Жанр: Любовные романы
Даже вампиры хандрят
...е одеяльце отрицания, которое не собиралась сбрасывать до
тех пор, пока не будет к этому готова.
— Интересно, — сказала я, глядя на Финна. — У тебя есть, что
добавить к рассказу Клэр?
— Только то, что мне жаль, что меня тут не было, чтобы поймать негодяя,
который в нее стрелял, — сказал Финн. — Мой друг хотел услышать
мое мнение об оружии, и я оставил Клэр наблюдать за съемками. — Он
укоризненно на нее посмотрел. — Она должна была сказать мне, когда
придет скупщик, чтобы я мог быть с нею на всякий случай, но я был очень
нужен на другой стороне площадки. Я услышал выстрелы и нашел Клэр, лежащую в
крови на земле. Я не мог оставить ее и погнаться за этими ублюдками, поэтому
я сказал Пэйну, что мне нужна его помощь.
— Финн сказал тебе, что ему нужна помощь? — Спросила я Пэйна. Я
была с ним все время с тех пор, как позвонила Клэр, и он ни разу не
воспользовался телефоном. Что означает... — О. Тот вид сообщений. Вы
общались по мысленной почте.
— Ты спрашивала меня о том, не является ли моя статуя изображением
сокола, — медленно произнес мрачный Пэйн, когда повернулся ко
мне. — Медным ястребом или соколом. Я так понимаю, ты знаешь, о чем
говорил этот человек?
— Да, думаю, что знаю. — На мгновение я закусила губу, обдумывая,
как много рассказать людям, наблюдавшим за мной и ожидавшим ответа, а затем
решила, что так как это не имеет отношения ни к одному из наших дел, нет
никакой реальной причины скрывать, как я к этому пришла. — Она в офисе,
внизу, заперта в сейфе Милы.
Я быстро рассказала им все о том, как я получила статую, подчеркивая, что
Джейк проверил ее на любые эманации зла.
— Думаю, что парень, который стрелял в тебя, именно тот, для кого эта
статуя была предназначена, — закончила я, и снова уткнулась в отчет
Клэр. — Он сказал, что знает, что она у тебя, и не остановится ни перед
чем, чтобы получить ее?
— Да, — ответила Клэр, скорбно изучая уголок платья.
— Странно. Интересно, почему он решил, что она у тебя? Тебя даже рядом
не было с антикварной лавкой.
— Возможно, он имел в виду вас обеих, обращаясь и к тебе, и к твоей
кузине, — сказал Пэйн, глядя на поле битвы, которое теперь наполнилось
воплями и криками в купе со звоном металла: статисты делали все, чтобы
изобразить орду диких шотландцев, защищающих свою землю.
— Верно. Но независимо от того, что он имел в виду, теперь, когда он
попытался убить Клэр, я совершенно не склонна отдавать статую. Если бы он
вежливо попросил, я бы без проблем отдала, но теперь... Теперь я кое-что
хочу.
— Мести, — сказал Финн, одобрительно улыбаясь.
— Суда за мое платье! — фыркнула Клэр.
— Ответы, — кратко сказал Пэйн.
Я кивнула.
— Я хочу ответы. Как долго они еще будут снимать?
— По крайней мере, еще час. Они только начали, когда мы приехали час
назад. А зачем тебе? — спросил Финн.
Клэр возмущенно на меня посмотрела, когда я стащила ее платье со стола и
повесила его на спинку стула.
— Я собираюсь попробовать войти в контакт с сущностью этой местности и
посмотреть, что она мне скажет.
— С чем? — Лицо Финна отражало замешательство.
Клэр вкратце объяснила ему, как я общаюсь с местностью, пока я удобно
устраивалась на шатком переносном столе.
— Я думал, что ты можешь это делать только с сооружениями, —
сказал Пэйн, наблюдая, как я кладу свою сумочку под голову в качестве опоры.
Я сложила руки вместе и закрыла глаза, пытаясь проигнорировать тот факт, что
я лежу распластанная на столе перед тремя людьми. К счастью, остальная часть
актеров была съемке, так что мы были одни в нашем закоулке лагеря.
— Это в своем роде сооружение. Здесь историческое поле битвы — разве ты
не видел мемориальную доску, когда мы ехали?
— Я знаю, что это историческое поле битвы. Мои предки сражались здесь.
Но тут на милю нет ни одного здания.
— С другой стороны от трейлеров есть кольцо камней; более того,
каменистый участок — своего рода сердце этой пустоши. Он знает достаточно
историй, которые можно увидеть в его воспоминаниях.
Клэр шепотом переговаривалась с Финном, подробнее рассказывая ему, как эльфы
могут чувствовать души мест. Я решила не обращать на них внимание, прогнала
мысли о том, что Пэйн стоит так близко ко мне, и очистила свое сознание.
Обычно мне требуется несколько минут, чтобы успокоить свои мысли для того,
чтобы услышать голос дома, но это место, имеющее мощную потустороннюю
основу, заговорило со мной сразу.
Точнее, это сделали люди.
— Стоп, — сказала я, открыв на несколько секунд глаза и опять
закрыв их. Нас окружало кольцо мужчин, их количество росло, пока я смотрела
на них.
— Сэм? — спросил Пэйн, нахмурив лоб, отчего между его бровями
появилась складка. — Что случилось?
Я посмотрела на мужчин. Их было около двадцати, их возраст колебался от
подростков до шестидесятилетних стариков. Все они были одеты в рваные
туники, неряшливые изношенные пледы, обернутые вокруг их талии, каждый был
вооружен огромным, массивным мечом.
— Мне кажется, что я только что встретилась с жителями Дунстанской
пустоши. Здравствуйте, господа.
Один из мужчин выступил вперед и сказал что-то на языке, который я не
понимала.
— Призраки? — спросил Пэйн.
— Мне так кажется. К сожалению, мы, похоже, говорим на разных языках.
Кто-нибудь из вас говорит на старо-шотландском?
— Это, должно быть, гэльский, и я его немного знаю.
— Хорошо, — сказала я, взяв его за руку. Она была теплой, сильной,
и от этого ощущения меня охватил легкий озноб. — Тогда ты не мог бы
перевести?
— Перевести? Перевести что?
Я открыл ему свои мысли, желая, чтобы он увидел все моими глазами. Он
отпрянул от соприкосновения с моим сознанием.
— Что ты надумала? — Его голос перешел на шепот, чтобы только я
могла его услышать, но он был полон негодования.
Я хочу позволить тебе увидеть призраков. Мама так делала с папой всякий раз,
когда он хотел посмотреть эльфийские фишки. Она говорила, что просто
сливалась с ним разумом, и он мог видеть то, что видела она.
— Ты не чистокровный эльф, а я — не твой отец.
Мы можем общаться мысленно. Думаю, у нас также хорошо получится и другое.
— Я не хочу...
Боишься? — прервала я.
— Нет, конечно, нет.
Тогда слейся, красавчик. Призраки ждут.
Он посмотрел на меня долгим, непонятным взглядом, прежде чем я почувствовала
его присутствие в моих мыслях. Я улыбнулась про себя от его нежелания
признать то, что для меня было предельно ясно ...
— Прекрати, — прорычал он.
... и обратила свое внимание на призрачные фигуры, которые окружали нас.
Пэйн на секунду испытал удивление, которое быстро переросло в живое
любопытство.
— Это круче, чем я ожидал. — Он чуть поджал губы, пока смотрел на
кольцо призраков, окружающих нас. — Ты всегда видишь призраков, когда
говоришь со зданиями?
— О, она нашла призраков, — сказала Клэр, метнувшись поближе к
Финну. — Разве это не захватывающе?
— Да уж, это нечто, — ответил Финн, на его лице отразилось
комичное выражение недоверия и удовольствия.
— Как правило, нет, — сказала я Пэйну. — Особенно редко по
ночам, когда я не в лучшей форме. Иногда можно встретить кого-то, если он
очень сильно связан с местом. Но эта местность какая-то особая. Земля здесь
фактически пропитана кровью. Полагаю, это дает призракам силы являться мне
даже поздно ночью.
— Да, Дунстанская пустошь — одно из самых кровавых полей сражений в
шотландской истории. По сравнению с ним Каллоден — детская площадка. Э-э...
Ты можешь поговорить с ними?
— Она сейчас будет говорить с призраками, — сказала Клэр Финну
вполголоса, но не достаточно тихо.
— Клэр!
— Прости.
— Я попробую. Ничего не обещаю. — Я посмотрела на ближайшего
призрака, мужчину с длинной всклокоченной черной бородой, в грязной желтой
тунике и желто-коричневым пледе, который был повязан вокруг талии на манер
примитивного килта. — Привет. Я Сэм.
Призрак косился на меня в течение минуты, затем что-то сказал мужчине,
стоящему рядом. Они оба заржали.
— Ты можешь его понять? — спросила я Пэйна, не спуская глаз с
призраков. Обычно я не волнуюсь, так как призраки не могут взаимодействовать
с реальностью, пока их не заземлили, но это место было настолько сильно
пропитано потусторонними силами, что, держу пари, оно могло сработать на
заземление.
— Вообще-то, могу. Он, кажется, говорит на древнем диалекте старо-
гэльского.
— Да? Замечательно. И что он сказал?
— Что ты распласталась, как свинья перед разделкой.
Я впилась взглядом в призрака, села, качая ногами, и убедилась, что держу
свое сознание прочно связанным с Пэйном. Мои силы были на исходе, голова
кружилась от слабости, но я решила, что меня хватит на небольшую беседу.
— Как сказать на старо-гэльском
пошел в задницу
?
Пэйн сказал. Когда я повторила его слова, то почувствовала огромное
удовлетворение, увидев, как глаза призраков на мгновение расширились от
удивления. Многие из них засмеялись и захлопали друг друга по спине.
— Почему мне кажется, что ты сказал неприличную шутку? — спросила
я Пэйна, осторожно соскользнув со стола и встав рядом с ним.
Он усмехнулся в ответ. При виде его усмешки внутри меня все сжалось, но
вскоре все вернулось на свои места, и мы начали одностороннее интервью с
призраками. Пэйн переводил для меня, а я старалась как можно лучше с точки
зрения фонетики повторить все, что он говорил.
— Вы видели, как человек с обезьяной стрелял в эту женщину? —
спросили мы призраков.
Предводитель, который назвался мужским именем Уиллим, ответил отрицательно.
— За прошедший час или около того здесь были какие-нибудь
беспорядки? — спросила я с помощью Пэйна.
— Нет, — ответил Уиллим. — Только танцы смертных,
выставляющих себя дураками на поле брани.
— Ты думаешь, он имеет в виду актеров? — спросила явно восхищенная
Клэр.
Мы спросили. Уиллим ответил утвердительно.
— Он говорит, что они не понимают, что делают, — сказал Пэйн, пока
Уиллим и двое его приятелей что-то говорили, перебивая друг друга. — Он
сказал, если бы их мечи не были тупыми, они все поубивались бы еще вчера.
— Ну, они просто актеры, — сказала я, больше заинтересованная
мужчиной, который стрелял в Клэр, чем качеством выпадов и хореографией
меча. — Интересно, почему они не видели парня с обезьяной?
Пэйн слушал, пока Уиллим что-то ему говорил. Он улыбнулся в ответ.
— Похоже, они проводили все время, наблюдая за актерами. Ты права в
одном: они привязаны к этой земле. Они отдали свои жизни, защищая ее, и
поэтому связаны с ней как своего рода хранители.
— Очаровательно, но бесполезно. Неясно, зачем кому-то статуя птицы,
или, если на то пошло, кто этот человек? Ну, я думаю, что мы сделали
здесь...
Один из призраков что-то прокричал Уиллиму, тот задумался на мгновение,
потом повернулся к своим людям и что-то им крикнул.
— Что случилось? — спросила я Пэйна шепотом, немного волнуясь из-
за призраков. Пока они вели себя хорошо, но я по-прежнему была обеспокоена
возможностью того, что они смогут физически появиться в нашем мире.
— О-о.
— Что? Что они говорят?
—
О-о
? Что
о-о
? — спросила Клэр в то же время, что и я.
Странное досадное выражение появилось на лице Пэйна.
— Они предложили научить актеров пользоваться мечами.
— О, нет, — вымолвила я от страха, сковавшего живот. — Ты
имеешь в виду...
Пэйн кивнул.
— Да. Они намерены показать всем, как это делается.
Уиллим прокричал что-то, очень похожее на боевой клич. Воздух вокруг него,
казалось, замерцал и распахнулся, будто он прошел сквозь прозрачный занавес.
— Всевышний, я вижу призрака, — сказала Клэр, ее глаза
расширились, и она схватилась за Финна. — Он материализовался! Ты
видишь его?
— Да, — сказал Финн, так же удивленно, как Пэйн. —
Невероятно.
— Нет, нет, нет, — сказала я, встав на пути Уиллима и подняв руки,
чтобы остановить его, зная, что это не поможет. — Я не собираюсь
отвечать за привидение, которое намерено учить актеров драться на мечах. Я
никогда не искуплю это... О, Боже! Я коснулась его!
Очевидно, Уиллим не ожидал, что сможет сделать больше, чем просто
показаться, поэтому остановился и удивленно посмотрел на мои руки у него на
груди.
— О, нет, — застонала я, чувство страха усилилось. — Я была
права. Он заземлился!
Прежде, чем из моего рта вырвалось хоть слово, Уиллим решил хоть как-то
компенсировать отсутствие плотских удовольствий за последние шестьсот лет.
Он схватил меня в более чем реальные объятия, и его холодные губы вжались в
мой рот.
В тот же момент Пэйн вырвал меня из рук призрака и зарычал что-то откровенно
непечатное. Уиллим засмеялся и отвесил ему небольшой поклон, послав в мою
сторону похотливое покачивание бровей.
— Он услышал тебя? Он понял?
— Да, — сказал Пэйн, выпуская мое плечо. Он негодующе смотрел то
на меня, то на призрака. Я нахмурилась в ответ.
— Хорошо. Тогда ты можешь сказать ему, что сейчас не время, чтобы
показывать актерам, как пользоваться мечом. Скажи ему, если он не отступит и
не вернется к своему эфемерному состоянию, мы позовем Стражника, и их всех
отправят в Акашу.
Пэйн должным образом перевел призраку то, что я сказала. Уиллим выплюнул
несколько слов, в переводе которых я не нуждалась, после чего последовал
назад к своим людям. Его тело слегка замерцало, когда он освободился от
заземления. Мужчины заворчали, когда Уиллим сказал им о моем ультиматуме, и
парочка из них свирепо на меня уставилась.
— Они не в восторге, — тихо сказал Пэйн. — Возможно, будет
лучшее, если мы уедем отсюда.
— Бедные призраки, — сказала Клэр, ее рот печально изогнулся. Она
повернулась ко мне. — Разве так уж плохо, если они присоединятся к
актерам?...
Я подняла бровь.
Она вздохнула.
— Я согласна. Но это, кажется, так несправедливо. Они просто хотят
немного развлечься и помочь...
— В другой раз, — сказала я твердо. У меня сейчас итак слишком
много проблем, чтобы добавить к их списку голодных до битвы
призраков. — Я думаю, Пэйн прав. Мы здесь больше ничего не найдем.
— Так что мы будем теперь делать? — спросил Финн, когда мы
простились с призраками, собрали вещи и поднялись на небольшой холм, где
были припаркованы автомобили.
— Мы просто добавим парня, который напал на Клэр, в наш перечень
расследований. Между тем, я не думаю, что тебе стоит прогуливаться в
одиночестве — вдруг этот человек снова решит в тебя стрелять. Или придумает
что-нибудь похуже.
— Нет ничего хуже, чем стрельба в ни в чем неповинное платье, —
сказала Клэр, поглаживания руками ткань, которую бережно несла в руках.
— Я буду рад стать телохранителем, — сказал Финн, глядя на Клэр. Я
перевела взгляд с него на Пэйна, но мой потенциальный любовник явно думал о
другом.
— О! — сказала Клэр, на мгновение смущенная плотоядным взглядом
Финна. — Это было бы забавно. У меня никогда раньше не было
телохранителя.
— Ты не можешь выходить днем, — указала я. Я не хотела вмешиваться
в то, что могло стать многообещающим романом, но я должна быть уверена, что
Клэр будет защищена все время.
— Могу. Просто я должен иметь защиту. Ты думаешь, как мы сегодня
прибыли так рано? — Финн поглядел на часы. Сейчас было два часа
глубокой ночи (более известное, как час ночи у людей). — Или, точнее,
вчера.
— Ты можешь выходить днем? — спросила я Пэйна. — Я думала,
что Темные не способны на это. Или это только в старых женских романах о
вампирах?
— Это отчасти правда, — ответил за него Финн. — Мои братья и
я более терпимы к солнцу, чем Пэйн, но даже он может выходить, если имеет
достаточную защиту от прямых солнечных лучей.
— А почему вы можете терпеть больше солнечного света, чем Пэйн? —
спросила я, растерявшись от мысли о вампирах, которые могут разгуливать под
солнцем.
— Финн... — сказал Пэйн предостерегающе.
Его брат проигнорировал предупреждение.
— Все мы — трое из нас — моравийцы, а Пэйн — Темный. Это означает, что
у нас есть душа, а у него — нет. Наши родители не прошли Воссоединение,
когда он родился.
— Что? — спросила я, окончательно запутавшись. —
Воссоединение?
— Этого достаточно, Финн, — сказал Пэйн, переступая через низкую
цепь ограды.
— Воссоединение — это процедура, которую Темный должен пройти со своей
Возлюбленной, женщиной, которая может спасти его и вернуть телу его душу.
Мама была Возлюбленной папы, но из-за войны они не закончили Воссоединение,
прежде чем Пэйн родился.
— Дамы не хотят слушать историю нашей семьи, — сказал Пэйн, шагая
к своей машине. — Есть более важные вопросы для обсуждения, например,
какие шаги нужно предпринять для поиска нашей статуи.
— Не знаю, мне интересно, — сказала я Пэйну, улыбаясь. Он
посмотрел на меня с негодованием.
Финн перевел взгляд с брата на меня, и на его губах медленно появилась
улыбка.
— Извини, Пэйн. Я не понял, что ты не хочешь, чтобы я говорил Сэм о
Возлюбленных. Без сомнения ей не интересно, что существует женщина, которая
может спасти тебя; женщина, которая дополнит тебя и вернет тебе душу. Я не
стану называть ей семь шагов Воссоединения, поскольку для нее это — тоска
зеленая. Также я не буду вдаваться в подробности того, что Возлюбленная
может узнать, кто она, так как Темный отмечает ее, и что обычно это носит
форму сильной сверхъестественной связи.
— Черт подери, Финн, просто заткнись! — Взорвался Пэйн.
Моя челюсть отвисла.
Сильная сверхъестественная связь? Что-то типа способности к мысленному
разговору?
Нет. Не обращай внимания. Он — дурак, и не знает, о чем говорит.
Ты ответил мне, подумала я в ответ, получая странное удовольствие от
прикосновения его сознания к моему. Это было... правильно.
Пэйн нахмурился, но ничего больше не сказал.
Трус.
— Ладно, — сказала я вслух. — Финн, если ты хочешь быть
телохранителем Клэр, это освободит меня от беспокойства. Что касается
последующих шагов, которые мы собираемся предпринять, чтобы найти вашу
статую...
Я на мгновение закрыла глаза, собираясь с мыслями. Я никогда не блистала
способностями глубокой ночью, а после иссушающего разговора с призраками — и
необходимости поделиться с Пэйном тем, что я видела — я стала слабой и
истощенной, лишенной сил, необходимых для принятия решений.
— Ты поедешь домой и отдохнешь, — сказал Пэйн властно.
— Прошу прощения? — спросила я, посмотрев на него с удивлением.
Его глаза заблестели, как притененная ртуть.
— Ты истощена, и твои силы на пределе. Ты поедешь домой и отдохнешь.
— Ты, кажется, неправильно истолковываешь отношения
клиент —
детектив
, — сказала я ему, расправляя плечи в попытке выглядеть
энергично. — Это я здесь устанавливаю правила игры. И за это ты платишь
мне деньги.
— Я твой работодатель. Я плачу тебе за то, что ты работаешь на
меня, — сказал Пэйн. — Это дает мне право отдавать приказы.
— Размечтался! — сказала я, слишком утомленная, чтобы придумать
достойный ответ.
— Мне Сэм не кажется утомленной, — сказал Финн, разглядывая меня,
стоя рядом с машиной Клэр в нескольких футах поодаль. — Фактически, она
выглядит прекрасно. Как ты узнал, что она устала, Пэйн? Ты как-то понимаешь
чувства Сэм? Вроде того, что ты бы инстинктивно знал, скажем, о своей
Возлюбленной?
Все мы посмотрели на Пэйна. Он посмотрел на нас.
— Я отвезу Сэм домой. Финн, ты сделаешь то же самое с Клэр. Утром мы
распланируем новую стратегию поисков статуи и человека, который напал на
Клэр.
— Подожди минуту, — возразила я, пропуская интригующую мысль
относительно Возлюбленной. — Не ты здесь босс, а я. И я у меня уже план
поиска твоей статуи.
— Правда? — спросил Пэйн, скрещивая руки на груди. — И что за
план?
— Для начала мы сделаем то же, что делаем для другого клиента — я
проверю антиквариат в сети и посмотрю, интересовался ли кто-нибудь черной
статуей обезьяны. Так как ты мало что можешь о ней рассказать, Клэр поищет
сведения по облику статуи и ее происхождению. Как только мы получим чуть
больше информации, я подключу тяжелую артиллерию.
Клэр ахнула от ужаса и инстинктивно потянулась за полевым цветком, растущим
в поле зрения.
— И что это за тяжелая артиллерия? — спросил Пэйн. Его глаза стали
такими темными, что напоминали грозовое небо.
Я глубоко вздохнула.
— Я посмотрю в магический кристалл.
— Нет. — Почти беззвучное хныканье вырвалось меж губ Клэр,
поскольку она нафаршировала рот лепесток за лепестком.
Пэйн нахмурился.
— Что плохого в том, что сказала Саманта? — спросил он у Клэр.
Ее глаза стали огромными, пока она смотрела на меня с безмолвной мольбой.
— Все будет не так, как тогда, — сказала я ей. — Прекрати
пугать клиентов!
— Я не испуган, — сказал Пэйн. — Я, вроде как, немного
запутался. Я думал, что смотреть в кристалл — это стандартная техника
предсказания?
— Так и есть.
— Тогда, что за ужасный случай произошел с тобой? — спросил Финн.
— На самом деле, я не Прорицатель, — объяснила я ему. — Я
училась на него некоторое время, но я... э-э... покинула Орден.
Глаза Пэйна прищурились.
— Ты покинула его, потому что поняла, что не предназначена для
прорицаний?
— Что-то типа того, — сказала я, затыкая Клэр взглядом. Но это,
конечно, не сработало. Никто не может заткнуть фею, когда она настроена
потрепаться.
— Сэм выгнали из Ордена Прорицателей после того, как она посмотрела в
магический кристалл, — сказала Клэр, глотая последний из
лепестков. — Она входила в круг кристалла и потеряла контроль.
— Это не так плохо, как звучит, — сказала я Пэйну, больше чем
капельку уязвленная публичной демонстрацией моего грязного белья.
— Как ты могла потерять контроль, глядя в кристалл? — спросил
Финн, и в тот же момент Пэйн спросил у Клэр: — Что случилось?
— Она открыла темпоральную щель, которая засосала двух
Прорицателей, — ответила она, встретив мой яростный взгляд с надменным
видом. — Они должны знать, Сэм! Ты опасна, когда смотришь в кристалл!
— Темпоральная щель? — Пэйн посмотрел на меня так, будто я трусы
на голову натянула.
— Ничего из ряда вон выходящего, — сказала я резко, швыряя свои
вещи на заднее сидение машины Пэйна. — Так случается все время.
— Едва ли, — сказала Клэр. Она обратилась к мужчинам красноречивым
жестом, который демонстрировал, как ее беспокоят мои эльфийские гены. —
Главе Ордена Прорицателей потребовалось три недели, чтобы вернуть
Прорицателей оттуда, куда их послала Сэм.
— Случайно послала, — поправила я. — Это был
...Закладка в соц.сетях
