Жанр: Любовные романы
О сюзанна
... Ну, тогда все в порядке, - подражая ему, ответила она.
- Прекрасно, - шепотом сказал Джеб.
Он повесил трубку через несколько секунд после того, как Сюзанна пожелала ему
спокойной ночи. А лег лишь через несколько часов, думая о теплой постели и о женщине,
которую не мог сюда позвать. Когда Джеб наконец уснул, он видел во сне округлившийся
живот, ребенка и кровь.
- Я готова убить тебя, Мак. - Бриз стояла у окна своей озаренной рассветом гостиной,
сложив руки на груди и сжимая ими локти, как будто пытаясь защититься от
навалившейся угрозы.
Издав нечленораздельный звук, Мак положил телефонную трубку на рычаг, затем встал
с кресла, в котором Бриз его обнаружила, и пересек комнату. Встав сзади, он положил ей
руки на плечи, и Бриз вздрогнула от прикосновения.
- Пять часов утра - странное время для того, чтобы звонить своей бывшей жене.
- Мне приснились мальчики. — Он провел руками по ее плечам, и Бриз с трудом
подавила искушение откинуться назад, повернуть голову и хотя бы ненадолго, забыться в
поцелуе. - В этом году они были в летнем лагере, в первый раз вдали от дома, и мне
снилось, как они прыгают в бассейн там, где глубоко. И никто их не видит. Никто не
слышит, как они кричат...
Бриз повернулась к нему.
- Ты их увидишь через несколько недель, - сказала она, проведя пальцем по его щеке. -
Они могут пожить и в моем доме. Джеб сказал, что он снимет на лето квартиру, так что
мы можем побыть одни.
- Он действительно так сказал?
- Насчет квартиры - да. Но не насчет остального, - сказала Бриз и заглянула в его глаза,
все еще хмурые и озабоченные. Несмотря на то что процедура развода уже началась, их
ссоры стали более частыми и более ожесточенными.
- Или ты не хочешь быть со мной? - спросила она. Мак провел рукой по своим
взъерошенным волосам.
- Я сам не знаю, чего хочу, - сказал он, - как и ты.
Бриз сделала шаг назад. Она-то знала, чего хочет. Вчера на концерте Джеб собрался
исполнять "Богатую девушку" и пригласил ее на сцену. Несмотря на все его безжалостные
шутки, Бриз осталась за кулисами, но с тех пор адреналин все еще стучал в ее крови, не
давая как следует уснуть. Если бы не это, Бриз не услышала бы доносившееся из гостиной
тихое журчание голоса Мака, упоминавшего имя Пегги.
- Ты неприятный тип, Мак. - Она проскользнула мимо, задев прозрачной юбкой его
голые ноги. - Может быть, мне стоит вернуться в номер, - сказала Бриз. - Джеб, наверное,
лежит там один, смотрит, как наступает утро, и грустит обо мне.
- Джеб о тебе не грустит, не надо. - Поймав ее за руку, Мак развернул Бриз к себе. -
Или ты хочешь заставить меня ревновать? Джеб только и думает об этой Уиттейкер. - Он
приподнял ее подбородок. - Я знаю его больше, чем ты, и изучил все признаки - как
внешние, так и внутренние.
Ее взгляд скользнул по его сильным плечам и опустился вниз.
- У вас, мальчики, всегда видно, что и как.
- Черт побери, Бриз! - Мак впился губами в ее рот и крепко прижал к себе. - Черт бы
побрал тебя и твои губы. Ты разве не знаешь, как сделать, чтобы нам было хорошо?
- Пожалуй, знаю, - прошептала она и провела рукой по его груди и животу. Когда она
коснулась вздутия в паху, Мак застонал:
- Тогда сосредоточься на этом.
Однако Бриз понимала, что этого недостаточно и никогда не будет достаточно. А вот
что необходимо, она просто не знала.
Через несколько часов Джеб, вырвавшись из тяжелого сна, лежал в полудреме и
дрожал от холода. Однако для того чтобы накрыться индейским одеялом со звездой,
пришлось бы окончательно проснуться, а этого ему не хотелось. Услышав какой-то тихий
звук, он понял, что не один в комнате, и сердце его забилось. Повернувшись, он открыл
один глаз и увидел, что постели в прозрачной ночной рубашке, словно некое сексуальное
привидение, стоит Бриз.
- Господи, ты меня напугала! --Тем не менее он отвел взгляд в сторону и зевнул.
- Никогда так не подкрадывайся.
- Тебе, наверное, холодно, - сказала Бриз. - У тебя все тело покрыто гусиной кожей.
- Спасибо, что разглядела. - Чтобы рассмотреть ее получше, Джеб открыл оба глаза. --
Мы что, подписали мирный договор? С тех пор как я уехал из Сан-Франциско, мы еще ни
разу не говорили друг другу так много слов. - Она опустила взгляд, и Джеб спросил: - Чтото
не так, Бриз?
- Да все не так.
- Ты можешь поконкретнее? - Джеб сел и запахнул вокруг себя одеяло. Из гостиной
доносился гитарный перезвон - это стереосистема проигрывала компакт-диск, который
Джеб поставил на повтор. Проигрывала, очевидно, целую ночь.
- Я о Маке. - Она опустилась на край постели.
- Это меня не удивляет. - Пока Джеб боролся с кошмарами, наступил рассвет, а затем и
настоящее утро. Стоявший у кровати будильник показывал восемь часов, сквозь
раздвинутые шторы в комнату лились лучи света. Проникая сквозь ночную рубашку Бриз,
свет давал прекрасное представление о ее чрезвычайно узкой талии и большом бюсте. -
Ты не против того, чтобы надеть халат? Он висит на двери ванной с той стороны. А потом
мы можем подробно обсудить наши романтические проблемы.
Она резко встала:
- Забудь об этом, - и пошла к двери.
- Сейчас же вернись, Мейнард! - сказал Джеб, страстно желая дать самому себе пинка.
Она не пошла за халатом, но вернулась и села, слабо улыбаясь.
- Рада узнать, что кому-то еще нужна.
Джеб поднял брови:
- Ого! Это же сенсация. Прямо-таки заголовок для бульварной газеты. "Бриз Мейнард
испытывает жалость к себе".
Ее нижняя губа задрожала.
- А как же мне себя не жалеть, если я только что слышала, как Мак разговаривал по
телефону со своей женой, с которой вот-вот должен развестись? Боже мой, пять часов
утра, а он с ней воркует, как голубь.
- Брак - это деликатная вещь, Бриз. Мак пока не готов со всем этим расстаться.
- Может быть, он никогда и не расстанется.
- А как много это для тебя значит?
Она напряглась:
- Только не считай меня шлюхой. Я не изображаю из себя девственницу, как Сюзанна
Уиттейкер (если ей это нравится - пусть), но если я и принимала нескольких мужчин, то
не зараз, а с приличными интервалами между ними и достаточным временем для
обдумывания своих решений.
- Я говорю о будущем. Ты настолько любишь Мака, чтобы остаться с ним после того,
как он разведется, чтобы думать о замужестве? О совместных детях? И о том, чтобы
состариться в объятиях друг друга? - Джеб помолчал. - Мы говорим об этом, а не о
Сюзанне, которая тебя совсем не касается.
- Если, как ты говоришь, она беременна от кого-то другого, то и тебя тоже не касается.
- Это верно, - согласился Джеб, отведя взгляд. Несмотря на расстояние, которое их
разделяло, несмотря на ребенка, которого она носила, он чувствовал себя к Сюзанне
ближе, чем раньше. И это его смущало.
Бриз потянула на себя отвязавшуюся от одеяла нитку.
- Я знаю, что ты одобряешь меня с Маком не больше, чем я одобряю тебя с этой
Уиттейкер.
- С этим все кончено, - сказал он.
- Тогда почему ты участвуешь в открытии приюта?
- Ты знаешь почему. - Джеб много лет прожил с ощущением, что сестра его предала, и
возможно, это смягчило боль утраты. Ему до сих пор трудно даже выговорить ее имя. -
Из-за... Клэри.
Она посмотрела на него:
- Скажи это Сюзанне. Если хочешь, скажи это своему отражению в зеркале, ковбой. Но
только не мне.
- Ладно. - Он повернулся на бок, спиной к Бриз. - Теперь, когда мы согласились с тем
фактом, что ты не одобряешь мою жизнь, а я не одобряю твою, может, ты пойдешь и
закажешь нам завтрак, а я пока полчаса посплю?
- Ненавижу, когда ты меня вот так отсылаешь.
Джеб уже хотел было сказать: "Я люблю, когда женщина знает свое место", - но по
голосу Бриз вдруг понял, что она против ожидания не бросит в него щеткой для волос, а
начнет плакать. А Бриз плакала нечасто. Он повернулся на спину и увидел, что ее
ресницы подрагивают.
- Мейнард!
- Можно, я к тебе лягу?
Все еще испытывая неопределенность в отношении Сюзанны, Джеб весь напрягся.
- Это плохая идея, - пробормотал он.
- Всего на несколько минут!
Она редко его о чем-то умоляла, и это тронуло сердце Джеба. Со вздохом он отвернул
угол одеяла.
- На твой собственный страх и риск, - сказал он и положил ее голову к себе на плечо.
Бриз придвинулась к нему.
- Если поцелуешь, будет совсем неплохо. - Это еще хуже. - Его сердце стучало так
громко, что заглушало музыку Ибаньеса.
- Всего один поцелуй. Мне очень нужно.
Он уже почти забыл, что она и в постели умеет хорошо упрашивать. Наклонив голову,
он прижался стиснутыми губами к ее губам и отстранился раньше, чем Бриз успела
ответить.
- Это все, черт побери.
Мак причинил ей боль, а она и так немало в своей жизни страдала. Иногда Бриз сама
не знала, что для нее хорошо (как и сестра Джеба), но сейчас он знал это за нее. Он
подтянул ее поближе, прижался головой к ее шее; ее пышные волосы упали ему на грудь.
В таком положении они заснули и проспали весь остаток утра, как дети, как Джеб с
Клэри много лет назад, когда отец порол одного из них или когда сам отправлялся в
тюрьму.
Глава 15
- Клэри была бы рада твоему приезду, - сказала Сюзанна своему отцу за несколько
дней до открытия приюта.
Она прилетела на восток по его просьбе, чтобы помочь разобрать вещи Клэри.
Сюзанна надеялась, что в присутствии Дрейка она сможет чувствовать себя в
безопасности от испытующего взгляда Джеба. За последние две недели тот звонил
Сюзанне с завидным постоянством, причем каждый раз ей казалось, будто тем самым он
нарушает какое-то данное самому себе обещание.
Сюзанне это чувство было знакомо. Она и сама каждый раз держала палец на рычаге,
зная, что должна прервать разговор, но не в силах была это сделать.
Как ни странно, Джеб больше всех поддержал ее в деле создания Дома Коуди - как
предполагала Сюзанна, из-за Клэри и из-за неспособности самому выразить свою скорбь,
- однако и она каким-то образом помогла ему в последние, самые тяжелые дни первого
общенационального тура. Может быть, это тоже связано с Клэри, решила Сюзанна.
- У меня несколько трудных случаев, - наконец сказал Дрейк. - Нефтяной магнат из
Техаса с аневризмой мозга размером с мячик для гольфа, актриса с Бродвея, у которой
опухоль давит на зрительный нерв... Я не уверен, что смогу сейчас совершить путешествие
в Калифорнию.
- Пожалуйста, постарайся, папа.
Скрывая свое разочарование, Сюзанна поднялась по лестнице в комнату, которую
Дрейк попросил ее освободить. Наверное, рано или поздно он попросит сделать то же
самое с загородным домом в Хилтон-Хед. Сначала Сюзанна восприняла его желание
избавиться от вещей Клэри как хороший признак, признак начала исцеления, но теперь
она вовсе не была в этом уверена. Разве удивительно, что отец уклоняется от присутствия
на церемонии открытия приюта? Просто он, как всегда, ставит препятствия на ее пути.
Как только она отвернется, он пробормочет что-нибудь насчет необходимости навестить
пациентов и уедет в больницу, оставив ее одну в бывшем кабинете Клэри вновь
переживать смерть подруги.
В комнате стоял какой-то нежилой запах. Распахнув окно, Сюзанна отодвинула в
сторону упакованные коробки. Днем раньше она упаковала их с полдюжины, надеясь, что
бурная активность позволит забыть о последнем звонке Джеба и о той тоске, которую она
испытала после того, как он пожелал ей спокойной ночи.
Она также надеялась, что это позволит ей забыть о резком прощании с Лесли, чье
растущее вмешательство в дела приюта выводило Сюзанну из равновесия. Лесли никогда
не делала чего-либо наполовину: она или совершенно игнорировала жизнь, или
погружалась в нее с головой, сметая все на своем пути. Когда она сказала директору
социальной службы Калифорнии: "Я так благодарна за то, что вы проявляете интерес к
моему приюту", терпение Сюзанны лопнуло, и она первым же рейсом вылетела в НьюЙорк.
Открыв ящик стола, Сюзанна вывалила его содержимое в пустую коробку. Дрейк
просил пока ничего не выбрасывать. Пусть коробки и одежда побудут на чердаке, "хотя
бы немного".
Сюзанна постаралась избавиться от образа отца, одиноко сидящего на пыльном
чердаке под единственной лампочкой и рыдающего над подвенечным платьем Клэри.
Скользнув мимо края коробки, на пол упала пестрая черно-белая тетрадь.
Раскрывшись, она легла текстом вниз. Сюзанна подняла ее и затрепетала, увидев
знакомый почерк с завитушками и кружками над буквами.
- Клэри! - прошептала она.
Сюзанна пробежала взглядом страницу, и на лице ее появилась дрожащая улыбка.
Запись, сделанная во времена их учебы в колледже, представляла собой дьявольски
точную сатиру на одного профессора. Смеясь, Сюзанна прочитала одну страницу, затем
другую. Милые воспоминания Клэри. Сюзанна опустилась на пол, скрестила ноги, что
теперь не так-то просто было сделать, и прижалась к ним животом.
Положив наконец тетрадь в коробку, она достала еще одну, на этот раз в простой
черной обложке. При угасающем свете дня можно было различить приколотую к тетради
записку Клэри: "Пригодится для моей книги. См. заложенные страницы".
Так же как Сюзанна была не в состоянии прекратить разговор с Джебом, точно так же
она теперь не смогла удержаться от искушения прочитать отчеркнутые места в дневнике
Клэри, повествующем о временах ее детства. Может быть, она узнает больше о Джебе, о
его сложных отношениях с Клэри.
Их любовь казалась невинной и нежной - Сюзанна могла бы только мечтать о таких
отношениях с братом, если бы он у нее был. Просматривая тетрадку, она читала записи
наугад - в том числе и некоторые из тех, что не были отмечены - и уже через несколько
минут наткнулась на описание, от которого у нее сжалось сердце.
"Он трогал меня снова. Я просила его этого не делать, так как это нехорошо, но он все
равно сделал. Он трогает меня там, где моя грудь становится мягкой, и там, где
соединяются ноги и начинают расти темные волосы. Мама говорит, что в моем возрасте
это нормально, но мне все равно смешно, когда я смотрю на эти места и когда он до них
дотрагивается".
- Боже мой! - вслух сказала Сюзанна. Трясущейся рукой она перевернула страницу. В
своем дневнике Клэри ведь не станет лгать? В голове Сюзанны царило смятение. Юная
жена Джеба. Девочки, требующие автограф, его шутки, его рука на голом плече, ручка,
двигающаяся по груди девочки-подростка...
"Прошлой ночью я узнала, что значит по-настоящему быть женщиной. Он потрогал
меня там, поцеловал меня и вошел в меня. Я плохая? Джеба нет смысла спрашивать. Если
мама узнает, она будет плакать. Если папа узнает, то наверняка меня побьет. А Джон
Юстас? Один Бог знает, что он сделает".
- Сюзанна!
Услышав доносящийся из коридора голос Дрейка, она захлопнула тетрадку. Она носит
ребенка Джеба, но то, что она сейчас прочитала, хуже всего, даже хуже смерти Клэри.
Клэри не хотела навредить Джебу. Неудивительно, что она так толком и не рассказала
Сюзанне, почему покинула Эльвиру.
А что, если он на этом не остановился? Что, если слухи не обманывают и он
действительно встретился с Клэри в Центральном парке? Поругался с ней, а затем
застрелил ее, чтобы сохранить свою отвратительную тайну? Он ведь знал о пистолете... И
умел стрелять.
Сюзанна совершенно не представляла, сколько времени провела на оранжевом ковре
комнаты, в которой Клэри собиралась писать биографию Джеба. Она посмотрела в окно
только тогда, когда вошел Дрейк, и темнота подсказала ей, что уже десятый час.
- Сюзи, ты бледная.
Он присел рядом. Седые волосы Дрейка поблескивали в свете лампы, взгляд голубых
глаз был не таким ледяным, как обычно. Взяв руки Сюзанны в свои, он принялся их
растирать.
- Я... слишком много работала, - сказала она, избегая его взгляда. Будет неприятно,
если ее сейчас стошнит прямо перед ним. Отец помог ей подняться на ноги, и Сюзанна
сразу же отняла свои руки.
- Я жалею, что ты не поговорила об этом со мной, раньше, - сказал он, указывая на ее
большой живот. - Может быть, я сумел бы вправить тебе мозги.
Когда Лесли сказала ему о беременности Сюзанны, Дрейк пришел в бешенство. Сама
Сюзанна так и не решилась в этом признаться, поскольку даже в тридцатилетнем возрасте
не находила в себе смелости окончательно разочаровать отца и лишиться той не слишком
пылкой любви, которую он к ней испытывал. К чести Дрейка, он ограничился лишь одной
краткой нотацией о ее безответственности, а затем полностью игнорировал эту тему.
- Как там твои пациенты? - Сюзанна отряхнула джинсы. Она уже давно научилась, в
подражание отцу, уходить от неприятных диалогов, однако на этот раз её попытка не
удалась.
- Самое меньшее, что ты можешь сделать, - это возбудить против Коуди дело в суде и
заставить его материально поддерживать своего ребенка.
При упоминании о Джебе сердце ее вновь сжалось.
- Мы с ним сами договоримся.
Дрейк вздохнул:
- Мне очень хочется вставить ему палку в колеса, поместив об этом информацию в
газетах. Посмотрим, как долго он сможет уклоняться от ответственности, если хочет
сохранить свою карьеру.
- Дрейк, пожалуйста, не надо.
Как будто боясь, что правда сама выйдет наружу, Она поглубже запихнула тетрадку в
открытую коробку. Что сказал Джеб в то утро в Нью-Йорке? Что такие, как ты, всегда
говорят о бедных деревенских мальчишках. Издевался над собаками, овцами и другими
четвероногими? Спал со своей собственной... О, Боже!
Дрейк проводил ее вниз.
- Я заказал места в "Прялке" - твой любимый столик у озера. Твоих гусей больше нет,
но...
- Я не могу, - сказала Сюзанна. - Я не хочу есть.
Он испытующе посмотрел на нее:
- Ты действительно чувствуешь себя хорошо?
- Разговоры о Джебе меня расстраивают, - сказала Сюзанна, что было правдой даже в
большей степени, чем раньше. - Я побросаю остаток бумаг Клэри в коробки и улечу в СанФранциско.
Мне нужно кое-что доделать перед открытием.
- Я поработал над своим графиком. Я там буду.
- Правда? Спасибо.
- Ты была права. Клэри этого хотела бы.
Хотя Сюзанна и чувствовала определенное облегчение от того, что ее родители будут
на открытии приюта (как бы компенсируя тем самым недостаток внимания к ней в
детстве), но теперь она уже не так нуждалась в Дрейке, как в тот момент, когда приехала
в Гринвич. Тогда Сюзанна надеялась, что, когда она увидит Джеба, отец послужит ей
дополнительной защитой. Теперь же у нее из памяти не выходили те строчки из дневника,
где говорилось о детстве Клэри - детстве, которое, как всегда говорила Сюзанна,
отличалось от ее детства, как добро и зло.
Через два дня, вечером, совершенно изнервничавшаяся Сюзанна открыла парадную
дверь Дома Коуди и обнаружила там Джеба, который стоял на веранде с гитарой в руках и
улыбался.
- Блеск! - воскликнул он, глядя на сверкающий лиф ее черного платья, но не позволяя,
однако, своему взгляду опуститься ниже. - Этого и следовало ожидать.
Он вошел в дом. Из гостиной и столовой доносились звуки вечеринки. Когда Джеб
наклонился, чтобы поцеловать Сюзанну, она отступила назад.
- По крайней мере ты теперь знаешь, чего ожидать. - Стараясь не встретиться с ним
взглядом, она обернулась через плечо на все еще открытую дверь. У обочины стоял
темный лимузин с работающим двигателем. - Если твой водитель захочет зайти, чтобы
выпить или поесть...
- С ним все будет в порядке. - Нахмурившись, Джеб закрыл дверь и поставил гитару в
угол. - Надеюсь, у тебя хорошая охранная система, но о нем не беспокойся. Он носит
пистолет.
- Всегда? Даже когда мы... - "Были в машине, - подумала она, - в Нью-Йорке".
- Так точно, мэм.
Избегая его удивленного взгляда, Сюзанна повернулась на каблуках и направилась в
гостиную, где в черно-зеленом мраморном камине весело плясал огонь и толпились
гости. Пусть он удивляется ее холодности. Сюзанна чувствовала, что Джеб идет следом,
но пока его никто больше не замечал.
В углу Лесли болтала о чем-то с Майклом, а Дрейк стоял возле стены с
воспитательницей приюта, красивой рыжеволосой женщиной, и обстоятельно с ней
беседовал. За отсутствием времени Сюзанна не могла оценить, следует ли это
рассматривать как положительный признак, свидетельствующий о том, что ее отец после
смерти Клэри приходит в себя. Полная решимости, она зажгла на своем лице улыбку
мощностью ватт в двадцать и уверенно прошла в самую середину переполненного зала.
В столовой еще человек тридцать или сорок толпились возле столов, заполненных
ветчиной и ростбифом, салатами и фруктами, тортами, пирогами и пирожными. Здесь же
стояли громадные электрические кофейники. Возле пирожных Сюзанна заметила
блестящие темные волосы Миранды и маленькую ручку, тянущуюся к булочке.
Взяв в руки бокал, Сюзанна постучала по нему вилкой.
- Прошу внимания! - Слава Богу, все уже произнесли торжественные речи. В сторону
Сюзанны обратились любопытные взгляды. Лесли смотрела с кислой улыбкой, такой же,
как и у Майкла. - Нас посетил неожиданный гость, которого, вероятно, не надо вам
представлять.
Ледяной взгляд Дрейка, казалось, стал еще холоднее - гораздо ниже нуля.
Джеб подошел ближе и, почувствовав, что сейчас он дотронется до ее руки, Сюзанна
отпрянула в сторону.
- Леди и джентльмены, - радушно сказала она, - давайте поприветствуем Джеба
Стюарта Коуди... брата Клэри!
Она с трудом выговорила слово "брат". После того как отзвучали аплодисменты,
Сюзанна жестом пригласила Джеба выйти на середину гостиной. Со своей сияющей
улыбкой Джеб был само очарование.
Сегодня он совсем не походил на бедного деревенского парня. На нем был
великолепно сшитый темный костюм с жилеткой и такой белой рубашкой, что на нее
было больно смотреть. Шелковый галстук с едва заметным узором безукоризненно
повязан, а аккуратно причесанные волосы, слегка завивались на затылке.
- Спойте что-нибудь для нас, Джеб! - громко сказала улыбающаяся Черил, одетая в
простое, но опрятное красное платье.
Собравшееся здесь общество было неоднородным. Люди, разодетые в шелка и бархат,
рабочие, неловко чувствующие себя в скромных пиджаках и галстуках, и несколько
женщин и детей. Социальные работники и высший свет. Очевидно, некоторые все же
разбирались в музыке кантри, а уж Джеба Стюарта Коуди знали все.
- Может, споешь новую песню, о которой упоминал? - предложила Сюзанна.
Джеб слегка покраснел и откашлялся.
- Если не возражаете, я начал бы с чего-нибудь более устоявшегося. - Он принес свою
гитару из передней, уселся на ручку одного из диванов и принялся настраивать
инструмент, попутно высказываясь о нужности приюта и о том, как он рад участвовать в
его открытии. Клэри он не упоминал, что сейчас вполне устраивало Сюзанну.
Затем он начал играть. И петь. Под конец, упомянув имя Клэри, Джеб запел "Младшую
сестричку".
Когда он закончил, склонив голову над гитарой, а в воздухе отзвучали последние звуки
песни, в комнате было так тихо, что, казалось. Можно расслышать биение сердец, и почти
у всех повлажнели глаза. Сюзанна посмотрела на Джеба в то мгновение, когда он
закончил петь, пригвоздив его взглядом к месту. Ее глаза остались сухими.
Когда все зааплодировали, она отвернулась. Хлопки смолкли. Джеб стал пробиваться
через толпу, небрежно, но грациозно принимая поздравления, и возник рядом с Сюзанной
прежде, чем она успела выйти из комнаты.
- Если хочешь что-нибудь выпить, - сказала она, сосредоточив свой взгляд на Миранде,
которая играла под столом со Стадли, - есть пунш, кофе, чай, газированная вода, соки...
все, кроме спиртного.
В этот момент царившее под столом веселье вылилось наружу. Одетая в кем-то
пожертвованное розовое платье, Миранда со смехом бросилась к ногам Сюзанны. За ней
последовал Стадли, который принялся виться вокруг Джеба, оставляя на его брюках
шерсть.
- Это что же такое? - улыбнувшись, спросил Джеб. Маленькая девочка подняла на него
взгляд:
- Меня зовут Манда.
- Тогда привет, Манда.
- Это Миранда, - сказала Сюзанна. - Миранда Колби.
- А это Стадли Делай Правильно. - Девочка отчетливо назвала имя собаки, и Джеб
засмеялся, но Сюзанна вся напряглась.
- Это ты назвала так собаку? - спросил он Сюзанну.
- Миранда, пойди-ка погуляй с ним во дворе. Там есть новенькие качели и песочница.
Стадли будет очень доволен, если ты поиграешь с ним в его новый мячик.
- Вы хорошо поете, - глядя на Джеба, сказала Миранда.
- Спасибо. - Он присел перед ней на корточки. - Хочешь, я спою тебе на бис?
- А как это - на бис?
- Спою еще одну песню, раз другие тебе так понравились.
Игнорируя Сюзанну, он взял девочку за руку (словно отец с дочерью.) и повел ее
обратно в гостиную, где представил своей гитаре, а затем всей публике. Сюзанне хотелось
вырвать ребенка из его рук. Поверх склоненной головы Джеба, который показывал
девочке, как играть, Лесли послала Сюзанне молчаливое послание, в котором
безошибочно читалось: Ты его сюда приглашала?
Пройдя в столовую, Сюзанна принялась возиться с опустошенными тарелками.
Сначала ей удалось изгнать звуки "Глубокой реки" из своих ушей - при воспоминании
о той ночи в ее доме, когда он играл на рояле, - а затем из своего сердца. Бедная Клэри.
Чем она заслужила такое предательство? И что наделала сама Сюзанна, отдавшись
Джебу?
В гостиной послышались аплодисменты.
Она хотела воспользоваться этим моментом, чтобы ускользнуть, но Джеб, вероятно,
это заметил. Не успела Сюзанна выйти в коридор, надеясь под предлогом приготовления
кофе укрыться в относительной безопасности кухни, как на ее обнаженное плечо
опустилась его рука.
Острая тоска, боль утраты и затем отвращение охватили Сюзанну.
- Если ты хочешь есть, там полно еды.
- Я не хочу ни есть, ни пить.
Она не поворачивалась:
- Тогда, возможно, ты хочешь пообщаться с гостями. Я уверена, что каждый будет рад с
тобой поговорить. Прошу прощения, но...
- Я не хочу.
Сюзанна повернулась и подняла на него гневный взгляд серых глаз. Улыбка Джеба
исчезла, но он снова положил руку на ее плечо.
- Прошу прощения! - высокомерно сказала Сюзанна.
- Не надо говорить со мной таким высокомерным тоном, милочка.
- Есть проблемы, Сюзи? - К ним подошел Дрейк. Он был чуть повыше Джеба, губы
упрямо сжаты, в глазах холод.
- Никаких проблем, - сказала она.
- Никаких, - с наигранным акцентом заверил Джеб.
- Я спрашиваю у моей дочери.
...Закладка в соц.сетях
