Жанр: Любовные романы
О сюзанна
...в щенка к себе, Сюзанна принялась дразнить его, называя тем именем,
которое только что ему дала. Щенок был очаровательным - совсем как Джеб, и если бы
Сюзанна себе это позволила, то уже давно бы по уши влюбилась в малыша.
Заигравшись, щенок чуть не упал с ее коленей. Сюзанна улыбнулась. Она всегда
любила кошек и собак, морских свинок и лошадей, - любила такой любовью, какой ей
всегда недоставало в отношениях с собственными родителями, поскольку Сюзанна
постоянно боялась, что ее отвергнут. Сейчас щенок печально смотрел на нее темными
глазами - совсем как у Миранды. В своем приблизительно трехмесячном возрасте - по
собачьим меркам, думала Сюзанна, он, наверное, подросток - Стадли казался очень
неуклюжим, и она боялась, что его никто не возьмет. Рано или поздно его придется
перевести в питомник графства, и Сюзанне не хотелось даже думать о том, что с ним
тогда произойдет.
На миг ей пришла в голову мысль забрать его домой.
В знак благодарности щенок тут же написал ей на колени.
Подняв его высоко в воздух, Сюзанна засмеялась, а малыш лизнул ее в лицо.
- Извинения приняты. - Она еще раз погладила его по гладкой шерсти и вытащила из
кармана брюк промокший собачий корм.
Каждую пятницу Лесли уверяла, что Сюзанна сама напрашивается на неприятности,
отправляясь на своем светло-коричневом "бентли" в кишащий бандитами пригород
"только для того, чтобы возиться с грязными животными, у которых полно блох и бог
знает каких болезней". И каждый раз Сюзанна игнорировала ее протесты.
- Если ты живешь в моем доме, Лес, - все время говорила она, - живи по моим
правилам.
Какое смелое заявление! На самом деле Лесли прекрасно знала, как обойти эти
правила, к тому же у Сюзанны их было не так уж и много, но она знала, что матери
постоянно надо обязательно об этом напоминать. Сюзанне и самой нужно время от
времени получать пинок в зад, но это совсем другая история. Сейчас Сюзанна чувствовала
себя слишком уставшей и нездоровой, чтобы толкать Лесли к какой-либо цели или хотя
бы заставлять ходить на еженедельные собрания анонимных алкоголиков, которые мать
всегда ухитрялась "пропускать".
Сюзанна пришла к выводу, что в последнее время просто избегает Лесли, чтобы та не
заметила ее беременности до тех пор, пока Сюзанна не будет в состоянии сказать ей об
этом сама.
Поцеловав толстенького щенка в нос, она поместила его обратно в проволочную клетку
- одну из многих, где содержались бездомные щенки, - и осторожно закрыла дверь.
Малыш жалобно заскулил.
- Я вернусь. - Сюзанна то надеялась, что по ее возвращении он уже найдет себе дом, то
молилась, чтобы этого не случилось.
Раньше работа в приюте ей очень нравилась, но с недавних пор ее отношение
несколько изменилось, ей стало чего-то недоставать.
Как и Лесли, думала Сюзанна, ей нужна какая-то новая цель. Что-то такое, что
помогло бы ей стать полноценной матерью.
Всю дорогу домой щенок не выходил у нее из головы. Как и Джеб Стюарт Коуди. Было
несколько странно сравнивать его с брошенной собакой, но ведь она сама видела поток
нелицеприятных статей в прессе. Во время недавнего концерта в Фениксе Джеб покинул
сцену под предлогом, что не может сдержать кашель, но, как утверждалось в статье,
многие считают, что он теряет свой знаменитый голос. Всего за один день до этого, в
Филадельфии, он в первый раз отложил выступление. А его второй альбом? Джеб сказал
интервьюеру, что альбом уже готов и выйдет, как и предполагалось, в сентябре, но в
прессе ходили слухи, что он никак не может собрать этот альбом и медленно скользит
под уклон.
Сюзанна повернула на Калифорния-стрит, и в ее памяти вдруг возникли последние
слова Клэри: "Помоги ему".
Заведя машину в подземный гараж и выключив двигатель, она откинулась на кожаном
сиденье. Можно допустить, что она ошиблась в Клэри. Пусть Клэри любила всех
дурачить, пусть она лгала ей насчет Джеба. Но в ту ночь, когда он играл "Глубокую реку",
в ту ночь, когда они занимались любовью, Сюзанна поверила, что уж он-то говорит
правду. Но так ли это? Может быть, манипулировать людьми - это их семейная черта?
Или, может быть, после своей размолвки с Клэри и смерти жены и ребенка он просто
боится вступать с кем бы то ни было в серьезные отношения?
Тем не менее, он ей небезразличен. И, несмотря на все подозрения, Клэри
небезразлична тоже. Сюзанна любила свою подругу, свою мачеху, и по-прежнему по ней
тосковала. Сюзанна испытывала настоящее отчаяние из-за того, что убийца Клэри до сих
пор не найден, что с тех пор, как полиция отвергла показания единственной
свидетельницы, не найдено никаких новых следов. Она положила руку на свой чуть
округлившийся живот. Клэри и Дрейк пытались родить ребенка, но забеременела именно
Сюзанна, и она к Рождеству родит здоровое дитя.
Племянницу или племянника Клэри.
Через Джеба ее ребенок будет связан кровными узами с Клэри. Теперь наконец она
знает, как ему помочь. В отличие от Клэри или Джеба она всю жизнь пользовалась
привилегиями. Сюзанна вспомнила бездомную женщину, которую они с Джебом
встретили в Нью-Йорке; вспомнила свою готовность дать этой женщине денег;
вспомнила, как он сказал: "Нужно чинить незаметно". Они ее накормили. И он отдал ей
свое пальто.
Несмотря на все их разногласия насчет Клэри или ребенка, в одном он был прав.
Сюзанна до сих пор не имела представления о настоящей благотворительности. Вспомнив
о матери Миранды, она решила, что и сейчас не имеет. Но ничего, не все сразу.
Она сумеет почтить память Клэри и выполнить ее просьбу помочь Джебу, пусть даже
ему не нужна ее помощь. Так же как и она сама.
Глава 13
И Сюзанна отправилась искать подходящий дом. За две недели, которые прошли с тех
пор, как она приняла решение, Сюзанна обследовала огромное количество строений, но
все они были в ужасающем состоянии и, как утверждала ее мать, в самых кошмарных
районах города. Теперь, поднимаясь по ступеням своего крыльца, она улыбалась. Сегодня
ей повезло. За время занятий благотворительной деятельностью Сюзанне понравилось
самостоятельно принимать решения, а сейчас она больше чем когда-либо чувствовала
себя хозяйкой собственной судьбы.
На двенадцатой неделе беременности тошнота все еще беспокоила ее, хотя
сегодняшняя утренняя молитва фарфоровому божку была довольно краткой.
Когда Сюзанна объявила о своем плане Лесли, та пришла в ужас:
- Приют?
- Для бездомных женщин и их детей. На первое время у меня есть средства. Возможно,
даже не придется брать деньги из бабушкиного наследства. Я постараюсь получить
дотацию от правительственных учреждений.
- Ты понимаешь, во что влезаешь?
- Пока еще нет, - ответила Сюзанна, - но скоро пойму.
Подняв с пола почту, она положила ее на стоящий в прихожей сундук и через дом
прошла в сад, где Лесли боролась со Стадли за обладание маленькой матерчатой
спортивной сумкой. Решение приютить временно собаку у себя далось Сюзанне легче
всего: уже по окончании первого дня поисков помещения она принесла щенка домой.
Теперь надо изменить мнение Лесли о женском приюте.
Услышав шаги, Лесли подняла взгляд. Волосы ее спутались, лицо блестело от пота.
- А, вот и ты! Угораздило же тебя из всех собачонок выбрать именно этого. - На
мгновение отпустив добычу, Стадли в знак приветствия залаял. - У меня уже болят уши, -
сказала Лесли, склоняясь к свежевскопанной цветочной грядке. Песик снова схватил
сумку и поволок ее в кусты. - Ах, вредитель!
Сюзанна засмеялась:
- Вы с Дрейком никогда не пускали в дом собак. Ты не привыкла жить под одной
крышей с таким искренним и таким требовательным компаньоном.
Лесли с усилием поднялась на ноги, откинула с лица мокрые пряди волос, посмотрела
на свои белые леггинсы с темными пятнами на коленях и ответила:
- Тебе стоит подумать о том, оставить ли его.
- Я уже думала, и не один раз. - Сюзанна многозначительно посмотрела на мать. - Этот
дом его в такой же степени, как и твой. - На последних словах она постаралась не
запнуться: - Он еще ребенок.
- Когда в полдень я пошла на занятия, эта собака тявкала - и теперь все еще продолжает
тявкать.
- Занятия?
- По самообороне. - Расстегнув мешковатый красный свитер, Лесли
продемонстрировала красно-белое полосатое трико. - Тебе тоже стоит этим заняться. Тем
более если ты собираешься подвергать себя повышенной опасности. - Она помолчала. -
Когда я пришла домой, мне снова пришлось выгонять из сада этого грязного ребенка. -
Лесли махнула рукой в сторону ближайшей грядки, где Сюзанна посадила цветы. - Она с
твоим... животным все их выкопала. - Действительно, у грядки кучкой лежали увядшие
цветы.
- Когда она последний раз сюда пришла, я как раз их пересаживала. - Сюзанна ничуть
не расстроилась. Скоро здесь будет играть ее собственная дочь, а продолжающиеся
визиты Миранды - причем, как подозревала Сюзанна, без разрешения матери - являются в
жизни девочки едва ли не единственным светлым пятном.
Несмотря на негативное отношение Лесли к Стадли и Миранде, Сюзанна больше не
могла сдерживаться.
- Я его нашла! - объявила она.
- Что нашла?
- Дом. Сегодня утром. В том же квартале, что и тот двухэтажный коричневый дом, что
тебе не понравился.
- Возле приюта для животных? В Западном районе пригорода?
- На стенах даже неплохо сохранилась краска, - игнорируя недовольство матери,
продолжала Сюзанна. - Она все еще белая, только немного облупилась.
На первое время достаточно будет немного подкрасить - пока не удастся добиться
достаточного финансирования. - Она перевела дыхание, желая, чтобы Лесли разделила ее
энтузиазм, ее убежденность в том, что все делает правильно. - Я сделала предложение на
покупку дома. Агент сказал, что завтра я получу согласие продавцов.
Сюзанна обратила внимание на этот дом, проезжая по району, который Лесли считала
подходящим только для самоубийц. Величественный трехэтажный дом с каменными
дымоходами и широкой верандой, выложенной "елочкой" кирпичной дорожкой и
заброшенными клумбами сразу привлек внимание Сюзанны. Она уже видела эти клумбы
засаженными многолетними растениями. Вдоль дорожки она посадит кусты или, может
быть, сливы. Весной...
- Ох, Сюзи! Наверное, он больше никому не нужен.
- Говорю тебе, он великолепен.
Из кустов появился Стадли, который полз на брюхе, держа в зубах спортивную сумку
Лесли. Добравшись до женщин, он положил сумку перед хозяйкой.
- Он ее не повредил, - сказала Сюзанна, наклоняясь, чтобы погладить щенка.
Лесли даже не взглянула ни на собаку, ни на сумку:
- Мы говорили о твоем последнем проекте.
Это выражение напомнило Сюзанне о Джебе.
- Это не просто мой "последний проект". Это навсегда.
- Ты говорила об этом с Майклом?
Сюзанна постаралась сдержаться. Сейчас они с Майклом были не в самых лучших
отношениях, но как ее адвокат он согласился позаботиться о юридической стороне
создания приюта, в то время как Сюзанна будет искать дополнительные источники
финансирования и средства для ремонта дома. Сгорая от нетерпения, она - как выразился
Майкл, по своей наивности - предполагала, что все это займет не много времени.
- Да, мы говорили. Он, как обычно, все делает наилучшим образом.
- Ну конечно! Но что он сказал о приюте?
Сюзанна вздохнула:
- Он думает, что я сошла с ума. Ты удовлетворена?
Она повернулась и пошла к дому. Лесли шла следом, так что Сюзанна предпочла
обойти стороной шкафчик с напитками. Из-за ребенка она все равно не должна пить, а
Лесли уже не раз устремляла на этот шкафчик алчные взгляды.
- Враждебность тебе не идет. - Лесли опустилась на ковер рядом с креслом Сюзанны. -
Я не понимаю, что происходит. Майкл перестал заходить, и уже неделю ты никуда с ним
не ходила. Я чувствую, что он очень страдает. Ты зря не выходишь замуж за Майкла
Олсопа.
В комнату неуклюже вбежал измученный неравной борьбой со спортивной сумкой
Стадли и тут же плюхнулся на пол рядом с Сюзанной. Он положил голову на колени
Сюзанны, и она стала гладить его блестящую шерсть.
- Мы с Майклом остаемся друзьями. Нам не стоит жениться, так же как... - Она
замолчала, потом все-таки договорила, потому что это нужно было сказать: - Как тебе не
стоит охотиться за Дрейком.
- Почему охотиться? Клариса умерла. - Лесли собралась было положить свой свитер на
софу, но, заметив щенка, оставила его у себя на коленях. - В тот вечер, когда был ужин в
честь Комиссии по искусству, он говорил не подумав. Пусть он эгоист, но ему нужна
женщина, а не девочка, чтобы его направлять.
- Ох, мама!
Лесли с удивлением посмотрела на нее. Кажется, она так до сих пор и не поняла, что
Сюзанна называет ее мамой лишь в минуты крайнего раздражения.
- Ну, в общем, я нужна ему. Несмотря на все его разговоры.
Встав, Сюзанна подошла к шкафчику с напитками. Держась к Лесли спиной, она
нащупала ключ, открыла шкафчик и достала из него бутылочку с тоником. Налив его в
бокал со льдом, она положила туда ломтик лимона:
- Хочешь?
- Нет.
- Мама, здесь мы с тобой никогда не придем к единому мнению. Прошу прощения, что
я затрагиваю эту тему. - Сюзанна снова села. - Я знаю, что ты не испытываешь большой
любви к Клэри, и я, пожалуй, могу это понять, но все же мне хочется, чтобы ты
положительно отнеслась к идее создания приюта. Если этой даст возможность хотя бы
одной женщине, одной молодой девушке или ребенку избежать столь же печальной
судьбы...
- Кларису вряд ли можно отнести к числу уличных бродяг.
- Но это ее волновало... так же как всех нас.
- По крайней мере некоторых. С каких это пор ты стала такой феминисткой и
общественной деятельницей?
"С тех пор, как встретила Джеба", - подумала Сюзанна.
- С тех пор, как моя подруга погибла насильственной смертью в городском парке.
- Избавь меня еще от одного упоминания об этой трагедии. Я уже наслышалась о ней
от Дрейка. Решать эту головоломку - дело полиции. Что случилось, то случилось. -
Дословно повторив мнение Джона Юстаса, Лесли встала на ноги и принялась ходить по
комнате. - Если честно, Сюзанна, были моменты, когда я сама была готова ее убить.
- Я не могу поверить в такую бесчувственность, - сказала Сюзанна. Во рту у нее
пересохло, все удовольствие от того, что она нашла помещение для приюта, куда-то
исчезло, а разочарование в Лесли стало прямо-таки осязаемым. - Я оплакиваю ее. Как и
мой отец.
- И ты думаешь, что этот приют... - Лесли произнесла это слово с подчеркнутым
презрением, - вас обоих исцелит? Я не слышала, чтобы Джеб Стюарт Коуди посыпал себе
голову пеплом.
- Конечно, не слышала, - сказала Сюзанна. Он постарается замучить себя работой, пока
не признает, как ему ее не хватает. Если он это признает, ему придется что-то решать.
"Как и в случае с ребенком". Лесли посмотрела на нее с удивлением:
- Кажется, ты знаешь его гораздо лучше, чем я думала.
- У нас была короткая... связь, - призналась Сюзанна. - В Нью-Йорке. И когда он был
здесь, в Сан-Франциско, - тогда ты находилась в Коннектикуте. Это закончилось в тот
день, когда ты видела, как он садился в такси.
Лесли окинула ее испытующим взглядом, и рука Сюзанны сильнее вцепилась в шерсть
Стадли.
- Не знаю, кто это на самом деле старается замучить себя работой, стараясь уйти от
проблем. - Лесли посмотрела на живот Сюзанны. - Или с этой собакой слух мне стал
изменять? За последние две недели тебя тошнило почти каждое утро. - Она помолчала. -
Сколько уже?
Какой резкий тон, какие грубые слова!
- Ребенок должен родиться под Рождество.
- Тогда еще есть время. Хотя и очень мало. Если мы сейчас этим займемся... - Лесли
двинулась к выходу, затем остановилась: - А ты уверена? Ты была у врача?
- Да.
- Он из тех, кто не хотел бы извещать прессу?
- Лесли! - Мягко оттолкнув собаку, Сюзанна неуверенно встала на ноги, вновь
испытывая тошноту и головокружение. Ее мать - это вторая Бриз Мейнард. Как говорится,
поют одну и ту же песню. Их мысли работают в одном и том же определенном
направлении.
- Здесь не может быть другого решения. Ты женщина с воспитанием, с положением в
обществе. А мистер Коуди - я думаю, что это он, поскольку Майкл был бы осторожен, -
принадлежит к тому сорту мужчин, которые имеют склонность к безрассудным
поступкам, и он не нашего круга.
- О, ради Бога!
- Мне не нужно тебе напоминать, что твою бабушку очень уважали в обществе. Лига
основателей этого города до сих ежегодно проводит банкет в ее честь. Кроме того, ты -
опять же по собственной воле - одинокая женщина. Ты же не сможешь сама воспитать
этого ребенка.
- Примерно четвертая часть одиноких женщин с этим справляется.
- Но не люди со средствами и с положением. Твой отец...
- Так вот почему вы с Дрейком произвели меня на свет? Потому что так нужно было
сделать? Ради того, чтобы "Нью-Йорк таймс" поместила сообщение о моем рождении со
списком моих предков в шести поколениях? Ради того, чтобы пятьсот человек
присутствовали при моем крещении, захватив с собой все положенные подарки от
Тиффани и Бергдорфа?
- Как ты смеешь так со мной разговаривать!
- Ты совсем меня не любишь.
- Сюзанна!
Пройдя мимо Лесли, Сюзанна принялась подниматься по ступенькам.
- Я собираюсь родить этого ребенка, - сказала она, остановившись на лестничной
площадке. - Я сохраню его и буду любить всем сердцем. И мне абсолютно все равно, что
кто-нибудь - если такие в наше время найдутся - об этом скажет. И я открою приют,
потому что это нужно сделать.
Пробежав гостиную, Стадли бросился за ней по ступенькам, и Сюзанна нагнулась,
чтобы взять его на руки.
- Собака останется. Если это составляет для тебя проблему, то можешь возвращаться на
восток, чтобы жить там и искать себя сколько хочешь.
- Сюзанна!
- Не знаю, кто из вас более эгоистичен, Дрейк или ты.
В конце июня Джеб прилетел в Нэшвилл. Захватив с собой прочитанные в полете
последние выпуски газеты "Ю-Эс-Эй тудэй", пестревшие заголовками типа:
"Светская дама из Сан-Франциско заботится о бездомных", он прямо из аэропорта
направился в дом Бриз, в свою комнату, где остановился на выходные, чтобы записать
последнюю песню для второго альбома. Вечером Джеб взял эти так заинтересовавшие его
газеты в маленький клуб в городском предместье, где написанное от руки объявление в
окне приглашало клиентов "зайти отдохнуть".
Джеб сел, положил статьи о приюте на стол и придавил их сверху кружкой - вероятно,
инстинктивно желая, чтобы Сюзанна, пусть даже на газетных полосах, была рядом. На
соседнем стуле разместилась гитара.
- Ты обращаешься с этой штукой как с ребенком, - пробормотала Бриз, стараясь даже
случайно не задеть Джеба за руку. С тех пор как он застал ее за телефонным разговором с
Сюзанной Уиттейкер, ей все время приходилось соблюдать осторожность.
Сюзанна своего молчания так и не нарушила, что, кстати, совсем не удивляло Джеба.
Он достаточно хорошо узнал Сюзанну, чтобы понять, что у нее есть свой собственный
кодекс чести, который вполне оценил бы тот же Джон Юстас. В пылу гнева Джеб
обвинил ее в противоположном и с тех пор постоянно боролся с желанием подойти к
ближайшему телефону и набрать ее номер.
Тем не менее это был не его ребенок.
Джеб потрогал гитару за гриф.
- Эта штука и есть ребенок, - сказал он Бриз. - Больше ничьим отцом я быть не
собираюсь.
Бриз бросила на него взгляд, стараясь оценить его настроение. Ее нынешнее
отношение к нему заставляло Джеба также соблюдать крайнюю сдержанность, чтобы не
спровоцировать еще одну ссору.
- Я думала, что ты этого хочешь, - сказала в то утро Бриз, обнаружив, что Джеб смотрит
на нее из коридора.
- Если я захочу, чтобы ты выигрывала за меня мои битвы, - ответил он, - я дам тебе
знать.
- Я сделаю так же.
Это был намек на Мака. Их отношения с Маком не ладились, и нынешнее, пусть даже
краткое, возвращение в Нэшвилл нервировало ее еще больше.
Джеб посмотрел на Мака, находившегося за соседним столиком с другими
музыкантами его группы - Скитом, Терри, Камероном и Буллом. Мак сидел к ним спиной
и пил уже третью кружку - а ведь они пришли сюда всего пятнадцать минут назад.
Джеб чувствовал себя потерянным. Тем не менее он взял в руки гитару, прислонил ее к
левому бедру, а левую ногу просунул под раму стола, приняв классическую позу, которой
ему редко приходилось пользоваться на сцене. Во время концертов он работал стоя, и
ремень от гитары весь вечер впивался ему в плечо. Дождавшись, когда местная группа
сделала перерыв, он взял несколько аккордов.
В конце зала взвизгнул микрофон, по которому постучал ногтем солист местной
группы, парень на вид лет двадцати.
- Смотрите, кто у нас сегодня, ребята! - Он окинул взглядом темные закоулки насквозь
прокуренного зала, в котором пахло пивом и дешевым виски. - Сам Джеб Стюарт Коуди!
В низко надвинутой на лоб черной ковбойской шляпе в стиле, как выразилась Бриз,
"уолл-стритского ковбоя" (он несколько раз надевал ее на сцену), простых потертых
джинсах и белой рубашке, Джеб до сих пор не привлекал к себе особого внимания, хотя
кое-кто и узнал Мака и Бриз. Ему совсем не нравилось постоянное внимание к его
персоне, которого он целых десять лет так добивался, играя в забегаловках, подобных
этой. Ему просто хотелось посидеть здесь и расслабиться. Завтра в восемь часов надо
быть на студии. Сегодня же Джеб хотел забыть обо всем на свете. И в первую очередь о
том крепнущем чувстве вины, которое он испытывал по отношению к Сюзанне. Но тогда
зачем же он взял с собой гитару, да еще начал играть?
- Поднимайся сюда, Джеб, и покажи нам, как это делается.
Бриз слегка подтолкнула его в плечо:
- Давай, попробуй новую песню.
Пока что он сыграл ее два или три раза, в других городах и других барах. Принимали ее
хорошо, хотя и не так здорово, как бы ему хотелось. Джеб продолжал работать над
текстом, предоставив Бриз возможность немного изменить мелодию.
Что за черт! Получается, что он пришел сюда специально!
Взяв гитару за гриф, Джеб встал из-за стола и двинулся к импровизированной сцене.
Как только он поднялся на первую ступеньку, зал взорвался аплодисментами, и Джеб
почувствовал обычное состояние возбуждения от предстоящего выступления, которое,
словно наркотик, растекается по жилам. Солист похлопал его по спине и шепнул на ухо,
что он ставит его выше других - Стрейта и Брукса, Тритта и Билли Рея Сайреса, и даже
выше таких ветеранов, как Хенк Вильяме и Джордж Джоунс. Джеб не смог удержаться от
улыбки.
После обычного приветствия он запел "Леди из Луизианы", и люди в зале начали
притоптывать ему в такт ногами. Когда песня закончилась, даже Мак показал ему
большой палец.
- Вы еще ничего не слышали. - Каблуком потертого ботинка Джеб уперся в край
табуретки, которую ему подали, и тронул струны гитары. Зал замер в ожидании, и Джеб
постарался его подогреть, сказав несколько фраз и отпустив пару безобидных шуток,
приемлемых даже для леди.
Назойливые слухи о потере голоса, который действительно восстанавливался с трудом,
выкрики насчет Клэри, которые все еще слышались на каждом представлении,
уменьшение числа проданных билетов, разговоры о том, что он никогда не выпустит
новый альбом... - все это куда-то исчезло. Сейчас ему больше ничего не нужно. И никто
не нужен. Еще несколько минут, и он забудет даже о Сюзанне Уиттейкер.
- Раз у меня такая отзывчивая аудитория, - он придвинулся к микрофону, стараясь
говорить тихо и проникновенно, - мы с моим менеджером решили, что будет неплохо
показать вам мою последнюю песню. - И запел нежным и страстным голосом песню на
мелодию, которую сочинила Бриз.
Он пел о женщине, которая напускным высокомерием защищала свое ранимое сердце.
Пел о богатых и привилегированных, противопоставляя их мир миру нужды и бедности.
Он пел о женщине, у которой есть все и в то же время нет ничего.
"Богатая девушка, - так закончил он эту песню, - ты можешь многому научиться у
бедного парня - такого, как я".
Сыграв еще несколько замысловатых аккордов, Джеб склонил голову над гитарой,
ожидая вердикта толпы, который последовал не сразу. Это его не беспокоило. Такие
эмоциональные песни часто заканчиваются взрывом аплодисментов после
непродолжительного молчания.
Когда раздались аплодисменты, Джеб поднял голову:
- Я рад, что вам это понравилось.
Бриз тоже улыбалась. Его группа в едином порыве встала. Зал разразился овацией типа
той, о которой он мечтал еще много лет назад. Выждав время, Джеб дал сигнал местной
группе исполнить "Хантсвилльскую тюрьму". Далее последовали "Мамины песни", "Ты
меня любишь?", а затем кто-то потребовал спеть "Младшую сестричку".
Джеб не исполнял эту песню со времен Сан-Франциско и поэтому перепутал слова в
первой фразе. Сердце его отчаянно забилось.
- Пой же, парень!
- Может, как говорят, ему не дает покоя чувство вины! - выкрикнул какой-то пьяница.
- Уходи, Джеб! - крикнул Мак.
- На этот раз я продолжу, - сказал Джеб и начал петь.
После первых аккордов толпа притихла. Раздавшиеся в конце аплодисменты были
вполне дружными. Кто-то попросил еще раз спеть "Богатую девушку", а какая-то
женщина крикнула:
- Кто это, Джеб? Эта девушка из высшего общества?
На сцену выскочила Бриз и, погрозив пальцем, сказала:
- Какой позор! Разве вы не понимаете, что это только мечты деревенского парня?
Кроме того, у него заняты руки, да и все остальное, - она бросила многозначительный
взгляд на место ниже пояса Джеба, - тем, что нам дает деревня, как и у вас.
Крики и свистки.
Смех.
Аплодисменты.
- Мак прав, - прошептала Бриз. - Пора идти.
Джеб поднял вверх гитару, чтобы она засверкала в луче прожектора.
- Прошу прощения, ребята. Бриз говорит, что завтра нужно встать рано, чтобы
закончить мой новый альбом. Спасибо за внимание.
Он спрыгнул вниз, и, прежде чем толпа сомкнулась, Мак и другие музыканты
привычно окружили его и быстро вывели из прокуренного клуба на свежий воздух
июньской ночи. Мак подтолкнул его к своей машине.
- Вот видишь? - сказал Джеб. - Никаких беспорядков.
- Разве ты не счастливчик? - усмехнулся Мак. Повернувшись, Джеб протянул руку за
ключами. Гитарист покачивался, от него сильно пахло несвежим пивом.
- Тебе уже достаточно. Я сам поведу.
Мак заворчал, но в конце концов уступил - возможно,
...Закладка в соц.сетях
