Жанр: Любовные романы
Прощай, Жаннет
...p;Сводная сестра? — удивилась Жаннет. — Право, не знаю.
— Господин маркиз сказал, что ты моя сводная сестра. Он велел: иди к
своей сводной сестре и скажи, что я ее жду. Еще он сказал, что невежливо
называть его господин маркиз, надо говорить папа. Я сказала, что ты не
называешь его папой, а он ответил, это потому, что он не твой отец, а мой, и
потому ты моя сводная сестра. — Теперь Лорен рыдала взахлеб.
— Merde, — сказала Жаннет, прижимая к себе девочку. — Не
обращай на него внимания, ангел мой. Я твоя старшая сестра — и все тут. И ты
вовсе не должна звать его папой, потому что он твой отец не больше чем мой.
— А зачем же он обманывает? — спросила Лорен с детской прямотой.
— Потому что хотел бы им быть. Но это не так.
— А кто тогда мой папа? — спросила Лорен.
— Твой папа уехал, так же как и мой.
— Ты его знала?
— Нет. Но я и своего отца не знала.
— Тогда почему мы сестры? Откуда это известно?
— Потому что у нас одна и та же мама, — ответила Жаннет.
— Ты ее знала?
— Да, милая.
— А почему я ее не знала?
— С ней произошел несчастный случай, когда ты была совсем
маленькая, — мягко сказала старшая сестра.
— Она умерла, да? — спросила девочка. — Как наши папы?
— Да, — Жаннет поцеловала Лорен в щеку. — Но не стоит
расстраиваться. Нас двое, мы вместе.
Лорен отстранилась и потерла нос тыльной стороной ладони.
— Наша мама была хорошая?
— Очень.
— Красивая?
— Одна из самых красивых женщин Парижа, — сказала Жаннет. —
Она тебя очень любила.
— А тебя?
Жаннет медленно кивнула.
— И меня.
Лорен немного подумала.
— Жалко, что я ее не помню. Когда вырасту, хочу быть такой, как она.
Жаннет молчала.
Девочка заглянула ей в глаза.
— Как ты думаешь, а не можешь ты стать моей мамой?
— Ну что ты! Я не могу быть одновременно твоей сестрой и твоей мамой.
— Не взаправду, Жаннет, — быстро поправилась Лорен. — Я хочу
сказать, понарошку. Когда мы с тобой одни. И мы никому не скажем. Ведь даже
понарошку приятно, когда у тебя есть мама.
Жаннет немного подумала, потом кивнула.
— Ладно. Но только понарошку, хорошо? Малышка радостно улыбнулась и
обхватила шею старшей сестры ручонками.
— Спасибо тебе, — сказала она, целуя ее в щеку. Жаннет на
мгновение крепко прижала ее к себе и тут же сказала.
— А теперь, пора в постель. Лорен снова поцеловала ее.
— Спокойной ночи, мама, — прошептала она и выбежала из комнаты.
Жаннет повернулась к зеркалу и насухо вытерла волосы. Расчесала их и не
спеша оделась. Уже на лестнице она вдруг сообразила, что автоматически
надела черный лифчик и трусики, которые когда-то подарил ей Морис.
Он стоял за дверью, и девушка увидела его, только войдя в библиотеку. Прежде
чем она успела вымолвить хоть слово, он изо всех сил ударил ее по щеке. Удар
был таким сильным, что она не удержалась на ногах и упала. Юбка задралась.
Какое-то время он молча смотрел на нее, потом внезапно сунул руку ей между
ног. Трусики у нее были совсем мокрые.
— Шлюха! — сказал он с удовлетворением в голосе. Он выпрямился и
подтолкнул ее концом ботинка. — Шлюха!
Отойдя от нее, он уселся на диван. Какое-то время Жаннет молча смотрела на
него, потом поднялась на все еще дрожащие ноги.
— Сучка, — сказал он спокойно. — Что это за игры ты со мной
затеяла?
— Никаких игр, — ответила она бесцветным голосом.
— Я все уже подготовил для поездки в Америку и вдруг узнаю, что ты не
едешь.
— Я передумала, — ответила Жаннет.
— Ты передумала? — насмешливо переспросил он. — А я-то думал,
ты хочешь побольше узнать о бизнесе.
— Мне все надоело. Зачем мне работать? И без меня все идет нормально.
Денег хватает.
— И ты позволишь этому нацисту и дальше сосать из тебя все соки?
Жаннет молчала. Она пошла к буфету, налила себе ликера, добавила воды и
перемешала. Отпила глоток, чувствуя, как силы возвращаются к ней.
— Мне просто неинтересно, вот и все, — объяснила она. Его бросок
был так стремителен, что бокал вылетел из ее руки и она даже не успела
понять, что происходит. Повернула голову, пытаясь избежать удара, но не
успела и упала на пол около камина, затуманенными от боли глазами следя за
его приближением.
Перевернувшись, она схватила небольшую железную кочергу. Крепко зажав ее в
руках, откатилась от него и вскочила на ноги. И тут же замахнулась.
Морис с трудом увернулся. Отскочив в сторону, он с изумлением уставился на
Жаннет, пораженный ненавистью, которую прочел в ее глазах.
Она презрительно прошипела:
— Еще раз дотронешься до меня хоть пальцем, и я докончу то, что начала
моя мать.
— Сумасшедшая! — закричал Морис. — Такая же, как мамаша!
— Убирайся! — взвизгнула Жаннет, надвигаясь на него. — Пошел
вон!
Он кинулся к двери, но остановился, взявшись за ручку.
— Послушай, — сказал он. — Я просто не хочу, чтобы ты все
потеряла.
— Я сама могу о себе позаботиться. Только держись подальше от меня, от
этого дома и от моей сестры, иначе я убью тебя. А теперь, вон!
— Когда-нибудь ты приползешь на коленях и будешь просить о
помощи, — бросил он и хлопнул дверью.
Некоторое время Жаннет смотрела на дверь, потом ноги ее подкосились, и она
упала в кресло. Кочерга выпала из рук. Она прикрыла глаза, отдаваясь на волю
пульсирующих волн, которые сотрясали тело. Почти автоматически сунула руку в
трусики, и, как только пальцы коснулись влажного вспухшего клитора, ее
сотряс оргазм.
— О, Господи, — простонала она, — перевернулась вниз лицом,
закрыла голову руками и зарыдала.
Подходя к пункту полицейского контроля, Хайди увидела Иоганна. Он стоял за
барьером. Протягивая паспорт в узенькое окошечко, она помахала ему рукой. Он
улыбнулся и помахал ей в ответ. Молодая женщина вдруг заметила, что в руке
он держит небольшой букет цветов. Полицейский поставил штамп в паспорт и
вернул его Хайди. Она схватила его и почти бегом бросилась к Иоганну.
После минутной паузы он смущенно протянул ей цветы. Она взяла букет,
посмотрела ему в лицо и крепко обняла.
Охрипшим от волнения голосом он прошептал ей на ухо:
— Я до самой последней минуты боялся, что ты не приедешь.
Голос Хайди дрожал от смеха и слез сразу.
— А я боялась, что ты так меня и не позовешь. Она посмотрела на
букет. — Чудесные цветы. Совсем не обязательно было их покупать.
Он засмеялся и взял у нее из рук маленький саквояж.
— Пошли, возьмем остальной багаж.
Движение по автостраде Орли — Париж было оживленным.
— Еще не кончился утренний час пик, — объяснил Иоганн.
— Меня это не раздражает, — успокоила его Хайди.
— Ты поспала в самолете?
— Немножко, — ответила она.
— Приедем домой, примешь ванну. Потом отдохнешь и сразу почувствуешь
себя лучше.
— Да я нормально себя чувствую, — быстро сказала она. —
Просто перевозбудилась.
Иоганн рассмеялся.
— Надеюсь, волнение не помешало тебе захватить все нужные бумаги?
— Привезла все до одной.
— Молодец, — похвалил он. — У меня есть приятель в мэрии. Он
обещал все ускорить. Так что понадобится не больше десяти дней.
— Так долго? — В голосе Хайди прозвучало явное огорчение. — В
Штатах это можно сделать за сутки.
Он снова рассмеялся.
— Ты во Франции. Забыла?
Она кивнула и дотронулась до его руки.
— Неважно. Я согласна ждать хоть целую вечность. Главное, что мы теперь
вместе.
— Мы теперь всегда будем вместе, — сказал он. Потом взглянул на
нее. — Я отремонтировал квартиру, но, если тебе что-нибудь не
понравится, можно переделать.
— Уверена, мне все понравится, — успокоила его Хайди. — Это ведь только на два года.
Он молчал.
— Ты действительно сделаешь так, как говорил? — быстро спросила
она.
Иоганн кивнул.
— Обязательно. К тому же мне кажется, что, когда Жаннет исполнится
двадцать один, она сама будет рада от меня избавиться.
Хайди внимательно взглянула на него.
— Тебя это не огорчает?
— Пожалуй, нет, — признался Иоганн. — Вот только беспокоюсь о
малышке, о Лорен. Надо найти какой-то способ защитить ее.
— У тебя есть два года, — утешила Хайди. — Что-нибудь
придумаешь, я уверена. — Она помолчала. — Мне хочется поскорее
познакомиться с Жаннет.
Он засмеялся.
— Придется подождать месячишко. Она сейчас в Швейцарии, в клинике.
— Заболела?
— Да нет. Считает, что должна выглядеть как манекенщица.
— Она что, полная?
— Вовсе нет, — ответил Иоганн. — Но она вылитая мать. Крупная
девушка.
— У детей часто появляются странные идеи, — заметила Хайди.
Он задумчиво взглянул на нее.
— Жаннет вовсе не ребенок. Мне иногда кажется, что она никогда не была
им.
— Иоганн женится на этой неделе, — сказал Жак.
— Поверить не могу, — заметил Морис, делая знак официанту, чтобы
принес следующую порцию выпивки. — Я знаю невесту?
Жак покачал головой.
— Никто из нас ее не знает. Американка. Отец вроде бы очень богат.
— Молодая?
— Около тридцати, я думаю. Она на днях заходила в контору. Очень мила.
Похоже, родители у нее немцы.
— А чем они занимаются? — спросил Морис. Жак пожал плечами.
— Понятия не имею.
— Неплохо бы выяснить, — сказал Морис. — Иоганн далеко не
дурак. Может, тут есть какая-нибудь связь с его планами насчет компаний.
— Попробую разузнать, — согласился Жак. — А тебе удалось
выяснить, где Жаннет?
— Полный мрак, — ответил Морис. — Исчезла, и все тут. Вряд ли
хоть кто-нибудь знает, где она.
— Иоганн знает, — уверенно сказал Жак. — Он единственный, кто
не проявляет любопытства: Но он нем как рыба.
— Может, это как-то взаимосвязано, — сказал Морис. — Нам надо
быть повнимательнее, а то не заметим, как все уплывет из рук.
— А ты думаешь, у нас еще есть шанс? — спросил Жак.
— Даже больший, чем раньше, раз Иоганн женится. Жаннет может не
понравиться, что у него появились какие-то другие интересы, кроме ее
собственных. Если она решит, что он переметнулся, может обратиться к нам.
Жаннет сошла с весов и повернулась к врачу.
— Всего шесть килограммов, — заметила она. — Немного.
Доктор Шайндлер улыбнулся.
— Достаточно. Больше килограмма в неделю. Если двигаться быстрее, кожа,
да и все остальное может обвиснуть.
— Грудь уже начинает обвисать, — сказала девушка.
— А вы делаете те упражнения, которые я вам рекомендовал? — Врач
сжал руки перед грудью, изо всех сил напрягая грудные мышцы. Было видно, как
они перекатываются у него под рубашкой.
— Весь день, как идиотка, только этим и занимаюсь, — сердито
ответила Жаннет. — Не очень-то помогает.
— На все требуется время, — улыбнулся врач. — И
терпение. — Он что-то записал в карточку. — Следует соблюдать
осторожность. Можно нарастить мускулы, от которых потом сложно будет
избавиться.
— Merde. — Она села у его стола. — И еще. Я все время нервничаю.
Меня все раздражает.
Шайндлер сделал еще одну пометку в карте.
— Я сокращу количество уколов. С сегодняшнего дня вам их будут делать
два раза в неделю, а не каждый день. Вы уже не испытываете чувства голода,
верно?
Жаннет покачала головой.
— Совершенно.
— Это хорошо. — Я назначу вам два сеанса массажа ежедневно. И
плавайте теперь не по полчаса, а по часу.
— Ужасно все надоело, — пожаловалась она. Он улыбнулся.
— Здесь не увеселительное заведение, это верно. У нас дело поставлено
серьезно, Жаннет. Вы обратились к нам за помощью, и мы делаем все, чтобы вам
эту помощь оказать.
— Не помешало бы устраивать какие-нибудь развлечения по вечерам, чтобы люди могли расслабиться.
— Например?
— Кино показывать. Можно послушать музыку, или еще что-нибудь. Чтобы
отвлечься от всей этой скуки.
Он кивнул.
— Неплохая мысль. Мы подумаем.
— Тогда пациентам не будет казаться, что они в тюрьме. Сами подумайте,
ну сколько можно слушать лекции о диете и физических упражнениях?
Шайндлер рассмеялся.
— Наверное, вы правы. Я раньше как-то не думал об этом.
— И дела ваши пойдут лучше, — заметила Жаннет. — Людям будет
здесь интереснее.
Он кивнул и снова записал что-то в карточке.
— Спите хорошо?
— Не очень, — призналась она. — Я уже говорила вам, что
нервничаю.
— Я пропишу вам таблетки. — Но тут может быть побочный эффект: они
задерживают воду, так что результат обманчив.
— Ладно, обойдусь, — сказала Жаннет. — Мастурбация — лучший
естественный транквилизатор.
Доктор расхохотался.
— Чудесно быть молодым. — Он встал. — У вас все идет
нормально. Продолжайте в том же духе. Осталось всего пять недель. — Он
проводил ее до дверей кабинета. — Уверяю вас, вы будете довольны.
— Я буду счастлива, если моя грудь не повиснет до пупка.
— Об этом не беспокойтесь, — заверил Шайндлер. — Даже если
это произойдет, мы сумеем вам помочь.
— У нас просто такой порядок, герр Швебель, — сказал Иоганну
банкир. Он звонил из Швейцарии, и на линии были небольшие помехи. —
Госпожа маркиза оставила инструкции, что, если она не свяжется с нами в
течение трех лет, мы должны обратиться к вам за распоряжениями относительно
имущества, оставленного ею на хранение.
Иоганн молчал. Ни разу за все эти годы Таня не говорила ему, что у нее есть
имущество или вообще что-нибудь в швейцарском банке.
— У вас есть сведения относительно характера этого имущества? —
спросил он осторожно, потому что, хоть они и говорили по-немецки, никогда
нельзя было быть уверенным, что на линии не подслушивают.
— О содержимом у нас сведений нет, — ответил банкир. — Мы
только знаем, что имущество состоит из шести больших сейфов, которые мы
сдали в аренду госпоже маркизе в 1944 году на двадцать лет. Аренда была
оплачена вперед.
— Понятно, — задумчиво сказал Иоганн. 1944-й. В том году они
перебрались в Швейцарию. — Значит, на данный момент нет никаких срочных
проблем?
— Абсолютно никаких, — подтвердил банкир. — Как я уже сказал,
мы просто выполняем инструкции.
— А у вас есть дубликат ключа? — спросил Иоганн.
— Нет, — ответил банкир. — Единственный ключ был у госпожи
маркизы.
— Вы, разумеется, знаете, что госпожа маркиза умерла?
— Да, — ответил банкир. — Но по той же инструкции мы не
беспокоили вас раньше назначенного времени.
— Конечно, — сказал Иоганн. Все банкиры одинаковы. Инструкции для
них важнее, чем факт смерти. — Дайте мне время просмотреть бумаги
госпожи маркизы. Может быть, она оставила какие-нибудь распоряжения
относительно этого дела. Я свяжусь с вами позже.
— Благодарю вас, герр фон Швебель.
Иоганн улыбнулся про себя. Теперь, когда банкир убедился, что он взял дело в
свои руки, Иоганн превратился из герра Швебеля в герра фон Швебеля. Деньги и
власть, кто устоит перед ними?
— Я через несколько недель собираюсь в Швейцарию, — сказал
он. — Мы можем встретиться и обсудить все подробно.
— Я всегда в вашем распоряжении, герр фон Швебель, — ответил
банкир. — А пока я был бы вам очень признателен, если бы вы написали
нам письмо с подтверждением, что мы связались с вами — согласно инструкции.
Нам это необходимо для отчета.
— Я немедленно отправлю письмо, — пообещал Иоганн. Они вежливо
распрощались, и Иоганн положил трубку. Посмотрел на блокнот, в котором делал
пометки. Там была вся необходимая информация — банк, фамилия банкира. Все,
что нужно. Он вырвал листок из блокнота и аккуратно спрятал его в бумажник.
Потом вырвал следующие пять страниц и, скомкав, выбросил в мусорную корзину.
Хотел было позвонить секретарю, чтобы продиктовать письмо, потом передумал.
Он напишет письмо сам и отправит из дому. Он потребует, чтобы впредь банк
связывался с ним только по домашнему телефону. Не стоило возбуждать
излившего любопытства у сотрудников.
Он взглянул на часы. Хайди, вероятно, уже вернулась домой. Как и любая
другая невеста, она бегала по магазинам в поисках свадебного платья.
Короткого платья, а не длинного, подчеркнула она. Хайди сама сняла трубку.
— Ну, подобрала что-нибудь?
— Да, — у нее был возбужденный голос. — Совершеннейшее чудо.
— Где купила? — спросил он.
— У Мэгги Руфф. А когда я упомянула твое имя, мне дали двадцать
процентов скидки.
Иоганн рассмеялся.
— Вот и прекрасно. Когда я его увижу?
— Только в день свадьбы, — отрезала Хайди. — Говорят, плохая
примета — жениху видеть невесту в платье до свадьбы.
— Что же, придется подождать, — согласился Иоганн. — Отец не
звонил?
— Несколько минут назад, — сказала она. — Приедет на свадьбу.
— Замечательно, — обрадовался Швебель. — Мне не терпится
познакомиться с ним.
— И ему тоже.
— Ты в Швейцарии была когда-нибудь?
— Нет.
— Я знаю там маленькую гостиницу в горах, недалеко от Женевы, —
сказал Иоганн. — Ты не хотела бы провести там медовый месяц? Будет тихо
и спокойно. Может, даже, кроме нас, там вообще никого и не будет.
— Я жду не дождусь, — обрадовалась Хайди.
— Тогда я заранее закажу номер. Где бы ты хотела поужинать?
— Я подумала, может, мы сегодня поужинаем дома? А то ты даже не знаешь,
умею ли я готовить.
— И правда, — согласился Иоганн. — Я как-то об этом никогда
не думал. Меня больше другие вещи интересовали.
Она засмеялась.
— Ну, так я и готовить умею. Сам увидишь.
Он опустил трубку на рычаг. Шесть больших сейфов. С 1944 года. Он закрыл
глаза и попытался припомнить все, что случилось тогда, но ничего особенного
не вспомнил. Но ведь сейфы существуют.
И там что-то ценное и важное, раз Таня позаботилась об аренде на двадцать
лет вперед. Наверное, это было единственное, о чем она никому не
рассказывала, в том числе и ему.
Иоганн глубоко вздохнул. Завтра он пойдет в свой банк, достанет из сейфа все
ее бумаги и заново их просмотрит. Должен же там быть хоть какой-то намек.
Кроме того, надо найти ключ к этим сейфам.
— У него пивной завод, — сказал Жак.
— У кого? — удивился Морис.
— У отца невесты Иоганна, — ответил Жак. — Он очень богат.
Пивные заводы Мейера в Миннеаполисе.
Сообщение произвело впечатление на Мориса.
— Иоганн неплохо устроился. Я это пиво знаю. Оно называется
Туин
ситиз
. Одна из самых популярных марок пива в Штатах. Интересно, где он с
ней познакомился?
— Она была замужем и развелась. Потом работала агентом по закупке
модной одежды в Европе и бывала в Париже четыре раза в году. Его секретарша
сказала моей, что они познакомились на одном из показов моделей Шики.
— А деловые отношения у них были? Жак отрицательно покачал головой.
— Я о таком не знаю. Шики не очень нравится американкам.
— Что же, — заметил Морис, — нет конца чудесам. Зануда Иоганн
нашел себе невесту стоимостью больше двадцати миллионов долларов.
— Ты шутишь! — недоверчиво воскликнул Жак.
— Вовсе нет, — ответил Морис.
— Интересно, знал об этом Иоганн, когда познакомился с ней? —
сказал Жак.
Морис рассмеялся.
— Сейчас это уже не имеет значения. — Он сделал глоток. —
Иоганн, надо же, — хмыкнул он, удивленно качая головой.
— Еще я слышал, что ее отец приезжает на следующей неделе на
свадьбу, — сказал Жак. — Она, похоже, единственная дочь. Это его
первая поездка в Европу за последние тридцать лет. Иоганн зарезервировал для
него большой номер в
Георге V
.
— Все лучше и лучше, — заметил Морис.
— Я тебя не понимаю, — поднял брови Жак. Морис взглянул на него.
— Возможно, у Иоганна свои собственные планы. Через два года Жаннет
станет совершеннолетней. Она войдет в дело как хозяйка, а он останется
служащим и отчасти доверенным лицом. Он должен будет что-то предпринять. Я
это печенкой чувствую. — Он сделал еще глоток. — Интересно, а
Жаннет в курсе?
— Не знаю, — ответил Жак. — Никто до сих пор не знает, где
она. Я даже сходил на днях в
Ля Купель
, где крутятся ее друзья-приятели.
Мари-Тереза ничего не знает. А ведь они неразлучны с детства.
— Да знаю я все о Мари-Терезе, — отмахнулся Морис. — Уж если
она не в курсе, тогда никто не знает. И все же мне любопытно, как Жаннет
отреагирует на последние события.
— Остается ждать ее возвращения, — сказал Жак.
— Вероятно, — задумчиво пробормотал Морис. — Я улетаю в Нью-
Йорк в конце недели. Остановлюсь у Пьера. Держи меня в курсе.
Жак улыбнулся.
— Разумеется. Если произойдет что-нибудь интересное, ты узнаешь первым.
Врач заглянул через плечо Жаннет на весы.
— Семь килограммов, — удовлетворенно сказал он. —
Приближаемся к цели. — Он вернулся к письменному столу. — Как вы
себя чувствуете?
— Мне не нравится, как я выгляжу, — сказала она.
— А в чем дело?
— Несмотря на упражнения грудь еще больше обвисла, а теперь и задница
тоже. Лицо похудело, и нос стал казаться слишком большим.
— Прошло всего пять недель, — возразил Шайндлер. — Ваше тело
все еще приспосабливается. Как только мы достигнем желаемого веса, сразу
займемся другими вещами.
— И сколько на это потребуется времени? — спросила Жаннет.
Он взял карту и какое-то время изучал ее, потом сказал, беря сантиметр:
— Снимите купальник.
Она стянула с себя цельный эластичный купальник. Он показал на небольшое
возвышение в углу комнаты, и девушка перешла туда. Быстро и методично он
начал снимать мерки, начав с шеи. Он измерил объем груди под мышками, грудь
по соскам, объем руки, талии и бедер, ляжек и щиколоток. Наконец отложил
сантиметр и положил карту на стол. Потом встал напротив Жаннет и критически
осмотрел ее.
— Поднимите руки над головой как можно выше, соедините ладони и
встаньте на цыпочки.
Жаннет молча выполнила его указания. Врач медленно обошел вокруг нее и
остановился. Ничего, кроме профессионального интереса, не отразилось на его
лице.
— Опустите руки и встаньте прямо, — велел он.
Потом еще раз обошел вокруг нее.
— С вашего разрешения я хотел бы проверить состояние мускулов.
Жаннет молча кивнула.
Все с тем же безразличным выражением на лице Шайндлер просунул руки ей под
мышки, положив большие пальцы на грудь. Медленно двигая пальцами, он
приподнял и опустил грудь.
Она почувствовала,
...Закладка в соц.сетях
