Жанр: Любовные романы
О сюзанна
...на. За дверью стояла темная фигура. В глазок
были видны только широкие плечи, но Сюзанна никак не могла разглядеть лица.
Неизвестный стоял слишком близко привалившись к двери. Неужели он хочет ее
высадить? Что, если Лесли была права?
Тут незваный гость слегка переместился, чтобы поднести руку к звонку, и Сюзанна
глубоко вздохнула. Она наконец узнала гостя, но и теперь отнюдь не была уверена в том,
что находится в безопасности, правда, по другой причине.
За дверью стоял Джеб Стюарт Коуди. Свет падал на его лицо, четко выделяя тонкий
шрам на верхней губе. Решив для себя, что она не должна впускать его в дом, Сюзанна тут
же отперла замки и распахнула дверь. Посмотрев на Джеба, она сразу поняла, что с ним
что-то не так. Джеб стоял слишком прямо, но было видно, что это стоит ему больших
усилий.
- Я понимаю, что уже слишком поздно, - начал он. Сюзанна всматривалась в его
распухшее лицо. Легко себе представить, что случилось. Сегодня вечером был концерт.
После этого он был возбужден, жаждал действий, вот и разрядился в каком-нибудь баре.
На этот раз она постарается держаться от него подальше, чтобы не стать его игрушкой на
одну ночь.
А может быть, он в гневе на то, что она вернула билеты?
По виду, правда, нельзя сказать, что он рассержен. Сюзанна загородила дверной проем,
надеясь, что такого барьера будет достаточно, чтобы Джеб не прошел в дом.
- Что случилось? - спросила она.
- Беспорядки. "Плохое начало ночи". - Голос его звучал устало, плечи поникли. - Снова
Шекспир. - Однако взгляд, которым Джеб окинул Сюзанну с головы до босых ног, был
цепким и проницательным. От этого взгляда по ее нервным окончаниям вновь пробежала
жаркая волна.
Так же как тогда в Нью-Йорке. - Ты не смотрела новости? Я думаю, что это было
главным событием в одиннадцатичасовом выпуске на любом из местных каналов.
- Я легла в девять.
Его взгляд немного потеплел.
- Ну, по крайней мере, я могу рассчитывать на справедливый суд.
Он слегка покачнулся, и, не выдержав, Сюзанна бросилась к нему, чтобы поддержать,
но тут же отдернула руки, глядя на ожидающий внизу темный лимузин.
- Ты меня впустишь или будем проводить слушания прямо на крыльце?
- Коуди, ты пьян. Я не хочу, чтобы в моем доме были пьяные.
- Я не выпил ни капли, - с обидой сказал он и снова покачнулся. - Если не хочешь
потом вытаскивать меня наружу, то отойди от этой чертовой двери и найди мне
побыстрее стул. Предупреждаю - я вешу гораздо больше тебя, так что это будет не такая
уж легкая задача.
Сюзанна отодвинулась. Может быть, это и вправду не пьяная драка.
Пошатываясь, Джеб прошел в дом. Но, когда Сюзанна снова попыталась помочь ему,
отстранил ее. Сюзанна вряд ли смогла поднять его, если бы он упал. Он не пьян, так что,
судя по его состоянию, он пострадал больше, чем она сначала подумала. Забыв о своем
недомогании, Сюзанна проводила Джеба в гостиную, где он прямо в пальто рухнул на
диван и сразу же закрыл глаза.
- Я только немного отдохну. - Он вздохнул. - "Беспокойная полночь и полуденный
отдых".
- Что именно случилось?
- Т. С. Элиот. Через минуту я тебе все расскажу. Если коротко, то на сцену бросили
несколько пар трусов.
Шурша шелком, рассерженная Сюзанна опустилась на пол рядом с диваном, с края
которого свисали длинные ноги Джеба. Запекшаяся кровь на носу придавала ему вид
маленького мальчика после первой драки.
- У тебя только лицо повреждено или... могут быть и внутренние повреждения?
- Со мной все в порядке. - Он приоткрыл один глаз. - Наверное, я не столько раненый,
сколько больной.
Она дотронулась до его щеки и, к своему ужасу, почувствовала жар.
- Коуди, ты весь горишь. На твоей спине можно жарить яйца.
- Небольшая температура, и все; У меня уже месяц какая-то вирусная инфекция.
- А тебя смотрел врач?
- Конечно, даже три. И все они говорили одно и то же. - Закрыв глаза, он поднес к щеке
трясущуюся руку. - Боюсь, что это пройдет гораздо раньше, чем вирус, так что не суетись
надо мной, словно Джон Юстас.
- Тебе надо поехать домой и лечь спать.
Джеб слабо усмехнулся:
- Есть одна вещь, которая мне в вас нравится, мисс Сюзанна. Вы честно ведете себя с
мужчиной, всегда ясно давая ему понять, когда он нежелателен.
Ему хотелось, чтобы она почувствовала себя виноватой, но из этого ничего не вышло.
- Этот фонарь под глазом к утру станет черным, если не приложить к нему лед. У меня
много льда, и я могу смыть кровь с твоего носа.
- Спасибо за предложение. Особенно когда по твоему голосу можно понять, что тебе
ужасно дотрагиваться до него сейчас. Это подождет. Меня ударили несколько часов
назад. Просто дай мне немного полежать. Я не ожидал, что из меня вытечет столько
крови. Пока я вышел из машины и преодолел всего два лестничных марша до твоей двери,
я почувствовал себя таким же слабым, как спитой чай.
- Но ты же не можешь находиться здесь больной. Ты не должен...
Но Сюзанна уже обращалась только к самой себе. С лица Джеба исчезла улыбка, рот
раскрылся, левая рука соскользнула на ковер. Сюзанна услышала его хриплое дыхание,
которое не понравилось ей и напугало. Джеб дышал тяжело, с натугой.
- Черт побери! - громко сказала она и бросилась наверх к аптечке.
Когда Сюзанна через несколько минут спустилась вниз, держа в руке спирт для
растирания, коробку с перевязочными средствами и вышитый кружевной белый носовой
платок, она обнаружила, что Джеб не спит и смотрит на нее.
- Прошу прощения, - сказал он. - Я немного вздремнул. - Джеб посмотрел на бутылку
со спиртом. - Что ты собираешься с этим делать?
- Продезинфицирую твою рану.
- Ни в коем случае! Моя мама и близко не подходила ко мне с этой дрянью. Она же
ужасно жжется.
- Или это, или перекись водорода - собственность Лесли.
- Кто такая Лесли?
- Моя мать. Временами она живет здесь, но сейчас уехала, - сама не зная почему,
сообщила Сюзанна о том, что одна в доме. - Она использует перекись для того, чтобы
промывать ссадины, которые получает, работая в моем саду без перчаток. Разве так
поступают нормальные люди?
- А меня ты относишь к той же категории?
- Пожалуй. - Она не смогла удержаться от улыбки.
- Даже не подходи ко мне с этой перекисью. Это еще одно средство, которое не
признавала моя мама. Эти ужасные пузырьки, которые возникают на коже, просто...
- Могу себе представить. - Она поставила спирт на край стола, открыла бутылку и
смочила носовой платок.
- Деньги для тебя мало что значат, да? - кивнув на обшитый кружевами кусок материи,
спросил Джеб.
- Не много.
- Я не хочу, чтобы ты пачкала его моей кровью.
Сюзанна протянула руку, но Джеб успел ее перехватить. Даже его пальцы были
горячими. Взгляд Джеба сначала показался ей сексуальным, но затем Сюзанна поняла,
что у него просто все расплывается перед глазами. Подобный взгляд никак нельзя было
назвать ленивым или обольстительным; Джеб мог в любую минуту вновь потерять
сознание.
- Не будь ребенком. Откинь голову назад. Будет жечь только долю секунды.
- Жечь? Я не хочу, чтобы меня что-то жгло, кроме рок-группы .
- Ну Джеб! - сказала она. - Коуди!
- Вот черт!
Тем не менее он отпустил ее и дал обработать синяк под глазом. Кожа была разодрана,
но не настолько, чтобы требовалось накладывать швы. Слышалось свистящее дыхание
Джеба.
- Твой глаз - это одно. Есть еще нос.
- Он не сломан.
- И грудь...
- Тебе нравится моя грудь? - Не открывая глаз, он улыбнулся.- Неплохо, мисс Сюзанна.
Список растет. Скоро я приду к выводу, что нравлюсь тебе целиком.
- Ты мне никогда не понравишься. - Она задела кусок запекшейся крови под носом, и
Джеб поморщился. - Мы с тобой находимся на разных полюсах.
Он засмеялся:
- Я уже чувствую себя лучше.
Сюзанна перевернула платок чистой стороной вверх.
- Вот и хорошо. Как только я закончу, твой шофер поможет тебе спуститься по
ступенькам и сесть в машину.
- "Небеса не знают такого гнева, - тихо сказал он,- а преисподняя такой ярости..."
- Какими пылает оскорбленная женщина? - продолжила Сюзанна. - Шекспир?
- Уильям Конгрив.
- И что ты имеешь в виду?
- Я имею в виду Нью-Йорк. - Он вздрогнул, когда она начала обрабатывать запекшуюся
кровь. - Ой! Постарайся оставить мне хоть немного кожи, ладно? Только потому, что ты
неправильно поняла мои слова, когда я просил тебя уйти, чтобы избежать скандала с
прессой...
- Я ушла потому, что собиралась уйти, а не потому, что ты мне это сказал.
- Господи, да ты неисправима. Если бы голова у меня так не кружилась, я бы отстегал
тебя по заднице розгами, как это делал в детстве с нами отец... когда был дома. - Все еще
не открывая глаз, он слабо улыбнулся. - А потом послал бы тебя в свою комнату, чтобы ты
немного подумала и пожалела о том, что прислала обратно те билеты. - Когда она снова
перевернула платок, Джеб открыл глаза. На этот раз его взгляд, ленивый и
обольстительный, был прикован к ее губам. - Или поучил бы тебя кое-чему.
Опустив окровавленный платок, она прижала руку к левой стороне груди:
- Не думай, что ты можешь свободно приходить сюда и отрабатывать на мне свое
фальшивое обаяние, Джеб Стюарт Коуди. Или рассчитывать на жалость из-за того, что
какой-то, безусловно интеллигентный, человек решил поучить тебя хорошим манерам...
- Побойся Бога!
- Это ты мне говоришь?
Его взгляд потемнел.
- Я раненый и больной, и я не заслужил того, чтобы мне поломали концерт и при этом
пострадали другие люди только из-за того, только из-за того... - Он осекся, как будто не
мог вспомнить, о чем говорил.
Действительно, он раненый и больной, согласилась Сюзанна. Но несмотря на это,
несмотря на те скверные вещи, в которые она пыталась поверить, как же он красив!
Джеб упал на диван, глаза его закрылись.
- Сюзанна! Я все тебе расскажу. Но не сейчас. Я устал. Дай мне немного поспать, и я
докажу тебе, что невиновен. Потом.
Заметная слабость Джеба беспокоила Сюзанну, а то, как он сожалел о происшедшем во
время концерта, трогало ее до глубины души. Несмотря на свои дурные опасения, она
накрыла его кашемировым пледом и дала уснуть.
Остаток ночи Сюзанна вообще не спала. В конце концов, она перевела Джеба в
залитую призрачным сиянием луны комнату для гостей. Но когда вместо своей
привычной кровати на третьем этаже она легла в коридоре, то не смогла уснуть. Желудок
выворачивало наизнанку, она ворочалась с боку на бок. Сюзанна слышала, что Джеб тоже
беспокойно ворочается в постели, словно и его тошнит.
- Да.
И он снова заснул.
Остаток ночи она бегала туда-сюда, принося в комнату для гостей все новые и новые
одеяла, поскольку у Джеба начался озноб.
- Папа! - кричал он. - Не давай им себя увести!
- Джон Юстас! - звал он через час. - Ты не прав! Я не могу вернуться! Ты не прав... Я
люблю ее!
В течение ночи, с двух до пяти, Сюзанна познакомилась со всей семьей Джеба - с его
матерью, его отцом, его любимым дедушкой, с которым, очевидно, он часто спорил,
несмотря на взаимную любовь. С его братом и пятью младшими сестрами.
И наконец:
- Клэри! - кричал Джеб. - О Боже, Клэри! Не-е-т!
Лежа в постели, Сюзанна слушала его бред, и сердце ее сжималось от сочувствия.
Пусть он не в себе из-за температуры, пусть слова, которые он сейчас произносит, не
содержат в себе никакого смысла, но они идут от сердца. Сюзанна им верила.
В призрачном сером свете раннего утра она, не надевая халата, вошла в комнату для
гостей. Сюзанна тоже печалилась о Клэри, но она уже выплакала все слезы и высказала
все свои жалобы на судьбу; она даже успела обвинить Джеба в ее смерти - как будто
Клэри умерла только от того, что брат не уделял ей должного внимания.
Сейчас Сюзанна думала иначе.
Он умеет сдерживать свои эмоции при свете дня, но не может скрывать их в бреду. Он
оплакивает свою
Когда он закричал, Сюзанна лежала без сна и думала о том, не пойти ли в ванную.
- Мама! - пронзительно кричал он. - Все в порядке!
Стремглав она побежала к нему. Отбросив в сторону одеяло, Джеб сидел в постели и
диким взглядом смотрел перед собой.
Сюзанна снова уложила его на подушки и натянула до подбородка пуховую перину.
Джеб по-прежнему был горячий, но сухой, и это заставило Сюзанну забыть о своем
желудке. Она не имела ни малейшего представления, что должна делать, чтобы помочь
ему, но решила сделать все, что только в ее силах.
Пытаясь найти ответ на свои вопросы, Сюзанна случайно выглянула в окно и увидела
там машину.
- Коуди! - прошептала она ему в ухо, украшенное серебряной серьгой.
Джеб вздрогнул и застонал.
- Джеб, твой водитель все еще сидит в машине.
- О Боже! - простонал он, будто понял, что совершил преступление. Резко открыв глаза,
он мгновение смотрел на Сюзанну, не узнавая ее, затем его сознание прояснилось. - Я все
еще не привык, что меня окружают люди, которые могут меня ждать. - Он махнул рукой
так, словно отгонял мух. - Скажи ему, пусть уезжает. Пусть возвращается в гостиницу и
объяснит Бриз, где я. - Он помолчал. - Пусть скажет, что я позвоню завтра. Ты позволишь
мне остаться? - Он посмотрел на Сюзанну, и она окончательно забыла о своих сомнениях.
И не важно, будет ли он об этом помнить, когда солнечный свет озарит эту комнату. Дух
его скорбит.
Проскользнув в комнату сквозь полуоткрытые двери (Сюзанна так и не рискнула их
закрыть из-за боязни не услышать, когда Джеб ее позовет), она склонилась над ним.
Светлые волосы коснулись его щеки.
- Коуди!
Джеб всхлипнул во сне, и Сюзанна погладила его по мокрым волосам.
- Ах, Клэри... - Он судорожно вздохнул.
- Джеб, это Сюзанна. Уиттейкер, - добавила она, не уверенная, что он пришел в себя и
узнает ее. Сюзанна и сама не знала, что думать. Она знала только то, что должна быть
рядом.
Она предложила ему воды из стоящего на ночном столике серебряного графина. Когда
Джеб залпом выпил воду, его снова затрясло. Очевидно, Сюзанна допустила ошибку.
Через несколько секунд Джеб дрожал уже так сильно, что было слышно, как стучат его
зубы. Под кучей одеял он обхватил себя руками. Одеял было пять - четыре шерстяных
плюс пуховая перина, да к тому же еще одна перина лежала под ним.
- Холодно! - бормотал Джеб. - Очень холодно.
- О Господи! - Сюзанна вытащила из бельевого шкафа еще одно одеяло, но и оно не
очень помогло.
- Что же я могу сделать? - как будто прочитав ее мысли, вдруг вполне рассудительным
тоном спросил Джеб. Его глаза были открыты и устремлены на Сюзанну, которая
старалась подоткнуть ему с боков новое одеяло. - Сюзанна? - с удивлением спросил он,
как будто она не находилась здесь всю ночь.
- Да, это я. Спи.
Она повернулась, но Джеб неожиданно сильным движением схватил ее за руку.
- Останься со мной. Не будь ханжой. - Он слегка потянул ее к себе. - Мы ведь уже и
раньше делили с тобой постель, а одеяла не помогают. Мне нужно твое тепло. - Джеб весь
дрожал, зубы его стучали. - Поверь, я сейчас не в состоянии посягнуть на твое
целомудрие.
Сюзанна, сама уже давно дрожавшая от озноба, молча нырнула в постель и
придвинулась к нему.
- Мы должны сбить тебе температуру. - Она уже дала ему такое количество аспирина,
какое могло бы убить Терминатора, но температура по-прежнему держалась. От своих
замужних подруг Сюзанна слышала, что опытные матери могут точно измерить
температуру одним легким прикосновением ко лбу больного ребенка. Сюзанна хотела бы
иметь детей, но как она научится за ними ухаживать? Разве у взрослых болезнь протекает
не по-другому?
- Дай мне обнять тебя, - прошептал Джеб ей на ухо. Его руки крепко обхватили ее.
Вскоре мучившая его дрожь прекратилась. Джеб просунул свою мускулистую ногу между
ног Сюзанны, и она не отстранилась. Они лежали тесно прижимаясь друг к другу, и
Сюзанна затуманившимися глазами смотрела на поднимающееся за окном солнце.
Почему ей теперь кажется, будто она не одинока, будто о ней заботятся?
- Все в порядке, - сказала Сюзанна. - Ладно, Джеб.
Как только Джеб проснулся, она тут же с ним поругалась. Сюзанна хотела вызвать к
нему врача, но Джеб не соглашался.
- Коуди (теперь, когда он мог ее слышать, она снова называла его так), ты не
выздоровел. Ночью тебе было очень плохо. Ты не сможешь сейчас встать и сразу же
приняться за работу.
Держа в руках утреннюю газету, Сюзанна стояла в дверях и смотрела на Джеба. Лицо
его было мертвенно-бледным, под глазами лежали темные круги, левый глаз заплыл и
почти не открывался.
- Я не собираюсь продолжать тур. Я взял неделю отпуска и буду отдыхать. Я обещаю.
- У тебя, наверно, бронхит. - Каждый раз, когда Сюзанна прижимала руку к его груди,
она чувствовала вибрацию.
- Я не кашляю.
- Еще будешь. - Сюзанна взмахнула газетой. - Ты еще не видел вот этого. - Пока Джеб
лежал без чувств, Сюзанна с ужасом прочитала статью о нем в газете. - Вряд ли ты
сможешь отдыхать после всего случившегося, - она зашуршала газетой, - когда пресса
будет дежурить возле твоего порога... Господи,у того человека проломлен череп.
Он откинул голову на подушки и уставился в потолок.
- Я знаю, Бриз мне говорила. Я оплачу его больничные счета. Нужно позвонить и
сказать ей об этом. - Он посмотрел на Сюзанну: - Черт, я думал, что до того, как ты
увидишь эти сообщения, я смогу убедить тебя в том, что я не бяка.
- Я и не думаю, что ты бяка. Но ситуация на концерте вышла из-под контроля. Есть
пострадавшие, причем серьезно. Перед твоей гостиницей сейчас стоит толпа с плакатами
"за" и "против". Некоторые из них просто мерзкие. В них говорится о Клэри.
Джеб ничего на это не сказал. Он все смотрел и смотрел на Сюзанну, как будто увидел
ее впервые.
- Что у тебя под халатом?
Сюзанна посмотрела на свой шелковый халат и взглянула в потемневшие серые глаза
Джеба - точнее, в один глаз, потому что второй уже не открывался.
- Это называется рубашка поэта. Ночная сорочка.
- Великолепно! - заметил Джеб, взмахом руки уговаривая Сюзанну подойти поближе.
- Не трудись, - сказала она, отступая в коридор. - Так ты разрешишь мне позвонить
твоему доктору или нет?
- Конечно. Он все равно ждет звонка. - Джеб посмотрел на газету, дрожавшую в руках
Сюзанны, и сказал, расстегивая пропотевшую рубашку: - Он все это уже знает и, вероятно,
в бешенстве. Дай мне телефон - я сам ему позвоню.
Сюзанна не стала спрашивать кому. Было уже девять тридцать. Утреннее солнце
золотило своими лучами волосы Джеба. Он быстро набрал номер. Это междугородний
звонок, заметила Сюзанна, и вышла из комнаты. Нужно было одеться и привести в
порядок свои мысли, чтобы с успехом противостоять испытующему взгляду Джеба.
В три часа пополудни, когда Джеб спал так крепко, что Сюзанна испугалась, не впал
ли он в кому, и уже собиралась его будить, зазвенел звонок. Подойдя к двери, она увидела
перед собой голубые глаза, вдруг напомнившие Сюзанне о спаниэле, который у нее когдато
был, и совершенно седые волосы, при виде которых она почему-то подумала о том, что
надо бы заказать жареных цыплят.
- Где мой мальчик? - Высокая, все еще крепкая фигура старика заполняла собой почти
весь дверной проем - точно так же, как ночью фигура Джеба. - Он здесь? Я не ошибся
адресом?
- Пожалуйста, входите. - Сюзанна распахнула дверь пошире. - Вы, должно быть, Джон
Юстас.
Глава 9
Держа в одной руке маленькую матерчатую сумку, а в другой - потертую соломенную
шляпу, Джон Юстас вошел в переднюю. Задержавшись возле старинного сундука, он
положил на него шляпу с такой осторожностью, словно она была бесценным сокровищем,
и взглянул на свое отражение в зеркале.
- Наверх? - спросил он.
Старый джентльмен, очевидно, предпочитал использовать как можно меньше слов, и
Сюзанна инстинктивно чувствовала, что каждое слово он всегда взвешивает.
- Он в первой спальне на втором этаже.
Джон Юстас задержался еще на секунду, чтобы вытереть ноги о расстеленный в
прихожей восточный ковер, и Сюзанна повела его наверх. Никакой грязи на его обуви
она, кстати сказать, не заметила. Правда, день был ясный, туман испарился еще до
полудня, но у Сюзанны сложилось впечатление, что своими новыми ботинками старик
вообще не касался тротуаров. По дороге в спальню он так и не произнес ни слова.
Джеб лежал на подушках с полуприкрытыми глазами, на его лбу и верхней губе
выступили капли пота. Слабо улыбнувшись своему дедушке, он в знак приветствия поднял
руку.
- Если бы я поверил твоим заверениям, то вообще не приехал бы сюда, - ворчливо
сказал Джон Юстас, - а тем более не сел бы на первый рейс из Лексингтона. - Подойдя к
постели, он принялся рассматривать своего внука. Прежде всего Джон Юстас обратил
внимание на громадный, почти черный синяк вокруг его левого глаза. - Черт побери! -
заметил старый врач. Он приложил ладонь ко лбу Джеба и выразительно посмотрел на
Сюзанну. - Он горячий, как паровой котел. Я думаю, где-то больше ста двух градусов .
Еще немного - и начнутся судороги. У вас есть градусник? Оральный или ректальный - не
важно.
- Еще бы! - Джеб закрыл глаза, как будто на эти два слова ушли все его силы.
- У меня есть электронный термометр, - сказала Сюзанна.
- А, новомодное изобретение. Наверное, врет.
Губы Джеба скривились.
- Я пойду принесу его, - сказала Сюзанна.
- Я не просил тебя приезжать, - говорил Джеб в тот момент, когда она возвратилась.
Сюзанна подала градусник Джону Юстасу, и тот привычным движением засунул его
Джебу под язык, тем самым заставив внука замолчать, а затем стал рыться в своем
саквояже.
- Ты мне не позвонил, чтобы успокоить насчет этих вчерашних беспорядков, так что
теперь помолчи. Твоя мама вымыла бы тебе рот с мылом, если бы услышала, как ты
пытаешься врать. - Он вытащил из сумки совершенно древний стетоскоп. Как и
медицинский саквояж, стетоскоп, наверное, был изготовлен еще до Гражданской войны. -
Придержи язык, пока здесь эта молодая леди и пока я оцениваю твое состояние, которое
представляется мне довольно скверным.
- Ты едва держишься на ногах, старик, - пробормотал Джеб, когда Джон Юстас
вытащил у него изо рта градусник. - Присядь на стул, что стоит возле кровати, и перестань
суетиться.
- Всегда нужно, чтобы кто-нибудь над тобой суетился. Сейчас под рукой оказался я.
Он посмотрел на Сюзанну так, как будто увидел ее впервые. Тогда, у дверей, старый
врач торопился поскорее увидеть внука и не уделил Сюзанне особого внимания. Теперь
его водянистые голубые глаза внимательно оглядели ее всю, с ног до головы, и
переключились на термометр.
- Сто три и шесть десятых , — с возмущением сказал Джон Юстас. - Сколько у тебя уже
эта инфекция?
- Пожалуй, с месяц. Врачи говорят...
- Что это вирус? Может быть, и так, но я тебе говорил, что, если сидеть и просто
наблюдать за его развитием, это ничего не даст. - Он передал термометр Сюзанне: -
Положите его в спиртовый раствор. И вместе с моим внуком послушайте, что я скажу.
Всегда полезно узнать чужое мнение.
- Я согласен, - слабым голосом сказал Джеб.
- Я имею в виду - мнение человека, который получил медицинское образование до
восьмидесятого, нет, до семидесятого года. Готов поклясться, нынешние доктора вообще
не изучают основ, а сразу бросаются в специализацию, которая приносит им просто
неприличное количество денег. Я думаю, только один из десяти сможет определить корь
или дифтерию, даже если ткнуть его прямо носом.
- По-По, не надо читать нам лекцию.
- Вам нужно слушать лекции хотя бы раз в день. - Старик легко провел узловатой рукой
по щеке Джеба. - Пока я здесь, я собираюсь наверстать упущенное. - Джон Юстас сел на
кровать, толкнув локтем бедро внука, и спустил простыню, обнажив его грудь. -
Посмотрим, что тут такое. - Он прощупал пальцами шею Джеба, уделив особое внимание
участкам, находящимся за ушами. - Когда у тебя распухли гланды?
Поморщившись, Джеб дернул головой:
- Не знаю. Несколько дней назад.
- По меньшей мере с неделю. Не обманывай меня, мальчик.
- Я не обманываю!
- Горло болит?
- Время от времени.
- Глотать больно?
- Да, немного.
Взгляд Джона Юстаса стал задумчивым.
- Как я понимаю, ты в последнее время толком не спал. И не ел. Только пел с
воспаленным горлом и получал по физиономии. - Чтобы согреть стетоскоп, он потер его о
свою рубашку и приставил к уху. - Давай теперь послушаем.
Сюзанна стояла рядом, сложив руки на груди, и едва ли не с улыбкой наблюдала, как
старый доктор добродушно бранит суперзвезду. Присутствие Джона Юстаса принесло
Сюзанне странное облегчение, но в то же время она ощутила себя лишней. Неуклюжие
попытки оказать помощь, которые Сюзанна предпринимала прошедшей ночью, кажется,
облегчали состояние Джеба в гораздо меньшей степени, чем нынешнее ворчание деда.
Джон Юстас со вздохом сел.
- Дребезжание и грохот. Похоже на шум, производимый тяжелой автодорожной
строительной техникой. - Он повернулся к Сюзанне: - Где здесь ближайшая больница?
Нужно сделать снимок грудной клетки.
- Я не хочу в больницу. Пресса...
- По-моему, я не спрашивал, чего ты хочешь, мальчик. А репортеры меня нисколько не
беспокоят. Дай только мне и мисс... - Он вопросительно посмотрел на Сюзанну.
- Сюзанна. Уиттейкер, - сказала она.
- Дочка Дрейка Уиттейкера? Джеб говорил о вас, но боюсь, что я запомнил только
адрес. Рад с вами познакомиться. - С улыбкой, способной очаровать даже гремучую змею,
Джон Юстас встал. - Этому мальчику всегда недоставало хороших манер, иначе он бы
давно представил нас друг другу. - Правда, при этом старик полностью игнорировал тот
факт, что, беспокоясь о Джебе, он поспешил в дом, даже не спросив у Сюзанны, кто она
такая. - Все из-за того, что у него не было настоящего отца. Чтобы исправить этот
недостаток, я делаю все, что могу, однако, смею вас заверить, это трудная задача. Надень
пока штаны, Джеб, - добавил он, направившись к двери, - пока мы с Сюзанной найдем, на
чем тебя перевезти.
- Мне не нужен этот чертов рентген, - слабым голосом сказал Джеб.
- Я лучше тебя знаю, что тебе нужно. Слушаешь ты то, что я говорю, или нет - это твое
дело, но решаю здесь я. Так что лучше помолчи и побереги свои несчастные легкие.
- Вот так-то! - сказал Джеб, перехватив улыбку Сюзанны.
Довольно быстро ей удалось убедить Джона Юстаса, что вызывать машину "скорой
помощи" им не следует.
...Закладка в соц.сетях
