и незаконно приобрели
находящееся под запретом растение. Оно будет конфисковано, а вы понесете
соответствующее наказание. Пибоди!
— Слушаюсь.
Отвернувшись, чтобы скрыть победную усмешку, Пибоди включила прибор связи.
— Очевидный произвол! — взвился адвокат. — А эти мелкие
придирки просто смешны.
— Подождите, это только начало. Вы знали, что собой представляет
Цветок вечности
, Редфорд. Знали, что он необходим для изготовления
наркотика. Пандора собиралась хорошо на нем заработать. Она что, хотела
лишить вас доли?
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— Может, она подсадила вас на этот препарат, превратила в наркомана,
давая пробовать? Или, наоборот, не давала, заставляя униженно просить?
Довела до того, что у вас возникло желание ее прикончить?
— Да я ее пальцем не тронул! — взорвался Редфорд.
— Но вы знали, что происходит. Знали, чем владеет Пандора. Очевидно,
она делилась с вами, и в какой-то момент вы решили, что гораздо выгоднее
будет обходиться без нее. Вы купили растение. Скоро мы узнаем, делали ли вы
анализ вещества. Имея цветок, вы могли бы сами производить наркотик и не
нуждались бы больше в Пандоре. Ведь она была неуправляема, требовала бы еще
денег, еще наркотика... Может быть, вы хотели сделать своей партнершей
Джерри? Вы знали, что наркотик смертелен, но зачем ждать целых пять лет?
Убрав Пандору, вы развязывали себе руки.
— Я ее не убивал. Между нами все было кончено. Она уже ничем не могла
помешать мне. У меня не было причин совершать убийство.
— Той ночью вы пришли к ней в дом. Вы легли с ней в постель. У нее был
наркотик. Может быть, она вас дразнила? Вы уже совершили два убийства, чтобы
защитить себя и свои деньги, но у вас на пути по-прежнему стояла она.
— Никого я не убивал!
Ева позволила ему кричать, не оспаривала протесты и угрозы адвоката.
— Вы последовали за ней, когда она бросилась к Леонардо, или сами ее
туда отвезли?
— Я там не бывал. И ее не трогал. Если бы я хотел ее убить, то сделал
бы это прямо у нее дома, когда она стала мне угрожать.
— Пол...
— Замолчи! Не мешай! — прикрикнул Редфорд на своего
адвоката. — Ведь она пытается повесить на меня убийство! Да, у нас
произошла ссора. Она требовала еще денег, много денег. Показала мне свой
персональный запас наркотика. Целое богатство! Но я уже получил химический
состав и перестал в ней нуждаться. Я так ей и сказал. Мне в помощницы вполне
сгодилась бы Джерри. Пандора взбесилась, грозила меня разорить, убить. Но я
только посмеялся над ней и с огромным удовольствием ушел, оставив ее
беситься дальше.
— Вы собирались самостоятельно изготавливать и распространять
сильнодействующее наркотическое средство?
— В ограниченном масштабе. — Редфорд вытер рот тыльной стороной
ладони. — Да, я собирался его производить! Ведь это же огромные деньги!
Слишком много денег, я уже не мог остановиться... А угрозы Пандоры не стоили
ломаного гроша, понимаете? Она не могла бы меня разорить, не разорившись
сама. А этого она бы не допустила. Хотя, признаться, узнав о ее смерти, я
откупорил бутылку шампанского и выпил за убийцу.
— Замечательно. Повторим все сначала.
Арестовав Редфорда, Ева наведалась к начальству. В кабинете шефа она застала
Касто и окружного прокурора.
— Отлично сработано, лейтенант, — заметил Уитни.
— Спасибо, сэр. Хотя я предпочла бы арестовать его за убийство, а не за
наркотики.
— Может, еще придется.
— Лейтенант. — При ее появлении прокурор встал и остался стоять.
Его манеры были притчей во языцех в суде: даже нанося смертельный удар, он
не забывал о манерах. — Я восхищен блеском, с которым вы провели
допрос. С радостью допросил бы вас в суде как свидетеля по этому делу, но,
боюсь, допрашивать придется только лейтенанта Касто.
— А убийство?
— У нас на него ничего нет. Я имею в виду улики, — уточнил он,
заметив, что она намеревается возразить. — И мотив. Вы ведь сами
доказали, что он мог добиться поставленной цели, не убивая ее. Очень
вероятно, что он виновен, но предстоит еще много поработать, чтобы доказать
обвинение.
— Однако вам хватило доказательств, чтобы предъявить обвинение Мевис
Фристоун.
— Там все улики налицо, — напомнил он.
— Но вы же знаете, господин прокурор, что она этого не делала. Знаете,
что между тремя пострадавшими существует связь. — Ева выразительно
взглянула на Касте, развалившегося в кресле. — В отделе наркотиков это
тоже знают.
— Вынужден поддержать лейтенанта Даллас, — проговорил
Касто. — Мы установили, что между подозреваемой Фристоун и
наркотическим веществом, известным как
Бессмертие
, не существует никакой
связи. Отсутствует также связь между ней и остальными пострадавшими. На ее
биографии имеются пятна, но старые и мелкие. Если хотите знать мое мнение,
она просто оказалась в неудачном месте в неудачный момент. — Касто
улыбнулся Еве. — Вынужден солидаризоваться с лейтенантом Даллас и
рекомендовать снять с Мевис Фристоун обвинения в ожидании результатов
дальнейшего расследования.
— Ваша рекомендация будет учтена, лейтенант Касто, — сказал
прокурор. — Вместе с прочими обстоятельствами. На данном этапе
утверждению о связи между тремя убийствами недостает доказательности. Тем не
менее мы намерены удовлетворить последнее ходатайство адвоката мисс Фристоун
о проверке ее на детекторе лжи и методом аутогипноза. Наше решение будет
зависеть от результатов этой проверки.
Ева облегченно перевела дух. Это была уступка. И какая!
— Спасибо, сэр.
— Мы — одна команда, лейтенант. Надеюсь, вы будете помнить об этом,
выступая на пресс-конференции.
Прокурор заговорил о чем-то с майором Уитни, а Ева подсела к Касто.
— Я благодарна тебе за поддержку.
— Я всего лишь высказал свое профессиональное суждение. — Он пожал
плечами. — Надеюсь, твоей подруге это поможет. По-моему, Редфорд
виновен, как первородный грех. Или он сам прикончил всех троих, или кого-то
нанял.
При всей заманчивости второй версии Ева удрученно покачала головой.
— Профессионалы не вкладывают в свои удары столько личной ненависти. Но
все равно, спасибо тебе за содействие.
— Можешь считать это возвращением долга. Ведь благодаря тебе я получил
одно из крупнейших дел десятилетия по наркотикам! Вот расследуем все до
конца, огласим результаты — и не миновать мне капитанских нашивок.
— Тогда заранее поздравляю.
— И я тебя. Если ты успешно расследуешь эти убийства, повышение получим
мы оба.
— Расследую, можешь не сомневаться. Внезапно Касто дотронулся до ее
волос, и Ева удивленно приподняла брови.
— Новая прическа? Мне нравится! — Он улыбнулся и картинно сунул
руки в карманы. — Слушай, а ты уверена, что выходишь замуж?
— А ты, кажется, ужинаешь с Пибоди? — спросила она ему в тон.
— Разве она не чудо? У меня вообще слабость к сильным женщинам, Ева,
поэтому ты должна простить мне огорчение по поводу твоих планов.
— Что ты, я польщена! — Заметив, что Уитни махнул им рукой, она
обреченно вздохнула. — Кажется, пора.
— Чувствую себя мозговой косточкой, брошенной голодной своре, —
пробормотал Касто при виде толпы репортеров, ввалившейся в кабинет. — А
ты?
Через несколько часов свора утолила голод. Ева сочла бы день удачным, если
бы на подземной стоянке ее не подстерегла Надин.
— Как ты здесь оказалась? Сюда не допускаются посторонние.
— Для меня сделали исключение. — Надин оперлась о ее машину и
улыбнулась. — Может, подвезешь?
— Я не еду мимо вашей студии. — Видя, что Надин ничем не проймешь,
Ева выругалась и распахнула дверцу. — Залезай.
— А ты отлично выглядишь, — сказала ей Надин. — Кто делал
прическу?
— Подруга подруги. Я устала рассказывать про свои волосы, Надин.
— Тогда расскажи про убийство, наркотики и деньги.
— Я сорок пять минут только об этом и говорила. — Ева показала
свой значок охранной камере и вылетела на улицу. — Или тебя при этом не
было?
— Была и видела танцы на пуантах. Слушай, что за душераздирающий
скрежет?
— Моя свежеотремонтированная машина.
— Последствия очередного урезания бюджета? Позор! Лучше поведай о новом
направлении в расследовании.
— Я не имею права обсуждать эту сторону следствия.
— Ну-ну... А что за кутерьма с Полом Редфордом?
— Редфорд, как было заявлено на пресс-конференции, обвиняется в
подлоге, незаконном приобретении запрещенного растительного материала и
намерении производить и сбывать сильнодействующее наркотическое вещество.
— Каким боком это относится к убийству Пандоры?
— Я не имею права...
— Черт с тобой! — Надин поерзала на сиденье, с ненавистью глядя на
транспортную пробку впереди. — Слушай, давай меняться.
— Смотря на что.
— Мне нужно взять эксклюзивное интервью у Мевис Фристоун.
Ева не удосужилась ответить. Услышав ее фырканье, Надин прикрикнула:
— Брось упираться, Даллас! Пусть она ознакомит общественность с
собственной версией.
— Плевать на общественность!
— Можно я это процитирую? Ева, что происходит? Вы с Рорком встали
вокруг нее стеной, к ней никто не может прорваться. Чего вы боитесь? Ты ведь
знаешь, что я ее не обижу.
— Да, мы держим круговую оборону. Да, к ней никто не прорвался и не
прорвется. Да, ты скорее всего ее не обидишь. И все-таки она не будет
общаться с прессой!
— Чье это решение — ее или твое?
— Лучше отстань, Надин, не то тебе придется пересесть на общественный
транспорт.
— Передай ей мою просьбу, вот и все. Пусть знает, что я готова сделать
ее версию достоянием гласности.
— Все выложила? Смени тему.
— Пожалуйста. Сегодня я услышала любопытную светскую сплетню.
— Ты же знаешь, как я люблю подробности из жизни богатых.
— Не забывай, Даллас, скоро ты сама станешь одной из них. — При
виде ее негодующей гримасы Надин расхохоталась. — Люблю тебя дразнить.
Это так просто! В общем, болтают, будто самая сладкая парочка последних двух
месяцев поругалась.
— Сейчас подохну от любопытства.
— Не исключено. Парочка в самом деле любопытная: Джерри Фитцджеральд и
Джастин Янг.
Ева настолько заинтересовалась, что рассталась с намерением высадить
пассажирку на ближайшей автобусной остановке.
— Выкладывай.
— На сегодняшней репетиции шоу Леонардо наши голубки публично
сцепились. Говорят, дошло до рукопашной.
— Они подрались?!
— Согласно моему источнику это никак нельзя было назвать любовными
поглаживаниями. Джерри нашла спасение в своей роскошной гардеробной — она
ведь там теперь главная звезда. Джастин удрал с подбитым глазом. Спустя
несколько часов его видели на гавайском острове Мауи в обществе блондинки —
тоже манекенщицы, только помоложе.
— Из-за чего вышла ссора?
— Этого никто не знает. Скорее всего секс показал свою уродливую
изнанку. Она обвинила его в измене, он не остался в долгу. Она сказала, что
найдет, кем его заменить, он выразил аналогичную уверенность. Он ей больше
ни к чему, она ему — тоже.
— Интересно, Надин, только совершенно бессодержательно.
"Разве что время, когда это случилось... — промелькнуло у Евы в голове.
— Может быть. Но разве не забавно? Заметные персоны, излюбленные герои
светской хроники закатывают публичный скандал! Тебе не приходит в голову,
что это инсценировка?
— Все это досужие домыслы. Я же сказала, что никакой важной информации
ты мне не сообщила. — Ева затормозила. — Твой канал.
— А до дома не подбросишь?
— К твоим услугам автобус.
— Слушай, Даллас, перестань притворяться! Я знаю, ты немедленно
займешься тем, что сейчас от меня услышала. Не поделишься ли в знак
благодарности кое-какими сведениями?
Требование было законным, но Ева продолжала обороняться:
— Пока что все очень зыбко. Я не могу рисковать.
— Обещаю, я ничего не пущу в эфир, пока не получу твоего согласия.
Ева покачала головой.
— Не могу. Мевис слишком мне дорога. Пока она не будет полностью оправдана, я должна ее беречь.
— Хотя бы скажи, идет ли дело к оправданию. Не жмись, Даллас!
— Строго между нами: прокурор готов пересмотреть обвинение. Но о снятии
обвинения речи пока не идет.
— У тебя появился новый подозреваемый? Неужто сам Редфорд?
— Не провоцируй меня, Надин! Ведь мы с тобой без пяти минут подруги.
— Давай сделаем так: если что-то из того, что ты от меня узнала или еще
узнаешь, поможет следствию, то ты тоже окажешь мне услугу.
— Когда все прояснится, ты узнаешь об этом первой.
— Пообещай, что за десять минут до предоставления прессе любой свежей
информации ты побеседуешь со мной с глазу на глаз.
Ева открыла ей дверцу.
— Пока, Надин.
— Хорошо, за пять минут. Опомнись, Даллас: что для тебя значат паршивые
пять минут?!
— Зато для тебя это сотни пунктов рейтинга и тысячи долларов прибыли.
Ладно, пять минут — но только если будет о чем шептаться. Больше ничего не
обещаю.
— Договорились. — Довольная Надин вылезла из машины. На прощание
она сказала:
— Тебе сопутствует удача, Даллас. Ведь ты специалистка по трупам и
невиновным.
"Трупы и невиновные... Ева поежилась. Она-то знала, что вина часто лежит на
трупах.
Хмурясь от лунного света, заливающего кровать сквозь стеклянный потолок,
Рорк отодвинулся от Евы. Он поймал себя на новом ощущении — никогда еще он
не испытывал такого волнения и неуверенности во время занятий любовью. А
также до и после этого... Причин можно найти с десяток, убеждал он себя,
глядя на Еву, по привычке старавшуюся потеснее к нему прижаться. Хотя бы
чужие люди в доме: пестрая компания Леонардо захватила целое крыло. А куча
проектов и сделок на разных стадиях реализации? А дела, которые он решил
завершить до свадьбы? А сама свадьба? Разве все это — не причины для легкой
растерянности?
Увы, Рорк всегда был с самим собой честен до безжалостности. У его состояния
существовала одна-единственная причина. Это была засевшая в голове картина —
маленькая Ева, избитая до крови. Он боялся, что, дотронувшись до нее, вернет
прошлое и красота сменится уродством.
Ева приподнялась на локте и пристально посмотрела на него. Ее лицо все еще горело, глаза были темны.
— Просто не знаю, что тебе сказать... Рорк провел пальцем по ее
подбородку.
— О чем?
— Я не хрустальная ваза. У тебя нет оснований обращаться со мной так,
будто я того и гляди разобьюсь.
Рорк нахмурился, впервые осознав, что она видит его насквозь. А он-то
считал, что непроницаем для всех, даже для нее! Открытие было не из
приятных.
— Не пойму, о чем ты. Тебе налить вина? Он собирался встать, хотя ему
совсем не хотелось пить, но Ева удержала его.
— Рорк, раньше ты никогда меня не обманывал, — сказала она, и в
голосе ее звучал испуг. — Если из-за того, что я когда-то совершила,
из-за моих воспоминаний ты стал иначе ко мне относиться...
— Ты хочешь меня оскорбить? Нешуточный гнев, с которым он произнес эти
слова, заставил Еву вздохнуть с облегчением.
— А что еще прикажешь думать?! После той ночи ты впервые ко мне
прикоснулся, и то это походило больше на исцеление больных, чем на...
— Тебя не устраивает нежность?
Он еще раз доказал свой ум. Что и говорить, Рорк в любом состоянии умел
обращать ситуацию себе на пользу. Но она не отпустила его руку, не отвела
взгляд.
— Думаешь, я не чувствую, когда ты сдерживаешься? Не хочу, чтобы ты
сдерживался. Мне это не нужно.
— Зато нужно мне! — Он высвободил руку. — Некоторые привыкают
быстро, некоторые медленно. И хватит об этом.
Это прозвучало как пощечина. Ева кивнула, легла и отвернулась.
— Как хочешь. Просто запомни: то, что происходило со мной в детстве, не
имело отношения к сексу. Это была одна только грязная непристойность.
Она крепко зажмурилась и усилием воли заставила себя заснуть.
Глава 16
Вызов, как это часто бывало, прозвучал на заре. Ева потянулась к сотовому
телефону, не открывая глаз.
— Даллас слушает.
— К сведению лейтенанта Евы Даллас. Мертвый мужчина, подозрение на
убийство, за домом девятнадцать по Сто восьмой стрит. Прибыть немедленно.
У Евы свело живот от дурного предчувствия. Она не дежурила сегодня и потому
не должна была получать ночных вызовов.
— Причина смерти?
— Побои. Пострадавший не опознан ввиду повреждения лица.
— Вызов принят. Проклятие!
Она спустила ноги с кровати и с удивлением увидела, что Рорк уже начал
одеваться.
— Ты куда?
— Отвезу тебя на место преступления.
— Ты — гражданское лицо. Тебе там нечего делать. Рорк бросил на нее
насмешливый взгляд.
— Ваша машина в ремонте, лейтенант. Разве вы забыли? — Он не
обращал внимания на ее рассерженное бормотание, сопровождавшее натягивание
джинсов. — Я просто высажу тебя и поеду дальше. На работу.
— Как хочешь, — бросила она, застегивая портупею.
Район не заслуживал доброго слова. Злобные надписи на стенах, битое стекло
под ногами, знаки, свидетельствующие о том, что дома предназначены к сносу.
Тем не менее здесь продолжали жить, тесниться в грязных комнатушках,
скрываться от патрулей, находить отраду в дури, приносящей максимальный
кайф.
Стоя перед полицейским ограждением и ежась от утреннего ветерка, Рорк думал
о том, что такие кварталы существуют по всему свету. Он сам вырос в таком
же, пусть и находящемся в трех тысячах миль отсюда, по ту сторону Атлантики.
Он хорошо понимал здешнюю жизнь, жалкие уловки отчаявшихся, понимал
жестокость, результат которой был в данный момент у Евы перед глазами.
Наблюдая за ней из толпы бездомных, сонных уличных шлюх, просто любопытных,
он поймал себя на мысли, что так же хорошо понимает и ее.
Движения Евы были стремительны, лицо бесстрастно. Однако глаза, устремленные
на останки, совсем недавно бывшие живым человеком, источали жалость. Какая
все-таки живучая, сильная, гибкая женщина! Залижет любое количество ран — и
будет жить дальше. Рорк как никогда ясно осознал, что от него она ждет не
исцеления, а только понимания.
— Что, не совсем привычная для тебя обстановка, Рорк?
Рорк покосился на Фини.
— Я видал кое-что похуже.
— Да и мы кое-чего повидали. — Фини со вздохом достал из кармана
булочку в обертке. — Хочешь перекусить?
— Потерплю. Ешь, не стесняйся. Фини быстро проглотил свой завтрак.
— Пойду взгляну, чем там занимается наша девочка. — Он прошел
сквозь ограждение, постучав пальцем по приколотому к груди полицейскому
значку, чтобы успокоить нервных полицейских в форме. — Хорошо, что еще
не понаехали репортеры.
— Убийство в таких трущобах само по себе не вызовет интереса, —
заметила Ева. Ее руки, покрытые специальным составом, были в крови. —
Вот когда станет известно, как оно совершено, тогда жди столпотворения. Все
сняли? — спросила она у видеооператоров и, получив утвердительный
ответ, опустилась на колени. — Давай-ка его перевернем, Фини.
Убитый то ли упал ничком, то ли был брошен в такой позе. В затылке
красовалась дыра размером с кулак, из которой натекло много крови вперемешку
с мозгами.
— Опознание еще не произведено, — доложила Ева. — Я послала
Пибоди в дом: она ходит по квартирам и ищет кого-нибудь, кто его знает или
что-то видел.
Фини оглядел фасад дома с заднего двора. Грязные оконные стекла были густо
забраны решетками. Бетонный дворик, где толпилась полиция, украшали мусорный
бак, мешок с отбросами и груда ржавого железа.
— Ну и местечко! — пробурчал Фини.
— Я сняла отпечатки пальцев. Их сейчас проверяют. Орудие убийства уже в
мешке: это железная труба от мусорного бака. — Ева прищурилась. —
Странно... Убив Бумера и Хетту Моппет, он не оставил на месте преступления
орудий убийства. У Леонардо оно лежало рядом с убитой, но там причина
понятна. А сейчас он с нами, по-моему, просто играет: оставил трубу так, что
нашел бы и слепой, попросту подбросил. Ну, что скажешь о клиенте?
Убитый был разодет как попугай: жатые шорты до колен с яркими полосами,
желтая майка, дорогие расшитые сандалии.
— У него водились деньжата, чтобы транжирить их на безвкусное
тряпье. — Фини опять перевел взгляд на дом. — Если он здесь жил,
то явно не вкладывал средства в недвижимость.
— Торговец наркотиками, — определила Ева. — Среднего уровня.
Жил там, где работал.
Она встала, вытерла кровь о джинсы и посмотрела на подошедшего к ней
полицейского в форме.
— Пострадавший опознан, лейтенант. Ламонт Ро по кличке Таракан. Богатый
список судимостей, в основном за наркотики: владение, изготовление с целью
сбыта, несколько нападений.
— Кто-нибудь его использовал? Был ли он чьим-нибудь осведомителем?
— Эти данные отсутствуют.
Ева перевела взгляд на Фини, который пожал плечами, показывая, что
безмолвная просьба принята: все, что можно узнать, он узнает.
— Ладно, давай засунем его в мешок. Пусть им займется патологоанатом, а
здесь поработают
подметальщики
. Ты меня подвезешь, Фини?
— Можно.
Ева еще раз огляделась и остановила взгляд на Рорке.
— Я сейчас. — Она подошла к ограждению. — Ты же, кажется,
собирался на работу.
— Сейчас поеду. Ты закончила здесь?
— Почти. Меня подвезет Фини.
— Думаешь, тут поработал тот же убийца? Она хотела было привычно
ответить, что
на данном этапе следствие не располагает...
, но только
пожала плечами. Не пройдет и часа, как сюда нагрянут дотошные репортеры.
— Слишком мало осталось от лица. Так что догадка напрашивается сама
собой. Мне еще надо...
Ее отвлек крик. Вернее, протяжный визг, способный разбудить мертвого. Из
дома выбежала толстуха в развевающемся красном пеньюаре. Отшвырнув обоих
полицейских в форме, как беспомощных щенков, она кинулась к останкам
Таракана.
— Только этого не хватало!
Ева метнулась ей наперерез. В каком-то ярде от тела она совершила прыжок,
сбила толстуху с ног и покатилась
...Закладка в соц.сетях
